Реквием "Принцессе Марии"

      Да, это был, несомненно, он. Владислав Воронцов. И дело было даже не во внешности, ведь парень изменился, заметно повзрослев за эти пять лет. Дело было в темной и страшной, полной горя и ужаса темной балтийской волне, которая хлынула из его глаз и накрыла Криса с головой… чтобы тут же схлынуть.       Крис, открыв рот, застыл оглушенный, едва не задохнувшийся от этой темной и страшной волны. А лицо парня вдруг озарила озорная, совсем мальчишеская улыбка. Как тогда, на пристани. И как на последней фотографии, где он был рядом с Мари. Та самая улыбка – беззаботная, доверчивая, радостная.       - Ты можешь меня поцеловать?       Крис не сразу понял.       Парень произнес это по-английски – пусть с заметным русским акцентом, но вполне четко.       И этот вопрос был подобен новой волне. Но не той страшной, холодной, полной смерти, а сводящей с ума, уносящей в прекрасную неизвестность.       - Нет? Ну, прости, - парень чуть виновато улыбнулся, развел руками.       Крис шагнул вперед. Точнее, прыгнул. Словно пытаясь вскочить в закрывающиеся двери уходящего поезда. Позабыв обо всём, он впился в теплые губы парня, полные соленого вкуса моря и прижал его к себе – крепко-крепко, словно встретил, наконец, самого близкого, самого родного человека, которого не видел много лет и теперь страшно боялся потерять.       А парень тоже обнял Криса, отвечая на поцелуй с неожиданной страстью, как будто тоже смертельно соскучился по своему возлюбленному и не хотел его отпускать.       Со стороны они и впрямь смотрелись как двое влюбленных, изнемогающих от страсти. Нельзя было поверить, что эти двое даже не были друг с другом знакомы.       Наконец, парнишка отстранился, но не стал разжимать объятий и не пытался высвободиться из рук Криса. Они так и стояли, молча, обнимая друг друга и глядя друг другу в глаза.       Да. Это, конечно, был он, Влад Воронцов. Вживую Крис видел его всего раз, какую-то минуту, да еще в неверном свете портовых фонарей, а затем – лишь на фотографиях и видеокадрах. Но это был он! То самое лицо, миловидное, с чуть широковатыми славянскими скулами и слегка курносым носом, чувственными губами, русыми волосами, которые, как будто, стали чуть темнее, чем прежде, с челкой, падающей на лоб. И карими глазами. Полными странной, даже нездоровой радости, в которой таилась холодная тьма Балтики с ее призраками.       - Прости, - фыркнул мальчишка и рассмеялся – весело и беззаботно. – Мне просто страшно захотелось, чтобы меня поцеловал красивый парень. Именно такой как ты. Прикинь?       - Отлично… - вот и все, что мог сказать Крис, мысли которого носились как щепки по волнам.       - Просто меня ждет полная задница. Мрачное времечко, - парень произнес это совершенно непосредственно, деловито. – Уже заранее тошно. А так охота оттянуться! Вообразить, что тебя кто-то любит. И что сам тоже любишь. Что счастлив. Понимаешь меня?       - Не знаю, - пробормотал Крис.       - Мой английский плохой, да? Или ты…       - Нет, я тебя прекрасно понимаю, если ты о языке, - Крис по-прежнему был растерян и, наверное, оттого, не размыкал объятий, боясь, что парень ускользнет и исчезнет.       - Отлично, - парень запрокинул голову, по-прежнему обнимая Криса и рассмеялся, глядя в голубое небо. – Эх, я прямо как Афродита, которая вышла из морской пены… к кому там она вышла, не помнишь? Или просто вышла? А, черт, здесь же не Греция. У вас тут Испания…       - Я не испанец, - сказал Крис.       - Нет? – вздернул темные брови парень. – Вау! Хотя да, испанцы - они другие. Все какие-то маленькие, чернявенькие… А откуда ты, если не секрет?       - Не секрет. Из Австрии.       - Вау! А я из России.       Крис едва не сказал: «Я знаю». Но вместо этого с улыбкой произнес в тон парню:       - Вау!       - Тебя это не смущает? – вдруг нахмурился парень.       - Меня? – с удивлением спросил Крис.       Его так распирало сказать: да я сам был в России! Я даже был на станции Полевая! Я звонил в дверь твоей квартиры! Слышал голос твоей матери! Разговаривал с твоими соседками! Babki!       Вместо этого он с улыбкой сказал:       - А почему это должно меня смущать?       - Ну… - парень неуверенно пожал плечами. – Сам понимаешь, русских тут как-то не очень…       - Перестань! Что за чушь!       - Я Влад, - сообщил парень, едва не спровоцировав нового знакомца на «я знаю».       - Очень приятно. Я Крис.       - Крис… австриец… - взгляд парня внезапно стал пристальным, как будто он что-то сопоставлял или пытался вспомнить.                                                       ***       Крис… австриец… Это он? Тот самый? Шёнборн? Или нет? Его лицо кажется мне знакомым. Но уже столько лет прошло…       Спросить его прямо? Или нет? Или да?       Не знаю. Да. Нет.       Если только он сам спросит…       Или вообще нет. Сейчас слишком рискованно всё открывать. Сейчас, когда всё завертелось. Когда я решил съездить к морю, расслабиться, набраться сил перед тем как…       Нет. Это просто красивый парень, который мне понравился. И которому я тоже понравился, иначе с чего бы он полез ко мне целоваться?       Только это имеет сейчас значение. Только это! Это солнце. Этот день. Этот парень. Крис.                                                 ***       А Крис ждал, что сейчас Влад задаст ему вопрос…       Но вместо этого парень просто сказал:       - Спасибо тебе!       - За что?       - За поцелуй. И за то, что обнимаешь меня. За то, что улыбаешься. Это круто. Правда, круто, ты даже не представляешь себе, как! Особенно, перед… - мальчишка запнулся, словно пытаясь подобрать нужные слова, но так ничего и не сказал.       Вместо этого он прижался к Крису щекой.       - Обними меня еще крепче, крепче, крепче! – прошептал он Крису на ухо.       Они замерли и стояли так еще минуту… Или две. Или больше?       - Крис… - прошептал парень со внезапной нежностью, как будто и впрямь произносил имя возлюбленного.       - Влад… - откликнулся тот, совершенно ошеломленный.       Снова на него налетела волна – волна чувств, в которых он и сам не мог разобраться, да и не хотел. Он хотел одного: не выпускать Влада из объятий, оставить его себе, словно внезапно обретенное сокровище.       Да, это было иррационально, нелепо. Но Крису было плевать. Он почувствовал, что его жизнь – бессмысленная, жалкая, никому не нужная, вдруг наполнилась смыслом, стала важной, ценной! И смыслом её был вот этот парнишка, льнувший к Крису.       Сумасшедшие. Они оба сумасшедшие – эта мысль мелькнула на периферии сознания Криса, но он лишь усмехнулся. Да. Пусть сумасшедшие. Зато счастливые. Вот в это самое мгновение. Когда они стоят на набережной Ситжеса и обнимаются. Здесь и сейчас.       Влад, наконец, разжал объятия, а Крис выпустил его из своих лишь спустя несколько мгновений, даже не пытаясь скрыть сожаления.       - Спасибо тебе, - снова сказал Влад.       В его глазах на миг как будто снова поднялась темная балтийская волна смерти, но они тут же засияли весельем, парнишка белозубо улыбнулся и рассмеялся.       - Крис, ты, должно быть, принимаешь меня за психа, да? Так и есть, я псих. Но я не опасный, правда! Я безобидный псих.       - Я тоже псих, не переживай, - Крис не мог не улыбнуться.       - Надеюсь, и ты - не опасный? – с притворной подозрительностью уточнил парень.       - Окружающие считают, что не опасный. А те, кто считал иначе… - Крис шутливо-многозначительно замолчал.       - Тогда я тоже буду считать себя неопасным, - заявил парень. – Иначе это будет для меня опасно.       - Пошли, посидим где-нибудь? – эти слова у Криса вырвались сами собой.       - А пошли, - махнул рукой парень. – Отметим знакомство.       Ближайшее уличное кафе было всего метрах в двадцати от них, на другой стороне набережной. Они устроились за столиком на открытой террасе.       - Что будешь? – Крис слегка нервно разглядывал меню.       На самом деле он был совсем не прочь выпить. Но боялся, что не сможет контролировать себя.       - Знаешь, я сейчас напился бы, - доверительно сообщил Влад, делая большие глаза. – А то, как подумаю о том, что будет…       Он снова замолчал, уткнувшись в меню.       Крис вопросительно смотрел на него. Парень уже дважды упомянул, что его ждет нечто неприятное. Судя по всему, весьма неприятное, раз уж парень дошел до того, что попытался найти забвение в уличном поцелуе с человеком, которого вообще не знал.       Крис вздрогнул. Только сейчас он ясно осознал: он знает о Владе очень многое, а Влад его не знает вообще. И уж точно не помнит. Как он мог помнить человека, толкнувшего его пять лет назад, на причале рижского порта? Влад наверняка помнит Мари, а вот его, Криса, нет. Иначе он сказал бы!                                                 ***       Он! Это же он, стопудняк! Может, всё-таки спросить его? Ты, типа, тот самый Крис? Шёнборн? Который сшиб меня в Риге на причале? А потом долго искал?       Блин… Но ведь он Шёнборн. В этом всё дело. Если это он. А это он!       Нет. Нет. Надо молчать. Делать вид, что ничего не знаю, не помню… Просто кайфовать от того, что он рядом. Что с ним можно целоваться. И не только целоваться.       Потом. Когда-нибудь потом. Если наступит это «потом»…                                                 ***       - А знаешь, мы вот встретились всего пять минут назад, а мне кажется, что мы знакомы давным-давно, - вдруг весело заявил Влад. – Прикольно, да?       - А мы встречались прежде? – Крис произнес это нарочито равнодушно.       - Неа, - помотал головой Влад. – Точно нет. Ну, может, в клубах каких-нибудь пересекались? Но я в Австрии вообще не был ни разу. А здесь, в Барселоне… Был в паре клубов. В городе и тут, в Ситжесе. Но тебя точно не видел.       Крис что-то неопределенно промычал.       В нем боролись два желания. Одно, рациональное: ничего не говорить Владу о том, когда и при каких обстоятельствах они встречались. И что Крис многое знает о Владе.       Потому что непонятно было, как парень отреагирует. А второе желание просто распирало Криса: немедленно выложить все. Ты помнишь рижский порт? Это я, именно я тебя тогда толкнул! Ну, на причале! Это я был с Мари, ты же ее помнишь? Что с ней сталось? А что вообще произошло на корабле? И как ты спасся? Почему тебя прятали то ли спецслужбы, то ли еще кто-то? Что было в той сумке, которую ты вынес с корабля? Какая тайна тебя окружает, Влад??       Это второе желание – рассказать всё и забросать парня вопросами – было откровенно безумным, но Крис вдруг понял, что не может ему противиться.       Он уже открыл рот, но тут у столика материализовался официант. Сам того не зная, своим появлением официант предотвратил катастрофу.       - Вино! Белое! – немедленно заявил Влад.       - Вино. Белое, - автоматически повторил Крис.       - Вот это, домашнее, пожалуйста. Люблю пробовать домашние вина, - с радостной улыбкой сказал парнишка.       - И мне тоже, будьте добры, - подхватил Крис.       Как истинный аристократ он знал толк в винах и понимал, что им принесут какое-нибудь дрянное пойло. Но ему было все равно. Лучше, конечно, вообще было не пить, потом трудно будет удержаться. Но и не пить тоже было нельзя, Крис в этом был убежден.       Это винное интермеццо, к счастью, помогло ему справиться с желанием немедленно открыться Владу.       - Так, значит, ты из России? – спросил он с невинным видом, постукивая тонкими длинными пальцами по пластиковому столу.       - Ага, - кивнул Влад, простодушно пялясь на Криса. – А ты из Австрии.       - Да. Но работаю я здесь, в …       - Послушай, Крис, - Влад неожиданно посерьезнел, а затем лицо его приобрело мечтательное выражение. – А давай ничего не будем говорить друг другу о себе, а? Давай, у нас с тобой не будет прошлого. Только настоящее. Вот эта самая минута. Это самое мгновение. Я Влад из России. Ты – Крис из Австрии. Этого достаточно.       - Ммм… - растерянно промычал Крис.       - Мы с тобой просто встретились и так же просто расстанемся. Сколько мы пробудем вместе? Полчаса? Час? День? А потом разойдемся в разные стороны, и никогда больше не встретимся. Ведь так?       «Нет, нет, только не это! Я хочу и дальше быть с тобой!» - едва не вырвалось у Криса.       Но вместо этого он выдавил из себя:       - Может быть, ты прав…       - Вот! – поднял вверх палец Влад. – У нас с тобой есть несколько минут или несколько часов счастья. Пусть сейчас будем только мы с тобой. Зачем нам впускать сюда свою жизнь, свои проблемы…       - Может быть, ты прав, - повторил Крис, хотя думал он совершенно иначе.       Перед ним сидел парень, который знал ответы едва ли не на все вопросы, сломавшие Крису жизнь. Парень, который мог видеть Мари в последние минуты перед… Который мог знать, почему всё это случилось. Мог знать, что за зловещие тайны окружали погибший корабль.       