Грааль
16 января 2023 г., 18:39
Сентябрьское солнышко только-только выглянуло из-за густого соснового бора, озарив холодными лучами поляну для поединков. В эту пору здесь не было людно. Только Монтель и леди Эмилия наблюдали за сражением двух рыцарей.
Разъехавшись в разные концы поля, всадники погнали своих лошадей на противника, но в последний момент подняли свои пики, проносясь мимо. Это было сделано для того, чтобы проверить снаряжение и состояние боевых коней: все ли держится надлежащим образом, нет ли травм у лошадей.
Развернувшись, воины отсалютовали друг другу копьями и понеслись быстрее ветра на оппонента. После столкновения ясеневые копья с тупыми наконечниками разлетелись в щепки, но рыцари остались в седлах. Спрыгнув с коней и оставив щиты на земле, они сошлись в пешем поединке.
Воин в сияющих доспехах с красным драконом на груди принял клинок из рук мага времени, а его противник обнажил меч, который был в ножнах за спиной. Слегка наклонившись, воитель потянул за рукоять. Показалась стальная полоса, словно змея из норы выползла.
Оба противника, несмотря на тяжесть брони, были настолько подвижны, что клинки не всегда ударялись друг о друга. Чаще им удавалось отскакивать в сторону или уклоняться. После оборонительного движения всегда следовала молниеносная контратака, которая со свистом рассекала воздух.
Отскочив назад, воин снял шлем и накинул его на столбик ограждения. Быстрым движением сбросив кольчужный капюшон, Артория ловко подкинула меч и перехватила его левой рукой. Обратный хват и неудобная рука должны были сбить с толку противника, который уже успел привыкнуть к обычной тактике девушки.
Нанеся серию ударов, которые не достигли цели, дева едва успела отпрыгнуть назад: острие вражеского клинка промелькнуло на расстоянии пальца от ее глаз.
— Ну хватит! Еще не хватало, чтобы вы покалечили друг друга! — встав между противниками, сказал маг времени.
— Достойный бой! — рыцарь Бедивер только сейчас снял шлем. — Принцесса, почему вы сняли шлем во время боя?
— Он мне мешал! С ним обзор не такой широкий! Да и вообще… лучше от удара уклониться, держа под контролем ситуацию, а не надеяться на прочность защиты! Движение — это жизнь! Ваши же слова, сэр Бедивер! — утренний ветер играл со светлыми волосами девушки, приподнимая ее челку.
Стройный воин спорить не стал, лишь отрицательно покачал белой головой. Разбившись на пары, люди стали возвращаться в Камелот. Артория и ее черноволосая наставница направились в замок, а маг и рыцарь согласились отвести лошадей в конюшню.
— И чего ты к ней придираешься? — шутливо спросил Монтель, почесав подбородок. — В прошлый раз она просто захотела лошадь поменять перед поединком. Подумаешь, цвет не понравился! Она же девчонка! А что ты ей сказал?
— Плохому рыцарю конь мешает! — ухмыльнувшись, напомнил Бедивер.
— И это ее сильно разозлило! Зачем цепляться? Она уже сейчас сражается с тобой на равных! С опытным рыцарем-вампиром!
— Я же не учу тебя магии, Монтель! Попрошу предоставить ее обучение ратному делу мне! Если ей только дифирамбы петь, то она может возгордиться! Взгляни на ситуацию с другой стороны! Как часто она ставит под сомнение мои советы и решения? А ведь еще недавно она была такой послушной! Дело не в ее выучке! Если тебя это успокоит, то в будущем ей действительно не будет равных на поле боя, но проблема в другом… Важно, чтобы она нос не задирала слишком высоко. Иначе можно ненароком упасть!
— Я считаю, что нам следует избегать раздоров! Только недоверия среди своих же не хватало! А надо уже готовиться! И глазом не успеем моргнуть, как начнут случаться события, которые мы уже имели счастье лицезреть. Ей пошел девятнадцатый год! Скоро должно состояться знаковое событие: Артур обнажит Кларент перед толпой. Если только наши действия не изменили судьбу слишком сильно…
Бедивер резко повернул голову к собеседнику и впился в него зелеными глазами.
— Вот-вот! Утер жив! А с ним еще и десятки кровососов, готовых ради него на все! Большинство из них составляют «достойнейшие» люди, по которым плачут виселицы! Кто бы мог подумать? Душегубы в самом сердце Камелота и всегда при короле! Даже представить не могу, как символ рода Пендрагонов сможет оказаться в камне!
Монтель задумчиво посмотрел перед собой и хмыкнул.
— Поэтому надо быть готовым ко всему! Наши люди в Бланшефлоре подметили интересную закономерность: несколько раз в год из сопредельного Зеркального королевства в святой замок приезжает король Пеллинор. Как правило, это значимые христианские праздники. И всегда его сопровождает Бессмертный король с толпой рыцарей.
— Что уж тут странного? Королям положена свита и охрана! Странно только, что на службу они прибывают аж из другого королевства. Но не забывай, что Бланшефлор — святое место для бриттов! Этот замок притягивает паломников со всего королевства, Монтель! — выпалил рыцарь-вампир.
— И это верно! Только и ты не забывай, что король Пеллинор — потомок Иосифа Аримафейского, последнего обладателя Святой Чаши! Сдается мне, что бессмертие короля Пелама тоже имеет отношение к искомому нами сосуду! И обычные паломники не ходят туда регулярно, словно это их рабочее место! И еще: каждый раз, когда рыцари Зеркального королевства прибывали в Бланшефлор, многих людей под каким-то предлогом уводили с внутреннего дворика замка. Наши соглядатаи, изловчившись, сумели схорониться и подсмотрели происходящее. Каждый раз король и небольшой отряд воинов с каким-то сундучком заходят в замок через черный ход.
— Грааль? — подняв бровь, предположил Бедивер.
— Вот мы и узнаем, когда нанесем визит королю Пеллинору! Мне только и надо поговорить с ним! Его глаза откроют нам тайну! Только действовать надо будет очень аккуратно. Наш визит надо прикрыть логичной причиной. Король Логреса не должен ничего заподозрить!
— До зимы в Бретань должны отправиться избранные рыцари Камелота! Смотр должен проводить первый рыцарь! Он же сопровождает кандидатов к Бессмертному королю! Раньше этим занимался мой предшественник, а ныне — мой помощник, так как мне было поручено присматривать за Арторией! — напомнил Бедивер.
— Девочка уже взрослая! Посидит в замке недельку-другую одна! Думаю, это вам обоим пойдет на пользу! А у нас будет повод для визита в Зеркальный замок! — весело подхватил Монтель.
