Тёмный рассвет(Ночной Мир Вампирш#8)

Кусты вновь зашевелились. В тщётных поисках оружия пальцы Майлза нащупывали лишь жёлуди и папоротник. Он опустил Кэда на землю и сжал кулаки, приготовившись к битве. Тёмная фигура притаилась за ветками. Майлз всматривался так напряжённо, что перед глазами поплыли серые круги, но он всё же не смог разглядеть, кто это. Напряжённую тишину нарушил знакомый голос: — Я ведь говорил, ты не справишься. Майлз еле не вскрикнул от радости. И в тот же миг луна вышла из-за облака. Она осветила поляну и стройного парня, который стоял, сложив руки перед собой. Бледный серебряный свет превратил его русые волосы почти в белые, но тонкое лицо с прищуренными продолговатыми глазами не оставляло сомнений. Не говоря уже о недовольном и ворчливом тоне. — Джин! — облегчённо выдохнул Майлз. — Вот видишь, ты не очень-то далеко ушёл. Дорога там. Что произошло? Он повис на тебе, как гиря! Удивительно, насколько приятно было слышать этот раздражённый и резкий голос. Майлз грустно рассмеялся: — Нет, просто он в отключке. А Берна мертва, представь себе! Та большая работорговка. Но… — Шутишь?! Это ты её убил? — Джин уважительно взглянул на Майлза. — Нет, не я, а… потом объясню. Сначала давай перенесём его куда-нибудь в укромное место. Тут холодно, а он совсем выбился из сил. Джин наклонился к Аркадию. — Я говорил, что не собираюсь помогать тебе, если из-за него ты попадёшь в беду. — Знаю. Поддержи его с той стороны. Подхватим его под руки, и тогда он сможет пройти ещё немного. — Ерунда! — отрезал Джин. — Давай лучше скрестим руки и понесём его как на стуле. Майлз сжал холодную мозолистую ладонь с поразительно крепкой хваткой. Они подняли и понесли парня, который оставался без сознания. — Ты сильный, — отметил Майлз. — Ну да, это одно из преимуществ рабства. Дорога в той стороне. Идти было трудно. Но и Майлз тоже был не из слабого десятка, а Джин ловко обводил их вокруг густых зарослей. Как хорошо, когда рядом другой человек, здоровый, здравомыслящий и который не собирается убивать тебя. Майлз почти совсем успокоился. — А Ли Джо? Что с ним? — Он в порядке. Я спрятал его в одном месте… Правда, оно не очень надёжное. Но переночевать мы там сможем. Туда мы и направляемся. — Ты позаботился о нём. — Во тьме Майлз покачал головой и рассмеялся. — Что это тебя так развеселило? — проворчал Джин. Они пару минут топтались на месте, пытаясь обойти покрытый мхом ствол упавшего дерева. — Ничего, — улыбнулся Майлз. — Просто ты очень милый. Внутри. — Я забочусь прежде всего о себе. Тут так принято. Не забывай, — ответил Джин, громко шепча, и выругался, провалившись ногой в болотистую жижу. — Хорошо, — согласился Майлз. Но он всё равно чувствовал, как улыбка касается уголков его губ. Затем они оба замолкли, потому что задыхались от усталости. А мысли Майлза обратились к Дилосе. Дилоса… Она потрясающая! Он никогда таких не встречал. Но стоило Майлзу только подумать о ней, как его захлестнуло негодование, ярость и… страстное желание видеть её. Он мучительно не понимал своих чувств и поморщился, как от боли. Он так много не понимал. С прошлой ночи события развивались столь стремительно, что у него не было времени осмыслить случившееся с ним. Дилоса и те чудеса, что с ними происходили, были только частью общей неразберихи. Дилоса сказала, что убила Мелони… «Нет, это невозможно. Невозможно, чтобы Мелони погибла. Да и Дилоса на это не способна… Или способна?» Майлз обнаружил, что ему не хочется думать на эту тему. Всё связанное с Дилосой представлялось ему большим чёрным облаком, за которым таилась неизвестность. А Джин всё вёл и вёл их куда-то через холод и темноту. Майлз шёл, превозмогая боль в руках. Плечи и шею нестерпимо ломило. Пот струился по спине, ноги гудели. Но он не сдавался, не отставал от Джина, и парни упрямо продолжали идти вперёд. Они шли где-то час, останавливаясь и трогаясь вновь. Наконец Джин сказал: — Это тут. Перед