Blood & Love

Вероника очнулась от глубокого сна, ошалелая и изумленная. Сунула ноги в походные мокасины и надела удобный колет, открыла настежь окна, откуда потянуло запахом можжевеловых веток. Плеснула на лицо прохладной водой. И спустилась вниз. Там был Юнги. — Опять тот же сон? — спросил он. — Да. — Кратко ответила девушка. Соврала. Снилось ей нечто совершенно другое. Впервые. Ей приснился Тэхён. И она старалась не думать об этом. О нем. С утра было довольно холодно. Она приложила ладони к губам, чтобы согреть их дыханием. Сосредоточилась и пустила по рукам, а затем и по телу, тепло, словно сидела у открытого огня. — Ты уверена, что стоит тратить четыре дня, а может и больше, на поиски клинков из местной легенды? — в очередной раз спросил Мин, смотря, как Вероника проверяет свою дорожную сумку. И в очередной раз ему ответили: — Абсолютно, — Стюарт сложила флягу с водой, — Бенджамин взял коня, он сказал, что подбросит меня до лесной границы, так что я сэкономлю полдня пути, — пожала она плечами. Юнги махнул на это рукой. — Бен тоже хорош: приспичило ему в лес ломануться! Нахера? Вероника не успела ответить, что не знает. — Потому что, — лаконично прозвучало сзади. Там стоял некромант, тоже одетый в удобную одежду темно-зеленого цвета, с коричневыми наручами и ботинками. — Это. Просто. Ахуенно. — И с этими словами он плюхнул книгу прямо на стол. Юнги и Вероника впились в нее глазами. — И что это? — Здесь повести обо всех существовавших темных магов, убийц и преступников, которые так или иначе пытались навредить королевству. По виду парня и девушки можно было понять, что они все еще ничего не понимают, поэтому Бенджамин произнес: — В книге указаны места их захоронения. — Книжечка-то немаленькая, — заметил Юнги, придирчиво осматривая твердый переплет и грязную обложку. — Ты что, хочешь всех этих упырей из-под земли поднять? — Не всех, — помотал головой Бен и подошел к книге. Одним уверенным движением он раскрыл ее почти по середине. — Вот этот мне нужен. — Аарон Кристофер… — они начали про себя читать написанный текст, и с каждой секундой гримаса отвращения и неприязни показывалась на их лицах. — Серьезно?! — воскликнули они возмущенно. — А что? — невинно захлопал глазами Рами. — Он же псих! Убийство младенцев ради ритуалов, похищение девушек и беременных женщин, мучение стариков… — Да, да, понимаю, что это выглядит дико, — закивал головой некромант и поднял руки вверх. — Сдаюсь. Но. Я же не собираюсь его воскрешать! Я заточу его в своей Черной Книге. Мне нужна только его оболочка и магия. И прежде чем кто-либо успел что-то возразить, Бен сказал: — Вы только представьте, у этого орка была уникальная магия — магия противоположности. Он буквально мог повелевать всем. Если у его врага магия огня — то Кристофер колдует воду и лед. Надо брать! — Лучше бы нашел какого-нибудь героя местного, — протер переносицу Юнги, выслушав друга. — У них защитные печати на могилах, — пробурчал себе под нос Бенджамин, кладя книгу в седельную сумку. — Чего?! Ты что, реально хотел откопать кого-то на городском кладбище?! Бенджамин неоднозначно повел плечами — идеальный выход, когда не знаешь, что сказать. — Было и было, — отмахнулся он. — Ничего страшного же не произошло. — Так, притворимся, что этого разговора не было, — предложил Юнги, но Вероника спросила Бена, перебив Мина. — А что это за место, где он похоронен? Криволесье?.. Бенджамин кивнул. — Оно находится глубоко за лесом королевства. Говорят, там настолько кривые дорожки, что даже душа захороненного потеряется там. — Сам смотри не потеряйся, — буркнул Юнги, хоть и не подал виду, что начал волноваться. — Хуй знает