Темное пламя

      Начало октября 2008       — Толоссы, снять с них штаны и обувь. Остальное я сама сниму, — недобро улыбнулась Феалин и кивнула на Егора, — Этого закрепить на «козле».       Помещение, в котором они находились, было просто бетонной коробкой — просторной, в отличие от погреба, где держали Леста, но тоже практически без отделки. Две кровати без постельного белья, но с усиленной фиксацией, несколько старых БДСМ-станков, столик и кресло в углу, шкафчик с девайсами, крепления в виде крюков и колец на всех поверхностях, несколько больших зеркал на стенах и потолке — комната больше походила на «темницу» для сессий, чем на пыточную. Но Влада и Егора это очевидно не обнадежило — оглядывались они по сторонам в самой настоящей панике.       А когда толосс потянул Егора к девайсу, тот резко замахнулся свободной рукой и обрушил мощный удар ему на шлем. Послышался громкий протяжный звон, робот приостановился на мгновение и тут же снова потянул качка к станку.       Этерийцы расхохотались все втроем.       — Это не в первый раз, — весело сообщила Ровенна властительнице, — Он тупой, что ли: никак понять не может, что все его мышцы — это ничто против техники.       Ровенна, конечно, преувеличила: врезать, когда заставляют что-то сделать против воли — это скорее рефлекс. Но Феалин не посчитала нужным поправлять.       Толоссы — не этерийское изобретение. Этих многофункциональных роботов властительская цивилизация создала за тысячи лет до Этерии. Они были понятливы практически как люди, универсальны тоже почти как люди. И подтупливали тоже прямо как люди. Но разговаривать и в принципе мыслить самостоятельно они не умели — это были почти идеальные исполнители, просто бывало, что они не сразу понимали указания.       Пришлось подождать пару минут, пока роботы раздевали и фиксировали землян, как приказала Феалин: Егора — на станке таким образом, чтобы его «тыл» был доступен, а Влада растянули между полом и потолком, закрепив его ноги тоже — стоять он мог нормально, но движения были почти полностью ограничены. Оба пленника остались только в рубахах и нижнем белье.       Выполнив приказ, толоссы неподвижно встали у стены. Ивер и Ровенна уже расположились на стульях в углу: заключенные теперь были надежно зафиксированы, так что оберегать властительницу не требовалось, но они могли еще понадобиться — Феалин их не отпустила.       Властительница за спиной Егора неторопливо подошла к шкафчику. Влад следил за ней напряженным взглядом, потом его глаза на секунду округлились, и он поспешно отвернулся. Егор же пытался показать безразличие, так что не подсматривал за действиями Феалин. Он просто лежал на валике станка на животе и смотрел в пол, только его руки то и дело сжимались в кулаки, а мышцы всего тела подрагивали от злости и нервозности.       Феалин тем временем выбрала насадку для страпона, не очень большую — в первый раз и такая причинит адскую боль, а разрывы и сильное кровотечение в планы пока не входили. Феалин закрепила насадку, взяла с одной из полок автоматический нож и неторопливо направилась к пленникам. Влад все еще старательно смотрел в сторону и в пол, а в зеркале можно было заметить, как Егор невольно чуть моргает одновременно с каждым ее шагом — с каждым неумолимым стуком железной шпильки по бетонному полу.       Когда Феалин, все еще держась позади и сбоку, коснулась ворота его рубахи, он ощутимо вздрогнул. Властительница с резким щелчком раскрыла нож, заставив Егора снова вздрогнуть всем телом, потянула за ворот сильнее и сделала надрез на ткани, после чего с громким треском разорвала ее руками, обнажая мощную спину. Егор тяжело задышал, Феалин сделала еще пару надрезов на рукавах и, наконец, полностью освободила его от рубахи и кинула ее на пол. После этого подцепила лезвием трусы на бедре — огромное тело снова содрогнулось от неожиданной холодности металла на коже. И от страха, конечно.       Только когда Егор остался полностью без одежды, Феалин обошла его со стороны головы. Тот все это время продолжал смотреть в пол, хотя мог бы наблюдать за ее действиями через зеркало. Но теперь он автоматически поднял взгляд чуть выше и сразу же отпрянул, насколько позволили крепления — прямо у лица оказался фаллоимитатор, реалистичный, хоть и немного ỳже, чем член средних размеров. Он чуть подрагивал, будто бы издевательски — из-за того, что Феалин беззвучно засмеялась над такой реакцией.       