ГОСПОДАРЬ

Валанхан, замок Кунсо, 1731 год

      С того момента в Кунсо все только и шепчутся, что между Господарем и наследником Сумантры произошло нечто ужасное. Оба не появляются в большом зале уже второй день. Но не оттого, что проводят время вместе, а потому, что каждый страдает в одиночестве у себя в покоях. Феликс приходил уже много раз и пытался поговорить, но Тэхён лишь твердил, что всё в порядке и скоро они уедут домой. Проблема была в том, что обратно Ли уже не хотелось, поэтому такое решение принца его очень огорчило.       — Ну что случилось? Скажи мне, пожалуйста! — Друг забирается на кровать и пытается поймать его отрешённый взгляд.       — Ничего, правда. Просто устал и хочу поскорее уехать… — тихо говорит Тэхён, задумчиво уставившись в окно.       — Но ты выглядел таким счастливым, когда вы отправлялись на охоту. Что он сделал? Я переживаю, Тэ! — Феликс никак не отстаёт.       — Не хочу об этом говорить и вообще вспоминать. — Он смаргивает слёзы и тут же пытается их вытереть рукавом халата. Яростно смахивает предательскую влагу с лица, оставляя красные следы на щеках.       — Чонгук взял тебя силой? Я его убью! Прокрадусь ночью в покои и прикончу этого мерзавца! — Омега хватает подушку и вымещает всю злость на ней, демонстрируя, что ждёт Господаря.       — Если бы… — горько усмехается Тэхён. — Никогда не думал, что понятие «взять силой» окажется куда лучше, чем то, что он сделал.       В памяти невольно всплывает момент, когда полуобнажённый принц осознал, что привязан к изголовью кровати. Ощущение ярости и стыда от собственной беспечности вновь накрывают его.       Ли меняется в лице, берёт друга за руку и наклоняет голову.       — Ты меня пугаешь, Тэ! — шепчет Феликс.       — Этот мужчина просто меня унизил и растоптал. Ненавижу! И видеть его не могу! Буду сидеть здесь, пока нас не отправят обратно, — шмыгая носом, говорит Тэхён.       — Вообще, он тоже не появляется в большом зале вот уже второй день. Намджун говорит, что его не вытащить из покоев.       — Вот пусть и сидит там! — зло цедит принц, утыкаясь лицом в подушку.       — Давай выбирайся из своей раковины! Таким затворничеством только проявляешь слабость. Я не узнаю Ким Тэхёна! Ты ли это? — подначивает друг.       — Боюсь, что придушу его при первой же встрече, — шипит Тэхён.       — Если Господарь и правда так тебя обидел, устрой ему «весёлую» жизнь! — Феликс подмигивает и замечает, как уголки губ у принца чуть подрагивают, растягиваясь в улыбке. — Ну вот! — Он хлопает его по плечу. — Другое дело!       Чонгук не подозревал, что способен так захворать не телом, а душой. И что может быть настолько паршиво. Альфа продолжал мысленно корить себя и буквально пожирал изнутри, постоянно думая, как теперь подступиться к принцу. Намджун с Юнги пытались загрузить его неотложными делами. Чон трапезничал в гордом одиночестве в малом зале, решал вопросы, связанные с правлением Валанхана, а потом вновь скрывался в покоях. Дважды останавливался у спальни Тэхёна и хотел войти, чтобы поговорить, но так и не решился, понимая, что тот совсем не готов его слушать, да и что он мог сказать в своё оправдание?       В покои без стука влетает сангон, упираясь ладонью в дверной косяк, и пытается перевести дух. Видно, что бежал быстро, чтобы сообщить нечто важное.       — Ваше Величество! Как вы и просили, докладываю: принц спустился на ужин, — тараторит мужчина.       — Вот как? — оживляется Чонгук. — Благодарю, Юхо.       — Вам помочь собраться? — участливо спрашивает сангон.       — Нет, можешь идти, — бросает он коротко.       Войдя в большой зал, Господарь, конечно же, обращает внимание, что место рядом с ним пустует. Было глупо надеяться, что Тэхён займёт его. Тем не менее он всё равно рад его видеть, поэтому, заметив светлую макушку рядом с Феликсом, невольно улыбается, следуя к столу.       — Добрый вечер, — произносит Чон, усаживаясь, и тут же натыкается на ледяной взгляд принца.       Он смотрит в самую душу, слегка надменно и с немым укором. Неторопливо пригубив вино, отставляет кубок и облизывается. В зале повисает звенящая тишина, а напряжение, которое витает в воздухе, кажется, можно резать ножом.       Тэхён собирался на ужин с желанием довести Господаря до белого каления и был уверен, что тот, узнав о его появлении, тут же примчится. Но смотреть на правителя Валанхана, который с виноватым видом взирал на него в ответ, оказалось весьма непросто. Под его глазами залегли тени, которые говорили о бессонных ночах, а потухший взгляд немного поубавил спеси у принца. И тем не менее сдавать позиции было не в его правилах.       Он поворачивается к Намджуну и мило улыбается, вкрадчиво спрашивая:       — Я бы хотел прокатиться к морю завтра утром. Не составите мне компанию?       Хан-рас замирает, глядя на него, а у Чонгука желваки играют под кожей.       — Боюсь, это не в моей компетенции, — хмыкает Ким, переводя взгляд на Господаря, который щурится, пытаясь определить ход мыслей Тэхёна. Он явно хочет вывести его на эмоции, но Чон лишь улыбается, откладывая серебряные приборы в сторону.       — Отчего же? — медленно произносит Чонгук. — Поезжай. Принц очень любит совместные поездки верхом, желательно на одном коне… — подмигивает внезапно вспыхнувшему от злости Тэ.       Намджун непонимающе переводит взгляд с одного на другого, явно не желая участвовать в их кознях.       — Хённи, после ужина загляни ко мне в кабинет, — повернувшись к омеге, мягко просит Чон.       Теперь очередь Хвана смотреть с недоумением на Господаря, но, когда он накрывает его руку своей, чуть сжимая, понимает, к чему тот клонит. Просит о помощи, смотрит хитро, а в глазах мольба.       — Конечно, Чонгук-а, — елейно улыбается омега.       Феликс таращится на этих четверых, понимая, что всё катится куда-то не туда, поворачивается к Тэхёну, а тот лишь презрительно фыркает и со злостью пилит ножом кусок мяса. Несмотря на то что он знал про отношения Господаря и Хёнджина, такое общение действительно задевает. Внутри закипает неконтролируемая ревность и злость, скрывать которую довольно проблематично. Чон бьёт прямо в цель, но не он первый начал эту игру.       — Не психуй так, — шепчет ему Феликс. — Ты слишком очевиден.       — Да плевать! — раздувая ноздри, шипит он в ответ. — «Чонгук-а»! — театрально изображает Хвана. — Тьфу… — Тэхён отбрасывает салфетку и направляется к выходу.       — Дошутился? — цокает Намджун. — Догоняй теперь.       Альфа не спеша встаёт из-за стола, ласково треплет Хённи по волосам, наклоняется и шепчет: «Спасибо!» — а омега лишь расплывается в улыбке и подмигивает. Хёнджин и сам не ожидал, что одна его фраза сможет так взбесить наследника Сумантры.       В коридоре принца нет. Куннё молча кивают в сторону холла, где Тэхён надевает плащ.       — Куда опять собрался на ночь глядя? — скрестив руки на груди, спрашивает Господарь.       — Подальше от всего этого… — подбирает слова.       — Цирка? — усмехается Чон.       — Именно. Спасибо, что напомнил! — соглашается принц, накидывая капюшон.       — Никуда ты не пойдёшь, — спокойно говорит Чонгук, разворачивая его к себе.       — Я волен делать то, что хочу и когда хочу, — выплёвывает Тэ, пытаясь вырваться.       — Ещё добавь «с кем хочу»… — слегка встряхивая, подсказывает альфа.       — В точку! И убери от меня руки! — Тэхён снова дёргается.       Куннё испуганно смотрят на перепалку, выглядывая из-за двери, но тут же скрываются, натыкаясь на испепеляющий взор Господаря. Такого в Кунсо ещё никто не видывал: этот принц творил всё, что ему вздумается, а правитель, кажется, готов был терпеть любые его выходки.       — Если я сказал, что ты никуда не пойдёшь, значит, так и будет, — резко говорит Чонгук, сжимая его предплечье.       — Мне больно, — шипит Тэхён, прожигая взглядом.       — Поговорить не хочешь? — чуть тише произносит Чон, ослабляя хватку.       — Не о чем мне с варварами разговаривать! — зло выкрикивает принц.       — А вот мне с дикарями есть о чём. — Альфа тянет его в сторону кабинета, под ногами маячит обеспокоенный Син, который прибежал на крики хозяина.       — Пусти, я сказал! — Тэхён с силой дёргает руку.       Но Чонгук уже завёлся. Этот несносный принц ведёт себя просто невыносимо! Он толкает его в кабинет, захлопывает дверь, поворачивая ключ в замке, и убирает в нагрудный карман.       — Кажется, сюда не тот омега попал, Чонгук-а! — саркастично кривляется Тэ.       — Это кто у нас тут такой ревнивец? — усмехается Господарь.       — Много чести! — фыркает тот и отходит подальше на безопасное расстояние.       — Самый настоящий дикий ревнивец. — Чонгук крадётся к нему, словно хищник, и улыбается. — Ты абсолютно не умеешь скрывать эмоции. Весь как на ладони…       — Как же ты меня раздражаешь! Зря я пришёл на ужин! — Принц закатывает глаза и пятится назад.       — Так уж сильно? — притворно сокрушается Чонгук.       — Невыносимо! — нервно произносит Тэхён. — Не приближайся! — Он выставляет вперёд ладонь.       — Давай поговорим. — Чон останавливается, понимая, что принц и правда очень зол и напряжён.       — О чём? — хмыкает Тэ.       — О том, что случилось. Я виноват… — Господарь вздыхает, пытаясь сформулировать дальнейшую фразу.       — Я хочу домой. Как можно скорее. И решения своего не изменю! — на одном дыхании выдаёт принц.       Чонгук замирает и прикрывает глаза, сжимая кулаки. Он всё же надеялся, что не услышит этих слов.       — Значит, выйдешь за Хосока? — цедит альфа.       — За кого угодно выйду, хоть за конюха, лишь бы тебя больше никогда не видеть! — Каждым словом он ранит, словно острым кинжалом, причиняя боль.       — Замужество из мести, значит… — вспыхивает Чон, чувствуя внутри нарастающую злость.       — Я бы назвал это освобождением. Ты просил месяц, осталось не так много дней, и не надейся, что передумаю! — холодно говорит Тэхён.       Господарь подходит ближе, яростно сверкая тёмными глазами. Принц играет с огнём, делая такие заявления. Уж ему ли не знать, как относится альфа к правителю Мавай?       — Тебе не кажется, что ты уже перегибаешь?! — гневно восклицает он.       — Всего лишь говорю правду. — Ему бы замолчать, но колкие фразочки так и вылетают из его уст.       — Ещё скажи, что любишь его! — выпаливает Чонгук, заранее предполагая, каков будет ответ.       — Влюблён и очарован, — театрально произносит Тэ, прикладывая ладони к груди.       Улыбка медленно сползает с его лица, потому что, судя по всему, он и правда довёл Господаря до белого каления. Альфа разворачивается и сметает со стола всё содержимое. Листы, аккуратно уложенные в стопку, веером разлетаются по полу, а чернила тёмными брызгами окропляют важные бумаги. Чонгук тяжело дышит, отвернувшись от него. Видно, что изо всех сил борется со своей яростью.       — Уходи, — тихо говорит Господарь, сдерживаясь из последних сил.       — Что? — Тэхён даже опешил от такой реакции.       — Не желаю больше слушать весь этот бред! — устало произносит альфа.       — Я… — Принц не успевает договорить, потому что Чонгук разворачивается и смотрит на него уже совсем другими глазами — с ноткой безразличия и пренебрежения. Такая разительная перемена всего за пару минут вводит принца в ступор и лишает дара речи.       — Я. Тебя. Услышал. Хочешь замуж за Хосока — будь по-твоему, — монотонно чеканит альфа.       — Вот и… прекрасно, — дрожащим голосом шепчет Тэхён и шумно сглатывает комок, застрявший в горле.       — Когда корабль будет готов, я сообщу, — равнодушно произносит Чон, разворачивается и направляется к выходу. Дёргает ручку, позабыв, что сам же и закрылся на ключ, нервно поворачивает его в замке и молча покидает кабинет, громко хлопнув дверью напоследок.       Принц вздрагивает, оставшись один в полумраке, и неотрывно смотрит, как масляная лампа в углу тускло мерцает танцующим огоньком. Медленно сползает по стене и закрывает лицо ладонями, тихо всхлипывая. Тэхён добился чего хотел: Господарь отправит его домой в ближайшее время. Но тогда почему так больно и обидно от его слов? Разве этого он желал на самом деле?       Чонгук стоит, прислонившись спиной к двери, и слушает, как плачет принц. Снова довёл его. В который раз… Но с ним иначе никак. Только такими сильными эмоциями можно всколыхнуть то, что он прячет так глубоко, сам отказываясь в это верить.

***

      Вуа Хонг застаёт его в кабинете, когда Чонгук заполняет новую кипу бумаг из синга, потому что прошлые были безнадёжно испорчены.       — Господарь, добрый день! Вы не заняты? — спрашивает он.       — Занят, но заходи, — машет Чон рукой.       — Вы меня вызывали? Что-то с принцем?       Чонгук встаёт, подходит к лекарю вплотную, хватая за лацканы пиджака, и слегка встряхивает.       — Вы сказали, что она наступит через три-пять дней! — испепеляя взглядом, цедит он. — Но нас накрыло гораздо раньше, в охотничьем доме.       — Течка? Она случилась? — радостно восклицает Хонг, не обращая внимания на злость правителя.       — Представьте себе! Нежданно-негаданно… — с досадой хмыкает Чон, вспоминая гневные крики Тэхёна.       — Вы же справились? — радостно уточняет лекарь.       — Да… Но какой ценой! Теперь принц меня ненавидит. Сколько ещё ждать до окончательного перехода? Почему нельзя просто пойти и рассказать всё как есть?! — начинает заводиться Чонгук.       — Было важно, чтобы всё прошло естественным путём: гамма должен добровольно захотеть близости, во время которой и появится запах. Вот тогда и случится окончательный переход в омегу. Но, судя по всему, вы разругались, причём довольно сильно, — предполагает мужчина.       — Это мягко сказано… Он был в ярости, что я ему отказал. Счёл это унизительным и теперь видеть меня не желает, собираясь покинуть Валанхан как можно скорее. Сомневаюсь, что ему захочется добровольной близости после всего случившегося, — нервно произносит Господарь, расхаживая по кабинету.       — Плохо дело… — задумчиво говорит Хонг. — Всё может затянуться на неопределённый срок.       — Поздно. Я уже сказал, что отправлю его обратно… — устало произносит Чонгук. — Всю душу он мне вымотал!       — Вы что, хотите бросить всё на половине пути? Это на вас не похоже, Ваше Величество! Дайте мне с ним поговорить, я попытаюсь разложить всё по полочкам с точки зрения лекаря. Иначе он никогда к себе не подпустит.       — Но вы же говорили, что вмешиваться нельзя… — Чон озадаченно смотрит на мужчину.       — Придётся рискнуть, — вздыхает Хонг.       — Это ему не навредит? — Чонгук смотрит с подозрением. Меньше всего ему хотелось, чтобы Тэхён как-то пострадал. При всём желании быть с ним он бы не стал подвергать риску его здоровье.       — Не уверен. Но попробовать стоит, — говорит лекарь.

