Часть 10
22 октября 2022 г., 23:25
Я ходить научился, чтоб к тебе приходить.
Говорить научился, чтоб с тобой говорить.
Я цветы полюбил, чтоб тебе их дарить,
Я тебя полюбил, чтобы жизнь полюбить
✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮✿⊱╮
── ✦ ──
Негус Дэн Вэй д’Альбон
Что вообще происходит? Это была моя первая мысль, когда я вошёл в малую гостиную, чтобы спросить, куда подевался Габриэль? — Делай что хочешь… — сын отключил смартфон и долго гипнотизировал его. Такой ярости я в нем не замечал. В гостиную вошёл Фахрат. Он не заметил меня и спросил: — Звонил? — Он пьян, — прорычал мой наследник. Кто пьян? Это они сейчас о ком? — вопросы неслись со скоростью ветра, и я старался не упустить ничего. — Доминик, успокойся. Сейчас, он пойдет в душ, приведёт себя в порядок и перезвонит. Не нервничай. Главное с ним все в порядке. И я знаю где он. Дай ему понять, что ты не пустое место. И ещё, пойми, для кого-то это день рождение, весёлый праздник, а для него, это день памяти матери. — Сын встрепенулся и многозначительно посмотрел на него. — Габриэль не любит об этом говорить, но первое, что он делает, это поминает свою маму. Он не только родился в этот день, но и потерял ее. Она выбрала спасение его жизни, и отдала все свои силы, чтобы он жил. Сколько служу у д’Вьерн всегда слышал, как он попрекал Габриэля в смерти его матери. Поэтому, в такой день, он уходит, и всегда один. Там нет места даже мне. А ты ещё вдобавок не стал ему близок. Доверие рождается не сразу. Он будет проверять тебя во всем, поверь. Габриэль дикий, неприрученный дракон. Даже оставаясь с девушкой на ночь, никогда с ней не проводил полностью ночь. Всегда уходил. В этом виноват Маркус, но рассказывать об этом не стану, даже не проси. Это горькое признание о Габриэле, отзывается в моем сердце болью. А ещё заставляет задуматься о том, как бы отреагировал сам на такое заявление своего отца, и не понимал, как вообще можно обвинять в этом парня? — Я не знал. — Теперь, знаешь. И не спрашивай его о маме. Для него это боль. Принимай только то, что хочет рассказать сам и не злись на него. Я ушел. Занимался своими делами, а в голове все крутилось: день, когда он потерял маму… Я вновь случайно забрел на крик сына: — Блять, … ты… заставляешь меня материться. … Давай уже мирись со мной, думай обо мне, мечтай обо мне…ты…заебал уже! Выругался? Доминик сквернословил?! Никогда не слышал, чтобы мой сын так нецензурно выражался. И столько эмоций, а само требование. Здесь намного больше, чем просто мальчишеская дружба. А тут такое заявление, а дальше еще круче. Я что-то пропустил? Я чего-то не знаю? Это он куда собрался? К кому? - Пока тормозил и думал, задаваясь вопросами, Доминик исчез из моего поля зрения. Савва присмотрит за ним. Но не успел дойти до своего кабинета, как меня нагнал его побратим. — Доминик, сбежал на аэрокаре. Мы отслеживаем место точки прибытия. Значит полетел к Габриэлю. Сделал вывод я из всех событий, что сегодня случайно застал. Ох, эти мальчишки! Почему не взял даймё? Мне уже и самому захотелось выругаться. Что вообще происходит? Я аж резко развернулся и смотрел на Савву, как на первое чудо света, не понимая, как такое произошло? — И? — прорычал я. Это всего лишь тонкий намек, на то, что он не уследил за ним. Мне ещё не хватало такого же приключения как в Двенадцатую ночь. — Заходи в кабинет. Подождем. Дай распоряжение, чтобы не выпускали его из вида. Два часа и сын прибыл в Яксарт. Савва отслеживал полет аэрокара и его приземление. Мы выдохнуть не успели, как пришло следующее сообщение, что мой сын просто растворился на улицах города. Ищут. Я взорвался, поднял службу безопасности на уши, орал на них, но успокоил меня все тот же невозмутимый Фахрат. Похоже он услышал мои гневные возгласы и рычания. А может, Карина рассказала. Она заглядывала ко мне и интересовалась, что случилось. — Негус Дэн Вэй д’Альбон, — обратился он ко мне. — Вы не волнуйтесь. Габриэль не даст в обиду Доминика. Не нервничайте понапрасну. Мальчики погуляют и вернутся. Я прослежу за ними. У меня там даймё работают. На глаза Габриэлю не попадаются. Да и не любит льдинка этого, но он для меня всё… Им необходимо побыть вместе. Пообщаться без чужих глаз. Дружба, дело такое — тонкое, а мальчикам необходимо наладить ее. Выдохнул. Вот не знаю почему, но этот Фахрат внушал мне доверие. Да и не станет он портить отношения с будущей семьёй. Карина в нем души не чает, и я рад, что дочка нашла свое счастье. А главное, слово: даймё и присмотрят. Габриэль эмир семьи д’Вьерн и его без присмотра не оставят. Это немного успокоило. А Фахрат глядя на меня, потом на свой гаджет, произнес: — Они решили отметить день рождение Габриэля. Это место …хм… я и сам бы не отказался посидеть там. Хороший выбор. — Значит, вдвоем, — заинтригованный происходящим, произнес я. — Да. И готовьтесь к тому, что кто-то выложит ролик их главной роли. Пресса, она везде пресса. А тут такое событие. Два наследника враждующих семейств вместе, они отдыхают и отмечают день рождение. Поверьте, такое не упустят. Но это нам на руку. Вот же… нехороший… Он так и не открыл, где именно они отмечают. Фахрат ушел. Савву я отпустил заниматься рабочими моментами. А сам сел в своем кресле и задумался. Габриэль, это отдельная тема для меня. Он хищник в шкуре ягненка. Непредсказуем как снежная лавина. Ведь помимо снега, она может нести камни, сели и смерть. Габриэль не даст в обиду Доминика. — Вспоминал я слова Фахрата, потом разговор моего сына, слова моего друга и сложил, два и два. А вывод просто дикий. Да или нет? Но почему-то больше склоняюсь к тому, что ДА. При этом понятна его реакция на пару. Брак с моим сыном перекрыл истинную связь. А при таком раскладе, получается, что я приобрел сына с сильным характером. Нужно присмотреться к нему по лучше. Пока переживал из-за этих мальчишек, дочь преподнесла мне сюрприз. Она мне показала записанное видео. И ее слова о браке подтвердились. Лина с интересом и материнским теплом приняла Габриэля. Он завоевал ее сердце и, похоже, обосновался там навсегда. К их браку она отнеслась с улыбкой и тихо произнесла: — Я догадалась, как только Габриэль появился в нашем доме. Доминик весь извёлся, а ещё Карина подкинула мне мысли об этом. Она предложила привести в порядок западное крыло для супруга нашего сына. А кого поселили? — Она многозначительно посмотрела на меня. Хм, а вот я упустил этот момент. — Любимый, я рада, что они сейчас вместе. Им это необходимо. Тем более, что никто из правящих так и не догадался, хотя все лежит на поверхности. Ни Грегор, ни Льян, и Родман, если захотели, то поняли бы давно, но они просто погружены в события сегодняшних обстоятельств и не замечают очевидного. А ещё Льян не ладит с Габриэлем, поэтому плохо знает своего сына. Если Габриэль примет меня как маму, то я буду счастлива. - Я приобнял свою жену. Время шло, и мои шалопаи вернулись из своей поездки. Глаза сына блестят, когда он смотрит в сторону Габриэля. Никогда бы не подумал, что однажды на такие отношения буду смотреть спокойно. Переживать как родитель, чтобы у них все сложилось. Смотря на них, стал задумываться о подборе девочки. А Лина меня остановила и строго запретила лезть. Очень обрадовалась, когда пришли документы на дом. С Домиником тет-а-тет пообщался и принял их решение. Рад, что сын открылся и признался. Что ж… Карина остаётся жить здесь со своей парой, а они хотят свой дом. Разумное решение и это скроет их семейную жизнь от посторонних глаз. Хватит и того, что уже есть. А пресса ещё долго будет пытаться перевернуть постели, каждой пары. Предложил свою помощь, сын не отказался. Я рад, что у мальчиков произошел первый прогресс в налаживании отношений. Словно сглазил. Они поссорились, и я немного, но переживал, потом узнал причину и пришлось прятать улыбку. Габриэль выгнал Доминика из спальни. Да, супруга права, лучше не лезть и не давать советов. Иначе наломаю дров. Потихоньку сообщил сыну, чтобы не торопил события и набраться терпения. А тем временем события развивались с огромной скоростью. Настал день, когда состоялось предсвадебное гуляние и ночью все отправились в храм для проведения обряда. Храм предстал в особенном великолепии. Его необычная форма