Это твой долг...

      Всю ночь девушка не спала, вздрагивая от каждого шороха. Даже днем, когда солнце уже было высоко в небе, она продолжала смотреть на дверь, ожидая, что вот-вот в комнату ворвется разъяренный господин, узнавший об обмане. Такара даже на следующий день боялась покидать пределы своей палаты. Чувство тревоги и обмана выматывает, но даже сон стал настолько чуток, что было достаточно лёгкого сквозняка в коридоре, чтобы разбудить её. Отвратительное чувство, уж лучше сразу бы все выяснилось, чем терпеть этот страх ожидания. Поэтому Такара договорилась с врачами, чтобы они её отпустили. Она могла бы уйти ещё вечером, но решила дождаться рассвета, чтобы точно не встретиться ни с кем из наставников и тем более с вакагасира.       Прохладный утренний воздух пробежался колючками по коже. Если бы нога ещё так не болела, она бы за минуту добежала до своей комнаты, но сейчас приходится упорно делать вид, что она искренне наслаждается прогулкой в первых лучах солнца. Врачи предлагали взять костыль, но Такара ни за что бы не согласилась. Ей повезло, что она никого не встретила по пути. Видела только как группа малышей вышла на утреннюю разминку и пробежку.       Подходя ближе к двери своей комнаты, Такара остановилась, насторожившись от странных звуков. Она резко распахнула дверь, вызвав испуганный вскрик и грохот. Девушка стояла с огромными удивленными глазами и смотрела на непонятное шевеление людей запутавшихся в одеяле. Сусуми обернулась к двери, а Исаму вскочил и постарался закрыть её собой, но споткнулся и растянулся на полу прямо перед ногами Такара. Шок, казалось, стал осязаемым. — Такара? — Сусуми? Исаму?       Какое-то время ребята сидели в комнате молча, пряча взгляд в пол от неловкости. Сусуми надела первое попавшееся под руку кимоно и, неестественно для него, подтягивала ткань к подбородку, стараясь скрыть алые следы на шее. Исаму же наоборот, и не пытался прятать отметины чужих губ на своих груди и ключицах. Такара решила первой прервать тишину: — Эм… И как давно вы так… встречаетесь? В смысле, мы то все давно подозревали, но когда вы... успели ? — В смысле вы все? Как знали? — выпалил Исаму. — Мэй поделилась со мной наблюдениями. Вам, ребята, еще учиться и учиться скрываться по настоящему, — хохотнула Такара. — Около месяца, — начала Сусуми. — Мы с тобой тогда не разговаривали, и… мне было тяжело. Исаму помог мне. — Видела я как помог, — не могла упустить такой момент Такара. — Никто не просил тебя врываться в комнату ни свет ни заря! — воскликнул парень. — Эй, это вообще-то моя комната. И я имею полное право находиться здесь, в отличие от некоторых. Или для истинных потомков якудза другие правила на счет девчонок?       Спустя секунду, небольшое пространство заполнилось еле сдерживающимся смехом. Стены довольно тонкие, и не хотелось бы разбудить соседей, хотя ситуация и впрямь вышла комичной. — Прости Такара, я правда не думала, что ты вернешься так скоро, — продолжила Сусуми. Это была моя идея. При всем уважении, мужские комнаты... место специфичное, уж лучше здесь, - она перевела взгляд на Исаму, который иронично закатил глаза. — Ты прекрасно знаешь, что больница никогда не сможет меня удержать надолго. — За эти дни я так и не спросила, что случилось. — Ногу подвернула. По-моему, все об этом знают. — Я не про это. Я видела Юту после праздника, на нем лица не было. Думала сначала, что ему не повезло с выбором, но оказалось, что детская мордашка мало кого привлекает. — Да и хорошо. Рановато ему еще, — поддержал Исаму. — Я тоже видел его потом. Ходил словно побитый котенок, вздрагивая от каждого шороха. Сначала не обратил внимания на это, подумал, может от Кимико ему досталось, но, как выяснилось, всю подготовку к празднику и после него она была занята. — Тебя же с ним видели последней. Так что нам бы хотелось знать правду, — надавила Сусуми.       От последнего слова внутри словно что-то оборвалось. Такара подняла взгляд, переводя его от Исаму к Сусуми и обратно. Не могли же они узнать… Никто не мог. Только та медсестра и доктор Мо. Доктор — человек чести, если не спросят, сам он говорить не будет, но и намеренно скрывать от господина тоже. Через пару дней ему точно станет все известно… Хотя медсестра, как там ее… Аямэ-сан, она могла донести все в любой момент… если получится как-нибудь избавиться от нее… — Такара! — нить рассуждений прервал чужой голос. Судя по нахмуренному выражению лица, Исаму звал ее не один раз. — Ты точно в порядке? — Да, просто… задумалась. — Уверена? Ты какая-то бледная, — переспросила Сусуми. — Я, конечно, не знаю подробностей, но может тебе лучше все-таки вернуться? — Нет! — резко оборвала Такара. — Со мной все хорошо. Ничего не случилось. Я согласилась помочь Юте-куну перед выступлением, но неудачно оступилась и подвернула ногу. Ты меня знаешь — это обычное дело. — Ну да, — нехотя согласилась подруга. — Девушки, пожалуй, мне уже пора.       