Помоги, а?

      Как-то я не по специальности работаю… Я-то реанимат, а не следователь. Хотя молодость, конечно, была очень динамичной, позволив набраться очень разного опыта. Ну да все нам на пользу, что врагу во вред. Вот странно, по канону — та же Тонкс интеллектом не блистала, имела тучу нюансов, но в конце-то полюбила фактически изгоя магического мира… Кто у нас вторая — потом разберемся: рано или поздно оборотное действовать перестанет, вот и раскроется нам двадцатилетняя дама во всю ширь. Итак…       — Кто поручил тебе изображать ребенка? — поинтересовался я, пытаясь нащупать «правильный вопрос». Не следователь я, потому работаем медленно.       — Никто, — ответила Тонкс, уже откровенно паникуя. Это, кстати, необычно, если только с ребенком не планировалось сделать что-то нехорошее.       — Где находится настоящая Турпин? — продолжаю спрашивать. Я-то знаю, что хочу узнать, но чары заставляют говорить правду, а не говорить вообще.       — В специальном месте, — произнесла девушка, выглядящая сейчас девочкой. Так дело не пойдет, придется пугать.       — Сейчас я тебе для профилактики внематочной беременности вырежу матку, и детей у тебя не будет никогда. — Обычно девушки боятся именно этого. — Дальше тебе надо будет отрезать руки и ноги для профилактики некроза конечностей…       — Не надо! Я скажу! Я все скажу! — как-то очень легко ее в истерику сорвало. Значит, не упертая фанатичка. Или истеричка. Послушаем…       — Рассказывай все: что знаешь, о чем догадываешься и что только слышала, — попросил я. И полилось…       Все-таки жалко следователей, вынужденных такое слушать каждый день, не в силах никого убить, как бы ни хотелось. Мне, правда, тоже уже нельзя, хотя хочется, конечно. Эти две… инициативные девочки решили заместить собой других девочек, чтобы «обелить репутацию» не скажу кого. А вот зачем это было сделано… В общем, это бизнес… Сирот после Первой Магической оказалось много, в том числе и сирот магических семей. Некая группа людей решила создать армию магически сильных… детей, пользуясь тем, что магия от одного близнеца перетекает к другому. То есть над одним из детей издеваются, будем называть вещи своими именами, а потом «убивают» второго, да так, чтобы первый точно знал «имя врага». Понятно, да? Тонкс свято уверена, что «темные отродья должны служить свету», конец цитаты. То есть фанатизм, который я, например, лечить не умею. Детей они не убивают, а блокируют каким-то очень хитрым способом и… продают. Не верится, да? Вот и мне не верится.       А когда не верится, то нужно что делать? Правильно, чары диагностики ментальных болезней, ибо только это может объяснить, как она обошла заклинания правдивости или как там их. Вот только накладывать их не очень просто, но я справлюсь… Наверное. Доктор я или погулять вышел? Припоминаем, разворачиваем палочку, ожидая боли, которой нет, потому что в это тело еще никто не стрелял. Разворачиваем, протарабаниваем фразу на латыни, больше похожую на ругательство, и… Твою мать!       Это не человек, а машинка на радиоуправлении. Память заблокирована на семьдесят процентов! А с менталистикой у меня не очень хорошо. Но достоверность полученной информации у нас под вопросом. Под большущим таким вопросом, кстати. То есть истине может соответствовать, может не соответствовать, или же только частично. Ну вот как работать в таких условиях?       Варианта мне видится два: первый — я на лихом коне врубаюсь в эту кашу, чтобы спасти кого попало; или же второй — ждем на попе до школы, а в школе оцениваем реальность. Реальность оценивает меня, я — реальность, все счастливы. Пожалуй, склонюсь ко второму варианту, ибо в герои я не гожусь. Не люблю я эту героичность, поскольку всякое геройство есть результат ошибок планирования. И командования.       — Ты снова сможешь обрести свое тело, когда познаешь все, что познала эта девочка, — замогильным голосом сообщаю я мисс Тонкс. Через три года примерно чары ослабнут, и она их сможет сбросить. Вроде бы, ибо я в этом пока еще только теоретически…       — Пощади! — Ого, какая паника, это что же они там с ребенком делают?! Но в одно мое рыло против системы не попрешь, тут нужны адекватные люди и пулемет.       — Нет тебе пощады, Волдемортова подстилка! — эк меня разобрало, обычно я девочек не обзываю, ибо девушка — это нежное, хрупкое существо, и совершенно неважно, какой у нее дан и разряд по стрельбе. От такого именования себя Нимфадора зависла. Видимо, тот факт, что ее могли отнести к «противоположному» лагерю, радиоуправляемую нашу слегка озадачил. Но союзники нужны, даже очень нужны… Не может же быть, чтобы совсем никаких вариантов не было…

