Это твой долг...

      Мужчина ударом ноги распахнул двери и вошел внутрь. Все, что попадалось в руки, летело в противоположную стену или разбивалось об пол. Такара семенила за ним, инстинктивно вжав голову в плечи, и вздрагивала при каждом звуке крошащегося стекла и разбивающегося дерева. Наоки-сан был в бешенстве. Ему стоило больших усилий и многих жертв подняться на верхние этажи здания, всё это было ради беглого взгляда на летящие вниз тела важных для него людей. Как выяснилось позже, девушка увидела, что господин без сознания и успела в полете перевернуть его в нормальное положение и активировать тормозящий механизм. Ее собственный оказался неисправным.              Всего на секунду, во время полета у Такары в голове мелькнула эта мысль. Если господина не станет - решатся все ее проблемы. Никто не будет держать под гнетом весь Дом, никто не будет срывать на ней свою злость. Не от кого будет хранить тайны. Всего на одно мгновение жизнь показала свою альтернативу и стала бы причиной её смерти. Но если бы не он, она умерла бы намного раньше. Девушка скорее инстинктивно позаботилась в первую очередь о безопасности другого человека, чем о своей, но это спасло их обоих. Кимико, Мэй и остальные успешно спустились и успели среагировать, чтобы поймать их. Тогда Такара очень сильно хотела увидеть Наоки, но не в этот момент. Она еще никогда его таким не видела и не хотела бы, но, к сожалению, именно она сейчас была причиной его гнева. Он уничтожил половину своего кабинета, но вскоре остановился, будто бы задумался, и повернулся к девушке. За два шага он преодолел разделяющее их расстояние и взял ее за плечи, с силой сжимая свежую рану. Пуля прошла по касательной. — Зачем ты это сделала?       Такара кусала губы и тратила неимоверные усилия, чтобы не заплакать. Она боялась не боли, а поднять голову, боялась посмотреть в серые глаза и увидеть там ярость. Они были слишком светлыми для такой черноты. — Почему ты молчишь?! — взревел Наоки, еще раз встряхнув девушку.       Под его гнетущим взглядом, казалось, девушка уменьшилась в разы, пряча взгляд. Ей было страшно, и он прекрасно это видел, но хотел все-таки добиться истины. — Объясни мне, что там случилось? Что вообще происходит?! Из-за тебя мы чуть не погибли. Опять!       Девушка просто стояла и смотрела в никуда, прокусив губу до крови. Наоки устало прикрыл ладонями лицо на пару секунд, сделал глубокий вдох и спросил еще раз более тихим голосом: — Мне идти к Киоши? Когда в прошлый раз ты молчала, я не знал, откуда брать ответы на те сотни вопросов связанных с тобой. И ты помнишь, чем все закончилось… И поверь мне, я сделаю это снова, потому что хочу знать правду. — Нет! — вскрикнула она, сделав в порыве шаг вперед. — Тогда отвечай! — вновь не выдержал Наоки. — Прости меня!       Да, это я снова нарушила весь план. Я включила пожарную сигнализацию и навлекла на всех опасность. Только я виновата! — затараторила Такара, упав на колени в поклоне, — Я-я не знала, что делать… я не могла спрыгнуть… — Пфф. — тяжело выдохнул Наоки, закатив глаза. — Я так больше не могу. Я пошел к господину. — Стой! — Такара схватила мужчину за рукав, не давая идти вперед. — Он ничего не знает.       В глазах отразился очевидный вопрос: «Почему не знает?» Не может быть такого, чтобы вакагасира был не в курсе того, что происходит в Доме. — Доктор Мо обещал помочь, — продолжила девушка. — Доктор Мо? Что-то случилось с тобой пока меня не было? — Да, случилось… Наоки-сан, я… я... — Говори! — Наоки вновь встряхнул ее за плечи. — Я беременна, — на грани слышимости закончила Такара. Из глаз вновь потекли давно сдерживаемые слезы.       Сложно передать словами весь тот спектр эмоций, которые отразились на обычно непроницаемом лице. Мужчина, словно в поиске опоры положил свою руку поверх чужой и осел на колени рядом с девушкой. Больше минуты он еще смотрел в пустоту, словно внутри него происходил глубокий мыслительный процесс. Словно проводились сложнейшие вычисления, чтобы понять простую истину: он скоро станет отцом. Хотелось по-идиотски спросить правда ли это, но смотря на лицо любимой девушки и вспоминая всю вакханалию произошедших событий, сомнений не остается. Все верно. Такара беременна. — Как… как давно? — пришлось прочистить горло, чтобы голос звучал естественно. — Уже почти два месяца.       «После моего возвращения» — пронеслось в голове. Да, это все объясняло. Наоки поднял голову и посмотрел в заплаканные светло-карие глаза. В такие моменты сердце разрывается на части от обилия чувств. Он ведь так испугался, боялся, что она погибнет у него на руках. Боялся не сказать, как сильно любит, самому главному человеку в своей жизни. Теперь двум главным людям в своей жизни. Мужчина притянул Такару ближе к себе и крепко обнял. Он мягко поцеловал чужую макушку, чувствуя как девушка расслабляется в его руках, как уходит страх и дрожь из ее тела. Он и сам ее здорово напугал. — Почему ты молчала? — спросил он вновь, но уже тихо и словно прощающе. — По той же причине, почему ты спрашивал. Из-за страха. Вдруг, это тебя расстроило бы, разозлило. Это все произошло так не вовремя… Тебе ведь не нужен никакой ребенок… мог бы убить нас обоих сразу…       Наоки, слушая ее слова умирал внутри. Это правда. Дети сейчас абсолютно не к месту. Если бы это сказала ему одна из его китайских наложниц, он бы немедленно отправил ее к врачу, избавиться от плода. А вскоре придушил бы и ее саму, чтобы не оставлять свидетелей. Ему не нужна обуза. Все в Доме в первую очередь воины. У воинов не должно быть никаких слабостей, а семья — это самое слабое место. Однако сейчас, он держал в руках Такару, его маленькую девочку, его луч света, который с таким трудом пробивался через терни, чтобы подарить тепло. Нет, с ней он никогда так не поступил бы. Ни за что не даст ей погаснуть. — Прости меня, — произнес он над самым ухом. — Я так виноват перед тобой. — Не правда. Сам же говорил, я — ходячее бедствие, — с легким смешком ответила Такара. — Теперь ты не будешь одна. Никогда больше не будешь одна.       Прошло двое суток, и пока в поместье было тихо. Истинных поставили ответственными за порядок и дисциплину, поэтому мало кто хотел показываться им на глаза. Такара коротала время в своей комнате. В ее положении нельзя было рисковать. — Что ты собираешься сделать? — в панике спросила Такара, наблюдая как Наоки начинает собирать ее вещи в черную сумку. Он пришел в ее комнату без приглашения и по-хозяйски начал копаться в шкафу. Повезло, что Сусуми сейчас не было. Ей это было бы сложно объяснить. — Сам не верю, что говорю это. У нас только один выход — сбежать, — ответил мужчина, повернувшись к ней. — Сбежать?! Ты с ума сошел! Это же самоубийство! — Тише! — приложил он палец к губам. — Если мы останемся, он убьет тебя. И меня. И еще половину поместья истребит в придачу.       Целую минуту они молча просто смотрели друг на друга. Наоки глубоко вздохнул и бросил сумку на пол. Он подошел ближе, взял Такару за руки и потянул вниз, заставляя присесть на колени. — Я так и не смог выяснить, почему… почему он так ненавидит тебя. Но сейчас оставаться здесь опасно. Сегодня утром Киоши-сама пришел в себя. И поверь он не в лучшем настроении. У нас есть еще пара дней, пока господин не вернется в строй. — Может все-таки стоит попытаться? Рассказать ему, покаяться? Тем более тебя он уважает. Я… я не знаю… — ее голос становился все тише и тише из-за поднимающегося волнения. — Ты подстроила перелом ноги, считай обманываешь и врачей, и господина все это время. Плюсом ко всему… — он грустно ухмыльнулся, — его подстрелили из-за тебя. Если он все… Когда он все узнает, нам обоим точно не жить. Я его достаточно хорошо знаю, чтобы предугадать реакцию. Если он и не убьет тебя, то заставит избавиться от плода таким образом, что шрамы никогда не заживут. Я... Я не переживу этого. Ради тебя, ради нас, я готов пойти на такой шаг. — Мне страшно, — прошептала Такара, изо всех сил сдерживая слезы, но непослушная влага уже пробежала по щекам солеными дорожками. — Мне так страшно… Теперь, теперь ведь я не одна, — она положила одну руку на свой живот. — Я не хочу чтобы кто-нибудь из вас пострадал.       