Гости со звезды-4

(Мидас, аэролимузин Себастьяна, разные районы Мидаса)

* * *

Поговорив ещё, гости покинули дом Катце. Он и сам вскоре собирался отвезти Дэрила назад на «Эрос», а пока они провожали отъезжающих. Попрощавшись с хозяином, Себастьян и Сиэль уселись в подаренный им Юпитер лимузин и взяли курс на Танагуру. Сиэль продолжал задумчиво молчать, видимо, осмысливая предложение Катце. Себастьян не мешал ему думать, но когда они преодолели уже половину пути и пересекли границу Мидаса, он всё же осторожно осведомился, поворачивая к нему голову: — Думаете над словами Катце, мой лорд? — Пытаюсь представить себе реакцию Её Величества на эту новость, — хмыкнул он. — Мы полетели в качестве официальных послов на другую планету, чтобы заключить договор о сотрудничестве… а привезём оттуда ни много — ни мало — перевозной бордель. Её представление о сверхцивилизованной планете Амой перевернётся с ног на голову. — Но ведь помимо этого мы привезём материалы для строительства клиники пластической хирургии и первоклассных специалистов-биотехнологов. Явим её взору новые достижения научной и технической мысли — к примеру, этот аэролимузин. Всё это произведёт фурор в Лондоне. — Придётся рассказать ей о классе пэтов, ведь до сих пор она не имела о нём ни малейшего представления. Я не берусь предсказать, как она это воспримет. — О многом придётся поведать и тем учёным, которые полетят с нами на Землю, — заметил Себастьян. — Нам предстоит открыть им, что вы вовсе не являетесь моим пэтом. Вы — мой хозяин, а я — ваш преданный слуга. Думаю, воспринять это им будет не намного проще, чем королеве Виктории — новость о пэтах и межзвёздном борделе. — И всё-таки идея Катце застала меня врасплох, — признался Сиэль. — Я думал, он собирается ездить со своим «Эросом» по другим планетам местной галактики. Но, конечно, если ему придётся сопровождать Рауля Ама в его поездке на Землю — не оставлять же бордель на других? Он действительно изрядно вложился в это дело и должен продолжать его. Себастьян усмехнулся: — Как подумаю, что наш бывший фурнитур снова стал полноценным мужчиной… И если бы не та сцена в Келлусе… если бы не мой Внутренний Огонь — мы никогда не узнали бы правды. — Да, это, наверное, был очень редкий эксперимент. Хотя от танагурских биотехнологий можно ожидать ещё и не такого. Хммм… — Сиэль слегка покраснел, вспомнив ту сцену, когда Катце и Сейджуро оба сплетались с Рики в любовных объятиях. — Я вдруг подумал… Может быть, Катце теперь спит с Сейджуро? — Вы ещё скажите, что весь этот гарем пэтов он приобрёл для себя, а не для своего бизнеса… — Ну нет, вряд ли мы имеем дело со вторым Хандэром Монроэ. Это он у нас любитель гаремов. — Да, я тоже считаю, что одного Хандэра вполне достаточно, — с иронией согласился демон. — Так что же мне ответить на предложение Катце? — продолжал размышлять Фантомхайв. — Тебе не показалось странным, что Рауль прямо-таки настаивал на том, чтобы мы его приняли? — Вы правы, — Себастьян потёр нижнюю губу. — Немного странно, как Рауль убеждал нас в том, что ему очень будет нужна помощь Катце. Хотя… на таком большом корабле действительно сложно обойтись без помощника. Учёные, которые полетят с нами, вряд ли разбираются в кораблевождении. Их поприще — медицина и хирургия. — В том, что инопланетный бордель будет иметь оглушительный успех в Лондоне, я нисколько не сомневаюсь. В обитателях Лондона, да и всей Англии — не меньше порочного, чем в жителях Мидаса и его