***
Принцесса все чаще занималась за столом, склонившись над картой и решая стратегические и тактические задачи. Утром Артория выходила для физических упражнений или тренировочного боя. Чтобы не засиживаться на занятиях, иногда после обеда она выходила на площадку со своей свитой, но не для привычных упражнений. Монтель обучал девушку простейшим заклинаниям, которые могли спасти жизнь, если под рукой ничего не было. Дева быстро постигла основы магии огня и научилась силой мысли бросать во врагов различные предметы. Используя ромейский символ, Артория могла развеять магию. Редко, но суда Восточной Римской империи достигали берегов Британии, привозя с собой диковинные товары. Среди специй и тканей, оружия и мехов был греческий огонь. Обычно сосуды с ним тут же забирали и относили в оружейную Нового Камелота. Монтель проявил решительность и завладел парой бутылей с алхимическим составом. Когда отряд принцессы ушел в лес, Артории предложили попробовать это оружие в деле. Девушка заодно решила отточить свои магические навыки. Сконцентрировавшись для использования волшебства, принцесса указала перстом на бутылек и швырнула его в камень, а потом призвала саламандру — дух огня. Валун вспыхнул ярким пламенем в мгновение ока. — Впечатляет! — кивнула Артория. Призвав ундин — духов воды, девушка была поражена. Смешные водяные человечки с пеной на конечностях и маленьких головках пытались потушить пламя, но у них ничего не получилось. Монтель пояснил, что водой греческий огонь не потушить. Чародей предложил призвать каджа — духа ветра. Но не для того, чтобы потушить пламя, а для усиления эффекта. Начертав знаки и произнеся слова, Артория лицезрела, как столб огня взметнулся вверх. После этого к коллекции бутылочек с исцеляющим зельем и святой водой прибавилась и эта опасная смесь. Теперь девушку обучали особенностям и тонкостям военного дела. Например, Эмилия обучала ее держаться в седле, когда щит прикрывал спину. Еще Артория научилась перескакивать преграды верхом на коне. Увлеченная конной ездой, длинноногая дева порвала свое платье во время тренировки. Потом Артория стала использовать ножницы, делая продольные разрезы в платье, чтобы ногам было свободнее. Также косой черный ремень расчерчивал нагрудник девы, когда она оттачивала движения со щитом за спиной в пешем бою. Занимаясь в саду без Бедивера и Монтеля, принцесса вспоминала свои недавние споры с наставником. Первой причиной для серьезного разногласия стали ножны. Воительница настояла на том, чтобы их прикрепили к доспехам сзади. Они наискось пересекали спину девы, и рукоять меча выглядывала справа, чтобы деве-правше было удобнее выхватывать оружие. Выглядело это красиво и эффектно, но практическими преимуществами тут даже не пахло, как заметил рыцарь Бедивер. — Моя принцесса! А как вы меч будете доставать? — с усмешкой спросил беловолосый воин. Сперва у Артории ничего не вышло. Клинок лязгал и застревал в стальном устье деревянных ножен. Но настырность принцессы подсказала ей решение: она немного наклонилась вперед и смогла-таки достать оружие. — Ну хорошо-хорошо! А как вы его назад убирать будете? — не унимался рыцарь-наставник. И тогда Монтель, самый внимательный человек в свите принцессы, заметил нотки недовольства во взгляде и движениях воительницы. Может быть, девушка и была кроткой и послушной в детстве, а ее красота сейчас затмевала разум мужчин, рисуя образ идеальной девы, но характер у нее был сложный. Даже порезав пальцы, Артория не отступилась и все же научилась убирать меч за спину. Девушка сначала помещала большой и указательный пальцы левой руки на устье ножен, хватала правой рукой сам клинок за середину, а после старалась попасть острием меча между пальцами. Исполосовав свои руки, настырная девчонка все же добилась своего. — Что ж… ладно! Но в бою есть же разница? И тут беловолосый вампир резко выхватил клинок из ножен, что были у него на поясе. На это ему потребовалось какое-то мгновенье. Упертая девица и тут не пошла на попятный. Резко отскочив, она заученно слегка наклонилась вперед и ловко достала свое оружие. Пустяковый спор дошел до глубокой обиды: Артория и Бедивер уговорились, что на протяжении дня дева должна ходить в доспехах с мечом за спиной, и каждый раз, когда Бедивер сыграет роль разбойника с деревянным клинком и нападет из-за угла, в коридоре или во дворе замка, воительница должна успеть отразить атаку. Леди Эмилия и Монтель сразу поняли, что вампир пошутил, но Артория шутку не оценила. И неуступчивая дева так и расхаживала весь день по Камелоту в доспехах, не сняв их даже за обедом. Под удивленными взглядами свиты стальная дева трапезничала, иногда озираясь по сторонам, будто ожидая подвоха. В таких мелочах проявлялся характер девушки. Понемногу ее самостоятельность стала перерастать в самоуверенность, неуступчивость и кичливость. Споры могли разгореться из-за любой глупости. В последний раз чуть ли до выяснения истины на мечах не дошло, когда Бедивер и Артория не сошлись во мнении о творчестве Гомера. Это вызывало беспокойство, ведь еще недавно принцесса была во всем покорна воле старших. Чтобы немного остудить пыл молоденькой бунтарки Монтель объявил ей, что в декабре ее посвятят в рыцари. Ее последним испытанием будет возвращение Экскалибура в столицу. — Хорошо! — еле сдерживая уголки губ, которые все же триумфально поползли вверх, сказала светловолосая воительница. «Видимо, ее натура теперь требует постоянного движения вверх! Новых покоренных высот! Новых достижений и побед! Это хорошо и плохо одновременно! Как бы ей не стать таким человеком, которому всегда будет мало того, что имеется на данный момент!» — размышлял про себя чародей Монтель. Чтобы попробовать наладить отношения между наставником и ученицей, темноглазый колдун решил посоветовать разделить их. Он и сэр Бедивер отправятся в Зеркальное королевство с доблестными рыцарями, которые отбудут в Бретань. Артория останется с Эмилией в Камелоте, где дальше будет постигать премудрости тактики. Не прошло и трех дней как Монтель и рыцари покинули столичный замок, а юная принцесса уже придумала новое приключение и нашла леди Эмилию. Поделившись своим замыслом, Артория сильно удивила черноволосую наставницу. Как выяснилось, решение Монтеля только развязало руки девушке, а Эмилия не нашла в себе сил отговорить юную госпожу. — Так вот! — с задором начала Артория. — Я все продумала! Мы отправимся к мосту, что находится у деревни Брада. Я воспользуюсь давно забытым правом поединка и перекрою путь. Если кто-то захочет пересечь реку, то должен будет сразиться со мной! — Зачем вам это, моя принцесса? — словно мать пыталась образумить глупую дочурку, сказала Эмилия. — В замке мне поддаются! Есть такое подозрение у меня! — невозмутимо выпалила дева-воительница. — Да не переживайте, леди Эмилия! Мы там пробудем до полудня, а потом вернемся в Камелот! Никто ничего и не заметит! — с энтузиазмом предположила Артория. — Ну да, ну да! — смотря в сторону, нехотя согласилась Эмилия. — Но ведь вы еще не дама меча! — будто ухватившись за соломинку, резко напомнила наставница. — Современные условности… — отмахнулась Артория. Единственным успехом Эмилии была отсрочка. Принцессе потребовалось несколько дней на сборы. В своем привычном доспехе она не могла отважиться на такой поступок. Да и многое другое надо было тайно подготовить. В субботу они не решились выступать, так как крестьяне и ремесленники везли в столицу свои изделия на ярмарку. В воскресенье люди шли в столичные церкви. Оставался понедельник. На время этой шалости Артория хотела быть черным рыцарем, так как такие воины не носили опознавательных знаков. Но уже давно черные рыцари не позволяли себе таких вольностей. Эмилия и тут отговорила ее. — Еще, чего доброго, нападут на вас скопом, свяжут и доставят для наказания в Камелот! — Ваша правда, леди Эмилия! Черные доспехи пусть остаются, а вот герб выдуманного королевства мне не помешает! Какой же выбрать? — подперев подбородок ладонью, задумалась Артория. Остановив свой взгляд на Овейне, который спокойно лежал под дубом, Артория щелкнула пальцами. — Я буду рыцарем со львом! К тому же лев — символ королевства моей матери! Милая леди Эмилия! Смею просить вас вышить золотого льва на… синих полотнах! Их полно в моем сундуке! Справитесь? Я очень прошу вас! И снова скептически кивнув, Эмилия невольно выступила соучастницей девушки в этой авантюре. Еще до рассвета девы, накинув плащи с капюшонами, тайно покинули столицу и направились к деревне Брада. С