***

      После полудня приходит Вуа Хонг. Ставит свой ларец на тумбочку и внимательно изучает принца, который сидит с книгой на кровати, закутавшись в одеяло.       — Как самочувствие, Ваше Высочество? — спрашивает мужчина.       — Уже нормально, но было не очень, — вздыхает Тэ.       Он описывает лекарю свои ощущения в подробностях. Начиная от головокружения, заканчивая странным состоянием эйфории и возбуждения, которое накрыло его в лесу.       — Мне необходимо вас осмотреть. — Мужчина надевает очки.       — Хорошо… — покорно соглашается Тэхён.       Спустя почти час, когда Хонг делает записи и закрывает потрёпанную книгу, он внимательно смотрит на принца.       — Я действительно восхищён его силой выдержки, — произносит лекарь.       — О чём вы? — Тэхён округляет глаза.       — Ваше Высочество, у вас была течка, и нужно отдать должное Господарю, что он вас не тронул тогда.       — Что?! — Тэхён медленно садится, изумлённо уставившись на него.       Вуа Хонг снимает очки и трёт переносицу, снова надевает их и смотрит уставшим взглядом на принца.       — Сейчас я расскажу вам всё. От начала и до конца. Потом можете задавать любые вопросы, — произносит лекарь.       — Хорошо. — Принц весь подбирается и замирает в напряжённом ожидании.       — То, что у вас до двадцати одного года не было течки и собственного аромата, вовсе не значит, что вы какой-то не такой, — произносит Хонг, а Тэ лишь прищуривается, не понимая, к чему он ведёт. — Вы что-нибудь слышали о гаммах? — спрашивает мужчина.       — О ком? — Принц удивлённо моргает.       — Помимо альф и омег, существуют ещё и гаммы. Правда, встречаются они крайне редко. Многие не доживают до совершеннолетия, потому что мало кто знает, как у вас всё устроено.       — «У вас»? Это у кого? — Тэ округляет глаза.       — Вы гамма, Ваше Высочество. — Лекарь смотрит на растерянное лицо принца и берёт его за руку, чтобы немного успокоить.       — Это что ещё за шутки? — Тэхён нервно усмехается, потрясённо качая головой.       — Гамма может стать как альфой, так и омегой. В зависимости от того, кто будет его истинным. Судя по тому, что у вас случилась течка, мои предположения подтвердились.       — Какие? — Принц почти не дышит, пытаясь переварить услышанное.       — Господарь и есть тот самый, кто пробудил в вас омегу. — Лекарь выставляет вперёд ладонь, останавливая Тэхёна, который так и не успел огласить свой вопрос. — Всё не так просто… Дослушайте до конца.       Тэхён сидит, внимательно вникая в детали, иногда изумлённо кивает, но в итоге в его сознании всё вырисовывается в довольно понятную картинку.       — Получается, всё это время Чонгук знал правду? — переспрашивает принц.       — Да, — произносит Хонг.       — Но почему он мне ничего не рассказал? — Тэхён никак не мог этого понять.       — Я запретил, настаивая на том, что вы сами должны созреть для этого. Господарь в подробностях знает процесс перехода из гаммы в омегу. Ваша течка — это лишь первый этап. Случись в это время проникновение, то могла произойти трагедия. — Хонг приводит в пример ситуации, которые смог найти, когда гаммы погибали.       — Чонгук связал меня… — тихо говорит Тэ. И только теперь осознаёт, почему он так сделал.       — Что? — удивляется лекарь.       — Привязал к кровати и вышел. Я думал, что он просто ненормальный, понимаете? Мне казалось, Господарь так решил отомстить за мою строптивость. Как же я ругался, до сих пор горло саднит! — Тэхён заливается краской от стыда.       — А на самом деле оберегал, — улыбается мужчина.       — Получается, от самого себя… — озадаченно тянет принц, вспоминая, как Чонгук целовал, как ласкал, но не позволял зайти дальше.       — Совершенно верно. — Лёгкий кивок.       — Вчера я заявил, что хочу уехать и выйти замуж за правителя Мавай. Как же это его разозлило, вы бы видели! — Он прикрывает глаза и вздыхает.       — А чего вы хотите на самом деле? — вкрадчиво спрашивает Хонг.       — Я и сам не знаю! Вы меня сейчас просто огорошили…       — Подумайте хорошенько, прежде чем принимать скоропалительные решения, — мягко просит лекарь.       — Но я же ещё не совсем омега? Какой следующий этап? — спрашивает Тэхён, нервно теребя край одеяла.       — Появление запаха.       — И когда это произойдёт? — нетерпеливо интересуется Тэ.       — Во время близости. — Лекарь внимательно следит за его реакцией.       — О боги! — Принц прячет лицо в ладонях. — Почему всё так сложно? Всю жизнь я думал, что какой-то неполноценный! А получается, что это вовсе не так…       — Именно поэтому вас и скрывали так долго. Думаю, ваши родители прекрасно знали, что их сын — гамма. И ждали, когда организм сам подстроится.       — Погодите, тогда я не могу понять, зачем папа хотел заключить этот союз с правителем Мавай. Он же понимал, что это может меня убить! — удивляется Тэхён.       — Тут два варианта. Либо он решил попробовать — а вдруг бы в вас что-то проснулось при виде Хосока? Или же… король просто не знал таких подробностей.       — А у вас откуда столько информации? Судя по всему, гаммы встречаются крайне редко.       — Мой дед был гаммой, вся наша семья — потомственные травники и лекари. У него целый талмуд записей на эту тему. Он собирал информацию многие годы и записывал, — говорит Хонг.       — Удивительно! — шепчет Тэхён.       — Лишь одно могу сказать, Ваше Высочество… Процесс перехода в омегу почти завершён, но дальше дело за вами, — взяв его за руку, произносит мужчина. — Слушайте своё тело и сердце.

