Книга первая: Спасение трех великолепных скелетов

      У тебя кружилась голова, ты болела, и все болело. Свернувшись калачиком под одеялом, ты притворялась, что тебя не существует, пока не услышала тихий стук в дверь. Дон вошел с чаем и яичницей. Только когда ты почувствовала запах еды, твой желудок завыл китом.        — Как ты себя чувствуешь, милая?       — Как будто у меня самое ужасное похмелье во всей истории похмелья, — пробормотала ты, садясь. Дон сидел с тобой, пока ты ела. Ты заметила, что он был в своем судебном костюме. — Разве ты не должен идти на работу? —  спросила ты.        — Я только что пришел с неё, — сказал Дон. — Мне нужно вернуться назад через несколько минут.       Ты застонала. Тебе пришлось не спать полночи, чтобы избежать побочных эффектов от сотрясения мозга — Почему ты до сих пор не спишь? — Привычка. Годы учебы в юридической школе не проходят даром, — сказал он.       Он оставил тебя через некоторое время, пообещав, что Ангус придет через пару часов, чтобы проведать тебя. Они, казалось, делали смены между ними. Ты была тронута и смущена. Это было так унизительно. У каждого сотрудника тюрьмы была какая-то военная история из пребывания там. Но все эти месяцы ты умудрялась продержаться без всего этого.       Боже, Ледбеттер. Ты надеялась, что он поправляется в больнице.       Ты повторяла это снова и снова, пытаясь понять, могла ли ты сказать что-нибудь, что могло бы успокоить Скейла до того, как он потерял сознание. Но, честно говоря, тебе казалось, что Скейл пришел в лазарет для драки. Дело было не в тебе. Ты была ближе всего.Это все спишется на твое очередное глупое решение.        Ты застонала, когда услышала телефонный звонок.       Игнорируй, просто игнорируй.              Звонок прекратился. Уф.        Всё началось с начала.       Сволочь.       Ты ворча с трудом встала из постели. На тебе была шелковая пижама Дона, и черт возьми, это была самая удобная вещь, которую ты когда-либо носила. Ты должна была не забыть украсть её, когда уйдешь. Он был должен тебе за то, что он выбросил в мусорку половину твоей одежды. Кроме того, он мог позволить себе каждый вечер менять пижаму. Ты бы не потеряла свой сон из-за кражи одежды. Ты бы, наверное,хорошенько выспалась, ха-ха.       Боже, как сильно у тебя болит голова.       Слегка спотыкаясь, ты вышла в гостиную и взяла трубку. — Резиденция Ангуса и Гэлбрейта, — пробормотала ты, удивившись, как звонко и дружелюбно ты звучишь, хотя на самом деле хотела выплюнуть шквал проклятий.        — Это Джек Спратт, начальник тюрьмы Нью-Эбботт. Мне нужно поговорить с медсестрой Т/и.       Туманн перед глазами прояснилась с резким стартом. Как будто тебе в лицо плеснули ведром с ледяной водой. — Ох! Сэр. Сэр. Это я.       — Рад, что вы уже на ногах, медсестра Т/и. Вы нужны нам прямо здесь и сейчас. Нет нет Нет Нет. Нет. Нет, извини, но нет. Нет. Это несправедливо. Нет. К черту все это, на хуй это и на хуй тебя. Нет нет. Нет нет нет. Нет.       — Не… сэр… я имею в виду… я все еще не очень…       — Я пришлю машину. Череп пытается выбраться из своей камеры.И если ты сейчас же приедешь сюда..       Твой разум вдруг заполнился событиями вчерашнего дня. После раны на голове все было немного туманно. Доктор Кошкин. Как испугался Череп, как ты уезжаешь. Ты сказала ему, что вернешься, но не вернулась.       Блядь.