Исаму поднялся на ноги, забрал вещи и, целомудренно поцеловав любимую в щеку, ушел, оставив в комнате вновь атмосферу неловкого молчания. — Прости меня, — тихо произнесла Сусуми. — Мы с тобой повздорили… Я даже не навестила тебя. — Ничего. Ты знала, что волноваться не о чем. Все хорошо. — Мне кажется, ты чего-то не договариваешь, но я не хочу устраивать допросы. Когда придет время сама решишь, рассказывать или нет. Но я хочу, чтобы ты знала — я всегда буду на твоей стороне. И что бы там ни произошло, ты всегда можешь довериться мне и поделиться тем, что тебя так гложет. — Спасибо, Сусуми. Для меня это очень ценно. И ты тоже меня прости, я не должна была так себя вести и говорить всякую чушь… — Да, и теперь, когда ты обо всем знаешь, постарайся не врываться так. — Эй, предупреждать вообще-то надо. Ахахах. ***       На следующий день приехал Наоки-сан. Он вернулся не один и раненый. Такара ожидала его увидеть на несколько дней раньше, но в свете произошедших событий ей нужно было время, чтобы подумать, как рассказать обо всем ему. Сначала она не хотела… думала, что пройдет время, будут еще церемонии и праздники, а там больше никто не стал бы разбираться, чей ребенок. Няньки бы забрали его и на воспитание, а Такара спустя несколько лет смотрела бы на группу младших учеников, угадывая, кто из них это мог бы быть… Но это было бы нечестно по отношению к Наоки. Он тоже имеет право знать и принимать решения. Когда Такара смогла, наконец, увидеть его, она ужаснулась. Бледная кожа, мешки под глазами, будто он не спал с самого отъезда, голова перевязана бинтами, ухо поранено. Такара хотела всё рассказать, но ему и так было плохо. И так была куча проблем, срочных и глобальных. Такара не маленькая… пару недель еще можно подождать.       Через сутки господин вновь собрал всех в общем зале. На столе лежали карты и планы здания элитного отеля в Нагано. Он и Торука-сан объясняли планы наступления и отхода, распределили всех на группы и отвечали на вопросы. — Как и ожидалось — наши худшие подозрения оказались верны, поэтому на эту встречу идут все, — подытожил Киоши. — Мне плевать готовы — не готовы, инициированы или нет. Вы все идете защищать честь самураев. Вы должны отстаивать честь своего Дома. Вы обязаны показать мерзким крысам, что им место только в канаве.       Помещение взорвалось яростными криками: — Да, господин! Точно! Им не место на нашей территории!       Вакагасира удовлетворенно кивнул наставникам, и те отпустили людей, давая им возможность подготовиться перед отъездом. Такара вышла на улицу, словно зомби, смотря в одну точку. Все вокруг нее шли с горящими глазами, готовыми пожертвовать жизнью ради Дома Ямиро, но она не могла разделить ее чувств. После слов господина все ее тело словно застыло, стало словно свинцовым и неуправляемым. Тяжелый груз слова «должна» давил с такой силой, что колени вот-вот подогнутся. Как же надоело быть марионеткой, оружием в чужих руках… Девушка стояла, сжимая-разжимая кулаки, не зная, как справится со своими чувствами: страхом и яростью. Всего час назад она считала, что будет в безопасности, что из-за поврежденной ноги и репутации, ее не будут брать на миссии… Но вакагасира плевать на это хотел. Ему нужны были солдаты и он их получит — всем найдет применение… Такара впервые в жизни ощутила настолько мерзкое и липкое чувство… страх… волнение… за другого человека. За человека, которого еще и не существует по сути. Остается только надеяться, что удастся затеряться среди толпы, не получить никаких травм… как-нибудь. До выезда она больше не видела Наоки-сана.       Спустя еще двое суток Киоши-сама шел уверенным шагом среди небольших круглых столиков элитного ресторана города Нагано. Область этого города в течение долгого времени была камнем преткновения среди Домов Токугава и Ямиро. Оба считали, что исторически это их территория, и второй не имеет права на ней находиться. Дом Токугава был достаточно богат и уперт, чтобы настаивать на своем, а для Ямиро — это уже было делом принципа — сохранить свою репутацию. Так продолжалось пока пару лет назад на доске не появилась новая фигура: молодой и амбициозный юноша, который был достаточно наглым и бесстрашным, чтобы явиться на собрания глав и объявить о себе. Он заключил партнерские соглашения со всеми Домами в равной степени, занимая для всех менее интересную медицинскую нишу. Хашинохама любезно согласился обеспечивать фармацевтической продукцией территорию Ямиро и Ямагути, а Токугава был транспортным агентом в обмен на высококачественный наркотик, который будет создаваться в соседней пробирке от антивирусного средства. Выгодой же для молодого Дома стала территория многострадального Нагано, ненужная и неудобная для всех. Жаль, что в последнее время вполне выгодная сделка стала все больше походить на фальшивую рокировку в шахматах. Это было ожидаемо, но не так очевидно.       