Эхо Твоей Жизни

“Боже, я так волновалась! Ты не представляешь как я волновалась! Это так замечательно! Я словно заглянула в юность снова! Там так красиво! Всё изменилось, конечно. Но я справлюсь!” Разрумянившаяся Тайлер восторженно кружилась по театральной гримерке Максин, с улыбкой созерцавшей танец безудержной радости. Новоиспеченный помощник главного редактора гламурного журнала сияла вдохновением. Прима любовно и задумчиво наблюдала звонкое представление ликования, развернувшееся перед её взором. Её милый ангел светился изнутри, глаза мягко лучились счастливым предвкушением, а голос разливался серебристой мелодией по комнате. Теперь всё будет хорошо. Теперь она почти спокойна за Неё. Теперь можно попытаться просто жить. Копить дни и даты, проживать их поступательно, и…будь что будет. Главное, что она смогла сделать для этого изумительного создания – вложила в её руку ключи к новой жизни, пролила свет на новую дорогу. Пусть идёт. Пусть живёт свою жизнь. Улыбается, дышит, и, если сможет, будет счастлива. С Максин или без неё. “…Ты меня слушаешь?” Тай с выдохом опустилась на диван подле актрисы. “Я говорю, мы обязательно отпразднуем мою новую работу, когда Сэм и Грейс вернутся из Шеффилда!” “Шеффилда?”- негромкое эхо. “Ну да! Они махнули туда на концерт Кайли Миноуг. Ты забыла? Я рада за них. Такие они замечательные…” “Ах да. Грейс. Шеффилд. Конечно, они вернутся и мы устроим вечеринку. Позовём Оуэна с Диланом. И Молли.” Максин несколько секунд рассеянно разглядывала воодушевленное лицо напротив. Как всегда красивое - удивительный результат стараний вселенной. Со вздохом взяла руку Тай в свои ладони, медленно поглаживая её шёлковое тепло, и опустив глаза, словно собираясь духом для непростой мысли. Пальцы Син неспешно скользили по чужой руке, покоившейся на её открытой ладони, подушечки выводили невидимый рисунок на коже будто следуя за блуждающей мыслью по запутанной траектории. “Син.” Тёмные глаза остались прикованными к замысловатому незримому узору на тонкой руке, неотрывно следуя за собственной кистью. “Син.” “Посмотри на меня, Син.” Тайлер двумя пальцами свободной руки осторожно приподняла подбородок Максин, требуя желанный отклик. Добившись наконец визуального контакта, она несколько секунд изучающе всматривалась в задумчивое лицо напротив. “Ты молодец, мой ангел. Ты справишься. Я ничуть не сомневаюсь.” Голос актрисы звучал глухо и, казалось, обесцвеченно. Пробивающаяся наружу озабоченность не укрылась от внимательных зелёных глаз. Син отметила быстрым поцелуем руку, удерживающую её подбородок, и, убрав её от своего лица, напряжённо обронила: “Тай, послушай…” В коридоре за стенами гримерки нарастал приближающийся гул голосов. В общей какофонии звуков отчётливо узнавался поставленный баритон Оуэна. Шаги оживленных собеседников достигли гримуборной и раздался стук в дверь с одновременным вопросом управляюшего театром: “Мисс Хилл! К вам пресса! Вы позволите войти? Мисс Хилл!” Прима прикрыла глаза на пару секунд и с досадой хлопнула себя по бедру. “Да что же…” И уже громче: “Да! Входите, прошу.” В дверях возник взволнованный Оуэн, за спиной которого показались двое мужчин, по внешнему облику которых без труда читалось, что это был журналист в сопровождении фотографа. “Мисс Хилл, к вам представители прессы по поводу вашего предстоящего участия в мюзикле в Германии.” “И презентации новой книги там же Гамбурге.” – поспешно уточнил журналист. “Да, и презентации.” – кивнул Оуэн, переводя вопросительный взгляд на сидящую рядом с актрисой Тайлер. “Ээ, думаю, мы с миссис Морган пройдём в мой кабинет на время вашего интервью. Если, конечно, вы намерены пообщаться с прессой.” “Прошу простить за этот несогласованный ранее визит – мы поймём, если вы откажетесь от интервью и пары снимков. Но надеемся на благосклонность.” – вступил журналист из-за плеча мистера Борна извиняющимся тоном, в котором тем не менее звучала уверенность в успехе данного редакцией задания. Син повернулась к озадаченной Тай и мягко попросила: “Тайлер, будь добра, подожди в кабинете управляющего. Это недолго. Я присоединюсь к вам по окончании.” “Германия?? Оуэн, Германия? Надолго? Когда вы вообще собирались мне сказать этот малозначительный факт, Оуэн?” Тайлер следовала по коридору за Оуэном в направлении его кабинета, на ходу выпаливая вопросы, приправленные негодованием. “Как это мило – узнавать об отъезде