ними открылась поляна. Свет луна падал на маленький бревенчатый домик, опасно накренившийся на один бок, где не хватало пары брёвен. Зато были потолок и стены. Отличное укрытие. Домик показался Майлзу замечательным. — Его построили беглые рабы, — пояснил Джин, задыхаясь и делая последние шаги к домику. — Обитатели Ночи долго искали его, но так и не нашли. Все рабы в крепости знают об этом. Эй! — позвал он. — Это я, открывай! Долгая пауза, скрип деревянного засова, и дверь приоткрылась. Майлз увидел бледное пятно детского лица Ли Джо Пенобско, его синюю бейсболку, чудом державшуюся на голове, напряжённую маленькую фигуру и заспанные испуганные глаза. Ли Джо пригляделся к спутнику Джина и просиял. — Майлз! — Он ринулся к Майлзу стрелой. — Ай! — Майлз пошатнулся, и безвольное тело Кэда рискованно наклонилось. — Я тоже рад видеть тебя, — сказал Майлз и, к своему удивлению, почувствовал, как глаза заслезились. — Но мне нужно положить Кэда, а то я уроню его. — Пошли туда! — скомандовал Джин. В дальнем углу дома валялось много соломы. Они положили на неё Аркадия, и Ли Джо опять обхватил руками Майлза. — Ты нас выручил, мы убежали, — сказал Ли Джо, и его острый маленький подбородок вонзился в плечо Майлза. Майлз обнял его. — Э… мы все друг друга выручили, а Джин помог убежать тебе. Я рад, что все мы целы и невредимы. — А он? Что с ним? — Отстранившись, Ли Джо посмотрел на Аркадия. — Не имею понятия. Лоб Кэда пылал под его рукой, дыхание парня было ровным, но хриплым. Майлз забеспокоился. — На, укрой его, — сказал Джин и подтянул кусок тяжёлого, грубого материала, широкого, как парус, и такого жёсткого, что он с трудом сгибался. — Нужно всем залезть под него — и согреемся. Они положили Кэда посередине, Майлз и Ли Джо улеглись с одной стороны, а Джин с другой. Покрывало было большим, и все они хорошо в него завернулись. Сено пахло замечательно. Оно было колючим, но длинные рукава куртки и штаны защищали Майлза. Ли Джо свернулся уютно рядом, как щеночек, и Майлз быстро согрелся. Как это здорово, больше не двигаться, никого не нести, никуда не бежать, а лежать не двигаясь и расслабив ноющие мышцы. — Здесь припрятано немного еды, — сказал Джин, роясь в сене и вытаскивая небольшой пакет. — Ломтики сушёного мяса и овсяные лепёшки с ягодами. Но мы должны оставить немного на завтра. Майлз жадно жевал сухое мясо. Конечно, это не строганина. Но в то мгновение жёсткое и с душком мясо казалось ему настоящим деликатесом. Он постарался заставить Кэда тоже покушать — бесполезно. Кэд упорно отворачивался. Перекусив, они запили еду водой и устроились на своём соломенном ложе. Майлз чувствовал себя почти счастливым. Ноющая боль в желудке прошла, под тяжёлым одеялом было тепло и спокойно. — Ты собирался… — Джин широко зевнул, — рассказать мне про Берну… — Ага, — сонно пробубнил Майлз, его глаза слипались. — Завтра… Он лежал на куче соломы в крошечном домике, затерянном в мрачном лесу неизвестного королевства, рядом с тремя мальчиками, которых до этого дня не знал и которые теперь казались ему братьями… И с этими мыслями Майлз провалился в сон. *** Майлз проснулся оттого, что изнемогал от жары под тёплым покрывалом, хотя нос его замёрз. Бледный свет пробивался через щели между брёвнами. Минуту он тупо смотрел на грубые бревенчатые стены и солому на полу, не понимая, где находится. Затем вспомнил. — Кэд! — Майлз быстро сел и посмотрел на больного парня. Кэд выглядел плохо. Его лицо приобрело восковой оттенок, какой бывает у человека с высокой температурой, светлые волосы слиплись на влажном лбу. Но он услышал Майлза: его ресницы дрогнули, и он открыл глаза. — Майлз? — Ты как? Хочешь пить? — Приподняв Кэда, он приложил флягу к его рту. — Со мной всё нормально. Благодаря тебе, я думаю. Ты принёс меня сюда, да? — Кэд повёл головой, словно осматриваясь вокруг широко открытыми невидящими глазами. Он говорил короткими фразами, сберегая силы, но его