Парень, которого Крис искал, но отчаялся найти, парень, ставший его фантомом, наваждением - этот парень теперь сидел прямо перед ним, даже подарил ему поцелуй! И этот парень по-прежнему ускользал от него, утекал сквозь пальцы как темная, холодная вода Балтики с её мрачными тайнами.       Крис снова чувствовал свое бессилие, патологическую неспособность получить ответы на мучившие его вопросы…       Но как утопающий хватается за соломинку, так он хватался за одну мысль: не спугнуть парнишку прежде времени. Не дать Владу исчезнуть. Любой ценой дождаться удобного момента, и уж тогда… Крис мрачно подумал, что этого момента и не будет. Просто потому что он побоится этим моментом воспользоваться.       Потому что (странное дело!) сейчас само присутствие этого русоволосого парня с карими глазами делало Криса счастливым. Он вдруг заметил, что глаза Влада очень похожи на глаза Мари. Такие же карие. И с такими же золотистыми искорками. Еще одно наваждение?       - Ведь так редко удается не думать ни о чем, быть счастливым. А так хочется! – мечтательно произнес Влад и снова рассмеялся.       - Тут ты прав, -вздохнул Крис.       - Нет, Крис, если ты опасаешься, что я какой-нибудь мафиози, наркодилер, шпион, который не хочет о себе рассказывать…       - Влад, - Крис иронично улыбнулся. – Если бы ты был мафиози, наркодилером, шпионом, ты давно уже наплел бы мне что-нибудь весьма складное и правдоподобное.       - Отлично. Тогда будем считать, что я просто скромный сексуальный маньяк, - заявил Влад, поднимая принесенный официантом запотевший бокал с вином.       - С удовольствием поверю! – рассмеялся Крис, поднимая бокал и чокаясь с Владом. Вино, на вкус Криса, было вполне приемлемым. Для уличной забегаловки, конечно.       - А тебе нравятся сексуальные маньяки? – осведомился Влад, широко раскрывая глаза.       - Я от них без ума! – легко подыграл ему Крис.       - Сэр, так, может быть, вы вообще извращенец?       - Еще какой! А вы, сэр?       - Я – начинающий извращенец. Поделитесь опытом, сэр?       - С превеликим удовольствием, мой ученик!       Эти дурацкие реплики все больше захватывали Криса. Давно ему не было так легко и хорошо. Парнишка своим присутствием, своей улыбкой, своим смехом как будто был той самой волной, что стремительно вымывала из сердца Криса боль, страдания, безнадежность, бессилие. Или, во всяком случае, заглушала их присутствие.       Оба они продолжали нести ничего не значащую ахинею, и Крис поймал себя на мысли, что готов хоть всю жизнь провести здесь, за столиком в этом простом уличном кафе, и любоваться золотистыми искорками в карих глазах Влада. Такими же искорками, что всегда плясали в глазах Мари. Словно эти искорки переселились в глаза Влада в тот последний миг, когда… Крис снова замер. Он не хотел будить призраков, спящих на дне Балтики. И ещё – он видел, что эти же призраки живут в глазах Влада. Когда тот переставал улыбаться и смеяться, его взгляд менялся, глаза темнели, и в них начинало бушевать ночное штормовое Балтийское море…       - А давай снова искупаемся! – вдруг предложил Влад. – Вода сегодня просто супер, а сейчас – еще теплее!       - Давай! – тут же согласился Крис.       И тут же спохватился.       - Черт! У меня же нет плавок!       - Пошли на нудистский пляж! – немедленно сказал парень. – Я тоже плавки скину, без проблем!       Крис, при всей своей демократичности и презрении к условностям, никогда не загорал на нудистских пляжах. Ему это казалось слишком пошлым. Тут природный аристократизм молодого графа Шёнборна брал верх. Ему не хотелось выставлять своё тело на всеобщее обозрение во всех подробностях. А ещё – ему больше нравилось смотреть на парней в плавках. Потому что плавки всегда оставляли место воображению. А полностью обнаженное, пусть даже самое прекрасное тело, всегда казалось Крису скучным. Нечего было открывать. Словно он уже позанимался сексом с обладателем этого тела, распробовал его и теперь хотел расстаться.       Но в этот раз он не смог сказать «нет». Потому что боялся потерять Влада. Каким бы иррациональным этот страх ни был.       - А пошли, - согласился он с улыбкой.       