ГОСПОДАРЬ

Валанхан, замок Кунсо, 1731 год

      Понимание того, что вчера он перебрал с алкоголем и наговорил лишнего, врывается в его сознание в самые первые секунды пробуждения. Тэхён открывает глаза, рассматривая каменную стену напротив кровати, и тяжело вздыхает. С трудом помнится, что именно он говорил Господарю, но, скорее всего, что-то ужасно неприличное. Аромат сандала никак не желает уходить из его лёгких. Ему требуется пара мгновений, чтобы понять причину: альфа находится позади него. На одной его руке, как выяснилось, Тэ лежит, а другая покоится на его груди. Хоть они и были в одежде, принц чувствует, как осознание того, что за спиной сам Чон Чонгук прижимается пахом в районе ягодиц, возбуждает и будоражит в нём что-то неизведанное.       Выбираться из плена его рук не хочется совершенно…       Развернувшись к нему лицом, Тэхён припадает к мускулистой груди, касается лбом ложбинки между ключицами и тянет носом.       Ох уж этот сандал! Он сводит с ума в буквальном смысле слова! Принц глубоко вдыхает аромат, ставший уже чем-то неизбежным и постоянным, и трётся щекой, невесомо касаясь кожи. Чонгук шевелится, чувствуя движение, прижимает к себе Тэхёна и касается губами его макушки.       Он бы лежал так вечность…       Тэ затихает, словно птенец, притворившись спящим. Кажется, он сделал что-то лишнее. Прикрыв глаза, принц пытается задремать, но в таком скованном положении это довольно проблематично.       — Доброе утро. — Его голос бархатный, с лёгкой хрипотцой.       — Почему мы снова в одной кровати? — шепчет Тэ, всё ещё прижимаясь к нему.       — Наверное, потому, что кое-кто меня об этом попросил… — смеётся Чон.       Тэхён резко дёргается, но сильные руки удерживают его.       — Мне нравится обнимать тебя, — довольно шепчет мужчина и вздыхает.       — Я не мог просить о таком! — возмущается Тэхён. — Не настолько я был пьян!       — Мне хоть и неведом твой запах, но касаться губами твоей белокурой макушки — одно наслаждение. Эти волосы словно шёлк… — Кажется, Господарь совершенно не слышит его слов.       Он слишком близко…       Запредельно.       В горле уже першит от сандала, а в голове шумит. То ли с похмелья, то ли от этого альфы. Спать в одежде — такое себе удовольствие, особенно в обтягивающих брюках. А ещё в них отчётливо проглядывает предательское возбуждение: снизу всё будто огнём горит, растекаясь горячей лавой по всему телу.       — И всё же… я не мог просить вас остаться, это просто невозможно!       — Правда? — усмехается Чон. — А ничего, что это не твоя спальня, а моя?       — Что?! — Тэхён всё же выпутывается из плена его рук и смотрит по сторонам.       Комната действительно отличается: она гораздо больше и обстановка шикарнее, а аромат сандала буквально впитался в стены…       — Ты сказал, что в твоей спальне слишком холодно. Я не мог оставить принца замерзать в одиночестве! — притворно сокрушается Чонгук.       — Вы… Вы снова воспользовались ситуацией! — возмущённо шипит он.       — Разве я делаю по отношению к тебе что-то запретное? Только исполняю все твои просьбы. — Чонгук закидывает руки за голову, переворачиваясь на спину.       Взгляд принца падает на его пах, и он понимает, что возбуждение накрыло не только его. Правда, Господарь, кажется, этого совсем не стесняется, а даже откровенно демонстрирует. Краска заливает лицо Тэхёна, и он стыдливо прячет его в ладонях.       — Альфа не должен спать с омегой до свадьбы… Даже в одежде!       — Всё только по обоюдному согласию, — пожимает плечами Господарь.       Принцу хочется вскочить и немедленно покинуть спальню, но тогда он и своё возбуждение покажет, которое предательски распирает брюки.       «Позорище какое!»       Тэхён старается смотреть куда угодно, только не на Чонгука, но взгляд снова возвращается к нему. Он кажется довольным и счастливым.       — Вам так нравится меня смущать? — выдыхает Тэ.       — Я ещё даже не начинал, — смеётся Чон. Он скользит взглядом по его сонному лицу, спускается к шее, замечая, что рубашка расстегнулась больше положенного, облизывает губы и снова улыбается. — Знаешь, а в моих покоях ещё никто не ночевал, сюда вообще запрещено входить кому-либо, кроме нескольких куннё и моего сангона.       — Даже Хёнджину? — неожиданно выпаливает Тэхён, мысленно проклиная себя за излишнее любопытство.       — Даже ему, — отвечает альфа. — А тебя, как я погляжу, сильно волнуют наши отношения?       — Ничуть, — фыркает принц.       — Ну-ну… — хмыкает Чонгук. — Сегодня хорошая погода, поэтому после завтрака можем поехать в город. Я хочу показать тебе кое-что, если, конечно, ты себя хорошо чувствуешь после выпитого.       — В город? — Тэхён не может скрыть интереса. Ему осточертело сидеть в этом Кунсо.       — Да. Только ты и я, — подмигивает мужчина.       — А стража? Вы разве не выходите с охраной? — Перспектива снова быть с ним наедине совсем его не обрадовала.       — Стража не в счёт, я имел в виду нас с тобой.       — И куда мы поедем? — любопытствует принц.       — Расскажу за завтраком. Пойдём, провожу тебя в твои покои.       — Мне что, три года? Хватит за мной ходить! — злится принц. — Я уже изучил замок и прекрасно тут ориентируюсь.       — Как же быстро ты вспыхиваешь… — Чонгук качает головой, наблюдая, как Тэхён резко встаёт и направляется к двери. — Малый зал или большой? — кричит ему вдогонку Господарь.       — Большой… — бросает принц и скрывается за дверью.       «Не хватало мне ещё завтрака наедине!»