представляет собой цветок и имеет девять входов к центральному куполу, которые символизируют единство и разнообразие человеческого и драконьего рода. Впечатление резко меняется, как только посетитель попадает внутрь строения. Вдруг, совершенно неожиданно, перед ним открывается необыкновенный простор и грандиозная высота, которые кажутся фантастическими. Весь интерьер поражает своей роскошью, богатством и утончённой красотой. А ночь придавала ещё больше таинственности в такой момент. Мягкий свет лился со всех сторон. На каждом шагу, посетителя храма ждёт открытие и изумление. Великолепная резьба капителей колонн, мраморный узор плит стен и полов, красота витражей и изящество светильников, свисающих, как будто с небес. Такого торжества не помнит уже никто. Да и не сохранилось в хрониках самих венчаний таких пар. Прессу на этот обряд не допустили. Голос Махалавра Айдо О’Йонг звучал торжественно и разносился эхом по всему нефу. Брачные клятвы и нервные всхлипы айтэрисс Ирэн Таира д’Обернокс, айтэрисс Вилоры Гаянэ д’Клермон иногда улавливал. Но обе держались достойно. Они понимали, что это лучше, чем увидеть, как их сыновья идут на смерть. Да и родители побратимов сейчас молча принимали такой поворот событий. Обряд оказался довольно интересным и долгим по времени. Это не пятнадцатиминутное действо при регистрации брака. Но меня волновали только два дракона. И беспокоило, что Габриэль держится от Доминика на огромном расстоянии. Взглядом нашел статую семейных уз и обратился мысленно к ней о счастье своих детей. Я хочу, чтобы Габриэль сократил это огромное расстояние между ним и Домиником. Глядя на этого парня, невольно смотришь на него с гордостью, благодушием и желанием подчиниться ему как правителю. И тут выходит мой друг и произносит такую фразу, что все просто несколько минут стоят в шоковом ступоре: - Кайсер Ли’ Эдари Грефф, эмир страны Рогрентаун, Габриэль Аллан д’Вьерн, вы принимаете брачные клятвы данные здесь и сейчас. — Да. Голос Габриэля прозвучал четко и властно. Он прищуривается. Холодно так, и от этого холода у меня даже пальцы на ногах поджимаются. А магия льда кружила сейчас возле его ног, и иней покрыл пол. Она металась от своего обладателя к молодожёнам и обратно. Кружила и вьюжила. — За полное нарушение брачных клятв… — Смерть. Шепот голосов слился в ужас. Я перевел взгляд на Льяна, который, словно впервые увидел собственного сына. Этот взгляд мне неприятен и похоже на предчувствие, такое плохое - плохое, но пока понять причину не могу. Мне захотелось закрыть собой Габриэля. По нефу пронёсся шепоток: Грефф. Императорская кровь. Грегор посмотрел на Ариану осуждающе, мол мы могли бы породниться, и он полностью разочаровался в дочери. Подковёрные игры никто не отменял. Политика — это жизнь, постоянная борьба за что-то новое и выгодное сторонам... Я и сам не знал, что Габриэль носит фамилию Грефф. А мой друг молчал до этого эпического момента, лишь намекнул о данной клятве. — Ну вот и все! С удовольствием и лёгким сердцем объявляю вас супругами и от души поздравляю! Распишитесь на свитке для сохранения брака. — Как-то язвительно произнес Габриэль, Доминик издал смешок, а парни вздрогнули и как-то странно посмотрели на них. — Растите детей и, обязательно, БУДЬТЕ СЧАСТЛИВЫ! — улыбки моих мальчишек мне не понравились. Драконья игра в красивой упаковке. Глаза мальчишек горят, и они объединились в этот момент. Доминик сократил расстояние между ними. Взгляд моего сына потемнел и похоже в душе находил радость от произошедшего события. Габриэль подмигнул Доминику, и он кивнул с коварной ухмылкой на губах. Ох, мои затейники!!! — Ты!!!! — издали оба разом. Маркус д’Вьерн и Теос д’Обернокс. Лукавая усмешка Габриэля, а в глазах светится торжество справедливости. — Обалдеть. Вот же ... Найди подходящие слова в этот момент не смог. А наследники похоже смогли, и это слова будут покрепче, и наверно высказали бы их прямо в лицо, но помнили, где находятся. Льян похоже пребывал в каких-то своих мыслях и пропустил такой момент. Или хорошо так изображал безразличие. Что у него в голове творится, кто его знает? Но то, что просчитывает следующие ходы, однозначно понятно. Грегор недоуменно посматривал и, кажется, до сих пор не понимал, что тут происходит? Про родителей побратимов и говорить тут нечего, они не совсем в курсе происходящего. Ох, Габриэль… Этот парень мне все больше нравился и занимал в моем сердце определенное место. Чувство гордости плескалось в душе, словно он мой сын. От мыслей отвлёкся на звук голосов моих драконят: — Последняя любовь, часы останови! — Заговорил мой сын, а Габриэль его поддержал, - и мстительная ухмылка гуляет на его лице. Последняя любовь, клятва на крови! — уже в унисон. Пьянит она сильней столетнего вина! И не расстаться с ней, и не испить до дна! Целуй же… Целуй со страстью жениха. Доминик улыбался, а Габриэль усилил голос, произнес: — Счастливой брачной ночи вам мальчики… — Сарказм патокой лился с губ парня. Язва. — В голове пронеслось это слово. Вот нельзя смеяться, но улыбка ползет по моим губам. Оба нещадно стебут своих противников и получается месть состоялась. Так как голос Габриэля сейчас прозвучал как приказ императора, и эта сила коснулась всех. Он вошёл в свою силу и прекрасно осознает, что сейчас творит. Страстный поцелуй молодоженов состоялся прямо на глазах у всех родителей. Стоило прервать его, как они посмотрели в их сторону. - Весело, не правда ли? Мне так точно. Я не узнаю своего сына... Он получал удовольствие смотря на это. - Думаешь, что избежал этого! - Маркус вскипел - Марк, не надо, - остановил его, теперь супруг. - Мы квиты, - был ответ моего сына, и он переплел пальцы с Габриэлем. А белый дракон лишь мимолетно посмотрел на их ладони. Мы покидали храм с разными чувствами. Мои девочки прибывали слегка ошарашенными. Я же был горд и счастлив. Возвращение домой вместе с гостями прошло в молчании. Пресса делала попытки разобраться во всём, чтобы в утренних новостях сделать официальное сообщение. Наши пресс-секретари отправились на конференцию, дабы освятить случившееся в храме. Резиденция встретила нас своим теплом и накрытым праздничным ужином для желающих перекусить в это время. Увы, настроение как оказалось у всех не радостное. Гости расходились по своим комнатам, кроме Грегора д’Клермон, Родмана д’Обернокс, Льяна и меня. Если два правителя отходили от свадебного марша, то, Льян продолжал вариться в собственном соку и желал решить некоторые вопросы сиюминутно, а ещё покинуть мой дом немедленно. О чем и сообщил своим домочадцам. Мне это не понравилось и предчувствие не обмануло. Он что-то решил для себя. — Габриэль, задержись, — прорычал он. — Извини, Дэн Вэй, но мне необходимо поговорить, сейчас, а ему необходимо услышать моё решение. Я должен понять, что это было в храме? Доминик затаился. Я видел тревогу в его глазах. Габриэль весь подобрался, словно он на охоте. Взгляд на Льяна на вылет и потемнел. С его губ слетело тихое шипение. Но голос его был похож на льды и айсберги зимней пустоши. — Месть. — Спокойно произнес Габриэль. — Все честно. Просто не смог удержаться. Зато теперь поймут каково это, и на что, они Доминика обрекли. При звуке имени моего мальчика уловил тёплые нотки. Не безразличен он ему. Им нужно время, чтобы узнать получше друг друга. — Хм, — произнес Льян. - Похвально, что ты за справедливость и на страже законов. Но вам не кажется, что этого мальчишку стоит немного приструнить и направить его энергию в нужное русло? Это он куда клонит? — мысленно задал вопрос. — Императорская кровь, — произнес Родман. — Льян, почему ты столько лет молчал об этом? — Он единственный потомок и был беззащитен, а в гнезде семьи Габриэль смог вырасти в безопасности. — Злая усмешка Габриэля сказала мне больше, чем слова, выдуманные на ходу Льяна. В них не поверил никто, но Льяну на это глубоко плевать. Драконы хорошо чувствуют ложь. Она имеет горький привкус, что сейчас оседал на языке. Все это почувствовали. — К чему теперь эти разговоры. Политическая обстановка не позволяет нам игнорировать тот факт, что мой сын вошёл в силу. Он носитель императорской крови и сила в нем в управлении всеми драконами. Столько веков мы ждали императора