туристах. Но сама эта затея кажется мне сомнительной и какой-то… дурно пахнущей. — Но ведь когда мы полетели на Келлус, она вам такой не показалась, — резонно заметил Себастьян. — Что ты сравниваешь! Там была совсем другая ситуация, — возмутился юный граф. — В этом мире никого не удивишь борделем из пэтов. — Решать, безусловно, вам, мой лорд. И всё же, если Земля начнёт сотрудничество с Амой, придётся рано или поздно осветить все аспекты здешней жизни. И если королева Виктория узнает правду слишком поздно — разве не придёт она в негодование, узнав, что вы так много от неё утаили? В любом случае, Англия должна будет либо принять здешние законы, либо разорвать соглашение. Не лучше ли будет сразу открыть всё, как есть? — Это рискованно, — задумчиво глядя в окно на проносящиеся мимо них здания, проговорил граф. — Но не более рискованно, чем если Её Величество решит, что вы обманывали её намеренно. Собираясь отбыть на Амой, мы ещё ничего не знали, потому что Ясон Минк и Рауль Ам не полностью посвятили нас в то, как на самом деле здесь обстоят дела. В этом не было ни моей, ни вашей вины. Но теперь, когда мы побывали на Амой лично… Сиэль раздражённо спросил: — Так что, ты предлагаешь мне привести Катце к Виктории и сказать: «Вот, Ваше Величество, это мистер Катце, вы его должны помнить. Когда-то он был секретарём Ясона Минка, а теперь стал владельцем личного межпланетного борделя с пэтами. Если желаете — можете познакомиться с его обитателями, мистер Катце хочет открыть у нас свой бизнес»?! Себастьян пожал плечами: — Ну хорошо, не делайте этого. Пусть он останется на Амой вместе со своим «Эросом». Но ещё одна-две экспедиции сюда, парочка английских дипломатов, посланных Викторией — и они всё равно откроют ей глаза. Что она тогда подумает о вас? Что вы намеренно лгали ей? Сиэль закусил губу. — А может быть, такое положение вещей только напротив, сблизит Англию и Амой? Её Величество решит — что хоть что-то общее есть в космосе… — Возможно, и так. Наверное, ты прав, давай расскажем Виктории всё начистоту и представим ей то, чем занимается сейчас Катце. А она пусть решает, как быть. Во всяком случае, будет знать, с какой планетой подписывает договор о сотрудничестве. — Думаю, из-за существования на Амой пэтов она не откажется от выгоды, которую может принести Англии этот договор… Так вы ответите Катце согласием? — Пожалуй, это будет наилучшим вариантом… — вздохнул юный граф. Гости покинули особняк, Дэрил помог Катце убрать со стола, загрузить посуду в посудомойку и быстро расставить её по местам, чистую. Потом они вышли на улицу; брокер, а ныне владелец борделя, закрыл дверь, и когда они поднялись в воздух, щелчком на пульте включил вокруг дома защитный периметр. Его спутник продолжал молчать, хотя наверняка немало вопросов вертелось у него на языке после всего, что он сегодня услышал. Катце размышлял — открыть ли ему всё сейчас, или дождаться ответа Сиэля? Если тот ответит отказом, ему придётся изменить свои планы и остаться на Амой, вернее — обдумать, на какую планету везти «Эрос» теперь. И тогда Дэрилу пока не обязательно будет знать о том, кем на самом деле является Сиэль Фантомхайв. А вот если они полетят на Землю, правду ему сказать, конечно, придётся. Согласится ли Сиэль? Кто знает… Ему хотелось надеяться, что да. Это решило бы многие проблемы, в том числе и с Лау. На Земле Рауль будет заниматься вопросами строительства клиники, заниматься поставками нелегальных товаров у него не