что придумали. Оба! Один за гнилым трупом преступника собрался, вторая — клинки из сказки вздумала искать. И это за две недели до следующего этапа. — Юнги, не ворчи, — ответила ему Вероника спокойно: она привыкла к его характеру. А вот Рами завелся. — Извините! Мы хоть что-то стараемся сделать, чтобы увеличить силы и приблизиться к победе! Новое оружие, новая душа. Вот ты и Айю постоянно вместо обеда тренируетесь у побережья, например. А что делает Чимин? Вот спроси меня об этом, — он уставился на Юнги в ожидании. — Что делает Чимин? — вздохнул Мин. — Устраивает себе романтичные прогулки по городу, вот что! — Бен, не заводись, — положила руку ему на плечо Вероника. — Я не завожусь. Я просто подохренел, а так все в порядке. Рами закрепил седельные сумки ремнем потуже, чтобы не слетели с коня. Поправил седло и надел на морду животного медные старые шоры. Как сказал конюх, то эти шоры не позволят животному увидеть ничего кроме дороги, и конь не сбросит его с седла. — Ребята! — закричали сзади. — Хорошо, что вы еще не уехали! — Они обернулись на крик: там бежали Чимин и Чонгук. — Вы просто офигеете! Сядьте не то упадете! Сейчас здесь пройдут Айю и Намджун — как они красиво смотрятся, просто шик! Бенджамин многозначительно посмотрел на Юнги. Тот выдержал его тяжелый взгляд, хоть нервы уже и не выдерживали. Даже его левый глаз, казалось, дернулся. Юнги обратился к Чимину: — А где вы были? Вежливость его голоса была настолько стальной, что впору было рубить врагов. Но Чимин не заметил в силу своего восторга. — А, мы с Чонгуком прогуливались. — Бросил он небрежно. — Как обычно. И последняя фраза была добивающей. Бенджамин кашлянул, но на этот раз Юнги не выдержал. — Так, вы вроде куда-то собирались? Вот и валите! — А куда вы? — спросил Чонгук. — Хуйней страдать будем, — пожал плечами Рами, садясь в седло, а затем подавая руку Веронике и помогая запрыгнуть на коня. — Ты, кстати, нормально себя чувствуешь? — поинтересовалась девушка. — Тебя тошнить не будет? — Верблюды, конечно, были бы предпочтительнее, — кивнул он, — но я тут за углом купил один пузырек чудодейственной смеси. Меня заверили, что тошнить не буду. С этими словами он продемонстрировал склянку с желтой жидкостью. — Как-то маловато… — Это я уже половину выпил. На всякий случай, — пояснил он и попрощался: — Бывайте, МинГуки! — Бен приподнял брови и понизил голос. — Юнги. Он махнул им рукой. Конь неспешно поскакал в сторону ворот, так как в городе нельзя было ускоряться. За ними поднялась небольшая пыль с земли. А через мгновение мимо кабаре прошла пара. Ли Чжи и Ким Намджун. Действительно, красивая пара. Поразительно подходят друг другу. И сошлись очень быстро, что не могло не настораживать. Чимин едва ли не прыгал от радости, хоть Юнги и не понимал, чему тут можно радоваться. Да, несомненно, Мин будут рад за сирену, если у них все будет хорошо в итоге. А пока что… — Чимин, надо поговорить, — сказал Юнги и, не дожидаясь вопросов и возражений двинулся за здание. Пак удивленно смотрел в его напряженный затылок, пожал плечами и последовал за другом. Чонгук тоже сделал шаг, но Юнги бросил предупредительное: — Чонгук, ты останешься здесь. Чон как-то скомкано выдохнул, но согласился, шепча тихое «я подожду тебя». Оставшись наедине, Юнги еще некоторое время выжидательно молчит, чуть хмурится от ранних лучей и потирает глаза. Чимин, его внимательно осматривая, чувствует, что разговор будет важным и, возможно, тяжелым, а потому терпеливо ждет. Хотя терпение ему не очень-то и свойственно. — Чимин, — наконец, начинает Юнги, — я понимаю, что во многом благодаря тебе мы прошли отборочный тур, и никто не умаляет