***

      — Ваше Высочество! Этот костюм безбожно помят. Вы что, в нём спали? — Шин суетится вокруг него.       — Я мечтаю о купальне, но сейчас нет на это времени, поэтому просто помоги мне привести себя в порядок и не тараторь.       Сангон лишних вопросов не задаёт, хлопоча вокруг Тэхёна.       «Негоже тревожить принца, особенно когда тот не в духе. Неизвестно, что там ночью произошло, но, кажется, он ночевал у Господаря. А это неслыханное дело! Но если спал в костюме, значит, ничего не было…»       — Подбери мне одежду для поездки в город. Я не знаю, как у вас тут на Севере принято выходить в люди, хотя плащ всё закроет, скорее всего, — произносит Тэ, сбивая мужчину с мыслей.       Умывается тёплой водой, задумчиво чистит зубы, любуясь красивым пейзажем за окном: конюх выпустил лошадей на небольшой огороженной леваде недалеко от стен замка, где они прогуливались, наслаждаясь свежим воздухом. Среди них Тэхён замечает и вороного коня Чонгука. Он сильно отличается от остальных: красивый и статный, а ещë самый быстрый и резвый.       — Как вы смотрите на такой вариант? — Шин раскладывает тёмно-коричневый костюм и бусую рубашку с небольшим жабо.       — Не слишком ли? — Тэхён смотрит скептически.       — Нет-нет, что вы! Это сейчас на пике моды, ткань везли с самого Фреута! — начинает тараторить омега.       — Ну хорошо, — вздыхает принц, снова чувствуя, как его наряжают против воли. Но в городе нужно выглядеть достойно.       В голове немного шумит, но в целом терпимо. Тэхён спускается, следуя по коридору в большой зал. Рука ложится на его талию неожиданно, но очень по-хозяйски. Чонгук, кажется, поджидал его здесь. Облачённый во всё чёрное, он невероятно красив. Принц даже замедляет шаг, скользя взглядом по его лицу и груди, что обтянута мягкой кожей жилета. Этот альфа слишком самоуверен и заносчив, он прекрасно знает о том, как выглядит. Вот только его мало интересует собственный внешний вид: он смотрит лишь на одного человека, не замечая никого вокруг.       — Я прошу вас, уберите руку с моей талии, — шипит Тэхён.       — Ни за что! — усмехается Господарь, входя в помещение.       Тот факт, что эти двое вчера ушли и Чонгук так и не вернулся, говорит о многом. Но никто не ожидал, что они и на завтрак заявятся вместе.       — Доброе утро, — обращается ко всем Чонгук, лично отодвигая стул для принца.       Тэхёну ничего не остаётся, как делать вид, будто бы так и должно быть. Он тоже здоровается и покорно садится, после чего разворачивает матерчатую салфетку на коленях, дожидается, чтобы куннё налил ему чай, и смотрит на Феликса. Кажется, тот только и ждал, когда их взгляды пересекутся, потому что всем своим видом сигнализирует, что им срочно нужно переговорить.       — Мы поедем в город, — сообщает Чонгук Юнги и Намджуну. — Нужно проверить торговые суда перед отправкой и верфи, а ещё наведаться в синг за податью.       — Сделаем, не переживай. Сезон дождей окончен. Может, рванём на охоту, пока нет снега? — предлагает Намджун.       — Хорошая идея! Нужно сообщить оружейникам, чтобы подготовили всё необходимое.       — А мне можно на охоту? — неожиданно оживляется Тэ.       Чон оборачивается и, глядя на принца, что-то прикидывает в уме.       — У тебя есть опыт в подобных делах? — интересуется он.       — Если бы не было, неужели я бы стал спрашивать? — Принц начинает заводиться.       — Тэхён отличный стрелок, — подаёт голос Феликс. — Я бы сказал, что лучший из тех, кого я видел.       Тэ благодарно смотрит на друга, а Чонгук удивлённо изучает принца. Он не омега и не альфа, но взял от каждого понемногу: утончённые черты лица, грация, стройное, соблазнительное тело и невероятная красота сочетались с какой-то необыкновенной внутренней силой и стойкостью. Ему снова удалось его удивить.       — Хорошо, мы что-нибудь организуем, — неуверенно соглашается Чон, слушая разочарованный вздох Намджуна, который явно хотел совсем другую охоту. Омегам там не место.       Тэхён и сам не знает, зачем напросился. Но природа Валанхана его завораживает. Она разительно отличается от той, что в Сумантре, поэтому очень хочется исследовать лес, изучить как можно больше, прежде чем он покинет эти земли.       — Ты пьёшь только чай, может, стоит отложить поездку? Тебе нехорошо? — спрашивает Господарь.       — Что? Нет! — слишком быстро отвечает Тэхён.       — Тогда поешь нормально: мне не очень хочется снова ловить тебя в обмороке.       