и в храме все почувствовали ее на себе. Председатель международных отношений просто обязан приступить к обучению моего сына. А Габриэль пусть свою неуёмную энергию направляет на благо общества. Вы с этим согласны? — С этим возразить никак нельзя. — Вступил в полемику Грегор. — Габриэль, может все же пересмотришь все, что связано с Арианой? Она стремится быть с тобой. И дети от пары всегда сильнее. Я посмотрел на сына. Он стиснул кулаки, а в глазах появился опасный огонек. Весь его вид сейчас кричал о чувстве собственника. — Негус Грегор Вард д’Клермон, при всем моем уважении к вам и вашей супруге, и не в обиду вам будет сказано, но решение принято не спонтанно и не на эмоциях. Вы как её отец, желаете счастья своей дочери, но… она со мной обречена на одиночество и никаких детей от меня у нее не будет. Лучше помогите ей встать на ноги, найти себя в жизни и возможно однажды Ариана встретит спутника жизни и сможет стать матерью его детей. — Ты так спокойно это говоришь, словно она не твоя пара. — Произнес заинтригованный Льян. Что же ты задумал? — Вы рассчитывали на драконьи инстинкты. Но здесь особенный случай. — Габриэль общался со своим отцом на "вы" и это не укрылось ни от кого. Эти отношения очень странные. - Неужели я должен озвучивать очевидное... Отец и сын, но их отношения никуда не годятся. И пока они находятся в моем доме замечал это, и мне не нравилось, как именно они обращаются с Габриэлем и Фахратом. Габриэль никогда не бывает откровенным со своей семьёй. Он всегда настороже и ожидает от них подлости. Поджимаю губы. Какого жить в такой семье? И теперь начинаю понимать, насколько моему сыну сложно с Габриэлем. — Что же, похоже не сложилось со свадьбой, — произнес Льян. Но я чувствовал, что он этому рад и нисколько не расстроен этим обстоятельством. — Что все же скажите насчёт обучения Габриэля председателем и духовенством? Он обвел нечитаемым взглядом присутствующих и ожидал наших решений. И мне невозможно ему здесь предъявить претензии, все по закону, поэтому дал свое согласие. Габриэль будущий правитель и решение международных вопросов для сильного белого дракона, самое то. Он по натуре лидер, а сила императора действительно должна быть направлена в нужное русло. Посмотрел на сына, он тоже с этим был со мной солидарен. Каждый из присутствующих это понимал. С этим не согласиться трудно. Льян ведёт сейчас свою игру. Габриэль напряжён и натянут как струна. Я пригласил секретаря и был составлен соответствующий документ. Мы как правители государств подписали его. Доминик понимал, что это необходимо. Я видел его реакцию. Габриэль не сопротивлялся такому решению. Похоже не только Льян просчитывает ходы наперёд, но и белый дракон не промах. Но с отцом это совершенно разные пути, и мой дракон внутри чувствует это. — Что ж… Это ещё не все. Габриэль в последствии станет императором, а значит я лишаюсь наследника. Маркус однозначно, как показала жизнь на эту роль не подходит, — менторским тоном произносил Льян. — Так вот, в ближайшее время я буду искать для дочери мужа и, если у вас есть достойные кандидаты на эту роль, то буду рад рассмотреть ваши предложения. Рождённый внук станет моим приемником, а пока Габриэль останется моим наследником. — Разумно, — расслабленно и задумчиво произнес Родман. Пока и я не видел в его речах подвоха. Но интуиция кричала и походу стоило прислушаться к ней. — Поддерживаю принятое решение. А сам уже думал, как забрать Габриэля в свою семью. Родовой камень, переход из одной семьи в другую должен пройти по обоюдному согласию сторон или... Как мало времени на осмысления ситуации в целом. Что-то не то. Вот не пойму что? — Согласен, — произнес Грегор. Льян передвигался по гостиной и резким движением оказался возле Габриэля, а вернее за его спиной. Парень дёрнулся, но Льян положил свою ладонь ему на плечо. Голубоватый свет под его ладонью прошёлся по плечу и телу Габриэля. Оскал победителя и тирана предстал на лице Льяна. — Сидеть, — рыкнул он, а мы ничего не могли понять, что происходит. Под его ладонью в одно мгновение, что-то сверкнуло. Габриэль тут же подчинился. — Я не собираюсь с тобой возиться. Ты мой сын, мой наследник и думал, что вновь сбежишь из дома. Нет, Габриэль. Твоя жизнь подчинена законам, за которые ты так ратуешь. Этот документ через сутки попадет на стол председателю, и он прибудет в наш дом для твоего обучения. Этот процесс долгий, не один день. Председателя даже стоит оставить и дать ему пост твоей правой руки, чтобы он помогал тебе. Опыт у тебя нулевой и его необходимо наработать сын. Так что ступай и собирай вещи, мы отправляемся домой. Ты же понимаешь, что такое родовая магия?.. — Он не спрашивал — утверждал. Мы лишь услышали тяжёлый вздох Габриэля. Его глаза сверкали ненавистью, но он не мог сопротивляться родовому приказу. Меня это огорошило, что слегка привело в ступор. Что он творит? Разве так можно с собственным сыном? — Вот и хорошо. Ты меня понял. Я твой отец, был, есть и буду. Отныне ты будешь обращаться ко мне именно так. — Это звучит как угроза. От его слов все стояли немного пришибленными. — Льян, что ты творишь? — Произнес опешивший Грегор. Остальные ошарашенно смотрели на эту безобразную сцену. — Родман, не смотри так на меня. Этот мальчишка бесится и упрям. Он задумал сбежать, но я пресек это на корню. Он мой сын, а я глава семьи и имею право потребовать от него уважать свой род, не позволить парню увиливать от своих прямых обязанностей. — Родовая магия, — убитым голосом произнес я. Но, Льян вдруг усмехнулся, жёстко, беспощадно и сказал то, отчего все заледенели больше, чем от всякого колдовства. — Все верно, — довольный собой произнес Льян. — Это не ментальный приказ, так что я не нарушаю законы. А он мой сын, наследник рода. Его задача сейчас выучиться и дать наследника. В свое время я сглупил, а теперь просто обязан исправить свои ошибки. Не так ли, сын? — Габриэль поджал губы и молчал. — Вы все уже поняли, что мы немного не ладим с ним, а потребовать от него уважения и подчиниться моему решению, ему придется через родовой камень д’Вьерн. Доминик было дернулся, но я взглядом остановил его. Он может сделать только хуже. В первую очередь Габриэлю, а потом себе. Прости сын, это моя ошибка. — Что ты задумал Льян? — скрывать свое отношение к происходящему не собирался. — Все, что позволяют законы нашего мира. Выучить сына и направить его силу в нужное русло, как и его мысли. Габриэль, ступай собирать вещи. У тебя пятнадцать минут. Габриэль молча поднялся и направился в западное крыло. Он и слова не произнес за это время. Нам это не нравилось, но в рамках закона сделать мы ничего не могли. Габриэль ещё не отлучён от рода д’Вьерн и принадлежит стране Рогрентаун как наследник, и влезать в семью д’Вьерн не имеем права. Нет я помню, что он супруг моего сына, но Льян родовой магией подчинил Габриэля и зная его характер, он не отступится и сделает всё по-своему. Доминика и сейчас пришлось останавливать. Он бесился и нервничал, его я понимал. Он не хотел отпускать Габриэля и имел на это право. Но, с одним точно был согласен, ему действительно необходимо обучение. Я бы тоже не отказался обучать его, но Габриэль еще не вошел в наш род, и родовой камень его не защитит. Вниз слуги спустили вещи семейства д’Вьерн. А вскоре в гостиной появилась Айрин, Маркус со своим теперь супругом и жена Льяна. Все молчали. — Я бы хотел увидеть Фахрата. Это важно, — обратился ко мне Льян. Мне ничего больше не осталось как послать за ним. Вновь заминка и ожидание. Вскоре вошёл Фахрат. Он настороженно смотрел на Льяна и судя по его взгляду понял, что происходит. — Фахрат, могу лишь поздравить тебя с тем, что ты нашёл свою пару. Подойди и встань на одно колено. — Он молча выполняет его требования. — Я глава рода семьи д’Вьерн освобождаю тебя от клятвы, данной тобой Даймё Фахрат. — Магия приняла такой поворот событий. — Поднимитесь. Так вот Фахрат отныне вы больше не являетесь телохранителем моего сына Габриэля д’Вьерн и я запрещаю подходить к нему, общаться с ним. — Пока он это говорил, Фахрат сжимал кулаки. — Он не твоя забота. - Рык Льяна и предупреждающий взгляд. - У моего наследника теперь другие телохранители. Вам все понятно. — Да, — сквозь