Расплатившись с официантом, они двинулись по набережной. Парнишка шел, что-то весело напевая – судя по всему, на русском языке. Крис, кстати, отметил, что английским Влад владеет свободно, хоть и говорит с заметным акцентом. Эта свобода достигается лишь тогда, когда человек постоянно находится в соответствующей языковой среде. Значит, Влад все эти годы жил где-то в Европе? Или нет? Крис не знал. Сейчас он клял себя за то, что так малодушно и быстро прекратил поиски, предав других людей, которые продолжали борьбу: Густава, Ингу…       Но от самоедства его избавил всё тот же Влад:       - Крис, ты даже не представляешь, как много сейчас для меня делаешь! – вдруг выдал парень.       - А что я для тебя делаю? – Крис постарался принять самый безмятежный вид. – Просто иду с симпатичным парнем на нудистский пляж…       - О… точно! – Влад, хлопнув себя ладонью по лбу, вдруг остановился. – Я же тоже иду вместе с красивым парнем! Какое совпадение! Слушай, а возьми меня под руку! Или обними за талию, а? Пусть все думают, что мы с тобой пара! Мммм?       Искорки в карих глазах пустились в блядский танец. Крис, будучи человеком женатым, никогда не позволял себе прилюдно обнимать партнеров, а уж тем более разгуливать так по улицам. Но мощная волна в лице кареглазого смешливого Влада сорвала все предохранители.       Аристократ с тысячелетней родословной, потомок императоров, родственник нескольких европейских монархов граф Шёнборн заржал как дебил-подросток из рабочего посёлка. Шлепнул Влада по заднице, с удовольствием отметив, какая та соблазнительно упругая. Немедленно получил ответный шлепок по собственной заднице и многозначительное «вааау!», после чего решительно взял парня под руку и потащил его в направлении нудистского пляжа.       Сейчас Крису было решительно всё равно. Он просто был счастлив. Он шел под руку с парнем, которого не мечтал даже встретить. Но о котором всегда мечтал, пусть даже и отказываясь самому себе признаваться в том, что мечтает. Самым фантастичным было то, что Влад оказался, по крайней мере на первый взгляд, именно таким, каким его представлял себе Крис: веселым, смешливым, заводным, не обремененным комплексами.       Нет, Крис понимал, что в жизни этого парня есть много темного, страшного, чудовищного, и это прорывалось время от времени в карих глазах волнами боли и смерти – ледяными, безжалостными, мертвыми. Но и радость, жизнелюбие во Владе тоже били через край, а это было именно то, в чем Крис нуждался. Больше чем в бутылке виски.       И он шел с Владом по набережной с таким видом, как будто тот и впрямь был его бойфрендом, принадлежащим только ему, а вовсе не парнем, с которым он познакомился меньше часа назад.       На нудистском пляже, расположенном у старой части Ситжеса, народу было не слишком много. Компания возрастных геев, судя по всему немцев: пузатых, лысых, с обвислыми дряблыми задницами и членами. При этом они казались такими чопорными, словно находились на богослужении в местной церкви. Впрочем, Крис знал, что именно такие чопорные старики зачастую оказываются самыми оторванными, готовыми на такой сексуальный экстрим, на какой далеко не все молодые решатся.       Тут же было две-три компании геев – как пузато-мохнато-бородатых «медведей», так и горделивых качков, демонстрировавших окружающим свои точеные тела и достоинства разных размеров.       Присутствовали несколько лесбийских парочек, да еще и гетеросексуальные парочки.       Полоса пляжа была узкой, над ней возвышался парапет набережной. Влад быстро стянул с себя футболку, шорты и, безо всякой паузы, плавки. Крис до этого видел его без одежды только издали и только в плавках. И сейчас почувствовал, как в его собственном паху затрепетали крылья бабочки.       Он расстегивал свою элегантную, приталенную рубашку, узкие брюки и чувствовал себя подростком, который делает это впервые. Еще не хватало покраснеть! Но Влад, словно почувствовав что-то, снова раскинул руки, запрокинул голову и, зажмурившись, подставил лицо солнцу: наглый, загорелый, бесстыжий. Демонстрируя окружающим свой член – средних размеров, ухоженный, эпилированный.       Крису вдруг стало легко-легко, и он сбросил с себя всё тряпье, оставшись совершенно голым. Да, благородное слово «обнаженный» в данном случае не подходило, Крис был именно голым. Он знал, что его тело привлекательно, но понимал, что сейчас всё зависит от того, что решит Влад – этот загорелый парнишка, жмурящийся на солнце и, казалось, вобравший в себя всю радость этого мира. И так хотелось обнять его, чтобы приобщиться к этой радости, почувствовать беззаботность, ринуться в сверкающее, беспредельное пространство…       Влад открыл глаза. Посмотрел на Криса. Всего мгновенье. И, схватив за руку, потащил к морю.       