༻—༺ 

        Слава богу, ты оставила кое-что у Дона на случай импровизированной ночевки. Оставив короткую записку Ангусу, ты быстро оделась и уже была готова тутже броситься в машину, как только она подъедет. Ты была накачана обезболивающими и держала в руках фляжку с кофе, чтобы быстрее проснуться. Ты все еще была в грязной и больной, но страх заставлял тебя двигаться.        В тюрьме ты практически бежала от главного входа в Восточное крыло, не останавливаясь, чтобы переодеться в форму. Ты заметила несколько косых взглядов в свою сторону.За дверью, ведущей в Восточное крыло, тебя уже ждут Уитгласс и Спрэтт.       Спратт дал тебе краткую характеристику ситуации. Все звучало очень плохо. Убейте. Это было плохо. Внутри по обеим сторонам двери камеры ждали охранники с пистолетами где были дротики с транквилизаторами. Но в Черепа уже всадили четыре дротика, и ничто его не замедляло. Он пытался взломать металлическую дверь. Казалось, он причинил больше вреда, чем кто-либо мог объяснить.  — Ты забрал — Вещь , которую ты хотела получить из своего шкафчика?—  Спратт прервал тебя, с отвращением глядя на сумку, которую он тебе передал.—  Меня не волнует, что ты в него бросишь, лишь бы оно сработало.       Уитгласс, похоже, совсем не одобрял этого, но пошел он на хуй. Это же не он туда входил, не так ли??       Ты быстро направилась к камере Черепа. Ты могла слышать его рев. Для твоих ушей после столь долгой работы с этим гигантом его гнев больше походил на боль, чем на ярость. Звук истерзанного металла и треск бетона, когда он ломал дверь застывал кровь стыть в жилах.       Выйдя из камеры, ты остановилась, пытаясь выравнять дыхание. Ты была слишком напугана. Не то чтобы ты боялась Черепа, а того, что он мог сделать в таком состоянии. Ты была наполовину уверена, что он может убить тебя, и он даже не узнал, что сделает это.        — Череп, — позвала ты.       Рев не прекращался. Он не переставал ломиться в дверь. Было похоже, что там была сотня разгневанных быков, и все они были в огне. Охранники вокруг тебя напрягались с каждым ударом в дверь. Ты заставила себя стоять спокойно. Если ты не испугалась, ты бы могла убедить охранников не стрелять. Насилие здесь не поможет.       — Череп, — снова терпеливо позвала ты.       Звук начал пропадать. Ты ждала, пока он не перейдет в низкое рычание.       — Череп, это я, — сказала ты.       Рычание прекратилось.       Пришлось потрудиться, чтобы отодвинуть заслонку на защитной решетке двери, что позволило бы заглянуть в камеру. Череп повредил его, поэтому оно и застряло. С некоторым рывком тебе, наконец, удалось вернуть его на место.        — О мой Бог! —  Ты взвизгнула, отпрянув назад, как испуганный кролик.       Огромный немигающий глаз Черепа был прижат к решетке, и смотрел прямо на тебя.       Ты нервно рассмеялась, прижав руку к сердцу, словно оно могло попытаться вырваться. Ничто не сравнится со старым добрым скримером. — Боже мой, Череп, ты чуть не довел меня до сердечного приступа.       Значит, он снова порвал свою цепь. Спратт сказал тебе, что он сделал это прошлой ночью, так что они усыпили его транквилизатором и заменили цепь. Когда он проснулся, он сразу же снова начал атаковать дверь. Никто не был уверен, был ли он физически свободен или использовал магию. Несмотря на то, что он был на достаточном количестве магического подавителя, чтобы фактически подвергнуть его лоботомии. Они не осмелились заглянуть в решетку. Вероятно, они снова собирались повысить безопасность вокруг него. Проклятье. Ты только что молилась, чтобы ему не суждено было вернуться на каталку.        — Череп, пожалуйста, отойди от двери и иди в свой угол.       Тебе пришлось трижды терпеливо повторить свой приказ, прежде чем огромный светящийся глаз наконец исчез. Ты смотрела, как Череп неуверенно прошел в дальний угол и рухнул вниз. Он выглядел измученным. Ты надеялась, что эффект от транквилизатора начинают срабатывать, когда он успокаивается. Обычно тебе не нравилась та безумная частота при которой Черепа усыпляли. Но сейчас для всех заинтересованных сторон было самым безопасным, чтобы он ненадолго уснул.       Спрэтт и Уитгласс вышли из-за угла. Теперь все казалось безопасным. А еще говорят, что рыцарство мертво.       —Подготовить новую порцию транквилизаторов, — приказал Спратт охраннику.       Прежде чем ты успела возразить, Уитглас прочистил горло. — В идеале нам следует избегать этого, Спратт.—  Спратт уставился на Уитгласа. Доктор слабо улыбнулся. — Нам нужно, чтобы он успокоился. А не умер.       Спрат закатил глаза.       — Я войду, — сказала ты. — Я проверю его еще раз и прослежу, чтобы он заснул. В любом случае, он, скорее всего, очень скоро потеряет сознание. — Тот факт, что Череп уже забрал четверых, настораживал. Ты больше не хотела, чтобы кто-то подходил к нему еще.       Ты ждала возражения. Но потом ты поняла, что Хаксли не было. Скорее всего, он был в отпуске по болезни после того, как вчера Череп швырнул в него стул. Боже, это было только вчера?        Уитгласс выглядел так, будто одобрял твое решение. Спрат же колебался.       Может быть, это было из-за сотрясения мозга, но ты слышала, как ты говоришь: — Я обещаю не подавать в суд, если он меня убьет.       — Вот для чего нужен был отказ, — огрызнулся Спратт, но выглядел умиротворенным. Он небрежно махнул рукой. — Делайте все, что считаешь необходимым с медицинской точки зрения.       Потребовалась объединенная сила трех охранников, чтобы взломать поврежденную дверь настолько, чтобы ты смогла войти. Когда ты подошла к Черепу, ты с неприятным ударом увидела, что ни один из охранников не последовал за тобой внутрь. Оставаясь снаружи с поднятыми пистолетами. Ты предполагала, что, несмотря на все недостатки Хаксли, он, вероятно, был единственным человеком, достаточно смелым, чтобы регулярно находиться в одной комнате со Черепом.        — Череп? Ты можешь сказать что-то? Что угодно? Мне просто нужно проверить… проверить, как ты себя чувствуешь.       Чтобы проверить,насколько он в «своем уме», подумала ты. И в какой опасности ты была.       Череп казалось задыхался. Его кости звенели с тихим клацающим звуком. Конечно, строго говоря, это не было «задыханием». Это было результатом того, что было использовано так много решимости. Чистая грубая сила, пульсирующая в его Душе.              — Череп, ты можешь говорить…       — Т/и.        Ты вздохнула с облегчением. Ты опустилась на колени, немного вне досягаемости его рук. — Прости, что я не вернулась вчера. Был... инцидент в лазарете, и...       — кровотечение.       Ты остановилась. — О, — сказала ты, вспомнив порез на затылке и перевязанные раны от когтей Скейла на груди. Травмы были обработаны, и ты приняла душ, но запах Монстра, каким бы он ни был, он все еще мог сказать что случилось. — Да, я была ранена. Сейчас все хорошо.       Последнее, что ты собиралась сделать, это сказать Черепу, что на тебя напали.       Он потянулся к тебе, словно ребенок.       Ты не двигалась. — Еще нет, Череп. Я хочу, чтобы ты сначала немного успокоился.       — Хижина.       — Хиж… — ты замерла. Сглотнула. Твои глаза метнулись к двери, но Спратта и Уитгласа нигде не было видно. На самом деле, даже охранники, казалось, отступили.