Королева

Рёмен через сон поморщился, смутно улавливая какой-то шум. Сердито прошипев что-то неразборчивое себе под нос, он неохотно открыл глаза и почти тут же поймал взглядом Мэгуми, который со свой дури избивал каменную стену. Сукуна тут же вскочил, как ошпаренный. — Ты что делаешь!? Фушигуро пропустил его слова мимо ушей, с удвоенной силой атакуя камень. На его лице цвела улыбка безумия, он с восторгом выпалил, глядя на свои руки: — Ты видел?! Я не чувствую боли! Я регенерирую раньше, чем успеваю хоть что-то ощутить! Это невероятно!!! Рёмен пулей оказался около юноши, перехватывая руку второго, готовившуюся к новому удару. — Ты дурак?! Быстрая регенерация - не повод хреначить своё тело подобным образом! Фушигуро только усмехнулся, с интересом спрашивая: — А если оторвать руку - будет больно? — Даже не думай проверять это!

***

Сукуна не сводил пристального взгляда с Фушигуро, на что второй очередной раз закатил глаза, фыркнув. Мэгуми был более, чем доволен утренней проверкой, даже несмотря на возмущение Короля. Всё же теперь его тело достигло невероятной мощи! Фушигуро остался человеком, но человеком с мощью проклятого духа. Лишённый старения и чувства боли, прошедший предел допустимой магом силы Мэгуми ощущал себя поистине живым. Таким живым, каким он не был ещё никогда! В нем бурлила такая мощь, что, казалось бы, не осталось преграды, какую он был не сумел преодолеть. Казалось, весь мир уже в его ногах. Огромные двери, сейчас показавшиеся Мэгуми лёгкими, как пушинки, с грохотом отворились. Собравшиеся в зале фигуры тут же метнули взоры на вошедших, и на лицах всех без исключения отразился ужас вперемешку с паникой. Поймав эти взгляды, Фушигуро только ухмыльнулся, проговорив с нескрываемым удовольствием, читая холодное безмолвие толпы: — На колени пред Королевой. Повинуясь какому-то внутреннему инстинкту, каждый из князей мгновенно преклонил колени, не в силах шевельнуться. Паника и дикий страх сковали всех в зале, не давая даже вдохнуть. Фушигуро лишь улыбнулся шире, медленно, угрожающе приближаясь к некогда опасным врагам, а ныне послушным подчиненным. Сукуна остановился рядом с юношей, холодно отчеканив: — С этого мгновения и до последней секунды своего существования вы беспрекословно подчиняетесь Мэгуми Фушигуро и исполняете любой его приказ, вне зависимости от чего бы то ни было. Иначе отвечаете. Последнее слово было произнесено насколько ужасающе ледяным тоном с откровенной угрозой, что мертвая тишина ещё долго наполняла своды помещения, прежде чем послышался робкий голос, обращённый к Фушигуро: — Ваша милость… разрешите обратиться? Мэгуми окинул пристальным взглядом самого молодого из проклятий и медленно кивнул. — Разрешаю. — Ваш скромный раб, Мэйко, хотел бы выразить своё почтение и несказанную радость оттого, что именно Вы стали королевой. Фушигуро недоверчиво поморщился. — Предпочту знать, с кем я сейчас разговариваю. И с чего такая безудержная радость? — Оу, дело в том, что… Он поднялся с пола, аккуратно поддев руку Мэгуми, невесомо припал к ней губами и, поднимая глаза на Королеву, продолжил: —…Скажем так, я обязан Вашей милости своим титулом. Фушигуро лишь одернул руку, сухо спросив: — Как это понимать? — Я совсем молод, Ваша милость, прошло лишь несколько веков с моего рождения. Понимаете, я воплощение человеческого страха и ненависти. Ненависти к магам. Мэгуми побледнел, едва не отшатнувшись. Его глаза округлились, он с усилием протолкнул ком в горле, пытаясь взять себя в руки. — Что?.. — Вся эта война последних лет открыла миру правду о существовании