будет времени. — Господин… — несмело начал Дэрил. — Не стоит звать меня так. Ты просто на меня работаешь, и я буду платить тебе за это. — Н…ну… Ну хорошо… мистер Катце… Вы действительно хотите отправиться вместе с господином Михаэлисом и господином Сиэлем на Землю? И взять с собой «Эрос»? — Да, если они согласятся. И тогда ты отправишься вместе с нами. Юноша сглотнул. — Н-на… другую планету? В космическом корабле? Катце коротко улыбнулся: — Разве мой «Эрос» — не космический корабль, для этого и предназначенный? Даже если мне ответят отказом — мы всё равно отправимся на какую-нибудь планету. — Я даже представить себе этого не могу… — в тихом голосе Дэрила звучало потрясение. Владелец борделя похлопал его по плечу: — Работая у меня, ты увидишь и узнаешь много интересного. Во всяком случае, больше того, что увидел бы в Эосе…

* * *

Последующие дни были наполнены деловитыми сборами. Следовало ещё многое сделать после того, как Сиэль и Себастьян через Ясона дали Катце согласие взять с собой его «Эрос». Рауль обговорил с биотехнологами, летевшими с ним в прошлый раз на «Меркурии», дату отлёта. Началась погрузка на «Меркурий» многочисленных контейнеров с материалами, необходимыми для строительства клиники, а также с товарами, предназначенными для продажи на Земле. Они вместе с Хандэром побывали на приёме у Юпитер, согласовав с ней возможность Катце вместе с его борделем присоединиться к команде отбывающих на Землю. Пожалуй, Лямбда 3000 была бы не против даже начать торговлю пэтами на Земле, но Сиэль и Себастьян ещё раз непреклонно заявили, что торговля людьми в Англии невозможна. Даже их прилёт с инопланетным борделем из пэтов может вызвать неоднозначную реакцию. — Что ж, главное — это сотрудничество в области медицины, науки и техники, а также внедрение наших биотехнологий на Земле, — заметила Юпитер. — Кроме того, судя по первому опыту, торговля нашими товарами имела у вас большой успех. — Не то слово, какой большой. Оглушительный, — признал Сиэль. — И я думаю, в следующий прилёт на Амой мы возьмём с собой наши английские товары. У нас найдётся, чем заинтересовать жителей Мидаса. — Безусловно, — признала правительница Амой. — Надеюсь, то… небольшое недоразумение между нами, которое имело место в прошлом и заставило вас пойти на чрезвычайные меры, — в прошлом и останется? — поинтересовался Себастьян. Некоторое напряжение прозвучало в его голосе. — Я тоже хочу услышать от вас подтверждение этому, госпожа Юпитер, — поддержал его Хандэр. — Прибор для перемещения исправен, — отозвалась Юпитер. — Сотрудничество Амой с Келлусом будет продолжаться так же, как и с Землёй. Если мы обо всём договорились и расставили все точки над «и» — то у меня больше нет причин пытаться задержать вас на планете, господин Михаэлис, граф Фантомхайв. Надеюсь, ваше пребывание на Амой было интересным. — Я никогда не забуду это путешествие, — уверил её юный граф. — Но всё же в будущем я хотел бы посещать Амой в своём настоящем статусе. Играть роль пэта длительное время… довольно утомительно. — Что ж, думаю, это можно будет устроить так или иначе. Они обсудили ещё некоторые организационные вопросы и наконец, расстались, уверяя друг друга в дружбе и полном взаимном доверии. Хандэр Монроэ сказал, что в ближайшие дни тоже собирается возвращаться на Келлус, где его ждёт много неотложных дел. Наконец владыка Келлуса и послы Земли покинули Башню Юпитер и вышли наружу под небо Танагуры. — Может быть, когда-нибудь вы