Начало: Одна Боль

— Скоро вернётся отряд! Я так не дождусь. Полоска хихикает, смеётся и улыбается. Она такая счастливая… Прошло пару дней, она избегает всех, кого только можно, кроме Полы. Серого здесь так и нет. Надежда гасится так быстро, как только можно. Они убили его? Они украли её и убили Серого? Он не мог её отдать им просто так! Совершенно нет! Он обещал, что не бросит её, и она ему верит. — Ты так волнуешься, Поль, будто придёт не отряд из Вожака и его двух близких, а сама делегация людей, — хихикнула няня, поглаживая по спине кошку. — Хэй! Там есть Джек! Имя гулкой волной разлилось по телу. Джек? Она вспомнила голубые глаза брата, яркие и полные жизни. И то, какими холодными, смотрящими глубоко в нутро были они, пустые и без капли счастья. Только отчаяние, только боль. Только… Ты убийца! Убийца. Убийца. Убийца. УБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛА УБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛА УБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛАУБИЛА — ПЯТ! Кошка подпрыгнула. Тело трясётся, и она очень быстро дышит, лёгкие буквально рвёт изнутри от частоты дыхания. Слёзы? Почему она плачет? — Пятнышка, с тобой всё в порядке? — спокойно, ровно, без поднятия голоса. Я плачу? — Я в полном порядке! — нервно, трясущимся голосом, с поднятым в конце концов от страха голосом проговорила она. Тело трясётся как от лихорадки, почему так тяжело дышать? — Нет! Не ври мне! — возмущённо, даже обиженно протянула Пола. Она выглядит так же, как после смерти Джима. Она не знает. Она не знает, что произошло в тот день. Она искренне верит, что тот просто пропал — так убедила её мама. Успокоиться. Успокоиться. Успокоиться. Пят вздохнула, собирая всё своё мужество, отвечая самым спокойным голосом на свете: — Я в порядке. Просто голова заболела сильно резко. Няня уставилась на неё, её зелёные глаза горели беспокойством, сильным беспокойством. Даже тревогой. — Голова заболела? Может, во время сна что-то себе пережала? — Пят кивнула, готовая на всё, чтобы подтвердить свой обман. Полоска смотрела на неё всё ещё недоверчиво. Даже слегка зло. — Ты всегда такая! Особенно после пропажи Джима! — это было сродни вскрытию живота, ей казалось, что она опустела изнутри и даже чувствовала, как все эти липкие кишки распластаются по земле. Кошка отвернулась от неё. — Ну и молчи дальше! — Пола, нельзя же так с сестрой! — Можно! Она всегда молчит и избегает, пусть и дальше это делает! — прозвучало уже со слезами, будто приказ о казни. Она всё так же обиженно шмыгнула носом. Ей казалось, что она очутилась вновь перед тем зеркалом, которое разбила. Ей было жутко. Только зеркало живое и помнит слишком много. — Я- — Я не хочу ничего слышать! — громко сказала кошка, смотря на один из входов в лагерь. Любые попытки поговорить оборачивались молчанием. Попытка посмотреть ей в глаза —отворотом головы и тела. Её охватывала паника. Что она сделала? Что она сделала? Что она сделала? Может, она была недостаточно искренней с ней? Может быть, она была слишком грубой? Может, недостаточно радовалась ей? Сердце гудит и бьётся в истерике. — Тссс. Обе, — взгляд Пятнышки метнулся в сторону няни. Её глаза горели полным спокойствием, в них искрилась тишина весеннего утра. — Давайте так: я попробую стать вашим проводником. — Это как? — неожиданно спросила сестра. — У вас конфликт, который мешает вам поладить. Давайте я помогу вам его решить. Полоска. Она посмотрела глаза в глаза котёнку и мягко, очень ласково спросила: — Что тебя беспокоит? — Что Пятнышка постоянно молчит! Что она всегда избегает меня! Кошка хотела что-то возразить, но поднятый хвост дал понять, чтобы той дали договорить. — И что так постоянно! Я пыталась с ней поладить, а у меня ничего не выходит! Ей вновь хотелось возразить, но в голове болезненной вспышкой прошлось то, почему так вышло. Она слишком боится рассказать лишнего и потому отвечала сухо. Ох. Что я наделала! — Пятнышка. Я дрогнула, моё сердце на секунду остановилось от паники. — Что тебя беспокоит? Как им рассказать? Как сознаться в том, что она убийца? Они отвернутся! ОНИ СКАЖУТ, ЧТО Я УБИЙЦА! — Не переживай. Мы не осудим тебя, ты можешь рассказать всё-всё, что у тебя на душе. Пят открывает рот, но, словно крик, она слышит вскрик Полоски в своей голове: ТЫ УБИЙЦА! Нет. Она не может им рассказать. Она не хочет видеть эти гневные глаза и чувствовать, как когти сестры впиваются в шею с чавкающим звуком, вырывая плоть. Кусочек за кусочком. Пятнышка постаралась прогнать такую жуткую картину из своей головы. Нет. Её сестра на такое не способна! Или способна? — Слишком сложно? — Пятно кивнула. Сил придумывать очередную ложь не было. Тревоги отнимают все силы.