зубы процедил Фахрат. — Предупреждаю сразу для вас граница моего государства закрыта. И любая попытка пересечь её и встретится с Габриэлем, будет считаться государственным преступлением. Слов не было ни у кого. Мы ошарашенно смотрели на Льяна, и казалось, что он сошел с ума. Габриэль появился в гостиной вместе со своими вещами. — Всем счастливо оставаться. Спасибо за гостеприимство, но время поджимает. Льян д’Вьерн направился на выход, подавая знак слугам. Стоило ему исчезнуть из вида, как Габриэль посмотрел на Фахрата. Он изобразил знак для него. Перевел взгляд на моего сына, тяжело вздохнул и отвел взгляд. — Негус, — произнес он, обводя взглядом всех нас. — Мне было приятно с вами общаться, надеюсь, вы не станете держать на меня зла. — Габриэль, — рык Льяна раздался в коридоре, и он поспешил покинуть мой дом. Бедный мальчик, ни сказать то, что хочется, ни сделать. Сила родового камня сейчас очень сильна, и мы бессильны. В гостиной воцарилась тишина, все недоуменно смотрели на открытую дверь, где только что был Льян и его семейство, и непонимание читалось в глазах каждого из присутствующих. А потом слова Фахрата выбили воздух и взволновало всех. — Он торопиться увезти Габриэля домой. Границы будут закрыты и поставлены на военное положение. Он не выпустит Габриэля и каждый его шаг, его слово, будет известно Льяну д’Вьерн. Тотальный контроль. Он мечтал об этом, и его желание исполнилось. — Нет, — прошептал Доминик, и все подняли голову и посмотрели в его сторону. — Да. Льян похоже готовился к этому. У меня же был один путь, который Льян определил. Он хотел отстранить от Габриэля. А тут такая возможность появилась, оставить в другом государстве. Габриэль первый раз сбежал, второй тоже можно назвать побегом. И Льян третьего раза не даст ему такой возможности. Тирания Льяна на лицо. Чтобы сбежать из дома Габриэль должен отречься от рода. А Льян не подпустит его к родовому камню. Это война. И сейчас не стоит в неё встревать. У меня остались там свои ребята, они попытаются приблизиться к Габриэлю, да и так смогут присылать информацию об обстановке. Доминик, крепись. Габриэль из-за него сдерживался. Льян может испортить ему жизнь и тебе тоже. Всем спокойной ночи. Фахрат вышел из гостиной, за ним последовал Доминик. Я перевел взгляд на двух правителей. — Не нравится мне всё это, — в задумчивости проговорил я. — Мне тоже, — Произнес Грегор. — А я чувствую, это будет война, — с уверенностью произнес я. — Холодная или нет время покажет. Они оба посмотрели удивлённо на меня. — Всё просто. Габриэль д’Вьерн для моей семьи не последний дракон в мире. И за него придётся сражаться. — Ты что-то скрываешь Дэн Вэй д’Альбон, — хмурясь произнес Родман Олир д’Обернокс. Но его глаза мгновенно сверкнули, и я прочел в них осознание, кем именно является для моей семьи Габриэль. Он мотнул головой, еще не веря в это, но потом еще раз в голове сложил два и два, кивнул своим мыслям и усмехнулся прищуриваясь. А я.., поспешил: — Сейчас не стоит обнародовать эту информацию. Это мой туз в рукаве. Главное, что, если Габриэлю нужна будет помощь, я всегда готов оказать её. И если Льян обидит мне мальчика, порву его за это. Не посмотрю, что он его отец. — Ого, — прозвучал голос друга. — Всё так серьёзно. Дэн, несмотря на поступок моего сына, я всегда предпочитал с тобой поддерживать дружеские отношения и, если тебе потребуется помощь обращайся. — Надеюсь, что не дойдёт до войны, — вклинился в наш диалог Родман. — Но в стороне не буду стоять. Если Льян возьмётся управлять Габриэлем, как своей марионеткой. Нам не нужен такой император. — За это точно не стоит волноваться. Габриэль не безвольный мальчик, который позволит собой манипулировать. Потерпит тиранию Льяна и что-нибудь придумает. Уж поверьте мне. А я в свою очередь приму его, даже в свой род. — Это ещё почему? — прорычал Родман. — Он мой мальчик. Давайте расходиться. Время позднее и лучше лечь спать. Я устал. Внутри меня поднималась огненная буря на Льяна, но понимал, что эмоции сейчас не лучшие советчики в таком вопросе. На следующий день к обеду покинул д’Обернокс со своей семьёй. С Грегором мы ещё какое-то время посидели в моем кабинете и обсуждали создавшуюся обстановку. Грегор сообразил, что Габриэль д’Вьерн женат, но почему-то не связал это с моим сыном. Но, точно угадал, что Льян не в курсе этих дел. После обеда семейство д’Клермон уехали. Боги, как я счастлив сейчас остаться со своей семьёй. Общественность штормило от новостей. Их обсуждали, перемалывали косточки и задавались вопросом, когда драконьи семьи начнут искать подходящую девушку для рождения ребёнка. Что мой сын свободен и почему состоялся развод? Время шло. От Габриэля ни весточки. Здесь и понятно, Льян следит за ним и может отслеживать переписку и удалять ее, так и не доставив до адресата. Председатель международных отношений прибыл в Рогрентаун и приступил к обучению будущего правителя. А так вести оттуда было сложно заполучить и те крохи, что были, мне не нравятся. Зато Грегор открыл мне правду на будущее Арианы. Сын его правой руки влюблён в неё, и очень сильно переживал, что она вышла замуж за Доминика. Если всё срастётся, то он будет настаивать на их браке в храме. В политической ситуации это принесёт ему укрепления своего статуса в некоторых кругах, и он получит так необходимую поддержку. Я же предложил ему поддержку в переговорах за Эвалара. — Он может восстановить свой титул наследника. Я и мой сын не держим зла на него. Думаю, Габриэль прислушается к моей просьбе и рассмотрит этот вопрос. — Ты так уверен в этом? — Да и у меня на, то есть свои причины так думать. И ещё… это был хороший урок для твоего сына. Он полностью искупил свою вину. Кстати, как у него дела в семье? — Вот никогда бы не подумал, что так сильно подействует этот обряд соединения двух парней. Притяжение настолько сильное, что они кидаются в ревность, если что не так или заподозрят. Страсти просто кипят нешуточные. Они влюбились друг в друга. Мы собираемся начать поиск девушки для ритуала. Думаю, если это правда с рождением ребёнка, то возможно не стоит начинать разговор о возможности вернуть титул моему сыну. Может, родится мальчик и он станет более достойно носить титул наследника рода. — Я тебя понял и услышал. Могу от себя лично лишь добавить пожелания удачи в столь щекотливом вопросе. — Спасибо. Знаешь, что, а мы ведь самые первые из всех пар задумываемся над этим. Льян как узнал об этом так тоже захотел заполучить внука. Кстати, он сосватал Айрин за племянника д’Обернокс. — Он всегда был не равнодушным к их семье. Насколько помню, его первая жена оттуда. Так что, чему тут удивляться. Все само по себе понятно. — Ну, первый его брак был династическим, так сказать договорным. Кто же знал, что она окажется глупой бабой. — Не стоит вспоминать о мёртвых. — Верно. Как поживает Доминик? Вы нашли его супруга? — Он и не терялся. — Что? — он помолчал немного обдумывая. — Ничего. У нас всё по-прежнему. — Ну ты шутник. Я догадался, кто его супруг... — Ладно. - Оборвал я его на полуслове. - Будут новости звони, пиши. Всегда рад видеть и слышать тебя. — Взаимно. Мы отключились, а я вновь сидел в тишине и переживал за сына. Дикая боль, ревность в его глазах светится каждый раз, когда он видит новости о Габриэле. Но подобраться к нему пока нет возможности. Строительство дома подошло к концу и началась отделка комнат. Пресса уже прознала о том чей это дом и гадает с кем именно мой сын въедет на новое место жительства. Время течет и меняется день изо дня и новости от Махалавра Айдо О’Йонг меня порадовали. Габриэль смог хоть так связаться со мной и дал надежду на будущее. Дело за малым. Намек я понял, мой мальчик и помогу. Начались переговоры за спиной Льяна. Тебе не удастся отнять у моего сына его супруга и управлять им. Но Доминику говорить и обнадеживать не стал, успеется.── ✦ ──
Доминик
