Не место для бабочек IV: Дрезен

Ложка тифлинга мерно, будто бы расслабленно исчезала попеременно в тарелке с густой похлебкой и у него во рту. Со стороны могло показаться, что он совершенно расслаблен, но Ри видела едва заметную дрожь в движениях. Все — дезниты, Ри и Ланн — буравили тифлинга взглядами и молчали; только Иламину, кажется, было абсолютно плевать на гостя Прудика-с-водичкой. В тишине иногда доносились его хмыки и удивленные возгласы: алхимик решил посвятить свое время изучению флоры командорского двора и предавался этому, кажется, полностью, совершенно забыв и о тифлинге, и о причине, которая их всех сюда привела. Ложка выскользнула из красноватых пальцев и со стуком упала в почти опустевшую тарелку; наблюдатели вздрогнули, а тифлинг поднял взгляд на Ри. — Вы не могли бы перестать так на меня смотреть? — он коротко осмотрел всех присутствующих, сидящих перед ним полукругом. — Я и так уже все рассказал, дайте хоть пожрать нормально! — Все — это что? — Ланн прищурился. Ри перехватила его руку, призывая смягчить тон, и монгрел, вздохнув, заговорил чуть мягче. — Где ты был до этого? — Да не помню я, — тифлинг нахмурился и отложил тарелку на траву, сложил руки на коленях. — Проснулся возле Кенабреса, весь в крови, голова кругом. Прошел в город — меня впустили с неохотой. Лечить никто, конечно, даже не пытался, тифлинг же. Хорошо хоть вообще впустили… Он вздохнул и замолчал, напряженно разглядывая собственные когти. Они казались обломанными и исцарапанными, да и сам он сейчас, в предрассветных сумерках, уже не выглядел таким самоуверенным, как накануне. Ри замечала в его движениях неуверенность и не видела ни капельки давешней всепоглощающей ярости. Она будто схлынула — как и начинавшееся безумие командора. Оба они определенно были связаны, но не за счет Арилу — Ри она зачем-то принесла в город и сдала на поруки Теренделев, а этот парень остался валяться за городской стеной. Что же случилось, почему Арилу не спасла их обоих? Парень ведь мог умереть… Можно ли считать, что на Ри ведьма сделала какую-то ставку, а этот парень ей оказался безразличен? Но если его принесла не Арилу, то откуда он взялся в таком состоянии? — Крестоносцы не оставили бы тебя истекать кровью, — старательно выдерживая спокойную интонацию произнес Ланн. Недоверие к рассказу тифлинга он старался скрыть изо всех сил, но получалось из рук вон плохо. Ри поморщилась и чуть сильнее сжала пальцы светлой руки монгрела; он вздрогнул и снова вздохнул. — Хорошо, что не добили, — огрызнулся тифлинг и оскалился. — Нашего брата не любят, неужели сам не знаешь? Ланн не ответил, но взгляд опустил, заставив тифлинга оскалиться еще увереннее. — Нас же с демонами равняют. Даром, что поколениями рядом с ними живем… знавал я одного парня. Родители человеки, бабка — и та человек, а он с рогами и хвостом. Ха! Думаете, ему дали спокойной жизни? Да фига с два! — Я тоже знаю одного такого, — задумчиво пробормотала Ри. Знала — хотела поправить она себя, но только поджала губы и отвела взгляд к поверхности пруда, созданного ее магией. Интересно, Вольжифу бы понравилось на Дворе? Нет, он бы предпочел Дрезен — очень скоро его наводнят лавки самых прогрессивных торговцев Мендева. Вероятно, и самых богатых — вверенный командору город неизбежно превращался в символ скорой победы. Легковерные простолюдины, далекие от военных действий, должно быть, воспринимали закрытие язвы делом решенным. И ожидаемо мечтали быть в рядах тех, кто, оставаясь в полной безопасности, все равно будет назван освободителем Саркориса. Интересно, для торговцев у Голфри найдется пара сотен блестящих золотых медалей «за доблесть»? Вероятно, найдется — а вот простому солдату придется обойтись. Как и всегда. — В общем, вошел я в город, пару дней прятался в трущобах, потом получил по ребрам от местных и пошел искать работу. Дальше вы знаете — осада, демоны, реки крови, разлом через весь центр. Дескари. Халран еще бушевал, а он нашего брата… — тифлинг мазанул взглядом по Ланну и замолчал. Нахлынувшая на него уверенность снова отступила. — Ты пришел раньше меня, — констатировала Ри. — Меня принесли прямо перед осадой. — Принесли? — тифлинг поднял злорадный взгляд. — Вот, а все почему? Потому что ты эльф, а не… — Меня принесла Арилу, — закончила Ри. Тифлинг замолчал. — Это ничего не значит, — коротко пробормотал Ланн, крепче сжимая ее пальцы. — Мы не знаем ее мотивов. — Но они определенно у нее были, — вмешалась Аранка, молчавшая все это время, и потянулась за практически опустевшей плошкой тифлинга. — Должно быть, надеялась украсть тебя для своих экспериментов, как-то вычислила, какая судьба тебя ждет… Это звучало логично — настолько, что Ри на мгновение стало чуть