Принц хмурится, но выбирает какой-то пирог с мясной начинкой и демонстративно откусывает маленькую часть. Чонгук, глядя на такое повиновение, расплывается в широкой довольной улыбке. Видимо, Тэхëну и правда очень хочется выбраться из замка.       В силу того, что Хёнджину ещё не позволяют сидеть за общим столом, его место занимает Намджун. Феликс, находясь рядом с ним, не может проглотить ни кусочка — настолько нервничает и опасается с его стороны каких-то непонятных действий. Прошлый вечер он запомнит надолго. После того как принц покинул зал, Ли тоже поспешил в свои покои, стараясь остаться незамеченным. Но не тут-то было! Этот медведь вырос словно из-под земли, шагая рядом с омегой. Если учитывать, что у Феликса в целом было не так много опыта общения с альфами, тем более с воинами такого высокого ранга, он в ужасе молился всем богам, чтобы добраться до своих покоев.       — Не верится, что под ногами твёрдая поверхность, — усмехнулся Ким.       — Когда мы плыли сюда больше двух недель, я думал, меня будет качать всю оставшуюся жизнь, — сказал омега.       — Вы плохо переносили плавание, я совсем не видел вас на палубе, особенно после того случая, — произнёс мужчина, уже жалея, что напомнил о том инциденте в трюме.       Большие карие глаза были наполнены слезами, в них стоял немой ужас. Когда Намджун подошёл к омеге, он отполз к стене, отчаянно мотая головой, и выставил вперёд дрожащую руку, останавливая мужчину.       — Эй, я не враг тебе, слышишь? Не бойся! — тихо сказал Ким, присаживаясь рядом.       — Не трожьте! — Парень вздрогнул, когда плеча коснулась чужая рука.       Его трясло от страха и той кровавой сцены, которую он наблюдал только что. Понимание, к кому именно в плен они попали, ворвалось в сознание так стремительно, что не хватало воздуха. Омега рвано дышал, вытирая слёзы. Тот факт, что этот Господарь успел вовремя и насилия не случилось, вовсе не значил, что кто-то другой из его воинов не захочет сделать это вновь.       — Давай я выведу тебя на верхнюю палубу, нечего здесь сидеть, — сказал альфа.       Феликс растерянно взглянул на него, неуверенный, что стоит ему доверять. Но мужчина тепло смотрел и терпеливо ждал, когда он успокоится.       — Хорошо… — Ли шмыгнул носом и попытался подняться.       — Ты можешь идти самостоятельно? — поинтересовался Ким.       — Да, я… Они не успели ничего сделать, — дрожащим голосом говорит омега.       — Вот и славно. Забудешь, как страшный сон, — успокаивал его воин.       — Да, этот путь дался мне нелегко. — Он качнул головой.       Они дошли до покоев Феликса и остановились.       — Был рад пообщаться, поздравляю с победой над Трибетом, — быстро проговорил Ли, желая поскорее скрыться в спальне, но его руку перехватили, разворачивая к себе.       — Я бы хотел извиниться… — нависая над омегой, тихо сказал Намджун.       — За что? — Феликс вжался в стену, желая исчезнуть вовсе.       — За ту ситуацию в гавани, когда я схватил вас.       — Ах, это! — Парень принялся нервно жевать губу.       — Вы заслуживаете лучшего обращения. — Мужчина перехватил его руку и коснулся губами внутренней части запястья, глядя омеге прямо в глаза. — Добрых снов, Феликс. — Он оставил его у двери и зашагал обратно по коридору.       — Добрых… — прошелестел ошарашенный парень, скрываясь в спальне. Поднёс дрожащую руку к носу, ощущая нотки бергамота на коже.       В ту ночь он почти не сомкнул глаз и даже отправился в покои Тэхёна, что находились совсем в другом конце Кунсо. Но это не остановило обеспокоенного омегу: ему было одиноко, хотелось всё обсудить и просто полежать рядом, как в былые времена. Правда, Тэ там не оказалось, а сонный Шин, выглянувший из своей комнаты, сообщил, что принц так и не пришёл ночевать. Это его сильно обеспокоило, но явиться на порог к самому правителю Валанхана он бы ни за что не решился.       Когда Феликс увидел Тэхёна целым и невредимым, у него сразу отлегло от сердца. Наблюдать за Господарем и принцем было весьма интересно. Между ними постоянно шла какая-то незримая борьба, где кому-то приходилось то и дело склонять голову. Вот и сейчас, глядя, как демонстративно Тэ жуёт этот пирог, Феликс едва сдерживает смех.       Чон Чонгук управляет им очень ловко, но и Тэхён не отстаёт. Отчего создаётся впечатление, будто эти двое ведут какую-то особую, им одним известную игру…