сможете посетить и Землю, съёрр Монроэ? — высказал пожелание Сиэль. Тот снисходительно улыбнулся и развёл руками: — Эксклюзивные права на этот уникальный прибор для перемещения в пространстве-времени принадлежит Лямбде 3000. Как ни печально это признавать, но танагурские учёные с их научными изысканиями смогли претворить в жизнь то, что недоступно даже нам, демонам. Разве что со временем будет создан ещё один такой прибор, который Юпитер согласится продать Келлусу. Пока что, граф, как вы прекрасно понимаете, мы можем преодолеть огромное пространство, но не толщу времени. — Мы будем надеяться на это, Хандэр, — согласился с ним Себастьян. — В любом случае мне было очень приятно узнать, что подобные мне демоны живут и здесь, за многие века и световые года от Земли нашего времени… Гидеон Лагат приехал в тот район на границе Мистраль-парка и округа Флэр, где начиналось грандиозное строительство Сада танцующих фонтанов. Гордость и тщеславие переполняли главу Мидаса — ведь этот замысел был во многом его собственным детищем, он не просто «примазался» к изначальному проекту, но сделал всё, чтобы улучшить и усовершенствовать его. Это потребовало от него немало фантазии и творческих усилий, которые, к счастью, полностью себя оправдали. Пока что огромные машины-трансформеры разравнивали участок, копали траншеи и котлованы под будущие бассейны и коммуникации. Быстро такой проект не завершишь, но всё же он постарается приложить все усилия, чтобы строительство прошло в максимально сжатые сроки. Всему Мидасу уже было известно о том, что за строительство здесь начато — на границе отгороженной территории были установлены экраны, на которых анонсировались будущие фонтаны — крохотные фрагменты его компьютерной программы. Они не давали полного представления о том, что и как здесь будет выглядеть — но всё-таки были достаточно яркими, чтобы вызвать у зрителей неудержимое любопытство и жажду поскорее увидеть итог. Толпы горожан и туристов уже приходили на экскурсию к этим экранам и, задрав головы, с восхищением разглядывали невиданное ещё в Мидасе зрелище. Их энтузиазм ясно показывал то, каким популярностью будет пользоваться эта мидасская новинка, если им так интересно даже едва начатое строительство. Главный администратор Мидаса восседал в своём ярко-алом аэролимузине, включив зеркальную тонировку стёкол. Рядом с ним сидела Ляна и не менее восторженно, чем остальные жители, разглядывала движущиеся картинки на экране. — О, Гидеон, — говорила она, — неужели ты сам придумал всю эту красоту? — Ну, не совсем сам, — с нарочитой скромностью ответил тот. — За основу были взяты обычные фонтаны, я лишь придумал, как сделать их более интересными и зрелищными. — Дождаться не могу, чтобы увидеть это в реальности! — она в порыве восхищения сцепила руки. — Ги, ты — настоящий гений! Гидеон снисходительно улыбнулся. Всё-таки было что-то в этой девчонке, что заставило обратить на неё внимание ещё во время шоу. Её преданность, восторженная непосредственность, наивность пополам с упёртым желанием во что бы то ни стало сделать карьеру. А ещё ему нравилось то, что у него не было ни малейшего желания к ней привязываться. То, что он мог оставить её в любой момент без сожалений, и это не затронет его существа. Ещё не хватало таких проблем, как у Ясона с Рики. Он не собирался позволить какому-то человеку завладеть его сердцем, чувствами и мыслями. Но пока ему было забавно и интересно с ней. Пока он ещё побудет с Ляной.