магов, вот люди и побледнели от ужаса. Но самая сладость в другом - многие маги в ходе войны стали обращаться в проклятых духов, зверея. Или ещё лучше - сходили с ума, использую силу дабы убить своих же. Таких случаев сотни, если не тысячи. Но этого мало, чтоб заработать титул князя при Рёмена Сукуне, Короле проклятий. Своим местом я обязан именно Вам. Дело в том, что совсем недавно Вашей рукой были убиты представители рода человеческого. Рукой мага, не лишившегося своих сил. Возможно, единственного, кто ещё способен управлять проклятой энергией. И мир всколыхнулся. Былой страх пред лицом магов возгорелся вновь с неслыханной мощью! Ну а я, получив небывалую силу, захватил земли моего предшественника. Так что своим местом я обязан Вам, Ваша милость. Фушигуро невольно сделал шаг назад, видя эту беззаботную улыбку и чувствуя ужас от осознания, что существо перед ним - плод его жестокой ошибки, которую он мечтает выжжешь из памяти. Сукуна удержал его за плечи, на что Мэгуми тут же тихо спросил: — Можно убить его?.. Рёмен устало качнул головой. — Не рекомендую. Он один из немногих, кто поддержит твои идеи с городами. Он понадеется на классовую ненависть. Что узнав о магах, люди уже никогда не забудут о их силе и угрозе, из-за чего на мирной территории разразится новая война - война людей и магов. И это даст ему неслыханную силу. Сейчас он тебе полезен. Пусть останется, если что, успеем прикончить. Мэгуми с усилием кивнул и, быстро отвесив Мэйко поклон головы, поспешил прочь, мутно смотря перед собой. Сукуна пошёл следом, тихо заметив: — Ты уверен, что в норме? Если нет, можно перенести следующее… мероприятие. — Всё нормально. Я просто не был готов к тому, что самолично породил князя проклятий! — Могло быть хуже. Фушигуро резко остановился, с вызовом выпалив в лицо Рёмена: — Ты реально так в этом уверен?! И что же по-твоему было бы ху..?! Юноша оборвался на полуслове, заметив, что дверь в тронный зал вновь распахнулась, и на свету показались два незнакомых силуэта. Фушигуро бросил быстрый взгляд на Рёмена, который только сухо фыркнул в адрес гостей: — Приветствую. Гости приблизились, и Мэгуми, наконец рассмотрел их. Оба внешне напоминали людей. Один на целую голову превосходил Сукуну ростом, от него веяло ледяным мраком и, на первый взгляд, непроницаемым холодом. Слепой взгляд проклятия внушал тревогу, и Фушигуро поспешно отвернулся, разглядывая второго гостя. А точнее гостью. На вид молодая дева в самом расцвете сил, в длинном нежном платье и аккуратной, изысканной одежде с золотыми серьгами и высоко посаженной короне, от которой веяло тёплой мощью. Вероятно, какой-то проклятый артефакт. Роскошные волосы, лоснящиеся водопадом, касались плеч. Две непослушные пряди падали на лицо, украшая округлый лик. Лёгкая полуулыбка обнажала острый клычок. А глаза сияли пугающими и чарующими искрами. Дева быстро окинула Мэгуми взглядом и, довольно улыбнувшись, протянула юноше руку, скрытую за длинным рукавами. — Рада встрече, Ваше высочество. Позвольте поздравить Вас с успешным обрядом крови. Фушигуро немного опасливо пожал руку проклятья, проговорив: — Я тоже рад встрече. Моё имя Мэгуми Фушигуро. — Что ж, Мэгуми, можешь звать меня просто Аки. Она живо обернулась к закатившему глаза Рёмену и с всё той же улыбкой отчеканила: — Давно не виделись, Сукуна. Рада тебе. — Не скажу, что в восторге от нашей встречи. — Тогда сделай, как я: соври. — Не вижу смысла. — Я смотрю, ты всё так же отрицаешь правила приличия. Неудивительно. Хотя дело не моё. Вам, наверняка, нужно что-нибудь обсудить с Юто. Аки вновь