Ложная королева: Меч Британии

      Найдя неприметную тропинку, которой, вероятно, редко пользовались даже грибники и ягодники из местных селений, Анастасий повел по ней лошадь. Мелисенда была в седле, время от времени охала и потирала свою правую ногу. На главную дорогу, освещенную луной, решили не выходить, но шли параллельно ей.       — Надо быть осторожными! Культ не отступится! Да и понять легко, куда я собиралась! Немудрено, что я ищу спасения! Нас может ждать засада на дороге в Бланшефлор! — напомнила девушка.       — Не бойся! Если кто-то за нами пойдет, то я смогу их обнаружить! Сейчас мы одни!       Мелисенда ничего на это не отвечала, только корчила недовольные гримасы. У нее просто не было сил и желания спорить, хотя самонадеянность лучника немного раздражала девушку. Все ее мысли занимала ужасная боль, которая не утихала даже на мгновенье.       А ее спутник думал о своем. Естественно, будучи в ордене, Анастасий слышал про одержимых. Даже Евангелие содержит упоминание о них.       «Имя мне легион!» — вспомнил лучник фразу из Писания.       Иисус изгнал бесов из человека, которые переселились в свиней. Только в нынешних реалиях все заканчивается намного хуже для смертных. Демоны действительно могут вселяться в человека, но делают это с согласия людей, иначе приходится сражаться с душой смертного. Иной раз встречались случаи, когда злой дух через какую-то слабость доводил человека до крайности и полностью овладевал телом. Это могла быть безграничная гордыня, жгучее желание мести, похоть или обжорство. Навязчивая идея доводила несчастного до исступления, отдавая во власть демонов.       Анастасия всегда забавлял факт, что демоны «носят» людей, как сами смертные носят одежду. Только оболочка для духов зла не столь долговечна и изнашивается очень быстро. Чем сильнее демон — тем быстрее тело высыхает, разлагается и покрывается струпьями. Кстати, лучник помнил разговор в Черном замке с герцогом Калдером и его некромантами. Посланники короля ада приходили к ним, пытались уговорить помочь жрецам культа. Видимо, это было сделано до того, как обнаружилась альтернатива. Или культ хотел таким образом усилить обычных одержимых, из которых, учитывая пороки людей, можно за короткое время собрать небольшую армию. Если Белиал нашел способ делать «платья» для своих прислужников долговечными и усиленными демонической магией, то орден Святой Софии может столкнуться в будущем со страшным противником.       Утро, сменившее ночь, выдалось прекрасным. Солнце весело играло лучами сквозь ветви деревьев. Стало даже жарко. Видимо, это был один из последних теплых дней этой осенью. Потом пойдут дожди — обычная погода для Британии.       На одном участке избранная путниками тропка изгибалась и подходила ближе к основной дороге. Заметив на дороге паломников в белых балахонах, Анастасий предложил примкнуть к ним.       — Вряд ли это поклонники демонов! Вон! Видишь? Головной отряд несет крест над головами! Наверно, идут в Бланшефлор. Там и рыцари есть! Пойдем с ними! Так будет безопаснее!       Уставшая от боли и изнурительного пути девчушка лишь махнула рукой. Ее бледность начинала пугать даже лучника.       — Ты в порядке? — спросил Анастасий.       — А сам не видишь? — устало буркнула в ответ брюнетка.       Догадка оказалась верной. Люди шли из славного Кентиса, чтобы получить благословение монахов Бланшефлора и прикоснуться к легенде. Поклониться святому месту, где мор был побежден, приходили многие христиане. Даже с большой земли часто прибывали гости сюда и в Корнуолл.       Официально считалось, что неустанные молитвы святых старцев разжалобили Бога, и страшная хворь отступила. Но это были сказки для легковерных! Это понимал и Анастасий, поэтому в самом Бланшефлоре, если представится возможность, он решил осмотреть места, в которые паломников не пускают. Но и рисковать понапрасну не стоит! Лучник уже успел собрать достаточно ценной информации, которая крайне важна для ордена и Лучезара.       Попросив разрешения примкнуть к людям из Кентиса, Анастасий получил одобрение. Сразу было видно, что это глубоко верующие христиане: их безвозмездная и чуткая забота была принята с благодарностью. Стрелку и его спутнице предложили белые плащи, так как их накидки были сырыми и грязными после схватки в Андрэте и ночи, что они провели в лесу. Одежда была кстати, ведь так они смогут смешаться с основной массой.       Предложив странникам еду и питье, настоятель монастыря из Кентиса узнал об истинной цели путешествия этой пары в Бланшефлор. Скрывать ее не было смысла, а сообразительность позволила лучнику не сказать лишнего. Мелисенда была немногословна. Любой, только глянув на нее, мог понять, что девчонке сейчас худо.       Узнав, что с девушкой случилось несчастье, лидеры этого шествия решили осмотреть ее рану, когда монахи и рыцари остановились на отдых. Осторожно разрезав ткань, пропитанную гноем и кровью, ученый брат Публий, который смыслил в лекарском деле, пришел в ужас. Несколько монахов упали без чувств на землю из-за увиденного. Даже бывалые рыцари, сдерживая отвращение, отвернули лица. Сам Анастасий побледнел от такого зрелища, а Мелисенда, не веря, что такое может происходить с ее телом, уронила лицо в ладони и беззвучно зарыдала.       Уже с трудом можно было различить вырезанные на теле символы, но точно были видны белые личинки и черви, которые копошились в ранах девушки. Из алых и коричневых наростов сочилась кровь с гноем. Темные участки кожи, словно обгоревшая древесина, служили границей между пораженной и здоровой плотью. И, судя по всему, эта гадость будет расползаться далее.       Хмурый старик, который в прошлом был отважным и благородным рыцарем, а теперь решил посвятить свою жизнь служению Богу, подозвал к себе молодого воина.       — Брат Аларик! Скачи немедля в Бланшефлор! Передай святым мужам, что девушку ранили магическим оружием, как поведал нам ее спутник. Я предполагаю, что это был проклятый клинок. Опиши ее рану и состояние монахам, чтобы они могли подготовить все необходимое. И еще! Скажи, что никаких пышных встреч паломникам из Кентиса не надо, коль такое случилось! Мы будем в Бланшефлоре так скоро, как сможем. Пусть Бог поможет тебе!       Поклонившись, юный рыцарь отправился исполнять поручение седовласого рыцаря.       Рану девушки очистили, промыли и окропили святой водой, что вызвало приступ сильной боли у страдалицы. Мелисенда коротко вскрикнула и потеряла сознание. Перевязав рану, девушку бережно уложили на повозку и, под охраной рыцарей и Анастасия, отправили вперед.       Когда сэр Аларик достиг Бланшефлора, его отвели к преподобному отцу Эвроку. Тот был в компании ученого брата Передура, который редко расставался со своими снадобьями и микстурами. В маленькой комнатушке, куда свет поступал из трех небольших окошек, вдоль стен стояли полки с увесистыми книгами. Некоторые из них были в стальных обложках и прикованы цепями к железным шестам — таким ценным было знание, сокрытое в них. Книги доставлялись в это святое место отовсюду: из-за моря, покупались в древних монастырях, приобретались у искателей сокровищ, которые находили древние фолианты в сундуках, где должно было быть золото.       Давней страстью ученого монаха была книга «Ключи Соломона». Считалось, что в ней были молитвы и заклинания, которые позволяли управлять любым существом! Вероятно, именно так Соломон сумел заточить демонов в кувшин, если верить преданиям. Никаких денег не пожалели бы церковники за эти знания, только была одна проблема: эту книгу до сих пор не нашли. Некоторые люди заявляли, что нашли это бесценное знание, но на деле они оказывались шарлатанами, которых прогоняли прочь рыцари замка. Монахов было нелегко провести.       В деталях рассказав все, что видел и знал о несчастье девушки, рыцарь Аларик ждал ответа. Переглянувшись, святоши попросили воина оставить их ненадолго одних.       — Как не вовремя! — сокрушался седовласый преподобный отец. — Наш запас благодатной воды подошел к концу совсем недавно, а дело, судя по рассказу этого молодца, срочное. Ты сможешь помочь несчастной своими припарками, брат Передур?       — Надо все увидеть своими глазами, но если тут замешана магия тьмы, то без нашего благодетеля нам не обойтись! Мои зелья и припарки ей помогут не более, чем молитвы иноков. Позвольте дать совет, преподобный: отправьте гонца в Зеркальный замок! Должен признать, это наш промах! Коли заканчивается амброзия, то запасы стоит восполнять вовремя.       Почесав лысину на макушке, Эврок раздраженно подметил:       — Прав ты, брат Передур, только ведь тебе известно, что наш прошлый гонец вернулся с обещанием братьев-королей Пеллеаса и Пеллинора прибыть к нам в обитель при первой же возможности! И все из-за этого дележа земель, когда король Утер решил упразднить герцогство по всей Британии. Что ж, пошлем еще одного! Бог велел помогать страждущим — этим мы и займемся!       — Я отдам распоряжения и позабочусь о прибывшем юноше! — сказал Передур, но его успел схватить за рукав Эврок.       — А ты не думаешь, что это может быть сделано специально?       Брат Передур воздел руки и произнес:       — Помилуйте, преподобный отец! Это шествие затевалось давно, и возглавляют его благочестивые монахи и благородные рыцари! Не волнуйтесь! Тайна останется тайной! Эту девочку мы проведем по всем кругам нашей святыни, незаметно дав ей испить чудодейственный напиток, когда сюда прибудут посланники из Зеркального замка. Никто и не заметит!       — Что ж, надеюсь, ты прав! А теперь ступай и сделай все, как обещал! С Богом, брат мой!

