Реквием "Принцессе Марии"

      Очнувшись и проморгавшись, я обнаружил, что лежу на кожаном диване. А надо мной - сводчатый кирпичный потолок. Или каменный? А хрен его знает. Не то чтобы было темно, но... Свет был какой-то тусклый, красноватый. Чем-то мне этот свет напомнил помещения, в которых со мной любил играться гребаный Янсен... При этой мысли я вздрогнул. Повернул голову. И снова вздрогнул. Потому что увидел стол, на котором поблескивали металлические девайсы. Я матюкнулся. Что, опять?? Опять меня будут... Вскочил, рванул к двери... Блять! Только сейчас понял, что на мне - металлический ошейник, длинный цепью прикрепленный к вделанному в стену кольцу. Шага три-четыре я мог сделать, и всё. Черт. Черт. Черт!!!       Так, а где Крис... И что с ним? Он же был ранен! И где все остальные? Почему я один? Что с ними??       Елки, да я окончательно крышняк потерял. Крис же здесь! Вон он, лежит в противоположном углу. Тоже на кожаном диване. И тоже прикованный к стене цепью с ошейником. Я позвал его. Но Крис не отреагировал. Я подошел к нему настолько близко, насколько мог. Крис лежал с закрытыми глазами. А раненое плечо было перевязано! У меня отлегло от сердца. Всё-таки о Крисе позаботились. И это означало, что ёбнутый крисов папаша не собирался нас убивать. Ну, пока во всяком случае. Но какого хрена он нас сюда приволок? Не он сам, конечно, но по его приказу, это ж ясно. И где остальные? Мари, Вадим Александрович, другие парни? Они живы? Да... Наверное. Ведь газ не был ядовитым, иначе я сейчас не дергался бы в этом ебучем ошейнике! Но...       Так, стоп! Вопросы задавать пока некому. Крис в отключке валяется. А как его в чувство привести? Я огляделся. У моего дивана на тумбочке стоял графин с водой. И маленькая кружка. Недолго думая, я схватил кружку и, прицелившись, запустил ею в Криса. Попал! Прямо по макушке. Крис дернулся, заорал, вскочил, хлопая глазами. Йеес! Я сделал это!       - Ты! Здесь! Где мы? - это он меня увидел.       - Как плечо?? – обрадованно заорал я.       Нет, радоваться, конечно, было особо нечему, но то, что Крис пришёл в себя, меня уже радовало.       - Плечо? - растерянно повторил Крис, потирая при этом ушибленную. макушку. - Ах, плечо...       Он непонимающе посмотрел на повязку, словно пытаясь вспомнить, что, собственно, с ним произошло.       - Не знаю... Вроде не болит... А где мы?       - А я знаю? Это твой замок, а не мой! Похоже, подвал какой-то. Слушай, у вас тут такие подземелья... В них ещё три замка можно запихнуть!       - Так Шёнборну почти восемьсот лет, - рассеянно ответил Крис, всё ещё пытаясь проморгаться. - Тут целая система подземных ходов. Ходили слухи, что где-то в этих подземельях Янтарная комната спрятана...       В другой раз я, конечно, зацепился за эти слова о Янтарной комнате (потому что ну не фига ж себе!), но сейчас мне было начхать на все сокровища мира.       - Похоже, тут твой папаша какими-то извращениями занимался, - сказал я. - Видишь стол? Там девайсов целая куча. Твой папочка что, тоже... ммм?       - Я и сам не поверил, когда он рассказал, - угрюмо пробормотал Крис.       - Что рассказал? - не понял я.       - Янсен был его любовником.       Я остолбенел. Присвистнул. И высказался. По-русски. Семиэтажным матом. Потому что теперь всё стало на свои места. И стало совсем мрачным.       - Любовником... - повторил я, чеша репук. - Понятно, почему он захватил всех, кто был на Агуаде. Мстит, тварь.       Крис мрачно кивнул.       - И уж меня-то он точно живым отсюда не выпустит, - пробормотал я.       - Тогда я его прикончу! Собственными руками! – тут же вскинулся Крис. - И не посмотрю, что он мой отец!       