спокойнее. Может, к ее силам Арилу и правда не имеет отношения? Может, вовсе не она повинна в том, что сейчас простая сельская жрица стоит во главе крестового похода, и все случившееся — просто череда безумных случайностей? Этим можно было объяснить очень многое, но в груди почему-то бурлило недовольство, будто против этого варианта бунтовало само командоркое нутро. Откуда вообще взялась сила? Она ведь появилась еще до падения в темноту провала на рыночной площади: там, внизу, меч уже выбрал ее хозяйкой! Выбрал ли? И что было основанием для выбора, сила? Душевные качества? Неимение поблизости другого здорового носителя? А что, если бы небесного света первой коснулась Сиила?.. — Как знаете, — тифлинг фыркнул, провожая взглядом тарелку. — Меня это все равно не касается. Раз ты не можешь избавить меня от наваждения, я лучше пойду… — Куда? — Ри встрепенулась, поднимаясь на ноги вслед за тифлингом. — Ты можешь оставаться здесь сколько захочешь. На Дворе безопасно, здесь есть еда и друзья… — Что мне проку с твоих друзей? — буркнул тифлинг и огляделся. — Здесь неуютно. Небо открытое над головой, да и… — Цени гостеприимство. Больше мы тебя никуда отправить не можем, — строго произнес Ланн. — В качестве альтернативы могу предложить казематы. Там будет уютнее? — Я уже в порядке! Видишь, даже не пытаюсь оторвать тебе рогатую башку, — он попытался уверенно усмехнуться. Попытка вышла жалкой, тонкие губы дрогнули; он тряхнул головой и отвел взгляд. — Мне лучше вернуться в Кенабрес, там было спокойнее… — Среди отродий Бездны? — саркастично уточнил Иламин. Он подошел ближе к столпившемся на идилличной полянке собеседникам. В руках алхимика был странноватый, но по-своему милый букетик из каких-то мелких голубоватых цветов. — Там ни одного отродья не осталось, — почти гордо произнес тифлинг, сплетая руки на груди в неосознанном защитном жесте. — Всех перебили. И не крестоносцы! — А мы, — закончила за него Ри и улыбнулась. — Видишь, с нами куда безопаснее. — Мы в Язве. Откуда тут безопасность? — Она командор, — напомнил Ланн. — Рядом с ней безопаснее, чем в высших планах. — Тем более, что ты сейчас фактически находишься в одном из них, — Аранка пожала плечами и обернулась к Иламину, кивнула в сторону котелка с остатками позднего ужина, переходящего в завтрак. Алхимик отрицательно покачал головой. — Это место напоминает Элизиум, к тому же его снаружи не способен увидеть никто злонамеренный. — Как тебя зовут? — спохватился Илкес. — Мы так и не узнали твоего имени. — Я тоже… в артели называют Фьерин. Вроде как, «яростный» с какого-то из келлидских наречий. — Тебе нравится это имя? — зачем-то спросила Ри. Тифлинг поднял на нее взгляд. — Может, у тебя был при себе какой-нибудь предмет, на котором… Ну, знаешь… было твое настоящее имя? Или что-то похожее на имя… у меня вот наручи были. Она торопливо закатала рукав мантии и продемонстрировала собеседнику заговоренный наруч, который почти не снимала. Легкая кожа, окованная серебристым металлом. Именно на них безымянная, не помнящая себя и совершенно дезориентированная эльфийка в темноте подземелий прочитала собственное имя. Точнее, чье-то имя, которое решила считать своим. К сожалению или к счастью, неизвестный даритель определенно знал, с кем имеет дело — вот только ни в одном из видений прошлого не было никаких намеков на эти наручи. Видимо, их надели в тот период, о котором Ри не имела ни малейшего понятия. — Ничего у меня не было. Драная на груди рубаха, штаны заплатаные, ботинки разношенные — да и все, — тифлинг хмыкнул. — Видать, тебе Ворлеш настолько благоволила, что даже на подарок расщедрилась. И я после этого ее дитя, надо же! Он усмехнулся, но быстро подавил неуместную веселость под тяжелым взглядом Ланна. — В любом случае, мне бы вернуться. В артели хватятся, жалованья лишат… им много причин не надо, чтобы без денег оставить. — Я сама буду тебе платить, — выпалила Ри и прикусила губу. — За что? — За вредность, — буркнула командор, совсем растерявшись. — То есть, за безопасность. Будешь охранять Аранку… ну, от саблезубых зайцев или… — Да я же не воин ни разу… — А пару часов назад казался воином, — хмыкнул Ланн, неожиданно поддерживая инициативу Ри. — Отдохнешь тут, расслабишься… раз убивать командора больше не хочется. — А вдруг, я снова… ну… с ума сойду, когда вы свалите? — Не здесь, — Мерисиэль улыбнулась с уверенностью, которой в ней не было ни капельки. — В этом месте такого не случится. Она коротко глянула на Аранку — бардесса будто бы выглядела увереннее самой командора. Талл и Илкес тоже улыбались Фьерину, даже Иламин, хмыкнув, не выказывал никакого протеста. Почему единственной, кому эта затея казалась не самой удачной, была сама предложившая ее командор?..