ними была третья лошадь, груженная необходимыми вещами. Достигнув нужного моста, они стали готовиться. Сперва Артория быстро поставила шатер и призвала Овейна со щита. Леди Эмилия воткнула флаги с изображением золотого льва на синем фоне у моста и один у палатки Артории. Принцесса зловеще выглядела в черном доспехе, будто черное изваяние сошло с своего постамента. Глухой шлем закрывал ее лицо. Вскочив в седло, дева произнесла: — Все, друзья мои! Пути назад нет! Вон там! Я вижу рыцарей! Скоро они будут здесь! По местам! Овейн разлегся под плакучей ивой, а леди Эмилия, нарядившись во все черное и прикрыв лицо вуалью, изображала ведьму на другом конце моста. Слева от нее на полянке была Артория, гарцевавшая на своем боевом коне. Там же были копья, прислоненные к стволам деревьев. Со стороны Камелота путников не ожидалось, а вот в столицу рыцари должны были направляться, чтобы посетить друзей-оружейников или искусных кузнецов столицы. Если рыцарь подходил ко льву, тот грозно рычал, выходя из своего укрытия. Медленно, словно паря по воздуху, подходила леди Эмилия и мрачным голосом, насколько хватало ее таланта лицедея, вещала: — Коль хочешь пройти, то докажи мне свою храбрость, рыцарь! Срази моего воина, что ждет на поляне у красного шатра! Солнце еще не поднялось над головами, как Артория победила пятерых противников в честном бою. Вскоре у моста стали толпиться воины. — Или наряжайся вилланом, или бейся с львиным рыцарем! — доводили до ведома прибывавших те, кто уже успел лицезреть победы Артории. Простых крестьян или монахов девушки пропускали. А вот рыцари должны были сразиться с Арторией за право прохода. У страха глаза велики, поэтому собравшиеся воители, указывая на Эмилию, судачили: — Темная магия замешана тут! Верно вам говорю! Золотой лев на лазурном поле! Нет такого королевства или баронства! Видно, эта колдунья прибыла с самого Авалона и потешается над нами! — говорили одни. — А этот рыцарь? Я никогда еще не видел такой силы и ловкости! Наверно, не человек там вовсе! Оживила своими чарами доспехи эта волшебница! — вторили другие испуганные рыцари. Глядя на толпу и поглаживая гриву Овейна, Эмилия думала, что пора бы уже заканчивать Артории тешить свое самолюбие. Из всей толпы только три воина нашли в себе мужество принять дерзкий вызов, но кто будет первым? Встали они в стороне, окруженные своими друзьями. — Дайте мне испытать удачу! Терпеть не могу таких наглецов! — отхлебнув из фляжки, молвил сэр Кай. — Вероятно, вам не стоит набираться смелости из фляги с вином, юный рыцарь! Эта черная скала не знает ни промаха, ни жалости! — предостерег юного господина Мерлин, который теперь всегда представал перед людьми в виде крепкого мужчины в овечьей безрукавке. Тут же был сэр Лорк, который сопровождал юного Бедивера в родовое имение. Там они продолжат постигать военную науку и традиции рыцарей. Лорк решился ответить на вызов, так как это будет хорошим примером для мальчика: со злом надо бороться, а не прятаться за чужими спинами, надеясь на удачный исход. Даже если все боятся, а противник кажется неуязвимым. Юный Артур тоже вызвался проучить черного рыцаря. Лишь недавно он сам был посвящен в рыцари, но уже успел одержать несколько побед над достойными противниками. — Очень уж силен и грозен черный рыцарь под знаменем колдуньи, сын мой! — молвил сэр Эктор, положив руку на плечо Артура. — А ты, Кай, слишком много выпил! Нельзя идти в бой после фляги вина! Благородный сэр Лорк должен принять вызов, так как у него за плечами десятки сражений! — Я выпил, чтобы уравнять шансы! — отшутился сэр Кай. — Всегда я покорен вашей воле, отец! — отвечал светловолосый юноша с зелеными глазами. — Но теперь воспротивлюсь, несмотря на вашу просьбу! Отступиться в такой ситуации подобно тому, что я протрублю на весь мир о своей трусости! — Достойные слова! — подхватил сэр Лорк, одобрительно кивнув Артуру. — Но нас трое! Надо решить, кто пойдет первым! — Вашу задачу может разрешить жребий, доблестные рыцари! — предложил мужичок в безрукавке. — Люблю я этого пройдоху! Не смотрите, что он в слугах ходит! Голова у него золотая! Не у каждого мага такие светлые мысли появляются! — похвалил Кай и бросил Мерлину серебряную монетку. Тот на лету поймал ее в кулак и поблагодарил юного господина поклоном. Следом же он выставил другой кулак, где было три соломинки. — Кто вытянет короткую, тот и будет первым! Если вы согласны, доблестные мужи… — Согласны! — твердо ответил могучий Лорк, вытянув длинную. Такая же досталась Каю. Судьба избрала Артура. Перекрестив своего сына, Эктор напутствовал юношу: — Не вы выбрали короткую соломинку, но Бог избрал ее для вас! Пусть Он же направит вас, сын мой, в этом поединке, ведь ваше дело правое! Поблагодарив сэра Эктора за напутственное слово, юный Артур облачился в доспехи и направился по каменному мосту к черному рыцарю, что ожидал противника. Белый лев не показался юноше страшным, а вкрадчивый голос волшебницы был подозрительно любезным! Озлобленные на весь мир ведьмы так не говорят! Черная фигура женщины у моста пояснила, что ее рыцарь дал обет молчания и не скажет и слова. Рыцарский обычай требовал представиться перед началом сражения, в некоторых случаях надо было перечислить свои подвиги. — Мой воин — рыцарь не из последних в королевстве… Льва, юноша! Но я приказала ему хранить в тайне свое имя! Вы уже видели черного рыцаря в деле! Нет для вас стыда биться с таким противником! Кивнув, Артур направил своего коня к могучему противнику, одиноко стоявшему на полянке. — Я — Артур, сын Эктора, владетеля Линдса, принимаю твой вызов, черный рыцарь из королевства Льва! Кивнув, молчаливый рыцарь в черном доспехе развернул своего коня. В первый раз сшиблись противники, но только в щепу разбили свои копья. Каждый из них удивился сноровке оппонента. В это же время к мосту подходил большой отряд рыцарей, ведомый Монтелем, сэром Бедивером и воинами-ромеями. Колдун широко улыбался и поддерживал разговоры о всяких мелочах. Настроение было отличным. Визит в Зеркальное королевство оправдал все надежды. Да и закончить дела удалось намного раньше запланированного срока. Заглянув в глаза королю Пеллинору, маг времени увидел его судьбоносную встречу с Артуром. За короткий миг Монтель даже узрел, как хмурый король Зеркального королевства передает Ронгоминиад своему сюзерену. «Вот будет сюрприз для всех! Ведь у Артории к тому моменту уже будут Ронгоминиад и Экскалибур! Чем больше, тем лучше! Конечно, за одну беседу и короткие миги прозрения все детали разглядеть невозможно! Но такая встреча вселяет надежду! Остается только ждать! Только этот знак бесконечности в небе, который теперь виден из любого уголка Британии, только он остается загадкой для меня!» — так думал Монтель, снисходительно улыбаясь на непрерывную болтовню Мелисенды. Уже давно бритты обращали внимание на огромную восьмерку, которую формировали рваные облака. В чистом небе она была отчетлива видна. Но даже маг времени не мог пояснить, почему это знамение явилось всему люду островного королевства. Простой народ считал это чудом и отметиной Бога для благословенного края. Частично посвященные в тайны Монтеля воины соглашались с мнением чародея: судьба изменяется и намекает на грядущие перемены. Предписанный порядок уступает место незапланированным событиям и неожиданным поворотам. Но неизвестность всегда заставляет переживать и сомневаться. Вот и Бедивер, несмотря на веселость головного отряда, не думал, что все цели будут достигнуты без каких-либо помех. К тому же седовласый рыцарь уже давно стал сомневаться в своем старом знакомом. Монтель мог вывернуться из любой ситуации, если ему задавали неудобный вопрос в лоб. Отвечая, колдун частенько не раскрывал вопрошавшему более того, что уже и так известно. Еще не доехав до речки, вампиры и волшебник увидели столпотворение у моста. — Что там случилось? — вглядываясь, спросил Флегий. — Смотрите! Рыцари бьются! За рекой! И почему все эти люди ожидают исхода с этой стороны речки? Право прохода? — удивленная Мелисенда увидела, как на полном скаку сшиблись конные воины, разбив пики о щиты. Кивнув девушке, Бедивер пояснил гостям Британии происходящее: — Видимо, кто-то из тщеславных рыцарей решил проверить себя в бою с противниками, которых ему пошлет судьба! Какой-то молодец встал на другой стороне моста и требует у любого храбреца поединка. Хочешь пересечь мост — будь добр сойтись в схватке и победить! — Глупости… — протянул Анастасий. — Согласен! Из-за какого-то гордеца нам теперь