Они с брызгами вбежали в ласковые теплые волны, которые с каждым шагом становились всё холоднее. Влад истошно завопил, неуклюже плюхнувшись в волны, и так же неуклюже потащил за собой Криса. Тот тоже не удержался, упал, его накрыло с головой, он отчаянно забил руками и ногами, вынырнул, отфыркиваясь, уши заложило, но он слышал сквозь шум воды и ветер счастливый смех парнишки.       Парень что-то орал по-русски. Видимо, ругался: но ругался счастливо и вновь тянул за собой Криса. Они погружались в волны, и тут вдруг все резко изменилось. Казалось, не было больше голубого неба с его ярким солнцем, не было сверкающего теплого Средиземного моря. И не было счастливых темно-карих глаз. На Криса смотрели глаза, полные холодной, полной смерти штормовой Балтики. Парень протягивал к Крису руки и, казалось, сейчас потащит его на дно. Не на мелкое песчаное дно Ситжеса, а на темное, страшное балтийское дно, где лежит погибший корабль, полный призраков.       Крису не было страшно. Он шагнул к Владу, раскрывая объятия и словно показывая, что готов следовать за ним, в страшную подводную могилу, из которой не будет выхода.       Если они пойдут туда вдвоем. Если они пойдут вдвоём…       - Прости! – донеслось до Криса.       И снова вокруг было теплое море, синее небо, сверкающее солнце.       Отфыркивающийся, хлопающий глазами парень, крепко вцепившийся в Криса.       - Прости, со мной это бывает! – проорал Влад жизнерадостно, как будто вовсе не его глаза только что были полны смерти. – Иногда забываю обо всем!       «Я знаю», - хотел было сказать Крис.       Но лишь улыбнулся и неожиданно для самого себя потрепал Влада по теплой щеке. И не успел понять, как соленые губы мальчишки прильнули к его губам – жадно, страстно, отчаянно… Так целуются, когда знают, что этот поцелуй может оказаться последним.       При этой мысли Крис вообще перестал себя контролировать. Они стояли в воде по пояс, Крис притянул к себе Влада, обнимая его крепкое тело с сильными мышцами, чувствуя его возбужденный член. И чувствуя свой собственный возбужденный член.       Да, наверное, это было чересчур даже для нудистского гей-пляжа либерального Ситжеса. Но Крису было плевать. Ему хотелось лишь одного: не выпускать из объятий этого парня. Ему казалось, что сейчас, когда он обнимал и целовал этого наглого, бесстыжего парнишку, его жизнь снова обрела смысл. Простой и ясный смысл: жить и любить. Любовь, ушедшая на дно моря вместе с погибшим кораблем, теперь вернулась. Тоже из моря.       - Нас полиция не сцапает? – со смехом оторвался Влад от Криса. – Мы тут никакую мораль и нравственность не оскорбляем?       - Нудистский пляж, - хмыкнул Крис. – А поцелуи – это не секс.       - А то, что наши пенисы трутся друг о друга?       - Тоже не секс.       - Все равно, мы пользуемся успехом. Смотри, какая-то дама снимает нас на смартфон.       Крис обернулся и замер. В каких-то двадцати шагах от них у парапета набережной стояла Кларисса Райнер. Одна из многочисленных подружек Амалии. И одна из главных распространительниц сплетен в светских кругах Вены и других европейских столиц. Черт, ну что принесло эту стерву именно сегодня, именно сейчас, именно в Ситжес и именно на нудистский гей-пляж??       И теперь на ее телефоне было фото, а может быть и видео, как граф Шёнборн – наследник, потомок и прочая-прочая-прочая – стоит в воде у берега, совершенно голый, в обнимку с таким же голым парнем. Они целуются взасос. Даже трутся возбужденными членами друг о друга – нагло, пошло, прилюдно!!       И… что дальше? Кларисса была не из тех, кто станет хранить в тайне подобные фотографии или кадры. Уже через четверть часа о похождениях молодого графа Шёнборна в Ситжесе будут судачить во всех светских гостиных… Ну, пусть не во всех.       Да, конечно, всем были известны сексуальные пристрастия наследника дома Шёнборнов и всё такое прочее. Но! Это были лишь разговоры. Внешне все было в рамках приличий. А теперь граф Шёнборн, австрийский вице-консул в Барселоне, стал едва ли не героем порноролика. И вот это…       Крис отвернулся от Клариссы, демонстрируя ей и прочей публике свою красивую поджарую задницу, которой снова стал уделять много времени с тех пор, как стал меньше пить.       - Мне все равно, - с улыбкой сказал он Владу. – Поваляемся на песочке?                                                       ***       Разумеется, Амалия позвонила уже минут через десять.       - Ты совсем рехнулся! Что ты себе позволяешь, извращенец! – шипела и булькала трубка.       - Ничего особенного по сравнению с тем, что позволяю себе обычно, дорогая, - сладким голосом ответил Крис. – А ты, как всегда, чересчур вульгарна, и это меня расстраивает.       Разговор вёлся на немецком языке, и Крис надеялся, что Влад не знает немецкого. Посвящать парня в выяснение отношений с женой Крису уж точно не хотелось. Но парнишка лежал рядом, блаженно жмурясь, и, похоже, ему не было дела ни до чего.       А телефон едва не взрывался от ярости.       - Ты позоришь меня! Позоришь своего отца! Позоришь наше имя!! Ты понимаешь, что эта стерва уже разослала видео половине Вены???       - Завидуешь, что тебя на нём нет, дорогая?       - Извращенец!!       - Это не новость для нас обоих. Что-то еще?       - Я… Ты немедленно вернёшься в Вену!!       - Зачем? Поверь, мне очень хорошо на пляже здесь, в Ситжесе…       - Ты вернёшься!! Мы должны что-то делать!!       - Я уже делаю. Загораю. А потом надеюсь заняться чем-то более интересным. И тебе советую. Например, посетить любовника. Забыл, как его зовут… Того, блондина. Или ты с ним уже рассталась? Ах, неважно. Или, если хочешь, позвони своему адвокату, инициируй бракоразводный процесс. Пока, дорогая, мне некогда.       Крис нарочно провоцировал Амалию, потому что разозлился не на шутку. Но сейчас он знал: выбор очевиден – Влад. Именно Влад. Он не отпустит Влада ни при каких обстоятельствах.       - Пойдем ко мне, - лениво и томно протянул Влад, когда Крис закончил обмен любезностями с супругой. – Я тут недалеко апартаменты снимаю. Минут десять ходьбы.       - А пойдем, - прошептал Крис, целуя парня в теплые губы.                                                       ***       Они лежали в маленькой комнатушке – это и были «апартаменты», которые снимал Влад. По иронии судьбы, располагались они по соседству с домом, где жил Рамон, у которого Крис провел предыдущую ночь. Но теперь Рамон казался чем-то призрачным, необязательным. А настоящее было здесь и сейчас. Это настоящее – русоволосое, кареглазое, чуть скуластое и с трогательной манерой говорить слегка в нос, звалось Влад Воронцов.       И сейчас у Криса снова было чувство, что они знакомы уже сто лет, причем вовсе не заочно, что они всегда были вместе… И он с трудом сдерживал желание рассказать Владу, что на самом деле знает о нем очень много… и хочет узнать еще больше. Войдя к крохотную квартирку, они даже не стали принимать душ, а сразу бросились на скрипучую кровать, которая занимала почти все пространство комнаты.       И только сейчас до Криса дошло, что они даже не спросили о сексуальных предпочтениях друг друга. Но и эта проблема решилась сам собой:       - Я свитч, - заявил Влад, как будто прочитав мысли Криса. – Могу и снизу, и сверху. А ты?       - Хм… тоже, - растерянно улыбнулся Крис.       - И это радует. Вперед, прекрасный незнакомец! – Влад рассмеялся в своей манере – широко, беззаботно, откинув голову на подушку.       И, разведя ноги, задрав кругленькую задницу, словно дразня любовника, а затем резко сведя ноги, привлек к себе Криса, впившись ему в губы.       Целоваться Влад явно любил и умел очень хорошо. У него были большие губы, не имевшие ничего общего с модной ныне искусственной пухлостью. И это придавало ему очарования. Этими чувственными губами хотелось наслаждаться, пить их поцелуй до бесконечности, сжимая в своих объятиях миниатюрное, но очень крепкое тело – теплое, почти горячее, загорелое, пахнущее морем и песком. Наслаждаться гладкой кожей и чувствовать, как под ней перекатываются мышцы.       Парень относился к разряду не красавчиков, но «милашек». Однако сколько таких «милашек» перебывало у Криса в постели! Отличным сексом Криса давно было не удивить. Но сейчас было другое: Влад отдавался ему как родному, близкому, любимому.       