Книга первая: Спасение трех великолепных скелетов

      Бар «Голубой дом» находился примерно в трех минутах ходьбы от тюремных ворот и имел большую и грязную историю. С момента постройки тюрьмы сотрудники регулярно приходили туда после смены, чтобы выпустить пар. Там было немало историй о привидениях, это было именно таким местом. Ты была там несколько раз, но это было не твоё место. Ты предпочитала бары, в которых регулярно мыли полы и подавали коктейли.       Кроме того, у тебя не было ни времени, ни денег на веселые вечеринки, которые ты проводила в медицинском университете. Что было совсем не плохо. Ты было немного склонна… ты была эмоционально пьяна, давай остановимся на этом.       Ты с Ноланом болтали за выпивкой этим вечером. Его разочарование по поводу того, что ты отменила вчерашний вечер, к утру было прощено. Он даже оставил тебе трогательную записку в твоем шкафчике, извиняясь за то, что он был таким резким. Ты решила вести себя так, как будто ничего не было. У всех бывают плохие дни. Особенно работая в такой напряженной среде. И давайте будем честны, Ред действительно изо всех сил старается усложнить всем жизнь.       Когда Нолан одарил тебя таким обнадеживающим взглядом, спрашивая о походе в бар сегодня вечером, ты сдалась, несмотря на то, что устала после смены. В конце концов, ты подвела его в прошлый раз. Ты не чувствовала, что можешь сделать это еще раз.       Нолан был взволнован. У тебя возник вопрос, есть ли у него хорошие новости или что-то в этом роде. Но когда вечер подошел к концу, а он так ничего и не упомянул, у тебя вновь возник вопрос, откуда берется эта энергия.       Было весело, в общем. Он рассмешил тебя и выслушал твои истории из лазарета. Единственным больным местом сегодняшнего вечера был твой отказ от выпивки, пристрастие к лайму с газировкой. Он был очень рассержен из-за этого, как это обычно бывает с людьми, когда кто-то отказывается пить на светском мероприятии. Но завтра у тебя была ранняя смена. Ты не рискуешь попасться на случайном тесте с алкотестером. Медицинский персонал давно не проверялся, но если бы ты была уверена, что пришла с похмелья, а там бы тест… Ты слишком хорошо знала свою удачу.       Нолан поставил последние напитки вечера. Его третье пиво и еще один лайм с содовой для тебя.       — Спасибо, — сказала ты, играя со стаканом и оглядывая комнату.       Это была красочная смесь людей сегодня вечером. Не только сотрудники тюрьмы, но и местные жители. Но место начало приобретать немного шумный оттенок, который предполагал, что посетители вскоре покинут это место как только на пьются до смерти. Ты незаметно взглянула на часы. Ты хотела уйти как можно скорее.       — Ты же не хочешь вечно работать в тюрьме? — Спросил Нолан.              — Если только с медсестрой Террор.       — Да, и у нее есть определенная харизма, чтобы продолжать работать, — рассмеялся Нолан. — Ты же не хочешь так же выглядеть в ее возрасте? Она одинокая старуха без детей и без мужа. По сути, она потратила свою жизнь впустую, убирая за заключенными. Ты слишком умна и красива для этого.       Ну… по крайней мере, он назвал тебя умной. — На самом деле я не планирую свою жизнь так далеко в данный момент, — сказала ты в качестве объяснения. И напомнила себе об этом факте. — Я просто хочу принимать жизнь такой, какая она есть.       — Что бы сказал твой отец, если бы ты осталась старой и одинокой?       Ты точно знала, что сказал бы твой Отец. — Понятия не имею, — солгала ты.       — Давай, выпей, — нетерпеливо сказал Нолан. — Ты сказала, что хочешь быть дома к десяти.       Когда ты потянулась за своим напитком, стол качнулся вбок. Твой лайм с содовой скатились по столу переворачиваясь, даже когда ты неуклюже попыталась их спасти. Однако тебе удалось предотвратить полный разгром. Пиво Нолана также упало, покрыв стол липким коричневым потоком. Ты инстинктивно отступила назад, чтобы не пролить его на свою домашнюю одежду. Стакан скатился со стола и разбился об пол. Несколько голов повернулись, чтобы посмотреть на это.       