— Хорошо. Давай по-другому. Что ты сейчас чувствуешь? — Страх. — Почему тебе страшно? — Пят вновь умолкла. Нет. Она не может рассказать. Даже если она умрёт. — Всё хорошо. Тебе ничего не угрожает. Я обещаю. — Что от меня отвернутся. Пят! Ты кусок падали! Закрой пасть! Но впервые не получалось. Няня словно наконец-то позволила ей говорить, будто бы ей наконец-то дали это право. — И что меня возненавидят! — Почему же ты так решила? Полоска тебя любит, просто очень переживает, но не знает, как по-другому порой показать, — сестра кивнула, неожиданно с большой грустью в глазах смотря на неё. — Мама так сказала. — Лайна? — от шока у Полы округлились глаза. — Почему??? У неё на глазах появились слёзы. — Она говорила, что тебя любит больше! Что ты лучше меня во всём! Что тебя возмут в хороший дом! Что у тебя буду любящие хозяева, которые никогда не будут тебя больше бить, а меня возьмут да утопят! Что я заслуживаю смерти, как и Дж- Она осеклась, понимая, что вот-вот скажет это. — Как и Джунгли. — Джунгли? Что это? И почему Лайла желала смерти тебе? Кошка озадаченно смотрит. Только не догадайся. Только не догадайся. Только не догадайся. — Прости меня. Я… Я слишком груба, — кошка подняла и потёрлась об неё щекой. — Прости, что не была с тобою честна, — она так же потёрлась щекой о щёку. Её окотило по ощущениям кровью, и она услышала всплеск воды. Это лишь галлюцинации… — Вожак вернулся! — крикнул откуда-то сверху Гнев. Тот кот, который кричал как-то на няню. Полоска радостно пискнула и вышла встречать кого-то. И Пят казалось, что у неё сейчас отпадёт челюсть. Чёрный кот с белой нижней челюстью, белой грудью и животом. Огненные глаза. Да это именно он и спас её! — Чёрный Дьявол! — Пола подбежала к нему. Кот ей добродушно усмехнулся. — Джек! Ну где ты? Пят будто окатили водой. Снова! Её пробрал ужас, слишком похожее имя! К Дьяволу подбежал серый кот с очень бледными голубыми глазами и более тёмными кончиками ушей и хвоста. — Смерч! — сестра вновь кинулась к нему, мягко боднувшись в его грудь, он хихикнул. Он нежно коснулся макушки кошки, что-то говоря ей, он выглядит таким дружелюбным и милым, но почему-то от него для Пят чувствуется опасность и ощущение, что с ним что-то не так. Он слишком странный. Слишком добрый. И сейчас ей казалось, будто она умрёт. Белый кот с парой светлых пятен на спине и на щёчках. Его яркие голубые глаза сверкали жизнью и добротой. — Джек! — Пола тут же кинулась в его сторону, прижимаясь щекой к нему. — Пятнышка, иди, познакомься с ними, — няня аккуратно толкнула её. Но она словно срослась с землёй. Она зацепилась взглядом за этого кота, рассматривая — слишком похож. Его взгляд устремился на неё. Его яркие глаза смотрели с радостью и любопытством. В этих небесах цвела жизнь. Красивая синева. Неожиданно жизнь сменилась мертвецким взглядом, покрывшись пеленой смерти. Жизнь завяла, и заместо неё теперь мёртвая застылая вода. Сгнившая. Покрытая слоем слизи и зелени. Он начал идти к ней. Он топил её этим взглядом, угрожающее смотря на неё. Словно бы ещё немного, и она поменяется с ним местами. Словно скоро ЕЁ глаза будут гнить в той мусорке. Словно скоро ОНА будет замотана в то бумажное полотенце и выкинута в мусорку, словно испорченная еда. Словно скоро ПЯТНЫШКА будет заместо ДЖИМА. Тяжело дышать! Она задыхается! Вода в лёгких! ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ ДЫШАТЬ — Убийца! УБИЙЦА! УБИЙЦА! — говорил Джим. Его голубые глаза лопнули, они сгнили! — Нет-нет-нет! Я не убивала тебя! КЛЯНУСЬ! Неожиданно всё прошло. Мир застыл. Галлюцинация прошла. Все уставились на неё. Абсолютно каждый. Все застыли, кто с чем смотрел: кто с ужасом, кто с недопониманием, а кто с восторгом. Неожиданно в этой тишине раздался испуганный голос Полоски. — Ты… Убила… Джима? Это ощущалось, словно она прямо тут разорвала её. Словно она топит её, пусть и воды здесь и нет. — Нет! Я не убийца! Глаза сестры потухли. Они горели горечью и пустотой. Казалось, будто они стали чернее тьмы. — Что произошло в тот день? — Я не- — ОТВЕЧАЙ! Она подлетела. И Пят словно вцепились в лапы, настолько она не могла двигаться. Тело застыло, закаменело, задеревенело, просто перестало быть живым! — Прямо сейчас ты расскажешь, что произошло в тот день с Джимом. — Он просто пр- — НЕТ! НЕ МОГ ОН ТАК ЛЕГКО ПРОПАСТЬ. Я ИСКАЛА ЕГО! Я ЧУВСТВОВАЛА ТОЛЬКО ЗАПАХ ГНИЕНИЯ! ТЫ ЗНАЛА И НЕ СКАЗАЛА. ОТВЕЧАЙ! — Полоска… — Говори. Её глаза смотрели на неё опустошающе. Ей придётся. Выбора нет. Словно сейчас она убийца, ей казалось, что она вытаскивает гниль из себя. Словно она вырывает что-то ценное, но это просто фальшивка. Это то, что отравляет её, и она надеялась, что она и останется единственной, кого эта тайна постигнет и что она унесёт с собой в могилу. Её сердце сейчас умрёт от ужаса, но она тихо начала, запинаясь и чувствуя слёзы: — Тогда на улице был дождь. Я просто играла с ним…