***

      Бедняжка Мелисенда пришла в себя, когда ее повозка уже подъезжала к Бланшефлору. У ворот замка отряд ожидали местные обитатели, желая скорее помочь несчастной. Анастасий лично донес девушку на руках до зала, где заботу о ней взяли на себя монахи во главе с преподобным отцом. Тут ей предстояло провести долгое время в молитвах, прижимать распятие к груди, пить святую воду и лежать на полу лицом вниз, раскинув руки в стороны.       Во времена мора в этих стенах многие нашли спасение. Святые люди не хотели явно демонстрировать чудотворную реликвию, поэтому, находясь в замке, пострадавшие от мора участвовали в различных святых обрядах, незаметно для себя принимая частичку божественной благодати и исцеляясь.       Монахи ревностно хранили свою тайну. Даже в самом Бланшефлоре о Граале знала лишь горстка избранных. Хотя и спасительным предметом был не Грааль в привычном понимании. Да и хранился этот предмет в замке братьев-королей, куда только-только прибыл посланник от преподобного отца Эврока.       В Зеркальном замке всегда были рады гостю. Зеркальным, а иногда Озерным, этот замок, как и весь край, называли из-за озер. Замок стоял на берегу водоема и отражался в его водной глади, словно смотрелся в серебряное блюдо. Одно из баронств этих земель и вовсе называлось Озерным. В небольших озерцах в хорошую погоду можно было до мелочей разглядеть свое отражение в воде. Рядом с Зеркальным замком, на небольшом расстоянии от берега была статуя Нарцисса у купели, который влюбился сам в себя, увидав свое отражение в воде.       Радушные прислужники королей провели прибывшего гонца в зал, где на переносном, резном, деревянном троне восседала женщина — мать королей. Муж ее погиб во время смуты, и ее молодые сыновья стали править этими землями. Но главной особенностью Зеркального королевства был другой человек.       Седовласый мужчина с черными бровями и веселыми голубыми глазами стоял рядом с троном королевы-матери, положив руку на деревянную спинку. Черная одежда на нем контрастировала с его густыми и серебряными волосами. Черный плащ, украшенный золотыми нитями, едва касался каменного пола. Он что-то непринужденно рассказывал женщине, жестикулируя руками, а повествование его изредка нарушалось смешками девы.       Прибывший рыцарь поклонился матери королей и старцу. Сказав, что он приехал из Бланшефлора, рыцарь протянул послание женщине на троне.       В послании преподобный отец просил прощения за такую неожиданность, но там же говорилось, что дело не терпит отлагательств, ведь речь шла о человеческой жизни. Прямо ни слова не было сказано про Грааль, но можно было понять сокрытый между строк смысл. Поняв, что дело касается тайны всего королевского рода, женщина передала послание седовласому.       Пробежав глазами по посланию и вникнув в суть, седой муж решил взять на себя все хлопоты перед отправкой в Бланшефлор.       — Подкрепи свои силы пищей, юноша! Будь гостем в этом замке! А я подготовлю все для путешествия! — сказал старец гонцу, удаляясь из тронного зала.       Путь в Бланшефлор займет менее четверти дня, но нельзя отправляться без должной подготовки. Обычно о перевозке реликвии извещали правители Зеркального замка, отправляя гонца в Бланшефлор. Так повелось со времен мора.       Но из-за передела границ королевства эта важная задача была отложена. Многочисленный отряд должен был сопровождать заветный ларец до святого места, возглавляемый королями. В нынешней ситуации истинный владыка этого края решил обойтись без братьев-королей, если речь идет о человеческой жизни, которую может унести неизведанная зараза.       Недавние перемены в единой Британии стали причиной того, что все герцоги внезапно стали баронами, которые теперь вынуждены делить землю с владетелями. Король Утер боялся, что могущественные вассалы могут собрать достаточно сил для того, чтобы бросить вызов своим соседям или короне. Чтобы избежать таких бед в будущем, Утер Пендрагон одарил небольшими участками земли владетелей, обеспечивая этим жестом их вечную верность. Но и раздробив земли герцогов, король рисковал нажить себе врагов.       Нужным для правителя всей Британии королям и баронам тоже перепал кусочек, именно поэтому братья-короли сейчас и были на границах королевства, в буквальном смысле передвигая пограничные столбики.       Но сейчас человеческая жизнь была на кону, и Король-Рыбак решил самолично доставить драгоценный ларец в Бланшефлор, не дожидаясь возвращения своих родственников.       Король Пелам, Бессмертный король или Король-Рыбак, как его прозвали в народе, был истинным владыкой этих земель, хотя уже давно не носил короны. Он скромно находился подле персоны, что восседала на троне, помогая мудрым советом или наставлением. А рыбаком его прозвали придворные и крестьяне, так как этот высокородный господин сам любил ловить рыбу в озере у замка. Пелам на это прозвище не обижался.       — Чтить остальных — значит, не давать повода завидовать и жить скромно! — так любил повторять этот веселый старик.       И это изречение было сказано не ради красного словца, а в виду того, что весь род, начиная с Иосифа Аримафейского, был вовлечен в тайну Святого Грааля. Потомки тайного последователя Христа отличались скромностью и набожностью, несмотря на свои владения и богатства.       Примерно столетие назад он и его брат Пелес унаследовали великий секрет. Настал их черед быть на страже таинства, которое способно низвергнуть мир в хаос. Или помочь человечеству, если использовать великую силу разумно, зная меру.       Оба обещали хранить тайну Святого Грааля, оба поклялись сделать все возможное, чтобы часть чаши не попала в злые руки. Также обещали они своему умирающему отцу посвятить свои жизни добру и порядку. Пелам дал обещание позаботиться о юной и прекрасной сестре. Хотя воспитание, данное богобоязненным отцом, не давало им шанса отвернуться от света. И во времена великих раздоров и войн эти юноши повели своих людей к победе над угнетателями и поработителями.       Пелес стал защитником владений в Бретани, отражая набеги варваров на большой земле, а Пелам защищался от иноземцев и властолюбивых королей на юго-востоке Британии. В то неспокойное время войны и стычки не прекращались. В одном столкновении с воинственными соседями Пелам был смертельно ранен. Битва завершилась победой защитников Зеркального замка, но сам Пелам, ожидая своего последнего вздоха, истекал кровью на бранном поле. Лишь немногие товарищи выжили в этой резне, но ничего не могли поделать, глядя на своего умирающего господина. Когда его нашла сестра, которая прибыла на ратное поле с небольшим отрядом, король Зеркального края уже еле дышал.       Не осталось наследника у этого храбреца. Каждый понимал, что это рано или поздно вызовет распри в землях умирающего короля Пелама. Также некому было поручить защиту священной реликвии. Заламывая руки от горя, Пелена велела подать походную сумку, откуда она извлекла золотой ковш. И ей была ведома тайна семьи! Несмотря на строгие наставления, девушка, ведомая великим горем и отчаянием, повелела подать ей воды и напоила своего брата из священного предмета.       Все, кто стали свидетелями этого исцеления, были удивлены до глубины души. Раны почти мгновенно затянулись. Не прошло и пары мгновений, как владыка Зеркального королевства сумел подняться без посторонней помощи.       С осуждением Пелам посмотрел на свою сестру, но сделанного назад уже не воротишь. Понял и простил он Пелену, а позже и сердечно поблагодарил. Ведь потом девушка призналась, что ей приснился вещий сон, так как все события того злосчастного дня повторились в точности наяву. Поэтому она не стала дожидаться своего брата в замке, а отправилась к полю битвы сама.       «Значит, в том и было наше предназначение!» — решил про себя Пелам.       После того события все вассалы короля Пелама, что лицезрели чудесное исцеление, дали торжественную клятву, что никогда не расскажут об увиденном.       Было известно избранным, что Грааль обладает великими возможностями: может даровать исцеление, сделать слабого мага могучим колдуном и многое другое. Испив из волшебного сосуда, король не знал болезней, и возраст очень медленно взимал дань с его молодости. Когда Пелес и Пелена были уже на смертном одре, даже первые морщины не коснулись лица хранителя Зеркального края. Но у всего есть цена — это сделало его бездетным, поэтому власть в Зеркальном королевстве передавалась по линии сестры Пелама, а сам король смиренно ждал своего часа, находясь на страже величайшей тайны человечества.       И теперь этот почтенный старец собрал большой отряд, чтобы отправиться в Бланшефлор.       Простившись с королевой-матерью, Пелам в доспехах вышел во двор замка, сопровождаемый своими рыцарями. Пятьдесят всадников уже ожидали своего господина, готовые по первому слову начать путешествие.       Верный своему долгу и делу всей своей жизни, Пелам ловко вскочил в седло, словно возраст все еще был не властен над ним.       — Вперед, мои рыцари! Бланшефлор ждет нас!       И караван направился к священному замку, хотя почти все рыцари в отряде даже не подозревали, что они перевозят.