Егор снова отвернул голову и зажмурился. Феалин ласково погладила его по голове, проведя пальцами по коротким волосам:       — Возьми его в рот и смочи слюной, — не приказала, а скорее предложила она с легкой улыбкой, — Может, полегче будет.       — Пошла ты… — выдохнул Егор, пытаясь отвернуться еще больше и кривясь от отвращения.       — Что ж, как хочешь, — печально вздохнула Феалин и снова начала неторопливо обходить его, четко постукивая каблуками.       Она была уверена, что стук шпилек скоро начнет вызывать самый настоящий ужас у обоих. А если она оставит кого-либо из них в живых, то им светят флешбэки и панические атаки из-за любой прошедшей мимо девушки на каблуках. Это было бы забавно.       Когда Феалин встала позади, Егор замер словно каменный, а Влад продолжал старательно и стыдливо отводить глаза. Феалин шлепнула Егора по ягодице, потом по второй, развела их, царапнув острыми ногтями, и отпустила. Егор выдохнул сквозь сжатые зубы и снова замер не дыша. Феалин чуть улыбнулась: понимает, что она просто копирует его же действия. Феалин снова развела его ягодицы и приставила кончик страпона к сжимающемуся анусу. Егор издал какой-то звук, не раскрывая рта, словно хотел что-то сказать, но тут же снова затих.       Феалин выжидала, чувствуя смесь ужаса и стыда, исходящую от Егора, и смесь страха и смущения от Влада. Через несколько секунд она скользнула щекочущим движением ногтей по коже ягодиц, а затем крепко сжала пальцами бедра Егора.       Еще одно бесконечное для него мгновение — и Феалин резким движением всадила страпон на всю длину. Егор выгнулся и взвыл. А Феалин снова замерла, не выходя из него.       Егор извивался и орал, насаженный на фаллоимитатор, но нижнюю часть тела не мог сдвинуть ни на сантиметр — Феалин плотно прижималась к его ягодицам и крепко держала его бедра руками. Наверное, он сейчас чувствует себя так, будто его на кол посадили.       Через пару минут Егор чуть успокоился, опал на валик станка и стал стонать сквозь зубы. Влад за это время умудрился даже немного отвернуться всем телом, несмотря на то, что был жестко зафиксирован между полом и потолком и растянут как струна.       — Вот я и лишила невинности твою дырочку, — с улыбкой проговорила Феалин и склонилась пониже, почти легла на спину Егору, а рукой нащупала его вялый член и слегка помяла его в пальцах, вызывая протестующее мычание и новую попытку пошевелить нижней частью тела, чтобы увернуться от этих прикосновений, потом шепнула, — Как ощущения, куколка?       — Блядь… — простонал сквозь зубы качок, но ничего больше не посмел сказать.       Феалин в зеркале было видно, как он весь покраснел от напряжения и стыда, даже вены на висках проступили, а на лбу блестели капельки пота. На секунду их взгляды все-таки встретились, и Егор тут же отвел глаза. Его губы кривились от боли и унижения, а Феалин слегка улыбалась одним уголком рта.       Потом она выпрямилась и чуть обернулась:       — Дайте-ка мне сигарету.       Ровенна тут же вскочила со стула с улыбкой, полной энтузиазма, и подала императрице сигарету, а потом поднесла огонек зажигалки к ее кончику. Феалин аккуратно затянулась и хмыкнула:       — По-моему, уже лет тридцать не курила. Впрочем, и сейчас не собираюсь, — и с этими словами прижала тлеющую сигарету к ягодице Егора.       Тот опять заорал и задергался на страпоне, сам себе делая только больнее.       «Лест обычно даже не кричал, когда сигареты тушили об его тело…»       — Продолжим, куколка? — уточнила она, бросив сигарету на пол. Один из толоссов сразу ожил, чтобы подобрать ее и выкинуть в урну.       Егор только зашипел вместо ответа. Феалин снова впилась ногтями в его бедра и начала поступательные движения — быстро и резко. Егор дергался, орал, выл, рычал, потом начал хрипеть, сорвав голос. По его пунцовым щекам побежали невольные слезы. Что ж, теперь он не только знает, как это больно, но может быть, еще и поймет, что Лест — не такая уж плакса, как Егору наверняка казалось: слезы текут сами из-за сильного перенапряжения и боли.       