твоей заслуги, — он говорит с расстановкой и спокойным тоном, словно обдумывая каждое последующее слово, но в итоге срывается на громком вопросе: — Но что ты о себе думаешь? — О чем ты? — нахмурился маг, еще не до конца понимая. Юнги взлохматил темные волосы, которые неплохо было уже помыть. — О твоих постоянных гуляний с Чонгуком, вот о чем. — Он начинает ходить чуть взад и вперед. — Слушай, я понимаю: у вас судьбоносная любовь и все в этом ванильном духе, но! — Юнги поднял указательный палец. — Ты забыл, зачем мы сюда прибыли? — Нет, — с осторожностью ответил Чимин. — И для чего же? — За победой на Турнире. — Ого, ты правда помнишь! — язвительно усмехнулся Юнги. — И что же ты делаешь для победы?! Гуляешь по городу за ручку с Гуком и трахаешься с ним в любую свободную минуту! Чимин начинает неимоверно злиться, выслушивая эти обвинения, и ступает вперед на Юнги, но замирает, увидев тяжелый взгляд парня. — Мы почти у финала Чимин. Думаешь тут будут поблажки? Если нам придется сражаться с Кимами, думаешь это будет легко? Ты сможешь обойти иллюзии Тэхёна? Сможешь увернуться от молний Намджуна? Или защитить себя от атак валькирии? М? — словесно нападал сейчас он. — Я… Я… — растерялся Чимин и забегал глазами. — Головка от хуя! — вскипел Юнги. — Почему ты не тренируешься? Со мной и Айю, к примеру? Вон: Вероника ушла на поиски магического оружия, а Бен — за новой душой. Каждый из нас старается увеличить свою мощь, вырвать шансы на победу. Чимин, что ты делаешь? Или ты уверен в своих способностях? Пак Чимин закусил губу и опустил голову. Он молчал. Тогда Юнги обратился к нему чуть мягче, понимая, что в самом деле перегнул палку. — Ты менталист, Чим. Помнишь, ты как-то рассказывал нам, что ментальную магию трудно постичь. Но ведь у тебя вышло. Все, кто приходят поглазеть на Турнир и те, кто в нем участвуют, знают, что у тебя за магия. Они могут только догадываться о ее силе. — Юнги подошел к притихшему парню и положил ладони на его плечи. — Твои враги будут отчаянно сражаться, чтобы победить тебя. Ты хочешь, чтобы ментальную магию победили? Чимин качнул головой. — Что? — сурово спросил Юнги, сжимая ладони сильнее. Чимин вскинул голову. — Нет. — Твердо ответил он. Юнги поднял уголок губ и похлопал его по плечу. — Потренируйся, Чимин. Нам нужно выиграть. И с этим напутствием Юнги оставил его одного.

***

Обыкновенный вечнозеленый лес остался позади. И тогда Бенджамин яро захотел себе такие же шоры, как и у его скакуна. Чтобы не видеть это жуткий и мрачный лес. Который с каждой секундой становился темнее из-за наступления вечера. Его подсознание начало играть с парнем злую шутку. Ветки деревьев теперь казались живыми и пугающе двигали. То тут, то там возникали незнакомые и странные очертания предметов. Спустя несколько метров Рами увидел огромные корни вывороченного бурей мощного, старого дерева. Оно, видимо, давно лежит поваленным, так кора покрылась бурным и густым мхом. Парень кивнул самому себе: он идет правильно. В книге, которую он взял с собой, описали это место. Поваленное дерево нужно обойти и двигаться налево, к западу. Под копытами коня шуршали сухие листья и трава. Бен наколдовал небольшой светящийся шар. Золотой свет немного освещал и развеял окутывающую темноту Криволесья. Некромант не чувствовал страха, как могло показаться сначала. Просто ему было не по себе в этом пустынном и одиноком — наверное? — месте. Целый час спустя Бенджамин, наконец, нашел то, что искал. Небольшую поляну, которую окружали голые деревья. Неполный диск показавшейся луны был прямо над ним. Полянка эта не была пустой. В землю было воткнуто три креста. Деревянных, кривых и