Искренность

Новое поколение ДоМунДи действительно нравится Зи. Нонги забавные. Они выглядят такими милыми и смущёнными, совсем ещё не знают ни друг друга, ни старших, но уже с готовностью бросаются друг другу на помощь. Они доверчиво следуют советам старших, не ищут подвоха в словах и спокойно принимают чужую поддержку. Зи наблюдает, как новички постепенно начинают общаться сначала между собой, а потом и со старшим поколением. Нью и Йим робеют сильнее всех, но остальные ребята приходят на помощь, сами начинают разговор и ненавязчиво подталкивают к старшим. А те и рады заболтать нонгов чуть не до полусмерти, только повод дай. И все вместе обсуждают рабочие моменты, углы камеры, позы для съемки. Каждый просто делает кто во что горазд. Зи радует, что младшие не стесняются спрашивать советы друг у друга. Медленно, но уверенно, как-то сами собой зарождаются новые узы. Пока ещё слишком тонкие, чтобы удержать их всех вместе, но они окрепнут со временем и станут матёрыми моряцкими узлами, станут оплотом надёжности в переменчивой индустрии. Аоф действительно умеет выбирать людей. Каким-то образом он всегда чувствует, кто сможет влиться в команду, а кто нет. Среди домундят никогда не было тех, кто тянул одеяло на себя, завидовал или подхалимствовал. Домунди — это в первую очередь семья, друзья, а уже потом агентство. Аоф, как и сами парни, всегда гордился их дружбой и умением сотрудничать без соперничества. Зи не раз задумывался — на сколько это заслуга Аофа, а на сколько их собственная? И каждый раз приходил к выводу, что ответ не имеет значения до тех пор, пока есть семья. Зи краем глаза замечает, как Джеймс вполголоса делится своим опытом съёмок для журналов с остальными, и что-то тёплое просыпается внутри. Йим спрашивает, какую сторону лучше выбрать в качестве рабочей, и парни вежливо и спокойно обсуждают это, не подшучивая и не льстя. В них столько детской наивности, столько горячего энтузиазма и столько доверия к старшим в индустрии! Это даже вызывает недоумение поначалу — Зи уже и забыл, каково это — доверять, не ожидая подвоха. Пятеро парней энергично носятся по арендованному помещению в перерывах между съёмками. Для них всё это пока в новинку, но они постепенно знакомятся с фотографами и визажистами, стилистами и видео-операторами, переговариваются с Аофом и чуть ли не в рот заглядывают Поппи и Парку. А тем только дай шанс разболтать пару не-секретно-секретных историй со съёмок, да ещё такой благодарной публике! От мысли, что рано или поздно новички столкнуться с тем же, через что всё это время проходят старшие, Зи становится дурно. Он не сможет уйти. Не сейчас, когда эти мальчики ещё так уязвимы. Если он уйдёт сразу после их дебюта, вокруг точно поползут неприятные слухи. Бросить совсем ещё новичков в это болото, оставить их разбираться с этим самостоятельно — настоящее кощунство. И всё же, продолжать испытывать самого себя на прочность Зи уже не может. Слишком много ошибок помнит публика. Слишком много негатива накопил в себе его образ. Слишком сложно будет пытаться начать всё заново. Правильнее всего будет довести новичков до дебюта и первой популярности, поставить их на крыло, проследить, чтобы они не совершали его ошибок, передать знания, и уйти из индустрии окончательно. Это — единственно верное решение. Оно кажется таким простым и правильным, оно приносит Зи такое колоссальное облегчение, что даже постоянное чувство вины перед Аофом и фанатами на время отступает. Только в глазах немного щиплет. Зи оборачивается, встряхивает головой, отгоняя лишние мысли и вновь возвращается к нонгам. Каждый из них кажется особенным. Даже первое впечатление уже давало общее понимание, насколько невероятен их потенциал. Зи вспоминает самое начало этого бесконечно длинного съёмочного дня.