Немного устав через несколько минут, Феалин остановилась. Происходящее вызывало моральное удовлетворение, но физически не возбуждало. Да и возбуждение было бы лишним, так что вибрацию властительница не использовала и поэтому страпон сейчас практически не ощущала.       Когда Егор услышал стук шпилек сбоку от себя, он вскинул голову и непонимающе воззрился на Феалин.       — Я его в тебе оставила, — объяснила та, сразу поняв этот изумленный взгляд, — Удобно, да? — добавила она с широкой улыбкой, потом повернулась к Владу, — А теперь твоя очередь, красавчик.       Влад раскрыл было рот, но кинул взгляд на Егора и снова закрыл. Его приятель только что орал просто оглушительно, но все-таки вынес это без унизительных просьб о пощаде. Так что Влад очевидно пытался не отставать в плане стойкости и тоже сохранить какие-то остатки достоинства. Но Феалин и не ставила себе цель заставить их умолять, хотя была уверена, что рано или поздно они не выдержат. Она просто показывала, каково это — быть жертвой жестокого и унизительного насилия. Мольбы, извинения, раскаяние — это все неважно. Ведь на искреннее раскаяние они не способны. Они просто должны познать ощущения.       Снова взяв нож, Феалин подступила к Владу со спины и прижалась к ней, почувствовала, как его сильное тело задрожало. Феалин со смешком выдохнула ему в шею и слегка прикусила кожу, Влад весь содрогнулся. Как забавно, что эти большие мужики так напрягаются и так боязливо шарахаются от ее прикосновений. При других обстоятельствах они бы ее желали и сами жаждали бы прикоснуться.       Феалин при помощи ножа освободила от одежды теперь и Влада. Его тело, растянутое вертикально, было полностью открыто для обозрения, в отличие от тела Егора, который лежал на животе. На светлой коже торса виднелись ожоги от сигарет и синяки на животе и на ногах — это Райан постарался, но, как и просила Феалин, эти повреждения не были слишком сильными, они не выглядели неприятно.       Демонстративно осмотрев тело Влада и вызвав этим явное смущение, Феалин отошла к стене — неудивительно, что в этой ситуации ее пристальные взгляды вызывали стыд. Властительница сняла со стены кнут и, когда снова повернулась, поймала на себе напряженный взгляд Влада. Просто напряженный — без особого страха.       Очевидно он не понимает, что такое кнут.       Покрутив запястьем, потом локтевым суставом, чтобы немного размять мышцы, Феалин снова подошла поближе к пленникам и на всякий случай оглянулась по сторонам: Ивер и Ровенна сидели в углу — точно вне зоны досягаемости кнута. Толоссы тоже, но этим все равно — на них только царапины могут остаться.       Феалин развернула кнут и сделала замах в воздухе. Послышался резкий щелчок, земляне чуть ли не подпрыгнули, несмотря на фиксацию. Егор автоматически обернулся на звук, выворачивая шею, а в глазах Влада засветился страх.       — Я давно не практиковалась, но думаю, рука быстро вспомнит, — с улыбкой «успокоила» Феалин.       В следующую секунду конец кнута коснулся ягодиц Влада, и тот выгнулся дугой и взвыл так же громко и отчаянно, как его приятель несколькими минутами раньше. Феалин хлестнула еще несколько раз по спине и ягодицам, оставляя красные набухающие полосы, потом сменила тип удара: теперь кнут стал обвиваться вокруг Влада.       Это было красиво: сильное мужское тело болезненно выгибалось, четкие мышцы напрягались, а кнут обхватывал это стройное тело на мгновение, словно обнимая, и тут же выпускал его из своих черных колец. Кнут обжигал светлую кожу, оставляя на ней красные линии, которые поблескивали сочащейся кровью.       Еще через пару минут Феалин решила снова сменить тактику.       — Рука действительно помнит, так что попробуем теперь по-другому, — Феалин обошла Влада спереди, сосредоточенно свела брови и опять подняла руку с кнутом.       В следующее мгновение его кончик коснулся паха Влада, член дернулся от удара. Влад кратко надсадно вскрикнул и со стоном обвис на веревках. Феалин снова медленно подняла руку.       — Феалин, пожалуйста, не надо! — выкрикнул Влад срывающимся голосом, — Пожалуйста! Остановись, пожалуйста!       «Мне больно! Пожалуйста, хватит!» — снова эхом голос в голове.       Феалин вскинула бровь:       — Насколько я помню, Лест тоже просил остановиться. Ты остановился?       