Смущенная, ты фыркнула от смеха, стряхивая с руки свой напиток. Клац. У тебя действительно были рефлексы кирпича.       — Извините меня за это, — сказала проходивший мимо посетитель. — Иногда я ничего не вижу в этом капюшоне.       Она была Собакой-монстром. Ты не часто видела монстров в этой части города. Ты можешь себе представить, что значит жить так близко к тюрьме, специально построенной для содержания монстров, было немного удручающе. На ней действительно было тяжелое черное пальто с широким капюшоном, практически закрывавшим ее лицо. От этого она казалась еще выше, хотя она уже была на голову выше тебя. Все, что ты могла видеть от нее наверняка, так это большая белая морда и почти дружелюбная собачья улыбка. Но ты не могла не заметить несколько сверкающих зубов цвета слоновой кости длиной с твои большие пальцы.       Ты засмеялась, все еще смущенная собственной неуклюжей возней: — Не беспокойся о…       Нолан вскочил на ноги с такой силой, что его стул загрохотал по полу. Теперь в баре было слишком тихо, все сидели и смотрели на начинающиеся шоу. Нолан встал нос к носу с Собакой-Монстром. — Смотри, куда идешь, сука!       Вспышка его гнева потрясла тебя. Ошеломленная, ты не знала, что и делать. Боже, зачем ты это вспомнила? Не это, а что-то… Твоя мать сдерживала твоего отца, когда он рявкнул на официанта за то, что тот перепутал заказ и не извинился «достаточно» хорошо. В основном ты помнила, как твои братья смотрели на свои руки или на потолок. Твоя сестра начинала плакать.       Собака-Монстр улыбнулась Нолану. — Тебе стоит извинится, вонючий человек, прежде чем я причиню какой-нибудь вред, от которого ты не уйдешь.       — Ох, — вздохнула ты, спотыкаясь, вставая на ноги и хватая Нолана за руку. Ты совершенно не хотела оказаться в центре потасовки в баре. — Да ладно, Нолан, это был несчастный случай.       Это был долгий момент. Казалось, все затаили дыхание.       — Хорошо, — глухо сказал Нолан.       Когда напряжение начало рассеиваться. Зрители вернулись к своим напиткам, и снова начался тихий гул разговоров. Хотя люди все еще бросали в вашу сторону исподтишка взгляды. Собака-Монстр подошла к Нолану на полшага и пробормотала что-то, чего ты не смогла расслышать. Она развернулась и ушла.       Он посмотрел на удаляющуюся спину Собаки-Монстра. — Пьяная сука.       — Нолан, — сказала ты неуверенно.       Лицо Нолана изменилось за секунду. Широко улыбаясь. — Вот кто она, не так ли? Самка собаки.       — Я не думаю, что Монстры используют это слово… — ты сделала паузу. Ты на самом деле не знала, делали они это или нет. Возможно, ты просто навязывала ситуацию к своим человеческим чувствам. Но все же… Это кажется неуместным. По крайней мере, так, как он это сказал.       — Забудь об этом. Я не хочу, чтобы у нас были еще одни эпические дебаты о культуре монстров. Позволь мне угостить тебя еще одним стаканом.       Ты потянулась за своим пальто. Твоя неуверенность исчезла. Ты хотела выйти из ситуации. Прямо сейчас. — Все в порядке, правда. Мне нужно домой. У меня завтра ранняя смена. И тонна бумажной работы. Честно говоря, я думаю, что трачу больше времени на заполнение диаграмм, чем…       — Я хочу еще выпить, — отрезал Нолан.       Ты разозлилась, но заставляла себя не показывать это. Как могла. Заканчивая надевать пальто. — Все в порядке, — медленно сказала ты. Бессознательно ты использовала те же успокаивающие тона, которые ты использовала для жестоких заключенных. — Не позволяй мне торопить тебя. Но мне нужно сесть на ночной автобус до того, как он уедет.       Нолан рассмеялся, закатив глаза. — Ты действительно леди, не так ли? Хорошо, хорошо. Я отвезу тебя домой. Автобус небезопасен в это время ночи.       — Но ты же выпил…       — Поехали уже.