здесь ждать? Ладно уж! Пусть основной отряд останется здесь. Друг Анастасий, прими командование! А Бедивер и я подойдем ближе и узнаем, у кого хватило наглости использовать старый обычай для самоутверждения! — раздосадованный Монтель покосился на своего беловолосого товарища. Спешившись, вампир и маг направились к мосту. Обходя воинов и благородных господ, они прислушивались к их разговорам. Люди шептались о непобедимом черном рыцаре, которого поддерживала колдунья. Также упомянули золотого льва на синем флаге — неизвестное бриттам королевство. Иные думали, что проход запретили представители Авалона. Восторженные голоса отмечали, что наконец-то наглец в черном доспехе встретил достойного противника, который сможет выбить его из седла и откроет путь остальным. Покосившись на вампира и Монтеля, прислужник в безрукавке поспешил спрятаться в толпе. Мерлин не доверял этим людям и счел правильным не показываться им на глаза. Подойдя к мосту, Монтель с наигранной наивностью спросил своего друга-рыцаря: — Хех! А что Овейн тут делает? — Та-ак! — протянул Бедивер, уперев руки в бока. Оба направились быстрым шагом к иве, под которой разлегся Овейн. Почуяв другого вампира, Эмилия вгляделась в толпу и быстро нашла глазами Бедивера и мага времени. Лев тоже поднялся на лапы и, виновато глянув на ряженую чародейку, пустился прочь. — Отступаем! — неуверенно проговорила Эмилия самой себе и пошла следом за Овейном на противоположенный берег. — Куда же вы, великая волшебница Авалона? — вслед убегающим насмешливо крикнул Монтель. На полянке противники сошлись еще раз, но опять победитель не был определен. Спрыгнув с коней, молодой Артур и Артория разошлись, чтобы вооружиться мечами. — Продолжим! — сын Эктора уже хотел напасть, но был удивлен поведением противника. Грозный черный рыцарь стал растерянно оглядываться по сторонам, будто искал помощи, а после и вовсе начал пятиться назад, словно помышлял о бегстве. В это время Бедивер и Монтель уже нагнали беглянку и льва. — Как не стыдно, Овейн! А ведь ты — волшебный царь зверей! — укорял льва беловолосый рыцарь. Пристыженный зверь виновато опустил лохматую голову. Аккуратно подняв вуаль Эмилии, чародей увидел знакомое лицо, сильно покрасневшее из-за смущения. — И давно вы стали ведьмой, леди Эмилия? — шутливо спросил Монтель. — С утра, — глядя в землю и неловко улыбаясь, отвечала придворная дама. Оглянувшись, Артур увидел двух незнакомцев. Человек в балахоне остался у моста, а беловолосый рыцарь направлялся к нему. — По какому праву вы вмешиваетесь в мой поединок с этим рыцарем? — возмутился Артур. — Принцесса — не рыцарь! Еще нет! От ее лица я приношу извинения вам, молодой рыцарь, и прошу сообщить остальным радостную весть: все могут перейти мост! — сухо подметил Бедивер. Подняв забрало, юный воин сильно удивился. — Принцесса? Принцесса Артория Пендрагон? Тут же Артур упал на одно колено и добавил, глядя в землю: — Прошу прощения! Я не знал… — Она не достойна ваших извинений в этом случае, сэр! — жестко отрезал рыцарь-вампир, глядя на свою ученицу в черном доспехе. Поклонившись, сын Эктора ушел к своим, чтобы передать вести. Проводив глазами противника Артории, Бедивер угрюмо уставился на свою подопечную. — Черный рыцарь, значит? — А что вы здесь делаете? Я ожидала вашего возвращения позже! — пробубнила смущенная девушка, снимая шлем. — Все удалось сделать быстрее, чем мы думали. Теперь мы пойдем домой, только пропустим вперед всех тех, кого вы заставили ждать, принцесса! А вы пока можете убрать палатку и собрать оставшиеся копья. А пока будете этим заниматься можете придумать себе наказание… Вернувшись в Камелот, Артория стала предметом разговоров и обсуждений. Вроде бы и наказать ее стоило, но король Утер ее даже похвалил. — Какой смысл держать кобылицу взаперти, если она роет копытами землю? — говорил владыка Логреса. И спорить с ним не спешили. Никто не ожидал такого поступка от Артории. Можно было бы тревожиться за состояние принцессы, да вот только это она побила опытных воинов. Сама дева извинилась перед своими наставниками за эту шалость. Король был так сильно обрадован этим неожиданным достижением дочери, что распорядился послать дорогие подарки тем людям, что пострадали в бою с Арторией или задержались, ожидая права прохода. «Она усвоила то, что я ей сказал несколько лет назад! Путь к справедливости лежит через силу!» — восхищался Утер Пендрагон. «Сила — это еще не справедливость!» — вспомнил сэр Бедивер девиз короля Артура, угрюмо наблюдая за королем, что хвалил свою дочурку. Монтель тоже выступил в защиту Артории, когда разговаривал с Бедивером. Пожалуй, больше всех именно беловолосый воин был расстроен выходкой принцессы. Маг называл это подтверждением надежд, возложенных на юную воительницу. — Веришь ты мне или нет, но люди меняются! И наша белокурая девица с мечом все меньше и меньше напоминает ту кроткую и стеснительную девочку, которой ты так восхищался! Не стоит ее ругать за достижения! Ты воспитал воина, а любому бойцу необходим вызов, преграды, которые можно преодолевать! Для наших целей нужна стальная воля, крепкая рука и решимость! Ты словно чего-то боишься, Бедивер! — маг испытующе смотрел на собеседника, ожидая искренности. — Нет, мой старый друг! Ты абсолютно прав! Время Артории уже пришло! Она уже готова. И как рыцарь, и как стратег! Вон какую авантюру провернула! В декабре я посвящу ее в рыцари, и она станет дамой меча! — Вот и славно… Монтель хорошо разбирался в людях и теперь подметил, что его собеседник смотрел в сторону. Сэр Бедивер сказал то, что хотели услышать. Неприятные думы одолевали вампира. Дошло до того, что сам рыцарь стал сомневаться в правильности своих действий. «Стоило ли ослушиваться короля Артура после битвы у Камланна? Я подвел сюзерена, перечеркнул свою рыцарскую совесть одним поступком, приправив его ложью! О чем он просил меня позже в Небытии? Достойно воспитать деву! Справился ли я? Не совершил ли я ужасную и непоправимую ошибку?» Постепенно недоверие властно встало между двумя друзьями. Монтель и Бедивер многое прошли, но камнем преткновения стала девушка, которую они воспитывали. На глазах бывшего рыцаря Круглого стола милая девушка менялась, становясь ценительницей власти и силы, забывая все те добродетели, про которые он ей не раз твердил. И это как будто радовало короля Утера и Монтеля. Конечные цели у них были разные, но воинственная девица была нужна им обоим. Колдун нашел Арторию в общем зале Старого Камелота. Дева стояла у окна, задумчиво глядя на то, как сумерки опускаются на столичные сады. «Пришло время направить эту девушку по нужному пути, словно гончую! И начну я с малого!» Не успел волшебник начать, как Артория произнесла: — Я признаю свою ошибку! Я виновата! Впредь такого не повторится! — Принцесса, вы эти слова повторяли столько раз, что заучили их наизусть, словно молитву! Я здесь для другого! Позвольте предложить вам продолжить обучение. Думаю, хороший рассказ добавит знаний в ваш кладезь мудрости и отвлечет от дурных мыслей! Рывком отстранившись от стены, девушка стала потирать ладони. — Да уж, согласна! Что-то я увлеклась самобичеванием! Они прошли к длинному столу, где Монтель начал свой рассказ о Святом Граале. Начал он издалека. Повторил сказания о жизни Иисуса. Описал странствия и деяния Спасителя, только в этот раз сделал небольшие дополнения, касаясь той части, где Христос оказался в Иерусалиме и был предан. — Некоторые считают, что события того времени протекали в другом ключе! Но, к большому сожалению, привели они к привычному, горестному финалу. Когда Иисус послал Иоанна и Петра за едой, последователям Христа повстречалась сгорбленная старуха. Лукаво улыбаясь, она передала им тряпичный сверток для их Учителя. «Передайте сей дар вашему наставнику! Истинно говорю вам: достоин он царя иудейского!» — сказала она и молча удалилась. Взгляд этой старой женщины был зловещим и гипнотическим. Опомнившись лишь тогда, когда даже след старухи простыл, мужчины застыли в нерешительности. Развернув мешковину, они увидели блестящий кубок, из которого и в самом деле мог пить только царь. Но их Учитель был смиренным, отрицал стяжательство и богатство. Вряд ли он примет такой подарок. Но и вернуть кубок уже было некому. Подумав, Петр и Иоанн решили отнести чашу Иисусу. «Наставник мудр! Он решит, что делать!» — решили последователи. Долго Иисус молча смотрел на стоявший перед ним сосуд, словно изучая. Дорогая чаша из золота. Изящная работа. Основание кубка было украшено