***

      Вспоминаем универ и пытаемся оценить достоверность полученного массива информации. Здравый смысл говорит, что информации недостаточно. Принцип Оккама — что мне «льют пулю», то есть полученный массив недостоверен. Где взять достоверную информацию? Фанфики (в том числе и мои) учат нас тому, что гоблины могут выдать информацию за деньги. То есть нужно доверять тем, для кого маги воспринимаются в основном едой. Пусть сейчас гоблины людей не едят… Хотя никто этого не проверял, насколько я знаю. Но так себе источник информации. Это как диагноз по Википедии ставить.       — Папа, пригласи полицейских, пусть камеру в боксе поставят, — попросил я, объяснив эту просьбу. — Через часик-другой Мун сильно повзрослеет прямо на глазах.       — Интересно, — согласился мужчина, отправившись к полицейским. Заявление на отпуск он уже написал, поэтому просто усядемся у нас в доме, потому что как-то слишком дико все выглядит. Вот, кстати, о чем я не подумал — у магов же говорящие портреты есть, надо Гименея поспрошать. Может, хоть консилиум с предками устроим, а то я перестаю что-либо понимать. А когда я перестаю что-то понимать, начинается диагностика квадратно-гнездовым способом.       Оставив полицию развлекаться, прихватили пару газет и исчезли в направлении дома. Подумать, газетки почитать, с Гермионой посоветоваться… Дети часто имеют несколько другой подход к фактам, может быть, увидит то, чего я не вижу. Интересно, где в Англии можно «найти» парочку гранат? Чего я перескочил с темы на тему? Понятно чего: я — деть, которому хочется убивать. Кому бы от таких новостей не хотелось…       С полицейскими, заявившимися к Дурслям, был, получается, и репортер, давший материал в газету до того, как до его памяти добралось Министерство Магии. Это они зря… Ибо амнезия у журналиста моментально подтвердила его информацию. А так как Петунья, судя по газете, умоляла о спасении, то средство массовой информации провело свое расследование, освещая его на своих же страницах. И вот когда люди начали терять память, подключилось сначала более крупное издание, а потом, похоже, и дяди с красивыми погонами. Судя по большому материалу в одной из центральных газет, кстати. В общем, Статут имеет шанс булькнуть в Темзу. Или не имеет… В Магической прессе о происходящем ни полслова, зато «о славься, славься государь!» в адрес Дамблдора. Не понял…       — Папа, давай я тебе зачитаю статью, — позвал я взрослого адекватного человека. — И ты мне скажешь свое мнение.       — Ты считаешь, я сам не смогу прочесть? — поинтересовался мистер Грейнджер.       — О! — обрадовался я. — Целых два эксперимента сразу! — Совы-то к нам летают, на газетку я подписался. — Вот, читай, — протянул я ему писульку магического мира.       — Интересно-интересно, — задумчиво проговорил мужчина, вчитываясь в кусок пергамента. Я уже было обрадовался… Пока папа читал, я позвал Гименея.       — Что угодно юному Телесфору? — поинтересовался слуга этого дома, стоило мне только убедиться в том, что сестреночка уснула прямо в библиотеке, и переложить ее чарами на диван.       — А у нас тут говорящие портреты водятся? — вежливо поинтересовался я. — И насколько они говорящие?       — Портреты предков в галерее, — сообщил мне Гименей. — Кроме Асклепия, но…       — Я в курсе, — кивнул ему, только бога в галерее не хватало. — А остальные, насколько они разумны?       — Примерно на девяносто единиц. — Правильно, задал идиотский вопрос — получи непонятный ответ. — Желаете оценить?       — Миона проснется — вместе сходим, — сообщил я.       — Коварно, — это скорее оскал, а не улыбка, но тоже неплохо на мой взгляд. Ну а что… сестра же, как же без нее-то? Логично? А если им сквибы вдруг не нравятся, то они могут идти далеко-далеко… Разучу Адское пламя — расскажу, куда конкретно. Но это если они раскроют клюв на сестренку мою любимую. Понадеемся, что в семье целителей наличествовал мозг.

