Эхо Твоей Жизни

Календарь не поставить на паузу как ни хотелось бы. Приходят новые даты. С ними нужно что-то делать. Их ни заморозить, ни остановить. Календарь не даст желанной передышки. Не даст возможности перевести дыхание и хотя бы недолго взирать на жизнь со стороны, будто через витрину магазина, не принимая участия в движении. Наступает утро. Начинается глава. И всё же несколько дней безвременья были дарованы Тайлер. Сославшись на недомогание, она получила пару выходных на работе в издании - нужно было как минимум отследить состояние пострадавшей внешности. Негоже появляться в обществе с кровоподтеками. К счастью, за исключением небольшой отечности, лицо выглядело вполне сносно – искусный макияж окончательно скроет визуальные последствия драмы. Побаливало тело в результате нанесённых ударов – небольшие гематомы были рассыпаны по ребрам и предплечьям, но они скрыты под одеждой. А болезненные ощущения, доставляемые естественной мимикой лица, скоро пройдут. Поступавшие звонки от Винсента оставались неотвеченными. Что ему надо? Примирение? Обсудить условия развода? Предложить Тайлер добровольно спуститься в подвал и сесть на цепь? Максин улетела в Германию. На целую неделю Тай осталась предоставленной самой себе. Себе, своим мыслям, тревожному ожиданию неизвестности. Оставаясь в ставших родными апартаментах, у неё было время всё обдумать, прийти в себя насколько это возможно. И даже удалённо поработать над новой статьёй для журнала, чтобы хоть ненадолго отвлечься от болезненной реальности. Итак, что дальше? Брак, очевидно, подошёл к своему логическому и вымученному завершению. И хоть сей финиш не единожды представлялся ей в иных сценических обстоятельствах, но данность неумолима. Что есть то есть. И с этим нужно что-то делать. Что же? Наиболее вероятный исход – громкий и грязный бракоразводный процесс. Нечистот достанется ей сполна. К сожалению, и Максин достанется тоже. Жёлтая пресса не упустит возможности запустить руки в частную жизнь знаменитости. Её непременно втянут в это представление с запахом сточных вод. Господи, ей-то за что всё это… Если бы не Тай со своей нагрянувшей любовью, Син не знала бы этого кошмара. Общество со средневековым менталитетом не простит звезде каминг-аут. Замахиваемся на Марс, а в головах ещё палеолит (*горькая усмешка*). Карьера актрисы и писателя окажется под угрозой. Но они не совершили никакого преступления! Любовь – это не преступление. Это касается только их двоих. Тай не намерена оправдываться за свои чувства и становиться жертвой чьей-то ограниченности. И всё-таки карьера Максин Хилл-Богарт – вся её жизнь... Нельзя лишать ЕЁ этого. Как ни банально, но счастье любимой дивы дороже личного эгоизма. Проклятые Морганы действительно способны серьёзно навредить Син. Тайлер не простит себе такой исход. Н-да, она ведь тоже Морган…Черт бы их побрал… Возможно, Син будет лучше без неё… А некоторые щекотливые эпизоды можно будет списать на эксцентричность творческой натуры, если что. Мысли несутся словно по беговой дорожке стадиона – по бесконечному кругу, снова, снова… Ах, как не хватает Сэма сейчас. Вот бы позвонить ему и выплакать свое горе. Нельзя. Они с Грейс ещё не вернулись из Шеффилда. Кажется, им хорошо вместе. Пусть эти двое строят свою счастливую историю. Тайлер не станет беспокоить их мелодрамами. Кажется, короткому затишью подошёл конец. Верная Молли звонком предупредила о том, что Винс намерен найти беглянку – судя по подслушанному разговору Рэя с Винсентом, последний в бешенстве. Если бы он уже наведался в театр или издательство (вряд ли он пребывает в неведении о работе Тай), это стало бы ей известно. Преданный Оуэн не выдаст информацию о её местонахождении. Главный редактор журнала тоже свой человек – не скажет лишнего. Впрочем, для Моргана не составит труда узнать домашний адрес Максин – вполне логично предположить местонахождение сбежавшей. А тем временем адская карусель набирала обороты. На следующий день позвонил Оуэн – чертовски злой Винсент наведался в театр. В своей крайне неаристократичной манере требовал “выдать ему ту чертову девку”. Нет. Син не должна пострадать. Её покой дороже всего. От Тайлер одни несчастья… Так. Кажется, теперь не исключены скорые новости из издательства. Новости из издательства не заставили себя ждать. Спустя два дня, когда Тайлер уже намеревалась появиться на работе, главный редактор сообщила о том, что её супруг нанёс им неожиданный и отнюдь не вежливый визит, и обеспокоенно предложила воздержаться от появления в офисе хотя бы в тот день. Как долго она будет получать эти тревожные реляции от окружающих? Прекратятся ли эти “военные сводки” когда-нибудь?... … Ночной Лестер жил своей жизнью. Наблюдая через окно за мириадами огней, не находилось сил ни думать, ни шевелиться, ни разговаривать с кем бы то ни было. Хотелось раствориться в этой темноте. Пусть никогда не наступит утро. Совсем нет сердцебиения, чтобы встретить его. Невидимой тяжестью навалилось то ли бессилие, то ли безразличие – этот пораженческий коктейль мог оказаться даже спасительным. Застоявшаяся тишина и тягучее бездействие дают возможность неспеша вновь собрать рассыпанную мозайку своих мыслей и чувств. Но даже для этого нехитрого процесса нужны силы… Грохот ударов в дверь вышвырнул Тайлер из вязкого небытия. Не возникло и доли сомнения в том, кто находился по ту сторону. Наверное, это было вопросом времени. Да что же это такое… Она здесь совсем одна. Нельзя обнаруживать свое присутствие. Освещение она практически не зажигает, да и шторы светонепроницаемы. “Тайлер! Открывай! Я знаю, что ты здесь! Открывай!” Винс вопил, не прекращая ударов. “Я взломаю эту дверь! Тайлер! Нам надо поговорить! Открывай черт побери!” Нет, открывать ни в коем случае нельзя. Пусть долбит сколько угодно. Хорошо бы соседи вызвали полицию на это вопиющее нарушение тишины. А есть ли вообще соседи на этаже? Тайлер никогда не задумывалась об их наличии, а Син не упоминала и не знакомила. Впрочем, она определенно слышала чье-то присутствие. Конечно, ничто не мешает вызвать полицию самостоятельно. Хотя, таким образом она подтвердит свое присутствие в апартаментах. Но и вечно прятаться не станет. Тем временем оглушительная кононада ударов продолжалась под аккомпанемент угроз и проклятий. А вот и соседи оживились. Кто-то вышел в общий коридор и мужской голос донёс до вандала, что сию секунду вызывает полицию. В результате последовавшего обмена ругательствами натиск стих. Винс убрался наконец? Неужели всё? Всё. Нет. Максин не должна пострадать. Тай сделает всё, чтобы уберечь её.