Влад не ответил, только снова с мольбой посмотрел ей в лицо. Все его тело заметно дрожало от боли.       — Нет, не остановился, — тихо констатировала Феалин и снова начала поднимать руку с кнутом.       Влад дернулся и заорал заранее. Феалин усмехнулась и продолжила наносить точечные удары по гениталиям. Удары были не сильные, но боли доставляли много. Влад извивался и уже откровенно рыдал.       Все это время Егор отворачивался и жмурился изо всех сил — так же, как Влад, когда Феалин занималась им самим. Его огромное тело вздрагивало от каждого щелчка кнута и каждого душераздирающего вопля приятеля.       Еще через полминуты Феалин снова остановилась и с улыбкой повернулась к Егору:       — Кажется, куколка заскучала, — промурлыкала она.       Все его мышцы сразу же напряженно вздулись, а Влад застонал с явным облегчением. Феалин обошла Егора сзади и усмехнулась:       — О, ты смог вытолкнуть из себя мою игрушку, — заметила она, увидев, что фаллоимитатор валяется на полу, — Правильно, я как раз собиралась заменить ее на другую. Но думаю, что сначала ты тоже должен оценить мое владение кнутом.       Феалин заметила в зеркале, как Егор изо всех сил сжал зубы, на скулах заходили желваки. Его ноги были расставлены и зафиксированы, мошонка между ними очень притягательно подрагивала — словно провоцировала. Феалин пальцами одной руки развела ягодицы и осмотрела задний проход — стенки ануса покраснели и слегка распухли, выступило немного крови. Нормально, много пока и не нужно.       Феалин отступила на шаг и щелкнула кнутом. И Влад, и Егор сдавленно вскрикнули от одного звука. Властительница громко рассмеялась, запрокидывая голову. А сбоку послышался тихий смех обоих подданных.       — С-суки, — едва слышно прошипел Егор и обреченно уткнулся лицом в валик, на котором лежал.       Феалин еще раз усмехнулась, подняла руку и несколько раз хлестнула кнутом по его ягодицам — сильно, так, чтобы сразу пошла кровь. Затем стала наносить точечные удары по мошонке. Егор ревел, хрипел, дергался, вилял задницей и пытался сдвинуть ноги в бесплодных попытках избежать боли. Мошонка подпрыгивала от каждого жалящего удара, а потом оставалась беспомощно болтаться между ног.       Вскоре Феалин остановилась и сделала шаг ближе к Владу. Тот замычал в панике и попытался отшатнуться, в очередной раз забыв про наручники и цепи, которыми был зафиксирован. Феалин окинула его тело внимательным взглядом:       — Недостаточно крови, — решила она.       — Пожалуйста, не надо, — выдохнул Влад со слезами на глазах.       Феалин подступила ближе и, жалостливо приподняв брови, заглянула ему в лицо:       — Еще совсем чуть-чуть, красавчик, и закончим, — «утешила» она, — На сегодня.       Влад громко, надрывно застонал, повисая на веревках. Феалин продолжила наносить охватывающие удары кнутом. Когда из рассеченной кожи медленно заструилась кровь, Феалин остановилась и снова оценивающе осмотрела плоды своего труда: получилось немного больше рассечений, чем у Леста от порезов ножом, и они были чуть глубже и шире. Так и планировалось. Голова Влада свесилась на грудь, хотя он был в сознании, но если бы его не держали веревки, он бы не устоял и уже лежал бы на полу. Феалин подступила поближе, Влад сначала опять дернулся, потом чуть приподнял голову и с перекошенным от боли и страха лицом воззрился на нее.       Феалин, глядя ему в глаза снизу вверх, обхватила пальцами его мягкий член и потянула вверх.       — Не трогай… — застонал Влад, пытаясь сдвинуть бедра назад, чтобы избежать болезненных и вызывающих тревогу прикосновений.       — Ой, тебе же раньше нравилось, когда я с ним играла, — удивленно вскинула брови Феалин, еще крепче сжала поцарапанный член и потянула вверх сильнее, Влад зашипел от боли.       Что-то щелкнуло, Влад вздрогнул и опустил взгляд — на уровне его паха мерцал огонек зажигалки.       — Не-е-ет… — неразборчиво заскулил Влад.       Феалин, продолжая с легкой улыбкой смотреть ему в лицо, поднесла зажигалку к мошонке.       