Всё вышеперечисленное (All of the above)

      Следующие несколько дней Гарри расхаживал по своему лофту, чувствуя себя совершенно сумасшедшим. Он размышлял о том, чтобы вернуться в ночной клуб, но не знал, сможет ли снова встретиться с Малфоем (или, если честно, со Стэнли).       В конце концов он поддался одному из своих давних порывов: попросить Гермиону о помощи. Она и Луна были единственными людьми, которых он видел на полурегулярной основе. Рон и Гермиона расстались вскоре после войны, и тот переехал в Штаты. Гарри не мог винить его за желание убежать от всего, но ему всё ещё было трудно смириться с тем, что Рон Уизли стал серфингистом на Венис-Бич. Гарри действительно следует как-нибудь навестить его.       Когда Гермиона заказывала карри на вынос, Гарри понял, что ему, вероятно, следовало немного прибраться. В квартире был приятный минималистичный современный дизайн. Огромные окна с видом на Амстердам, высокие потолки, деревянные полы, современная бытовая техника. Открытая планировка между гостиной, кухней и обеденной зоной должна была придать ему приятное ощущение простора. Но, учитывая положение вещей, это только усилило ощущение клаустрофобии.              Одежда валялась на каждой поверхности. Мусорный бак был переполнен, и где-то валялась пара коробок из-под пиццы. Против них он не так сильно возражал, потому что они, по крайней мере, создавали видимость того, что он ел.       Кофейный столик был уставлен переполненной кофемолкой, бонгом, банками из-под пива, различными игровыми контроллерами и пустыми пачками от сигарет. Честно говоря, ему даже в голову не приходило прибраться. Гарри привык к беспорядку. Только изредка кто-нибудь действительно приходил, однако обычно это происходило в четыре часа утра, и под влиянием того или иного напитка. Эти люди определенно приходили к Гарри не из-за атмосферы.       Гарри полагал, что может время от времени наведываться домой к Гермионе, но избегал Лондона. Она могла мгновенно аппарировать к нему; а ему потребуется целый день, чтобы добраться до нее. Ты тоже можешь просто аппарировать ко мне, придурок!       К его облегчению, Гермиона не упомянула ни о беспорядке, ни о том, что он сбросил несколько килограммов с тех пор, как она видела его в последний раз. Она, несомненно, документировала все это в виде «С Гарри все в порядке?» файл в её голове.       — Как продвигается Г.А.В.Н.Э? — спросил Гарри, просто чтобы заполнить тишину.       Гермиона подняла взгляд от своего мобильного телефона, выглядя измотанной.       — Что? О, всё идет очень хорошо! Мы приняли довольно много законопроектов. Мы уже так близки к окончательному утверждению закона.       Она пустилась в длинную речь о тонкостях политики Министерства и своих планах относительно других различных организаций, с которыми она начинала. Наконец, в разговоре наступила пауза.       — Итак, угадай, с кем я столкнулся на днях? — спросил Гарри, стараясь, чтобы его голос звучал непринужденно.       — С кем? — Гермиона, казалось, была довольна тем, что он пытается завязать разговор, а не просто кивает балванчиком.       — Драко Малфой.       Гермиона была определённо озадачена.       — Малфой? Где, чёрт возьми, ты его откопал? Никто не видел его много лет. Многие предполагали, что он мёртв.       — Мёртв? Почему они думают, что он мёртв? Я имею в виду, прошло… некоторое время после войны… но многие люди ушли с волшебной сцены. Я имею в виду, посмотри на меня.       Гермиона терпеливо вздохнула.       — Да, но ты Гарри Поттер. Я знаю, ты не хочешь этого слышать, но это правда. Люди думают, что ты отшельник, а не мертвец.       Гарри не мог отделаться от ощущения, что она что-то утаивает.       — Бред. Раз его никто не видел, значит — он мёртв?       Гермиона сделала паузу, выглядя неуверенной в том, стоит ли ей продолжать.       — Гермиона, перестань.       — Ну, из-за его родителей, — тихо проговорила она.       Гарри сделал паузу.       — Они оба оказались в Азкабане?       — Ну, до этого и не дошло... Их убили ещё до суда. К счастью, Драко в то время с ними не было. Но как только он вышел из Азкабана и исчез, люди решили, что за этим тоже кто-то стоит.       — Азкабан? Как долго он там пробыл?       — Я не знаю. Прости, Гарри, я действительно мало что помню об этом. Было так много всего, связанного со всей реформой Министерства, и переездом Рона, и... всем, что… — её голос затих. Гарри ненадолго закрыл глаза. Ему не нужно было напоминать о том, что именно произошло с ним сразу после Битвы.       