***

      Это в корне всё меняет. Настолько, что принц не может найти себе места, когда лекарь ушёл. Он ходит кругами по спальне и постоянно прокручивает в голове поведение Чонгука, который и правда пытался облегчить его боль во время течки, не подпуская к себе. Но не оттого, что не хотел Тэхёна, а потому что боялся, что сам не сможет устоять и навредит ему. Это связывание действительно было крайней, но единственно правильной мерой для них обоих. И страдал тогда от нестерпимого желания не только принц. Тэ вспоминает эти яростные удары топора после каждых его криков. Мало того что он наговорил ему гадостей в лесу, так ещё и эта неприятная ситуация в кабинете.       «Ох, Чонгук…»       Принц торопливо одевается, не особо заботясь о красоте наряда. Это сейчас кажется таким второстепенным. Поднимается по ступеням, быстро идёт по коридору к покоям правителя, коротко стучит и толкает дверь, но та заперта. Из-за угла выглядывает стражник и кланяется.       — Ваше Высочество, Господаря нет в покоях.       — А где он? — нервно спрашивает Тэ.       — Не могу знать: мне не докладывают.       «Наверное, в кабинете…»       Несётся обратно, стремглав спускается на первый этаж, надеясь застать его там. Снова стучит и дёргает ручку, которая поддаётся. Открыв дверь, Тэхён заглядывает внутрь, натыкаясь на встревоженного Намджуна.       — Добрый день, — тихо говорит он.       — Не такой уж и добрый, — бубнит альфа.       — Почему? — удивляется Тэ.       — Заходи, — приглашает хан-рас кивком.       Тэхён делает пару шагов и замирает у порога, глядя на мужчину.       — Что-то случилось? — испуганно спрашивает он.       — Это у тебя хочется спросить, что такого там у вас произошло, отчего Чонгук сам не свой.       — Мы… поссорились, — тихо отвечает Тэ.       — Видать, ты сильно его довёл, раз он поехал в порт готовить корабль к твоему отъезду в Сумантру, — произносит Намджун.       — Уже?! — Тэхён округляет глаза и растерянно смотрит на альфу, чувствуя, как весь мир уходит из-под ног, рушится, крошится на осколки, утягивая в бездну.       — Тэхён! — Мужчина подбегает, глядя на его побледневшее лицо. — Присядь…       Он наливает ему стакан воды, но руки у парня так дрожат, что держать его не получается. Он прячет лицо в ладонях и сотрясается от беззвучных рыданий.       — Твою омегу! — ругается Намджун, кружась вокруг принца. — Этого мне не хватало!       Мужчина пододвигает стул, усаживаясь напротив, и притягивает его к себе, обнимая и похлопывая по спине.       — Ну, будет тебе! Слезами горю не поможешь. Да и не дам я ему Феликса увезти, ясно?       — А он тут при чём? — всхлипывает Тэ, а потом поднимает глаза на альфу. — Вы что, вместе? — удивлённо спрашивает он, шмыгая покрасневшим носом.       — Пока нет, но я работаю над этим, — с серьёзным видом сообщает хан-рас.       — Когда Чонгук вернётся? — расстроенно спрашивает принц. — Мне нужно с ним поговорить!       — Не знаю. К вечеру, наверное, — пожимает плечами альфа и хмурится, глядя на зарёванного омегу.       Весь день Тэхён места себе не находил, расхаживая по спальне и выглядывая в окно, когда слышался топот копыт. Но каждый раз это был кто угодно, только не Чон Чонгук.       — Что-то долго его нет… — дрожащим голосом шепчет Тэ сам себе.       Сангон тревожно заглядывает каждый час, но он всё время его отсылает, неподвижно застыв у окна.       — Что ж творится-то в Кунсо, святые небеса! — качает головой Шин и скрывается в своей комнате.       Время, когда ещё не стемнело, но солнце уже село за горизонт, самое удивительное. Можно долго смотреть на небо, наблюдая, как быстро оно меняется. Принц столько часов простоял в ожидании, что засмотрелся на это зрелище и пропустил, когда Чонгук проехал по мосту через главные ворота. Вот он спешивается с коня, передавая поводья Каюна конюху, о чём-то переговаривается со стражником и отряхивает плащ, а потом поднимает голову и смотрит на него. Тэхён знает, что альфа заметил его силуэт в свете окна, но не отходит, пока тот не скрывается из виду.       Принц покидает покои и стучится в дверь напротив. Сангон тут же выглядывает, словно крот из норы.       — Да, Ваше Высочество?! — участливо интересуется он.       — Шин, мне нужна твоя помощь… — тихо говорит Тэхён, не скрывая своего волнения.       Лишаться волос на всём теле, кроме головы, оказалось невыносимо больно. Принц лежит в купальне и проклинает своего сангона.       — А без этого никак? — стонет он.       — Это мы ещё до паха не дошли! Терпите, Ваше Высочество! — хлопочет вокруг него Шин.       Его намыли до скрипа кожи и натёрли ароматными маслами. Тэхён хотел надеть что-то красивое, но всё было не то. Психанув, он просто накидывает синий атласный халат, расшитый золотыми узорами, на голое тело и туго затягивает пояс. Суёт ноги в мягкие меховые тапочки и выходит. Стражники всегда стоят по обоим концам коридора, принц минует одного из них и поднимается на третий этаж. Ноги сами приносят его к покоям Господаря, он стучит и опускает ручку, но дверь оказывается заперта. Из спальни напротив выглядывает сангон Чонгука.       — Добрый вечер, Ваше Высочество! — Он кланяется. — Господаря нет здесь.       — Мне нужно попасть внутрь. Можешь впустить? — просит Тэ.       — Конечно. — Мужчина поворачивает ключ в замке и открывает дверь, зажигая лампу. Вновь кланяется и исчезает тенью, стремглав направляясь к Чонгуку.       