***

      Чонгук стоит у выхода, наблюдая, как принц нетерпеливо ждёт, когда ему подадут плащ. Не удосуживается даже завязать тесьму, направляясь на улицу.       — Нет, так не пойдёт, — улыбается Чон. — Стой… — Он снова заботливо накидывает на него капюшон, не спеша затягивая бант. Всё это время неотрывно смотрит ему в глаза, восхищаясь их невероятным цветом.       — Мы поедем верхом или в повозке? — спрашивает Тэ.       — Верхом. Кони уже ожидают нас, — отвечает Господарь.       Они следуют к конюшне, где слышится нетерпеливое ржание и топот копыт о мостовую. Завернув за угол, Тэхён видит коня какого-то удивительного цвета: кремовая шерсть лоснится на солнце, слегка переливаясь серебристым оттенком. Подходит ближе, смотря на шелковистую гриву и голубые глаза. Воплощение силы, строптивости, природной красоты, грации и благородства. Принц никогда не видел ничего прекраснее. Протягивает к нему раскрытую ладонь и касается морды.       — Привет, — шепчет он.       Конь шумно фыркает, раздувая ноздри, и нетерпеливо бьёт копытом. Тэ улыбается, глядя на животное, и поворачивается к Господарю.       — Какой у вас удивительный жеребец! — восхищённо произносит принц. — Не видел его раньше.       — Верно… Потому что его доставили только вчера. Он твой, Тэхён, — мягко говорит альфа.       Безусловно, дорогими подарками наследника Сумантры, скорее всего, не удивишь. Поэтому Чонгук долго думал, что же такого подарить принцу, чтобы поразить его. Когда он наблюдал, с какой любовью тот относился к Сину, понял, что конь его точно обрадует. Найти жеребца изабелловой масти было ох как непросто! Но когда Чон увидел его вживую, то понял, что не прогадал.       Они были похожи друг на друга. Даже глаза одинакового цвета. Свободолюбивые бунтари. Красивые до потери пульса…       — Мой? — ошарашенно переспрашивает принц.       — Мне кажется, вы поладите. — Господарь подходит ближе и тоже гладит коня.       — Спасибо, конечно, но не стоило, ведь я…       Мужчина перебивает его, накрывая ладонью чужие пальцы.       — Это меньшее, что я пока могу дать, Тэхён… — шепчет Чон.       Принц прекрасно понимает, что спорить с Господарем бесполезно. Но свой восторг при виде такого невероятного животного скрыть просто не в состоянии. Поэтому решает насладиться общением с ним, пока он ещё в Валанхане.       Чонгук помогает ему оседлать красавца-жеребца, хоть принц мог справиться и сам, но перечить после такого подарка не возникает желания. К нему хочется прикасаться, гладить и любоваться бесконечно долго его грацией и красотой. И как Тэхён ни силится, его губы расплываются в счастливой улыбке.       Это весьма неожиданно и очень приятно.       Безусловно, в Сумантре он не знал ни в чём отказа, но все подарки, сделанные королём и его приближёнными, были не от души, а просто для галочки. Сейчас же принц отчего-то расчувствовался, понимая, что этого коня Господарь выбирал лично, ассоциируя его с ним.       Управлять им на удивление легко. Они будто чувствуют друг друга, словно единое целое. Тэхён по-настоящему наслаждается поездкой. Стражники едут верхом спереди и сзади, выдерживая дистанцию, чтобы не мешать им.       — Придумай ему имя, — говорит Чонгук.       — Асан, — с улыбкой произносит принц.       Господарь одобрительно кивает, устремляя волевой взор вперёд. Его конь слишком мощный по сравнению с другими, но очень ему подходит. Такой же статный и красивый.       Они едут по безлюдной дороге, где по обеим сторонам простирается лесная гуща. В воздухе пахнет хвоей и смолой. Тэхён оглядывается, замечая шустрого бельчонка, скачущего с ветки на ветку.       Хоть и невероятно холодно для южанина, но всё же природа Валанхана потрясала своей красотой, просторами, лесами и особым пьянящим воздухом. Солнце сегодня расщедрилось, лаская путников тёплыми лучами. И Тэхёну вспомнились слова Юнги о том, что для него это лучшая пора.       В этом и правда есть нечто особенное.       — Долго добираться до города? И почему Кунсо в таком отдалении? — спрашивает Тэ.       — Мне очень понравилась эта скала. Может, и неудобно, что замок правителя не в Лагосе, а чуть дальше, но мне плевать. Я люблю уединение, личное пространство и свободу.       — Ага, особенно личное пространство, — усмехается принц.       — Ты просто являешься его частью, — добавляет альфа.       — Это вы так решили, не я… — вздыхает принц.       — Обычно мои решения неопровержимы, — твёрдо заявляет Чонгук. — Сейчас будет дорога через поле. Не желаешь прокатиться наперегонки и проверить свой подарок в деле? Конюх его объездил, так что…       У принца загораются глаза, можно было бы повредничать и отказаться, но уж очень захотелось проверить Асана. Он опытный наездник, поэтому совершенно не переживает, что может не справиться, тем более чувствует этого скакуна, как никого другого. Руки в чёрных кожаных перчатках слегка ослабляют поводья, даруя небольшую свободу, тело кренится вправо, колени и лодыжки передают импульс на ступни. Конь чувствует, что от него хотят, переходя с рыси на галоп.       Тэхён срывается первым, не давая альфе опомниться. Дорога довольно резко сворачивает вправо, открывая впереди невероятный простор. Ветер свистит в ушах, капюшон слетает с головы, глаза слезятся, но принц не обращает на это никакого внимания. Он получает настоящее удовольствие! Где-то позади слышится топот копыт и крик Чонгука: «Стой!» Тэ не сразу понимает, почему Господарь так тревожно кричит, а когда соображает, липкий страх пробирается к нему под кожу. Асан, чувствуя, что от него ждут чего-то невероятного, пускается в карьер. Тело животного ритмично сгибается в пояснице, а задние ноги выбрасываются к передним. Управлять им становится невозможно, поэтому остаётся надеяться, что он не сбросит наездника со спины. Принц прижимается к лоснящейся шее и мысленно просит его успокоиться.       «Тише… тише…»       И он слышит, точнее, понимает, что всадник не боится его, а наоборот, чувствует всем телом. Они давно ускакали вперёд и потеряли основную дорогу, но Тэхёна порадовало, что конь перешёл на рысь, затем на спокойный шаг, а потом и вовсе остановился, шумно фыркая. Тело болит от перенапряжения, можно уже спешиться, но Тэ не торопится.       — Молодец, мальчик! — похлопывая его по тёплому боку, радостно говорит принц.       — Слезь с него немедленно! — рычит подоспевший сзади Чонгук.       — С чего бы это? Сами же говорили, что мы поладим! Вот и прокатились с ветерком! — усмехается Ким.       Господарь спрыгивает на землю, подходит ближе и протягивает руку.       — Спускайся, я сказал! — строго отрезает он. И во взгляде его столько злости, что принц нехотя повинуется. Сильные руки подхватывают его под мышки и резко ставят на землю. Тэхён хмурится и смотрит на альфу со всем своим недовольством, но удивлённо округляет глаза, когда эти же руки прижимают его к себе. — Ты хоть понимаешь, как напугал меня?! — выдыхает Господарь. Его голос немного дрожит, что не укрывается от Тэ.       Этот мужчина обнимает его так крепко, словно давно искал и вот наконец нашёл. Принц снова упирается ладонями ему в область груди, но отталкивать не спешит. И желание сказать какую-нибудь колкость почему-то разом отпадает. Альфа трётся носом о его щёку и рвано вздыхает.       — Ты с ума меня сведёшь! — шепчет он. — Я точно поседею раньше времени!       Тэхён прикрывает глаза, чувствуя, как биение его сердца наконец немного приходит в норму. Он ни за что не признается, как сильно напуган. Вдыхает уже такой привычный аромат сандала и кладёт голову ему на плечо.       — Простите, я и сам не ожидал, — тихо произносит принц.       — Больше ты на него не сядешь, — нервно говорит Чонгук.       — Что? Нет! — Тэхён отстраняется, умоляюще глядя ему в глаза. — Вы же только подарили его мне!       — Я не буду его забирать, — улыбается Господарь. — Но кое-кого нужно хорошенько объездить! — Он смотрит ему прямо в глаза, и Тэ не сразу понимает, что речь о коне, а не о нём, отчего щёки заливает стыдливый румянец.       — Значит, поездка в город отменяется? — разочарованно вздыхает он.       — Отчего же? Поедешь со мной на Каюне. — И альфа подталкивает его к своему коню.       — С вами в одном седле? Издеваетесь? — вспыхивает Тэ.       — Отнюдь. Или разворачиваемся обратно… — пожимает плечами Чон.       — А как быть с Асаном? — Тэхён кивает на коня.       — Один из стражников отведёт его обратно в Кунсо.       Добраться до Лагоса и посмотреть, как живут северяне, безумно хочется. Принц толком и не был нигде, кроме Сумантры, а здесь был совсем другой мир. Может, он потом будет вспоминать это как увлекательное приключение…

