Before you go

      Снег закончился быстро. Во время оставшихся уроков всё осталось прежним, словно ничего и не произошло. Дежурные студенты подмели двор в конце дня, но никто так и не смог чётко ответить на вопрос о причине гибели такого количества бабочек.       Когда Коичи и Окуясу по пути домой почти не говорили, да и Джоске не смог начать разговор о случившемся. В последнее время вновь в городе начало происходить что-то странное, а ощущение присутствия кого-то незнакомого со стандом не хотело отпускать. Оно только усилилось после произошедшего, но как объяснить друзьям, что это не галлюцинации, а совсем другое? Хигашиката вряд ли сошёл с ума, а доказать свои слова всё ещё не мог. Объяснение по типу «бабочек убил какой-то обладатель станда» не сильно-то тянет за здравое. Да и этот снегопад посреди дня, о котором даже по радио не предупреждали…       — Эй, парни! Гляньте! — вдруг окликнул друзей Окуясу, остановившись рядом с одной из досок с объявлениями. — Могу поспорить, куча красоток туда заявится!.. Что скажете? Может, попытаем счастье, а, Джоске?       Посреди разных заголовков и потускневших распечаток с пропавшими щенками и котятами красовалась свежая афиша. Прямо за столом перед микрофоном на кого-то смотрел уже знакомый человек с неизменной улыбкой. В воскресенье Хидео Ямаока давал открытый семинар для всех желающих о том, как продвигать свой бизнес. Хигашиката едва не прыснул от такой невиданной щедрости, не верил он в искренность вот таких вот прилизанных красавчиков с кучей денег. Но эта встреча сильно его насторожила.       — Неплохая мысль, Окуясу, — ответил Джоске.       Однако даже Коичи стала очевидна истинная мотивация такого похода. Хигашиката далеко не из-за девушек собрался посетить это мероприятие, но решил, что задевать его с этим будет ещё хуже. Джоске и без того в прошлый раз обиделся, ведь они с Окуясу не очень-то поверили в то, что такой человек, как Хидео Ямаока, может оказаться кем-то опасным. Он ведь, в конце концов, личность знаменитая. К чему было бы портить себе репутацию?       — Тогда… пойдём в выходные вместе? — спросил подошедший Коичи.       — Все девчонки мои! — самодовольно усмехнулся Окуясу, потирая подбородок в предвкушении.       — Сто пудово, — поддержал его Джоске, скрывая ухмылку от такого откровенного рвения со стороны друга найти себе подружку.

***

      «Просто так безоружным идти — самоубийство», — убеждает себя Джоске, лёжа в кровати, скрестив за головой руки. Сама добродетель. Хидео Ямаока. Он всем своим видом пытался внушить окружающим, что серьёзный и дружелюбный человек, которому просто удалось добиться успеха. Но что же скрывалось в его прошлом? Зачем он решил посетить такой тихий и скучный городок, хотя есть столько шикарных мест в Японии, где мог бы не только прославиться, но и найти побольше полезных знакомств?       — Ай! Подохну же от любопытства, — сказал себе Джоске, хлопнув ладонью по лицу.       Уже через минуту он стоял напротив комнаты умершего деда. Именно там обосновался Джотаро, чтобы работать над набором материала для своей диссертацией. Даже компьютер для этого дела купил, но Джоске пускал к нему лишь для особо важных заданий, которые задавали в школе. «Вздумаешь забить память играми — получишь по шее», — как мантру, всегда повторял Куджо, пуская Хигашиката к нему.       Сейчас же задача стояла совершенно простая: незаметно похозяйничать за компьютером Джотаро так, чтобы его владелец не заметил, что Джоске вообще был в комнате. Закрыв за собой дверь, Хигашиката включил системный блок и монитор. Куджо много раз говорил о проведении интернет-кабеля в дом и действительно сделал это. Однако по достоинству это Джоске смог оценить лишь сейчас, когда в поисковой строке ввёл имя человека, из-за которого его постоянно не покидало дурное предчувствие.       