Достаточно было взглянуть на моего графа, чтобы понять: он и вправду готов прикончить своего папашу. Никогда не думал, что граф мой так умеет сверкать глазами. Как инопланетянин какой-то.       - Ничего, прорвемся, - пообещал я, стараясь говорить как можно бодрее.       Хотя понятия не имел не только о том, как прорваться, но и как с цепи этой гребанной сорваться. Вообще ситуёвина была хуже не придумаешь. Безвыходная. Но ничего, уверял я себя. Безвыходных ситуаций не бывает. А если выхода и нет, то надо его как-то проделать. Только как, чем и в чём - не понятно. И куда - тоже хрен поймешь.       В общем, я чувствовал, что меня вот-вот накроет депрессняк. Причем конкретно накроет. Нет уж, хренушки! Я уже успел такое в жизни повидать, через такое прошел, что этот вонючий подвал с собачьей цепью меня точно не сломает! Я сам кого хочешь сломаю!       Я подмигнул Крису. Вообще-то, мне хотелось обнять его и поцеловать. И чтобы он меня обнял. И тоже поцеловал. Но оба мы сидели на цепи, словно собаки... Ненавижжжууу! Ладно, папаша, только явись сюда...       И, кажется, мое пожелание было услышано. Потому что в двери заскрежетал замок, и она с тяжелым скрипом отворилась. В подземелье ввалился крисов папаша. Собственной персоной. И с ним два шкафа. Охранники. Хм, это что, он так нас боится? Нас, сидящих на цепи? И это тип решил стать типа сверхчеловеком? Властелином мира? Не, ну это цирк с конями! Просто цирк.       Тут в голове у меня снова всплыли уроки этикета. И я, как был, с ошейником и на цепи, отвесил крисову папаше издевательский поклон.       - Добрый день... Или ночь? Словом, доброго времени суток, ваше высочество! Проходите, располагайтесь, чувствуйте себя как дома. Мы могли бы угостить вас чудесным напитком Corpus Servi тысячелетней выдержки, но, увы, кто-то его украл. Вы случайно, не знаете, кто именно?       Принц установился, уставился на меня. Взгляд его был ледяным. И злым.                               ***       Вадим Александрович открыл глаза. И первым, кого он увидел, был здоровенный рыжеволосый детина, пристально на него смотревший. Русский прищурился, вспоминая это лицо...       - Ульссон! Густав Ульссон... Шведское телевидение, - пробормотал он.       - Именно, - мрачно кивнул журналист. - Вас я тоже помню. Вадим, русский. Кажется, из российской разведки?       - Я давно в отставке, - прокряхтел Вадим Александрович, морщась и тяжело поднимаясь с каменного пола.       После газовой атаки голова была тяжелой.       - Вас тоже сцапали? - поинтересовался детина.       Вадим Александрович вместо ответа обвел взглядом помещение. Это было нечто вроде подземного барака или казармы. Рядами стояли койки, на которых сидели и лежали мужчины. Вадиму Александровичу были знакомы их лица. Все они были на Агуаде, все они были участниками казни Янсена и его сообщников, пустивших ко дну "Принцессу Марию".       Узники с тревогой и любопытством смотрели на новоприбывшего. Точнее, на новоприбывших. Потому что на полу без сознания лежали трое парней, входивших в группу, которой командовал Вадим Александрович. Но двоих не было. Воронцова и Шёнборна.       - Нас троих сюда приволокли? - поинтересовался Вадим Александрович, наливая в кружку воду из крана, осушая ее одним глотком и наливая себе ещё. – Больше никого?       - Троих, - мрачно кивнул Ульссон. - А кого ещё должны были?       Вадим Александрович промолчал.       - Вы знаете, кто нас здесь держит? - спросил Ульссон.       - Шёнборн.       - Шёнборн? - изменившись в лице, повторил Ульссон. - Шёнборн, вы сказали? Он же... Я же ему верил... Он...       - Нет, не тот Шёнборн, - с досадой мотнул головой русский. - Этот, который Крис, хороший парень, хоть и мудила конченый. Вас держит здесь его папаша. Принц Шёнборн. Слыхали о таком?       Швед растерянно покачал головой. На лицах других узников тоже было недоумение.       - Да, принц не любит светиться, - вздохнул Вадим Александрович. - Но он хитер как дьявол. Он нас переиграл... Но ничего. Не всё потеряно...                               ***       - Совсем не всё потеряно! - заявила баронесса Кубини, когда Мари, оказавшаяся среди томившихся в подземелье узниц, закончила свой рассказ. - Милочка, простите, что я огрела вас по голове этим стулом. Когда вас втолкнули сюда, я думала, что это охранник...       - Спасибо, что нее убили, мадам, - с язвительной усмешкой ответила Мари. - Вы исключительно добры.       - Понимаю вас, милочка. Но и вы нас поймите, нас тут держат взаперти, поэтому мы готовы решительно на всё! - в голосе баронессы не чувствовалось особого сожаления. - Во всяком случае, я уж точно готова.       - Так вы говорите, что Владик тоже здесь? И его друг? - долетел с ближайшей койки слабый голос Инги Рутмане.       Мари молча кивнула.       - Что с ними? – спросила Инга, с тревогой глядя на француженку.       - Я не знаю, - тихо ответила та. - Они были в группе, которая прорвалась в подземелье первой через заброшенную вентиляционную шахту. Но эти твари применили усыпляющий газ... Больше ничего сказать не могу.       Инга откинулась на подушку и закрыла глаза. Губы ее зашептали беззвучную молитву.                               ***       Принц Йозеф бросил равнодушный взгляд на своего сына и снова обернулся к Воронцову. Мальчишка улыбался - нагло и вызывающе. Либо он храбрец, либо идиот. Либо и то, и другое сразу, подумал принц. Впрочем, этот идиот сумел втереться в доверие к Грэму. И привел его прямо в смертельную ловушку. А значит, идиотом он не был.       Что ж, так даже интереснее, думалось принцу Йозефу. Просто нужно держаться настороже. Хотя, с другой стороны, что мог сделать этот мальчишка? Из подземелья ему в любом случае не выбраться.       - Зачем ты явился сюда? Чтобы добить нас? - послышался тихий голос.       Принц снова обернулся к сыну. Тот смотрел на отца усталым и презрительным взглядом.       - Тебе ничто не угрожает, - спокойно ответил принц. - При условии, что ты не будешь делать глупостей. Всё-таки ты мой сын.       - Всё-таки, - с сарказмом повторил Крис. - В этом "всё-таки" всё твое отношение ко мне.       - Мы с тобой уже поговорили начистоту, - принц оставался невозмутимым. - И в препирательствах смысла нет. Лучшее, что ты сейчас можешь сделать для себя и для своего... любовника - это сидеть тихо и не вмешиваться. Просто наблюдать.       - Наблюдать? За чем наблюдать? - резко спросил Крис, схватив цепь, которой был прикован к стене, словно собираясь выдрать ее и превратить в оружие - Что ты намерен сделать?       - Сейчас увидишь.       - Если ты собираешься причинить Владу какое-то зло, то...       - То что? - насмешливо осведомился принц. - Что ты сделаешь? Я отвечу за тебя: ничего. Ровным счетом ничего. Так что будь благоразумен и сиди тихо. Как подобает воспитанному человеку.       - Да, Крис, бери пример со своего папочки. Видишь, как он воспитанно себя ведёт. Вежливо нас на цепи посадил. А ведь мог прикончить сразу, - выпалил Влад, скорчив принцу рожу.       На принца эта тирада, казалось, не произвела впечатления.       - Да, мог бы, - кивнул он. - Но пока не стал.       - За чем же дело стало? - не унимался Влад.       - Мне захотелось познакомиться с вами поближе, господин Воронцов, - теперь пристальный взгляд принца снова был устремлен на Влада. - Вы ведь, должно быть, уже знаете, кем был для меня Грэм Янсен?       - Личным ебарём вашего высочества, - ехидно заявил мальчишка.       - Не будьте столь вульгарны, господин Воронцов, - тонкие губы принца дрогнули в усмешке. - Насколько мне известно, маркиз Форсборо приложил немалые усилия, чтобы вбить начатки этикета в вас, вылезшего из грязи. И мне казалось, что ему это неплохо удалось. Будет жаль, если это впечатление окажется испорченным.       - Не думал, что ваше высочество настолько впечатлительны, - немедленно ответил Владик.       - Вот это ответ воспитанного человека, - одобрительно кивнул принц.       - Довольно ломать комедию, отец! - Крис дернулся, загремев тяжелой цепью. - Что вы хотите? Говорите прямо!       Но принц даже не обернулся к сыну, по-прежнему сверля взглядом нахально улыбавшегося юнца.       - Грэм высоко отзывался о ваших способностях в том, что касается эротических забав, - проговорил принц. - Но однажды он признался, что больше всего в вас его привлекало даже не тело и не способности быть секс-игрушкой. Он утверждал, что видит в вас скрытые задатки доминанта. И именно поэтому ему доставляло огромное удовольствие вас ломать. Дрессировать. Превращать доминанта в сабмиссива. И меня, признаться, это весьма заинтересовало.       - Решили меня доломать? - скривился Влад. - Ну, давайте. Пробуйте! Посмотрим, что получится!       - Влад! – предостерегающе воскликнул Крис.       - Спокойно! - голос Влад прозвучал неожиданно резко.       - Отлично, - с придыханием произнёс принц. - Этот ваш возглас сказал мне больше десятков слов. Кажется, Грэм в вас не ошибся.       - И что с того? - презрительно выпятил губу Владик.       - Я вовсе не собираюсь вас ломать. Совсем напротив. Мне хочется проверить, насколько Грэм и я оказались правы в своих предположениях. Проверить вас как доминанта. Сначала проверить, а затем... - принц как будто задумался. - Затем посмотрим, что дальше.       - Да вы ебанулись, ваше высочество, не иначе! - выдохнул Влад вне себя от изумления. - Вы что... хотите, чтобы я вас трахнул? Это... пиздец какой-то.       - Опять из вас полилась вульгарщина, - поморщился принц. - Сделайте одолжение, сохраняйте хорошие манеры.       - Да ты псих конченый, - поведал принцу Владик. - Ёбнутый на всю башку мудила.       Последние слова он незаметно для себя произнёс по-русски. Впрочем, судя по всему, в переводе они не нуждались.       - С точки зрения посредственностей, коими является большинство, людей, я действительно не соответствую нормам, - принц произнес это с нескрываемым высокомерием. - Я не принадлежу толпе. Я выше...       - Да тебя в дурдоме надо запереть, в одной палате с моей мамочкой, - сказал Влад. - Там таких как ты наполеонов и китайских императоров столько, что хоть жопой жри..       - Помолчите, господин Воронцов. Ваши эскапады ни к чему не ведут. Скорее, они портят ваш образ, - принц сохранял невозмутимость. - Да, я вижу, что вы смелы, даже отчаянно смелы. И вы умеете смотреть в глаза опасности. Это прекрасно. Мне не часто доводилось видеть таких людей. Чаще самые мужественные, на первый взгляд, люди быстро ломаются. Впадают в отчаяние, начинают изворачиваться, молить о пощаде...       - Тебя я ни о чем молить не буду! - отрезал Влад. – Даже не надейся.       - И прекрасно, - принц продемонстрировал белозубую улыбку. - Именно этого я от вас и ждал.       - Чего ты от меня ждал? - в голосе Владика зазвучала угроза.       - Отец! - предостерегающе воскликнул Крис.       - А вы, сударь, хоть и мой сын, но как были, так и остались ничтожеством, - даже не взглянув на Криса, произнёс принц. - Вы ни в чем не смогли добиться успеха. Ни в своей карьере, ни в отношениях с женщинами. Ни в отношениях с мужчинами. Да-да, именно так. Вы не сумели раскрыть того, в кого влюбились как безумец. Точнее, как глупец. Вы носитесь с ним, - принц кивком указал на Влада, - молитесь на него, но его истинная натура остается для вас тайной за семью печатями. Поэтому вашего любовника распечатаю я. Он этого заслуживает.       - Эй, алё, я сам тебя распечатаю, дедуля! - огрызнулся Влад. - Так распечатаю, что ты до конца жизни сидеть не сможешь!       Принц рассмеялся.       - Друг мой, боюсь, вы неверно меня поняли.       - Я тебе не друг!       - Это правда, не друг. Ты - кое-что другое, - принц, взяв со стола плетку, медленно приближался к Владу. - Ты кое-что другое, и я помогу тебе это осознать.       Он остановился прямо перед Владом. Принц был выше паренька едва не на голову и смотрел на Влада сверху вниз, но в его глазах сейчас не было превосходства. В них был странный азарт и нечто, похожее на восхищение. Влад же, задрав подбородок, смотрел на принца с откровенной насмешкой. Крис, стиснув зубы, со злостью следил за происходящим.       - Вот, я перед тобой, - голос принца был тихим, и Владу в нём слышалось змеиное шипение. - Смотри, вот я стою перед тобой. Я - тот, кого ты ненавидишь от всей души. От всего сердца. Да, я вижу это, я чувствую это. Смотри на меня, смотри! Я - воплощение - живое воплощение! - всего, что ты ненавидишь. Я причинил зло тебе. Огромное зло. Я - твой враг, которому ты хочешь отомстить. Которого ты в глубине души хочешь уничтожить. Загляни в свою душу, и ты поймешь это. Ненависть переполняет самые глубокие тайники твоего сердца. Эта ненависть ищет выхода, но не находит. Она отравляет тебе жизнь, мучает тебя дневными тревогами и ночными кошмарами, разве не так? Открой же эти тайники. Позволь своей ненависти выплеснуться на меня, и ты освободишься от нее. Ты станешь свободным и сильным. Направь на меня всю свою молодую, кипящую чистую ненависть. Я тот, кто заслуживает её. Я пришёл за твоей ненавистью, за твоей болью. Освободи свою ненависть, и она освободит тебя! Выплесни на меня свою ненависть, и ты почувствуешь себя сильнее во сто крат! Ты сможешь это сделать. Ты способен на этот шаг, который навеки преобразит тебя, откроет перед тобой такие горизонты, о которых ты даже не мечтал!       - Так ты пиздюлей что ли хочешь от меня получить? – с озадаченным видом уточнил Владик. – Не вопрос. Давай плетку, становись раком, жопой кверху!       Кажется, принц был слегка растерян. Он явно ожидал не такой приземленной реакции на свой возвышенный монолог.       - Раком, я сказал! - властно приказал Владик, вырывая плетку из рук принца. - И штаны снял!       Принц улыбнулся, но Владик с быстротой молнии хлестанул его плеткой по ребрам. Принц взвизгнул, отскочил на шаг. Но тут же опустился в коленно-локтевую позу, как ему было приказано. Крис смотрел на происходящее из своего угла широко раскрытыми глазами. Два охранника стояли неподвижно, с каменными лицами. Хотя и в них читалось нечто вроде изумления.       А Влад с задумчивым видом поглаживал плётку.                               ***       Я стоял и пялился на задницу принца. А в голове был полный раздрай. На самом деле эта старая скотина всё верно угадала. Ненависть. Вот именно ненависть он во мне и вызывал. И ещё какую ненависть! Ведь эта тварь стояла за всем тем, что... Словом, за всем! Высокомерный ублюдок, у которого снесло крышу от чувства собственной важности, презирающий всех, ни во что не ставящий человеческую жизнь. Он был виновен и в гибели моего папы, и еще почти тысячи человек, потому что именно он стоял за ублюдком Янсеном, отправившим "Принцессу Марию" на дно. Он убивал и других людей, превращал их в монстров, он вознамерился стать сверхчеловеком, устроил нам эту адскую западню... Он всю жизнь обманывал своего единственного сына, искалечил ему психику, не давал ему жить свободно, а после всего ещё и обозвал его ничтожеством... Нееет, тварь, мой Крис не ничтожество! Он остался человеком вопреки всему, что ты пытался с ним сделать, вопреки всем твоим усилиям сломить его волю, сломать ему жизнь! Это не он ничтожество, а ты, стоящий сейчас перед мной раком с голой жопой и желающий, чтобы тебя отодрали плёткой...       