Phantasm

Сан подпевал себе под нос, вынося коробку из подсобки в зал магазина. Она была лёгкой, поэтому Сан слегка перекидывал её в руках, пританцовывая под песню, что крутилась в его голове весь день. Подойдя к коробке со снеками, Сан присел на корточки и принялся заполнять нижние полки. Задача была обычной, не требующей особых умственных или физических усилий; именно в такие моменты он погружался в грёзы. Вдруг его рука слабеет и он роняет пачку чипсов на пол. Не успевает и потянуться к ней, как Уён поднимает её; Сана приветствует мягкий голос и широкая улыбка. Сан шутит, называя Уёна «современным рыцарем в блестящих доспехах». Тот смеётся и соглашается, почему бы и нет? Затем он говорит, что этот вкус — его любимый. Сан подкалывает его, в ответ получая лёгкий шутливый удар локтём, а затем предлагает купить эту пачку для них двоих. Уён замирает, не ожидая такого предложения, но потом на его лице расцветает улыбка, широкая и яркая. Может, кончики ушей Сана даже немного покраснеют, если он поддастся желаниям в своих мечтах. Это была хорошая мечта, которую Сан прокручивал в голове уже несколько раз, каждый раз добавляя пару деталей. В одном из сценариев он ничего не роняет. Просто тянется к полке одновременно с Уёном, и их руки сталкиваются, когда парни хватаются за одну и ту же пачку. В следующем Чхве шутит, что Уён никогда не покупал чипсы, а теперь вдруг? Звук открывающейся входной двери вернул его в реальность, и он бросил «Добрый вечер!» через плечо. — Добрый вечер, — ответил Уён, опустившись к уху Сана; тот подскочил на ноги, случайно со всей силой сжав пачку чипсов. — Боже, прости! Я не хотел тебя напугать, — извинился Чон, слегка касаясь плеча Сана. Он наклонил голову вперёд, обеспокоенно смотря на продавца, который пытался оторвать сжатые кулаки от бедной пачки чипсов. После того, как парни узнали имена друг друга, разговоров между ними стало больше. Их приветствия больше не звучали как простая формальность, а отдавались тоном искренней дружелюбности. Иногда Уён подходил к полке с соджу только после того, как остановится у прилавка и поинтересуется, как прошёл день Сана. И всё же, Сан не был готов к шагам, которые Уён делал навстречу к их возможной дружбе. — Нет, всё в порядке, — уверил его Сан, расслабляя сжатые до этого пальцы. Он скривился, посмотрев на бедную пачку чипсов. Удивительно, что он не лопнул. Обеспокоенность на лице покупателя медленно превратилась в улыбку, перешедшую в смех. — Не издевайся, — Сан надул губы, повержено опуская плечи и случайно задевая руку Уёна. — Извини! Прости, ты просто… ты подпрыгнул! — Уён повторил прыжок Сана, прижимая невидимый пакет с чипсами к своей груди. — Это было мило. — Мило, говоришь. А раскаяние к тебе ещё не пришло? Нет. Вот оно как, — пробубнил Сан, поворачиваясь к прилавку. — Что ты делаешь? — спросил Уён, следуя за ним хвостиком. — Заплачу за чипсы, там одни крошки остались, наверное, — да он и сам был не против съесть снек прямо сейчас. — Я куплю их, — сказал Уён, спуская руку к карману в попытке достать кошелёк. — Ты не будешь их есть, — Сан поторопился продолжить, пока Уён не придумал контраргумент, — и мне нравится этот вкус. — Значит, куплю их для тебя в качестве извинения. Это моя ошибка, что теперь их не продать. Чхве прикусил губу, сканируя штрих-код с пачки и беря пару купюр из рук Уёна. Его разум вновь вернулся к мечтаниям, в которых пребывал несколько минут назад. Практически дежавю. — Спасибо, — тихо сказал Сан, открывая пачку. Он заглянул внутрь, пытаясь найти хоть один уцелевший чипс. Он вытащил его и протянул Уёну. Но вместо того, чтобы взять его, тот просто открыл рот. Сан хихикнул и скормил чипс парню. Уён довольно закивал головой, жуя, а его губы расползлись в улыбке. — Это меньшее, что я могу сделать.