Вакагасира Дома Ямиро был одет во все черное: тяжелые кожаные ботинки, свободные штаны со множеством карманов, водолазка и сверху фетровое пальто. У левого бедра была его неизменная спутница — катана, а на поясе кобура с пистолетом. За спиной мужчины шли двое его личных телохранителей, чьи лица были закрыты тканевыми масками. В дальнем конце зала у высокого окна обедал человек в темно-фиолетовой рубашке в компании господина Такимура. Киоши приходилось несколько раз иметь с этим юристом дело и нельзя сказать, что оно хорошо закончилось. Скользкий тип, находящийся под защитой государства Японии и имеющий демократическое убежище в Америке. Ко всему подготовился — пронеслось в голове. Хотелось бы убрать его сразу, но сегодня Киоши пришел не за этим.       Увидев гостя, Хашинохама отодвинул тарелку в сторону и приторно-сладко улыбнулся, приветствуя главу Ямиро. — Исчезни, — приказал Киоши юристу, поравнявшись со столом.       Мужчина встал и злобно сверкнув своими поросячьими глазками произнес: — Да как вы смеете прерывать нашу встречу, я…       Договорить ему не дали, грубо отталкивая за шкирку в сторону выхода. Одного взгляда Киоши было достаточно, чтобы тот замолк и через минуту покинул помещение. — Чем обязан такому внезапному визиту? — как бы невзначай спросил Хашинохама, вытирая рот белой салфеткой.       Киоши бросил на стол перед собеседником прозрачный зип-пакет с несколькими разноцветными порошками. — Надеюсь не будешь спрашивать, что это такое? — К чему такие глупости. Здесь же стоит знак качества нашей компании, - мужчина указал на цветок лотоса с восемью лепестками, внутри которого закручивались точки с хвостами как у комет. — И все же я спрошу, откуда это у Вас? — Ты меня за идиота держишь? — когда Киоши зол, ему сложно подбирать вежливые слова, поэтом он перешел сразу к делу. — Что твой товар делает на моей территории? Тебе было мало того, чем обеспечил тебя Ямагути? — Понятия не имею, о чем Вы говорите, — молодой человек откинулся на спинку стула, создавая образ некоего недоумения. — Да, всем известно, что я вырос на улицах под крышей Ямагути-гуми, но это не значит, что я буду всю жизнь им обязан. Я сам смог встать на ноги и положить начало становлению нового Дома якудза. Так что не смейте мне указывать на мое прошлое, не то мне придется напомнить и о Ваших былых подвигах. Всеми поставками занимается Дом Токугава. Ему и задавайте вопросы, — Хашинохама откинул полотенце для рук в сторону и встал из-за стола. — Думаешь я тебя вот так просто отпущу? — Не знаю как у вас, господин Ямиро, но у меня на сегодня назначена еще встреча. — Я. Еще. Не закончил, — отчеканил каждое слово Киоши, а в такт его голосу телохранители передернули затворы пистолетов, направленных на молодого главу. Фривольное поведение этого юноши начинало раздражать, нужно научить сиротку манерам. — Присядьте, будьте так любезны.       Хашинохама, закатив глаза, сделал, что его просили. На стол перед ним после пакета положили металлический кейс с эмблемой закрученного лотоса, который уже был похож на знак радиации. Он злобно сверкнул глазами, уставившись на человека перед собой. — Это не бомба, открывайте смелее.       Мужчина оглянулся по сторонам, чуть дольше задерживая взгляд через окно на здании напротив. Киоши проследил его взгляд и холодно улыбнулся. — Не волнуйтесь, ваших снайперов больше нет. Открывайте смелее, там лежат все ответы, на вопросы, что роем крутятся в Вашей голове. Если получится договориться, то все уйдут сегодня живыми.       Хашинохама, глядя в черные глаза вакагасира, одним движением открыл кейс. Киоши-сама не стал бы себя просто так подрывать. Однако то, что молодой человек увидел внутри было хуже, чем взрывчатка. Там лежали пробирки и капсулы с пистолетом для введения препарата. — Не делайте такое лицо, будто никогда не видели собственной же продукции. Первую партию мы обнаружили два года назад на судне в порту Нагоя, потом еще через год в Токио всплыли странные капсулы с фиолетовым веществом, и последняя находка была привезена в этом месяце. Вы делаете значительный прогресс в своих разработках. Порошки легче доставлять, но качество оставляет желать лучшего. Жидкость в ампулах поступает в кровь мгновенно и действует многим дольше, несмотря на меньшую дозировку. К тому у этой малютки оказалася довольно интересный побочный эффект, — Киоши взял пробирку в руки и покрутил перед своими глазами. — Поставками занимается Токугава, — повторил Хаши, уверенно захлопывая кейс. — Мое дело создать, а кто будет пользоваться уже выбор клиента. — Но в Ваших же интересах как можно шире распространить дурь, которую вы называете лекарством? — продолжил