༻—༺

      Вернувшись в свой многоквартирный дом, ты была встревожена, когда Нолан настоял на том, чтобы проследовать за тобой. Ты догадалась, что он пытался быть джентльменом, в той довольно неуклюжей мужской манере, вместо того, чтобы просто спросить, чего ты хочешь или в чем нуждаешься. Но за дверью твоей квартиры он задержался, даже когда ты пожелала ему спокойной ночи.       — Я думал, что могу зайти и посмотреть на твое сломанное радио, — сказал он.       Ты упомянула об этом вскользь ранее. Эта проклятая штуковина была сломана уже несколько недель, но у тебя просто не было времени отнести ее в мастерскую.       Ты вздрогнула. Улыбнулась. — О… Спасибо, но я думаю, что сегодня уже немного поздно…       — Хей, да ладно, я просто пытаюсь сделать для тебя что-то приятное. Не нужно вести себя так, как будто я выхожу за рамки нормы.       — Нет, я знаю. Я не говорю…       — Как неблагодарно…       Дверь твоей квартиры распахнулась. И ты, и Нолан от удивления подпрыгнули.       Облегчение и раздражение почти сбили тебя с ног. Дон стоял в дверях. — Привет, дорогая, — сказал он игривым хриплым тоном. — Ты заставила меня ждать так долго.       Взгляд Нолана заставил твое лицо покраснеть.       — Он мой двоюродный брат, — сказала ты в извиняющейся тоне. — Мой кузен. Дон, а это…       — Полагаю, это Нолан Грин, — сказал Дон без малейшего стыда. Ты тут же пожалела, что рассказал Дону хоть что-то о Нолане.       Нолан быстро выпрямился. — Я. Рад встрече с вами…?       — Дональд Гэлбрейт. Двоюродный брат Т/и и один из многих трудолюбивых людей, которые дают работу тебе и твоему дорогому дяде.       — Он прокурор, — перевела ты, чувствуя, что хочешь заползти под пол и умереть. Нолан протянул руку.       Дон не протянул в ответ. Он смотрел на Нолана так, словно он был чем-то интересным, но заразным в чашке Петри. Он улыбнулся. Если бы Нолан знал его достаточно хорошо, он бы понял, что это очень опасная улыбка.       — Я бы хотел спросить, сколько платят за работу юристом? Я всегда думал о том, чтобы стать юристом, — сказал Нолан. — Хотя вы должны зарабатывать меньше как адвокат обвинения, чем адвокат защиты. Но я полагаю, вы бы сказали, что дело не в деньгах?       — О, это исключительно из-за денег, — сказал Дон. Лжец. Вот почему людям было так трудно любить его, он говорил что угодно, лишь бы «победить». Как будто в каждом разговоре есть победитель и проигравший. — Это и сила, конечно. Вы знаете о силе в своей работе, не так ли?       — В основном мы на одной стороне. Мы не пускаем плохих парней на улицу. Вы отправляете их к нам, а мы следим за тем, чтобы они отплатили за то, что сделали.       Ты отказывалась участвовать в этом. Ты должна была держаться подальше от этого, но ты не могла позволить этому так просто случиться. — Тюрьма — это относительная реабилитация, — сказала ты.       — Как бы ни восхитительна была эта беседа, — сказал он, даже не пытаясь скрыть свой шрам, — дорогая, ты что, собираешься весь вечер стоять, как лемминг? Тук-тук, войдите.       Ты еще раз попрощалась с Ноланом и вошла в свою квартиру. Сквозь запутанный беспорядок эмоций, которые боролись внутри тебя, ты могла видеть, что Дон снова переставил твои вещи. Ты была готова поделиться с ним своим мнением, когда увидела, что он все еще не закрыл дверь.       Он смотрел, как Нолан идет по коридору, пока тот не скрылся из виду. Ты могла слышать скрип, когда Нолан спускался по лестнице на первый этаж.       — Боже, — сказал Дон, наконец закрывая дверь. — Я ненавижу его.       — Не будь смешным, ты не можешь ненавидеть кого-то, поговорив с ним две минуты. Я не спрашивала твоего мнения. Почему ты вообще здесь?       — Я здесь, потому что у меня есть что тебе отдать, что я не могу оставить лежать это без дела. Мои мнения были и навсегда останутся моим подарком этому миру. Бесплатно. И нет, дорогая, никто не может возненавидеть кого-то через две минуты знакомства. Ты не можешь ненавидеть кого-то через две минуты, две недели или несколько лет. Я не верю, что ты физически на это способна. Я, с другой стороны, возненавидел его в течение тридцати секунд. И это даже не мое лучшее время.       — Я уверена, что взвешенный и уравновешенный подход делает тебя таким замечательным юристом.       — Я без часов. Я могу быть настолько осуждающим или откровенно предвзятым, насколько на сколько мне нравится. Этот человек — гниль. Я видел слишком много таких, как он, чтобы не узнать этот тип. Как сказал бы дорогой Ангус, «красивое лицо, но уродливая душа».       Ты нахмурилась. — Это, по сути, эквивалент «Монстр» фразы «не суди о книге по обложке»?       — Так он говорит.       — Да, ну… преимущество тусоваться с коллегами, — коротко ответила ты. — Все прошло проверку.       — Я могу назвать тебе две дюжины способов обойти проверку биографических данных. Включая, но не ограничиваясь тем, что он племянник Главного надзирателя. Даже если бы это было не так, эта тюрьма нуждается в сотрудниках. Их проверка биографических данных ограничивается тем, чтобы убедиться, что потенциальный сотрудник не пришел прямо из одной из их ячеек.       — О, хватит. Прошу тебя.       — Они должны были хотя бы для начала прогуляться по кварталу где они живут.       — Дон!       — Просто избавь меня от бессонных ночей и пообещай больше не оставаться с ним наедине. Ох, у меня есть два файла здесь. Совершенно конфиденциально, секретно. Меня бы, наверное, уволили, если бы кто-нибудь узнал, что я вынес их из здания суда. Держи. — Он передал два файла. Ты взяла их бездумно. Это были все судебные документы, связанные с проделками Черепа.       Другой файл был на Санса.       — Нет. Убери их, — твердо сказала ты, толкая их обратно Дону.       Но Дон убрал руки за спину. — Сожги их, если хочешь. Я просто подумал, что ты должна знать. Я пробыл здесь дольше, чем ожидал, так что мне действительно нужно вернуться к Ангусу. Закрой сегодня дверь на замок и больше не пей. О, и пока я ждал, я переделал твой гардероб и сложил все, что тебе следует немедленно выбросить, в тот мешок для мусора.       — Дон!       Когда твой сумасшедший кузен наконец ушел, ты заколебалась. Сдавшись, ты надела цепочку на дверь. Не потому, что он сказал тебе. А потому что… Ну, просто потому что.       Ты посмотрела на файлы. Файл Черепа был на дюйм толще, чем у Санса. Это было усилие. Быть честной с самой собой. Тебе было любопытно? Очевидно, да. Но Дон никогда не должен был ставить тебя в такое положение. Это было не твое дело. Не говоря уже о том, что это было довольно незаконно.       После долгой борьбы с собой ты убрала файл Санса. Спрятав его в нижней части своего гардероба. Это было единственное нарушение доверия, которое ты просто не могла заставить себя совершить. Ты бы предала его, в каком-то смысле.       Но дело Черепа… было другим. Ты села, несмотря на время, и начала читать.