драгоценными камнями, каждый из которых стоил целое состояние. В повисшей тишине прозвучал вопрос: «Учитель, стоит ли нам попробовать разыскать ту старую женщину и вернуть ей сей дорогой подарок?» Подняв глаза на своих учеников, Спаситель молвил: «Никогда не судите по внешнему облику, ибо за ним может скрываться невидимое глазу! Видимое добро иногда бывает хуже чернейшего зла! Впрочем, оставьте эту чашу, ибо мне надлежит осушить ее до дна, приняв гнев ее!» Иисус часто говорил иносказательно, используя притчи. Христос сразу понял, что было перед ним. Испив из нее, он принял на себя весь гнев ада. Настолько было страшным зло этого сосуда, что, молясь в Гефсиманском саду, Иисус просил пронести чашу сию мимо него. А именно — проклятье той чаши. Но укрепил волю Христа посланный Богом ангел. И не убоялся Спаситель, а лишь тверже стал в вере своей, ибо сказал он: «Не Моя воля будет, но Твоя!» Признавая волю Творца, Отца всего сущего, был сын человеческий предан в руки грешников, подвержен страшным унижениям и пыткам. Гнев чаши обрушился на Спасителя со всей ненавистью пылающих глубин через руки его палачей, но он не отступил и принял на себя все грехи человечества, будучи распятым на Голгофе. — Да! — услышав знакомые слова, девушка перекрестилась. — Только я всегда считала, что чаша, из которой вкушал Христос — это Святой Грааль! Кубок, который может исцелять раны и помогать людям. А получается — это какой-то сосуд ненависти! — О нет, добрая принцесса! Некоторые считают, что изначально чаша была создана из половины короны Люцифера его подручными, которые сумели осесть на земле, обретя плоть. Версия, которая не может угодить церковникам. Появилась эта чаша задолго до Христа. Кубок этот впитал в себя всю ненависть адских полчищ к детям Господа. Везде, где он появлялся, начинались войны, голод, бедствия и случались страшные болезни. Грааль стал приносить благодать после того, как в него была собрана кровь Иисуса. Сделано это было его тайным последователем. Иосиф Аримафейский выбрал для себя нелегкий путь, явившись за телом Христа. Позже его пленили, но благодаря помощи Божьей он смог бежать из заключения. Потом по его следу пустились гончие ада, желая вернуть сосуд. Было предсказано Иосифу, что только в одном месте сможет он уйти от преследователей, а после посланники ада потеряют его след. И этот край — Британия! Девушка усмехнулась, поправляя белую шаль на плечах. Эта история произвела на нее смешанный эффект. К привычной истории, как показалось Артории, была примешана изрядная порция вымысла. — Сокровище сокровищ в Британии? Что ж, поищу на досуге! В этом мире сложно потеряться! Здесь бы уже были сотни соискателей Святой Чаши! — с недоверием протянула девушка. — Одно могу сказать наверняка, моя принцесса! Никто не знает, как все было на самом деле! — Это так! — кивая, произнесла дева. Вскоре темнота окутала все строения столицы. Из-за сегодняшнего приключения Арторию переполняли смешанные чувства. Вроде бы и победила, даже удостоилась похвалы от важных персон, но в очередной раз ей указали на ее место. Вот была бы она рыцарем, дамой меча, то уже никто бы не указывал ей, что нужно делать. Только, если верить словам ее отца, после посвящения она станет командовать гарнизоном столицы. А это означает унылую проверку дозоров и патрулей, проверку снаряжения и редкие тренировки. — Лучше с головой в болото! — уныло пробубнила под нос девушка, сидя на кровати в ночной сорочке. Чтобы отвлечься от неприятных размышлений, она стала вспоминать рассказ Монтеля. Постепенно сон брал свое. Образы в голове девы становились размытыми. Действия их постепенно становились неразумными и нелепыми. Уродливая горбунья выглядывала из-за угла, подстерегая Петра и Иоанна. Мужчины отдавали монетки за купленные лепешки. После старуха вышла из своего укрытия и вручила обернутый тряпками кубок изумленным мужчинам. На этом четкость прошла, и воображение стало дорисовывать пегасов, единорогов, рогатых рыцарей и ангелоподобных воинов, которые бились прямо на торговой площади, а посреди этого гвалта спокойно продолжали беседу апостолы и старушка. Повернувшись на бок, Артория сладко потянулась. Уже во сне, где иллюзорные картинки сменяли друг друга, знакомый голос ее наставника задал вопрос, который был интересен каждому верующему человеку: — Интересно, как там было все на самом деле?***
Пятеро всадников гнали своих коней во весь опор. Словно зайцы, они удирали от конных воинов в закатную пору. Облаченные в свободные одежды, с тюрбанами на головах, беглецы сильно отличались от хозяев этой земли — кельтов. Погоня стала настигать их, и один из убегающих развернул своего коня навстречу неприятелю. Пока остальные уносились прочь, храбрец поднял копье римских легионеров наконечником к небу. Поцеловав древко, муж стал творить молитву про себя. Словно небо ответило на мольбу, осветив теплый летний вечер яркой вспышкой. Оранжевые небеса вспыхнули заревом, темнота развеялась в одно мгновенье, а из самого копья вырвался вихрь чистого света. Постепенно набирая обороты и увеличиваясь, он коснулся белесой стеной преследователей. Свет, превративший поздний вечер в раннее утро на короткий миг, стал постепенно меркнуть. Отряд, что был во главе погони, тоже исчез. Всадники буквально растворились в воздухе, оставив после себя дымящиеся одежды и оружие. Лишившись седоков, кони нарушили строй и разбежались в стороны. Такой поступок выиграл немного времени для беглецов, но не более того. Десятки лошадей мчались следом, словно ветер, подгоняемые своими наездниками, которые желали настигнуть ускользавших людей. Вместе с конными воинами за удирающим отрядом летели гарпии: пародии на человеческие тела заканчивались четырьмя конечностями с когтистыми лапами. Размахивая серыми крылья, эти твари нависали над своими конными соратниками, роняя перья. Уродливые ряды больших зубов заканчивались острым, изогнутым клювом, который словно был создан для терзания жертв. Приминая траву, за большим конным отрядом следовали разноцветные аспиды. Их длинное тело, извиваясь, было способно развить достаточную скорость, чтобы не отставать от всадников. Зубчатая чешуя покрывала их тушу и прочностью не уступала добротному щиту. Змеиное тело заканчивалось мускулистым торсом человека. Кошачьи глаза на безволосой голове с ненавистью впились в беглецов. Крепкие руки сжимали трезубцы. Были там и другие твари. Двухголовые псы, которые изрыгали пламя из пастей. Не касаясь земли, по воздуху летели горящие человеческие фигуры. Пылающие кусочки кожи падали на землю, но сами огненные создания не ощущали никакой боли из-за этого. И, словно пожирая деревья и холмы, на некотором расстоянии от преследователей тень великого дракона накрывала землю.***
Выйдя из своего шатра, вождь Элбан поинтересовался у своих людей, что случилось. Недавнюю вспышку света можно было узреть даже через ткань палатки. Ответом стал жест седого старца, который указал на дорогу, что бежала между высокими холмами. По твердой земле стучали копытами лошади небольшого отряда. — Один из этих всадников призвал столб ослепительного света, мой вождь! — коротко пояснил Мерлин. А в долине, где только-только начинался опасный путь, показались многочисленные преследователи. В том, что за пятеркой беглецов гонится небольшая армия не было сомнений: им вслед летели стрелы и дротики. На одной из возвышенностей этим вечером разбили лагерь воины племенного вождя Элбана Дракона, владыки Камлата. Радостные вести они везли домой — достигнут нерушимый мир с их соседями, племенем Камелада. Отныне вместе они будут встречать врагов, будь то другие воинственные племена кельтов или римские легионы. Покорил своих соседей Элбан пламенной речью и роскошными дарами. И его слова о чести и справедливости не расходились с делом. Всегда он держал свое слово и помогал слабым. Рука его была тверда для добрых дел, а в груди билось храброе сердце. Недаром мудрый друид Мерлин, хранитель его рода и племени, предрекал ему судьбоносные свершения в ближайшем будущем. Кроме этого, у этого племени были могущественные защитники. Увидев, как свора всадников нагоняет несчастных, Элбан велел подать ему копье и привести коня. Лидер своим примером увлечет своих воинов за собой, защитив беглецов от расправы. — Разумно ли это, мой друг? Ты хочешь защитить чужаков! Какое нам дело до них? Кто знает, какой проступок они совершили? Необдуманное действие может поссорить нас с соседями или, того хуже, с иноземцами! — предостерег своего друг Кар, вождь Камелада. Он вызвался сопровождать своего союзника до границ своих владений, взяв с собой лучших воинов племени. Шепот прошелся по рядам воителей. Кто-то стал указывать на странных существ, которые нагоняли беглецов. — Предлагаю разуму уступить место справедливости! Вглядись в ряды преследователей, друг Кар! Среди них я вижу тварей, которыми пугают малых детей! Не мудрено, что от таких только и остается, что убегать! — со смехом ответил Элбан. И тут вперед вышел седовласый друид. Хоть и выглядел Мерлин, как почтенный старец, но видел дальше этих мужей. — И обратите внимание на того, кто летит за рядами этой небольшой армии! Это знак! Мой вождь, возьмите и этот волшебный меч! С ним вам нечего бояться в любой схватке! — Будь по-твоему, мудрец! — махнув рукой, Элбан дал команду своим всадникам. — Воины! Символ нашего рода следует за чужаками! А он появляется только во время великой опасности и судьбоносных событий! Защитим же этих людей! За мной!***