Хидео Ямаока имел практически кристально чистую репутацию. За час работы за компьютером ему не удалось накопать и одного гневного отзыва на форумах, посвящённых обсуждению именитых личностей. Джоске решил, что варианта в таком случае остаётся два: либо у Хидео действительно не было за душой грехов, либо же кто-то тщательно выслеживал все негативные отзывы и подчищал их. В первый вариант Хигашиката не поверил сразу. Хидео Ямаока — знаменитый человек, к тому же очень успешный. У таких всё равно рано или поздно появляются завистники, желающие подлить масла в огонь. Чем чище репутация человека и выше его авторитет, тем скорее папарацци стараются выведать все самые неприятные подробности биографии человека, чтобы пролить грязь на этот белый плащ. Однако на плаще Хидео не оставалось и мелкой соринки.       От размышлений Джоске отвлёк телефонный звонок в гостиной. Выбежав, он схватил трубку, ведь в такое время мог позвонить лишь один человек.       — Джотаро-сан? — бодро поинтересовался Хигашиката.       — Джоске… — тяжело выдохнул Куджо по ту сторону линии. — Напомни-ка мне, о чём я тебя просил напоследок, когда мы прощались?       — Э… не лезть никуда, пока вы не вернётесь?       — Вот именно. Не лезть, Джоске. И чем ты сейчас, скажи мне, занимаешься?       — Да… ничем.       — Ну и ну, Джоске! — едва заметно повысил голос Джотаро, чем дал понять, что Хигашиката где-то серьёзно оплошал. — Мой компьютер подключён к системе Фонда. Мне оборвали линию, пытаясь выяснить, как я могу быть одновременно в Тихом океане и в Морио…       Джоске и не подозревал, что мог так глупо засветиться. Зациклившись на этом бизнесмене, он забыл о том, чтобы хотя бы предположить, что за компьютером установлена слежка. Осознав это, Хигашиката почувствовал себя неловко, ведь без разрешения влезать в чужое личное пространство — не очень-то красиво. Если бы об этом узнала его мать, то скорее всего оттаскала бы за уши непутёвого сына, которого не до конца воспитала, чтобы привить рамки приличия и совесть.       — Я попросил тебя не впутываться в неприятности не потому, что хочу ограничить твою свободу, Джоске… Это самое последнее, что я сделал бы в отношении тебя. Хочу, чтобы ты научился понимать, что существуют люди, которые волнуются за твою жизнь.       — Понимаю…       — Верю. Так, зачем ты полез искать информацию про Ямаока?       — Вы и это узнали?       — Разумеется!.. Распечатанные поисковые запросы и сайты, которые ты посетил уже распечатаны и лежат на моём столе.       «Оперативно, однако, работают…» — невесело подумал про себя Хигашиката.       — Я жду ответ.       — Джотаро-сан, ничего серьёзного! Я всего лишь хотел немного поискать информацию о нём, чтобы к вашему приезду нам было с чем работать.       — Ну и ну… — лишь выдохнул в трубку Джотаро, но Джоске даже так сумел предположить, что Куджо устало потирает переносицу. — Точно?       — Несомненно!..       Хигашиката едва не ударил себя по лицу за такую наглую ложь. Джоске чувствовал себя паршиво. Он не хотел кого-либо обманывать, но то вышло совершенно случайно, будто рот и мысли перестали его слушаться и начали говорить всё, что было бы неправдой, но успокоило бы человека по ту сторону трубки. Джоске почти не обманывал Джотаро. Никогда. Он считал, что любые взаимоотношения строятся на доверии, однако, сам не заметил, как положил первый камень обмана на их связь.       — Раз уж я позвонил, то можно поговорить и о хороших новостях, — неожиданно произнёс Куджо, по всей видимости, поверив в слова Хигашиката.       — Правда? Какие?       — Наш объект всё-таки дал потомство. Буквально несколько часов назад, — воодушевлённо поделился Джотаро.       — Это же замечательно! Поздравляю, Джотаро-сан! — с улыбкой произнёс Джоске, предвкушая, что скоро Куджо вернётся домой, в Америку, а потом и в Морио.       — Было нелегко, но мы справились. Пришлось погрузиться, чтобы проверить малыша.       — Жаль, что меня нет там… Я бы хотел на это посмотреть!       — И… ты можешь, в общем-то… Подойди к компьютеру. Я сохранил на своей электронной почте письмо с фотографиями от моего ассистента.       Стоило ли говорить, что Джоске в ту же секунду радостно помчался обратно в комнату, чтобы это увидеть? Его природное любопытство не угасало, как бывало со всеми детьми, что начинали взрослеть, а лишь крепло, превращаясь во что-то другое, по-своему серьёзное. Хигашиката никогда не видел китят, да и Куджо под водой. На мгновение он даже представил в голове забавную, пусть и совершенно нереальную картинку, как Джотаро в своём привычном пальто и фуражке под водой осматривает потомство и записывает всё в планшете.       Но сами фотографии сумели быстро вернуть его в реальность. Куджо в костюме для дайвинга осматривает китёнка, периодически подавая на фотографиях какие-то знаками другим научным сотрудникам сведения о здоровье малыша. Это был первый раз, когда Джоске увидел Джотаро в настолько облегающем костюме. Он привык, что даже в их доме Куджо старался носить большее мешковатые вещи, которые никак не подчёркивали бы его, между прочим, отличную фигуру. Хигашиката не раз задавался вопросом: «Отчего так? Почему Джотаро-сан не любит другие фасоны одежды?» Но спросить его напрямую всё равно не решался. Отчасти из-за того, что это «не его ума дело», а с другой стороны это было именно дело самого Джотаро.       — Увидел? — послышалось в телефоне, про который Джоске и вовсе забыл, пока разглядывал фото.       — Да… да. Китята такие большие рождаются?       — Да, этот около семи метров… Довольно хороший телёнок для самки, которая всю свою молодость страдала от тяжёлых заболеваний.       — Как вы сказали?       — Телёнок. Так мы обычно называем детёнышей.       Джоске снова всмотрелся в несколько самых удачных фото. На них Джотаро осторожно осматривал малыша, нежно проводя рукой вдоль его гладкого тела. Хигашиката представлял, как было бы здорово находиться вот там, рядом с Куджо, и вместе погрузиться в воды океана.       Неожиданно для себя Джоске почувствовал, как его сердце стало биться куда отчётливее, чем до этого. Щёки, что не покраснели даже во время его лжи, теперь налились горячим румянцем. «Что же это? Я заболел?» — пытался предположить про себя Хигашиката, но ответом всему стало очередное напоминание Джотаро о себе:       — Джоске, что-нибудь ещё передать старику от тебя?       — А?       — Я ведь сейчас направлюсь в Америку. Первым делом приеду навестить деда. Я помню про морепродукты и письмо. Больше ничего?       — Да, можете, Джотаро-сан, — растерянно протянул Джоске. — Передайте ему «привет» и обнимите…       — Ну и ну… Ладно, только ради тебя обниму этого ворчуна… Что ж, тогда до связи, Джоске.       — Буду ждать звонка…       Стоило телефону отключиться, как Хигашиката болезненно заскулил. Стоило Джотаро только сказать слово, как сердце Джоске предательски ёкнуло. Раньше с ним подобного не случалось, хотя он слышал от Коичи, что тот примерно то же самое испытывал как раз в самом начале их отношений с Юкако. Джоске держался за грудь, ожидая, что волнение всё же утихнет, но это оказалось не так просто. Чем дольше он думал о том, насколько неправильны были его мысли, тем сильнее начинало биться сердце, словно издеваясь над ним.       Джоске действительно ни разу в жизни не приходилось испытывать таких чувств по отношению к другому человеку. Но сейчас он был в растерянности. Как же так вышло, что этим человеком стал именно Джотаро, что сейчас смотрел на него с фотографии на компьютере, а минуту назад одним лишь голосом заставил сердце Хигашиката пропустить удар?