обратилась к Фушигуро, но в этот раз с более естественной улыбкой. — Как насчёт прогуляться, пока эти двое обсудят свои скучные дела? Мэгуми на секунду растерялся и, сам того не заметив, невольно кивнул. Аки тут же потащила его из зала, помахав стоящим позади Сукуне и Юто. — Мы на свежий воздух, пошушукаемся маленько! Юто, милый, не натвори бед! Едва оказавшись за пределами зала, Фушигуро ошарашено уставился на проклятье, не зная, что думать. — Извините, Вы… Аки только улыбнулась, поправив: — Лучше на «ты», к чему эти условности? Мэгуми сглотнул. — Допустим… Если я правильно понимаю, ты знаешь Сукуну и достаточно неплохо. Дева тут же всплеснула руками, подскакивая к Фушигуро, который от этого едва не оступился на ровном месте. — Ой, прости, я забыла представиться! Я Королева проклятий. — Что? — Ко-ро-ле-ва. Ты не слышал? В мире несколько правителей высшего рода проклятий. Сукуна - один из них, он властвует в Японии. Ну а я с Юто из других краев. Мэгуми украдкой слышал об этом, однако был свято уверен, что сейчас в мире из сильнейших проклятий остался один только Сукуна. Юноша недоверчиво заметил: — С трудом верится, что Сукуна стал бы с кем-то делить территории. Аки пожала плечами. — Когда начался передел, Сукуна был слишком занят своими делами, чтоб думать о подобном. Насколько мне известно, он искал тебя. Даже суд какой-то создал ради этого. Фушигуро замер. Суд выживших? Неужели Сукуна создал его в надежде отыскать Мэгуми? Раньше, думая над ролью этого суда, юноша попадал в тупик, ему эта система казалась абсурдной: судить людей, когда власть в рука тех, кто без жалости их разорвет! Но сейчас… Сейчас пазл сложился. Рёмен создал его в смутной надежде найти Фушигуро, если тот ещё был жив. Другого смысла просто не было. Аки неожиданно оказалась в опасной близости, воодушевлённо выпалив: — Кстати, расскажи, как вы с ним познакомились? Я за все годы не видела Сукуну таким смирным. Тоже своего муженька в ежовых рукавицах держишь? Мэгуми сделал небольшой шаг от Аки, переспросив: — «Тоже»? Она лишь весело фыркнула. — У нас с Юто весёлая история! Мы двести лет вели войну друг с другом за земли, прежде чем пришли к миру. Не сказать, что это было обоюдное согласие… Мне пришлось ненадолго заточить его в своих владениях, прежде чем он признал поражение. Понадобилось всего лишь пятьдесят лет. Он меня всё ещё боится, если честно. «Не удивительно» чудом не сорвалось с губ Мэгуми, но он вовремя остановил себя. Последнее, что входило в его планы, - ссориться с могущественным проклятьем. Тяжело вздохнув, он неохотно начал свой рассказ, не без труда описывая далеко времена, когда он обучался в магическом техникуме, когда впервые встретил Юдзи, когда столкнулся с Сукуной в заранее проигранной схватке, пытаясь спасти жизнь друга, когда весь его мир вдруг перевернулся: ночь возвращения Короля проклятий. Учителя были уверены, что рассчитали всё, что Двуликий не вырвется. Но едва новый палец исчез в горле Юдзи, как Рёмен взял власть. Всё это время он терпеливо выжидал момента, пока не сумеет окончательно и бесповоротно захватить чужое сознание, так что у Итадори не было и шанса сопротивляться. Не прошло и секунды, как территория Сукуны погладила всё. Сильнейшие маги пали к его ногам от боли и ужаса. Мэгуми, почуяв неладное, пулей бросился на помощь другу из другого конца академии. А когда оказался на месте… Фушигуро болезненно поморщился. — Не важно. Я выжил и несколько лет скитался по лагерям восставших. А потом схватили, притащили к Сукуне на блюдечке. Мне сложно объяснить, что происходило, но скажу