Наоки нежно обнял девушку, поглаживая ее по голове, словно убаюкивая. — Мне тоже страшно, — признался он. — Но мы справимся. Вместе. Ты мне доверяешь? — У тебя есть план? — спросила она его из-за спины. — Да. Мне нужны еще сутки на подготовку, а потом, ночью мы уйдем на миссию. И не вернемся. Все будет хорошо. — Слабо верится, — прошептала она, плотнее укутываясь в чужие объятия. — Не бойся. У нас все получится, — прошептал в ответ Наоки. — Кто здесь? — громко спросил он, повернувшись к двери. — Что? — переспросила Такара, не понимая резкой перемены.       Наоки встал и открыл дверь выглядывая. Он нахмурил брови и вернулся в комнату, возвращаясь к шкафу. — Ничего. Просто показалось. Соберешь сама сумку. Только самое необходимое. И будь готова уходить в любой момент. Такара, в любой, — он посмотрел на нее сейчас тем взглядом, которым он одаривает свою команду на миссии: непоколебимый, грозный и не терпящий неповиновения. — Времени на прощания и дополнительные сборы не будет. У нас один шанс на миллион. Поэтому… будь готова. — Поняла. — И последнее. Никто не должен ни о чем знать.       Наоки дождался кивка в ответ и направился к выходу. Такара в последний момент успела схватить его за руку, тем самым заставляя обернуться. — Спасибо, — с легкой улыбкой проговорила она.       Наоки улыбнулся в ответ и нежно поцеловал ее в губы. Он положил свои руки ей на скулы и углубил поцелуй, очень робко, словно боялся, что при малейшем давлении она рассыплется. Понадобилась целая ночь, чтобы уложить в голове новое положение вещей. Дети… Он всегда любил детей и именно поэтому по большей части работает учителем. Наставником по фехтованию. А теперь у него будет свой, самый лучший, самый преданный ученик. Он мягко отстранился, улыбаясь. — До завтра, — прошептал он и выбежал из комнаты. Понадобилось все мужество и силы, чтобы оторваться, наконец, от девушки и уйти.       Кимико сидела в кабинете загруженная навалившейся работой. Секретари Киоши постепенно вводили ее в суть дела, а сейчас, когда господин был ранен ее помощь как раз была вовремя. Вдруг в дверь постучался и вошел Юта. Юноша еле волочил ноги, будто провел на тренировке весь день. — Привет, Юта-кун. Ты какой-то уставший сегодня. Что-то случилось? — равнодушно-вежливо поинтересовалась Кимико, всего на секунду подняв на пришедшего глаза. — Кимико-сан, ты такая сильная! Я тоже мечтаю стать таким же сильным как истинные, но чтобы я ни делал у меня не получается. Я сегодня, и правда, почти все время был на тренировке, но не думаю, что продвинулся хоть на шаг. — Как же ты не поймешь, что если в жилах не течет кровь самураев, то тебе не стать таким же сильным как мы. В этом месте все это знают, пора бы уже запомнить, — Кимико устало констатировала факт. — Только один человек настолько непробиваемо глуп, чтобы верить, будто возможно иначе. — Так, ты мне не сможешь помочь? — Прости, но сегодня совершенно нет времени. — Можно, я тогда обращусь к Такаре-сан? — Да-да, иди, — абсолютно не обращая внимания на юношу проговорила Кимико, вчитываясь в список лотов на следующем аукционе. — До завтра, Кимико-сан, — оживленно попрощался Юта, поклонившись перед уходом. — Угу, — равнодушное пришло ему в ответ.       Время близилось уже к вечеру. Такара-сан обычно это время проводила на тренировке, но сегодня ее там не оказалось. Мда, последняя миссия снова прошла неудачно, господин сильно пострадал, но говорят, что он скоро уже поправится и вернется к ученикам. Поскорее бы, без него все ходят словно амебы. Наверное за его здоровье переживают, вот и не могут нормально делами заниматься, лишь на цыпочках ходить.       