Это чувствовалось во всем: в его поцелуях, в том, как он прижимался к Крису, в трепете, пробегавшему по крепенькому, упругому телу. Это была не похоть. Или не просто похоть. Это было нечто большее.       И Криса снова накрыла мощная волна. Не балтийская волна смерти. И не волна банального оргазма. Он вдруг осознал, что влюбился. Влюбился внезапно, отчаянно и безнадежно.       Он отстранился от Влада и совершенно безумным взглядом смотрел в карие глаза, а парнишка смотрел на Криса чуть удивленно и вновь широко улыбался.       - У тебя взгляд маньяка, - заявил он. – Кого я к себе привел??       И заржал.       Крис тоже заржал.       - Ты мой дельфин, Влад, - вдруг выдал он.       - Дельфин? – мальчишка растерянно заморгал. – А ну, говори помедленней, моего английского уже не хватает для таких тонкостей.       - Ты дельфин, который появился в бурном, холодном море и подхватил меня. Ты – моя единственная надежда не утонуть, - тихо произнес Крис.       И вновь в глазах Влада появилось то самое море: ночное, страшное, Балтийское.       - Не говори про такое море, - вдруг жалобно и беспомощно произнес он. – Пожалуйста… Лучше про теплое. Как здесь…       Крис кивнул. Влад не знал, что он знает и понимает…       - Если бы ты знал, что меня ждет, - эти слова Влад произнес глухим голосом.       Его лицо на миг исказилось болью, ненавистью, страхом. Крис вспомнил, что на набережной, едва ли ни в первую минуту их знакомства Влад тоже сказал нечто похожее по смыслу.       - А меня без тебя не ждет ничего, - таким же глухим голосом сказал Крис. – Ни-че-го.       Они несколько мгновений молча смотрели друг на друга.       Но лицо Влада снова преобразилось: стало беззаботным, смешливым, наглым.       - Я твой дельфин, залезай на меня, поплыли! – рассмеялся он.       Крис тоже рассмеялся. Кажется, стремительные перемены настроения Влада были заразными.       И он залез на Влада. Или Влад на него. Потому что уже через минуту невозможно было понять, кто на кого залез. Они катались по скрипучей кровати, вцепившись друг в друга, словно погрузившись в море с его бурными волнами, полными жизни, радости, счастья.       Во Владе не было ничего от тех пассивных красавчиков, которые умеют хорошо отдаваться, позволяют наслаждаться своими прелестями, но больше не умеют ничего. Он кувыркался в постели как дельфин на волнах, и Криса то уносило вверх, то погружало в волны, вышибало из него дух.       Влад то становился мягким, податливым, то стремительно наливался силой, постоянно преображаясь, меняя роли и направления. И это не походило на классическую борьбу в постели, где два самца борются за право стать верхним и овладеть партнером. Никакой борьбы не было. Был танец – танец влюбленных дельфинов в теплых волнах, полных сверкающего солнца.       Влад как будто поднырнул, и член Криса оказался у него во рту – внезапно, стремительно, незаметно. Парнишка обхватил Криса за бедра, притянул к себе и принялся сосать: с пошлыми причмокиваниями и стонами. Он делал с это с упоением, и Крис почувствовал, что у него стремительно подходит… Он отстранился, перевел дух. Но тут же на него обрушилась новая волна. Точнее, обрушился Влад, чьи маленькие, загорелые и очень крепкие руки опустились ему на плечи, и через мгновение перед глазами Криса уже стоял член – небольшой, ухоженный, полный желания.       Крис набросился на этот член как дельфин на добычу. Он видел перед собой пах – хорошо выбритый, даже без знаменитой «блядской дорожки», гладкую загорелую кожу, он чувствовал, как пульсирует молодое крепкое тело, слышал стоны Влада, а затем почувствовал во рту терпкое, солоноватое, теплое…       «Вот и все?» - пронеслось в голове разочарованное.       Дело было не в том, что сам Крис еще не испытал оргазма. Дело было в другом.       - Я твой дельфин, - прогундосил сверху знакомый голос. – Утонуть не дам…       И безо всякой паузы парень, только-только размякший от оргазма, очутился внизу, а член Криса – в его рту. И снова поднялась волна – радостная, веселая, счастливая…       Они лежали в постели, а Крису снова становилось страшно. Он крепко схватился за руку Влада.       - Крис, - пробормотал тот. – Крис?       - Что? – спросил Крис, внутренне замирая и боясь услышать что-то вроде: «Спасибо за секс, уходи»       - Крис, ты ведь не уйдешь?