* * *

Орфей был в печали. Хандэр вскоре собирался его покинуть, вернуться на Келлус. Да, конечно, он знал, что Хандэр — правитель планеты, которую никак нельзя надолго оставлять без твёрдой руки, знал, что тот здесь — исключительно с деловым визитом, но всё же… Это было так горько — едва-едва обретя свою любовь, тут же с нею расстаться. То ошеломительное чувство, которое накрыло его в первую ночь, когда они были близки — не проходило, оно впиталось в его кровь и плоть. Обжигающие объятия Хандэра, жаркие слова, которые он шептал ему на ухо… ледяные капли, в которые превращался снег, невероятное чудо — снег, падавший с неба в ту ночь, когда Орфей познал, что такое близость с возлюбленным. Да, та ночь была волшебной — стоит ли удивляться тому, что сама природа присоединилась к этому колдовству? Хандэр трижды любил его той ночью, и когда он ушёл, Орфей чувствовал, что тело его продолжает ощущать на себе прикосновения его рук и тела. Ещё никогда в своей жизни он не был так счастлив. Это было глубочайшим потрясением, так что ему пришлось приложить огромные усилия, чтобы на следующий день вернуться к обязанностям администратора Эоса в полном объёме. Зави витал в заоблачных высотах, и ему нужно было сильно сосредотачиваться, чтобы выслушивать доклады от фурнитуров, отвечающих за разные этажи в башне. И те с недоумением замечали, что глава башни, который всегда так ревностно относился к своим обязанностям, словно не слушает их, а думает о чём-то другом. Ему стоило большого труда вернуться из собственных фантазий в настоящее и сконцентрироваться на работе. Когда он встречался с Хандэром и тот улыбался ему ласково и многозначительно (впрочем, не подавая никакого вида, что между ними что-то было) — Орфей чувствовал, как у него заходится сердце и слабеют ноги. Это у Блонди-то с совершенным, не знающим никаких недугов телом. Видимо, к таким недугам, как страсть и любовь — дзиконтаи были плохо подготовлены. …С той поры они были близки с властителем Келлуса ещё только дважды. Ещё две потрясающих встречи тот подарил ему… а потом заявил, что скоро возвращается на Келлус. Послы Земли улетают, и он тоже. Орфей знал, что рано или поздно услышит эти слова, и всё же, прозвучав, они словно отняли у него силы. Он пошатнулся и опёрся о стену, взгляд у него стал растерянным. — Так скоро? — дрогнувшими губами проговорил он. Его глаза трагически расширились. — Что делать? — вздохнул Хандэр. — Мой долг призывает меня обратно. Чем выше звание, тем больше обязанностей на нас лежит. Обязанностей, от которых никуда не денешься… как это ни грустно. Орфей опустил глаза, уголки его губ тоже трагически опустились. — Как мало времени нам было отпущено на то чтобы побыть вдвоём… — Я потерял голову, когда увидел вас, — с драматичным оттенком шепнул Хандэр. — Эта боль расставания — моя плата за то, что позволил себе увлечься вами, — а потом, ещё больше понизив голос, добавил: — Но у нас ещё есть время на то, чтобы провести вместе несколько незабываемых часов. Я очень постараюсь, чтобы вы никогда их не забыли, Орфей. И надеюсь, когда-нибудь вы непременно прилетите ко мне на Келлус… По правде говоря, Хандэр успел уже соскучиться по Леоди, но Орфею не обязательно было об этом знать, потому он ещё некоторое время разыгрывал из себя несчастного влюблённого, которого только срочные дела отрывают от предмета его страсти. Впрочем, он неплохо провёл время на Амой, эта интрижка с Орфеем, к которой подтолкнул его Себастьян — оставила у него приятное впечатление, не говоря уж о том, что Орфей был первым Блонди в его жизни. Что ж, теперь он знает, что это такое — секс с дзиконтаем. Он точно не остался в накладе. Подписанный с Юпитер договор о поставках техники на Келлус, та прибыль, которая будет отчисляться его клану после открытия модернизированных фонтанов