Гермиона поспешила продолжить.       — Что произошло, когда ты увидел его?       Гарри знал, что она что-то скрывает. Он так устал от лайковых перчаток, в которых она держала его последние несколько лет. Особенно когда дело касалось магии или Министерства.       Может быть, если бы ты не выглядел так, будто у тебя случится ещё один эпизод в абсолютно любое время, ей не пришлось бы этого делать.       Что ж, если она хотела сдерживаться, он тоже. Кроме того, профессия Малфоя её не касалась.       — Он почти ничего не сказал. Был вежлив, я думаю. Мы разговаривали всего секунду.       Гермиона выглядела задумчивой.       — Интересно.             Гарри провёл всю следующую неделю, снова и снова прокручивая в голове разговор с Гермионой. Малфой попал в Азкабан… и что было дальше?       Возможно, Луна могла бы заполнить некоторые пробелы. Они всё равно должны были прийти в гости.         Он решил на время забыть об инциденте с Малфоем и сходить куда-нибудь сегодня вечером. Но сначала ему нужно было бы запастись небольшим количеством химического мужества на вечер. Иногда Гарри задумывался о зельях; он слышал, что есть такие, которые дают гораздо больший кайф, чем маггловские наркотики, и с гораздо лучшим эффектом. Чёрт возьми, он вспоминал Феликса Фелициса с большой нежностью. Но размышления об этом зелье заставили Гарри подумать о том, как отчаянно Малфой пытался его выиграть, и это заставило его вспомнить о Сектумсемпре, а затем о...       Нет. Вот почему он держался подальше от всего этого… и почему его палочка была в сейфе на дне шкафа, и почему он отказывался посылать сов или устраивать фейерверки.       — Эй, приятель, мы на месте, — раздался хриплый голос водителя такси.       Гарри подпрыгнул и нащупал свой бумажник. Обычно его высаживали в квартале или двух от дома. Это происходило не в самой красивой части города, и он не хотел привлекать к себе слишком много внимания. Приблизившись к знакомым квартирам, он остановился как вкопанный.       Потому что на маленьком поле с растущей травой, между зданиями, Драко чёртов Малфой пинал футбольный мяч с маленьким мальчиком.       Он всегда считал этот комплекс сомнительным местом. Кирпичи в маленьких квартирах отчаянно нуждались в мойке, тротуар был весь в трещинах, краска на всех дверях облупилась, а люди, слоняющиеся вокруг, совсем не успокаивали его. Но он предположил, что семьи тоже должны жить здесь. Пожилые люди и дети. Но Малфой никак не вписывался в это место. Малфой, который носил сшитые на заказ костюмы, пил дорогое шампанское и…       Гарри снова моргнул, пытаясь убедиться, что это не галлюцинации.       Но нет. Малфой все еще был там, одетый в черные джинсы, белую футболку и поношенные кроссовки. Его волосы были уложены свободными волнами, заправленными за ухо. Они с мальчиком смеялись, а маленькая собачка возбуждённо наматывала вокруг них круги.       Гарри не знал, что Малфой может так смеяться. Он определенно видел, как Малфой насмехается или натягивает на лицо эту фальшиво-очаровательную чушь. Но он никогда не видел, чтобы его лицо было таким открытым и счастливым. Гарри не был уверен, как долго стоял на тротуаре, глядя на открывшуюся ему картину с открытым ртом. Но, должно быть, прошло какое-то время, потому что мальчишка внезапно дёрнул Малфоя за футболку и указал прямо на него.       Малфой быстро поднял взгляд, и каждая искорка радости исчезла с его лица. Вот какое влияние ты сейчас оказываешь на счастливых людей.       Гарри решил, что ничего не поделаешь. Он глубоко вздохнул и прошёл вперед. Малфой быстро подхватил мальчика на руки; обвил рукой его спину, словно защищая от Гарри.       — Привет. Кто это? — спросил Гарри, тупо указывая пальцем на ребёнка. Малфой инстинктивно прижал мальчика к груди, словно опасаясь, что Гарри может схватить его и убежать.       — Ты меня раздавишь! — раздался тихий певучий голос.       Малфой пересадил его к себе на бедро.       — Прости, дорогой, — сказал он, приглаживая рукой его кудри.       Мальчик уткнулся носом в шею Малфоя и посмотрел на Гарри знакомыми серебристыми глазами. Всё, что Гарри видел на расстоянии — это тёмные вьющиеся волосы мальчика. Теперь он разглядел фарфоровую кожу, заостренный нос, огромные глаза. Вылитый Малфой.