***

Сан уставился вглубь магазина, подперев голову рукой. Вторник был самым медленным рабочим днём. Возможно, это было связано с расположением магазина — покупателей становилось на порядок меньше, чем в остальные дни. Возможно, это просто совпадение, и Сан просто скучал по вторникам сильнее, чем в остальные дни. Он собирался устало выдохнуть, но из колонок вдруг полилась классическая музыка — фортепиано, если быть точнее. Прекрасная старая мелодия. Сан окинул магазин взглядом, задерживая его на холодильниках с соджу. Он медленно проморгался, практически видя спину Уёна, который будто стоял перед полками. Чаще всего Сан видел его именно в таком положении. В этот раз парень представил что-то совсем невоплотимое в реальность: как он выходит из-за кассы и подходит к Уёну со спины. Тот рассматривает ассортимент соджу, выбирая что-то из множества вкусов, хотя уже и знает все наизусть. Сан протягивает свою руку и берёт его ладонь, слегка дёргая её, чтобы парень повернулся к нему. Уён бросает на него смущённый взгляд, а Сан приближается ещё, затягивая в медленный танец. Сан не знал, как танцевать вальс, и никогда, наверное, не узнает, но в его грёзах их с Уёном шаги плавно скользили в унисон с мелодией. Они кружились по магазину, смотря друг другу в глаза, и, возможно, хихикали, несколько раз случайно врезаясь в полки. В мечтах Сана на нём появился костюм, а значит, Уён тоже должен быть одет более официально. Чхве настолько замечтался, что практически не заметил, как в стеклянных дверцах холодильников мелькнуло отражение. Он крутнулся, ожидая, когда новый покупатель пройдёт вглубь магазина. Вместо этого перед входом его ждал пришедший Уён. На улице уже было темно (как обычно бывает в десять часов вечера), но порог магазина освещался светом яркого прожектора. Уён поднялся на пару ступенек, смотря себе под ноги. Сан вскинул руку, собираясь помахать парню, но одёрнул её, поняв, что тот его ещё не заметил. Сан нахмурил брови, увидев, как Уён, поднявшись на порог магазина, резко завернул направо, к торговому автомату. Сан прикусил внутреннюю сторону щеки, пока Уён лениво вставлял купюры в приёмник. Он нажал, как показалось, на первую кнопку, попавшую под руку. В животе Сана стянулся узел. Меньше чем через минуту Уён вернул кошелёк в карман. Сан зашарил руками по прилавку, притворяясь, что всё это время был чем-то занят. Звук открывающейся автоматической двери, затем — мягкий голос Уёна, приветствие. Сан сглотнул вставший в горле ком, прежде чем ответить. Уён устремился к холодильникам с соджу. Но перед этим задержался у полок, стоящих у входной двери; спустя долгих две минуты Чон подошёл к кассе и поставил перед собой две бутылки соджу. Он улыбнулся, когда их с Саном взгляды пересеклись. Сан не мог не спросить. — Ты куришь? — слова тошнотой отдались в его горле. Он твердил себе, что если так и есть, то в этом нет ничего страшного. Уён взрослый человек, и Сан не имеет права обижаться. Но это не значит, что ему запрещено волноваться. — Эм… нет, не курю, — Уён замолчал, чтобы обдумать ответ на вопрос Сана, а затем продолжил, — но у меня есть зажигалка, если тебе надо. — Но ты же купил что-то в автомате с сигаретами? — глас сознания мягко напоминал ему, что это не его дело. — Ой. Ты видел? Мой сосед по комнате попросил купить сигареты, если где-то по пути попадётся, — Сан снова ошибся насчёт Уёна. Он не жил один. Сан выдохнул, словно до этого сдерживал дыхание. Уён смог зацепиться за это. — А ты волновался? — его слова вновь засияли искрами. — Да, конечно. Уён замер, моргнул, и повернулся к Сану, чтобы на самом деле посмотреть на него. Сан повторил за ним эту последовательность действий, настойчиво не сводя глаз с парня, хоть сердце в его груди и сжалось. Будто бы они поняли друг друга без слов, благодаря лишь одному взгляду. — У тебя есть Какао? Давно хотел спросить, — спросил Уён, вытягивая телефон из кармана. Сан впервые увидел телефон Уёна. — Есть. А у кого нет? — ответил Сан с небольшой ноткой поддразнивания. Они быстро обменялись своими ID, и Уён повернулся к выходу; он махнул одной рукой, прощаясь с Саном, а в пальцах другой качнулся пластиковый пакет, в котором зазвенели бутылки соджу. Остальную часть смены Сан провёл за рассматриванием нового контакта в своём телефоне. Даже в самых смелых мечтах он не позволял себе подумать о том, что однажды они с Уёном обменяются контактными данными. Сан почувствовал, как к его щекам приливает тепло.

