Бездействие тоже преступление

— Следующая тема дня это захваченные повстанцы, — объявил Грег. Можно было сказать, что он занял роль секретаря и ведущего совещания. — Благодаря смерти Вайна многие сдались без боя, но это не значит, что они безобидны. — Рейнхард поднялся с трона, приближаясь к принцессе. — Что мы знаем о них? — Среди них есть бывшие дворяне, часть из них потеряли свой титул или земли, но всё равно консервативно относятся к власти. Хотя, как по мне, они просто хотели восстановить утерянное влияние через поддержку... — поправляя очки, мужчина запнулся, смотря на Зельду, что всё же решилась сесть на полу и придерживала свой новый ушиб на руке. — Нового правителя. — Завершил свою мысль Грег, уже смотря, как Лихт, хмурясь, постукивает по рукояти меча. — Некоторые сохранили связи в провинциях. Их можно использовать для контроля территорий. Просто надо им дать понять, что мы ищем союзников и щедры к друзьям... — А военные? — уточнил император, присев на корточки напротив Зельды. Его рука скользнула неожиданно ласково по её лицу, убирая пряди распущенных волос с лица. Принцесса прикрыла глаза, словно ловя момент ласки. Она знала, что это лишь мимолётное чувство, и надо наслаждаться, пока хозяин столь щедр. — Большинство — наёмники, остальные — бывшие офицеры императорской армии. Есть толковые командиры, но они служили старой власти, хотя и не находились в столице, когда мы захватывали дворец. — Нам нужны люди для восстановления армии, — заметил Жак. — Особенно опытные воины. Какая жалость, что это псы старого порядка. Стоит ли мне сейчас же снести им голову? — Отчего же сразу убивать? Не все, кто состояли на службе, были довольны императором. — Между воином и "секретарём" повисло напряжение, они играли в злобные гляделки с минуту, но, хмыкнув, одновременно отвернулись. — Предлагаешь помиловать предателей? — нахмурился Лихт, ему не нравились столь ненадёжные решения. — Не всех, — усмехнулся Грег. — Самых ярых казним для примера. Остальным дадим выбор: смерть или служба империи. Под строгим надзором, разумеется. Мы же не такие тираны, как прошлый император, чтобы изничтожить всех несогласных, не взирая на последствия. — С последней фразой никто не мог поспорить, в беспощадной резне смысла не было. — Что ж, тогда у нас остался только один срочный вопрос. Тот перебежчик, что защитил мою собственность. — Император не сводил взгляда с Зельды, словно прощупывал её реакцию. — Как его звали? Не напомнишь? — Он смотрел прямо в её глаза, давая понять, что вопрос адресован именно ей. — Иши, хозяин, — даже не вздрогнув, ответила девушка. — Иши, — повторил за ней эхом мужчина, словно пробуя имя на вкус. — Стоит ли мне его казнить иль помиловать? — Рейнхард опустил руку на шею девушки, нащупывая пульс. — Его казнь может быть проблемой, если вы хотите дать шанс людям перейти на вашу сторону, — тихо произнесла девушка. — Перефразирую вопрос: ты хочешь сохранить ему жизнь? — От этого вопроса хрупкая принцесса сжалась, чувствуя давление в голосе мужчины. — Я не вправе... — начала девушка в панике, но её горло тут же сжали, перекрывая воздух. — Ты снова это делаешь? — Настроение Рейнхарда испортилось, павшая принцесса совершила ошибку. — Снова бежишь от ответственности, своего выбора, снова бездействуешь. — Император поднялся на ноги, вслед поднял и девушку, душа за тонкую шею. Неужели в Иши он увидел себя? — А я думал, ты хоть немного поменялась, Зельда. — Девушка хваталась за сильную руку, пытаясь получить хоть немного воздуха, зелёные глаза мутнели, слёзы сами начали скатываться по лицу. — Мне не нужна бесполезная, но опасная псина. Ты уже показала свои клыки, убив Вайна, поздно строить из себя простую игрушку для утех. — Ш-шах, шан-нс, — прохрипела Зельда на грани сознания. — Дать тебе шанс? — хмыкнул мужчина, смотря, как глаза девушки начинают уже выкатываться без воздуха. — Хорошо. — Он разжал пальцы, и рабыня упала на пол в приступе кашля. — А теперь скажи мне, кто ты? — Я ваша сука, хозяин, — прохрипела девушка, жадно хватая воздух у пола. — Неправильный ответ. — Не успела девушка понять, как её настиг сильный удар ботинком. Зельда откатилась в сторону. Воздух, который она с таким трудом вдохнула, снова вышел из её лёгких. Никто из присутствующих не тронулся с места, наблюдая за развернувшейся сценой. Даже упрямый Лихт понимал, что начался процесс воспитания. — Я ваша рабыня. — Предприняла вторую попытку Зельда, не понимая, что сделала не так. — Неверно, сука. — И вот снова удар болью растёкся по её и так израненному телу. — Неужели ты думала, что сможешь спокойно спрятаться от своих грехов за моей спиной? — Что-то изменилось в императоре, что-то, чего принцесса не понимала. — Третья попытка, Зельда. — Он хватает её за волосы, заставляя посмотреть в омут голубых глаз. — И она последняя, поэтому обдумай всё хорошенько, не разочаруй меня окончательно. — Мужчина отпустил её, подойдя к трону. Повисла тишина, все ждали ответа