За своими размышлениями, Юта успел обойти все предполагаемые места, где могла быть Такара. Ноги остановились перед входом в женское крыло. Ему туда нельзя ходить. Однако он видел, что иногда старшие ученики входят без спроса. Может и ему тоже можно? Быстро, всего на минутку. Спросить, как у Такары дела, ведь они не общались с того самого раза когда… когда он сломал ей ногу. До сих пор он он помнил тот отчетливый хруст. Эгоистично вспоминать это сейчас, когда ему самому нужна была помощь. Однако, внутри больше нет обиды за ту отвратительную просьбу. Пора бы уже и забыть об этом. Юта так стоял, перебирая с ноги на ногу в нерешительности. Никого вокруг вроде бы не было, а солнце уже близится к закату. Потом уже точно будет поздно.       Юноша аккуратно сделал первый шаг, словно его поджидают из-за угла не женские спальни, а логово страшного чудища. Деревянные доски слегка скрипнули под ногами, но больше ничего не произошло. Он не знал, которая из комнат нужная, но и стучатся в каждую тоже было нельзя, поэтому он стал просто прислушиваться к голосам. Бумажные двери были полностью прослушиваемы, не нужно было даже прислоняться. За какими-то слышны были женские голоса, за какими-то — тишина. Продвигаясь по коридору все отчетливее стал звучать более низкий, знакомый голос. Он точно не был женским. Юта прошел мимо еще нескольких комнат, пока не остановился у приоткрытой двери. Он нерешительно заглянул в щелку и увидел наставника Наоки разговаривающего с Такарой.       Она стояла, придерживая себя за плечи, и с растерянностью смотрела в чужое лицо, спрашивала, что они будут делать. Юта ожидал многое услышать, но не то слово, от которого холодок пробежался по спине. Сбежать? Учитель хочет организовать побег? Зачем? Он раскрыл в ужасе глаза, и тут же зажал себе руками рот, чтобы не закричать. Как такое возможно? Его наставница, смелая и сильная Такара хочет сбежать? Юта прекрасно знал, что господин ее недолюбливает, а та постоянно попадает ему под горячую руку, но даже идиот знает, что сбежать из Дома можно только на тот свет. Еще и наставник ей будет помогать в этом… А что если с ними что-то случится?       Юта поймал себя на мысли, что все еще сидит около двери. Краем глаза, он увидел, что Наоки-сан повернулся в его сторону и некоторое время смотрел на дверь. Через такую щелку он не мог ничего увидеть, но больше нельзя здесь находиться! Нужно срочно уходить! Скорее. Юта постарался бежать так тихо как мог, но доски под ногами выдавали его с головой. Каждый новый шаг отдавался скрипом. Вдохнуть полной грудью он смог только когда закрыл дверь коридора за своей спиной. Какое-то время он продолжал стоять, придерживая дверь спиной и прислушиваться, не идет ли кто сзади. Тишина. Медленно сползая на пол, он попытался восстановить дыхание и переварить все услышанное. Вдруг по коридору раздался характерный хлопок одной из дверей. Юта подпрыгнул от испуга на ноги, казалось сердце тоже подпрыгнуло и остановилось где-то в районе горла и бешено стучало, мешая дышать, и побежал скорее к себе в комнату. Еще не хватало наказания от истинных или наставника. Он даже не знает, что хуже.       На следующий день он хотел поговорить с Такарой, но она все время была на занятиях. Наоки-сан как обычно проводил тренировки. Господин вышел наконец из госпиталя и вернулся в кабинет, хотя просил, чтобы никто его не беспокоил. Юта вообще не представляет, как с такими ранами он может работать, он еще несколько дней должен был отдыхать. Хотя говорят, лекарства должны заглушать боль. Юноша стал еще больше уважать вакагасира, ведь этот человек вообще не заботится о себе. Он себя целиком и полностью отдает Дому и его последователям.       Когда, наконец, удалось найти у Такары свободную минутку, та выглядела как обычно. Она приветливо улыбнулась и предложила пойти вместе на ужин. Юта окончательно перестал что-либо понимать. — Юта-кун, у тебя все хорошо? Ты как-то не важно выглядишь, — сказала Такара, глядя на нездорово бледное лицо юноши. — А? Да-да, все в порядке, — Юша ушел в свои размышления и не сразу отреагировал на чужие слова. — Ты уверен? — Угу, все в порядке, Такара-сан. — Эм, я должна перед тобой извиниться, за то, что просила тебя сделать. Думаю, если бы меня кто-то попросил бы о подобном, я бы тоже отказалась. Но ты помог мне, можно сказать спас. Спасибо и прости меня.       