небрежных. Сразу было видно — закопать тех, кто находился сейчас под землей, очень спешили. Рами ступил на землю. Даже сквозь ботинки он мог чувствовать ледяной холод, что идет из-под низа. Он подошел ближе к одному из крестов. Там было написано женское имя. Арвен. Без фамилии. Оно было знакомо некроманту. Это темная эльфийка, жившая в столице пятьдесят лет назад. Она не обладала магией, никакой. Но вот жестокости ей было не занимать: она ставила эксперименты над людьми. На втором кресте имя было трудно различить. Остались только три буквы: П, Р и О. Скорее всего, этого похоронили тут первым и довольно давно. Самый крайний крест хранил на себе имя орка, которого Бенджамин искал. И некромант не стал терять больше ни минуты. Он встал напротив, взмахнул правой рукой и сложил пальцы в магической печати: подогнул мизинец, соединил большой и безымянный пальцы, а указательный и средний выпрямил вверх. Бордовый сгусток энергии начал излучаться от него. Магия крови и кости. Глаза налились непроглядной тьмой. Перед ним материализовалась Черная Книга. Эта книга была своеобразным хранилищем и порталом в Мир Мертвых. Которым повелевал только Бенджамин Рами. Она открылась сама, обнажая пустые страницы. И Бенджамин заговорил на мертвом языке. — Аарон Кристофер. Услышь меня и восстань. — Его голос становился глухим, а затем раскатистым. Эхом отражался в лесу. — Пусть оболочка твоя почует магию мою. Вознесись к ней. — Из-под земли пробивался слабый свет. Эссенция. Магия орка. Бенджамин выставил руку вперед и направил свою энергию к тому свету. Он должен был поглотить чужую магию. — Отдай мне свои силы и свои кости. Отдай мне свою магию. И свое имя. Земля под ногами задрожала. Начали появляться трещины, и старые иссохшие кости вырвались наружу. Мертвая магия приняла их и изменила. Заострила и обратила в оружие. А затем поглотила кости мертвого орка. Теперь его физическая сила принадлежала некроманту. — Твоя кровь и твои кости мои. — Бенджамин сжал руку в кулак, а вторую прислонил к пустым страницам. — И твое имя теперь принадлежит мне. В Черной Книге начало выводиться имя — Аарон Кристофер. Буквы мигали и искрились. Стекались кровавыми чернилами. Наделали магией. Бенджамин глубоко вздохнул и рухнул на колени. Глаза его вновь стали прежними, и силы растворились. Книга мягко захлопнулась. Теперь этот мертвец покоится в его мертвом мире. И его магия подчиняется ему, Бенджамину. Из-за того, что она была достаточно мощной, как и при жизни орка, так и после его смерти, то присвоение этой магии довольно истощило Рами. Он переводил дух. Парень потер заднюю часть шеи и размял ее. Усталость накатывала на него волной и хотелось спать. Бен прикрыл глаза. Самое главное — выйти из этого гребаного Криволесья, и можно будет устроить привал. Он встал на ноги, отряхнул штаны от сухой земли и пыли и зашагал в сторону коня. Как вдруг сзади раздалось шуршание. И чьи-то шаги. Бен обернулся. Среди деревьев стояло что-то темное. Настоящее лесное чудище. У него была лохматая голова, огромный вислый нос и сверкающий единственный глаз. Который смотрел прямо на парня. Тот прищурился. «Страж быть может, — подумал он. — Тогда хреново он охраняет свои могилки». Чудище тем временем вышло на поляну, каждый шаг его давался тяжело, и оно протяжно, истошно завопило. Конь начал заметно волноваться и дергаться. Он хотел ускакать, вот только привязанные к веткам поводья не дали ему этого. Бен поморщился: крик этого существа беспощадно ударил по его барабанным перепонкам. «Вот и сделали, мать его, привал», — сплюнул он и взмахом руки окружил себя острым костяным кольцом. — Ну давай, лесной ебалай, подходи!