девушки. Растрёпанная, побитая Зельда не смела тронуться с места. Она тяжело дышала, пытаясь сфокусировать взгляд на полу. Неужели Рейнхард только что отказался от неё? Принцесса совсем не понимала, что происходит. Она же повторила то, что он сам говорил, так почему? Девушка, наконец, подняла взгляд, пытаясь найти подсказку в лицах окружающих людей, но всё было тщетно. Она чувствовала лишь враждебность. А, посмотрев на императора, Зельда поняла, что он не шутил о последней попытке. Что-то необратимо изменилось, что-то поменялось между ними. Она его вещь, собственность... Зельда стала вспоминать все последние события, в панике смотря на своего возлюбленного. Потерять место рядом с ним после всего... Вдруг изумрудные глаза расширились, оживились, словно на неё снизошло озарение. На лице появилось неприкрытое удивление. Всё, что она слышала в этом зале, слова, произнесённые императором после смерти Вайна... Всё лежало на поверхности. Сейчас императору не была нужна простая вещь, пустышка. Это осознание поразило павшую принцессу до глубины души. Она нашла ответ, и её взгляд снова стал спокойным и покорным. — Я готова дать свой ответ, — тихий голос прозвучал на удивление чётко в огромном тронном зале. — И он не короткий, прошу дослушать до конца. — Говори. — Рейнхард, сидящий на троне, поставил перед собой меч, показывая цену ошибки. Зельда поднялась с пола, но в её движениях не осталось неуверенности. Она неспешно проследовала к трону. Девушка чувствовала прожигающие взгляды подчинённых императора, но не вздрогнула под их тяжестью. Принцесса опустилась на колени перед новым правителем, но было в этом что-то новое, изящное. — Я ваша рабыня, — произнесла она, заставив нахмурится Рейнхарда. — Я ваша собственность. — Она видела разочарование в голубых глазах и понимала, что от смерти её спасает лишь то, что она попросила выслушать её полностью. — Но это лишь часть истины. — Голос, размеренный и неспешный, словно отражался от стен большого зала. — Я ваша охотничья собака. — И вот принцесса склоняется лицом к ботинку мужчины, но на этот раз это не было жалким унижением перед сильным. — Гончая, готовая впиться в горло вашим врагам. — Её губы коснулись ботинка так элегантно, что даже ненавидящий её Лихт затаил дыхание. — Выдрессируйте меня, используйте меня и мои знания во благо империи, во благо себя. Таков ответ, мой император. В тронном зале повисла тишина, эта сцена была ничем иным, как клятвой верности. Последний оставшийся в живых ребёнок императора только что открыто признал права Рейнхарда на трон. Больше не было той дрожащей от страха принцессы, что пряталась, боясь сказать и слово против. Перед всеми сейчас было элегантное и грациозное создание. — Что ж, — после минутной тишины произнёс правитель. — Это весь твой ответ? — Его взгляд был тяжёлым как никогда. —Да, хозяин, — в голосе девушке не было ни сомнений, ни колебаний. — Я тебя понял. — Рейнхард поднял свой меч, приближая его к лицу рабыни. — Зельда, сейчас я в таком положении... — кончиком лезвия, он заставил девушку поднять голову, — что не могу держать с собой нечто бесполезное. — Его голос был вкрадчивым и, на удивление, спокойным. — Мы давно знаем друг друга, дольше и лучше, чем кто-либо в этом зале. — Это заявление заставило всех в удивлении смотреть. Все всегда гадали, почему их лидер так одержим дочерью врага, но никто не мог расспросить напрямую. — Ты не глупая и должна понимать, чего я от тебя желаю. Мне нравилось, когда только я знал твою истинную сущность, но после всего сделанного тобой... —... Бесполезно отрицать очевидное, — закончила фразу Зельда. — Всё поменялось, я больше не могу оправдывать своё бездействие давлением своего отца. И одними страданиями мне не искупить того, что я закрыла свои глаза, даже не попытавшись исправить что-либо. Мне дали силу в виде знаний, но я так бездарно... — Неожиданно слёзы потекли по щекам рабыни, всё, что было подавлено много лет, все сожаления вырвались наружу. — Верно, ты просто смотрела. — Рейнхард отложил оружие, смотря на раскаяние принцессы, внутри него были смешанные чувства. — Но должен признать, последний твой ответ мне понравился. — Его рука неожиданно стала трепать волосы Зельды. — Так что в награду я разрешаю тебе поплакать вдоволь, но только сегодня в качестве исключения. Моё отношение к тебе не станет мягче. Ты не сможешь гордо стоять рядом со мной. — Я поняла, хозяин, — прерывисто произнесла принцесса сквозь слёзы. Больше Зельда не сдерживалась, рыдая перед всеми. Всё, что копилось годами, выплеснулось наружу. Давно подавленная личность обрела волю, её пробудили от долгого сна. Рейнхард, что наконец добрался до самой сути принцессы, был, на удивление, доволен. Он гладил её прекрасные волосы цвета вороньего крыла, не сводя взгляда с заплаканного лица. Император понимал, что только что сломал последнюю психологическую защиту девушки. Теперь в его руках было не только её тело, но и душа, которую он спокойно может ломать под себя.