Книга первая: Спасение трех великолепных скелетов

      Санс вышел из комнаты для осмотра, едва сдерживая свою ярость. У Санса был невероятный контроль.  Он был крепким орешком, и его использование магии было пугающе точным. Санс был скальпелем к брошенному Рэдом кирпичу. Но сейчас потребовалось много времени, чтобы не превратиться в волшебную бомбу.       Они уволили тебя. Его девушку. Они отослали его родственную душу.       Санс вздрогнул, когда его мозг вырвал изображение оставленного красного шарфа. Пыль развевается на ветру. Его Душа грозила сжаться, но Санс заставил себя не упасть в пустоту. Он пробился сквозь нее грубой силой воли. Больно. Решительность не была качеством, с которым была созвучна его Душа, но знание, того что он все еще может чувствовать это напряжение, было важным.       У Санса не так много осталось в этом мире.  Только его магия, его месть и ты. Мягкие глаза, мягкий рот, такая честная и такая настоящая. Санс знал, что он недостоин тебя. На самом деле, он, вероятно, плохо относился к тебе, но все равно хотел тебя.  А теперь тебя нет.       Нет, нет, не исчезла.       Санс заставил себя успокоиться.       Не пропала. Просто неудача. То, что он и планировал.       Хотя, надо признать, на данном этапе этого не должно быть. Это было слишком рано. Он еще не был готов вырваться. Когда он был бы готов, это стало бы прекрасным время для тебя, чтобы ты была уволена. Разорвать свои связи с этим местом до того, как вы оба уйдете, чтобы никогда не вернуться.       И снова Санс поразился человеческой глупости. Имея дело с людьми, было трудно планировать слишком далеко вперед. Ты ожидала - надеялась, что они примут логическое, рациональное решение. Затем они пошли и сделали что-то настолько же идиотское, как это. Что же вселилось в Спратта? Учитывая, что малышка была единственным, что сдерживало Реда и Черепа, почему Спратт отпустил ее? Конечно, существовал риск, что она не сыграет в мяч во время годового обзора. Или, по крайней мере, Спратт расценил бы это как риск. Санс знал, какие бы у тебя ни были претензии к тюрьме, ты бы не пошла к совету, если бы не чувствовала, что у тебя нет другого выбора. И ты была вдали от этого.       Санс был уверен, что Спратт, что Спрэтт хотя бы попытался бы договориться с ней.  Может быть, даже подкупить ее. Не деньгами, а обещаниями перемен. Тогда все, что Сансу нужно будет сделать, это мягко уговорить ее согласиться и не высовываться. Ради высшего блага или чего-то еще. Спратт даже не пытался этого сделать, идиот.        Санс винил себя. Он был слишком невнимателен. Позволить событиям развиваться без его ведома. Слишком уверен в себе. Боль и паника пронзили Санса, как молния, короткая, но яркая. И снова его лень подвела дорогих ему людей. Когда он собирался учиться на собственных ошибках? Сначала Папс, а теперь ты.       Нет. Нет, просто неудача. Она не ушла.       Черт.       Ему нужно было больше времени.       Ты еще не была готова уйти с ним. Ты заботилась о нем, Санс знал это. Но недостаточно. Еще нет. Люди всегда были чертовски медленными, чтобы следовать за своими Душами. Ты чувствовала что-нибудь прямо сейчас? Или ты не провела достаточного времени с ним или с ними, чтобы почувствовать связь? Если бы ты знала, даже если бы ты этого не осознавала, твоя Душа плакала бы от потери. Для монстра это было бы физически больно. Он уже мог чувствовать начало этого клубка боли. Но на Санса больше не действовала боль.        В конце концов, это пройдет. И у монстров, и у людей Душа приспосабливалась. Люди всегда быстро избавлялись от этого. Рано или поздно это произойдет, и это будет почти так, как будто их Души никогда не встречались. Санс хотел, чтобы ты вернулась до того, как это случится.        Он обдумал один из своих планов на случай непредвиденных обстоятельств, а затем отказался от него ради другого. Затем еще одного.       Это был акт балансирования. Он еще не мог вырваться, поэтому, что бы он ни делал, он все равно пробудет здесь еще год. Как минимум. Он не мог рисковать тем, что кто-то узнает, что у него есть магия. Он не мог рисковать тем, что они посадят его на ингибиторы магии.        Когда Санс наконец определился с планом атаки, он понял, что этого будет недостаточно. Это может вернуть тебя в экстренном порядке, но они не восстановят тебя в должности.        Санс стиснул зубы.       У него ничего не было для этого. Придется снова просить помощи у тупоголового.