***

      Когда Тэхён согласился ехать вместе с Чонгуком, то совсем не ожидал, что это будет так…       Возбуждающе.       Он сидит спереди, сунув ноги в стремена и ухватившись за поводья, как и сказал Господарь. Альфа прижимается к нему сзади максимально близко, фиксируя одну руку у него на животе, а другую на локте, немного контролируя управление. Мало того что они оба слегка подпрыгивают от движения коня, так ещё это тесное трение чужого паха о собственные ягодицы заводит неимоверно. Самое ужасное, что Тэ чувствует его нестерпимое желание, горячее изнывающее тело позади себя и не может нормально соображать. Хочется выгнуться в пояснице и ощутить нечто большее, чем просто прикосновения через ткань.       Сумасшедше близко…       Тэхён облегчённо выдыхает, когда впереди появляются очертания Лагоса. Это хоть как-то отрезвляет его разум, потому что всё происходящее выглядит неправильным и постыдным.       Чего не скажешь о Господаре. Кажется, альфа получает истинное удовольствие от поездки и благодарит строптивого коня, что вынудил принца пересесть к нему.       Столица такого и не видывала, точнее, её жители, что сегодня имели честь приветствовать Господаря. Ни разу правитель Валанхана не упоминал никого, кто мог бы стать ему парой. Поэтому, когда прошёл слух, что с Юга был привезён омега невероятной красоты, да ещё и принц Сумантры, которого скрывали до самого совершеннолетия, народ возликовал. Их Чон Чонгук был достоин семейного счастья и любви.       Поэтому, завидев на вороном коне сразу двух всадников, тесно прижимающихся друг к другу, горожане не могут скрыть радости.       — Господарь пожаловал! — восклицают они и чуть слышно ахают, с восхищением глядя на принца.       То, что это и есть тот самый наследник Сумантры, ни у кого сомнений не вызывает. Экзотическая внешность и невероятная красота омеги приковывают взгляды людей. Они с восторгом смотрят, как нежно придерживает его правитель, всем своим видом демонстрируя, кому именно тот принадлежит.       — Пусть процветает ваша любовь! — кричит булочник.       — Какие красивые детки будут! — слышится за спиной.       Чонгук чувствует, как напрягается Тэхён после этой фразы.       — Не обращай внимания, — шепчет ему на ухо альфа, обжигая горячим дыханием.       Тэхён решает никак не комментировать это и продолжает разглядывать строения и самих жителей, приветственно кивая некоторым. Дома здесь тоже сильно отличаются от тех, что были в Сумантре. Оно и немудрено: в Валанхане климат суровее, поэтому стены делали толще, а крыши более покатыми, чтобы не скапливался снег. Его удивляет, как их встречают. Особенно Господаря… Видно, что народ любит и уважает своего правителя, а значит, истории о его кровожадности и деспотичном характере снова терпят крах. То, с каким трепетом он относился к принцу, говорило о его выдержке, воспитании и неравнодушии. Этот альфа действительно хотел показать ему совсем другого Чонгука. И чем больше проходило времени, тем сильнее начинал сомневаться Тэхён.       — Когда мы были в Юфире, зашли перекусить в местную таверну, я и не знал, что ваш народ так любит острую еду, — усмехается Чон. — Чуть не умер от пожара во рту!       — Представляю это зрелище, — смеётся Тэхён. — На самом деле я не люблю специи, поэтому в Цири-Ёса у меня был личный повар. Но мне нравится, как готовят в Кунсо, такая кухня мне по душе.       — Мы сейчас направляемся в моё любимое место, нас уже ожидают, — добавляет Чонгук.       Дальше едут молча: каждый размышляет о чём-то своём. Принц любуется столичными улочками и сетует, что с ним нет Феликса. Вот уж было бы с кем обсудить местную моду на меха животных, сам город и много чего другого.       — Мы приехали, — неожиданно сообщает Чонгук и спешивается с коня, протягивая руки к принцу.       — Я в состоянии и сам спуститься, — начинает противиться Тэхён.       — На нас смотрят люди, хватит уже. — Господарь бросает на него строгий взгляд.       А народ и правда повытягивал шеи, наблюдая, как правитель помогает принцу, бережно ставит его на мостовую и заботливо поправляет плащ. Они что-то говорят друг другу: красивый омега хмурится, а Господарь смеётся, мягко подталкивая его к входу в харчевню. По периметру выстраивается часть стражников, а несколько входят вслед за ними внутрь.       В помещении тепло и очень уютно, с потолка свисают причудливой формы масляные лампы, связки перца, бордового лука и чеснока. Интерьер хоть и грубый, но разбавлен множеством незначительных деталей, что делает его каким-то особенным. А ещё здесь потрясающие ароматы готовящихся блюд. Тэхён только сейчас понимает, как сильно проголодался. Им предлагают расположиться за столом, вежливый омега суетится вокруг таких важных и ценных гостей.       — Как дела, Сиюн? — интересуется Чонгук.       — Всё прекрасно, Господарь. Я бы сказал, лучше всех! — счастливо улыбается мужчина.       — Ну вот и славно! Мы проголодались, так что неси всё, что приготовил, — подмигивает альфа.       — О-о! Я трудился с самого утра, как только гонец сообщил, что вы прибудете с будущим супругом, подобрал ваши любимые блюда. Сейчас принесут закуски и вино, не буду мешать! — Он низко кланяется и удаляется в кухню.       — Меня так и будут все считать вашим омегой? — вспыхивает Тэхён.       — Да, пока я не сообщу, что это не так, — пожимая плечами, отвечает Чон.       — Это просто невыносимо! — качает головой Тэ. — И неправильно!       — Неправильно противиться тому, что ты чувствуешь, Тэхён.       Принц ничего не отвечает, наблюдая, как молодой парнишка расставляет закуски на столе и разливает домашнее красное вино. Он украдкой поглядывает на наследника Сумантры, с удивлением отмечая светлый цвет волос и голубые глаза. Весть о диковинной внешности королевского омеги и его необыкновенной красоте разлетелась уже по всему Лагосу. Но видеть его так близко — это что-то невероятное.       — Благодарю, — мягко обращается к нему Тэхён и улыбается.       Счастливый парень кланяется несколько раз, что-то смущённо бормоча, и скрывается.       — Ты его очаровал, — откидываясь на спинку стула, произносит Чон.       — Я ничего не делал, — бубнит он.       — Вот именно, что тебе и делать ничего не нужно. Мне кажется, ты даже не осознаёшь, насколько красив. — Господарь откровенно любуется им, отпивая глоток вина.       — Моя внешность только мешает… Будь я самым обычным, может, не оказался бы в вашем плену. — Принц сокрушённо вздыхает.       — А мне кажется, тебе очень даже хорошо, — смеётся Чонгук. — Особенно в плену моих рук по ночам.       — Прекратите! — В его глазах вспыхивает ледяное пламя.       На столе появляются основные блюда, и альфа пододвигает к Тэхёну глиняный горшочек.       — Попробуй, это я готов есть каждый день! — говорит мужчина.       Принц осторожно подцепляет вилкой кусочек и отправляет в рот, который тут же заполняется ярким вкусом.       — М-м-м, что это? — Он прикрывает глаза от удовольствия.       — Кап-ху — традиционное блюдо Валанхана: в сливочном соусе запекается картофель, нежное мясо перепелов и белые грибы.       — Я никогда не пробовал белые грибы… Это не опасно? — уточняет Тэ.       — Нет, так что наслаждайся. — Господарь с удовольствием наблюдает, как принц уплетает его любимое блюдо, и радуется, что оно пришлось ему по душе. — А что тебе нравится больше всего?       Тэхён замирает на секунду, задумываясь, и его лицо озаряет улыбка.       — Шоколад! — сообщает он.       — Неожиданно, — смеётся Чонгук. — Сладкоежка, значит?       — Да. Сладости — моя слабость… — вздыхает Тэхён.       — А хотелось бы, чтобы твоей слабостью был я, — усмехается Господарь.       Принц поднимает глаза и смотрит внимательно на мужчину перед собой. Он слишком привлекателен, чтобы оставаться равнодушным и не замечать этого. В глубине души Тэ признаёт, что самоуверенность этого альфы ему нравится. Каким бы строптивым принц ни был, Чонгук не желает отступать.       — Ты не носишь украшения, что я выбрал для тебя, — с грустью отмечает Чон.       — Мы не в тех отношениях, чтобы я принимал такие подарки.       — Но коня принял, — смеётся Господарь.       — Это исключение. Я очень люблю животных… Таких коней нет даже в Сумантре, где вы его достали?       — Изабелловая масть довольно редкая. Мне пришлось сильно постараться, чтобы найти такого красавца в столь короткий срок.       — Надеюсь, с ним всё в порядке и его отвели в Кунсо.       — Не переживай, стражник за него головой отвечает, — подмигивает ему Чон.       На удивление, им удаётся ещё поболтать на отвлечённые темы, не провоцируя друг друга. Чонгук много говорит о Валанхане, а Тэ с интересом его слушает. Они покидают харчевню и отправляются пешим ходом по центральной улице Лагоса, чем вызывают небывалый переполох среди жителей и местных торговцев. Тэхён останавливается у одного из прилавков, разглядывая серебряные украшения. Они простые, совершенно не под стать королевской особе, но принц заостряет своё внимание на одном из них: на длинной цепи свисает кулон в виде руки, держащей жемчужину. Оно напоминает ему Цири-Ёсу… Изящные пальцы крутят изделие, а потом нехотя отпускают.       