Умершие на болотах

06-го августа Проснувшись, я сразу удивился необыкновенной тишине, так несвойственной этому дому: не было слышно ни потрескивания огня в печи, ни цокающего звука кошачьих лап по деревянному полу, ни приветливого голоса знахарки, и даже окна были плотно затворены. Привычный завтрак ждал на столе, я поднялся и стал одеваться – всё так же тихо. Обойдя дом, я нигде не нашел ни хозяйки, ни, что особенно удивило меня, её питомца. Обоих будто никогда не существовало, так вдруг пусто стало вокруг. Рискнув позавтракать, я присел в ожидание. Если сегодня в моей еде и был яд, знахарка права, он прекрасен на вкус. Но не успел я задуматься над последними событиями, как был окликнут...котом. Это, конечно, вздор и коты не умеют выговаривать наши слова хотя бы в силу своих анатомических особенностей, но его мяв так отчетливо относился ко мне, что я не мог сомневаться – он звал именно меня. И чем ближе я подходил к нему, тем скорее животное отбегало назад, после чего вновь присаживалось и нетерпеливо мяукало, ожидая меня: таким образом мы вышли из дома. Как мне удалось заметить, кот не собирался останавливаться на достигнутом и предлагал пойти дальше. Говорят, бог любит троицу: отчего бы смерти не предпринять третью за ближайший месяц попытку прибрать меня к себе, на этот раз уговаривая, пойти по болотным топям за черным котом девушки-отравительницы? Подумать только, как, должно быть, на том свете пекутся о моей благополучной кончине, что раз от раза её потенциальный способ становится всё интереснее! От мыслей, что кто-то большой и властный вместо занятия своими делами, ломает голову над возможностью омертвления именно господина Печорина, во мне зашевелилась та смешная гордость, которая порой просыпается в ребенке, напроказничавшем больше своих сверстников и оттого получивший большую трепку от матери, но и оставшись куда более довольным самим собой. Следуя за своим пушистым проводником, я в очередной раз поразился, как с такой непринужденной ловкостью можно было шнырять по полосе естественных препятствий, выстроенных природой буду нарочно, чтобы отваживать незваных гостей, не знающих и не умеющих правильно обращаться с ней. Нельзя было не заметить, как поразительно маневренность черного зверька походила на изящество девушки, недавно водившей меня совершенно таким же способом. Увлекаясь этим сравнением, я совсем доверился коту, не следя за дорогой, как вскоре заметил, что тот более уж не убегает, а ждет меня, заявляя всем своим видом: «пришли!». Я подошел к питомцу моей, как теперь можно было без лишних сомнений утверждать, возлюбленной и почесал коту за ушком. – Ну и куда нам идти теперь? – спросил я, кажется, всерьёз ожидая ответа. Кот замурлыкал и стал тереться о мои ноги, что, как я сумел разобрать, обозначало его симпатию. В последний раз что-то мяукнув и блеснув на прощание зеленью глаз, животное скрылось в кустах. Прекрасно – я заманен в чащу леса котом! Однако, только зверек исчез из виду, мне стала понятная причина, заставившая его удалиться так поспешно – совсем близко слышался топот лошадиных копыт и запыхавшийся мужской голос, бранивший коня. Прошло не больше пяти минут и передо мной предстал средних лет мужчина, неладно скроенный да крепко сшитый. Подъезжая ко мне, он еще едва переводил дыхание, а взмыленная лошадь под ним плелась, с трудом делая каждый новый шаг. По такому виду и охотничьему ружью род занятий всадника угадать оказалось не трудно. Я как мог расспросил его, не знает ли он, как поскорее добраться до домика посреди болот, где жила моя знакомая, а тот долго не понимал, о чем я, а после задумчиво ответил: – Да, утонула какая-та молодая девушка в этих болотах, да уж давно, лет десять назад. Не найдешь ты её больше. А никакого домика в этом лесу отродясь не было. Да и будет вряд ли. Я спросил, не помнит ли он как выглядела эта девушка – он помнил. Напрасно уговаривал я себя не верить в очевидное сходство, ведь описываемая им была точь-в-точь моя знахарка с разницей только в том, что с момента его истории прошло не меньше десяти лет, а по описанию она должна была ничем не измениться. Я поинтересовался, не было ли у неё черного кота, за что охотник только обругал меня за дурацкие вопросы. – Экая забава, девушку он посреди болота встретил – мужчина хрипло посмеивался надо мой, очевидно, не веря ни единому слову – Уснул где-то под багульником и насмотрелся во сне всякой глупости. Надо же девушку здесь, ха-ха. В этот момент где-то за воротом кителя я почувствовал зуд и, к очередному сюрпризу, я вытащил оттуда небольшой пучок той соломы, что служила моим матрасом в последнее время. Видимо, завалилась случайно, пока одевался. Ничего не сказав об этом охотнику, я пихнул солому в карман и последовал за ним, не имея проводника лучше. Вскоре к собственному удивлению, я обнаружил, что все мои немногие вещи были при мне, хотя следуя за котом я вовсе не собирался их брать. Так я перебрался из дома знахарки к охотнику, надеясь, впрочем, что новое моё соседство продлится недолго.