***

      Выпив два кубка со святой водой, девушка неохотно приняла в свои руки третий.       «От этого пойла мне легче не становится!» — думала про себя Мелисенда.       Она уже лежала ничком, уткнувшись в пол и раскинув руки в стороны, изображая крест. Молилась, но еще служа в рядах убийц культа она знала, что молитва сродни пожеланию — такое действо ничего не гарантирует. Ей прикладывали крест ко лбу и к вырезанным символам. Это вызывало лишь тупую боль, когда распятие касалось раны на ноге.       — Терпение, дочь моя! И Господь явит тебе свою милость! — говорил брат Передур, глядя на перекошенное злобой и отчаянием лицо Мелисенды.       Та ничего не отвечала, а вот голову ее посещали злобные мысли: «Еще раз такое ляпнешь, я тебя этим же крестом по башке отлуплю, жирная свинья!»       Вероятно, святой брат мог угадать мысли девочки, но не серчал на нее. Кто из людей, когда становилось плохо и тяжело, не впадал в отчаяние и не становился агрессивным?       Лучника рядом не было. Его вежливо попросили остаться за дверями зала, когда он принес Мелисенду. Два рыцаря, на всякий случай, преградили путь внутрь. В этом замке находился свой гарнизон, чтобы святые братья не оказались без защиты перед лицом неожиданной опасности. Было тут что-то схожее с рыцарями из Бретани, как показалось вампиру.       Когда в открытые ворота въехал отряд конных рыцарей, Анастасий подошел к окну.       Всадники в синих плащах наводнили почти все пространство внутри замка. Герб у них был знакомым: золотыми нитями изображалась дева, которая расчесывает свои волосы гребнем, сидя на камне у озера. Таких воинов Анастасий видел в войске короля Утера.       «Зеркальное королевство! А что этим тут надо? Приехали получить благословение? Про них я слышал. Я хотел заглянуть и в их край, ведь если верить слухам, то в столичном замке живет человек, которому уже более сотни лет, а смерть за ним так и не пришла! Ордену такие чудеса интересны! Россказни это или правда? Боюсь, за пару дней не разобраться! Да и других дел хватает!»       Среди этих рыцарей выделялся седой человек в черном плаще. Когда он спешился, то несколько человек остались с лошадьми, а остальные, сняв с повозки какой-то сундучок, направились куда-то в сторону крепостной стены.       «А почему не через главных вход?» — изумился Анастасий.       И тут раздался голос позади стрелка:       — Не желаете ли, милостивый господин, отслужить с нами обедню? Пришло время нашими молитвами помочь вашей спутнице!       Тут лучник удивился еще больше. Вместе с толстеньким монахом, у которого были большие и выразительные глаза, к нему подошли шесть рыцарей.       «Видимо, от такого предложения нельзя отказываться!» — подумал Анастасий.       Следуя за святым братом, выбритая макушка которого служила путеводной звездой в темных коридорах, ромей очутился в зале, где были рыцари и монахи Бланшефлора. Было тут немало гостей в синих плащах из Зеркального замка.       «Хорошо, что Лучезар настоял в свое время на том, чтобы мы отточили искусство притворства до совершенства! Теперь я даже молиться в святых местах могу, не выдавая своей истинной натуры!»       В это же время сундук был доставлен в тайную комнату, где ничего не было, кроме простого стола со множеством кубков и фонтана в виде девушки, что держала на своем плече кувшин, из которого вниз лилась чистая вода, поступавшая из подземных источников.       Поблагодарив своих рыцарей, Пелам попросил их удалиться, оставшись наедине с преподобным отцом Эвроком. Достав связку ключей из потайного карманчика, седовласый мужчина начал один за другим отпирать замки на сундуке. Но не только ими был защищен магический ларчик! Этот небольшой деревянный короб был заговорен самим Мерлином. Никаким мечом или молотом его нельзя повредить, падение с высоты для него нипочем, а в морских глубинах этот ларец может оставаться века, но не развалится, а его содержимое останется нетронутым!       Чтобы снять магические засовы, Пелам поднес свой серебряный перстень к крышке сундучка, а тот сам собой медленно распахнулся.       «Если в Бретани тайну Грааля охраняет целая армия воинов и сама Нимуэ, то здесь ее можно доверить этому сундучку, оставив его хоть в чистом поле, хоть на торговой площади!» — усмехнувшись, подумал Пелам.       Внутри сверкала половинка золотого кубка. Король кивнул на святыню. Преподобный отец уже имел дело с этим предметом, поэтому он аккуратно прикрепил серебряную ручку к совочку с закругленными краями, а после направился к фонтану. Пелам стал подавать ему кубки, а Эврок наполнял их водой, зачерпывая ковшом воду.       — Самое плохое в этом благом деле то, что мы не можем поручить это задание молодым! — шутил седовласый старичок, расставляя сосуды с водой, что соприкоснулась с частью Святого Грааля.       — Когда придет время, тогда и новые избранные займут наше место, храня великую тайну! Но не время для шуток, благородный король Пелам! В зале под нами мучается несчастная дева.       И оба продолжали свое занятие, создавая небольшой запас амброзии, как ее называли в Бланшефлоре, для борьбы с необъяснимыми недугами, одно из которых постигло Мелисенду.