***

Ему было жарко. Скорее холодно, даже морозно, будто уже началась лихорадка. Сегодня была пятница, и следующий день должен был быть выходным. Но, конечно же, его тело решило дать слабину в тот день, когда у Сана были обязанности. Он проснулся с лёгким головокружением, но поднялся с кровати так же, как и в любой другой день. Возможно, это из-за резкой смены погоды. К моменту начала его смены мысли окутал туман, а тело ощущалось слабым; его скулы покрыл тонкий слой румянца. Юнхо взволнованно осмотрел Сана, и даже предложил заменить его. Но плечи коллеги уже были слегка опущены, а глаза устало смотрели в одну точку. Предложение из вежливости. Поэтому Сан отказался. Единственный рабочий день, всего восемь часов. Просто справиться с небольшим магазином в закоулках города. Он сможет это сделать, пускай его зрение немного затуманилось, когда он прощался с Юнхо. Сан оставил свою куртку дома. Потому что он идиот, не хотевший принимать, что, скорее всего, заболевает. Его голова устало свесилась вниз. Эта поза была привычной для моментов, когда в магазине не было клиентов. Поза для отдыха, благодаря который он собирался с силами, чтобы резко поднять голову, когда откроются входные двери. И, к счастью, в эту пятницу покупателей было не много. Может, в университете начались каникулы? Сан не знал. Он вылетел в прошлом году, потому что не справлялся с нагрузкой. Сан прикрыл глаза и наклонился слегка вперёд, без намерения. Он почувствовал, как его щеки коснулась холодная поверхность прилавка; по его спине пробежали мурашки, но он наконец смог расслабиться, оперевшись на крепкую тумбу. Сан услышал звук открытия входной двери, но когда распахнул глаза, она была закрыта, а в помещении никого не оказалось. Он снова закрыл глаза; замечательно. Уже начались слуховые галлюцинации. Может, это просто его больной мозг пытался сыграть с ним злую шутку. Сан всегда стремился хотя бы выглядеть профессионалом: во время смен он никогда не пользовался телефоном, находя что-то другое, чтобы скоротать время. Поэтому последнее, чего он хотел — чтобы покупатель зашёл в магазин и увидел, как продавец склонился к кассе под углом в девяносто градусов, а его щека размазалась по поверхности прилавка. Хотя нет. Последним, чего он хотел, это подъем на ноги, вызывавший головокружение. Сегодняшняя смена будет его первым и единственным исключением; затем он снова вернётся к обычному себе. Часы настойчиво тикали, и Сан снова замечтался. Ему нужно было отвлечься. Что-то, что могло бы отвлечь от того, что само существование его тела казалось неправильным. Поэтому он представил тёплую постель. Кружку свежезаваренного чая, стоявшую на прикроватной тумбе. Он представил, как холодная ладонь коснулась его лба, пробуя температуру, а затем скользнула вниз по щеке. А когда он открыл глаза, то оказалось, что это Уён принёс чай. Он сидел на краю его кровати, мягко касался лица Сана, спускаясь к челюсти и шее. На губах Уёна была улыбка. Сан едва услышал, как входная дверь снова открылась. Его воспалённное сознание было слишком увлечено грёзами, чтобы обратить на это внимание. Прикосновение пальцев Уёна к его щеке казалось слишком реальным. Сан практически подумал, что это было правдой. — Сан? Ты спишь? Сан разлепил глаза и увидел перед собой Уёна. Последний убрал руку с щеки Чхве, и вслед за ним исчезло ощущение прохлады от прикосновения. — Ты выглядишь… — Уён проглотил волнение, которое всё же отобразилось в его взгляде, — выглядишь так, будто бы тебе не помешало поспать. — Всё хорошо, — выдавил Сан, собирая все силы, чтобы встать и выровнять осанку. Ведь раньше у него получалось