. Что-то следовало менять… что-то, то, что эхом отзывалось в голове. У меня развилась дурная привычка сидеть на подоконнике и смотреть в окно, за которым сейчас красовался вечерний закат: полоска цвета апельсинового вина чередовалась с полоской багрово-алого цвета. По небу медленно проплывали облака, такие лёгкие, словно пёрышко. Постепенно закат сменился ночной тьмой. Мысли по непонятно какому кругу и все одно и тоже. Знал ли я-то, как сложится моя судьба? Нет, уверенно заявляю, что нет. Ведь я не герой сказок. Но это не помешало мне окончательно и бесповоротно потерять на этом пути собственное сердце. А вернее положить его на блюдо с золотой каемочкой и вручить этот дар одному ледяному дракону. Вы спросите оценил ли он этот дар? До сих пор у меня нет однозначного ответа, а так хочется верить, что мои чувства к нему не в одностороннем порядке. Мои мечты, что однажды он вспомнит, что мы с ним связаны кровью, клятвами и душами. Сто тягот сердцу принесла наша разлука. Жестокость этой истины проста — её приемлет хладный ум, но, к сожаленью, не приемлет сердце. Это разбивает душу. Я скучаю по простому счастью, которым мы владели. Мне не удается утешить и усмирить свои глубинные страхи. И хотя я понимаю, что происходит в моей одинокой жизни, не в силах контролировать свои чувства. Они изменились. Все изменилось, когда он ушел… Уже несколько месяцев от него ни словечка, ни звоночка… Тоска набирает обороты, а ревность сносит весь мой контроль напрочь. И чтобы я не делал, он всегда в моих мыслях, душе. Мое наваждение. Я теряю себя по капле. Вспоминаю каждый день. Лучше будет, хм… уже навряд ли. Не согреться в этом одиночестве. Ты целуешь меня ночью, во снах. Я иногда просыпаюсь и чувствую твой вкус на губах, как будто ты поцеловал меня только что. Подушка как будто пахнет тобой. Не думать о тебе. Не вспоминать твою улыбку выше моих сил. Жизнь без тебя не для меня. Я ведь смогу тебя ждать долго. Люблю и это не так сложно… Только б знать, что тебе это нужно… Ожидания тебя темней сумерек, завладевших городом, острей чувства вины. Ощущение «без тебя» сжимает горло, перехватывает дыхание. Я не знаю, что делать с этой безысходностью. Забыл, как жить без тебя. Сердце перешло в режим саморазрушения. Учусь просыпаться без крика, без твоего тепла. Как ты там, мое солнышко? Выгляни ласково ко мне с угрюмых небес. Собственническое небо ни за что не вернет тебя. Я чувствую, что ты рядом. Возможно, это слабость — ждать того, кто покинул тебя. Разве у меня есть выбор? Я не могу отречься от надежды обнять тебя, какой бы самоубийственной иллюзией она не казалась. Эта надежда — единственное, что у меня есть. Единственное, ради чего я продолжаю жить дальше. Уже давно наступил тихий, добрый час. Дверь моего кабинета открылась, и на пороге появился Фахрат. У него в отличие от меня все было в личной жизни в порядке. Они с моей сестренкой готовились к свадьбе. — Не стой над душой и раз пришёл, то проходи. Он прихватил стул и направился ко мне. Сел, словно оседлал его, сложил руки на спинку и посмотрел на меня с тревогой. — Доминик, чем вот так сидеть и гипнотизировать смартфон, лучше занялся делом, — мне достался снисходительный взгляд. — Я пытаюсь тебе помочь, так что не обижайся, если что. — Угу… — говорить не хотел, но готов был выслушать его. — Я тут разговаривал с твоим отцом, и он сообщил, что вы закончили строительство дома. И могу оказать тебе помощь в подборе цветовой гаммы стен и полов. — Я заинтересованно посмотрел на своего собеседника. — А ещё давай научу тебя готовить. Это понравится Габриэлю. И ещё почаще проявляй инициативу. Он оценит твою помощь в любой сфере деятельности. Не жди, что он тебя попросит об этом. Именно твои поступки будут говорить о твоём отношении к нему. Габриэль не очень любит прислугу. В основном всё делает сам. — Я согласен с твоим предложение. Это лучше, чем сидеть и ждать от него весточки. Знаешь, всё это можно сказать намного проще: я такой, какой есть, но. … он очень нужен мне. Поэтому, согласен с тобой и хочу принять твою помощь. А ещё научи меня всем премудростям телохранителя. Я хочу попытать счастье и пробраться к нему. Сидеть дома и ждать не пойми что, устал. У меня есть идея. Я поделился своим ещё сырым планом, где было полно пробелов, дыр и его предстояло отшлифовать, откорректировать и довести до ума. Но Фахрату оно понравилось, и он загорелся идеей. После этого дня мои дни резко изменились. Утро начиналось с пробежки и силовых упражнений на выносливость, потом он обучал меня ближнему бою. Савва не верил, что у меня получится. Но цель была настолько желанная, что придавало мне оптимизма, уверенности, я справлюсь, смогу. И в этом помогали сказанные тогда слова моего супруга. А еще, как ни странно, но я пристрастился к кулинарии. Желание научиться, а потом удивить свою пару росло с каждым днем, как и менялся интерьер в нашем будущем доме.── ✦ ──
Тай-вэй тэрисс Диала Лилу Форст
Всё кончено, твоих родителей больше нет. Эти слова как приговор. Их похоронили. Прошло несколько дней… Мой мир разрушился окончательно, когда я узнала об опеке над собой. Глупо было думать, что мой опекун возжелал заполучить все мое наследство. Я оказалась беззащитна перед монстром, получившим власть над моими деньгами, корпорацией папы. А ведь он был вхож в наш дом, являлся моим дядей, а стал врагом номер один. Что может сделать домашняя девочка, перед умудренным жизнью мужчиной? Скажу я вам, ничего. Я оказалась изолирована от всего мира, под его колпаком. Каждый мой шаг был ему известен. За один год он умудрился прибрать все к своим загребущим рукам, оставив меня ни с чем. Да так все это умело обставил, что когда поняла, то мне остался лишь аристократический титул, который не накормит обворованную девушку до нитки. М-да, попала я конкретно. Он, недолго думая, выписал из жалости мне чек на небольшую сумму, документ на собственность малогабаритной квартирки среднего сословия и рекомендации, чтобы я могла найти себе работу. Вот уж удружил, низкий ему поклон, да чтоб его все кому не лень драли во все пихательные щели. Да чтоб он подавился этими деньгами… Ревела, когда оказалась одна, без поддержки семьи, друзей. Вот когда открывается истинная дружба. В беде. Я наверно за этот день повзрослела сразу не на один год. Пришлось учиться жить с нуля. Первые горелые блюда, ложиться спать голодной, так как не смогла хоть что-то путное приготовить. Да много чего было. Справилась. А работа. Где только я не пыталась работать. Неумеха… Но и здесь жизнь заставит, а не захочешь, то можешь на остаток денег сразу приобретать гроб и ложиться в него в надежде, что тебя похоронят. А мне жить хотелось, очень… Прошел год. И я уже не та девочка с огромными от страха глазами. Весь аристократизм выветрился. Проснулась в отвратительном настроении. Кое-как сползла с кровати и поплелась в ванную. Краем глаза поймала свое отражение в зеркале и поморщилась от своей внешности. Как я выгляжу? Я кареглазая шатенка с шикарными формами (так говорят) и стройной фигурой. Всегда, когда меня видят, сразу ставят клеймо, что я тупоголовая курица, думающая только о внешности и одежде. Это еще ничего, а вот мужики вовсе думают, что такая, как я годна только для их удовлетворения либидо. Вот в этом и проблема! Пусть думают, что хотят, мне на их мнение плевать. В одиночестве тоже много своих плюсов. Взять хотя бы тот факт, что всё принадлежит только мне и зависит только от моих желаний и стараний. Ладно, долой размышления. Быстро приведя себя в порядок, пошла на кухню. Позавтракав, пошла к своему безразмерному шкафу. Вот сколько в него одежды помещается?! Впрочем, вопрос риторический. А далее последовал вопрос, которые девушки задают себе каждый день и не по разу: «Что же надеть?». Сегодня я выбрала скромный наряд, подчеркивающий мои положительные стороны и скрывающие по моему мнению недостатки. Теперь легкий макияж, сапоги на невысоком каблуке, теплое пальто и все! Я готова к выходу. Напоследок посмотрела на себя в зеркало. Подмигнув своему отражению, взяла сумку и побежала в резиденцию правящего. Сегодня там принимали на место горничной для эмира. О нем я знаю от бывшей подруги Арианы. Он был ее истинной парой. Габриэль. Я до сих пор его помню, хоть и прошло уже много времени. Не от простой жизни он тогда подался в эскортники. Надежда была только на него. В резиденции оплата за работу была высокой и туда стремились многие ищущие работу. Это будет сложный день. Выйдя на улицу, остановилась. Вздохнула полной грудью. Вот и настроение поднялось. Так и хочется