Киоши. — Зачем мне это? Куда большую выгоду я получу за проценты от продаж и новых заказов, чем будучи крысой за спиной у тигра. Киоши-сама, говорите прямо. Вам известно, что я не силен в разгадывании загадок. Мое время... — Мое время долго занимала мысль о том, как группу обученных самураев раскрыла шайка наемников, чей общий уровень интеллекта всех вместе взятых оказался едва ли равным хотя бы одному моему ученику, — перебил его Киоши. — Как могло так получиться, что о тайной поставке контрабанды знали все? Как-то смешно получается, не находите? — мужчина откинулся на спинку стула, продолжая играть с ампулой. — Вещество, которое находится в ампулах по структуре напоминает α-метилфенилэтиламин, производимый вами в качестве препаратов. Однако в концентрированном виде данное вещество улучшает у человека мозговую активность, повышается возбудимость, которая выражается в увеличении физической силы до 5 раз в зависимости от дозы. Теперь Вам понятен инцидент? — Вы считаете, что кто-то устоил целый спектакль, поставив на охрану сверхлюдей, которые избили тех детей, которых вы называете опытными самураями? — с ухмылкой переспросил Хашинохама. — И конечно же удостоверился, чтобы об этом всем было известно. — Именно. Эти дети уже менее чем через год станут полновправными членами якудза, поэтому не стоит их недооценивать, — начал закипать Киоши. — Что Вы от меня хотите теперь? — Хашинохама тоже начал терять терпение. — Конкретнее? Расстрелять всех дилеров? Так это вы и сами в состоянии сделать. Судя по тому, что Вы выяснили, этот амфетамин действует не более 8-12 часов. Его уже сложно будет отследить. — Мне нужно, чтобы этого не было на моей территории! Мне не хватало, чтобы правительство совало нос в наши дела, потому что неугомонные подростки мрут как мухи в полицейских камерах от передоза. Молодой организм не выдерживает такой нагрузки, которую дает эта дрянь. И поверьте, мы хорошо ее протестировали.       Первые полученные ампулы после проваленной миссии в порту были отправлены в лабораторию госпиталя. Вещество сложно поддавалось идентификации, но большая часть составных элементов говорила об амфетамине. Ставить эксперименты на мышах времени не было, поэтому вакагасира приказал протестировать в малых дозах на гостях нижних этажей поместья. Первые подопытные не показали ничего необычного — снижение сонливости, эйфория, повышение двигательной активности и, что особенно удобно, развязывание языка. Люди начинали говорить не умолкая, начиная от предметов перед глазами и заканчивая детскими историями. Дознавателям такой метод меньше нравился так как можно было часами выслушивать различный бред, который лился беспрерывным потоком. Однако, среди словесной каши часто отыскивались значимые сведения и внезапные секреты, после которых жизнь подопечных уже была решена не в их пользу.              На средних дозах, которая получалась разбавлением фиолетового вещества до дозы среднестатистического взрослого человека в целом результаты были те же. Только смертность повысилась. Когда очередной чиновник средней руки решил, что у него слишком мало полномочий и средств, он тоже угодил в гостеприимные руки Ямиро. У мужчины появились явные признаки передоза. Из-за судорог пошла пена изо рта на середине предложения, которое было решающим в допросе. Киоши-сан в ярости ударил мужчину несколько раз, чтобы привести в чувство и тот значил свою речь, но пленный лишь завалился на бок, привязанный к стулу, продолжая дрожать всем телом. Вакагасира схватил подготовленный шприц и воткнул его в шею чиновнику, одним движением вводя яркое вещество в вену. Потребовалось лишь несколько секунд, чтобы судороги прекратились. Вакагасира выругался и еще раз пнул ногой стул, будучи уверенным, что мужчина мертв. Однако к его удивлению, чиновник очнулся и сел ровно, пристально смотря перед собой. Спустя еще минуту Киоши проверил его пульс и тот был в норме. Складывалось ощущение о полной перезагрузке человека, но разве такое возможно? Чиновник обернулся на своего мучителя и спросил, кто он и что тут делает. Киоши ответил, что они старые друзья, должно быть тот забыл. На вопрос, почему он был привязан к стулу, чиновник был полностью удовлетворен ответом, о такой необходимости во время судорог. Стоило отвязать мужчину, и тот был способен лишь следовать четким приказам, начиная от стандартных "встать" и "присесть", заканчинвая небольшими махинациями с государственным бюджетом. Доза вещества была уменьшена, а концентрация увеличена, что оказало точно такой же эффект на других подчиненных. По окончании действия вещества без второй дозы человек умирал. — Я не знал, что мой товар пойдет прекрытием для нового вещества, распространясь там, где не положено. Этим всем заправляет Токугава, это в его стиле действовать исподтишка ради