Пока их соратник задерживал врагов, другие всадники перешли на рысь. Даже копье Лонгина не сумеет остановить посланников ада. Их много, среди них есть жадные до денег наемники, на которых сила реликвии не подействует. После ослепительной вспышки первые преследователи исчезли в появившемся свете. Это сбило спесь с адских гончих и выиграло немного времени. Вперед, подгоняя своих лошадей, вырвались наймиты темных сил: пираты, разбойники и головорезы. Кто же еще пойдет за посланниками ада, если не те, кто больше всего в жизни ценит золото? Когда отставший всадник нагнал своих друзей, они вновь понеслись во весь опор прочь от преследователей. Иосиф обещал, что в Британии они найдут красного дракона, который сумеет защитить их. Так поведал ему ангел во сне, обещая чудесное спасение и передышку от безостановочной погони. После бесчисленных стычек с адскими воинами во время своего путешествия из Иерусалима в Британию только и оставалось, что уповать на чудо. Каждый раз тайному последователю Христа удавалось улизнуть от преследования, унося святые реликвии. Честно объявлял Иосиф Аримафейский наемникам в богатых городах империи о том, кто будет их врагами. Некоторые посмеивались, не веря в вероятность боя с воинами адских глубин. Слишком поздно они понимали, что этот богатый человек не лжет, описывая саблезубых чудищ в человеческом обличье и безумных одержимых, которые не чувствуют боли. Но они выполняли свои обязанности, давая возможность уйти от погони. После каждой стычки с врагом Иосиф чудесным образом излечивал даже самые тяжелые раны своих последователей, а те, видя такое чудо, начинали верить словам иудея. Лишь четверо наемников остались в живых после последнего боя, на который Белиал выставил бессчетное количество своих пособников. Теперь только ангелы и их обещания были порукой и последней надеждой для пятерых спасающихся бегством всадников. Так было, пока с холма по дороге не стали спускаться конные воины. Придержав коней, беглецы остановились в нерешительности. — Это конец, Иосиф! Проклятые подняли против нас местных язычников! Нет пути назад, но и впереди поджидает верная гибель! Надеюсь, в твоих рассказах о царстве Господнем была хотя бы толика правды! — с грустью заметил один из помощников, то оглядываясь на погоню, то с ужасом всматриваясь в ряды бриттов. — Не спеши посыпать голову пеплом, мой друг! Вглядись в кельтские знамена! Красный дракон! Гоните своих лошадей к всадникам с красным драконом! Там нас ждет спасение! Ха! Ударив своего скакуна по бокам, почтенный муж повел своих людей к предполагаемым друзьям. Опытный наемник, не веря в такую авантюру, погнал своего коня навстречу бриттам, но закрыл глаза: «Будь что будет! Бог поможет!» Из-за этого воин не увидел, как солдаты Элбана опустили дротики острием вниз, а пращники, только пропустив беглецов сквозь свои ряды, стали бросать камни в преследователей. Выбив дротиком из седла охотника за головами, вождь Элбан Дракон спешился и выхватил волшебный клинок, подаренный Мерлином. Рядом с ним на землю рухнула уродливая гарпия. Ее сбил меткий пращник. Тварь какое-то время трепыхалась, взмахивая одним крылом, пока не затихла. Алая лужа стала расползаться во все стороны от нее. В кровавом отражении показались ожившие кустарники, которых Мерлин призвал, используя свое мастерство друида. Причудливые создания колдуна стояли бок о бок вместе с бриттами. Тут же в ход были пущены десятки дротиков и камней, которые заставили погоню замедлить ход и остановиться. Вперед вышел лишь один всадник, но вид его вселял тревогу. Сначала могло показаться, что это обычный рослый воин в черном доспехе с алыми и желтыми прожилками, но в скупом свете позднего заката еще можно было различить его отличительную черту: в правой руке он держал длинную косу, голубая сталь полотна мягко светилась в сгущавщейся темноте. Диковинное забрало черного шлема уходило остроконечными клиньями вверх. Казалось, громогласный голос воина доносился откуда-то из-под грудных пластин: — Назад, грязные дикари! Не смейте стоять между воинами короля Белиала и его добычей! Вид такого противника вселил страх в сердца пришедших на помощь бриттов. Тут подоспели аспиды, двуглавые псы и другие подручные демона. У некоторых змееподобных существ был неимоверно длинных язык, который волочился по земле, источая яд. У других когти заменяли оружие, такими длинными и острыми они были. Простых разбойников и наемных головорезов тоже хватало. Но тут большая тень пронеслась над застывшими воинами. В свете закатного солнца, сотрясая землю и неистово рыча, на землю приземлился огромный дракон. Спрятав большие перепончатые крылья за спиной, чудище ударило лапой по земле. Не было сомнений, одним ударом крылатая ящерица могла смести десяток конных воинов. Загородив собой воинов Элбана, дракон стал изрыгать пламя, которое встало стеной между двумя противоборствующими армиями. — Спасибо, Дракх! — прокричал вождь Элбан, с надеждой глядя на дракона. В ответ черный дракон издал тихое утробное урчание. Драконы жили в горах Британии уже много столетий. Не отличались кровожадностью, охотились на диких зверей и лишь для пропитания. Их оставалось немного: всего лишь трое. Один впадал в спячку в укромном месте, превращаясь в каменное изваяние. Второй был на страже пещеры, а третий добывал пропитание для охранника дома и себя. Дракх был мудрым защитником земель, на которых расположились племена Камелада и Камлата. Эти вожди первыми поняли, что чешуйчатые монстры обладают разумом. В обмен на животных, которых люди оставляли у логова драконов в горах, величественные создания хранили мир на этой земле. И появление незваных гостей привлекло внимание черного дракона. С прибытием сильнейших духов ада в Британию аура ужаса и отчаяния заполонила собой острова. Небольшое войско из странных существ и наемников все еще оставалось перед стеной огня. Опомнившись, кто-то из бриттов прокричал: — Пошли прочь, негодяи! Мы на своей земле! Этот вопль привел в чувство растерявшихся бойцов. По их рядам прошли редкие смешки. — Посмотрите туда! — вождь Кар указал на точки в тускнеющем небе. Это были грифоны и виверны. И это был добрый знак! Эти существа подчинялись Владычице Озера. Скоро и она появится здесь. Небольшой отряд грифонов отделился от общей стаи и направился к озеру, которое расположилось рядом с холмом. Демоны-преследователи, коих было предостаточно, спешились и стали подходить к людям. Огонь — их родная стихия. Под изумленные возгласы бриттов нетронутыми они преодолели пылающую преграду, следуя за своим вожаком. Стая вновь объединилась, на одном из грифонов был наездник. Издавая пронзительные крики, приземлились чудные создания по разные стороны от дракона. Намечалась отчаянная схватка, ведь демоны не собирались отступать. Последний грифон осторожно встал на лапы перед драконом. На нем верхом было прекрасная дева, которая, свесив ноги, легко держалась за позолоченные поводья. Огромная мощь была в распоряжении Девы Озера. Не боясь могучих врагов, светловолосая девушка вышла навстречу посланникам Белиала. — Это не ваша земля! Не ваш мир! Уходите туда, откуда пришли! Вам не выиграть этот бой, Самаэль! Протискиваясь сквозь ряды неожиданных защитников, Иосиф подошел к Нимуэ, сжимая в одной руке копье Лонгина, а во второй — самодельный деревянный крест, который подарил ему один из апостолов Христа. — Неужели вы рискнете своей вечной жизнью, Зепар, ради провальной попытки? Или ты, Астарот? — продолжала Владычица Озера, переводя глаза с одного демона на другого. «У этой девки хватит сил уничтожить даже сильного духа ада! А еще и этот пройдоха со светящимся копьем может вернуть нас назад! Но я не уйду просто так!» — подумал лучший воин короля ада. Сделав еще один шажок вперед, Самаэль остановился, уперев свое оружие — гигантскую косу, в землю. Указав когтем на Иосифа, он произнес, давясь желчью: — Не думай, иудей, что все так и закончится! Клянусь своей вечной жизнью, что я буду вечным проклятьем твоего рода! Когда ты сдохнешь, я все еще буду жить! Рано или поздно мы захватим чашу, что наша по праву ее сотворения! Но я клянусь в том, что изведу весь твой род! Не успокоюсь, пока не сверну шею последнему твоему потомку, Иосиф Аримафейский! После этих слов злорадный вопль вырвался из самой груди демона. Молния блеснула в чистом летнем небе и расщепила могучий дуб. Мироздание приняло страшную клятву демона. Однако, больше они ничего сделать не могли. Подоспевшие помощники бриттов сводили шансы демонов на победу к минимуму. Рыча и посылая проклятья дракону и Деве Озера, демоны повернули назад.***