О, йееесс!! Я хотел его отодрать! От всей души, от всего сердца! Потому что сердце и впрямь было полно ненависти к этой мерзкой твари! Мммм... Я даже замычал от вожделения. Да, да...       Но... отодрать его - значит, пойти у него на поводу. Отодрать его – значит, сделать то, что он от меня ждет. То, чего он от меня хочет. И это... хуже, чем если бы я его просто трахнул! Это... это будет предательство. Я предам Криса, который сейчас смотрит на меня. Нет. Нет. И пусть всё во мне горит, полыхает и... встает (по правде говоря встало так, что мама не горюй!), но нет, нет, нет!!! Я эту светлейшую жопу не собираюсь удовлетворять. Никоим образом! Как бы мне этого ни хотелось (а хочется, чего там, ох, как хочется!) Нет, мудила-извращенец, ни хрена от меня не получишь! А рука... рука как будто меня не слушается. Сама замахивается. Я... я...       - Влад! - слышу я.       Оборачиваюсь. Крис смотрит на меня. Бледный, в глазах - не ужас, нет, но немой вопрос. "Ты что, правда это сделаешь?" Я смотрю Крису в глаза. И его взгляд - вопрошающий, требовательный, любящий - меня... Не знаю, что он со мной делает. Но моя рука, уже занесенная над принцевой задницей, медленно опускается.       Но меня всё никак не отпускает. Потому что ненависть никуда не девается. Она теперь как будто наполняет каждую клеточку моего тела. Застилает мне глаза.       И я как будто слышу свой голос со стороны: низкий, хриплый рычащий!       - А ну, встать! Встать, я сказал, тварь!       Да, это я говорю. Я. Словно во мне проснулся кто-то другой...       Долбанный принц встает. Кажется, он разочарован. Или считает, что это часть игры. Нет, хрен тебе, не буду я в твои игры играть. Я тебе не Янсен, чтоб ему в аду гореть!       - Лицом ко мне! Живо!       Это снова я. Или кто-то во мне командует.       Принц поворачивается. Он выше меня ростом, причем конкретно так выше. Но это меня лишь заводит. Я смотрю в его глаза. В них недоумение и... похоть. Да, такие злые похотливые глаза. И вот эта тварь - действительно отец Криса?? У меня в голове это не укладывается.       Ну что же... Хотел, тварь, пиздюлей получить? Так сейчас огребешь.       Я отвожу руку и коротким, резким движением впечатываю кулак прямо в сиятельную харю. И через мгновение ещё раз. Принц вскрикивает, хлюпает носом, хватается за свою морду, подскакивают охранники, меня одним ударом отбрасывают к стене (ой, больно, бляя!!!). Я ору:       - Уебывай, тварь!       Охранники утаскивают принца под белы ручки, а я, тяжело дыша, смотрю ему вслед. А потом перевожу взгляд на Криса. Он тоже смотрит на меня. И улыбается. Просто улыбается. И ничего не говорит. А я тоже улыбаюсь. Мы оба улыбаемся друг другу. Назло всему. И всем. Мы стоим друг перед другом. Оба на цепи - как псы. Нельзя подойти друг к другу. Нельзя прикоснуться губами к любимым губам. Но... почему-то сейчас (именно сейчас!) я остро чувствую, что люблю. До боли. До слез. До... Просто люблю.                               ***       Над Альпами занимался рассвет. Лучи восходящего солнца озаряли горный хребет с белоснежными шапками и укрытые снегом долины, по которым были разбросаны живописные деревушки. Алверт, так и не сомкнувший этой ночью глаз, с апатией смотрел в окно и как будто ничего не видел. Феликс сидел в глубине комнаты и тоже смотрел в пустоту. Это тягостное молчание длилось уже несколько часов.       - Из замка до сих пор нет известий, - наконец, произнёс Алверт, подпирая подбородок тонкой, казавшейся полупрозрачной рукой. - Ни одного сигнала. Похоже, операция провалилась.       - Она провалилась, - сказал Феликс будничным тоном, как будто речь шла о ничего не значащих вещах.       - Ты знаешь это или чувствуешь? - не оборачиваясь, спросил Алверт.       - Для меня нет разницы между знанием и чувством. Мои чувства равны знанию. Тебе этого не понять, - произнёс Феликс.       - И... что говорят тебе твои чувства?       - Часть людей, которых отправил в замок, погибла. Но Воронцов, Шёнборн, этот русский и француженка - живы. Я улавливаю их ненависть. Их тревогу. Ощущение бессилия.       Алверт побледнел как смерть.       - Тебе ничего не стоит солгать, - глухим голосом проговорил он. - Но я тоже чувствую... чувствую, что ты говоришь правду.       - Неудивительно, в тебе же есть - пусть и немного - сверхчеловеческой крови.       - Не напоминай мне об этом! - резко произнёс Алверт, вскинув голову.       Но это, казалось, отняло у него силы. Он снова откинулся на спинку кресла.       - Будь проклята эта ваша кровь, - прошептал он. - Она мне не нужна. Она - мое проклятие.       - Скоро ты избавишься от этого проклятия. Скоро ты умрешь, - спокойно произнёс Феликс. - Я не оставлю тебя в живых ни при каких обстоятельствах.       - Ты уже это говорил. Спасибо, я помню.       И тут телефон завибрировал. Алверт схватил его.       - Энди! Как ты? Вылетаешь? Да... да... я жду тебя. Со мной всё в порядке. Не волнуйся. Да, он здесь. Мы с ним мило беседуем. В замке? Боюсь, всё плохо... Очень плохо. Да. Приезжай, обсудим что делать. Да. Жду. Не переживай. Да. Я тебя тоже.       - Он забрал капсулу, - произнёс Феликс. - Скоро Stella Aqua будет здесь.       - Послушай, - обернулся к нему Алверт. - Ты же заинтересован в двух капсулах. Помоги вызволить пленников из замка. И ты получишь ту, вторую, капсулу, которая там находится.       - Я могу ее получить и не вызволяя пленников, - равнодушно пожал плечами Феликс.       - Да, знаю, - по бледным губам Алверта пробежала горькая усмешка. - Но тебе же важен сам процесс. Осознание своей силы и власти. Наслаждение этим. Боже мой, и ради этого ты скитаешься по земле тысячи лет? Скажи мне честно, оно того стоит?       Феликс помолчал, его лицо абсолютно ничего не выражало. Затем сказал - ровным монотонным голосом:       - Стоит больше, чем всё остальное, что есть на земле. Но гораздо меньше, чем хотелось бы.       - Но ты ведь знаешь, что жизнь не заканчивается нашим земным существованием. Если бы нас ожидало небытие, то все наши страдания, беды, да и счастливые мгновения не имели бы смысла. Разве не так?       - Снова тебя потянуло на философские разговоры... - Феликс чуть улыбнулся. - Понимаю, что тебе страшно умирать...       - Страшно, но не в том смысле, в каком ты думаешь, - отвечал Алверт, бросив пренебрежительный взгляд на Феликса. - Я уже говорил, что не раз был там, за чертой. И я знаю, что жизнь не заканчивается земной смертью. Поэтому смерти я не страшусь. Но я страшусь другого.       - Чего же? - с интересом спросил Феликс.       - Разлуки, - пробормотал Алверт, прищурившись, как будто рассматривал что-то вдали за окном. - Разлуки с Энди. И я молю Бога, чтобы нам никогда не разлучаться. Ни на земле, ни...       - ...в аду? - язвительно закончил вместо него Феликс. - Ты ведь убийца, мужеложник, изнеженный малакия... да еще с кровью вампира. Таких как ты все земные религии однозначно помещают в ад.       - Любовь покроет всё, - бесстрастно произнёс Алверт.       Феликс хмыкнул и пожал плечами.       - Тебе уготован ад, Алверт. Как и мне. И я делаю всё, чтобы попасть в ад как можно позже. Пусть даже я и устал от этой бесконечной жизни. Но ты в любом случае окажешься в аду уже очень скоро. Может быть, даже сегодня.       - Может быть, - спокойно повторил Алверт. - Итак, ты поможешь мне вызволить пленников?       - Могу гарантировать лишь вызволение Воронцова, - холодно отвечал Феликс. - В нём есть то, что мне нужно. Та энергия, которой мне недостаёт.       - Вот как? - Алверт с любопытством взглянул на собеседника.       - Тебе этого не понять, - презрительно бросил Феликс. - Энергия бывает разной. Ты заметил, что Воронцов как будто тефлоновый? И он как кукла-неваляшка: всегда поднимается. И это не просто оптимизм. Это нечто другое. Что встречается очень редко. И то, чего никогда не было у меня.       - Несмотря на все твои сверхспособности?       - Несмотря на них. Проклятье... мне нужна кровь, - зрачки Феликса расширились, лицо стало хищным.       - Хочешь выпить мою? - с интересом спросил Алверт.       - Твоя кровь испорчена, - брезгливо сказал Феликс. - Но сейчас...       В мгновенье ока он оказался возле Алверта. Тот испуганно вскрикнул, но клыки вампира уже вонзились в его шею. Взгляд Алверта расфокусировался помутнел. Феликс оторвался от его шеи, губы его были окровавлены.       - Твоя кровь - дерьмо, - прошептал он. - В других обстоятельствах ни за что не стал бы её пить. Думаю, что уже и не стану. Просто убью тебя.       - Каким образом? - прошептал Алверт, белый как полотно.       - Какая разница! Просто убью.       Алверт теперь казался совершенно обессиленным. Он прикрыл глаза, откинулся на спинку кресла. Тонкие белые руки бессильно свисали с подлокотников.       Феликс вытирал губы платком.       - Мерзко, - прошептал Алверт, не открывая глаз. – Как же мерзко... Когда пьют твою кровь...       Феликс пожал плечами, глядя на далекую альпийскую гряду.       - Чувствую, сейчас мы получим кое-какие известия, - пробормотал он. - Известия из замка Шёнборн.       Алверт даже не взглянул на него, словно не слыша этих слов. И тут его мобильник, лежавший на столике рядом с креслом, зазвонил. Алверт встрепенулся, схватил телефон.       - Маркиз Форсборо? - послышался в трубке сухой, официальный голос.       - Слушаю, - тихо сказал Алверт.       - С вами говорит секретарь принца Шёнборна. Его высочество желает говорить с вами по телефону.       Несмотря на слабость, Алверт хмыкнул.       - Доброе утро, маркиз, - послышался в трубке уже другой голос. - Хотя вряд ли для вас оно доброе.       - Как я понимаю, вы - принц Шёнборн? - холодно уточнил Алверт, к которому как будто внезапно стали возвращаться силы.       - Именно так, маркиз. Перейду сразу к делу. Люди, которых вы направили в мой замок, обезврежены. Трое из них убиты. Ваша затея полностью провалилась.       В голосе принца звучали торжествующие нотки. Алверт молчал.       - Вы слышите меня, маркиз? - спросил принц.       - Слышу, - обронил Алверт.       - Понимаю. Вы потрясены.       - Не сказал бы. Вероятность провала учитывалась.       - Так у вас есть запасной план? Очень интересно будет посмотреть, как вы станете воплощать его в жизнь, - насмешливо заметил принц.       - Какова цель вашего звонка? Говорите прямо!       - Мне нужна Stella Aqua. Если вы хотите, чтобы все, кто оказался в моих руках, остались живы, то принесите мне её лично. В мой замок.       - Вот как? - со скепсисом произнёс Алверт. - И каковы гарантии того, что вы дадите свободу пленникам?       - Никаких гарантий. Я просто даю вам шанс.       - Принц, вы держите в своем замке свыше пятидесяти заложников. Вы не опасаетесь, что я могу сообщить об этом властям? Вы ведь знаете мое влияние и возможности...       - Я знаю. Но в этом случае все заложники будут уничтожены. Я ожидаю вас со Stella Aqua до полуночи сегодняшнего дня. В противном случае заложников ждет смерть. Всего хорошего.       Послышались отбойные гудки.       Феликс смотрел на него с насмешливой улыбкой.       - Ну что? Пойдешь в замок? - спросил он.       - Пойду, - тихо ответил Алверт.