***

      На выходных Джоске как можно раньше вышел из дома. Открытая лекция Ямаока начиналась в десять, поэтому он надеялся не опоздать на неё. Выбрав обычные брюки и рубашку из гардероба деда, Джоске попытался выглядеть не как школьник хотя бы в такой день. Пусть все в их городке знали друг друга, Хигашиката надеялся затеряться в толпе, чтобы подслушать разговоры о Хидео. Если в интернете нет ничего, то, возможно, хотя бы среди людей найдутся и другие мнения о персоне Ямаока.       Находясь неподалёку от места, где и должно было проходить мероприятие, Джоске ждал ребят. Он рассчитывал на них в этот день. Ведь, если не ему, может, хотя бы им удастся уловить что-то от других слушателей лекции.       — Эй, Джоске! — раздался громкий грубоватый голос Окуясу.       Рядом с ним шёл Коичи. Оба они были воодушевлены предстоящим. Джоске и хотел бы рад разделить с ними это волнение, если бы не чувствовал себя так беспокойно, ожидая подвоха во всём, что угодно.       — Как там по девочкам? — хитро ухмыльнулся Ниджимура.       — Все твои, — лишь усмехнулся Джоске, указывая на толпу студенток, что стояли рядом с Хидео, словно там было намазано мёдом.       Хигашиката всматривался в Ямаока, но никак не мог найти то, что же всё-таки его беспокоило в этом человеке. Да и вся эта толпа обожателей… Сердце Джоске вновь дало о себе знать, напоминая о недавнем звонке Джотаро. Пусть у Хигашиката и было достаточно времени, чтобы обдумать произошедшее, однако, дать название такому странному чувству не вышло. Раньше этого Джоске за собой не замечал, но от одного лишь воспоминания о Джотаро в последнее время он своим поведением напоминал нечто похожее на девушек рядом с Хидео. Похожее, а всё-таки совершенно не то…       Когда началась лекция, Хигашиката первое время поглядывал на реакцию слушателей и собственных друзей. Они в большинстве своём подхватывали каждое слово, сказанное Ямаока. Тот рассказывал о том, как открыл свой бизнес, техниках, которые ему помогали быстрее пробиваться к успеху, а также планах и будущих проектах. Джоске не особенно впечатлили слова Хидео. Он не мог представить, что кому угодно можно вот так вот легко добиться всего и сразу, лишь поверив в собственные силы. Хигашиката чувствовал в словах Ямаока подводные камни, ведь тот не уточнял напрямую, как же ему удалось найти столько рудников.       «Так могло повезти только Спидвагону», — решил для себя Джоске, вспоминая об основателе Фонда, где Джотаро сейчас был исполняющим обязанности директора. И то везение было совершенно случайным. Не найди Спидвагон один единственный источник нефти, кто знает, как сложилась бы дальше судьба рода Джостаров? Со слов Хидео всё выглядело слишком гладко и вылизано, словно фортуна из раза в раз подкидывала ему нужные места, где он мог добыть свой очередной миллион в карман. Джоске в такую удачливость просто не верил.       И обиднее всего для Хигашиката стало то, что Ямаока за всё это время не сделал ничего подозрительного, что могло бы хоть как-то скомпрометировать его действия.       Наступило время открытого микрофона, когда каждый мог подойти и задать интересующий его вопрос. Джоске не остался в стороне. Правда, не сразу придумал, как же ему спросить Хидео о состоянии, при этом не выдав своего подозрительного отношения к нему. Во всяком случае, он искренне старался это сделать.       — Скажите, Ямаока-сан, — начал свой вопрос Джоске, пытаясь придать себе заинтересованный вид. — Были ли на вашем пути какие-либо трудности? Как вы их решали?       Хидео явно не ожидал подобного вопроса, однако, постарался сохранить самообладание и показал снисходительную улыбку. Это едва не взбесило Джоске. Если бы не желание узнать ответ на этот вопрос, он бы прямо сейчас развернулся и ушёл.       — Конечно, они были, — всё с той же улыбкой ответил Ямаока. — На пути каждого взрослого человека появляются развилки и препятствия. Я не исключение из правил. Каждый день передо мной стоял выбор: принять решение или нет. Долгие часы уходили на то, чтобы взять и добыть тот или иной ресурс. Однако, честно сказать, не жалею о каждом своём шаге. Возможно, мне просто повезло, что каждый из них был благословлён удачей.       