***

В помещении, арендованном для сегодняшней фотосессии, царит оживление. Зи стоит рядом с Аофом, а потому каждый новичок, подходящий к нему здороваться, сразу знакомится и с Зи. Первым к ним подходит Йим. Парень с лисьими глазами и абсолютно нездешним выражением лица. То есть буквально не здешним — оно выдаёт его мысленное присутствие где-то в заоблачных далях, в космических пространствах, но точно не здесь. Не на этой планете. Он делает небольшой поклон и жест вай и заглядывает прямо в глаза Зи. Взгляд у него внимательный, любопытный. Он будто стоя на пороге чужого дома спрашивает, можно ли войти, а сам уже разглядывает интерьер. Не от плохих намерений, не из невежества и не в поисках наживы, а просто из природного любопытства. Он не пытается проскользнуть внутрь мимо хозяев, а лишь смотрит, что открыли его взгляду, и ждёт, пригласят ли войти? Зи чувствует пристальное внимание, но не чувствует от него угрозы. Своим пристальным вниманием Йим не пытается вникнуть в глубины его душевных метаний или прочитать его истинные эмоции, а просто проверяет, как и что ты сам ему о себе расскажешь. Как далеко впустишь в свой дом. И если ты соврёшь ему — он сразу это поймёт, но даже не попытается докопаться до правды. Потому что сама сказка для него куда интереснее, чем истина, за ней стоящая. Йим мягко кивает, будто поняв для себя всё необходимое. Улыбается, глядя снизу вверх. Не задерживается надолго и отходит здороваться с остальными. Следующим подходит Нэт. Он держится уверенно и твёрдо, его осанка прямая, взгляд гордый, а из-под белой рубашки просвечивает крепко сложенное, тренированное тело, и Зи даже думает, что они могли бы неплохо подружиться, у них должно быть много общего… Но Нэт делает вай, отстранённо смотря прямо в глаза, следя за реакцией, и Зи понимает, что нет. Нэт — наблюдатель. Он сближается с людьми ровно так, чтобы за ними было удобно наблюдать. Не слишком близко — не увидишь полной картины, но и не слишком далеко — не разглядеть деталей. Что же, это не плохо. Это даже хорошо. В домунди не хватало таких вот ребят, которые смогут просто смотреть со стороны. Держаться середины в общем веселье, не усиливая градус безумия, но и не осаждая по чём зря. Всё же, Аоф очень тонкий психолог, раз сумел сколотить такую гармоничную команду. А потом Нэт отходит дальше, кидая лукавый взгляд на Макса и Ната, воркующих о чём-то своëм, и Зи берёт все свои слова назад: это не сдержанный наблюдатель, это чёртов шиппер! И лукавсто, заигравшее на лице Нэта, заставляет самого Зи усмехнуться — о да, он прекрасно знает, как весело бывает дразнить эту парочку. А они и не против, так что пусть молодёжь развлекается. Зи окончательно отпускает парня из виду и переводит взгляд на следующего подошедшего. Высокий, изящно сложенный парень, с немного женственным овалом лица и невероятно аристократичными движениями делает ему вай. Представляется Джеймсом. Его светлая кожа похожа на фарфор, и сам он своей тонкостью напоминает скорее шарнирную куклу, чем живого, неидеального человека. И Зи хотел бы присвистнуть от восхищения вкусом Аофа, его умением откапывать настоящих красавчиков, поразиться тому, что сам он оказался удостоен чести быть с ними всеми в одной компании, но все мысли чудесным образом испаряются, когда по лестнице поднимается ещё один новичок. Зи и сам не успевает отследить, за что именно цепляется его взгляд — может, за твёрдую линию челюсти, а может, за мягкие щёчки, или за аккуратные, вежливые жесты, но первой же мыслью в голове мелькает «этот парень будет знаменитым». Аоф рядом невпопад соглашается с кем-то. Зи запоздало понимает, что с ним. Что он сказал это вслух. И что он всё ещё пялится. Он вертит головой, сгоняя наваждение, и