бросить все, раскинуть руки и просто бежать, наслаждаясь ветром, дующим в лицо и развевающим волосы, ощущением свободы и независимости. Природа — неважно, что: пошел снег, замело дорожки и сильно похолодало — я во всем найду хорошее, это поднимет мне настроение. Как и предполагала народу было полно. Девиц разных возрастов и красоты. Они, словно взбесились и совсем забыли зачем сюда пришли. Одна несмотря на холодную погоду вырядилась так, что казалось ее грудь сейчас вывалится из декольте ее кофты. Мысленно усмехнулась. Он не клюнет на твои прелести, зря только старалась. К нам вышел секретарь и объявил, что будут вызывать по алфавитному порядку. Время ожидания потянулось. Моя фамилия в самом конце списка. Несколько первых девиц вылетели в слезах. Дверь отворилась и на пороге появился дракон. Широкоплечий и, до неприличия, сексуальный мужчина. А его запах подсказал мне кто он. — Габриэль… — в полной тишине произнесла я, смотря на него с надеждой. Он действительно моя надежда иначе придется подаваться в официантки, что нежелательно с моей-то внешностью. Да меняла работу из-за озабоченных мужланов, которые так и норовили затащить меня в постель и видели во мне лишь содержанку. Это не про меня. Он отреагировал мгновенно, на свое имя. Прищурился, оглядывая с ног до головы, смущая так, что даже кончики ушей стали красными. — Диала… — неуверенно произнес он, припоминая мое имя. Один вечер, который похоже он не забыл. Застыв под его пристальным взглядом, я дышала уже через раз. Он невозмутимо молчал, всматриваясь в мои глаза. Повисла пауза. Все девицы переводили взгляд с него на меня и обратно. В некоторых лицах читалась ярость, ненависть за то, что он назвал меня по имени, как и я… — Заходи, — рыкнул он, а я подскочила со своего места, пока он не передумал. При нем никто не посмел роптать и возмущаться, что моя фамилия находится в конце списка. Все поняли, что я вне конкуренции и чья-то протеже. Я вошла в огромный кабинет, где помимо Габриэля на отведенном для этого случая сидел за столом секретарь. Он вычеркивал фамилии девушек, что уже побывали на собеседовании. Он, словно поверхностно считывал меня. Нервозность прошла по всему телу. Габриэль не приглашал меня присесть, и я стояла перед ним по стойке смирно. Напоминая себе, что он работодатель, а я соискатель. Мы не на светской вечеринке. Пресветлая! Он намеренно испытывает мою нервную систему на прочность? — мелькнула мысль, и я выдохнула, расправила плечи и посмотрела на него открыто. Усмешка гуляла по его красивым губам. И от этого внезапно прошёл весь страх. Осознание противоестественности ситуации выдавило его из моей головы. — Садись, — я кивнула и только после приглашения присела на край стоящего стула. — Вот скажи мне, почему ты считаешь достойной этого места и как докатилась до такой жизни? Кажется, мой наниматель решил снизойти до собеседования. Что ж, у меня есть для тебя готовые ответы. — Я не из тех девиц, что при мысли о такой должности, думают, как попасть в твою постель. — Он улыбнулся. Еще никогда в своей жизни не видела такого, как он, или соблазнительной улыбки, подобной той, что он бросил в мою сторону. Пресветлая, я не могла оторвать от него взгляд. Я же впервые видела его лицо. Он изменился, возмужал, но эти губы не забыла. — Вы же знаете в какой семье я выросла и какое получила воспитание. Для меня неприемлемо отношения вне брака. Так получилось, что перед вами уже не та юная девочка, которая смотрела на мир в розовых очках. Которая знала, что защиту получит всегда, там за спиной стояла моя семья. Два года назад мои родители и брат погибли. Убийц не нашли, а мне назначили в опекуны моего дядю, который и прибрал все мое наследство. Меня выгнал, оставив ни с чем. Мне действительно нужна эта работа, а возможно и защита от ненормального внимания мужчин, что пытаются затащить меня к себе в постель. Сколько я таких повидала, сколько слез пролила от их неуемного преследования. Одинокая драконица не самый лучший вариант, без семьи и поддержки… — А про себя подумала: мне очень хочется отношений, но мириться с мужской козлиностью я не могу. В голове рисуется печальная картина, как всю жизнь буду одна. Я замолчала, потом вновь торопливо заговорила. — Конечно, где-то на пыльных полках моего характера, возможно, и затерялись еще какие-нибудь плюсы. Он изучающе смотрел на меня. О чем-то думал и я молила, чтобы не отказал. Он не Маркус. Я же под его взглядом вновь стушевалась. — Диала, на какую ты должность тут пришла соискательницей? Он что издевается? Хотелось возмутиться, но помня о том, что он мне нужен, тихо произнесла: — Горничная. У меня есть рекомендательные письма… — Он своим тяжелым вздохом оборвал мою речь. — Ди, собеседование на эту должность состоялось еще позавчера. — Как? — Это все, что могла произнести, потом вспомнила девиц, что стоят там и глухо спросила, — а сейчас, что? - «Это фиаско, дорогая!» — пронеслось в моей голове и припомнились строчки еще одной статьи, в которой говорилось о поиске будущей мамочки для Маркуса с его супругом. — Ох…! — он успел прочитать все мои мысли на моем лице. Я для него как открытая книга. Страх отразился в моих глазах. — Как я могла это перепутать? — Руку дай, чудо… — Я, не задаваясь вопросом зачем, протянула ее. Он захватил в плен мое запястье и произнес слова его защиты. На коже проступил витиеватый рисунок вьюна. — Ты мной принята, Ди. — Его голос изменился и в тембре звучала хрипотца, от которой у меня побежали мурашки по всему телу. Дверь с грохотом отворилась и вошел Маркус. — Это она?! — О чем ты? — спокойным тоном произнес Габриэль. Бывают мужчины, рядом с которыми сразу становится очень неуютно, тяжело, нервно. Как будто ты уже голая. Вот так я и чувствовала себя в присутствии Маркуса. — Драконица. — Рычащие нотки прорвались в голосе Маркуса. Он смотрел на меня с голодным взглядом припечатывая к стулу. Я вся похолодела от осознания, что меня оценивают как сексуальную игрушку. Он сканировал меня по всем параметрам. — Девственница, — облизав губы, словно они у него пересохли. — Какой прекрасный улов. — Маркус, присядь и не травмируй девичью психику, а то гляди вот-вот потеряет сознание. Знаешь, однажды твое дерьмо всплывет и погребет тебя. Некоторые посчитают твои вкусы на грани. Будут осуждать и трясти перед законопослушными гражданами. — Маркус посмотрел на брата, потом в мою сторону, а я уже сидела бледная как призрак. Я не понимала намеков, но чувствовала, что для меня это грозит большими неприятностями. — Зачем тебе девственница? С ними полно мороки. Вот тебе реальный пример. Еще немного и придется вызывать лекаря, чтобы совсем чувств не лишилась. — Я слушала Габриэля и начала понимать его ход мыслей. — Посмотри, жалкое подобие женщины. С ней столько мороки. Ничего не умеет, не знает и все время норовит скатиться в истерику. Одни сплошные минусы. Тем более, ты любишь пышногрудых, раскованных и опытных. И еще в обряде подойдет андероу с подходящим для тебя даром. Я такую там заприметил и похоже она в твоем вкусе. И не надо выслушивать истерики, сама готова будет показать тебе суперкласс. — Где? — В холле. Посмотри сам. Он направился в этом направлении и приоткрыл дверь, выглянул и тут же услышала женские шепотки, ахи… Ему хватило трех минут, чтобы найти нужный экземпляр. Маркус прикрыл снова дверь и повернулся к нам. — Действительно в моем вкусе, но она не подходит для светских вечеринок. — Она андероу и вообще зачем тебе жениться? Ты уже женат. В свет будешь выходить с супругом, а с ней подпиши контракт, укажи все свои требования и пожелания, напиши сумму за рождение малыша, и за ее услуги в интимном плане, если согласится, конечно. Ты не останешься в накладе, и девушка будет довольна. Сколько бывает содержанок, с которыми составляют контракт. — В глазах Габриэля я заметила блеск, словно там нечисть пляшет канкан. — Так-то оно так, да не совсем же так… — он не спускал жадного взгляда от меня. — Ладно, так и быть открою тебе тайну. Она моя девочка. — Что? — прорычал недовольный Маркус. Дверь отворилась и вошел Негус д’Вьерн Льян. Я тут же отреагировала на приход правящего и подскочив со своего места склонила голову в приветствии. — Хм… Вижу у вас все идет полным