Джоске вернулся на своё место в смешанных чувствах. Отчего-то слова Хидео теперь снова и снова повторялись у него в голове. На большинство вопросов Ямаока называл какие-то свои выдержки из личного опыта, однако, когда Хигашиката задал ему по-настоящему личный вопрос, то тот увиливал общими словами, старательно обходя конкретику. Хидео недоговаривал. Слово в слово Джоске старался запомнить ответ Ямаока, чтобы в более спокойной обстановке заглянуть в него чуть глубже. Его вела надежда найти подсказку именно в этих общих конструкциях, которые могут успокоить лишь тупых репортёров.       Когда лекция закончилась, Окуясу и Коичи начали обсуждать сказанное сегодня самим Ямаока и некоторые из каверзных вопросов. Джоске находился рядом с ними, но в то же время слушал разговоры людей, которые вновь принесли лишь разочарование. Кому-то понравилась речь Хидео, а кто-то восхищался его внешним видом. Другие обсуждали особенности подачи себя, а кому-то было интереснее обсудить харизму главного гостя такого торжества. Хигашиката едва не плюнул на глазах у всех, чтобы развернуться и пойти домой. Однако его останавливало лишь то, что именно он потянул парней сегодня пойти вместе с ним, а не Окуясу, которому не хватало внимания поклонниц.       Неожиданно для всех Ямаока подошёл именно к их троице, избавившись от внимания назойливых зевак, которые только и успевали сыпать ему комплименты.       — Молодые люди, рад вас видеть сегодня! — узнал их Хидео и пожал каждому руку, задержавшись дольше всех на Джоске. — А ты, мой друг, умеешь задавать действительно взрослые вопросы. Очень похвально в твоём возрасте интересоваться и рисками, ведь они есть в любом деле.       — Не в обиду, Ямаока-сан, но я редко верю в случайное стечение обстоятельств. Любое происходящее явление имеет под собой логику. Элементарно.       — Неплохо сказано!.. Однако, иногда всё-таки приходится в это поверить, чтобы потом не забыть про собственную удачу; вдруг она убежит в самый неподходящий момент? — подмигнул ему Хидео и почти сразу переключил своё внимание на Окуясу и Коичи.       Парни сразу начали сыпать комплиментами в адрес Ямаока. Джоске в эти минуты чувствовал себя невыносимо чужим, поэтому под предлогом фуршета отошёл подслушать разговоры людей с другого конца зала. Сами закуски его совершенно не интересовали, а вот настоящие мысли людей стоили для Хигашиката дороже бриллиантов.       — Слышала про то, что он собирается открывать бизнес в городе S…       — Подожди!.. А разве…       — Нет, именно там. У нас в компании есть небольшой канал связи.       — Тогда он не просто везунчик, но и стратег. Старт в городе S даст ему преимущество над конкурентами.       — Красавчикам всегда везёт!..       Джоске поморщился. Ругательства в его голове не прекратились даже в тот момент, когда он отошёл от гостей. Как будто никто, кроме него, и не чувствовал, что что-то идёт не так, сколько скрывает Хидео за этой лучезарной улыбкой короля. Как будто тот уже заведомо уверен в своём благополучии. Джоске чувствовал, как его тошнит, но не мог винить других в своих опасениях. В конце концов, все они были просто людьми, которые не старались углубляться в личность человека, имеющего власть. Хигашиката с каждой минутой всё сильнее убеждался в своей неправоте. Даже его собственная голова наполнилась ватой, стоило ему выпить немного воды, предложенной проходящим мимо официантом.       «Они не виноваты в том, что я такой дурак», — решил для себя Джоске, увидев, как Ниджимура и Хиросе общаются с Ямаока.       — Что же, мне пора обсудить с инвесторами кое-какие детали, — улыбнулся Хидео, пожимая руки Коичи и Окуясу.       — Слышал, вы собираетесь открывать бизнес в городе S?       — А ты весьма осмотрителен, Джоске, — как-то по-особенному улыбнулся Ямаока, пожав руку и ему. — Далеко пойдёшь… Но ты прав. Я действительно планирую это сделать в ближайшее время… Удачного вам вечера, друзья!       Хигашиката и не заметил, как Хидео помахал им на прощание и отбросил хвост рыжих, как само пламя, волос. Запах. Это и смутило Джоске больше всего. Когда Ямаока только подошёл к ним, то Хигашиката подумал, что ему померещилось из-за тоски по Джотаро, однако, когда Хидео нарушил спокойствие воздуха, это стало очевидно. Запах свежей морской тины. Именно так пах плащ Джотаро всякий раз, когда они возвращались с очередной порцией морских звёзд домой. Она выветривалась часа через два, не дольше.       «Раз так… Выходит, он был на море прямо перед выступлением? Разве это разумно делать вместо подготовки к своей же открытой лекции?» — продолжал задавать про себя вопросы Джоске, но ответить на них ему, увы, никто не мог.