Гидеона в Мидасе… Наконец, его планы открыть в Риссау шоу, подобное тому, которое он увидел в подпольном заведении Мидаса… необыкновенная ночь с Себастьяном и Сиэлем; наконец, близость с одним из Тринадцати Блонди… его визит на Амой точно прошёл не зря. В один из последних дней, оставшихся до отлёта, Катце решил устроить небольшой сюрприз для своих пэтов и для Дэрила. Он нанял пассажирскую «капсулу» и повёз «персонал» борделя в неприметное кафе в Мидасе, на границе округов Эйнис и Янус. Для пэтов, последние недели безвылазно проводящих время в корабле Катце, это было чудесным развлечением. Сделав для них заказ, в который входило множество десертов и дождавшись, пока те насытятся, брокер наконец открыл им сногсшибательную новость — они отправятся на планету, бесконечно далёкую от Амой. На планету, которая не знает пэтов. Там у них не будет конкуренции. — Вы будете диковинкой в этом мире, — сказал он. — Вас будут хотеть, о вас будут мечтать. Вы увидите на той планете много такого, чего никогда не видели здесь. Пэты переглянулись между собой. Определённо, избранные Катце, они вытащили счастливую карту. Они были списаны и участь их, казалось, была решена. Судьба выглядела безнадёжной. Тёмный ужас охватил их тогда, когда пэт-ринги с них сняли и регистрационные записи уничтожили. Но появление этого рыжего незнакомца со шрамом, который точно протянул руку и вытащил их из бездны, куда они падали — кардинально всё поменяло в жизни. В тот день они хорошо усвоили, как жестока и безжалостна действительность, и что протянутая им рука — соломинка, за которую они уцепились, как утопающие. Огненно-рыжий мужчина с пугающим шрамом на привлекательном лице был суров и не обещал им красивой жизни. Но если бы они не уцепились за его руку — то у них не было бы никакой. А теперь за то сравнительно недолгое время, что они живут у него, они успели увидеть такое, что и не снилось им во сне. Побывали в космосе и на другой планете. И теперь снова их ожидает увлекательное путешествие и какой-то другой мир и невероятные впечатления. Не меньше пэтов взволнован был и Дэрил, который никогда в жизни не бывал в космосе и подумать не мог о том, что когда-нибудь отправится в межзвёздное путешествие. Ведь он вообще ничего не знал кроме Попечительского Центра и башни Эос. От перспектив, на которые он бросал несмелый взгляд, у него захватывало дух. Он никак не мог привыкнуть к новому статусу гражданина и к тому, что он просто работает на Катце и вовсе не обязан кланяться ему и рабски прислуживать. Он полетит на Землю? Вместе с господином Михаэлисом и Сиэлем… господином Фантомхайв? (Катце обещал всё объяснить ему во время полёта). Подумать только! Он увидит другую планету… и, наверное, не её одну. Увидит столько новых мест, новых пейзажей, новых людей… От этого способна закружиться голова. И он ещё столько времени раздумывал, никак не мог решиться на предложение господина Катце… то есть мистера Катце. — Мы полетим на Землю? Это здорово! — воскликнул один из пэтов, как бы подводя итог. — Да! Этот так чудесно! — подхватили другие. Только Сейджуро сдавленным голосом проговорил: — Господин Катце, когда мой первый хозяин господин Михаэлис в прошлый раз собирался улетать на Землю — он мне сказал, что пэты тяжело переносят полёт в космическом корабле, и что Сиэлю стало плохо, когда они летели с Земли на Амой… И что он оставляет меня пэтом господина Ясона Минка, потому что беспокоится обо мне, не хочет рисковать моей жизнью и здоровьем… Он же сказал мне правду? А как же… как же мы все полетим на Землю, если это так опасно? Глаза остальных пэтов округлились, на лицах отразился страх и беспокойство. — Это правда, господин Катце? — пискнула одна девчонка. Катце про себя помянул рагона. Он понял, зачем Себастьян сказал это Сейджуро. Хотел, чтобы тот меньше переживал