близкого человека вот так случайно, мимоходом! Оуэн, она надолго уезжает? Да не молчи ты!” Распахивая дверь своего офиса, управляющий приглашаюшим жестом пропустил женщину внутрь. “Присядь. Будешь кофе?” Борн махнул рукой в сторону кожаного дивана у стены и проследовал к кофемашине рядом с письменным столом. “Оуэн! К черту кофе. Ответь на мои вопросы.” “Хорошо.” Мужчина откинулся на спинку своего рабочего кресла и затянулся неизменным Treasurer, выпуская дым вверх. “Я не знаю почему Максин тебе ещё не сказала о своём отъезде на неделю в Гамбург, но сказала бы в любом случае, сама понимаешь. Поэтому, думаю, нет ничего страшного в том, что это сделаю я.” “На неделю. Что ж, могло быть и хуже. Зачем она туда едет? Я услышала про мюзикл и презентацию.” “Именно. Мюзикл и презентация.” – кивнул управляющий. “Добавить, собственно, почти нечего. Максин принимает участие в мюзикле в качестве приглашенной звезды. Внезапно приглашенной. Мы узнали об этом вчера. Сроки очень сжатые, репетиции пойдут в авральном режиме. Для нашего театра и лично для Максин это очень привлекательное предложение. Такой шанс упускать глупо, поверь. После премьеры пройдёт презентация новой книги Максин. Не сердись. Порадуйся за неё.” Тайлер кивнула, со вздохом опуская голову. “Я рада. Она заслуживает только лучшего. Премьеры, презентации, всё что угодно. Только не хочется узнавать о таких вещах в числе последних. Хотя, она просто не успела, наверное. Из-за такой…срочности.” “Вот и хорошо.” Оуэн приблизился к Тай с двумя чашками дымящегося свежезаваренного кофе в руках. “Вот, выпей. И расскажи о своей работе в “Инсайт”. Нравится? Какие впечатления? И, кстати, Винсент в курсе событий? Как он реагирует?” “Винс в Грантеме. Вроде как по работе. Не знаю. Должен вернуться через несколько дней. Я не рассказывала, но он может знать о моей работе просто потому, что он Винсент Морган. В этом городе для него не существует замкОв. Ни физических, ни информационных. Возможно, и об эпизоде на выставке уже знает. Где Син и я… Хотя, ему плевать на мою работу. А вот наш перформанс среди картин может иметь резонанс. После атаки Лилит я готова ко всему. Боюсь за возможные последствия для Максин. Морганы на всё способны, Оуэн.” Тайлер сокрушенно покачала головой. На миловидное лицо набежала тень. Собеседник задумчиво прикусил нижнюю губу и сделал глоток кофе. “Тай, влияние Морганов в Лестере, бесспорно, высоко. Но не безгранично, ты права. Ты не одна. Максин не одна. Если понадобится – мы все встанем на защиту. Без стеснения поднимем старые и заведём новые связи если нужно. Используем все доступные рычаги. В конце концов, мы тоже многое можем. Ты понимаешь? Ты понимаешь, Тай?” Лёгкий кивок удовлетворил Оуэна и он продолжил. “Только обещай не молчать в случае беды. Обещай. Кричи, зови, приходи, но не молчи. Хорошо?... Вот и славно. А теперь расскажи о своей новой работе. Нравится? “ “Очень. Знаешь, поначалу было страшно. Я всё забыла. Всё что умела и знала. Да и времена изменились. Столько лет прошло… Печатная индустрия не стоит на месте. Я чувствовала себя просто динозавром. Даже хотелось уйти. Но эта была секундная слабость. Я быстро наверстала упущенное. Всё же голова и руки помнят. А Дилан ещё настаивает на пробах в модельной сфере. Я пока не решаюсь, но твой красавчик умеет убеждать. Кажется, я вот-вот сдамся.” Оуэн с благодушным прищуром внимал исполненному радости рассказу, довольно кивая. Когда в последний раз у неё так блестели глаза? И таким вдохновением и уверенностью звенел голос? Не припомнить. Сколько времени безвозвратно ускользнуло сквозь пальцы, пока её взгляд вновь не обрёл свет и надежду? Что бы ни являла собой эта высшая сила – пусть она и дальше хранит этот свет в распахнутых зелёных глазах. Иначе всё не имеет смысла. “… поблагодари Дилана за меня, пожалуйста. Я уже тысячу раз сказала ему “спасибо” – и ещё тысяча наготове. Они с вашей неугомонной примой вдохнули в меня вторую жизнь. Твой великолепный мистер Арми – волшебник. А ты счастливчик!” – Тайлер любовно похлопала его руку, покоившуюся на чёрных джинсах от Balmain. Счастливчик расплылся в улыбке и благодарно сжал ладонь Тайлер. “Никогда не забывай: волшебник и счастливчик всегда рядом. Наш дом, поддержка, возможности, сила – твои. Договорились?” Через столько лет вдруг узнать, что эти глаза могут так сиять – преступление. Обвиняемый неизвестен. Или…