***

      Пока бывшая убийца лежала, уткнувшись лицом в пол подле большого креста, в зал тихонько вошли преподобный отец и мужчина в черном доспехе, который нес на своих руках поднос со множеством кубков. Все позолоченные чаши были одинаковы.       Увидав их, ученый церковник всплеснул руками и, неловко перебирая ногами, побежал к Мелисенде. Подведя девушку к столу на возвышении, он указал рукой на кубки. Прибывшие люди скромно стояли в сторонке, приняв смиренные позы и глядя в пол, словно молились.       — Послушай… те… святой отец! — едва сдерживала гнев девушка, глядя на воду. — Вы меня водой не излечите, а погубите! Это уже седьмой кубок!!! — вскричала Мелисенда, потеряв самообладание.       — Семь — святое число! — заметил почтенный воин в черной броне, стоя позади девы, которая из-за боли в ноге слегка приплясывала на месте.       — Терпение, дочь моя! И смирение! — напомнил брат Передур.       — Угу! Угу! — едва не плача от безысходности, проскрежетала сквозь зубы брюнетка, схватив ближайший к ней кубок, слегка расплескав воду.       Залпом осушив сосуд, она гневно уставилась на Передура.       — Ну? Чего там дальше? Помолимся?       — Можно и помолиться, — промямлил ученый человек от церкви.       Тяжело дыша от злобы и досады, девушка уже твердым шагом подошла к распятию, с которого фигура Христа молча наблюдала эту сцену. Поглощенная столькими неудачами и подножками судьбы, девушка даже не заметила, что теперь она может нормально ходить. Боль ушла, а следом и рана затянулась. Даже синяки и ссадины исчезли в мгновение ока. Мелисенда без проблем преклонилась перед Спасителем. Ее примеру последовали остальные. Молились про себя, не отвлекаясь.       Когда все выпрямились, Мелисенда опять обратилась к святому человеку:       — А теперь что?       — Теперь? — переспросил изумленный преподобный отец.       Уже все заметили, что на месте уродливой кровоточащей раны теперь был ровный и гладкий участок белой и упругой кожи. Лишь молоденькая скандалистка, видимо, совсем утратив веру в хороший исход, продолжала осыпать собравшихся вопросами и упреками, задыхаясь от злости.       — Да! Теперь!       — Ничего, — спокойно проговорил брат Передур. — Можешь идти домой или остаться тут на какое-то время, дочь моя!       Мелисенда несколько раз изменилась в лица от такой наглости! Приготовившись словесно атаковать несчастного монаха, звероподобная дева открыла рот. И только теперь, случайно задев рукой свое правое бедро, коротковолосая девушка обратила внимание на перемены. Она даже не заметила своего исцеления! Тут же сменив гнев на милость, Мелисенда поблагодарила людей, а те предложили ей остаться в Бланшефлоре.       Найдя Анастасия в зале для трапез, бывшая убийца отметила, что теперь, получив реальную помощь от служителей Бога, она раз и навсегда отринет свое прошлое. Лучник намек понял и в будущем решил не затрагивать былые свершения своей подруги в рядах культа. Но теперь встал другой вопрос.       — Что теперь делать будем? — ненавязчиво спросила Мелисенда, осторожно оглядываясь. — Ты хотел какие-то чудеса найти? Вот тебе одно из них: моя нога исцелилась, а я даже не заметила.       — Вот и славно! — Анастасий пригубил кружку с красноватой водой. — И не озирайся ты так! Конечно, выследить нас могли, ведь дорога в Бланшефлор тут одна, но в этом замке сейчас настоящий муравейник!       — Ты этих мерзавцев не знаешь! — девушка постучала пальчиками по столу, за которым они сидели в просторной зале. — Они и спектакль могут разыграть, и наряд поменять, и яд подсыпать незаметно им под силу!       — Как тот монах, которого ты заколола? — сказал Анастасий и тут же поморщился, не желая напоминать своей спутнице о недавних проблемах, но та даже вида не подала.       — Нет! — коротко отрезала девица. — Тех глупцов наняли. Были бы там хотя бы два ассасина из культа, мы бы с тобой тут не говорили! Да и вести беседу следует тихо, поглядывая по сторонам: ты же не забыл, кто я? Не хочу посвящать в наши тайны других!       — Это правильно! Ладно! Потом расскажешь, как там тебя поставили на ноги! Пока я был с этими рыцарями, то даже помолиться успел…       — Как мило, — скривилась в наигранной улыбке Мелисенда.       — Так вот! Узнал я от них новости королевства! Британского королевства! Теперь Британия официально является целым куском, хоть на нем и поныне полно мелких корольков, баронов и владетелей. Король Утер узаконит свою власть, когда женится на Игрэйне, так как она в родстве с почившим королем Марвином. Север уже покорился Утеру Пендрагону. Кстати, Вортигерн разбил пиктов при Йорке. Теперь его величают хранителем севера! А юго-восток и восток страны выступают опорой власти Логреса. Камелот уже стал чем-то вроде символа единства Британии.       — Рада за нее! — недовольно буркнула Мелисенда, наматывая короткий локон на указательный палец. — Нам-то делать что? Меня уже ждут во всех портовых городах на юге и востоке! Живой мне Британию не покинуть, а если останусь, то мне лучше самой утопиться!       — Погоди-погоди! Король Утер не хочет откладывать важное событие, поэтому очень скоро в Тинтагеле состоится свадьба. Куча разного люда стекается сейчас в Корнуолл. Понимаешь?       Пожав плечами, девушка кивнула.       — Я-то понимаю! Будь я на месте Белуса, то воспользовалась бы такой возможностью! Не хочу тебя расстраивать, но твой Утер уже может считать себя покойником! Если за дело взялись убийцы, то легче пролезть в игольное ушко, чем уйти от них! Тем более, Мириам будет там — не зря же ее оставили. Стоит ей затянуть песню о войне, как все гости друг друга перебьют. Да и особые воины короля, — тут дева указала пальцем в пол, чтобы не произносить его имени в святом месте, — тоже туда не с подарками придут. Неспроста их именно сейчас набирали везде, где только могли. Белус даже опытных последователей не пожалел!       — Верю, что ты знаешь много, Мелисенда! Вот обо всем ты и расскажешь Утеру!       — Что?! — прошипела Мелисенда.       Только выучка и стальная воля удержали ее от того, чтобы не наброситься с кулаками на Анастасия. В зале было немного людей, и все они были заняты беседами или едой, но даже так повышенный тон мог привлечь ненужное внимание.       — Послушай! Как ты сама правильно подметила: если мы попробуем своими силами покинуть Британию, то нас, скорее всего, убьют! Король Пелам и братья-короли собираются на свадьбу Утера. Отплывут они на нескольких кораблях из своей гавани. Я уже обо всем договорился — они возьмут нас с собой! Оказалось, что он даже слышал обо мне, а когда я ему показал камень из Кларента, то Пелам признал его. В общем, я хочу сказать, что безопаснее пути в Тинтагель нам не найти!       Тут Анастасий притих. Казалось, еще немного и Мелисенда начнет скрежетать зубами — такое звериное выражение лица было у нее. Но судить преждевременно и упираться было уделом людей глупых и недальновидных, а девушка обладала тонким умом и богатым жизненным опытом, несмотря на юный возраст.       — Хорошо! Продолжай! — сдержанно произнесла она.       — Мы расскажем все Утеру. Не переживай! Ты явишься спасать жизнь короля, а это даже вознаграждается. Ну, можешь слегка приврать и разжалобить его рассказом о своем нелегком детстве и юности… как ты со мной сделала.       Судя по каменному лицу девушки, шутка не удалась, поэтому лучник продолжил объяснять свой план.       — Негодяи хотят сделать худо королю всей Британии. Да и Грааль с этим как-то связан! Думаю, мы должны расстроить планы подлецов!       — Мы никому ничего не должны! Как по мне, так это не наше дело. Меня больше волнует другое: даже если нам повезет вырваться из Британии, то куда идти потом? Чем заниматься? Слуги этих негодяев, — Мелисенда сделала акцент на последнем слове, — найдут нас везде! Да и зарабатывать на жизнь чем-то надо! А что я умею? Да! Ни-че-го! Но шлюхой на каком-то постоялом дворе я не стану! — обиженно заключила дева.       — Тогда дослушай! После спасения Утера мы отправимся в Бретань. Там край религиозных фанатиков! Бояться будет нечего! Преследования не будет! А оттуда нас ждет долгий путь в Константинополь!       — Отлично! — всплеснула руками девушка. — Из огня да в полымя! Там же хризмиты! Знаю, что ты с ними на короткой ноге, но если у них хотя бы появятся подозрения по поводу… моей дружбы с плохими людьми, то меня разорвут на части! Да и ты, наверно, попадешь под горячую руку…       Анастасий взял девушку за руку и пристально посмотрел ей в голубые глаза.       — Клянусь тебе, что там нам будут рады! Я лично знаю Лучезара, а он является духовным лидером ордена. Тебя там не тронут!       Вздохнув, девушка хранила молчание, вероятно, перебирая другие варианты в голове.       — Ну так что? Ты нужна королю Утеру! Орден не забудет твоей помощи! Ты знаешь тех, кого могут послать! Ты сможешь поведать об этих загадочных воителях! Без тебя мне будет намного сложнее!       Анастасий протянул девчонке правую руку ладонью вверх. Та помедлила, сказав:       — Мне сейчас некуда идти. Да и отплатить своим обидчикам хотелось бы. Только что насчет Мириам? Она мне жизнь спасла, а я в нее пальцем тыкать буду? Нет уж! Я соглашаюсь, только если ей будет дарована жизнь. Идет?       — Согласен! Если король переживет это нападение, то можно будет попросить пощады для Мириам!       С этими словами они пожали руки, смотря друг другу в глаза.