Они ещё долго бродят по улочкам, пока Чонгук делится местными легендами и историями из собственной жизни. И стоит отметить, что рассказчик из него отменный. Это весьма неожиданно, потому что Тэхёну думалось, что Господарь — один из самых немногословных людей в Кунсо, не считая Юнги. А оказалось, что у него ещё и искромётный юмор: он приправлял свои рассказы шутками, чем вызывал неподдельный смех принца.       «Кажется, лёд немного тронулся», — думает Чонгук, утопая в голубых озёрах его глаз.       Они снова едут вместе в одном седле. Это невероятно неудобно и тесно, но Чонгук, ощущая впереди себя соблазнительные ягодицы, в буквальном смысле сходит с ума. Его воображение рисует самые пошлые картинки, а тело бурно реагирует на всё происходящее. И Тэхён всё это чувствует, но сказать об этом Господарю стыдится. Ещё и потому, что сам наслаждается этой вынужденной близостью. Внутри всё заворачивается в тугой узел, возбуждение готово достигнуть максимального пика от такого трения сзади, да ещё и аромат сандала добавляет масла в огонь. Какая-то гремучая смесь. И впервые Тэхён допускает мысль, что если бы сейчас Чонгук коснулся его там, то он бы не оттолкнул руку и позволил бы делать с ним что угодно.       Невыносимо…       — Мы можем… можем дойти до замка пешком? — хрипло просит принц.       — Да уже почти приехали, — шепчет на ухо альфа.       — Пожалуйста, — выдыхает Тэ, осознавая, что лучше это немедленно прекратить.       Чонгук понимает всё правильно. Реакция их тел говорит сама за себя. Если бы Тэхён только попросил, он бы доставил ему неземное удовольствие прямо в седле. Но принц ещё не готов, поэтому снова отрицает очевидное.       Он хочет его так же сильно, как и Господарь.       — Хорошо, — усмехается Чон, спешиваясь с коня.       В паху неприятно тянет от возбуждения, которое так и не нашло разрядки, но ему становится неловко, когда взгляд падает на растерянное лицо принца. Господарь пытается помочь, но Тэхён уже спрыгивает с лошади, быстро направляясь к замку. Альфа догоняет его и хочет что-то сказать, но его перебивают.       — Не говорите ничего, ясно?! — качает головой принц.       — Тебя злит, что я так на тебя действую? — Господарь не может скрыть довольной улыбки.       — Моё тело — предатель! Вот что! — зло выкрикивает Тэ.       — Ты лишаешь себя удовольствия, — спорит с ним альфа.       — Вот уж спасибо! — фыркает он.       — Ничего, я терпеливый. Дождусь, когда ты сам попросишь.       — Мечтать не вредно!       Они подходят к главным воротам замка, которые тут же отворяются, впуская их. Тэхён идёт размашистым шагом, преодолевая расстояние слишком быстро.       — Да стой же ты! — Чонгук хватает его за локоть, удерживая.       Принц разворачивается, смерив альфу уничтожающим взглядом.       — Лагос — красивый город, — произносит Тэхён. — Благодарю за такую прогулку и за Асана тоже.       — Хватит злиться, — примирительно говорит Чонгук.       — Больше никаких совместных поездок в седле, ясно? — цедит принц.       — Хорошо, если только…       — Никаких «если»! — перебивает его Тэхён и скрывается в замке быстрее, чем Господарь успевает ещё что-то произнести.       Альфу отвлекает Юнги, который влетает в ворота и спрыгивает с коня слишком резво, направляясь к нему. Он явно чем-то озадачен, отчего Чонгук сразу напрягается, опасаясь дурных вестей.       — Что стряслось? — тут же спрашивает он.       — В меня стреляли, — со злостью выпаливает Мин.       — Как? — Чон округляет глаза от удивления.       — Идём. — Он тянет Господаря в замок, и они исчезают в кабинете, предварительно прикрыв за собой дверь.       — Рассказывай! — нетерпеливо просит Чонгук.       — Мне удалось увернуться. — Юнги достаёт из складок плаща серебряную стрелу с витиеватыми узорами и кладёт на стол.       — Но кто посмел? Ты успел увидеть? — Чон берёт стрелу и крутит в руках. — Слишком короткая для лука.       — Нет. Скорее всего, она выпущена из арбалета, — предполагает альфа.       — Кому понадобилось лишать тебя жизни?       — Мы многим перешли дорогу: завоевали все близлежащие земли, укрепив границы Валанхана. Можно было бы гадать бесконечно, правда, есть одно но…       — Какое?       — На стреле есть знак айсира. Этот человек точно знает о моём далёком прошлом и пришёл за мной из самого Зейна…