***

      Джоске действительно устал. С каждой минутой он всё тяжелее воспринимал хоть что-то. Попрощавшись с ребятами, Хигашиката отправился к морю. Небо начало затягиваться. Это показалось странным, ведь Морио — то самое место на земле, где так неожиданно было увидеть такие тяжёлые тёмно-серые тучи. Джоске было плевать. Даже если пошёл бы дождь, он не хотел сразу возвращаться домой, всё не обдумав.       Ему нравился берег. Местами возникали скалы, а где-то его встречал мягкий обтёсанный быстрыми волнами песок. Любой мог бы найти себе здесь место, чтобы подумать о своём. Джоске забрался на одну из таких скал, чтобы сесть и поразмыслить.       В этом месте тучи как будто опускались ниже. Того и гляди, зацепят его голову. Хоть Джоске и знал, что это невозможно, ведь облака всё равно, что туман, — нечто бесплотное, но фантазия отчего-то продолжала бить ключом. Он протянул руку вверх и неожиданно поймал ей тяжёлую каплю. Должно быть, действительно собирается дождь…       Джоске продолжил сидеть на остром обрыве скалы и смотреть вдаль. Где-то там, за горизонтом, был человек, очень умный, который мог бы сказать: сошёл он с ума или же все его подозрения небезосновательны. Прямо над ним находился совсем другой человек. Человек, которого так не хватало. Тот самый, что обязательно протянул бы руку помощи Джоске, своему внуку, указал бы, где стоит начать искать ответы на все его вопросы.       «А что, если я действительно ищу нечто несуществующее? Вдруг… Хидео — просто везучий сукин сын, которому удалось построить карьеру на удаче?» — продолжал думать он. Хигашиката запутался.       Словно знак, ветер с моря усилился. Это заставило Джоске не на шутку поволноваться. Ещё сильнее запахло знакомой морской тиной, а птицы тревожно закричали.       «Шторм», — сразу понял Хигашиката, поднимаясь со своего места. Если всё именно так, как он видит, то оставаться здесь попросту опасно.       Когда Джоске вернулся домой, то за окном уже вовсю начал барабанить дождь. В Морио шторм был нечастым гостем, однако, это всегда наводило определённую тревогу. Вряд ли кто-то из жителей будет сегодня чувствовать себя в безопасности. Лишь через несколько минут он осознал, что находится в доме совершенно один. «Чёрт! Мама же говорила, что пойдёт в бар с подругой…» — вспомнил Джоске, хлестнув себя по лбу.       Сняв с вешалки любимую куртку, он снова покинул дом, чтобы поскорее добраться до бара и забрать Томоко домой. Ветер стал невыносимо сильным, прохожих не спасал даже зонт. Свой же Хигашиката оставил дома. Если он умудрился бы сломать его по дороге, то на новый денег точно не увидел бы, ведь «каждая копейка пойдёт на поступление в университет». Именно так и сказала бы Томоко, если бы шла рядом с ним.       Благо, все в городе друг друга знают, поэтому на входе в бар возраст у Джоске никто спрашивать не стал. Все и без того поняли, что он пришёл за матерью. Хоть та и отнекивалась, но всё равно согласилась пойти с ним, увидев, что творится на улице. Поймав такси, они быстро добрались до дома без происшествий.       — Давай, волосы вытру? — предложила не совсем трезвая Томоко, которую Джоске усадил на диван, как только они вошли внутрь.       — Не волнуйся, я сам, — усмехнулся Хигашиката, расплетая мокрые волосы.       Наблюдая за собой в зеркале, Джоске попытался вспомнить, каким он был несколько лет назад. Был ли он фантазёром? Что нравилось тому Джоске Хигашиката? Какие мысли его одолевали? И почему тот, которого он видел прямо сейчас, такой печальный? Заметили ли остальные это же, пока общаются с ним?..       