Юта не успел ничего ответить, потому что девушка замерла и стояла как вкопанная посреди прохода в обеденную. Он посмотрел в сторону ее взгляда. На возвышении Наоки-сан о чем-то переговаривался с другим настаником, стоящим к ним спиной. Юноша пытался привести Такару в чувства, но ничего не работало, пока он не схватил ее за руку и насильно не усадил за свободный стол. — Такара-сан? - спросил он, помахав рукой перед ее лицом. — Слишком быстро. Почему так быстро? - пробубнила она, опустив взгляд в стол. — Что быстро? Такара-сан! Что случилось? - он обернулся еще раз и увидел, что наставники ушли. — Там никого нет. — Господин должен быть еще в госпитале, должен быть еще в госпитале. Еще слишком рано, - продолжала напряженно бубнить она. Картинка сложилась. Юта был не настолько глуп, чтобы не понять причину ее ступора. Если она действительно собиралась бежать, то лучшее время было пока господин оставался в госпитале. Но сейчас уже поздно, хотя за работой его еще не видели. Вот только сказать об этом он не мог, ведь тогда она узнает, что он подслушал личный разговор, да еще и пробрался в женское спальное крыло… — Такара-сан! - воскликнул он, дернув за руку. Девушка, наконец, вышла из транса. — Там никого нет, - Юта указал на пустующие ряды наставников. - Господина сегодня тоже не было.       Всю ночь он думал, как помочь Такаре. Открыто это сделать не получится, но к кому можно обратиться? К наставникам? Наоки-сан сам в этом замешан, мастер Йирони слишком близко работает с господином, ему нельзя ничего рассказывать, а Торука-сан даже слушать не станет. Утренняя тренировка была совмещена у младших и старших групп. Повезло, что и Такара-сан и Кимико-сан были сейчас здесь, но они как всегда не разговаривают. И почему они никогда не могут найти общий язык, Юта искренне не понимал. Обе девушки были хорошие и заботились о нем в меру своих возможностей. Если было бы можно… Решение пришло в голову столь внезапно, что юноша не успел увернуться и получил в спарринге сильный удар в живот. Нет, сегодня нужно постараться, чтобы у него появился шанс помочь. Если сегодня он выиграет бой, то Кимико-сан его выслушает и обязательно поможет! — Кимико-сан, можно с тобой поговорить? — неуверенно начал Юта. — На счет чего? Ты сегодня отлично проявил себя на тренировке. Очень хорошая атакующая позиция, но над обороной еще нужно будет поработать. Где ты научился таким приемам? — спросила Кимико смотря на юношу через плечо своего отражения в зеркале. Она выбирала наряд, чтобы вечером порадовать господина. — Это Такара-сан научила. — Не думала, что она способна на что-то стоящее. — Эм, именно о ней я и хотел с тобой поговорить. — Зачем? Если она тебе не нравится, то зачем тогда водишься? Думаю через год тебе можно было бы перейти в группу к истинным. Ты намного способней тех бездарей. — Нет, это не так. Все наоборот. Кимико-сан, мне кажется с ней что-то случилось. Я волнуюсь за… — Да что с ней много случится? — перебила мысль Кимико риторическим вопросом. — С ней вечно все не в порядке, не обращай внимания, — этот разговор о девочке-сокровище начинает давить на нервы. — В этот раз серьезно. Настолько что… что она решила сбежать из поместья, — потребовалась пауза и глубокий вдох, чтобы закончить предложение. Это ведь не его тайна, но Юта не знал, что больше делать.       Платье выпало из рук истинной, а лицо застыло в неопределенной гримасе. Она медленно развернулась лицом к юноше, схватила пальцами за нижнюю челюсть, заставляя поднять голову и посмотреть себе в глаза. — Повтори, что ты сказал?       По телу пробежала дрожь. Не такой реакции он ожидал, но слова уже сказаны и назад пути больше нет. — Кимико-сан, ты должна ей помочь! — запаниковал Юта. — Я не знаю, что случилось, но что-то очень страшное, если они решились на побег. — Они? — переспросила Кимико с еще большим подозрением.       Юта вдруг ощутил, что совершил огромную ошибку. На очередной вопрос удалось лишь сухо сглотнуть. Кимико в ответ на такую реакцию лишь удовлетворенно усмехнулась. — Платье мне сегодня не понадобится. Мы идем к господину прямо сейчас.