***

      Было решено сыграть свадьбу в Тинтагеле. Игрэйна не хотела, чтобы у злых языков был повод очернить ее будущего ребенка, да и Утер не был против, ведь это поможет укрепить его власть. Герцога Горлойса не вернуть, но надо продолжать жить дальше. Силы для этого дают дочери Игрэйны, которые уже совсем скоро сами выйдут замуж.       Если раньше Тинтагель служил важным оплотом в войне с Логресом, где не жаловали пришлых людей, то теперь это место было открыто для всех. Прибыв в столицу Корнуолла, Анастасий не узнал ее: на всех стенах были знамена, веревки с разноцветными флажками были натянуты между шпилями крыш, кругом сновали торговцы и бродячие певцы исполняли песни, услаждая слух. Да и небо прояснилось, ни тучки на лазурном полотне!       Стража у всех ворот в столицу пропускала людей без разбора, но вот вход в замок Тинтагель, где находился король Утер, охранялся надлежащим образом. Пока Мелисенда и лучник следовали за Пеламом и братьями-королями, они насчитали не менее полусотни рыцарей, а это была охрана лишь во внутреннем дворе замка. Внутри, скорее всего, стражи еще больше.       Пелам, как того требовал обычай, предстал пред королем и его избранницей, представив всех своих людей. Когда очередь дошла до Анастасия, Утер Пендрагон сильно обрадовался.       — Клянусь, этот ясный день стал еще светлее для меня! Это же Анастасий! Лучший лучник во всем мире! Друзья, если кто-то не слыхал о том событии, то я вам расскажу о нем за обедом! Этот молодец сбил стрелу на лету!       После трапезы Анастасий представил Утеру свою попутчицу и попросил его о важном разговоре, ведь речь пойдет о жизни короля всей Британии. Поначалу Утер не воспринял слова стрелка всерьез, но желая провести время за беседой с бывшим телохранителем, согласился выслушать своих гостей.       В той самой башне, где произошла подмена знамен, что вызвала переполох в войске Корнуолла происходил этот разговор. Сделав глубокий вдох, Мелисенда сразу начала с фактов, которые заставили всех умолкнуть. Вортигерн так и остался на время всего рассказа с кубком вина в руке, совсем забыв про свое питье.       Девушка поведала всем, что она служила культу Белиала, не заостряя внимания на своих подвигах. Она рассказала, что их задачей было умертвить всех королей и герцогов в Британии. Конечная цель этих убийств ей неизвестна. И теперь остался последний король, смерть которого вызовет хаос и беспорядок в королевстве.       Собравшиеся именитые рыцари в один голос заявили, что это сделано ради смуты, во время которой будет проще разорвать Британию на куски и усадить на троны своих марионеток. Даже мудрая Игрэйна посчитала это вероятным. Разубеждать собравшихся Мелисенда не стала — так они уговорились с Анастасием. Их задачей было нарушить планы культа Белиала, а что там будет думать Утер и его окружение — не столь важно!       Старец Пелам подтвердил историю Мелисенды, когда та заявила, что бежала от прислужников культа. По дороге она повстречалась с Анастасием, а после они добрались до Бланшефлора, где свершилось чудесное исцеление.       — Дитя, скажи мне, где находится гнездо этих негодяев? Я пошлю туда своих рыцарей! — заявил Вортигерн.       — Воля ваша, только я полагаю, что они уже давно покинули тот заброшенный особняк, что спрятался в дремучем лесу на границе баронства Римского с баронством Найта! Жрецы очень осторожны!       — Мои вассалы знают те места очень хорошо! Позволите ли вы поручить это дело им, мой король? — услужливо спросил Леодегранс.       — Быть посему! Пошли голубя немедля! Но мне хотелось бы узнать больше о другом, Мелисенда! Ты говорила, что жрецы Белиала хотели убить тебя. И из-за этого ты сбежала! Но какова была причина устранять своего человека?       Решив подкрепить свой рассказ показом, девушка достала из походной сумки кинжал с черным лезвием, по которому в разные стороны расходились оранжевые, красные и желтые завитки и линии. Положив на стол это оружие, она предупредила любознательных:       — Только не пораньтесь, иначе ранка начнет нарывать и гноиться, а после зараза расползется по всему телу. Это необычный кинжал! Такие может изготовить только великий адский кузнец Гефестус, как поведали мне. Он же нашел способ, как сделать из обычного человека непобедимого воина ада. Тело полностью покрывается сплошной броней, — девушка перевела взгляд на черный кинжал, — делая человека похожим на статую, а душу несчастного заменяет демон, который может после этого ритуала спокойно ходить среди живых. Вот таких убийц прислужники Белиала бросят против вас, мой король! Боюсь, другой причины жертвовать своими помощниками у жрецов нет.       Процедура, описанная Мелисендой, была малоприятной. Слова заставили кровь похолодеть в жилах. Тут в разговор вмешался Леодегранс, вспомнив события давно минувших дней.       — Я помню, мой король, как много лет назад рыцари Камелиарда тщетно пытались справиться с какими-то неуязвимыми противниками. Я тогда был лишь ребенком, но я отчетливо помню, как наши солдаты попадали клинками по тем чудовищам, а те просто не замечали ударов. Вероятно, уже тогда я столкнулся с ними? Тогда эта девушка не врет!       — Меня самой в культе тогда еще не было! — пояснила Мелисенда. — Жрецы Белиала не торопятся увеличивать количество этих стальных монстров. Уводить крестьян силой будет опасно, ведь любой барон или владетель может выслать на поиски своих людей небольшую армию. А жертвовать всеми своими соратниками будет расточительно — культ имеет мало людей в своих рядах.       — Расскажи нам больше об этих тварях! — скрестив руки на груди, попросила Игрэйна.       — Что ж, знаю я немного, но я видела этих монстров вблизи. Они не блещут умом. Если и могут выполнять распоряжения, то самые примитивные. Вероятно, из-за замещения души человеческой демоном, эти стальные изваяния постоянно жаждут сражений. Их ненависть к роду людскому велика! Они не могут выполнять какую-то работу, даже поговорить толком не смогут: они постоянно повторяют лишь имя своего господина. Но в бою они не знают жалости и усталости. Вряд ли даже небольшой отряд таких чудовищ смогут одолеть ваши рыцари. Вероятно, эти гвардейцы Белиала оттянут на себя охрану, давая больший простор для действий убийцам культа. Если позволите, я бы дала вам совет: не стоит дожидаться удара культа, ибо он будет смертельным. Уж слишком хорошо подготовлены их бойцы, а темная магия и способности жрецов выше всяких ожиданий. Лучше самим заставить прислужников Белиала сделать первый ход, который приведет их в ловушку!       Поблагодарив лучника и его подругу за сведения, их проводили до покоев, где они смогут отдохнуть, а у дверей оставили стражу.       — Отлично! Теперь мы пленники! — недовольно пробурчала Мелисенда.       — Никто нас не пленял! — парировал Анастасий.       — Тогда попробуй выйти отсюда! — издевательски предложила дева.       — А зачем? Тут всего хватает. Даже тайные покои есть! Наконец-то можно будет поспать на нормальной кровати! — с улыбкой заключил ромей.       — А постель-то одна! Я ее займу! — сказала брюнетка, тоном давая понять, что спор неуместен.       — А где мне спать?       Тут Мелисенда ткнула носком сапога небольшую скамью и стены.       — Тоже лучше, чем на земле! — с кривой ухмылкой сказала девушка.       А в это время король, его брат и Игрэйна обсуждали возможные действия.       — Что ж, совет той девчонки недурен! Только сперва скажите: вы им доверяете? — заговорил первым Вортигерн.       — А какой смысл им врать? Анастасия я знаю по войне. Он спас мне жизнь и служил верой и правдой! За девчонку поручился Пелам. Да и убийства королей и герцогов внезапно начались годы назад, но так никто и не понял, кому и зачем это было нужно! Смута, захват земель или что-то еще?       — Мы не знаем наверняка! — произнесла будущая жена короля. — В такой ситуации ставки слишком высоки. Я считаю, что нам необходимо найти Мерлина и попросить…       — Мерлин?! Этот безбожник, который обманом хотел отобрать у нас ребенка? Ноги его не будет ни в Тинтагеле, ни в Камелоте! — недовольно рявкнул Утер.       — Но если они правы, то его помощь нам будет нужна! И необходимо дать возможность Мерлину пояснить свою позицию. Мы толком и не знаем, зачем ему это нужно! — робко возразила Игрэйна.       — Какая разница? Друид играет в свои игры по своим же правилам! Пускай его и кличут защитником Камелота, но на деле он не лучше чернокнижника, что дорвался до тайного знания! Я запрещаю вам даже думать о нем, как о нашем друге!       Но эти слова были сказаны сгоряча. Игрэйна это понимала, поэтому решила действовать осторожно, но по-своему.