Тэхён входит и оглядывается. В прошлый раз он с позором бежал отсюда, думая, что никогда больше не войдёт. А теперь пришёл сам… Подходит к кровати и берёт подушку, подносит к лицу, утыкаясь в самую середину. Тут аромат сандала особенно сильный. Принц делает глубокий вдох и трётся щекой о хлопковую ткань. Передвигается по спальне, разглядывая разные мелочи, которых не так много. Чонгук явно не любил захламлять помещения. Подходит к окну и смотрит вверх: большая луна светит прямо на него, а вокруг мириады звёзд, рассыпанных по небесному покрывалу. Тэ улыбается, отмечая потрясающий вид из окна Господаря. Когда щёлкает замок, он замирает и, кажется, даже дышать перестаёт. Шаги за спиной стихают прямо возле него. Надо бы собраться с мыслями и начать разговор, но от волнения холодеют руки, а в горле начинает першить. Тэхён оборачивается и смотрит на Чонгука. Судя по всему, мужчина и сам только из купальни, потому что влажные волосы ещё не обсохли. Смотрит на него внимательно и настороженно.       — Привет, — шепчет принц.       — Тэхён… — Господарь явно хочет начать разговор первым, но Тэ останавливает, укладывая ладонь ему на грудь.       — Когда мы только плыли в Валанхан, ты сказал, что умеешь ждать. И дождёшься, когда я сам к тебе приду… Я тогда чуть не задохнулся от возмущения. — Он невольно усмехается. — Но ты и правда оказался очень терпелив. Беречь и заботиться тоже можешь, как никто другой. — Принц делает паузу, подбирая слова. — Сегодня у меня состоялся разговор с Хонгом. Очень долгий и подробный… Лекарь поведал о гамме и течке, которая случилась в охотничьем домике. Знаешь, я так злился тогда, просто невероятно! Казалось, что мне от этого позора никогда не отмыться. Было чертовски обидно. Я тебе столько гадостей наговорил, совершенно не зная правды. Понимаю, что уже и корабль готов, но…       — «Корабль»? — удивляется альфа.       — Намджун сказал, что ты готовил его сегодня к отправке в Сумантру…       — Обычное торговое судно… Они отправляются на Юг довольно часто.       — Я придушу твоего хан-раса! Так ему и передай! — качает головой принц.       — Как бы ни было, это привело тебя сюда, — улыбается Господарь.       — Не это…       — А что же? — прищуривается альфа.       — Я принял решение, — едва слышно произносит Тэхён, не в силах отвести глаза от его тёмного взора, который так притягивал и завораживал.       — Какое же? — затаив дыхание, спрашивает он.       — Я не хочу никуда уезжать, Чонгук… — шепчет принц, не скрывая волнения.       — Неужели поверил, что я и правда отдам какому-то Хосоку своего маленького дикаря? — Господарь берёт в ладони его лицо, целуя сладкие пьянящие губы, и не верит своему счастью. Ещё пару часов назад он и мечтать о таком не смел, а сейчас его драгоценный принц снова обнимает и отвечает взаимностью. Значит, Хонгу удалось донести всё правильно.       — Ты вчера был весьма убедителен, — тихо произносит Тэ, вспоминая холодный тон альфы.       — С тобой иногда кнут работает куда лучше, чем пряник, но мне бы не хотелось его использовать, — вздыхает Чон.       — Не обещаю быть покладистым, — усмехается Тэхён.       — Направляй свою неуёмную энергию и гонор в другое русло. — Господарь обдаёт его горячим дыханием.       — Кажется, я даже догадываюсь в какое именно. — Тэ снова очаровывает его тем самым взглядом с поволокой.       Альфа изумлённо наблюдает за принцем: тонкие пальцы, дрожа от волнения, дёргают пояс халата, который сползает с плеч, с тихим шелестом падая на пол. В лунном свете его тело будто сияет изнутри. Чонгук смотрит с восхищением, любуясь медовой кожей, выпирающими ключицами и изящными изгибами. Господарь и сам в халате после купальни, поэтому медленно сбрасывает его, обнажаясь полностью.       — Мой альфа. — Принц смущённо улыбается, пробуя эти два слова на вкус, касается горячего живота и шагает пальцами вверх, добираясь до шеи. Этот мужчина потрясающе сложен, тело настолько идеально, что у принца дух захватывает.       — Неужели дождался? — Ему всё ещё не верится в происходящее.       — Да, Чонгук. Я весь твой… — Его поцелуй обжигает губы, а слова клеймом отпечатываются в сознании.       «Мой…»       Сильные руки подхватывают обнажённое тело и несут на кровать. Бережно укладывают, жадно оглаживая плечи, живот и бёдра. Чонгук не может на него налюбоваться. Потрясающе красивого и такого желанного. Ложится сверху, опираясь на локти, и долго-долго целует, сначала нежно и чувственно, а затем страстно и горячо, распаляя в Тэхёне ответное желание. Принц быстро учится, потому что уже целуется так, что у альфы перехватывает дыхание и сбивается к чертям пульс. Его изящные пальцы гуляют по всему телу и царапают кожу на спине… Они лежат нагие и касаются друг друга, и это невероятно возбуждает, буквально стирает последние грани стеснения и скованности.       Уделив внимание шее, Чонгук не оставляет без ласки и соблазнительные соски, наблюдая, как красиво выгибается тело принца от его прикосновений. Он втягивает их по очереди и нарочно задевает зубами, проходясь языком вокруг, снова и снова делает это, слушая нарастающие глухие стоны. Спускается, осыпая живот поцелуями, и улыбается, отметив, что на теле омеги нет ни одного волоска.       «Готовился…»       Добравшись до главного, альфа приподнимает голову, глядя на Тэхёна. Принц лежит с закрытыми глазами, затаив дыхание.       — Красивый, как и весь ты! — шепчет Чонгук, обхватывая член губами.       Ни одному омеге он такого удовольствия не доставлял, а здесь хочется начать именно с этого. Тэ хватается руками за перекладину изголовья и прогибается в пояснице. Язык Чонгука проходится от основания до самой головки, и губы снова его накрывают, опускаясь на всю длину.       