Позже чужестранца и его друзей радушно разместили на землях Камлата. Иосиф Аримафейский поведал им всю свою историю. — Мой путь лежал в Британию, ибо было предсказано мне, что на этой земле отстанут от нас преследователи, а красный дракон защитит нас! Здесь должны будут остаться великие святыни христиан! И все сбылось! — закончил иноземец свой рассказ. — Видимо, в этом было ваше предназначение, добрый человек! — молвил чародей, который до этого безмолвно стоял в стороне и внимательно слушал. — Сейчас Британия — край многих богов и магии, но мы рады вашему появлению! Меня зовут Мерлин. Я — друид, который прислан сюда с острова Авалон. Смею заверить вас, что даже король Оберон и его подопечные поддерживают христианство, несмотря на множество языческих божеств, которые населяют чудесный остров. Сам я защищаю племя Камлата. В этом мое предназначение и долг. Что вы намереваетесь делать теперь? — Еще раз благодарю вас за помощь, друзья! Всего лишь несколько дней прошло с нашего прибытия в Британию, а мы уже видели столько чудес, что не хватит и десятка языков для описания! — восторгался Иосиф, вспоминая дракона. — Ваш путь из Иерусалима, любезный Иосиф, тоже изобиловал странными происшествиями! — пригубив вина, вставил мысль Элбан. — И это правда! Можете ли поверить? Четверо славных мужей, что сопровождали меня, прибыли со мной из самого Иерусалима. Прошли они через самые страшные кошмары и десятки битв с посланцами ада. И все это время нас вела и защищала вера в нашего Спасителя. Видения, что являли мне ангелы во снах, направляли нас! Я поведаю вам важное о могучей реликвии, но хочу сделать это в месте, где нас никто не смог бы подслушать! — осторожно закончил Иосиф. — Так и будет! Я попрошу Деву Озера принять нас в одной из ее священных пещер. — Благодарю, мудрый друид! И еще я настаиваю на том, чтобы вожди Элбан и Кар присутствовали на этой встрече! Вечером того же дня у одного озера люди ожидали посланников Нимуэ. Сами собой к берегу причалили две ладьи. Борта их были усыпаны ракушками и жемчугом. С первого взгляда было ясно, что посланы они волшебницей. Считалась она защитницей Британии и благородной покровительницей народа, населявшего ее земли. Всюду в Британии, где есть озера, власть Девы Озера сильна. Сев в лодки, люди приготовились к небывалому путешествию. Сами, без помощи гребцов, отчалили ладьи от берега. Середина озера стала волноваться. Вскоре там уже кружился в диком танце водоворот. Обычно, такие воронки сулили неминуемую гибель рыбакам или лодочникам, но Мерлин успокоил друзей: — Не волнуйтесь, но держитесь крепче! Нимуэ не навредит нам! Нас ждет быстрое, но, сдается мне, незабываемое путешествие! Спуск был стремительным. Лодки неслись по воздуху, окруженные со всех сторон туннелем из воды. Путешествие закончилось в небольшой пещере. Лодочки бережно опустились на темную водную гладь, выйдя из вихря, и остановились у каменистого брега. На зеленом ковре стояла знакомая по вечерним событиям Нимуэ. Иосиф отметил про себя, что волшебные создания, коим была Дева Озера, очень любят зеленый цвет. Поэтому перед путешествием он накинул на себя плащ цвета изумрудов. Поприветствовав мужчин, волшебница пригласила гостей сесть за стол. Приятная музыка доносилась из пустоты. Сами собой двигались блюда с фруктами, невидимые руки наполняли кубки и подавали их людям. Но не для трапезы собрались они здесь, и Иосиф, поблагодарив гостеприимную хозяйку, повел такой разговор: — Я уже успел поведать вам о том, кто я таков. Рассказал о своем Учителе, который умер за грехи всего человечества. Я смиренно распространяю слово Его по земле! Настала пора раскрыть истинную нужду моего пребывания здесь! Иисус, испив из Чаши Раздора, принял на себя весь ее гнев. Истинно говорю вам: где появлялся сосуд, сделанный из короны Люцифера, там начинались войны и сумасшествия. Чаша Раздора заставляла брата идти на брата, высокомерно устремляться ввысь, забывая мораль и благочестие! Вероятно, все вы слышали про башню, которую хотели воздвигнуть в Вавилоне. Ярчайший пример! Так спесивые люди хотели найти свой путь на небо. — Да, и у них ничего не вышло, так как Бог заставил говорить их на разных языках! — отвечал вождь Кар, слышавший эту легенду. — Верно! Но человеческая гордыня — ресурс неиссякаемый, а Чаша Раздора выступала в роли факела, который в миг воспламенял людскую спесь. Испив из нее, Христос принял вызов зла и победил, а я, когда Спаситель был распят, собрал кровь его в этот сосуд! — тут Иосиф достал из сумы золотой кубок небольшого размера и поставил его на стол. — Кровь Иисуса быстро впиталась чашей, словно то был изнывающий от жажды странник в пустыне. И теперь этот сосуд — сосредоточение великой силы, которую удалось направить в созидательное русло. Испивший из нее сможет исцелиться от ран и болезней. Ее появление сулит счастье и процветание. Стихийные бедствия усмиряет этот сосуд, просто находясь рядом! — Мы слышали историю про распятого Бога! Сдается мне, благочестивый Иосиф, такую реликвию стоит охранять надлежащим образом! И ваш путь сюда заключается в обращении нашего народа в христианство, используя сей чудотворный сосуд? — спросил Элбан. — Вы сами придете к нужным выводам! Со временем! Истинно говорю вам, ваш благословенный край сам примет христианство. Не силой насадят вам веру высшие силы, но завоюют ваши умы и сердца, показав лучший мир. Они же поведали, что красный дракон поможет мне и спасет от ужасной участи! — тайный апостол вежливо поклонился Элбану. — Но сколько бы я ни просил, не указали мне ангелы, что делать с великой реликвией! Я долго думал и пришел к выводу, что Грааль надо уничтожить… Вожди вскочили со своих мест, впившись негодующими взорами в иудея. Стул за Элбаном качнулся и уже начал падать, но остановился на полпути, словно невидимая рука поддержала его и поставила на место. — Ты бредишь, странник? Уничтожить такую мощь? — до крайности возмутился вождь Камелада. — Солнце напекло ему голову! Это вздор! — вторил Элбан. Но Мерлин поднял руку, призывая к спокойствию. — Не делайте скорых выводов о сложных для понимания вещах! Дайте гостю закончить свою мысль! — Благодарю, о мудрый друид! Изначально предназначением этой чаши были муки для рода людского! Выпивший из нее чернел и умирал, корчась от боли. Сосуд распространял мерзость запустения. Теперь ее свойства изменились, но назначение, я боюсь, останется прежним навсегда! Пускай чаша не губит, а исцеляет и приносит богатство! Но люди так и будут сражаться за обладание этим сосудом! Жажда наживы и желание возвыситься побудят их начать великие войны. Не будет покоя роду Адама, пока сохранится даже память о такой чаше! И силы адских королей будут рыскать по земле, желая овладеть ею! Но не печальтесь! Господь привел сюда меня не напрасно! Я верю, здесь мне смогут помочь! После непродолжительного молчания тишину нарушил спор. Скоро послышались обидные слова. Мудрый Мерлин, не желая слушать препирательства, предложил проголосовать: — Нас пятеро! Неопределенности не будет! Пускай каждый из нас хорошенько подумает и примет решение: стоит уничтожить чашу или оставить! В результате двое вождей подняли руки за сохранение Святой Чаши. Мерлин и Иосиф Аримафейский отдали голоса за уничтожение Грааля. Оставалась Нимуэ. — Экскалибур обладает великой мощью, но он предназначен для настоящего героя и искателя истины! Обладателя, которого нельзя в чем-то упрекнуть! Воина, который будет защитником справедливости и добродетелей