голос был скорее нежен, нежели слаб. — Ты и Джин. Спасибо вам обоим. «Он слышал, как мы разговаривали вчера вечером», — решил Майлз. Джин сел, в его русых волосах торчала солома, серые глаза были прищурены и тревожны. Недовольно ворча, зашевелился и Ли Джо. — Доброе утро всем, — бодро начал Майлз. — Доброе, — отозвался Ли Джо, и у него в животе заурчало. — Наверное, я всё ещё голоден. — Там осталось несколько лепёшек, — сказал Джин, — и один кусок мяса. Предлагаю доесть. Они заставили Кэда поесть мяса, хотя тот и отнекивался. Затем торжественно разделили лепёшки на четыре части и съели их, набивая полный рот сухими хлопьями и тщательно прожёвывая, после чего запили всё остатками воды. — Надо будет набрать ещё воды, — сказал Майлз. Фляга была почти совсем пуста. — Но прежде всего нужно решить, что нам теперь делать. Каков наш план? — Прежде всего, — заявил Джин, — ты нам расскажешь, что произошло с Берной. — О! — Майлз закрыл глаза. Он понимал, почему Джину так важно было узнать обо всём. — Ну, в общем, она мертва. — И коротко пересказал всё, что произошло после того, как он и Кэд побежали через лес, как Гэвина и Берна преследовали их и загнали в тупик на груде камней, как Берна превратилась в медведицу. — Она была оборотнем — вот… Джин кивнул, не выразив удивления. — Берна значит медведица. Их имена обычно означают то, чем они являются. Но ты говоришь, что сражался с ней палкой? Ты ещё глупее, чем я думал. — И всё-таки глаза его мерцали от восхищения, а Ли Джо слушал просто с немым обожанием. — И вдруг появился… синий огонь, — продолжал Майлз. — И убил Берну, а Гэвина убежала. Ему не хотелось рассказывать им о том, что его освободила Дилоса — Джин всё равно не поверит, — и тем более о том, как их сознания слились в одно, едва их руки соприкоснулись, и о том, что он видел её воспоминания, и что она ему снилась раньше, ещё до того, как он попал в долину. — Затем я наполнил флягу водой, а когда послышались шаги Сильвиона, Дилоса вышла, чтобы он не нашёл меня и Кэда… Майлз замолчал, заметив, что все уставились на него. Кэд был задумчив и спокоен, как всегда, испуганные глаза Ли Джо глядели любопытно, но Джин окаменел от ужаса. — Так ты говоришь, принцесса Дилоса спасла тебе жизнь? Синим Пламенем? Ты говоришь, она не выдала тебя охотницам? — переспросил он недоверчиво. — Ага, так и было. «Хорошо, что я не рассказал ему о поцелуе», — подумал Майлз. — Не может быть! Дилоса всех презирает. Она среди них самая опасная. — Да, она тоже так говорила. — Майлз смутился и поёжился. Под взглядом Джина ему стало неловко, словно он защищал кого-то сверхпорочного. — Она сказала, что убила мою сестру, но я не знаю, верить ли… — Верь! — Ноздри Джина раздувались, а губы были изогнуты в презрении, будто он увидел что-то отвратительное. — Она тут главная, и от неё всё зависит. Нет такого преступления, которого бы она не совершила. Я не могу поверить, что она позволила тебе уйти. — Он задумался на миг и хмуро добавил: — Если только она не задумала что-то особенное. Позволить тебе уйти и затем устроить охоту, например. Её бы это очень позабавило. В желудке Майлза заныло — и вовсе не от голода. Он старался держаться спокойно. — Я так не думаю. Я думаю, она хотела, чтобы я скрылся. — Не ври себя. Ты не знаешь местных тварей, потому что не жил тут. Никто из вас не жил тут. — Джин посмотрел на Ли Джо, который слушал, широко раскрыв синие глаза, и на Кэда, сидевшего молча, склонив голову. — Обитатели Ночи — монстры. А те, кто живут в Тёмном Королевстве — злейшие из них. Некоторым уже сотни лет, они жили тут до того, как прапрабабушка Дилосы основала Королевство. Они вечные и вечно… охотятся. Охота — их единственное развлечение и забота. Ничего другого они не делают. Майлза знобило. То, что рассказал Джин, никак не укладывалось в его голове. — Прошлой ночью я заметил кое-что странное, — произнёс он. — Я стоял на тропе и слушал, но не услышал ни