собственной выгоды… — продолжил Хашинохама. — Заткнись! — Киоши извлек катану, упирая кончиком в чужой подбородок. По шее стекла первая капля крови. — Мне не доставляет удовольствия сидеть здесь и слушать всякий бред. Я знаю твою историю, и мне импонирует, смелость с какой ты действуешь. Но не забывайся: в океане всегда найдется рыба, покрупнее тебя. Поэтому ты уберешь свой товар из моей территории. Совсем. С Токугава, я, естественно, тоже спрошу, этот ублюдок… — Так-так, кто-то здесь вспоминал меня? — в помещение ресторана зашел мужчина с лучезарной улыбкой. Токугава любил появляться неожиданно, словно фокусник. Он может с легкостью найти как вход, так и выход из любой ситуации. И сейчас он появился весьма эффектно в сопровождении не только девушки, но и многочисленных телохранителей. — Я ведь говорил, что у меня еще важная встреча, — произнес Хашинохама, потирая рукой шею. — Господин Токугава, какая приятная неожиданность. Я только хотел отправить своих людей за вашей головой, а вы ее сами принесли мне, — в такой же надменно-вежливой манере ответил Киоши. — Не забывайся, ты всего лишь вакагасира, и с кем сейчас разговариваешь, — уже серьезно проговорил Токугава, подойдя вплотную к столу. — По какому поводу всеобщее собрание? — Я прекрасно знаю свое место в отличие от вас. Какого черта фиолетовая дурь делает в Нагоя? — перешел сразу к делу Киоши, выставляя перед собой катану. — Вы, Дом Ямиро, до сих пор играете с этими ножиками? — Токугава брезгливо отодвинул двумя пальцами от себя катану и присел на стул. — Что, на продаже всякой мазни и древних вазочек сильно не разживешься? Не хватает, чтобы приобрести нормальные игрушки? — продолжил он, открывая одну сторону пиджака, под которым было два новеньких пистолета. Личная охрана в этот момент подняли перед собой и показательно перезарядили пулеметы. — Судя по вашим действиям, проблемы далеко не у нашего Дома. Как крысы, действуете из-под тишка. — Да как ты смеешь? Врываешься на частную встречу на территории другого Дома и имеешь наглость что-то требовать? Должно быть оябун плохо тебя обучил, если при такой должности до сих пор не знаешь элементарных правил.       Киоши улыбнулся. Давно сдерживаемые монстры словно нашли свою цель. Ненависть зажгла огонь в глазах, который можно потушить лишь кровью. — Господин Токугава, я всегда восхищался вашей хитростью и изворотливостью. Словно змей вы успеваете сунуть голову во все дыры. Правда, зря Вы в Нагоя вернулись. Я еще подумал, как за такой короткий срок вы успели вернуться из штатов и принять участие на нашем празднике. А вы никуда и не уезжали... Прикрывались своими подчиненными, чтобы травить мой город... — Что-то мне подсказывало, что ты придешь сюда, и я не ошибся. — Не я это первым начал, — ответил Киоши и махнул рукой своим подчиненным, которые были в готовы в любой момент начать битву.       В помещение ворвались несколько десятков человек, так же как и телохранители облаченные в черное. Началась шумная драка и перестрелка. Люди Ямиро быстро среагировали и переворачивали столы, используя их толстое дерево в качестве щита при продвижении к противнику. Огнестрел отличное орудие, чтобы держать противника на расстоянии, но для потомков самураев, они двигались слишком медленно. Буквально уже через несколько минут людей токугава разрубали на части стальные мечи. Оябун отправил свою спутницу вниз под стол и достал один из пистолетов, чтобы отстреливаться от демонов Киоши. Тот же в свою очередь нападал и разрезал всех, кто становился у него на пути. Одна из пуль попала чуть выше левого плеча вакагасира и прошла на вылет, чем только разозлила мужчину. — До сих пор держитесь за свои устои? Даже не смотрите, что они приносят вам лишь потери? — усмехнулся Токугава. — Чтобы уничтожить грязную псину, мне жаль и одного патрона, — ответил Киоши, раздвинув шире полы плаща и демонстрируя кобуру на поясе. — Да не в курсе я про наркотики, — взревел Токугава, отбиваясь от очередной атаки. — Думаешь я поверю в твои слова, после всех доказательств? — Забыл о соглашении? — Много лет назад я заключил его с оябуном. Ты тоже там был. Мне лучшее подпольное казино, а вам безопасность. Зачем же мне нарушать столь выгодный договор, приносящий огромную прибыль ради дешёвой наркоты? — Мужчины практически столкнулись нос к носу. Токугава выкинул пустой пистолет в сторону, вытащив все-таки и свой меч. Это уже дело принципа. Бой один на один. — Мне откуда знать, что ты задумал? Разве не поставщик отвечает за распространение товара?! — взорвался Киоши, яростно набралась на противника. — Хашинохама мог и сам продавать в тайне от всех. Почему бы тебе не спросить у него напрямую?       