ходом. — Все верно, — с язвительными нотками в голосе произнес Габриэль. — Для Маркуса мы нашли уже девушку. Правда еще не пригласили ее на собеседование. — Даже так. А она? — Он увел ее у меня, — прорычал Маркус. — Для себя приберег. Сердце забилось сильнее, а к горлу подступил ком. Такими вещами не шутят. Хотелось задать сотни вопросов, но суть ответов и так предельно ясно. Придётся подчиниться и согласиться на заявленные условия, если не хочу попасть в руки Маркусу. Прелестно, ничего не скажешь. — Братец, ну что ты как маленький. Девушка добровольно согласилась на мое покровительство и все остальное. — Не понял. — с недоумением произнес Негус д’Вьерн Льян. Его внимательный взгляд нервировал. — А ты разве не в курсе? Легкая нервозность дымкой зависла в воздухе. — Что именно. — Я слышал, что ты хотел его женить, только опоздал, не так ли братец? — Сарказм просквозил в его голосе. — Он у нас уже женат. — Что? Взрослый широкоплечий мужчина в белой рубашке и черных брюках нервно сжимал кулаки и выглядел крайне раздраженным. Дополнительным тому доказательством стали ходившие по квадратному скуластому лицу желваки, чуть сведенные к переносице брови и плотно сжатые и без того тонкие губы. Очевидно, глава семейства Правящий едва сдерживался, чтобы не начать демонстрировать свое дурное настроение. И хорошо, если только в словесной форме. О том, что он более или менее контролировал себя, говорили его пока не ставшие черными глаза и мирно покоившиеся за плечами, собранные в хвост длинные густые волосы. — Габриэль. - Рык дракона раздался такой, что я подпрыгнула с испугу на месте. — А я что, ничего… — развел руками эмир. Язвить и, кажется, дразнить ему нравится. — Та-ааак, Маркус, — грозный взгляд на первенца, а я продолжаю стоять как вкопанная, ни жива, ни мертва. Спокойно. Это глупый, необоснованный, иррациональный страх. Я боюсь правителя, а еще Маркуса. Хотелось скулить от бессилия. — Ритуал уже давно завершён, скреплён на крови и расторжению не подлежит. Правда, братец. У Маркуса плохо, получается, ехидничать и его старания не достигают цели. Он скривился и отвёл взгляд от ревущего в бешенстве дракона. Правящий в гневе, это нечто, и лучше его не злить. Наконец, после нравоучительной тирады послышалось, что-то отдалённо напоминавшее вопрос: — Кто? — Маркус нервно хихикнул. А вот теперь и начиналось самое интересное. Правящий тихо спросил: — Но как! — Своим абсолютно спокойным ледяным голосом, от которого обычно все сразу бежали сбрасываться в пропасть. Маркус поёжился, но все равно ответил, стараясь говорить как можно спокойнее. — В двенадцатую ночь не знаю как, но этот, — он кивнул в сторону Габриэля, — оказался тем самым эскортником. Как я понимаю. Верно? Я же правильно понял твои слова в храме во время моего венчания. Это была твоя месть. — Проорал Маркус. Их взгляды встретились, словно клинки. Противостояние взглядов, разумеется, осталось за Габриэлем. — Хочешь отправится на казнь? Так еще не поздно. Не я воздействовал ментально на сознание наследника рода Доминика Ривьер д’Альбон. Не я насильно женил собственного брата. И между прочим, я ещё не предъявил свои обвинения. Хочешь потягаться? Хм-м-м. Маркус дернулся, как если бы Габриэль его ударил. Едва заметно. Почти незаметно, на самом деле, но я внимательная. Неужели так и было? Небо… Серьезно? На Правящего страшно смотреть. Не уверена, что смогла скрыть приступ дрожи. Это был бешеный рык. Я пискнула с испуга и оказалась в крепких руках Габриэля. Он спрятал меня от разъяренного яростью дракона. Несколько мгновений ярости и правящий взял себя в руки. Стояла зловещая тишина. — Теперь мне понятна твоя реакция на истинную пару. Женат… — он, словно ни к кому конкретно не обращаясь, рассуждал вслух. - Эмир Доминик Ривьер д’Альбон значит твой супруг. И ты решил отомстить Маркусу за содеянное. Так? — он жестко посмотрел на Габриэля, а он отстранился от меня и усадил на стул. Я так понимаю буря миновала. — И всех остальных виновников ты тоже… — Он умолк, а я поняла, что он хотел сказать в этот момент. — Это хоть что-то меняет? В ваших планах на наследника, нет, — равнодушно и холодно заговорил Габриэль. - И сейчас идет выбор андероу, которая поможет стать отцом Маркусу. А вы уж постарайтесь вырастить достойного кандидата. Возможно, Айрин образумится и не будет слушать свою мать и тоже сможет вырастить наследника, а не извращенное существо жаждущее потратить деньги на всякую фигню, избаловыша думающего эгоистично только о себе, со вседоступностью разных развлечений. — М-да. В этом виновен я сам. Слишком много дал свободы и результат на лицо. — Он перевел тяжелый взгляд на меня и хотелось провалиться, закопаться, слиться, да что угодно, только не смотреть на Правящего. — Покажите свои руки, тэрисс. — Я не стала ломаться, смущаться. Сейчас решалась моя судьба. Либо я под защитой Габриэля, либо меня отдадут на растерзание Маркусу. Показав узор на руке, Правящий убедился в его сосуществовании, как и защиты эмира. — Все верно. Он успел защитить вас и принять, а уж я прослежу, чтобы вы подписали соответствующие бумаги и не посмели сбежать. Вздрогнула. Сегодня явно не мой день. Из одной неприятности в другую, еще большую. Везение сегодня так и прет. И не успела я отказаться, сама еще не понимая от чего, как уже сидела и читала договор. Но самое страшное было не это, под тяжелым взглядом Негуса, не оставляющим мне отступиться назад пришлось подписывать документ в двух магических экземплярах. Один из которых при мне был направлен в храм имени Грефф, Махалавру Аркару О'Neil. После этого меня сопроводили в комнату, совмещенную с покоями эмира. Я сделала усилие, распахнув двери, а затем переступила порог и обомлела. А глядеть тут было на что: стены обтянуты песочного цвета тканью, с крупными вставками более тёмного коричневого. В тон им портьера до самого пола. На полу лежал ковёр с мелким ворсом. Ещё более тёмный по цвету, с бежевым растительным рисунком, наподобие того, что украшал вставки на стенах. В центре комнаты стояли бежевые диванчики на гнутых ножках, а ещё столик, наподобие журнальных, украшенный живыми цветами в вазе и блюдом с фруктами. Чуть поодаль, у стены притулился комод, выполненный в том же стиле, что и стол с креслами. А ещё здесь было очень светло: ажурные маголампы висели на стенах, красовались на комоде, ниспадали с потолка. Из гостиной вела дверь. Зайдя в нее, увидела спальню и еще две двери. Здесь преобладали иные цвета: бордовый, белый и золотой. Бордовые стены, белый потолок с золотой люстрой маголампы. Шикарная кровать кипельно - белого цвета с золотой резьбой. В том же стиле прикроватные тумбы, кресла и туалетный столик, уставленный разнообразными баночками. А еще белоснежный мохнатый ковер на всю ширину комнаты. — Гардеробная, — с таинственным видом заявила служанка, что сопроводила меня сюда. С видом фокусника она распахнула очередную дверь, а я вновь изумилась, не сумев сдержать эмоций. Чего там только не было: платья, костюмы повседневные. Не говоря уже о нижнем белье. Стена напротив входа была забита обувью и аксессуарами. Но, я засомневалась и почему-то подумала, что меня уж точно не ждали здесь. Тогда чьё это всё? Хотя заметила бирки на одежде. Всё новое. Для кого это? Странно. С сомнением на это покосилась и решила потом узнать о хозяйке вещей. Мы вновь вернулись в гостиную. Служанка поинтересовалась нужна ли она мне, и после моего вежливого отказа удалилась. Я осталась одна. Вернулась в спальню и села на край постели. Этот разговор и последствия после него мне перепоганил весь день. Рой мыслей и снова надежда, что Габриэль придет ко мне объяснить, что все это значит? Во что я вляпалась? Это были не единственные сейчас вопросы. Это все неправильно. Настолько, что кажется противоестественным. Так просто… просто не должно быть. И я была совсем не способна думать о том, что кажется, пропала… Мне даже не дали право выбора! Только смысла в этом сейчас не было никакого. Все слишком быстро… непонятно… неправильно… И понятно же как день, что все могло быть значительно хуже. Маркус. Его я боюсь, и попасть в полное распоряжение, этого не побоюсь слова гада, не для меня. Вспомнила, что мужчина может сделать с женщиной, и