за то, что его не берут с собой, а оставляют Ясону. Понятное дело, Сейджуро не был нужен на Земле ни графу Фантомхайв, ни его демону-дворецкому. Они не собирались везти на Землю пэтов… и не подозревали о том, что целая партия их — вот эти самые, за исключением самого Сейджуро — нелегально полетит вместе с ними на «Меркурии». Себастьян просто хотел от него отвязаться, вот и выдумал эту опасность. Никто же тогда не знал, что будет в дальнейшем и не мог предсказать, что у Катце появится собственный межзвёздный бордель. И уж тем более никто не мог предсказать, что Сейджуро станет принадлежать ему и что они тоже соберутся на Землю. Наверное, лучше, чем чесать самолюбие гермафродита — сказать ему правду. Что отнюдь не забота о нём вынудила Себастьяна на эту фразу. — А ты сам не догадываешься, почему он тебе это сказал тогда? — Катце пристально поглядел ему в лицо. Глаза Сейджуро забегали, лицо стало растерянным. — Нет… — прошептал он. — Он и не собирался брать тебя на Землю. Ты был нужен ему только в Эосе. — Но… — глаза пэта трагически расширились. Катце провёл рукой по его волосам. — У него есть Сиэль, и он не нуждается ни в ком другом. Ты прекрасно справлялся со своими обязанностями, но за пределами Амой они не были ему нужны. Поэтому он отдал тебя Ясону Минку, но не сказал правды, потому что не хотел тебя расстраивать. Сейджуро опустил голову, губы его искривились, слёзы побежали по щекам. Притихшие пэты смотрели на него, прекрасно понимая его чувства. Они знали, что это такое — когда ты становишься не нужен хозяину и он решает от тебя избавиться. — Не плачь, — Катце снова погладил его по голове. — Себастьян Михаэлис — с Земли, а там другие законы и другое отношение к таким, как ты. Он не хотел тебя оскорбить, не хотел, чтобы ты страдал. Но ведь теперь ты со мной, верно? — он слегка притянул его к себе. Сейджуро поднял на него заплаканное лицо и увидел, что его хозяин улыбнулся. Не так часто можно было увидеть улыбку на его обычно серьёзном лице. — Перегрузки во время старта могут вызвать неприятные чувства у пассажиров, — сказал он. — Но межзвёздное путешествие на Землю будет не тяжелее, чем путешествие на Келлус, куда ты уже летал. Мне ты нужен, Сейджуро, помни об этом. Ты — звезда моего заведения, и это признал даже съёрр Монроэ. Твой танец покорил всех Блонди, и господин Лагат заплатил мне большие деньги, чтобы посмотреть на него ещё раз. Гермафродит вспыхнул, а Катце похлопал его по плечу, продолжая ободряюще улыбаться. — Я никому тебя не отдам и не продам, можешь мне поверить. Поэтому перестань переживать о прошлом. Подумай о том новом, что будет впереди. — Спасибо, господин… — со всей признательностью отозвался Сейджуро, взбодрённый его словами. Пэты испытали необычайное облегчение. Всё разъяснилось. Они тоже подумали о ближайшем будущем, и их глаза заблестели. Сегодня их ждала ещё экскурсия в кабине пассажирской капсулы, пешая прогулка по районам Мидаса с возможностью насладиться новыми впечатлениями. Их ждала замечательная ночь, ведь новый хозяин никогда не запрещал им удовлетворять любовный пыл кто с кем пожелает… Определённо, им за что-то очень повезло в жизни именно тогда, когда казалось, что она вот-вот бесславно закончится…

* * *

И вот день отбытия был назначен. Сиэлем овладело странное нетерпение. Он чувствовал, что из последних сил удерживается во взятой на себя роли, до смерти ему надоевшей. Хотя что там греха таить — она оказалась весьма эффективной и действительно позволила ему свободно побывать там, куда при ином раскладе он мог бы и не попасть. Но как ни увлекательно было это путешествие в иное время и на другую планету — ему всё-таки безумно хотелось вернуться в Англию, в своё поместье, чтобы можно было облегчённо вздохнуть и сказать себе, что их миссия с Себастьяном окончена. Демон