***

      Выехав из замка в сопровождении небольшого отряда охраны и своих девушек, владычица Корнуолла направилась к лесу. Утеру она сказала, что хочет подышать свежим воздухом, а прогулка поможет упорядочить мысли.       Зная, что друид в ладу со всеми лесными обитателями, Игрэйна направилась в лес. В хитростях и премудростях друидов эта женщина кое-что понимала. Отъехав от Тинтагеля и доскакав до опушки леса, отряд спешился.       Взяв с собой немного орешков, Игрэйна быстро сумела привлечь внимание белок. Кинув угощение под ствол ели, дева стала смотреть, как белки стали ловко спускаться вниз. Не успела она и рот открыть, как все орехи растащили. Посетовав на свою медлительность, Игрэйна взяла орешек и положила его на ветку. Тут же одна белка выглянула из-за ствола дерева.       Но на этот раз светловолосая женщина оказалась проворнее. Схватив свой дар раньше зверька, Игрэйна стала подманивать белку к себе. Та сделала прыжок вперед, остановилась и поднялась на задние лапки, словно спрашивая, зачем человек издевается.       — Я не играю с тобой! Этот орех твой. Но сделай доброе дело: позови Мерлина сюда! — ласково сказала зеленоглазая дева.       Схватив свой трофей, ловкий пушистый грызун устремился прочь.       Каждый зверь в Британии был другом Мерлина. Лучших информаторов не найти! Если где-то случается что-то дурное или важное, а какой-нибудь зверек это видел, то и колдуну это рано или поздно станет известно. Сильна была связь друида с царством зверей. Даже мифические создания, которыми взрослые пугают детей перед сном, находят общий язык с Мерлином. Ходили слухи, что он мог даже разговаривать со своенравными и гордыми драконами.       Случилось как-то одинокому старику столкнуться с конным отрядом бандитов. Разбойники решили напасть на старца, видя в нем легкую добычу, так кони сами сбросили седоков и погнали их прочь от Мерлина. Также друид мог мгновенно перемещаться на большое расстояние, хоть это и требовало больших магических затрат. Мог он и будущее предсказывать. Было известно ему умение друидов менять свой облик, чему их, как гласят легенды, научили сами животные. Думаешь, что перед тобою свирепый медведь или благородный олень, а это Мерлин. Еще были свежи в памяти многих воспоминания, как друид сумел изменить внешность короля Утера. Велико его мастерство, а мудрость часто помогала Логресу обходить опасности. За это его и прозвали защитником столицы королевства, ведь верой и правдой он служил Камелоту еще задолго до рождения отца Утера.       Игрэйна и сопровождавшие ее люди все глубже заходили в лес. Терпение женщины заканчивалось, а тревога начинала душить сомнениями. Но вот в чаще засверкали глаза волков, которые, ощетинившись, стали окружать людей. Избранницу Утера хищники игнорировали, словно желали преградить путь остальным, пропуская дальше лишь Игрэйну.       Дева поспешила успокоить свою свиту:       — Видимо, дальше могу пойти только я! Ждите меня здесь, друзья!       Так и случилось. Осторожно обходя витиеватые корни и уклоняясь от ветвей, молодая женщина обнаружила Мерлина, сидящего на пеньке в дикой чаще леса. Заметив Игрэйну, тот встал и учтиво поклонился ей, что придало деве уверенности.       — Приветствую вас, герцогиня Игрэйна! Хотя уже скоро вы станете королевой всей Британии!       — Здравствуй, Мерлин! Пожалуй, я последняя носительница такого титула в Британии. Утешительный приз для вдовы проигравшего в виде временного исключения из правил. Но я искала тебя для очень важного разговора! — грустная улыбка сошла с прекрасного лика. — Королю Утеру грозит смертельная опасность!       Подойдя ближе к Игрэйне, волшебник остановился в паре шагов от собеседницы. Чародей был слегка удивлен услышанным.       — Я знаю о причине вашего появления! Признаться, быль и наши желания редко идут рука об руку. Я сам хотел посетить Тинтагель, так как видел в будущем беду, что грозит нашему королю. Только как вы о ней узнали?       — В замок прибыли люди, которые об этом нас предупредили. Это бывший телохранитель Утера, иностранный наемник Анастасий, а с ним была девушка, которая бежала из заточения. Темные жрецы хотели превратить ее в чудовище. Она и поведала нам все, что знала: о чаровнице, что своим голосом может погубить целую толпу и о дьяволовых воинах, которых не победить простому рыцарю. Она даже считает, что лучше попробовать самим заманить недругов в западню, чем дожидаться рокового момента.       — Клянусь, вы знаете больше, чем я успел увидеть в видении! Я видел уродливые стальные статуи, но вот про зачарованную певицу слышу впервые! — усмехнулся колдун.       — Мелисенда сказала, что волшебство губительного голоса может легко развеять любой маг! — заметила Игрэйна.       — Что ж, тогда защитные руны и заклинания помогут нам!       — Только мой будущий супруг и слышать не хочет о тебе, и все из-за твоей просьбы! Его бравада делает его легкомысленным и упертым, хотя смерть короля приведет к ужасным последствиям! Ты использовал право просителя неведомого, заранее зная результат, чем и привел короля в ярость. Я сама нахожу это странным! Утер даже обвинил тебя в каких-то языческих ритуалах, словно ты хочешь принести невинное дитя в жертву!       Поглаживая густую и длинную бороду, Мерлин широко улыбнулся.       — Ха! Языческие, стало быть! Еще когда прапрадед Утера лишь тянул свои ручки из колыбели к солнцу, я уже был послан советом Авалона в Британию. Лично король Оберон просил меня способствовать миру на островах, чем я занимаюсь и поныне. Поверьте мне, мудрая Игрэйна! Я смиренно исполняю свой долг и служу Британии! А еще я свято чту заветы христианского Бога, поэтому никогда не пойду против Его воли и задуманного порядка. Этим же принципом руководствуются и обитатели Авалона. Мы помогаем людям, храня порядок в мире! Вашему сыну суждено стать спасителем Британии!       — Так ты оставишь мне дитя? — с надеждой спросила женщина, глядя в глаза мудреца, пока тот хранил молчание.       «Что ж, одно дитя я тебе точно оставлю. На лжи далеко не уйдешь, поэтому я смогу ответить тебе с чистым сердцем! К сожалению, сразу после рождения девочку убьют! Ты сама и твой муж будете убиты! Но если изменить вашу судьбу, то все будет только хуже! Увы, порой необходимо пожертвовать кем-то, чтобы большинство благоденствовало!»       — Да, я оставлю вам ребенка! Но воспользуюсь своим правом и заберу мальчика для воспитания, ибо от него будет зависеть многое! И давайте больше не возвращаться к этой теме! Сейчас надо всеми силами сосредоточиться на спасении короля Утера Пендрагона.       Герцогиня Корнуолла вздохнула с облегчением. Вид у нее был такой, словно у нее со спины сняли тяжкий груз.       — Ты прав, мудрый старец! Только не было и дня, чтобы он не бранил тебя, если кто-то вспоминал о колдовстве! Утеру нужно время, чтобы успокоиться! А там и поговорить можно будет! Время все лечит!       — Верно, а времени у нас, к сожалению, нет! Со мной он захочет говорить только о ребенке, а это может подождать! Да и его реакция на мое появление будет ожидаемой! Но я знаю, как сладить с этой проблемой! И пока я был здесь, то обдумывал возможную ловушку для убийц короля. Ваши информаторы правы: ждать удара не стоит, ибо он будет смертельным! Уже сейчас злодеи находятся в Тинтагеле! Но и я уже созвал со всех концов Британии союзников, которые в силах побороть даже могучих исчадий ада! Позвольте мне показать вам, герцогиня Игрэйна, моего давнего друга! Не бойтесь!       Пройдя чуть глубже в лес, старец и женщина вышли к небольшому озеру, от которого вниз по холму уходила речка, что впадала в море.       — Покажись, Рахаб! — громко произнес Мерлин.       И в этот момент из воды показалась голова чудовища, которая напугала Игрэйну так, что та даже вскрикнула.       Монстр обладал головой крокодила и туловищем медведя. Выглядел он ужасающе для нежной девицы. Ей еще повезло, что она не видела длинные лапы чудовища, которые походили на лягушачьи.       Бедняжка думала, что такие монстры могут существовать только в мифах, где говорилось, что они утаскивали под воду крупный рогатый скот и даже людей! А оказалось, их вполне может призвать на помощь этот седовласый друид.       — Мер-рл-л-лин! — булькающим голосом проговорило существо.       — Будь готов, друг мой! Я буду приходить сюда каждый день, чтобы в нужный срок предупредить вас!       — Мы будем жд-дать! — после этого чудище скрылось в воде.       Мурашки поползли по спине Игрэйны, когда она представила, что этот монстр может затянуть на глубину беззащитного человека.       — Аванк? — с дрожью в голосе спросила дева.       — Да! И не один, а дюжина! Они помогут отразить нападение посланников ада! — ободряюще произнес друид.       После они решили возвращаться, но Мерлин попросил Игрэйну привести Вортигерна в условленное место рядом с лесом.       — Брат Утера куда прозорливее и сговорчивее, а король уж больно горяч и скор на суждения, которые потом изменит, но только со временем. Прошу вас, добрая госпожа, приведите Вортигерна ко мне под любым предлогом. А там уже я лично все объясню ему! Вы все поймете, когда увидите синее знамя с аванком.       Так и поступила Игрэйна, попросив этим же вечером Вортигерна составить ей компанию во время прогулки. С ними поехал небольшой отряд рыцарей. Когда они отдалились от стен столицы и стали подъезжать к лесу, то на дороге показался рыцарь в начищенном доспехе и синем плаще. Рядом с ним в землю было воткнуто знамя с аванком. Вспомнив наставления Мерлина, дева попросила брата короля оставить охрану и лишь в ее сопровождении приблизиться к рыцарю.       Солнце уже начало скрываться за горизонтом, когда начался разговор, в котором Мерлин открылся Вортигерну, а Игрэйна подтвердила все его слова.       — Это все замечательно! Я полностью согласен с тем, что необходимо спасти моего брата, но какова в этом моя роль?       — Она очень проста: ожидайте в лесу, пока я буду вами! — сказал Мерлин. — Я опишу королю свой план. Надеюсь, пребывание в лесу не станет для вас непосильной задачей?       — Я воин, а не белоручка! Смогу соорудить себе шалаш и добыть еды! Только обещай мне, маг, что сможешь сберечь брата! Его смерть похоронит все, чего мы достигли за эти долгие годы!       — Обещаю, Вортигерн! И не переживайте о еде! Все лесные жители и волшебные твари с нами заодно! Они о вас позаботятся! А теперь давайте разыграем спектакль, чтобы у ваших людей не осталось вопросов!       Когда Мерлин упомянул волшебных созданий, Игрэйна вздрогнула, вспомнив ужасного аванка.       А рыцарь стал внезапно бросать оскорбления в адрес Игрэйны и самого Вортигерна, не давая пройти по дороге. Обычай требовал от Вортигерна заступиться за честь дамы и сразиться с наглецом.       Взяв копье у своего оруженосца, королевский стратег наказал своему сопровождению оставаться на месте с Игрэйной, а сам отправился на полянку, что скрывалась за деревьями, где и пройдет мнимое сражение.       Спустя какое-то время, Вортигерн появился перед своими людьми, гарцуя на своем коне. Поравнявшись с герцогиней, он поднял забрало и кивнул ей, давая понять, что теперь Мерлин находится перед нею.       Когда отряд возвращался назад, кто-то из рыцарей Вортигерна спросил:       — А что стало с тем рыцарем, который преградил вам дорогу, мой господин?       — Я вышиб его на длину копья и оставил гнить в лесу! Достойная плата за те оскорбления, что он нанес будущей королеве всей Британии.       Все рыцари без исключения были сильно верующими людьми, поэтому молодой воин покачал головой и лишь произнес:       — Не по-христиански это…       Тогда ложный Вортигерн гневно посмотрел на жалостливого воителя, бросив сквозь зубы:       — Ты еще перекрестись, праведник!       А когда паренек притих, боясь разгневать своего господина, то ненастоящий рыцарь громко расхохотался, сводя все к шутке.       — Да не бойся ты! То была шутка! Уехал тот бедолага на своем коне, получив урок.       Так отряд вернулся в Тинтагель, который был освещен кострами и факелами.