Отбросив всё это, он схватил расчёску и приступил к выпрямлению запутавшихся из-за воды волос. Те отросли за последние месяцы, но у Джоске как-то не было времени подумать о них. Сначала поступление в старшую школу, потом знакомство с отцом, куча приключений в его жизни. «Интересно, а Джотаро-сану часто вот так приходилось забивать на себя, когда появлялись дела?»       Из общения с ним Хигашиката понял, что это действительно тяжело, — быть человеком, у которого имеется станд за плечами. Это как взять на себя ответственность за то, что может произойти с теми, кто «притянется» к тебе, узнав, что ты такой же, со способностями. И повезло же тебе, если у того обладателя не появится дурных намерений. «Бога люди видят во многом. Но самое страшное происходит именно того, когда они начинают видеть его в себе», — как-то раз обмолвился Куджо. Но значение этих слов в полной мере Джоске смог понять лишь после встречи с Кирой Йошикаге, что натворил столько зла другим…       — … Более детально о погоде, — вещал знакомый голос радиоведущего местной волны. — Ситуация с внезапным штормом начинает обостряться. Управление города предупреждает всех воздержаться от выхода на улицу из-за ежеминутно растущего количества пострадавших. Дорогие жители нашего любимого города Морио, берегите себя!..       Услышав это, Джоске стало не по себе. Пострадавшие? Выходит, кому-то всё-таки не повезло в этот день выйти на улицу и столкнуться со стихией. В конце концов, такое случалось нечасто. Мало кто из людей представлял, как стоило вести себя во время таких ситуаций.       — Дорогие слушатели, мы вынуждены повторить информацию, касающуюся шторма, — более взволнованно произнёс голос ведущего, заставив Хигашикату поёжиться. — Только что поступили сообщения об усложнении обстановки. Крыши некоторых частных домой буквально сорвало из-за усиливающегося ветра. На дорогах обстановка обострилась ещё сильнее: каждые несколько минут очевидцы сообщают о новых авариях… Ясухо, что там?.. Подожди… Как разбился? Просто упал и разнёс стекло?..       Последние предложения были явно не для эфира, однако, кажется, ведущий просто забыл отключить микрофон, пока получал новые сообщения.       Джоске вновь взглянул на своё лицо. Гримаса ужаса сменила приевшееся за последние дни уныние. Это было уже серьёзно. Погода погодой, но люди ведь не знают, как с этим быть…       «Не вздумай лезть никуда, пока я не вернусь!» — вновь пронеслись в голове слова Джотаро, заставив сердце Хигашикаты волнительно заныть. Будь Куджо здесь, то прямо сейчас треснул бы Джоске за то, что тот только что вообразил. Однако тот находился в отъезде, а город… в опасности…       — Простите, Джотаро-сан, у меня не оставалось другого выбора, — постарался извиниться перед племянником Джоске, смотря на себя же в зеркало.       «Как-то он обмолвился о связи между Джостарами. Надеюсь, поймёт», — сказал себе Хигашиката и, схватив с вешалки всё ещё мокрую насквозь куртку, вылетел из дома.       — Джоске? Куда ты? — удивлённо произнесла Томоко, но её сын уже успел закрыть дверь…       На улице происходило то, чего ему ни разу ещё не приходилось видеть в своей жизни. Испуганные люди, держась за заборы и дорожные знаки, старались добраться до укрытия. Многие из них кричали. Некоторые в панике стучались в проезжающие мимо машины, умоляя подбросить их до безопасного места. Первые минуты Джоске пытался успокоить самого себя, ведь подобное передавалось, словно по закону стадного чувства, о котором ему доводилось слышать на уроках.       