прекрасно понимал своего юного хозяина и его лихорадочное нетерпение перед отлётом. Он уговаривал его ещё немного потерпеть. — Вы образцово вели себя все эти долгие месяцы, мой лорд, — говорил он ему. — По сравнению с этим сроком подождать вам осталось совсем недолго. Мы выполнили с вами великое дело, и я уверен, Её Величество Виктория по достоинству оценит ваши усилия. — Но и твои тоже, Себастьян, — решил быть справедливым Сиэль. — Без тебя я бы не справился. Ты отлично помогал мне. — Это мой долг, — поклонился тот. — Как дворецкого семейства Фантомхайв. Все пэты в Эос грустили, что Сиэль вскоре покинет их. Глаза девчонок, влюблённых в прекрасного гостя с планеты Земля, постоянно были на мокром месте. Они старались хоть напоследок провести рядом с ним как можно больше времени и попросту изводили его своим присутствием. Если бы не его длительный опыт общения с Элизабет Мидлфорд — вряд ли бы он справился с таким прессингом девического внимание. И всё-таки он каждый раз старался отыскать себе какое-нибудь неотложное дело и поскорее покинуть Салон. Сиэль и Себастьян следили за погрузкой многочисленных контейнеров. Себастьян общался с учёными-генетиками, стараясь уяснить последние нюансы в вопросах медицинских изысканий. Они ещё раз побывали в клинике пластической хирургии, ознакомившись с ней более детально, побывали на различных промышленных и энергетических объектах. Часто их сопровождал в этих поездках кто-нибудь из Блонди — Ясон, Рауль, Гидеон или же сам Айша. Было подготовлено большое количество документов со схемами и чертежами, объясняющими принцип действия тех или иных механизмов. По возвращении графа и Себастьяна на Землю Англию определённо ждал техническим бум. Хандэр должен был лететь вместе с ними. Вначале «Меркурий» собирался отправиться к Келлусу, где на орбите владыке планеты предстояло пересесть в челнок, который вернёт его в столицу Риссау. …Рауль, Сиэль, Себастьян и Хандэр, сопровождаемые группой биотехнологов, поднялись по трапу корабля, сопровождаемые взглядами Блонди и ещё несколькими представителями элиты из башни Эос. Поскольку «Меркурий» в прошлый раз опустился в космопорте Округа Сасан, то старт был оттуда. «Эрос» же Катце по прилёте с Келлуса находился в космопорте Танагуры, оттуда он и должен был стартовать. Ему надлежало пристыковаться к «Меркурию» ко времени включения прибора перемещения и до момента выхода из гиперпространства. После выключения прибора корабль Катце мог быть отстыкован и продолжить полёт к Земле в обычном пространстве своим ходом. Отлетающих послов Земли снова издалека приветствовала толпа жителей Мидаса, валом поваливших в космопорт, узнав о сегодняшнем старте «Меркурия». Они выкрикивали слова прощания, прыгали, махали руками, звали их назад на Амой. Себастьян, улыбнувшись, помахал им рукой в ответ, Сиэль низко поклонился, вызвав новый взрыв восторженных криков. — Вас здесь полюбили, — заметил Хандэр, тоже улыбаясь и махая рукой на прощание. Он поймал долгий красноречивый взгляд Орфея и послал ему воздушный поцелуй. Конечно, все решили, что этот поцелуй адресован мидасцам. Остановившись перед входным люком, Сиэль и Себастьян ещё раз окинули взглядом простирающийся за космопортом Мидас. Перевели глаза на провожающий их Синдикат. — Спасибо за всё! — громко сказал Себастьян, и Ясон Минк кивнул, слегка улыбнувшись. Все слова прощания были давным-давно сказаны. Рауль первым вошёл в люк, за ним последовали остальные. Сиэль бросил ещё один прощальный взгляд на небо Амой и подумал о том — как давно он уже не видел небо Земли. Они испытали невероятные приключения, перенесли множество испытаний, но теперь ему хотелось дать себе небольшую передышку от всех этих межзвёздных путешествий. «Надеюсь, теперь наш перелёт завершится благополучно», — подумал он, пока люк за ними закрывался.