***

      Соорудив из веток шалаш, Вортигерн стал обустраивать свое временное пристанище. Конечно, воину не очень нравилось быть в стороне от основных событий, но он также понимал, что в предстоящем столкновении его меч принесет гораздо меньше пользы, нежели магические умения Мерлина.       Сняв с себя тяжелые доспехи, мужчина решил найти, где можно напиться воды. Отойдя от лагеря и собрав немного хвороста для костра, Вортигерн заметил белку на дереве и чертыхнулся, ведь лука со стрелами у него не было, поэтому про дичь придется забыть.       — Буду жить собирательством, — уныло подметил он себе под нос.       Поглаживая остроконечную бородку, которую он оставил, как напоминание о победе в битве при Йорке, Вортигерн размышлял, чем заняться далее. Но тут сверху ему на голову упало что-то твердое и круглое. Закинув руку на голову, он развернулся.       — Кто тут шутковать вздумал?       Оглядевшись, рыцарь никого не увидел, а потом в него градом полетели лесные орехи, которые сверху ему на голову сбрасывали белки. Вортигерн только и успел вскинуть руки над головой для защиты. Когда ореховое ненастье утихло, брат короля собрал с земли дары лесных обитателей.       — Вот какую заботу обещал мне чародей!       Потом, когда уже костерок полыхал в каменном круге, к шалашу Вортигерна осторожно подошел волк, держа пойманного зайца в зубах. С благодарностью приняв подношение, Вортигерн заметил, что волк хочет чего-то еще, так как животное не уходило.       Лесной зверь сделал несколько шагов, а потом оглянулся, словно манил за собой рыцаря. Решив последовать за серым хищником, Вортигерн вышел к небольшому ручью, что был в паре сотен шагов от лагеря. Тогда брат короля решил перенести свой лагерь поближе к источнику, но сделать это на следующий день.       Так коротал время в лесном царстве Вортигерн.

***

      — И все-таки вернемся к моему вопросу! Теперь мы пленники? — спросила Мелисенда, кушая виноград.       Она кидала в свой рот ягодку за ягодкой, пока Анастасий разглядывал картину, где был изображен Тинтагель.       — Не знаю. Судя по количеству воинов за нашими дверями, о нас не забыли! Считай, что они нас так высоко ценят, поэтому и охраняют хорошо!       — Я, конечно, не против побыть в таком плену, если нас будут также кормить всю оставшуюся жизнь! — заявила девушка, принимаясь за пирог. — Только толку от нас, если мы будем взаперти? Ни ты, ни я не сможем отсюда принести пользу!       — Это так, но и день свадьбы еще не назначен! Я думаю, они просто хотят все хорошо обдумать! Жаль, Мерлина нет в Тинтагеле! Он бы сумел помочь, — но тут Анастасий осекся, вспомнив наставления Лучезара.       Мерлин мог бы вычислить вампиров, ведь эти создания ушли от своей судьбы, что будет видно по пустоте в их глазах. Но для этого нужно было еще пристально вглядеться в лица конкретных людей, а пока об их темном даре никто даже не догадывался. Но лишних сюрпризов лучник желал всеми силами избегать.       — Кстати, Мелисенда! Если Мерлин появится, не смотри ему в глаза. Слыхал я, что может он так завораживать людей. Учитывая своеволие друида, наше внезапное появление и твое прошлое, я бы предпочел быть настороже. Иначе превратимся в каких-нибудь безмозглых марионеток.       — Как скажешь! — с набитым ртом сказала бывшая убийца.       Она уже принималась за третий ломоть. А Анастасий подошел к окну, чтобы застать закат. Ему безумно нравилось это зрелище, а еще это был символ того, что силы вампира возвращались, а чувства обострялись.       Этой ночью будет полнолуние, но наемный стрелок не переживал за свое состояние. Когда он бывал в деревнях, то наполнял небольшие глиняные пузырьки свиной кровью, чтобы в крайнем случае можно было разбавить ею обычную пищу и питье, когда подавался, например, свекольный суп или красное вино. В искусстве делать это незаметно, лучник стал настоящим мастером.       От обычной пищи хуже ему не становилось, но для настоящего вампира она представляла малую ценность. Ни вкусом, ни своими свойствами она не могла удовлетворить потребности кровососа. Тот вампир, кто попробовал крови живого существа хотя бы раз, уже не сможет обходиться без нее. И тут очень важна была приобретенная выучка в тайных подземельях крепости ордена, ведь Лучезар не мог позволить себе выпустить в свет своих помощников, если они не выработают стойкость к искушению запустить свои клыки в шею первого зазевавшегося человека.       Пригубив разбавленного кровью вина, Анастасий повернулся к Мелисенде, которая убрала первый поднос с едой, чтобы приняться за второй. Поймав на себе взгляд ромея, дева спросила:       — Будешь? Ты мало ешь!       — Спасибо, но я сыт и знаю свою норму! А ты не растолстей! Знаешь, не хочется катить тебя, словно бочку, на врагов!