человеческих! В некоторым смысле, это будет спаситель своего времени! Я не смогу отдать вам этот меч, но вы можете попытаться его добыть! — ответствовала Дева Озера, глядя на Иосифа и намекая на свое согласие уничтожить чашу. Поняв смысл слов Нимуэ, тут же возмутились племенные вожди. — За вами, скорее всего, и придут на эту землю хаос и войны! Мы сами видели, как по пятам за вашим отрядом шла армия чудовищ! А теперь вы хотите лишить нас такого преимущества? Эта… Святая Чаша будет в безопасности на моей земле! — заметил вождь Кар, стукнув кулаком по столу. — Как правитель на своей земле, я имею право на эту реликвию… Ударив ладонями по столу, Мерлин не дал Элбану закончить. Друид встал со своего места. Выпрямившись во весь рост, он гневно посмотрел то на одного племенного вождя, то на другого. — Вы даже не заметили, как злая жажда завладела вашими умами! Любезный гость предложил единственное возможное решение, а вы уже готовы вцепиться друг другу в глотки из-за Грааля. Хоть сосуд и поглотил кровь Спасителя и стал обладать частичкой божественной благодати, но это все та же Чаша Раздора! Даже обитатели Авалона и волшебные существа, к сожалению, могут поддаться искушению. Это лишь вопрос времени! Я преклоняюсь пред этим мужественным и стойким человеком, которого не смогла развратить такая мощь! Но не человеческой руке владеть этой реликвией! Подумайте сами: разве демоны или кровожадные твари утопали по колено в крови, вырезая ненавистных соседей? Больше всего жертв за историю рода людского на руках детей Адама! Обладать этой чашей — это то же, что скрывать за красивыми одеждами тело, покрытое струпьями и гниющими ранами! Пристыдив лидеров племен, Мерлин дал им время, чтобы те сами дошли своим умом до нужного вывода, осознав глубину беды. После он обратился с просьбой к Элбану: — Кларент сможет справиться с этой задачей, благородный вождь! Но этот дар авалонских кузнецов я привез вам! Не я им распоряжаюсь! Вы являетесь его полноправным хозяином! Только вы можете дать согласие и уничтожить чашу! Подняв глаза и медленно оглядев присутствовавших, Элбан еле-еле сдержал желание выругаться. Мотнув головой, он тоже поднялся с места, задав простецкий вопрос: — А силенок-то у меча точно хватит? — Если не попытаться, то и узнать будет нельзя! — стараясь скрыть волнение, произнес Иосиф. Простым оружием не было смысла даже пробовать навредить золотой чаше. Иосиф уже пытался. Три дорогих дамасских клинка рассыпались прахом после неудачных попыток. Магию сможет побороть только магия. Отойдя в сторону, Элбан положил Грааль на небольшое возвышение из камня. Все еще не веря в такой глупый, по его мнению, поступок, вождь оглянулся на остальных. Те стояли у противоположенной стены, не сводя с него глаз. — А меня не разорвет на кусочки? — погладив рыжую бороду, спросил мужчина. — Несмотря на физический удар, это будет поединок магических сил! Вам нечего опасаться, вождь Элбан! — заверил Мерлин сомневающегося воина. — Что ж вы к стенке тогда жметесь, словно испуганные олени… Процедив последние слова тихо сквозь зубы, Элбан перекинул клинок между руками и размахнулся. Могучий удар обрушился на сосуд. Яркая вспышка и громкий треск заполнили пещеру. Яростный порыв освободившихся магических сил заставил ожидавших людей прижаться к стене, а владыку Элбана он отбросил на пару шагов назад. Когда белизна стала отступать, глаза Мерлина смогли разглядеть результат: золотая чаша была расколота на три части. Девять маленьких каменьев, что украшали основание кубка, блестели у каменного постамента. Но и чудный меч Кларент был разбит на две части. Поднявшись, Элбан сурово посмотрел на сломанный клинок. «Нечего сказать! За один миг лишились мы Святой Чаши, а я потерял меч, который думал передавать своим потомкам, словно оберег. Мерлин поведал мне: пока Кларент в руках того, в ком течет кровь Дракона, род наш не будет увядать, а племя не будет знать поражений!» Но тут же сам вождь и его друг отметили, что мысли их прояснились, будто солнце выглянуло из-за туч в ненастный день. Только теперь поняли они, как опасна эта чаша. Но беда не миновала полностью. Случайно задел ногой Элбан несколько драгоценных камней, когда вставал. Топаз попал в углубление на основании кубка и так там и остался. — Легко собрать воедино Грааль, друзья, поэтому стоит нам разделить его расстоянием! — предложил Иосиф Аримафейский. Это предложение было принято всеми без исключения. Небольшая часть Грааля будет хранить в себе частичку мощи всей чаши, но, будучи далеко от остальных, не сможет затуманить разум людей. А на край, в котором будет спрятан осколок, снизойдет благодать: богатства потекут рекой, земля не будет знать неурожая, а стихийные бедствия уйдут в легенды. Первую часть чаши отдали Владычице Озера. Эта легендарная дева обладает великой выдержкой и мудростью. Она сумеет разумно распорядиться доверенной силой, если в том будет нужда. В будущем она стала покровительствовать и Бретани — земле бриттов на материке. Именно оттуда во время мора с ее разрешения рыцари-монахи доставят осколок в Корнуолл, чтобы спасти несчастных. Второй фрагмент оставил у себя Иосиф. Дабы не накликать на британский край гнев ада, он пустился в дальнейшее путешествие, храня при себе осколок чаши и уводя за собой воинов ада. «Бог не оставит! Будет воля Его, и я вернусь к вам, где и обрету покой!» Так и случилось. Уйдя от преследования в Африке, неприметный путник вернулся в Британию, над которой нависла новая угроза — римляне! Но коренным жителям Камелада и Камлата удалось найти общий язык с римскими легионами, хоть понимание и было достигнуто не сразу. Основание с одним топазом отдали вождю Кару, владыке Камелада. Тот, еще недавно так желавший всю чашу, теперь с дрожью принял свою ношу, опасаясь последствий. Но вождь поступил разумно. Не сказав никому даже слова, как и уговорились все члены этого тайного совета, он сделал основание частью украшения своей крепости. Оно всегда было перед глазами, а своим потомкам он завещал хранить чудесный фонтан. Из уст в уста передавалась легенда о нем: пока бьет чистейшая вода из него, не будет бед у этого благословенного края. Так и достоял этот фонтан до времен, когда земля вокруг него стала королевством Камелиардом, сохранив тайну своего создания. Сильно опечалился вождь Элбан. Помог всем, а сам потерял дивный меч! Смиренно приняв этот факт, он предложил Мерлину отправиться на Авалон и там спрятать каменья. Уж человеку со злым умыслом точно туда не попасть. Мудрый чародей, погладив бороду, отверг это предложение. После последних событий с царем Соломоном даже Авалон представлялся небезопасным местом. — Вот что я предлагаю, достойный вождь Элбан! Не горюйте из-за Кларента. Магия еще теплится в нем. Кузнечное дело и его магия — не моя стезя, но я уверен: умельцы Авалона сумеют совместить выгоду и необходимость! — лукаво посмотрев на печального бритта, молвил Мерлин. Отбыв на корабле, паруса которого надувала сама магия, друид вернулся через месяц с волшебным мечом в Британию. Вручив его Элбану, он предостерег обрадованного вождя, когда те остались одни. — Мой вождь! Кларент вновь будет оружием в ваших руках, но свойство его слегка изменилось. Каменья Грааля, которые теперь украшают рукоять меча, поддерживают Кларент! Но будьте осторожны: если меч разобьется, то магическая связь камней и клинка разорвется. Каменья вернут себе утраченное, вновь обретя волшебную силу! — Возможно ли это? — удивленными глазами уставился Элбан на мага. — Увы! Авалонские маги времени поведали мне также, что меч будет уничтожен. Случится это, когда один из ваших потомков будет править всей землей британской. Такого владыку будут ждать веками! Будет это достойнейший правитель, но великие испытания свалятся на него! И до тех пор этот клинок будет также служить вашему роду, но помните: лишь единожды сможет он спасти жизнь каждому вашему потомку. Поэтому советую вам обзавестись вторым мечом, а Кларент обнажать только в самый отчаянный миг, когда неминуемая гибель будет грозить вам! Так и затерялись части Грааля в веках, постепенно становясь легендой. Но до сих пор стоит во дворе столичного замка Камелиарда фонтан в виде единорога. Все еще Кларент верой и правдой служит потомкам Элбана Дракона. Продолжает Озерная Дева беречь, словно зеницу ока, фрагмент Святой Чаши. По-прежнему в Зеркальном королевстве потомки Иосифа Аримафейского хранят свою тайну.
Примечания:
Копье Лонгина - согласно поверью, этим копьем закончили страдания Иисуса Христа.