—  Хижина?       — Не уходи.       — Я не уйду, Череп. Вчера была проблема, поэтому я не могла прийти и навестить тебя. Я знаю, это могло напугать тебя, но, Череп, ты не можешь так начинать буйствовать. Ты понимаешь меня? Ты просто не можешь начинать так всегда. Ты всех напугал.       Ты ждала, чтобы увидеть, скажет ли он что-нибудь. Он этого не сделал.       — Ты напугал меня.       — Нет.       Ты снова ждала. Когда он ничего не сказал, ты начала волноваться. Не уверена, что ты правильно его поняла. — Ты расстроен? Что я ходила в твой старый дом?       Череп яростно замотал головой. — Нет. Остаться.       Возможно, он имел в виду «остаться здесь» или «остаться в хижине». Ты опять не смогла понять.        Ты открыла сумку. — Я… я подумала, что могу принести тебе кое-что. —  Ты протянул вычищенный и распушенный плюшевый скелет. — Я… надеюсь, ты не возражаешь. Я подумала, что тебе может понравиться небольшое напоминание.        Череп был неподвижен. Медленно ты наблюдала, как его голова наклонилась, глядя на плюшевого скелета. Он усмехнулся. Протянув руку, ты наблюдала, как он провел фалангой по плюшевой голове. Он взял его у тебя и держал, глядя на него с любопытством.        — Ты помнишь его?       — Крук...       Грохот баритона Черепа на мгновение сбил тебя с толку. Теперь кажется начали действовать транквилизаторы, и он становился медленнее. Вялым. Ты не была уверена, сказал ли он «Крукс», то есть принадлежал ли Круксу, или это имя носил сам плюшевый скелет. Не желая, чтобы еще одна из твоих теорий была ошибочной, ты с надеждой произнесла: — Плюшевый скелет принадлежал Круксу?       Череп кивнул. Это подтверждало, что Монстр, которого он потерял, был Круксом.       Он положил его, аккуратно прислонив к стене, как будто он сидел рядом с ним. Теперь он успокоился окончательно. Ты двинулась вперед. Он взял тебя за запястье и посадил к себе на колени. Ты могла почувствовать начало его мурлыканья.       — Теперь ты спокоен, Череп?       — Да.       — Не хочешь поговорить о Круксе?       — Нет.       — Есть что-нибудь, о чем Ты хотел бы поговорить?              — Нет.       Сегодня было не время расспрашивать его. Но ты не могла помочь себе. — Я видела твой сарай. Это там ты убивал людей?       — Да. —  Его тон не изменился по сравнению с мягкими, бесчувственными ответами, которые он уже давал. Он продолжал мурлыкать.       — Ты сожалеешь об убийстве этих людей?       Мурлыканье прекратилось, когда Череп посмотрел на тебя сверху вниз. — Да?       Он сказал это, потому что думал, что это то, что ты хотела услышать. Ты тяжко вздохнула. — Почему ты ел людей?       Череп подумал об этом немного дольше. — Убей или будь убитым.       Ты смотрела на него потрясенно. Полное предложение. Но даже так он сказал это в своем духе. Даже сквозь действие транквилизатора можно было услышать твердость. Как будто он произнес текст выученный наизусть. Как будто он говорил это снова и снова. Или слышал это опять и опять.Могло ли это быть каким-то оправданием, которым он жил?       — Нет, Череп. Это не правда.       Череп некоторое время хмурился, прежде чем, по-видимому, решил проигнорировать. Он притянул тебя ближе, крепко прижимая к своей груди. — Читать.       Ты выгнула бровь. — А волшебное слово?       — Пожалуйста, котенок.       Ты рассмеялась. — Котенок? Ты называешь меня котенком? Ты тот, кто мурлычет.       — Мягкая.       Ты закатила глаза, и протянув руку подобрала книгу, которой удалось пережить буйство Черепа —  Отлично. Где мы остановились…