***

      Нашел я, наконец, в книгах эти чары полного восстановления. Получилось, что это не просто палочкой помахать, тут почти ритуал нужен. Сначала подумал, что точно не потяну, но потом взял себя в руки и проверил еще раз. Очень страшно причинить вред, поэтому исключил этап «душевных болезней», решив сосредоточиться на двигательной активности, оказавшейся мне вполне по зубам. Миона проснулась и лежала тихо-тихо. Наблюдает за мной сквозь ресницы, солнышко мое. Погладил ее, и глазки сразу же распахнулись. Не сдержался, обнял, прижимая к себе. Никому не позволю ее обидеть, совсем никому.       — Сестреночка, мне нужно наложить на тебя чары, — объяснил я, убирая одеяло. — Но при этом я тебя раздену, чтобы видеть, как мышцы работают.       — Раздевай, — кивнула мне Миона. Она мне абсолютно уже доверяет и не смущается. Не приведи Асклепий предать такое доверие. Осторожно, по пять раз перепроверяясь, накладываю чары. Своих лечить — это ад, ибо боишься всего: ошибки, утяжеления, пропустить что-нибудь…       — Вот, теперь, по идее, ты можешь легко ходить, — закончив, я просмотрел диагностику еще раз и, аккуратно взяв за руки, поднял мою сестреночку с кровати. В следующее мгновение, одновременно с ее первым шагом, меня оглушил радостный визг. Девочка прыгала от счастья, не ощущая ставшей привычной слабости, не чувствуя усталости, боли…       — Спасибо-спасибо-спасибо! — она была счастлива, не думая в этот момент о своей некоторой… хм… неодетости.       — Одевайся, — поцеловал в лоб прильнувшую ко мне сестренку. Чудо она у меня, просто волшебное чудо. — Сейчас поедим и отправимся с предками знакомиться.       — Ой… — Миона на минутку испугалась, но сразу же успокоилась, поймав своей рукой мою. — Я быстро!       Она действительно все делала чуть ли не бегом, пришлось даже ее притормаживать, чтобы не перенапряглась. Счастливый ребенок — это само по себе великое чудо. Быстро справившись с завтраком, отправились с Гименеем. Странно, что папа не подает признаков жизни, в смысле — никак не реагирует на газетку. Ладно, потом разберемся, а пока у нас предки… Что-то меня беспокоит…       — Сын, — а вот и отец, легок на помине. — В чем проблема-то? Вполне нормальное описание жизни страны, первые страницы, конечно, посвящены королю…       — Только есть один нюанс, папа, — прервал я его. — По идее, у монарха прав на корону нет, как и самой монархии в Магическом Мире. То есть они, также по идее, подчиняются нашей Королеве.       — Тогда, получается, диктатор, — равнодушно пожал плечами мистер Грейнджер. — Разница небольшая.       Это точно, разница действительно небольшая. Но для нас критическая, ибо меня смущает титул «Его Высокопреосвященство Дамблдор Хогвартский». Если я правильно помню — это титул кардинала, то есть дело пахнет Святым Престолом, с магами не сочетающимся от слова «никак». Что здесь вообще происходит?!       Маги под управлением Инквизиции — это, учитывая канон и декларируемую причину Статута Секретности, как бы помягче и без мата? Текущая ситуация, в свете малодостоверной информации, вообще цензурно не характеризуется. Хорошо, что я хоть как-то защищен, в противном случае пришлось бы запираться дома намертво. Я все-таки не русский доктор, а немецкий, у нас принято заботиться о сохранности своей тушки. С другой стороны — полный замок детей, что в свете последних новостей… Овощ его знает, что это значит. Работал бы я в разведке — знал бы, наверное…       — Ну что, пойдем с портретами общаться? — поинтересовался я у радостно кивнувшей Мионы. Ну, только попробуйте обидеть мое солнышко…