Послышался очередной душераздирающий рев. Влад дергался на креплениях, заставляя все сильнее скручивать в пальцах его член, чтобы удержать его бедра на месте и не дать избежать прижигания. Через несколько секунд Феалин отпустила его гениталии и сделала шаг назад. Влад опять повис на веревках, продолжая стонать и скулить, его тело опять стала бить сильная дрожь. Феалин приподняла его голову за подбородок и попыталась поймать затуманенный болью взгляд. Когда ей это удалось, она снова едва заметно улыбнулась:       — Да я так, слегка, — невинно пожала она плечами.       Влад прошипел что-то со злостью, но боль тут же перевесила, и он снова начал стонать.       Феалин отошла к шкафчику, потом вернулась к Егору, обойдя его со стороны головы и присела на корточки, чтобы поймать теперь его взгляд. В его глазах плескались ненависть и страх одновременно. Феалин показала ему металлический анальный расширитель:       — Знаешь, что это, куколка?       — Не называй меня так, сука, — прошипел Егор.       Феалин улыбнулась с умилением — ненависть все-таки перевесила. Но это ненадолго.       — Заставь меня, — весело рассмеялась она, — Так вот, я сейчас засуну эту штуку в твою попку, куколка, и она будет расширяться каждый час по чуть-чуть. У меня большие планы на твою дырочку, но она пока что слишком узкая.       Егор тяжело задышал от ярости и унижения, но ничего не сказал, только стиснул зубы. Феалин снова обошла его сзади. Анус опять был сжат изо всех сил. Не проблема. Феалин приложила кончик девайса к проходу и резко, с силой надавила на него ладонью. Снова послышалось полное боли рычание. Феалин подрегулировала степень раскрытия расширителя, вызвав новую волну боли и стонов, потом шлепнула по ягодице и оптимистично заявила:       — На сегодня это все. Если я не передумаю, конечно.       Она отступила к двери и еще раз окинула взглядом подопечных. От входа открывался замечательный вид на задницу Егора с расширителем в заднем проходе, алыми полосами на ягодицах и опухшей красной мошонкой между ног. И чуть в стороне на цепях висел Влад, все тело которого пестрело длинными линиями, из которых сочилась кровь.       — Навещу вас вечером, — с улыбкой сообщила Феалин и вышла из комнаты, — Не скучайте.              Часов через шесть властительница решила вернуться. Дворцовый ИИ, проанализировав камеры, сообщил, что земляне за все это время ни слова друг другу не сказали и старательно избегали друг на друга смотреть. Феалин усмехнулась с каким-то умилением — стесняются. Впрочем, им обоим явно не до разговоров сейчас.       В обязанности Ивера и Ровенны входило проверять состояние пленников каждые полчаса, так что все находилось под контролем: слишком плохо им не должно было стать. Феалин не знала, как подданные распределили между собой посещения, это ее не интересовало, но постоянно вместе с землянами те не находились. Если за столь долгое время кто-то успел описаться, то толоссы сразу все убрали, а кишечник обоим почистили заранее.       Когда Феалин снова вошла в комнату, она заметила, как и Егор, и даже Влад, которому приходилось хуже, вздрогнули, хотя не видели ее: Егору неудобно было оборачиваться, а в зеркало он старался не смотреть, а у Влада не было сил поднять голову.       — Как твоя попка, куколка? — с деланым сочувствием спросила Феалин, подходя ближе к Егору.       Тот пробормотал что-то неразборчиво и снова смущенно уткнулся носом в валик станка, едва почувствовал ее пальцы на ягодицах.       — Подтекает немного, — сообщила Феалин, — Но это нормально.       Она подошла ближе к Владу:       — А ты как, красавчик?       Влад приподнял голову и одарил ее полным боли, но достаточно осмысленным взглядом. Все его тело было исполосовано, и из ран продолжала сочиться кровь. И даже на запястьях, поднятых к потолку, выступила кровь — металлические наручники содрали кожу.       Феалин подошла вплотную и коснулась низа его живота, почувствовала, как мышцы дрогнули и напряглись под пальцами. Влад протестующе замычал, но на то, чтобы что-то разборчивое сказать, сил у него не хватило. Феалин, с полуулыбкой глядя ему в лицо, повела кончиками пальцев выше, почти до груди, задевая ногтями глубокие царапины. Влад тихо зашипел от боли, но почему-то продолжал смотреть ей в глаза, словно завороженный. Феалин подняла руку к своим губам, медленно слизала кровь с пальцев и улыбнулась:       — Скоро будет еще больнее, уебище.