༻—༺ 

        Во время следующей тренировки Санс зависал у соединительного забора, пока Рэд, наконец то, не подошел. Этот ублюдок не торопился подходить, просто чтобы показать, кто здесь большой босс. Тупица. Хотя Санс был благодарен, что он сдался и отправил Рэду эту бумажную Душу. Подтверждающий цвет твоей Души. По правде говоря, изначально он не собирался этого делать. Ему было приятно думать, что Рэд находится в гневе.       Но после того, как он услышал, что Рэд защитил тебя в лазарете, Санс смягчился. В конце концов, не было никакого вреда в поощрении хорошего поведения.       — Меня ждешь, клоун? — спросил Ред. — Готов признать, что она хочет меня больше, чем тебя?       Может быть, в этой ситуации был виноват прощальный снимок Грина? Если бы у Санса был желудок, он бы сжался. Если Грин проболтался о чем-то своему дяде о своих отношениях с тобой, возможно, Спратт посчитал в тебе слишком много ненужного. Легче было уволить тебя. Если бы ты рассказала какие-нибудь компрометирующие истории о Грине, он мог бы заявить, что ты просто мстила после увольнения.       Может, да. Может, нет.       Благословенное послание, наконец, пришло от Догерессы через Гриллби. Грин больше не был проблемой. Как бы Санс ни был рад, он все равно не мог простить Догерессу за то, что так долго ждал. Санс слышал, что этот мелкий говнюк был буквально за твоей дверью. Санс просил, уговаривал, угрожал и почти умолял Догерессу убить Грина, как только он выйдет из тюрьмы. Но Догересса была верна. И хотя она все еще хранила место в своем сердце для него и для Папируса, теперь она все же была частью Банды Серифов. Она выполняла их приказы, а не его.       Учитывая вражду между Рэдом и Грином, его немедленная смерть была бы слишком подозрительной. Рэд и Эдж хотели перестраховаться. Как будто Санса волновало, замешана ли банда Серифов или нет, он просто хотел смерти Грина и как можно более болезненной. Не только для тебя, не только потому, что это была справедливо, но и потому, что были люди, которым нельзя было позволять жить.       Эти идиоты позволили бы этому продолжаться еще дольше, если бы Грин не рисковал твоей жизнью. Санс был близок к тому, чтобы начать рвать на себе метафорические волосы, пока наконец не получил весточку. Наконец, выдохнув, он вздохнул с облегчением. Он не знал, говорить тебе или нет. Когда он увидел тебя после всего этого дела, ты была... он знал, что ты плохо с этим справляешься. Твоя Душа была немного потрепана за весь вечер. Свежий шрам на месте. Но он исцелялся.       Как он мог сказать тебе, не раскрывая всего? Кроме того, было ясно, что ты решишь, что не захочешь этого знать. Санс уважал это. В его жизни было много дерьма, о котором он хотел бы забыть. Но зная, что Грин сдох... Это была первая ночь Санса без кошмаров за последнее время.        Конечно, в ту минуту, когда Вселенная дает тебе хоть дюйм передышки, после она вцепится тебе в горло.       Санс натянуто улыбнулся. — Борьба окончена. Мы оба проиграли. Ее уволили. —  Он увидел вспышку ярости в глазах Реда. Наблюдал за реакцией его Души; Жестокая и болезненная. Немедленная реакция на потерю родственной души...       Это… это нервировало Санса. Он убедил себя, что Рэд видел в тебе только пассию которую он завоевал для галочки. Рэд признался (во многих словах), что не понимает слов о родственных Душах. Да встреча со своей второй половинкой не обязательно приводит к отношениям. Некоторые становились просто близкими друзьями. Некоторые терпеть друг друга не могли. Санс цеплялся за мысль, что Душа Рэда была слишком изранена, чтобы что-то чувствовать.       Теперь Санс не был так уверен. Боль у Рэда была мгновенной, в то время как его собственная все еще пыталась прорваться сквозь замороженную оболочку его Души.       Черт… может быть, Рэду ты действительно нравишься.        Сансу придется иметь дело с Рэдом. Но прямо сейчас у него не было выбора. Ему придется работать с этим ублюдком.       — Что ты имеешь в виду?       — Думаю, ее боссы волновались, что она была слишком близка с некоторыми заключенными. Знаешь, как и последняя медсестра, — многозначительно сказал Санс.       — Хотелось бы.  Но, она слишком леди. У них не было причин ее увольнять, это ебаная чушь. Когда это случилось?       — Вчера.       Рэд выглядел так, будто что-то только что пришло ему в голову. — Вот почему эти ублюдки затащили меня в одиночку.       — Вот почему? — скептически спросил Санс.        Ред зарычал. — Послушай, клоун, я знаю, когда у меня проблемы, и знаю, когда их нет. И я не думаю, что сделал что-нибудь во сне, кроме храпа, пока меня не вытащили из койки и вырубили.        Санс был вынужден согласиться, даже Рэд вряд ли делал что-то плохое во сне. Хотя его сны, вероятно, нуждаются в цензуре.        Еще одна вспышка гневного осознания промелькнула на лице Рэда. — Ты думаешь, это моя вина, не так ли?       — Твое и Хоррора, да, — бесстрастно сказал Санс.        — А что на счет тебя? Ты за ней бегаешь так же сильно, как и я. Может быть, они думали, что она стала слишком дружелюбной с чертовым психопатом-манипулятором.       — Я умнее тебя, — сказал Санс, — и я не смотрю на нее сверху вниз. — И Хоррор мурлычет всякий раз, когда она рядом, — сказал Санс, надеясь, что Рэд станет таким же, каким он себя чувствовал.       Это не сработало. Удивительно, Рэд чуть не захлебнулся. — Черт... — сказал он со смешком, качая головой, — она ему нравится.       Санс не мог поверить, насколько спокойным казался Рэд. — И это тебя не беспокоит? — недоверчиво спросил он.        Ред пожал плечами. — Она выберет меня. Или ты думаешь, она выберет урода-бомжа или лживого подонка? — сказал он, показывая на себя два больших пальца.       Санс подавил желание поднять его за Душу и швырнуть через весь двор. Звезды, черт возьми, его эмоции готовы вырваться на ружу.       — Давай посмотрим правде в глаза, — сказал Санс после долгого контролируемого вздоха. —  Даже когда Т/и вернется, все будут знать, что мы трое влюблены в нее. Я знаю, что Уайтгласс подозревает меня. Он не дурак и лучше знает, что происходит в этой тюрьме, чем притворяется. Он знает, что я настроен на нее, даже если это не является официальной причиной ее увольнения. Так что дело не в том, чтобы убедить их, что мы не любим ее. Речь идет о том, чтобы показать им, насколько хуже будет их жизнь без нее.       — Мы?       — Ты хочешь, чтобы она вернулась сюда, или нет?       — Ты ничего не сделал, чтобы доказать, что тебе можно доверять, приятель.       — Я выполнил свою часть сделки, не так ли? — невинно сказал Санс. — Я послал тебе бумажную душу.       — Да, блядь, недели спустя. Наверное, только потому что тебя это устраивало.       Ред скрестил руки на груди и задумался.       Эдж постоянно говорил о таких вещах. Верность. Долгосрочные стратегии. Новая политика банды Эбботта , за неимением лучшего слова. Эх.. Ред предпочитал ежедневные разборки, встречи один на один. В Нью-Эбботте не было такого монстра, который мог бы управлять кучей одурманенных жестоких гангстеров так, как он. Ред мог ежедневно контролировать комнату, зону боевых действий, половину проклятого города. Только не беспокой его о завтрашнем дне, это еще не случилось.       — Дерьмо. Отлично. Еще одно перемирие. Пока она не вернется.—  Ред покачал головой, разочаровавшись в себе.— Просто отлично. Какой у тебя план, комик?       Санс самодовольно улыбнулся, Рэд хотел проломить ему дурацкий череп. Пальцы Рэда сжались в кулаки, но он подавил желание. Ради возвращения моей возлюбленной, сказал он себе, я все вытерплю. Надеюсь, она это оценит.        — У меня есть план, — сказал Санс. — С приближающимся ежегодным обзором они не могут позволить мне умереть. Так скажи мне, что ты можешь сделать?»       — Прости, что?       — Что ты можешь сделать такого, чего не могу я?        — Придерживаться сделки? Принять удар? Сделать так, чтобы дама чувствовала себя желанной? — Рэд был рад видеть, что последнее высказывание ужалило Санса. Приятно это знать.       — Нет, — сказал Санс, его осторожный внешний вид спокойствия чуть-чуть соскользнул. — Что-то, что ударит надзирателя прямо по носу, — он поспешил добавить, — что-то, что не начинается на букву «м».       Ред не был дураком. Он понял, к чему клонил другой Скелет. Но он понял парня, который едва сдерживал свои эмоции. Рэд не мог устоять перед тем, чтобы не подколоть Санса еще немного.  — Музыка?"       — Магия, блять, — сказал Санс. Голубая магия потрескивала вокруг них на несколько мгновений. А после исчезла без следа. Черт, подумал Ред. У Коротышки впечатляющий контроль.        Когда Санс снова поднял голову, он снова был устрашающе спокоен. — Мне действительно нужно объяснять это вслух, тупица? Подстрекательство, то чего я не могу сделать.  