Оба главы скрестили лезвия и обернулись в сторону, где раньше был молодой представитель Хашинохама. Как они не заметили, что тот ушёл? Быстро оглядев пространство, Киоши заметил, что молодой человек на четвереньках полз к двери на кухню, избегая борьбы и шальных пуль. Он достал откуда-то гранату, и обернувшись в их сторону, зубами вытащил чеку. — Не смей этого делать! — закричал Киоши, но тот уже бросил её в сторону.       Секунда и панорамные окна, открывающие прекрасный вид на город, прошли плотной паутинкой трещин и лопнули от оглушительного взрыва.       Такаре с самого начала не нравилась эта миссия. Ученикам не рассказали, что произошло. Складывалось ощущение, что их добровольно отправили в ловушку, что вот-вот захлопнется. Их всех разделили на группы и определили дислокации по всему зданию, отрезая пути противника к отступлению. Ей не повезло оказаться на крыше. Кроме долгого подъёма, ещё более выматывающим стало ожидание. Господин лично отправился на встречу, взяв с собой лишь двоих громил. Третий был с группой, что находилась на этаже и следующей вступала в бой. Группа Наоки-сана захватила первые этажи и парковку. Еще две группы отправились в соседние здания для снятия снайперов. На крыше с остальными была Торука-сан. Уже больше тридцати минут они просто стоят на голове, ожидая приказа. Это нервирует. С одной стороны, Такара была рада, что пропускает основную битву. Приглушенно слышны пулемёты выстрелы и человеческие крики. Но здесь они пока были в безопасности, однако неприятное предчувствие, сосущее под ложечкой, говорило обратное. Должно произойти что-то. — Приготовьтесь, — наконец-то, приказала наставница. — Скоро наш выход.       Все, включая Такару, ещё раз перезарядили пистолеты и проверили как выходит из ножен катана. Последнее конечно было лишним, уже скорее дело привычки. Характерный металлический звук был приятен для ушей. Вдруг пол под ногами задолжал. Через ещё секунду из-под земли, из окон вырвался огромный столб пламени с оглушительным звуком. От вибраций у многих земля ушла из-под ног, снизу послышались крики… Такара, словно оглушенная таким грохотом, стояла неподвижно. При таком взрыве… вряд ли кто-то выжил. Киоши-сама был там…       Как только пыль рассеялась, Торука-сан отдала приказ ступать вниз и спасти господина. Что делать, если уже некого спасать? — пронеслась странная мысль в голове. Что если с этого момента все ученики Дома стали свободными?       Такара одна из последних, прикрывая нос от пыли, побежала в здание. Этажом ниже, в ресторане до сих пор стоял туман из мелких частиц бетона и штукатурки. Повсюду тела и кровь, много крови. Из дальнего конца помещения слышатся ритмичные звуки удара лезвий. Значит бой все еще продолжается. В такой плохой видимости нужно быть предельно осторожной. Девушка спряталась за одну из колонн и аккуратно выглядывала, просматривая пространство со всех сторон. Пыль постепенно оседала. — Такара! — шепотом позвала ее Мэй, высунув голову из соседней колонны. — Давай сюда.       Однако стоило только девушке высунуть плечо, как парой сантиметров выше просвистела пуля. Она резко вернулась обратно за колонну и присела корточки, стараясь вспомнить количество противников, которое увидела. Черт! — выругалась про себя. Раньше не было так страшно. Пуля в плече — это вообще ничто по сравнению со смертью господина. Она должна… нет, все они, каждый ученик должен своей грудью защищать главу. Пришлось достать из-за пояса пистолет. Такара не любила огнестрельное оружие: слишком громкое, слишком опасное и неуправляемое. То ли дело катана — холодная и послушная. Стоит лишь подпустить ее поближе и острое лезвие режет мягкую плоть на мелкие кусочки.       Из-за перестрелки пыль до конца не осела, создавая небольшую дымку в помещении. У нее есть шанс перепрыгнуть в другое укрытие. Такара сделала пару глубоких вдохов, стараясь успокоить колотящееся сердце. Сейчас!       Девушка выпрыгнула из-за колонны и, сделав кувырок, перекатилась дальше, вскакивая на ноги и стреляя в противоположную сторону. Мэй протянула руку и практически силой затащила подругу, спасая от дорожки пуль, следующих по ее следам. — Небеса, что происходит? — задала она риторический вопрос. — Где господин? Ты его видела? — спросила Мэй, периодически выглядывая из-за укрытия.       В противоположной стороне помещения слышны звуки стали, кто-то продолжал бороться и на мечах тоже. Нужно срочно найти господина и убираться отсюда. Это была ловушка. — Идем? — спросила Мэй, перезаряжая пистолет. Такара последовала ее примеру и, проверив магазин, кивнула. Вновь глубокий вдох.       