***

      Когда мнимый Вортигерн вернулся назад вместе с Игрэйной, они решили незамедлительно найти короля. В небольшой комнатке они утвердили план, который должен был покончить с теми, кто рискнет напасть на Утера.       Настоящую свадьбу решили перенести в Камелот, где Утер и Игрэйна будут коронованы, как король и королева Британии. Неожиданно Вортигерн рьяно выступил с предложением, что сделать это должен именно Мерлин.       — Черт с ним! Если все здесь пройдет хорошо, то пускай таким образом оправдает свое звание заступника Камелота! А сейчас прошу вас его не упоминать! Справимся и без него!       — Конечно-конечно! — поспешил согласиться Вортигерн.       А здесь решили разыграть свадебный спектакль для вероятных врагов на острове Святого Самсона. Отправку туда будут контролировать, а на самом островке будет полно стражи, придворных магов и рыцарей. Не будет даже возможности попасть туда незамеченным! Каждый корабль проверят солдаты короля. Если прислужники Белиала пойдут на такой отчаянный риск, то всех их там же и перебьют.       — Я верю в силу нашего оружия! С чарующими песнями совладают мои маги! Каких бы закованных в сталь монстров не выставили против наших рыцарей, мои воины быстро одолеют врагов! Не умением, так числом!       — Отлично, Утер! — произнес Мерлин в обличии Вортигерна. — Только позволь мне позаботиться об остальных приготовлениях. Наша ловушка должна захлопнуться, раздавив всех недоброжелателей.       — Будем надеяться, хотя я считаю, что мы сможем справиться только с исполнителями. Если будет возможность, то стоит взять кого-то из них живьем. Сегодня пришел ответ от воинов Леодегранса: его рыцари обнаружили лишь пустой дом посреди леса. Если там и были темные жрецы, то они давно уже покинули то место. Но будем решать проблемы по очереди! Сперва подготовим достойный прием нашим врагам здесь!       Потом Игрэйна поведала Мерлину, что за девушку, которая была в культе Белиала, поручился Анастасий и, что еще важнее — благородный Пелам, Бессмертный король. Одно это послужило достаточным аргументом для колдуна, чтобы уверовать в искренность Мелисенды. Герцогиня рассказала про особых воинов, которых Белиал, вероятно, бросит в эту атаку, а также про девицу с необычным даром одурманивать слушателей своим голосом.       Усвоив эту информацию, ненастоящий Вортигерн принялся подготавливаться к судьбоносному дню.

***

      Узнав точный день свадьбы, барон Римский в тайной комнате таверны на окраине столицы Корнуолла ожидал посланников культа. Когда ему доложили, что явились три человека, он не поверил своим ушам и лично вышел навстречу гостям.       Этому вельможе было пятьдесят лет, но для своего возраста он держался весьма хорошо и уверенной поступью вышел к посланцам Белуса.       Рыцари в красных плащах пропустили хорошенькую женщину с пышными черными волосами и двух ее спутников в залу, где их уже встретил барон. От похотливого взора вельможи не ускользнули приятные черты лица и округлые формы девы, но сейчас другое волновало его более, чем извращенные фантазии.       — Неужели Белус послал только вас? — негодовал барон Римский. — Я не ставлю под сомнения ваши умения и организаторские способности Белуса, но у Утера полно рыцарей в замке. Я сомневаюсь, что их будет меньше на острове!       — Мы ценим вашу помощь, барон! — ответствовала томным голосом девица, словно слова мужчины в красной одежде не имели никакого значения. — А еще больше мы ценим ваше молчание! Не все приготовления видны невооруженному глазу!       — А вам бы лучше не тянуть с этими приготовлениями! Свадьба состоится через два дня!       Усмехнувшись, Мириам перешла к сути задумки культа.       — Этого вполне хватит! Прикажите к завтрашнему утру подготовить пару пустых повозок, но ваши люди нам не потребуются. Возницы у нас есть! Когда мы вернемся, вы сможете получить обещанную награду. Также нам потребуется корабль.       — Корабль?! — всплеснул руками начинающий седеть человек. — Любое судно осмотрят перед отправкой на остров Святого Самсона! Любое корыто проверят по прибытии! Я на такой риск не пойду! Даже после смерти Утера его вассалы захотят покарать убийц и причастных к смерти их короля! Вы хотите подставить меня?       — Едва ли вас! Скорее, тех, кого вы терпеть не можете! Скажите, есть ли среди ваших владетелей кто-то, кто получил свой титул от Утера? Кто из них вызывает у вас неприязнь или является ненадежным вассалом?       Подумав, мужчина назвал имя:       — Владетель Нордский является слабым звеном в моих владениях. Он ненадежен и меняет свое мнение в угоду тому, кто может дать кусок пожирнее. Такого негодяя даже родная мамаша прокляла бы и отреклась! Труслив, корыстен и тщеславен этот человек!       — Вот и славно! Мне нужно, чтобы я смогла увидеться с ним завтра вечером, после того, как мы вернемся в Тинтагель. Я… смогу убедить его помочь нам по личной инициативе, что отведет подозрения от вас, барон! Корабли с прислугой, менестрелями и стражей будут осматривать очень тщательно, но никто не будет выискивать убийц у знатных господ, так как у них самих есть подручные рыцари. От новоявленных владетелей король ждет только собачьей верности, ведь они получили земли и титул от короля всей Британии. Вас никто не заподозрит!       — Но я не могу приказать своему вассалу предать короля! Подкупить его тоже не получится, так как он струсит и решит вас выдать, чтобы получить еще больше от Утера. А его стража, если заметит ваших людей, тут же вступит в бой.       — Не переживайте! Организуйте нам встречу без свидетелей, а остальное… это моя головная боль! Никто ничего не заметит! Вы в выигрыше при любом раскладе, барон! Лучше скажите мне, этот владетель Нордский холост?       — Это так, только этот блудник из борделей носа не показывает…       — Отлично! — прервала бурчание вельможи Мириам. — Сделайте так, чтобы я смогла… поговорить с ним с глазу на глаз. Потом все пойдет так, как было задумано Белусом.       Лидер культа не был дураком, поэтому последние слова немного успокоили барона Римского. Главное — это не оставлять нитей, которые могли бы привести к нему.       — Я призову его завтра в полночь в дом на окраине, где разместились мои рыцари. Весь верхний этаж будет в вашем распоряжении!       — Это будет хорошо! Только пусть нас никто не тревожит и, ради вашего же блага, не подслушивает! — хищно улыбнулась Мириам, полагая, что этот вельможа даже представить не может, что произойдет с его владетелем.       Барон кивнул, подумав про себя, что эта девка захочет отдаться тому слизняку, тем самым заручившись его помощью.       «Хотя ни одна баба не стоит того, чтобы потерять свою голову. Вряд ли владетель Нордский согласится за удовольствия одной ночи пойти на такой риск. Да и эта черноволосая слишком уж гордо держится. Она явно не станет раздвигать ноги перед каким-то уродом даже ради успеха дела. Тут что-то другое! Вероятно, она права: мне лучше всего не знать!»       Закончив разговор, из тайной комнатушки вышли убийцы. Чтобы не вызывать подозрений, барон и его воины недолго посидели в общем зале, а потом направились прочь из таверны.