звука. Вообще ничего. — Они истребили всё живое. Худая рука Ли Джо нервно вцепилась в Майлза: — Но тогда на кого они охотятся? — Они разводят животных и выпускают их на волю. Я в рабстве два года, и сначала они разводили лишь местных обитателей: пум, бурых медведей, росомах и всякую мелочь. Но последние несколько лет они начали привозить экзотических животных: львов, гепардов и других хищников. Майлз перевёл дыхание и похлопал Ли Джо по плечу: — Они не охотятся на людей. — Не смеши меня! Как раз на людей они и охотятся. Но лишь в случае, если смогут отыскать тому оправдание. По их законам, вампиршам запрещено загонять людей до смерти. Люди — ценный товар. Не будет людей — чем они будут питаться? Но за беглыми рабами вампиршам разрешено охотиться, ловить и доставлять их назад в крепость. А если раб ещё как-то провинился, они затем убивают его. — Ясно. — Сосущая боль в желудке у Майлза превратилась в ноющий спазм. — Но… — Если она отпустила тебя, так лишь для того, чтобы поохотиться в своё удовольствие. Я ведь говорю, она изувер. Послушай, вот уже два года, как старая королева умерла и Дилоса взошли на престол, и ровно два года они привозят сюда новых рабов. Они не просто хватают людей, заблудившихся в горах, они спускаются вниз и воруют детей на улицах. Так и Ли Джо, и я оказались тут. Ли Джо затрясся. Майлз обнял его и почувствовал, как маленькое тело вздрагивает около него. Он упрямо нахмурился и крепче прижал его к себе: — Не бойся! Ты был таким смелым всё время. Держись, хорошо? Всё нормализуется. Он чувствовал на себе насмешливый взгляд Джина, требующий объяснений, каким образом всё нормализуется. Однако Майлз проигнорировал его немой вопрос. — А тебя, Кэд, тоже схватили на улице? — спросил он, лишь бы прекратить обсуждать Дилосу. Кроме того, прошлой ночью Кэд сказал странную вещь: «Я пришёл сюда по делу…» — Нет. Меня схватили в горах. Слабый голос Кэда испугал Майлза. Парень говорил медленно, и это явно отнимало у него последние силы. Майлз забыл обо всём: и о Дилосе, и о торговле рабами. Он осторожно пощупал голову Кэда. — О господи! Ты пылаешь. Ты весь в огне. Кэд медленно открыл глаза. — Да, яд действует, — простонал он, — они сделали мне какой-то укол… Мой организм старается бороться. — Тебе делается хуже? — Майлз не на шутку встревожился. А когда Кэд неохотно кивнул, у него уже было готово решение: — Теперь у нас нет выбора. Мы должны пойти в крепость, там есть знахарь. Если кто и может помочь, то только он. — Погоди, — возразил Джин, — мы не можем пойти во дворец. Не шагать же прямо им в лапы! Нам нельзя уходить отсюда. Однажды я наткнулся на потайную тропинку, но это вышло случайно. Мне не отыскать её вновь… — Я бы нашёл, — сказал Майлз и добавил в ответ на удивлённый взгляд Джина: — Неважно как. Просто смог бы. Только для этого пришлось бы спускаться с другой стороны горы, а Кэд этого не выдержит. И он долго не протянет, если мы оставим его тут и отправимся искать помощь. Джин прищурил серые глаза, будто говоря: «Значит, мы должны его бросить. Это единственное разумное решение». Однако Майлз заявил категорично: — Ты возьмёшь Ли Джо и отправишься к тропинке. Я объясню тебе, как туда дойти. А я понесу Кэда в крепость. Пойдёт? Ты можешь показать мне туда дорогу? — Бред! — фыркнул Джин. — Ну, допустим, ты доберёшься до крепости с ним на плечах. Ты ведь не знаешь, как войти! А если войдёшь — это равносильно самоубийству… — Он вдруг осёкся. Неожиданное чувство беспокойства охватило Майлза. Он заметил, что Кэд повернулся к двери быстрым движением кота, почуявшего опасность. Страх опять охватил парней, научившихся жить, полагаясь на инстинкты. Майлз замер и расслышал далёкий, еле различимый звук. Ауканье… и ещё… лай гончей своры. — Это они, — прошептал Джин в мёртвой тишине домика. — Я ведь говорил. Они охотятся на нас. — С псами? — спросил Майлз, не веря своим ушам. — Всё закончено, — вздохнул Джин. — Мы пропали.