Девушки выбежали в тот момент, когда пулеметная очередь приостановилась. Мэй смогла попасть в голову одному из стреляющих и дать им возможность пройти вглубь. На полу повсюду куски бетона из разрушенных стен и колонн, деревянные бруски и щепки от мебели, стекла от посуды и человеческие конечности. Они двигались быстро и аккуратно. Проходя дальше, они увидели как вакагасира, придерживая рукой за правый бок, фехтовал левой рукой. В такой неподходящий момент, Такара отметила, что техника господина ничем не хуже, чем у привычной правой руки. Она всего раз видела его тренировку. Йирони-сама собрал старейшин и наставников для небольшого соревнования. Их бои были неописуемыми. Такара всего лишь на минутку хотела заглянуть, но так и стояла с широко открытыми глазами, глядя как четкие, но изящные движения их господина выбивали из рук оппонента оружие. Вакагасира мог сражаться в любом стиле: двуручной катаной или двумя кинжалами по одной в каждой руке. Особенно сильно выделялась техника одноручного фехтования. Японские катаны для этого не предназначены, но в экстренных случаях такие приемы спасали жизни. Спустя пару мгновений Такара очнулась. Она прицелилась и выстрелила в оппонента, заставляя того сразу упасть на пол мертвым грузом. — Господин! Господин? Вы в порядке, что произошло? — встрепенулась Мэй, подбегая ближе к нему.       Увидев девушек, мужчина с облегчением вздохнул и позволил себе расслабиться на секунду, опершись на меч как на трость. Они первые нашли его. — Ничего, всего лишь царапина, — ответил он, убирая руку от бока, проверяя на кровотечение и возвращая ее обратно. Вся ладонь была красной. — Не нужно было отключать систему сигнализации. Сейчас она бы потушила весь огонь и избавила нас от пыли. — Киоши-сама, нужно выбираться отсюда.       Мэй подхватила господина под руку, чтобы он мог опираться на нее, и они стали пробираться к выходу. Такара шла от них на расстоянии двух шагов. Банальный страх и тяжесть, что лежат на душе, заставлял ее держать дистанцию. Она отбила еще нескольких противников и открыла двери, ведущие на лестничную площадку. В этот момент девушки впервые услышали, как их господин ругается бранными словами, глядя на завал полностью закрывающий проход.       Наоки, собрав свою группу на нижних этажах, отдал приказ быть готовым ко всему. Его предыдущая встреча с людьми Токугава прошла отнюдь не так как планировалось. Войны Ямиро оцепили все пути входа и выхода, не давая возможности никому скрыться. Однако после взрыва, дрожь и грохот которого прошлись по всем этажам здания. Мужчина отдал приказ всем подниматься и искать господина. Сегодняшние переговоры уже ни к чему все равно не приведут. Наставник не удивился, остановившись у завала, парой этажей ниже. Скорее всего взрыв был не один, кто-то намеренно подорвал еще и лестницы. Он вернулся на один этаж ниже, чтобы попробовать подняться с другой стороны, но его внимание привлек звук тяжелого кряхтения и выстрелов. В помещении до сих пор стояла дымка от бетонной пыли, что снижало обзор, хотя голос он узнал сразу. Подбежав ближе с пистолетом наготове, Наоки действительно обнаружил оябуна Дома Токугава. Мужчина стоял, всем телом опираясь на колонну и отстреливался от приближающихся теней. Его голова была в крови, один глаз полностью закрыт, а стопа правой ноги — повернута под неправильным углом. — Господин Токугава! — Наоки мгновенно выбил оружие из рук, перехватывая и обездвиживая чужую кисть. — Токугава-сама, отзовите своих людей! Продолжать нет смысла, от пожара здание может начать разрушаться. — Что? — переспросил мужчина, инстинктивно продолжая отбиваться, пока не рассмотрел, кто стоял перед ним. — Отзовите людей! — Наоки-сан, со мной было не больше десяти человек, и все они остались погребены под завалами или погибли от ваших мечей. Так что, боюсь, это не со мной дерутся сейчас твои ученики.       Наоки понадобилась минута, чтобы переварить новую информацию. Господин знал, на что шел, когда брал столько людей с собой. Бороться с одним Домом еще можно, но противостоять двум в таких условиях сразу — смертоубийство. — Где мой господин? — холодно спросил наставник. — Я не знаю. Он еще был без сознания, когда я пытался уйти. Должно быть остался в ресторане. — Черт! — выругался Наоки и отправился наверх.       Он изо всех стил старался держать мысли в состоянии холодной расчетливости, но беспокойство из-за взрыва за вакагасира приводило голову в беспорядок. Еще он слишком долго не видел Такару. Их группа была направлена на крышу — практически эпицентр действий. Эта девчонка любила впутываться в неприятности, но всегда умела и выходить из них. Пусть на этот раз все будет так же. — Господин! Наконец-то мы смогли вас найти! — послышался знакомый голос. Их нашла группа истинных. — Кимико, как вы добрались сюда? — спросил Киоши. — Мы попытались расчистить завалы, но открылась лишь небольшая щель через которую мы и смогли к вам пройти. Дальше лестница полностью разрушена. Остальные ждут нас по ту сторону. — Мы не сможем пробраться к ним. — Киоши-сама, но у нас есть тросы! — воскликнула истинная показывая свой пояс.       