не хотела повторить судьбу тех девушек, что появлялись у брата и отца. Да, мой папа не отличался верностью моей маме, она страдала от этого и часто видела её слезы. Но что она могла? А я? Интуиция молчала. Только Габриэль не вызывал у меня страха. Что я знаю о мужчинах? Опыта у меня практически никакого и на это есть огромная причина. Так что обо мне точно можно сказать, что почти ничего не знаю о мужчинах. Всегда вела скромный образ жизни, не позволяла себе лишнего, не участвовала в развлечениях молодёжи… Встречи с подругами, сплетни, пустая болтовня, попытки найти того единственного. Но, мама мне все объяснила, что у нашего рода нет истинной пары, мы энергетические драконы питающиеся, как низшие, энергией. И тут две стороны медали. Если моя драконица примет энергию мужчины, то он получает дополнительные бонусы, как и я. А если нет, то это обернётся катастрофой для меня и для него. Я стану убийцей и пожирательницей его энергии, до тех пор, пока его жизнь не придёт к увяданию. Просто убью его и себя. Я прекрасно знала, что реальность бывает жестокой: договорные браки привычны не только среди знати, но и среди простого люда. Но это и не брак. И непонятно только, что со всем этим делать? Что ждет меня? И слова Правящего не выходили из головы: Можешь заламывать руки, наматывать сопли на кулак — все что угодно, кроме членовредительства, потому что с этого момента ты — собственность правящей семьи. Наверно, накрутила бы себя и напридумывала всяких ужасов, но дверь открылась и вошел Габриэль. Пресветлая, куда ты глядела, создавая этот экземпляр мужской красоты? Ди, соберись и не стоит плавать. А его глаза… Расправив плечи, я сделала глубокий вдох и приняла свою судьбу. — Нервничаешь? — прошел и присел на ближайший стул, мой собеседник. — А вы бы не нервничали в такой ситуации? Мне не оставили выбора. Нет, с вашим братом точно никаких дел иметь не желаю, но этот контракт. Я не понимаю… — Тш… тэрисс Диала, не стоит паниковать. — Вы знаете из какого я рода? — Да. Как и то, что вы не приспособлены к этому миру. Вы энергетический дракон и у вас нет истинной пары, что в данном случае для меня положительный вариант. Тэрисс Диала я предлагаю вам идеальный вариант сделки. Вы будете под моим покровительством, всем обеспечены, на вашу честь я не собираюсь претендовать, мне это не интересно. Помогу разобраться с вашим наследством, если согласны сменить опекуна. Так как, вам это интересно? — Вполне, но под этим есть что-то, что и я в свою очередь должна буду выполнить. — Все верно. Я не готов стать отцом, но это не говорит о том, что однажды этого не случится. В контракте прописано твое участие в ритуале. Это не будут долгие месяцы беременности, ты не станешь матерью в том понимании в каком все происходит в повседневной жизни. Ты сможешь однажды выбрать себе мужа и потом родить для него ваших детей. — Рождение ребенка через магический кокон, верно? — Откуда такие сведения? — Читала в одной книге, что дети зачинались в магическом коконе, куда помещался генетический материал от обоих родителей, но не поверила в это. Такие семьи из двух мужчин ищут себе особь женского пола и оплачивали услуги. Получали ребёнка и живут своей семьёй. — Тогда тебе еще проще будет. Понимаешь, магия не даст тебе избежать, выполнение контракта обязательное условие. Так что, даже я ничем помочь не смогу. — Понятно. У меня еще один вопрос. — Я весь во внимании. — Эмир Габриэль, что будет со мной в том случае, если моя драконица выберет вас и произойдет привязка? — Давайте не будем забегать вперед и не стоит сотрясать воздух при фразе: если бы да кабы…, то выросли бы в лесу грибы. Это самое глупое, что-то обещать сейчас. Я ненавижу разбрасываться словами и давать пустые надежды. Могу успокоить лишь тем, что не стану игнорировать это и всегда можно решить ситуацию посредством переговоров. А сейчас, что тебе необходимо на первое время? — У меня с собой нет вещей, чтобы переодеться. Но я видела их в комнате, отведенной под гардеробную. Мне как-то неприемлемо пользоваться чужими вещами. — Могу послать слуг к тебе домой или приобрести, выбирай. — Приобрести, так как мои вещи сильно отличаются оттого, что требуется для девушки, которая будет иногда сопровождать вас. — В этом вы правы и давайте перейдем на ты. — Согласна. — Голодна? — Немного. На дворе уже обед, я завтракала неплотно. Так неспешно и незаметно для меня изменилась моя судьба. Дни потекли в разнообразии, а я все думала, что Ариана полная дура, когда отказалась от него. Завидовала белой завистью его супругу и закрадывалась мысль, что не хочу с ним расставаться. С ним надежно и хорошо. Могу с гордостью произнести, что он мой друг.Габриэль
. Мысленно я пытался проанализировать недавнее происшествие в доме Доминика и воссоздать в памяти происшествие, но это оказалось не так-то просто. Льян, он из тех Драконов, что выбирают особый вид любви — ТАНАТОС. И этот TANATOS — есть любовь и страсть к разрушению. И его приводит в восторг именно рушить чужие жизни, упиваться властью над ними. Льян готовился однозначно, а я проворонил... Есть определенные понятия у драконов, например: у благородных нет друзей. Понятие, самое близкое с их точки зрения к понятию друга, — это враг, который ещё жив. Эти отношения с друзьями, они довольно специфические. Вроде бы он дружит, а на самом деле только видимость. Поэтому Льян настроен воинственно по отношению к семейству д’Альбон. И могу точно гарантировать, что Дэн Вей относится именно к такой категории драконов. О том, что я вступил в права наследования от мамы Льян знал, а остальное он мгновенно просчитал. Иначе бы он не был бы Льяном и правителем страны. В тот момент он лишь желал заполучить меня со всеми потрохами и избавиться от Фахрата, что всегда путался у него под ногами и мешал карты. Теперь я один, среди своего змеиного семейства. И стоило ступить на родную землю как Льян, словно сорвался с цепи. Его мысли похоже заполонили о мировом господстве. Ха -ха - ха, смешно и грустно одновременно. Да действительно следит за мной и бдит, до такой степени, что не вздохнуть и не выдохнуть. Каждый мой чих ему известен и ему докладывают обо всём подряд. Он ни раз уже меня сводил как племенного жеребца с родовитыми драконицами. Пресса устраивает свой забег, чтобы освятить о каждом свидании, что он устраивал. Устал держать лицо, прятать эмоции. Я часто вспоминаю проведенное с супругом время и оказывается, что скучаю. А ещё мысленно выстраиваю план побега. Но все упирается в родовой камень. Если бежать к супругу под его крыло, то у меня будет мало времени, чтобы разорвать связь со своим родом. В общем так себе, а не план. Поэтому просиживаю в библиотеке, а еще встречаюсь с Махалавром Айдо О’Йонг. Как ни странно, но он оказался на моей стороне в политическом вопросе и в вопросе брака. Супруги не должны жить раздельно друг от друга. Хоть что-то он поддерживает. Именно он подсказал, что существует родовой камень Алатырь императоров Эдари Грефф. И где он хранится. Я же обратился с просьбой это передать правящему страны Висмуар. Одна надежда на Дэна Вэй д’Альбон. И подставить под удар Доминика не мог, не та ситуация и как он отреагирует на то, что я женат, не ведал и мне становилось не по себе и жутко. Поэтому не звонил и не писал Доминику. Хотя... Я точно знаю, что в одном чате пишет мне Доминик. На интуитивном уровне, но приходится молчать как партизану. Огонек тоже писала мне и часто, но и здесь я молчал, так как всю переписку перетряхивала служба безопасности и Льян теперь не поддерживал и изъявлял желание прекратить любое общение даже с ней. Меня посещали мысли о бунте в первое время, но как только приехал председатель, так мне стало ни до чего. Время шло. Льян постепенно переключился на другие вопросы и стал относится не так рьяно. Моя надежда лишь на то, что однажды он потеряет бдительность и я смогу сбежать... Ситуация изменилась с появлением Диалы. Ох, бедная девочка попала в мясорубку и допустить, чтобы она попалась в руки Маркуса не мог. Реакция Льяна мне понравилась, когда он узнал, что я женат на Доминике. Но страх заполнил теперь душу. Что он придумает время покажет, но лучше бы мне свалить отсюда раньше, чем он предпримет какие-то шаги...