С Тэхёном творится что-то невообразимое. Он то распахивает удивлённо глаза, сгорая от смущения и возбуждения, то снова зажмуривается, мечтая о продолжении. Когда чужой палец неожиданно проникает в него, Тэ перестаёт дышать и мгновенно замирает.       — Расслабься, милый… Дай мне сделать всё правильно, и тогда не будет больно, — нежно шепчет альфа, снова лаская его языком.       Весь Ким Тэхён сплошная чувствительность, потому что на каждые прикосновения альфы он реагирует чересчур бурно. Чонгук добавляет второй палец, постепенно растягивая тугие стенки, нащупывает ту самую точку, делает внутри круговое движение и слегка надавливает.       — А-ах! — Тэхён хватает его за волосы, инстинктивно направляя бёдра навстречу.       — Давай же, почувствуй, как может быть приятно, — раздразнивает его Господарь, продолжая двигать рукой.       Смазка у омеги бывает либо во время сильного возбуждения, либо в период течки. Чонгуку важно, чтобы она появилась в достаточном количестве и дальнейшие действия не вызывали никакого дискомфорта у них обоих. Чувствуя влагу на своих пальцах, альфа улыбается, убирает их и касается языком того места, откуда она стекает.       Как же он мечтал попробовать его там… И этот вкус просто необыкновенный! Утончённый, сладко-солоноватый и очень приятный. Приподняв его за ягодицы, альфа припадает к нему губами.       — Чонгук, что ты де… — выдыхает Тэхён, изумлённо глядя на него, и тут же откидывается обратно на спину, утопая в собственных ощущениях. Такого от Господаря он не ожидал. Да и вообще не представлял, что близость с альфой может приносить настолько невероятное удовольствие!       — О боги, какой же ты вкусный! Я с ума схожу! — утробно рычит Чон, проникая языком как можно глубже.       Принц уплывает окончательно. Его качает на волнах блаженства и какой-то нереальной эйфории. Именно этого и добивался Чонгук. Приставив головку к входу, он начинает медленно толкаться, поглаживая его член, после чего Тэ мгновенно напрягается, чувствуя, как неестественно распирает его изнутри.       — Не бойся, слышишь? Я всё буду делать очень аккуратно, — мягко произносит Господарь.       — Хорошо, — растерянно отзывается Тэхён, зарываясь в подушках.       Он слишком возбуждён, чтобы сопротивляться, поэтому закрывает глаза и пытается расслабиться. По ощущениям член у Чонгука действительно внушительных размеров. Он то входит, то снова вытаскивает его, постепенно увеличивая глубину проникновения.       — Если почувствуешь боль, сразу скажи мне, ладно? — просит альфа.       Тэ молча кивает и судорожно вздыхает, смыкая зубы на собственной ладони. Его слишком много внутри, и это так необычно, что он заставляет себя делать очередной вдох. Чонгук входит полностью, чувствуя, как сильно его сжимает Тэхён, замирает, давая привыкнуть к ощущениям им обоим. А затем наклоняется и снова накрывает его губы, толкаясь языком и усиливая поцелуй.       — Что ты чувствуешь? — шепчет Чонгук, кусая его за мочку уха.       — Тебя… Слишком много тебя внутри себя, — рвано выдыхает принц.       — А сейчас? — Он приподнимает бёдра и полностью выходит.       — Опустошение. — Тэхён хватает его за ягодицы и жестом просит вернуться.       — А теперь? — Господарь медленно входит до самого основания.       — Ты во мне, и это так… приятно, — шепчет Тэхён, целуя его в шею.       — Я тоже тебя чувствую. Ты невероятно горячий и узкий внутри. Я дурею от твоего потрясающего тела и такой запредельной близости. Но чтобы продолжить, мне нужно двигаться. Просто расслабься. Поверь, тебе очень понравится.       — Обещаешь? — Тэ сжимает его плечи.       — Доверься мне. — Чон находит его губы. — Слушай своё тело, и всё будет хорошо.       Чонгук утопает в нём, сливается в единое целое, увлекая в танец любви и страсти. Находиться внутри чертовски приятно, что хочется остаться там подольше, но инстинкты диктуют своё. Бёдра плавно двигаются, а руки блуждают по телу, гладят, ласкают и лелеют. Губы осыпают бархатную кожу множеством поцелуев, отчего Тэхён только и успевает ахать и подавлять стоны.       — Я хочу тебя слышать, — рычит ему в ухо Господарь. — Не сдерживайся…       Мужчина садится, поддерживая принца за бёдра. Плавно и не спеша наращивает темп, отчего Тэхён замирает, прислушиваясь к собственным ощущениям. Ему определённо нравится: тело реагирует и само стремится двигаться синхронно. Он то хватает его за руки, впиваясь ногтями в кожу, то цепляется за простыню, собирая её в тугой комок, то за упругие ягодицы, которые ритмично толкаются, вбиваясь глубже.       Чонгук не закрывает глаза, как обычно это делал. Ловит каждый его стон, малейшее движение, считывая все эмоции, которые Тэхён дарит в этот момент. Его принц просто прекрасен, когда отвечает пылко и невероятно взаимно. Альфа мог бы закончить гораздо быстрее, но ему так нравится наблюдать, как под ним сгорает от страсти этот маленький дикарь. Господарь любуется его членом, он действительно красив: увитый тонкой сеточкой вен, которые витиевато огибают ствол и тянутся вверх, к розовой головке, такой нежной и сладкой на вкус. Замечая, как тот подрагивает, как капает с него смазка, мужчина касается его рукой, крепко обхватывает, снова делая круговые движения большим пальцем по чувствительному кончику. От этих действий Тэхён вздрагивает, выгибается в пояснице и буквально сходит с ума.       