Вакагасира мысленно поблагодарил Торуку-сан за то, что та настояла на дополнительном снаряжении для отдельной группы. Но проблема оставалась в том, что тросы и карабины были не у всех. Система Мэй была повреждена во время боя: одна из пуль удачно попала в фиксирующий механизм. Теперь устройство бесполезно. — Снимите с трупов, — приказал вакагасира.       По телу Такара прошлась неприятная дрожь. Она далеко не раз видела трупы и даже трогала их, но когда это тела знакомых, почти родных тебе людей, становится не по-себе. Она проверила как работает трос на поясе и с облегчением вздохнула. Все в порядке. Кимико довольно хладнокровно перевернула ногой пару тел, осматривая их, пока не нашла рабочий механизм и не отдала его господину. Огонь местами продолжал гореть в помещении, что когда-то было элитным рестораном, но пыль уже полностью осела. Истинная с подчиненными зацепили свои тросы за уцелевшие колонны и, подойдя к раме от разбитого окна, приготовились к спуску. — Прыгайте, — приказал господин, присоединяя свое устройство к поясу.       Такара нервно сглотнула, смотря вниз. Сильный ветер ударил в лицо, а вид таких маленьких людей, похожих на муравьев с высоты пятидесяти метров, заставил поджилки затрястись. Группа Кимико успешно спустились и подали сигнал наверх, чтобы обрезали их веревки. Они следующие. Фиксируя свой трос трясущимися руками, Такара поняла, что не может этого сделать. Ноги словно приросли к полу в паре шагов от обрыва. Не шелохнуться… Она стояла и смотрела вниз, осознавая отвратительную правду. Она не сможет. Раньше девушка, не задумываясь, разбежалась бы и спрыгнула. Пара легких переломов не стоит ни в каком сравнении с жизнью. Но сейчас, на такой шаг она не может пойти. Нужно придумать другой выход. Такара так и продолжала стоять, озираясь по сторонам, ища какую-либо подсказку. С потолка отвалился еще кусок штукатурки, падая под ноги. — Все готово? — уточнил Киоши-сама у Мэй, и та кивнула ему в ответ. — Господин. Истинные прошли сюда через щель в завале. Нам нет смысла прыгать с такой «ненадежной» высоты и рисковать жизнью, если можно пройти там. Более безопасным путем. — Ты головой должно быть ударилась, если считаешь, что завал, который может обрушиться в любой момент, безопаснее проверенного и простого вертикально спуска, — раздраженно ответил господин, поднимая на девушку тяжелый взгляд. — Но падение с такой высоты… - Такара стала пятиться назад. — В чем дело? — повысил тон мужчина. — Ты раньше никогда не боялась высоты! Что же изменилось теперь? — у него снова был тот самый, безумно-озверевший взгляд, когда руки чесались порвать кого-нибудь на части. Мужчина практически подошел к ней вплотную, когда Такара наткнулась спиной в колонну. — Я не могу… — У тебя нет выхода! Все уже спускаются, и только твоя безмозглая голова отрицает очевидное! — Господин, идите без меня! Я не пойду! - закричала Такара, едва осознавая свои поступки.       Послышался грохот и с потолка стал сыпаться цемент. — Давайте же! Скорее, здание скоро обрушится! — закричали отдаленные голоса снаружи.       Такара отбежала от господина и одним движением активировала вручную пожарную тревогу. На все здание включилась сирена и с потолка дождем побежала вода. — Ты что сделал сучка! - взревел Киоши, в два шага хватая девушку за локоть и подталкивая к обрыву. Стоило ему сделать пол шага, как справа просвистела пуля. — Нет-нет. Ааа! — резко закричала Такара, хватаясь за плечо, после звука выстрела.       Обернувшись, Киоши увидел, что один из наемников от звуков сирены пришел в себя. Мужчина, чью ногу раздробило осколками от взрыва, прополз несколько метров, чтобы взять лежащий на полу пистолет. К несчастью, заряженный. В его глазах не было никакого страха, наоборот — надежда. Ему точно не выбраться отсюда живым, но все еще остался шанс выполнить задание — убить вакагасира Ямиро. После первого промаха, с громким воплем мужчина схватился за пистолет второй рукой и начал стрелять. Такара стояла в ступоре за чужой спиной, держась за плечо. Господин прикрыл ее?.. Собой?       Киоши инстинктивно встал перед девушкой, чтобы найти стрелявшего. Затем прошел вперед, вытаскивая свой пистолет из-за пояса, целясь в голову противнику. Этого времени оказалось достаточно, чтобы словить пулю в левый бок и в ногу, ниже бедра. Осев на одно колено, в ярости он спустил весь магазин превращая голову несчастного в кровавое решето, без возможности опознания. Секундой позже он заметил, что девушка все еще была на этаже за его спиной. Воспользовавшись ее шоком, вакагасира просто столкнул Такару с верхнего этажа здания вниз, после чего упал следом, теряя сознание.       Наоки-сан уже почти добрался до нужного этажа, когда заметил, что несколько девушек спускались, пробегаясь по стене с внешней стороны здания. Спустя пару мгновений тела Такары и господина полетели вниз ничком.