возвращает внимание на Джеймса, но тот уже отошёл и переговаривается о чём-то с Натом. Возвышаясь над ним почти на две головы, Джеймс каким-то образом кажется тоньше, изящнее по-детски коренастого Ната. Однако до высоты Джимми он всё же не дотягивает, и звание наимилейшего жирафика домунди остаётся у прежнего обладателя. А к Зи тем временем уже подошёл Тьютор. В глазах у парня пляшут настоящие чертята, улыбка его получается почти вызывающей, а поклон выходит каким-то театрально низким, почти издевательским, и Зи не знает, забавно это, пугающе или мило. Он здоровается, представляется, упирает руки в бока и без всякого смущения выспрашивает какие-то детали у Аофа. Но ответ слушает вполуха, а сам поворачивает голову в сторону остальных новичков и заинтересованно разглядывает каждого. Останавливается взглядом на том же, на ком пару секунд назад завис Зи. Смотрит на самого Зи. Понимающе усмехается, вводя того в полный ступор. Дослушивает Аофа, а затем поднимает руку и пальцем указывает на Йима. Аоф наигранно-тяжело вздыхает и молча качает головой. — Учти, уговаривать его на это ты будешь сам, — говорит Аоф, а Тору только того и надо было. Он кивает, счастливо улыбается, и идёт здороваться с остальными. Зи правда не знает, что только что произошло и как реагировать, но этот хитрый лис точно умеет добиваться своих целей. Полезный навык. Тихое «Совади кхрап» отвлекает его от раздумий над возможными новыми комбинациями. Зи даже не заметил, что последний новенький уже тихонько подошёл к ним. Парень делает вежливый жест сначала Аофу, а потом и Пруку, и тихо, но уверенно представляется полным именем, смотря в глаза настороженным, но открытым взглядом, будто сотканный из противоречий. Зи представляется в ответ и пытается разглядеть в глазах НуНью, что же скрывается за этой вежливостью. Нью ловит его пристальный взгляд и солнечно улыбается самыми кончиками губ. Ох. Возможно ли не послать ему ответную улыбку? Зи и сам не замечает, как слегка дёргает уголками губ. Краем глаза Зи видит, что Аоф с этой задачей тоже не справляется — улыбка его растягивается до самых ушей. Весь день парни проводят за общением и съёмками в перерывах. Постепенно знакомятся со съёмочной командой и друг с другом. Парк, Макс и Марк дурачатся, не давая никому и шанса заскучать, Поппи занят тем, что умеет лучше всего — разговорами, Томми и Джимми берут на себя роль моральной поддержки и успокаивают младших, когда те проваливаются в пучины волнения и застенчивости, а Нат так и вовсе больше всех радуется новичкам — наконец в компании появились его ровесники. Даже привычная сонливость улетучивается куда-то. Зи улыбается своим мыслям, наблюдая за парнями и чувствуя, как родное тепло залечивает его, заземляет. Шум на съёмочной площадке отвлекает его от мыслей. — Нонг’НуНью, замри! — сосредоточенно проговорил фотограф, не отвлекаясь от камеры. Но НуНью едва ли мог выполнить поручение. На парня перед камерой было страшно смотреть. Нонг стоял в неустойчивой позе и никак не мог поймать равновесие, раскачиваясь из стороны в сторону в попытке балансировать. Фотограф всё пытался жестами показать правильное положение, в котором он сможет спокойно стоять, но НуНью с каждым движением был всё дальше от комфорта и всё ближе к падению. С полным растерянности выражением лица новичок метался взглядом то к фотографу, то к старшим, но те лишь больше путали его своими указаниями, создавая какофонию из диаметрально противоположных советов. Не зная, где ещё искать помощи, нонг без особой надежды бросает взгляд на Зи, до того молчаливо стоящего в стороне. Как вообще можно было проигнорировать такую неприкрытую мольбу в этих оленьих глазах? Зи не знает. Под аккомпанемент внезапно возникшей тишины он