Уже после он начал подходить к людям, спрашивая, как они, и помогая перейти дорогу или дойти до ближайшего укрытия. Некоторые открывали дома и гаражи, впуская тех, кто сейчас не мог добраться домой. Одних за другими Джоске отводил женщин, детей, стариков и даже мужчин. Он не запоминал лиц, слова благодарности сливались с ветром. Холод от капель дождя едва не разрезал его кожу, которая теперь просто горела от боли.       — Эй, ДжоДжо! А как же ты? — кричал ему сосед, к которому он довёл какого-то пожилого жителя Морио.       — Не волнуйтесь, я не сахарный, — старался отшучиваться Джоске, хотя и чувствовал, как ему становится всё тяжелее.       Сорвав с забора какую-то верёвку, больше похожую на шнурок от старых кроссовок, Хигашиката перевязал мокрые волосы, что мешали ему нормально видеть, и двинулся дальше. Несколько человек не могли самостоятельно идти. Они говорили, что ноги болят. Джоске видел, что это перелом. Призывая на помощь Крейзи Даймонда, он как можно скорее восстанавливал конечности пострадавших и вёл их дальше, говоря, что то был просто ушиб, ничего серьёзного.       Лишь одну положительную вещь Джоске увидел во всей этой дерьмовой ситуации — наконец-то усталость после открытой лекции его покинула. Теперь он чувствовал себя просто уничтоженным, но, очевидно, узнал, что моральный ресурс у него куда больше, чем он рассчитывал. Сохранять спокойствие и при этом умудряться утешать людей — дорогого стоит. Видимо, теперь Хигашиката открыл в этот вечер о себе значительно больше.       Неподалёку от его любимого кафе случилась авария: два автомобиля прямо на его глазах врезались друг в друга. Увидев это, Джоске немедленно подбежал к одному из них; к тому, где не сработала подушка безопасности. Голова мужчины истекала кровью. Тогда-то Хигашиката и увидел впервые, как именно душа утекает из тела. «Неужели… это конец?..» — сказала душа человека.       — А вот и хрен! — гневно зарычал Джоске, залечивая раны Крейзи Даймондом.       Когда разбитый висок был полностью восстановлен, Хигашиката вытащил пострадавшего из машины. Та изрядно дымилась, того и гляди загорится. Джоске постарался прощупать пульс, но его собственные пальцы стали настолько деревянными от холода, что практически гнулись, не говоря о чувствительности.       То и не понадобилось. Через минуту мужчина сам открыл глаза и осмотрелся.       — Это ведь ты, да?.. — удивлённо спросил он у Джоске, словно всё ещё помнил, как его душа говорила с этим незнакомым парнем.       — С возвращением, — усмехнулся Джоске, оставив его приехавшим парамедикам.       «Ангел!.. Ангел-хранитель!..» — подумал про себя мужчина прежде, чем потерять от шока остатки сознания. Однако теперь ему ничего не угрожало…       Джоске еле передвигал ногами, когда шёл в сторону дома. Кто-то из людей уже выходил из укрытий, ведь погода начала приходить в норму. Некоторые подбегали к нему, чтобы отблагодарить снова. Он плохо слышал их и едва ли мог распознать лица. Единственное, чего ему хотелось, — это поскорее добраться и лечь отдохнуть. Главным для него было то, что люди города в порядке. Он сделал всё, что оставалось в его силах.       Томоко уже ждала его. Увидев сына, она даже не удивилась, что тот буквально рухнул на неё, переступив порог. Испуганная Томоко дотащила Джоске до дивана и потрогала лоб. У него начался настолько серьёзный жар. Это просто чудо, что ему удалось сохранить сознание, чтобы дойти до дома. Обычно люди в таком состоянии начинали бредить, но Хигашиката всё ещё слышал голос матери, хоть и не мог сказать и одного утешительного слова, чтобы её успокоить. Он так устал, что единственное, на что его хватило, — это закрыть глаза и погрузиться в дрёму.