справляться с одолевающей болезнью, почему в этот раз это было так сложно? — Осталось всего… — Сан повернулся, чтобы посмотреть на часы, висящие над входной дверью, но очертания стрелок часов почему-то оказались размытыми. — Ты пришёл, значит сейчас около десяти. Ещё четыре часа. — Ты работаешь до двух? — Уён свёл брови к переносице. — Да, — ответил Сан. Он никогда не рассказывал парню о длительности своих смен. — Ты пил лекарства? Сан сжал губы и отрицательно покачал головой. Он и не думал об этом. Уён резко развернулся на пятках, и, прежде чем Сан смог задуматься, куда тот пойдёт, вернулся с коробкой противовирусных. — И даже не подумал принять что-то из ассортимента? — в словах Уёна проскользнул мягкий смешок. Он вытянул свой кошелёк, а из него — карту. — Ах, нет, — и правда. Ему просто не пришла такая мысль. Прежде чем Сан смог запротестовать, Уён разорвал коробочку. Он вытащил пластинку таблеток, а затем осмотрелся вокруг. Сан был слишком занят поисками своего кошелька: он ведь не позволит Уёну платить за его лекарства. Подняв взгляд, Сан понял, что Уён прошёл вглубь магазина. Он крутился у стойки для приготовления рамёна. Проголодался? Чхве повернулся к кассовому аппарату. Пробить штрих-код оказалось сложной задачей, потому что Уён вместо того, чтобы аккуратно открыть коробку, просто разорвал её по штрих-коду. Сан почувствовал небольшое чувство триумфа, когда наконец пробил покупку. Уён вернулся к нему, держа в руках бумажный стаканчик. Но вместо ожидаемого рамёна в нём была обычная вода. Горячая вода. Пока Сан упорно смотрел на дно стакана, Уён закинул в него пакетик чая. Сан поднял взгляд и увидел перед собой ещё одну разорванную коробочку — на этот раз чайную. Он открыл рот, чтобы что-то сказать. Хоть что-то. Может, возмутиться. Может, чтобы сказать, что это слишком. Подошло бы что угодно, правда. Но он не успел, потому что Уён впихнул в его руки стаканчик. Последний мягко улыбался, не показывая зубов; эта улыбка слегка приподняла его щёки, и это выглядело… очаровательно? Лучше любой улыбки, которую Сан мог себе представить. — Выпей, когда немного остынет. Запей лекарства, — проинструктировал его Уён, обходя кассу. Он подвинул пустой ящик к Сану и сел рядом. Сан сглотнул, чувствуя сухость в горле. В его груди расцвело множество эмоций, а глаза запекло. Он подул на свой чай и сделал несколько осторожных глотков, смотря, как Уён разбирается с кассовым аппаратом. Чхве практически встал со своего кресла, чтобы помочь Уёну. Но затем тот радостно вскрикнул, наконец пробив упаковку чая и заплатив за неё. Сан почувствовал тепло, ранее ему незнакомое. Уён повернулся и спросил, принял ли тот лекарство. Сан качнул головой, а затем попытался достать таблетку. Уён забрал пластинку из слабых рук парня и мастерски выудил из неё лекарство. Сан запрокинул голову назад и закинул таблетку в рот, запивая её тёплым чаем. Обычным зелёным чаем, который смочил его пересохшее горло. Уён подошёл к Сану и облокотился на стену, у которой тот сидел. Чхве сделал ещё один глоток чая и почувствовал на себе упорный взгляд. Он поднял глаза, случайно пересекаясь взглядами с парнем. Уён медленным движением убрал в сторону упавшую на лоб Сана чёлку, а затем прижал тыльную сторону ладони к его коже. — Горячий. Надо было сразу мне позвонить, — строго сказал Уён; тем не менее, его голос прозвучал мягко и успокаивающе. Сан согласился, хмыкнув. Правда, было уже слишком поздно. Он прикрыл глаза и опустил свою голову на колени Уёна. Пальцы последнего скользнули по волосам Сана — ещё раз, снова и снова. Зал магазина заполнила тихая мелодия колыбельной.