подходит к НуНью и рукой мягко надавливает ему на спину, другой придерживая под грудью, не давая упасть, задавая правильный наклон корпуса. Нонг в его руках замирает словно статуя и издаёт напуганный писк. Сердце под ладонью Зи заходится в бешеном ритме. А в следующее мгновение сильные руки старшего отпускают его, и НуНью с удивлением обнаруживает, что теперь может держать баланс без особых усилий. Зи отходит на пару шагов назад и пристально оглядывает получившуюся позу с ракурса фотографа. Возвращается, и предельно аккуратно пальцами обхватывает подбородок Нью, слегка разворачивая его в сторону, невзначай оглаживая нежную кожу щёк. На лице нонга за секунду сменяется столько эмоций, что Зи не успевает отследить даже одной из них. И с удивлением обнаруживает, что нонг перед ним стоит красный, как рак. Пунцовый румянец пробивается даже сквозь плотный слой макияжа. — Что-то не так? — растерянно спрашивает Зи, внимательно отслеживая выражения лица нонга. Тот выглядит смущённо и встревоженно, будто пойман с поличным за каким-нибудь мелким хулиганством, вроде воровства яблок с соседского огорода. — Оии, Пи!.. — страдальчески выстанывает нонг в ответ, надеясь, что Зи и сам всё поймёт. Но тот лишь непонимающе выгибает бровь, и НуНью приходится продолжить. — Пи, у любого будет такая реакция, когда к нему прикасается такой красавчик, — словно неразумному ребёнку объясняет он. Будто это самая естественная вещь в мире. Будто эту прописную истину даже малые дети знают, и только Зи, дурачок такой, всё ещё не понял. Зи с минуту просто подвисает прежде, чем наконец понять смысл слов нонга. И сразу же отстраняется, а ухмылка сама расползается на лице. Такой комплимент и такая реакция… льстит, чего уж тут скрывать. Зи молча возвращается на своё прежнее место, наблюдая, как нонг, всё ещё смущённый не то действиями Зи, не то своей реакцией на них, продолжает съемку. Запоздало в голову лезет, что едва ли кто-нибудь смог бы так же откровенно сказать о своих чувствах в такой ситуации. Даже сам Зи скорее соврал бы что-нибудь. Вряд ли бы вышло достоверно, но хоть не столь смущающая правда. Эта честность… Обескураживала. И вызывала уважение. Но долго стоять в молчаливом одиночестве Зи не приходится. Где-то сбоку образовываются Йим на пару с Натом. — Пи’Зи, научи Йима позировать! — огорошивает его безапелляционной просьбой Нат. — Это ведь ты научил меня, а у меня не получается объяснить, — канючит он, включая внутреннего ребёнка. — Папа Зи умеет это лучше, так что научи его сам, ну, пожалуйста, Пи! И Зи соглашается, подсказывая пару трюков. Услышав их, подходит ближе и Тьютор, внимательно впитывая советы старшего. Со временем подтягиваются и остальные свободные нонги, по очереди задавая вопросы. Зи льстит внимание младших. Он с удивлением обнаруживает себя мудрым наставником среди неопытных птенцов. И когда успел? Зи правда рад, что в ближайшие месяцы эти птенчики не покинут своего гнезда. Кажется, только здесь они могут быть в безопасности. Они ещё слишком неопытны чтобы отличить действительно дельный совет от обычной попытки покрасоваться своим умением. Не могут пока распознать, какие позы будут хорошо смотреться в кадре именно с их пропорциями тела, а какие будут выглядеть скорее нелепо. Задача старших — научить их этому. Помочь разобраться во всех тонкостях, поделиться своим опытом, честно и без лести объяснить каждому новичку их достоинства и недостатки, что можно использовать в качестве визитной карточки, а над чем ещё нужно поработать. И нигде эти дети не получат столько внимание именно от своих коллег, как здесь. А уж своё умение заботиться о младших они доказали ещё на прошлом поколении домундят. Всеобщее веселье постепенно затягивает Зи в себя.