༻—༺ 

        Среди всего что планировалось, это был действительно неплохой план, единственное, что Санс и Рэд не могли предсказать, так это поведение Черепа. Что ж, Санс пытался. На самом деле он вложил кучу провизии. В том числе предупредив Харриса, чтобы он перекрыл восточное крыло. Но, к сожалению, то, что Санс не мог объяснить, было плохим временем. Кто бы смог?       На следующее утро, прямо перед тем, как двое парней претворили свой план в жизнь, Хаксли собирался усыпить Черепа транквилизатором, готовясь к ежедневной трапезе.        Череп был напуган и растерян.        Ты обещала ему, что теперь все по-другому, но тебя здесь не было. Тебя не было здесь уже четыре дня. Ты не сказала ему, что тебя не будет так долго.       Должно быть, что-то не так.       Было время, когда тебя не было, и он был под транквилизатором... это было до тебя?       Нет.       Череп был недоволен собой. Нет. Перестань соскальзывать. Подумай. Он знал, что что этого не было раньше. Время работает не так.       Ты была здесь несколько дней назад. Теперь тебя не было. Должно быть, что-то случилось.       Череп должен был использовать каждый клочок концентрации, чтобы снова не провалится. Ты была бы так разочарована. Череп хотел показать, что ему становится лучше. Он хотел, чтобы ты им гордилась.       «..Путешествие Полярис. Полярники США создали свою первую колонию в системе Андромеды. Но у экипажа возникли проблемы с производством еды, и теперь начальник службы безопасности полагал, что на борту находится шпион из Золотого совета. Глава двадцать пятая.» Ты сказала, что прочитаешь еще одну главу в следующий раз, когда будешь здесь.       Это было не до тебя.         Были и другие, что приносили еду. Большинство говорили с ним, но они не упоминали о тебе, поэтому его внимание затуманивалось. Потихоньку скатывался обратно в свой мир белого шума. Он пытался слушать, но даже несмотря на то, что в последнее время ему стало лучше, все, что было не по твоей части, просто не привлекало его внимания. Как песок сквозь пальцы.        Его зрение дрейфовало, когда он пытался читать. Как бы он ни старался. Так что он сдался. В очередной раз застрял в своем личном аду.       — Она придет, — заверил он плюшевого Крукса.        Четыре дня.        Четыре дня.       Она не придет.       Череп запаниковал, когда его мысли снова начали ускользать.        Череп не мог думать. Он что-то сделал и не помнил об этом? Это иногда случается.       Он не мог причинить ей боль. Он не стал бы. Или стал бы? Череп просто не знал, не уверен. Он не очень хорошо все помнил.       Нет. Остановись, подумай. Путешествие Полярис. Андромеда.       Череп был голоден. Последние два дня голод подкрадывался к нему все ближе. Он съедал еду, данную ему. С ней этого было бы достаточно. Но не сейчас.       В чрезвычайно редкий момент озарения Череп вдруг понял, что это была не еда, наполняющая его. Это было не потому, что не ты принесла её. Дело было не в еде. О еде давно уже речи не было. Он убил тех людей не потому, что был голоден. Дело было не в голоде.       Видимо этот момент слепой ясности был для него слишком тяжелым, разум Черепа, наконец, соскользнул, как будто поезд сошел с рельс.       Что он сделал?       Почему тебя не было здесь?       Череп вздрогнул, кости застучали.       Он был голоден.       Убей или будь убитым, мусорный мешок. Мир собачьего дерьма.       Растущее волнение Черепа и недостаток общения привели к тому, что Уитглас приказал вернуться к первоначальному режиму кормления Черепа. Персонал просто не мог рисковать. Так что с сегодняшнего дня Черепа усыпят транквилизатором, вернут на каталку и накормят. До тех пор, пока он не оправится от смены персонала. Он делал это раньше, в конце концов.  До тех пор никто не верил, что это возможно, поэтому разумно, он должен быть в состоянии сделать это снова.  Скорее всего, он просто был трудным пациентом.        Когда Хаксли открыл дверь, готовый выстрелить транквилизатором в грудь Черепа, Череп услышал голос снаружи. Он прорвался сквозь белый шум только потому, что услышал твое имя.       — Очень жаль. Но независимо от работы, которую Т/и проделала здесь, было ясно, что она не сможет отделить свои личные чувства от профессиональных границ. В свете предстоящего пересмотра Спратт был совершенно прав, уволив ее…       Череп потерял контроль.