одно: то, что было в стенах этого замка позволило мне дать Сукуне шанс. И я не жалею. Внимательно слушавшая Аки улыбнулась, на удивление осторожно коснувшись плеча юноши. — У вас сложная история. Но я рада, что всё сложилось удачно. Уверена, ты будешь отличной королевой! Мэгуми смущённо отвёл взгляд. — Кстати об это, тебя не удивляет, что я… мужчина?.. — Меня удивляет, что ты человек. В мире проклятий типа… не особо имеет значения пол. Но я была поражена, узнав, что человек выдержал обряд крови. Такого за всю историю ещё не было. Как тебе удалось? — Не уверен, что могу это объяснить. Я привык терпеть боль. Да и к силам Сукуны привык. Может поэтому. Может ещё из-за чего-то. Мэгуми пожал плечами. Аки весело улыбнулась. — Ты очень сильный, раз сумел выдержать подобное испытание. Я уважаю сильных. И знаешь, я рада, что хоть с кем-то теперь можно поговорить. А то мальчики(Короли) обычно жутко скучные, низшие проклятья только поддакивают, а люди… сам понимаешь. Ну а с тобой здорово, хоть мы и знакомы меньше часа. Фушигуро невольно улыбнулся, отводя взгляд. — Это взаимно, Аки. — Может угостимся чем-нибудь? Что обычно пьют люди? Юноша усмехнулся. — Ну, думаю, Сукуна не станет возражать, если я позаимствую пару бутылочек вина. Кстати, а чем празднуют проклятия? — Обычно кровью, или человеческой или животной. В древние времена люди часто могли принимать могущественных проклятий за богов и поносить подношениях и жертвы. Оттуда эта традиция. — Понятно… Аки, прости за вопрос, но… Сколько тебе лет? — Около тысячи пятисот. А Юто - тысяча двести. Сукуна чуть помладше. — Да уж, тем временем я, которому чуть больше восемнадцати. Мэгуми засмеялся, Аки улыбнулась. — Не переживай об этом, ещё наверстаешь. Аки перевела взгляд за спину Фушигуро и гордо приподняла голову. — О, вижу, нагината пришлась по вкусу! Рада! Мэгуми непонимающе взял в руки своё оружие, вопросительно склонив в бок голову. — Моя нагината? — Сукуна не сказал? Он достал её у нас с Юто. У меня, если точнее. Если я права, ты один из Зенинов, да? Фушигуро медленно кивнул. — Техника десяти теней - стара для магов, как сам мир, и мало, кто помнит, откуда она берет своё начало. Я знаю всё о ней. В конце концов, именно я создала эту технику. Мэгуми замер, ошарашено глядя на деву. Его сердце отбило удар и замерло. — Что это означает?.. — Мэгуми, милый, клан Зенин появился более тысячи лет назад. Я его родоначальница, если говорить точнее. И это нагината - моё изобретение. Я долго экспериментировала с тенями. Кстати, техника десяти теней несколько устарела, я могу показать тебе новую - тысячи теней. Могу обучить использовать их в территории или как призвать теневого клона. Как тебе предложение? — Подожди, я совсем ничего не понимаю… Ты..? — Аки Зенин, если точно. Но со временем я отказалась от фамилии. Людей это так злило, что они все время норовили попытаться убить меня! Глупые. Поэтому сейчас - просто Аки. — Ты хочешь сказать, что во мне… кровь проклятья?.. — Конечно. Кстати, вероятно это одна из причин, почему ты смог пережить обряд. Сила проклятого духа у тебя внутри с самого рождения. — У меня в голове не укладывается… Аки аккуратно положила руку на плечо юноши, мягко улыбнувшись. — Послушай, Мэгуми, давай не станем лишний раз ворожить давно минувшее прошлое? Ведь не важно, сколько столетий разделяет нас, не важно, кто кем кому приходится, и не важно, кто человек, а кто проклятье - мы выше этого. Мы - Королевы. Я думаю, этого вполне достаточно, м? Фушигуро, помедлив, выдавил из себя кивок. — Да, ты права, Аки. Спасибо. — Не за что.