***

После съёмок Зи в очередной раз заглядывает на огонёк к друзьям в доме Домунди, и новички наконец-то здороваются с ним без удивления, постепенно привыкнув к вниманию своего Пи. Кое-кто даже рад его видеть. И это именно то, ради чего стоило продержаться на плаву ещё один день. Не обращая внимания на жуткую усталость, Зи снова и снова приходит на помощь нонгам. Отводит всех в кафе перекусить после работы, учит своим фишкам, на освоение которых у него самого ушли годы и даёт советы по ведению соц.сетей. Но чаще просто делиться байками из жизни Домунди, впечатлениями о поездках в Японию и рассказывает о том, к чему стоит готовится в будущем. Так, в неспешном ритме, изо дня в день проводя с ними время, Зи постепенно привязывается к нонгам всё больше. Они заряжают его энергией, и Зи думает, что немного сил в обмен на знания — это вполне себе равноценный обмен. Найти к парням подход было не так уж и сложно. Проще всего с Нэтом — достаточно было выдать ему пару наблюдений за МаксНатами и Мии2 чтобы он проникся к Зи симпатией. Вернее сказать, увидел шанс для взаимовыгодного сотрудничества - но в его случае это одно и тоже. Поначалу Джеймс, странным образом заставляющий робеть даже невозмутимого Нэта, сторонился Зи, и было сложно даже представить, с какой стороны стоит искать подход к этой гордой птице. Но с ним всё оказалось до предела просто. Джеймс питал слабость к тем, кто умеет заботиться и помогать другим, так что Зи и сам не заметил, как растопил корку ледяного принца. Когда же Зи попытался найти подход к Йиму - и вовсе случайно обнаружил кроличью нору. В попытке совсем немного с ним поболтать, Зи случайно выслушал вообще всю историю его жизни начиная от детского сада и до сегодняшнего дня, попутно и сам выдав кучу своих детских воспоминаний. Зи чуть не смыло потоком информации. Кажется, у него даже начала кружиться голова. Немного сложнее было с Тьютором — первые пару дней он его сторонился, смотрел враждебно, и Зи никак не мог понять, чем же он успел не угодить парню. Старался зайти и через разговоры, и через молчаливую помощь — но везде натыкался на глухую стену. До тех пор, пока в очередном диалоге с Йимом не поймал на себе злой, ревнивый взгляд. Оказалось, что для расположения к себе Тьютора достаточно было просто не трогать Йима. Это не так уж и сложно. Вот кто действительно заставил Зи попотеть — так это Нонг’НуНью. Общение с ним было похоже на неумелый танец - шаг вперёд и два назад. Стоило Зи подойти ближе — младший отпрыгивал от него как от чумного. Стоило посмотреть — отводил взгляд. Зи даже не знал, о чём с ним можно поговорить. Он ещё никогда не встречал настолько робких, милых и трогательных в своей честности и наивности людей. Нонг не был скрытным, легко отвечал на все вопросы, но стоило Зи понадеяться, что у них получается выстроить непринуждённый диалог, как Нью сам начинал расспрашивать Зи. "Не в бровь, а в глаз", это называется. — Пи, а почему ты приходишь к нам вместо того, чтобы идти отдыхать? Неужели тебе не хочется домой? — Пи, как ты думаешь, фансервис — это вообще нормально? Разве это не жутко лицемерно — играть в отношения и врать фанатам? — Пи’Зи, а почему у тебя такие синяки под глазами? И в целом это было честно. На свою откровенность младший хотел получить такие же честные ответы от Зи. Только вот он никак не мог заставить себя ответить честно. Он начинал врать, лукавить и избегать ответа, и конечно же нонг это чувствовал, сразу же закрываясь в себе. И так по кругу. Они то сближались, то совсем отдалялись, словно никак не могли найти комфортное для обоих расстояние. Это было странно — непринуждённо общаться со всеми младшими, но натыкаться на глухую стену в лице Нью. И в конце концов Зи бросил свои попытки. Работе их сложные взаимоотношения никак не мешали, да и не обязаны они все иметь тесные дружеские связи — достаточно того, что нонг быстро находил общий язык с остальными — особенно с Джеймсом и Натом. И стоило только Зи начать думать, что хватит с него попыток наладить отношения — как на прощание нонг посылал ему дружелюбную улыбку и самые тёплые объятия в мире. В конце концов, если они не могут найти общий язык через разговор, то почему бы не найти его действиями? И Зи находит. Он помогает Нью по мелочам — подсказывает, к кому можно обратиться за советом, к кому из визажистов стоит пойти на макияж, как выбрать выгодный угол камеры для фотографа, ориентирует его в поворотах на новых локациях, и приносит покушать, когда нонг приезжает на работу сразу после учёбы. И Нью не сразу, но всё же впускает Зи в свою жизнь. И вот, наконец, Зи входит в дом Аофа и на него устремляются все пять добродушных пар глаз. Каждый нонг посылает ему улыбку, и Зи чувствует, что каждая чёртова потраченная минута того стоила. Наконец-то он снова дома.