Его накрывает первая сумасшедшая волна удовольствия, которая проходит от макушки до кончиков пальцев, а затем — вторая и третья… Чонгук творит что-то невообразимое, потому что контролировать себя уже не получается. И тихо стонать тоже. Он рычит, резко двигает бёдрами, насаживаясь до самого основания, и откидывает голову назад. Тэхён чувствует себя с ним одним целым. Чонгук полностью его заполнил, будто и был там всегда. Никакой боли — только чистейшее блаженство.       А потом их обоих уносит куда-то далеко. Тэхён даже не понимает, что случилось, когда всё его тело будто воспламеняется, да так резко, что он распахивает глаза от неожиданности, глядя на Чонгука. Но рука альфы успокаивающе ложится на грудь, а другая продолжает ласкать снизу. И принц отдаётся этому пламени полностью, рвётся вперёд так яростно, сокращаясь внутри и снаружи, что Чонгук лишь рычит в ответ, вбиваясь ещё сильнее.       Как же красиво он кончает…       Мечется по кровати, выстанывает его имя снова и снова, буквально растворяясь в нём. Когда принц громко вскрикивает, Чонгук делает всего несколько движений рукой, лаская его член, и горячее семя выплескивается на живот, а тело продолжает биться в оргазменной агонии. Тэхён всё двигает и двигает бёдрами, сжимая его внутри, пульсируя и содрогаясь всем телом. Господарь выходит в самый последний момент, изливаясь с громким рыком, и опускается рядом совершенно обессиленный.       Альфа не сразу понимает, что произошло… Удивительный аромат окутывает его с головы до ног. Он появляется так неожиданно, что Чонгук ошарашенно осматривается, выискивая подвох. Но нет… Этот чудесный запах идёт исключительно от Тэхёна, который никак не может прийти в себя. Он тяжело дышит и прижимается к альфе, не говоря ни слова.       Чонгук находит его губы и целует долго и нежно, наслаждаясь послеоргазменной негой и купаясь в этом невероятном аромате.       — Маленький мой дикарь… — ласково шепчет Господарь.       У Тэхёна нет сил говорить. Он лишь отвечает на его поцелуи, прижимаясь разгорячённым, влажным от пота телом, обвивая его бёдра своими длинными ногами и соприкасаясь самым сокровенным. Это уже не вызывает никакого стеснения. Не после того, что между ними было. Они лежат так довольно долго, наслаждаясь этим моментом единения, в котором много больше, чем в самом сексе. Сплошная нежность и бесконечная любовь.       Тэ почти задремал, когда Чонгук поднимает голову и смотрит на разомлевшего принца.       — Я даже глаза не могу открыть, — устало бормочет Тэхён.       — И не надо, я просто хочу кое-что сказать, а потом можешь засыпать…       — М-м-м?       — Ты так невероятно пахнешь, что я готов тебя съесть прямо сейчас.       Голубые глаза распахиваются, с изумлением глядя на Господаря.       — Ты слышишь мой аромат? — тут же спрашивает Тэ.       — Я дышу им уже целый час и всё никак надышаться не могу! — улыбается Господарь.       — Лекарь сказал, что вторая стадия перехода — это запах. Я теперь настоящий омега? — Его брови взлетают от удивления.       — Мой омега. — Чонгук целует его, подминая под себя.       — Погоди, какой он? Расскажи! — Тэхён так оживляется, что от сна не остаётся и следа.       — Потрясающий, — восхищённо вздыхает альфа, прикрывая глаза.       — Не вынуждай меня сейчас идти к Феликсу и спрашивать, — заводится Тэ.       — Обожаю тебя злить, — смеётся Чонгук. Он садится и тянет на себя принца, оглаживая его плечи. Принюхивается возле его шеи, снова смакуя аромат, и смотрит на Тэхёна. — Не поверишь, но их два…       — В смысле? — Принц в недоумении.       — Ты же у меня один такой уникальный, самый удивительный и невероятный… И аромата у тебя два. Видимо, один берёт начало от омеги, а другой от альфы.       — А ближе к делу можно? — нетерпеливо ёрзает Тэхён.       — Мёд — это первый. Такой же сладкий, как и ты. Я утопаю в нём, настолько он вкусный, — с придыханием говорит Чонгук.       — А второй? — закусив губу, спрашивает принц.       — Второй — имбирь. Такой же дерзкий и острый, как и ты. Это бодрит меня, будоражит и заводит.       — Значит, мёд и имбирь? — счастливо улыбается Тэ.       — Да. Самое удивительное, что я с детства пью чай только с мёдом и имбирём. Это знают все повара и куннё в Кунсо. Как будто я готовился к этому аромату ещё задолго до того, как его прочувствовать в полной мере. Но никакой напиток с этим не сравнится. Ты настолько вкусный, я просто с ума схожу! — Чонгук берёт его лицо в ладони и чмокает в губы с десяток раз.       — Прекрати, — смеётся Тэ и жмурится.       — Жаль, что мой аромат так тебя раздражает, — пожимает плечами Чонгук.       — С чего ты взял? — восклицает Тэ.       — Ты постоянно морщишь нос.       — Но не потому, что он мне не нравится. Вовсе нет! — Принц прижимается к широкой груди альфы. — Твой аромат с самого начала меня покорил. Я долго сопротивлялся, пытался выбросить его из головы, но это было невозможно.       — Почему же?       — Потому что он повсюду, и я чувствую его не так, как другие. Более ярко. За километр учую, что ты идёшь. А ещё когда мы были в том охотничьем домике и я лежал в твоих объятиях, то буквально утонул в нём. Это было удивительное ощущение. Мне кажется, именно сандал и пробудил во мне омегу.       — Ты хоть понимаешь, что наши мучения закончены? Я теперь с тебя вообще не слезу до конца жизни! — смеётся Чонгук.       — А я не очень-то и против, — увлекая его за собой, говорит Тэ.       В лунном свете два обнажённых тела, окутанные удивительной смесью ароматов сандала, мёда и имбиря, снова любят друг друга…