***

Солнце близилось к закату, когда Сукуна, выйдя в сад при замке, к неожиданности застал там тренирующихся Мэгуми и Аки. Юноша усиленно восстанавливал дыхание, складывая руки в печати. Дева только усмехнулась, разводя в стороны руки. — Смелее, не сдерживайся! Атакуй со свей силы! Мэгуми коротко огрызнулся, стряхивая с лица жаркий пот. — Я и так стараюсь! — Я же вижу, ты можешь больше! Ну же, почувствуй всю мощь в своих руках. Она должна подчиняться тебе, а не нести тебя, словно торнадо. — Мне непривычны такие объёмы! — Вижу, вы не скучаете. Сукуна мягко усмехнулся. Мэгуми тут же обернулся к нему, тепло улыбнувшись. Сердце Рёмена отбило удар. — Рад тебя видеть, мой Король! Мне как раз нужен небольшой перерыв. Аки, спасибо за тренировку, давай продолжим чуть позже? Сукуна с наигранной усталостью качнул головой, приблизился к юноше и осторожно стёр выступившие на висках капли. — Не переусердствуй, Фуши. — Постараюсь. Кстати… Фушигуро нахмурился, делая шаг назад и сурово смотря на Сукуну. — Ты ведь знал, что Аки - мой предок, не так ли. Это был не вопрос, а холодное утверждение. Сукуна виновато улыбнулся. — Узнал, когда искал тебе оружие на подарок. — И почему же не сказал? — Не подумал, полагаю? — Значит, впредь думай. Фушигуро смерил Короля сухим взглядом, фыркнув. Рёмен устало вздохнул. А ведь это самая верхушка того, что он не рассказывает Мэгуми… Сукуна вдруг посерьёзнел. — Кстати, совсем забыл сказать. Я с хорошей новостью. Завтра у тебя переговоры с лидером восстания. Сможешь обсудить идею городов. Мэгуми вздрогнул. — В смысле «завтра»?! Я даже совсем не готов! Мне нужно все как следует проверить, рассчитать… Я же буду выглядеть придурком! Сукуна пожал плечами. — Тебе не привыкать. По крайней мере, перед этим человеком. — В смысле?.. — Лидер восстания - то девка, с которой ты учился. Как её..? Кугисаки? — Ты что несёшь? Кугисаки Нобара давно мертва! Это мерзкая шутка, Сукуна. Над ухом юноши раздался задумчивый голос подошедшей Аки. — Мэгуми, мне кажется, он говорит правду. Я слышала кое-что об вопросе вашего восстания людей против проклятий. Их лидер, как мне докладывали, - именно Нобара Кугисаки. Почему тебя это так..? Прежде чем Аки успела закончить, воздух потряс грохот удара. Сукуна пошатнулся. Удар пришёлся на грудину, вбив её в самые лёгкие. Он сплюнул струйку крови, поднимая голову и встречаясь взглядом с убийственным выражением на лице Фушигуро, который едва сдерживался, чтоб не нанести второй удар, вдогонку первому. Его глаза испускали молнии, готовые без жалости снести что угодно на своём пути. — Ты знал.. Всё это время ты знал, что Кугисаки жива и ни слова мне не сказал!!! — Мэгуми, милый… пожалуйста послушай… — Ну и что же ты мне сказать такого можешь?! — Откуда мне было знать, что ты этого не знаешь? Это ведь ты несколько лет скитался по лагерям восстания, а я лишь слышал это от своих подчинённых. Как я мог подумать, что ты не знаешь такого? — … Мэгуми остановился, медленно опуская занесённый для удара кулак. Хотя и до безумия хотелось поспорить, но Сукуна был прав. Однако в те годы Фушигуро совершенно не думал задавать лишних вопросов, не желал даже думать, чьи приказы выполняет. Он пребывал в страшном шоке из-за смерти Итадори.. Тяжело вздохнув, Мэгуми устало уткнулся лбом в плечо Рёмена, поморщившись. — Ладно, сегодня прощаю. Но больше не делай так, идёт? Сукуна нежно обнял юношу за плечи, поглаживая по спине. — Постараюсь. Прости меня, милый. — Завтра идёшь со мной на встречу, понял? — Да, понял, Фуши. Как пожелаешь, моя Королева. — Не сильно ударил? — Ничего, я заслужил. — Прости.