Потерянные в игре

Качели качаются, и от их тихого скрипа сердце тоже скрепит, но по особенному приятно. Кибоу замечает, как пропитало еë морозное одиночество, и как быстро согрели еë, лучи ностольгированного тепла. Снова тут. **** Глаза разлепились, и Кибоу почувствовала невероятную теплоту. Странно ли это? Девушка не знала. Она посмотрела вверх, и увидела, что лежит закутанная в одеяла, и с.. Грелкой у груди...? Что? Кибоу осторожно достаëт данный предмет, от чего волна отнятого быстро проносится по телу. Неожиданный белый шум привлекает, а голос заставляет вздрагивать: - Доброго всем утра, дорогие мои ученички! Я буквально вижу, в каком вы все отчаянии... Ну да ладно, вас ждëт испытание: кто первый прибудет к автомату в лабиринте, тот получит код, что бы выбраться. А освободить ли победителю остальных - решать уже ему - последнее, Монокума произнëс зловеще, от чего Кибоу почувствовала разлив паники по сердцу. Экран гаснет, и тут же, в помещении разносится звон телефона: несомненно, колебания заставляют оставаться на месте, но и чувство некой надежды - подталкивают к обратному. Осторожно скидывая одеяла, Кибоу делает шаги: один, второй... И вот, руки уже осторожно поднимают домашний телефон, и провод что был выполнен из острого, горячего железа, буквально вонзился огнëм в кожу, от чего девушка закусила губу, а глаза еë, вмиг заслезились. Стараясь больше не касаться столь больной ловушки, Кибоу подняла трубку, и приложила еë к уху, задавая типичный для всех телефонных разговоров вопрос: - Алл-ло? - голос подрагивает от ещë не прошедшей боли ожогов. - Альë, альë! - Монокума говорит с довольно таки странной интонацией. Он что - пьян? Нет, глупости! И словно подтверждая, медведь вполне трезво засмеялся - Пу-пу-пу, шучу, шучу! Ну что, химик, смотрю ты уже оценила наш мобильный сервер? - и будто Петросян от своей же шутки, Монокума вновь смеëтся, из-за чего ставит бедную Кибоу в ещë большее недоумение. Она глубоко вздыхает: - Простите, Монокума-сан, но скажите, одной ли мне вы говорите свой звонок? И кто нас оглушил, если... - девушка сама осекается от любопытства, и вздыхает - ... Если кроме нас, из людей никого нет! Или это тот, кто управляет вами? - Пу... - выдохнул устало Монокума, после произнëс - Как то слишком-слишком много вопросов! - Тогда дайте мне много-много ответов - сказала Кибоу, слабо улыбаясь. - Ещë чего! Честного медведя развести захотела?! Это тебе не какой то там супер пупер лохотрон! Или думаешь, что как женишок твой: глазками заклянчишь, и сразу весь сюжет? Не-не, это без меня, химик - при слове женишок, Кибоу хотела было спросить кого он имел в виду, но Монокума тут же быстро затороторил: - Ждëм тебя в подсобке, химик! И смотри, это, не опаздывай - после, не дожидаясь вопросов, медведь повесил трубку. Гудки врезались в ухо, и, теперь уже очень осторожно, Кибоу поставила телефон на место. Теперь еë даже пугало слово « Ждëм », и слово « подсобка ». От этого робота можно ожидать всë что угодно, учитывая данную обстановку. Голова болела от сильного удара, но по сравнению с теми раскалëнными проводами, удар - ничто. Девушка осторожно огляделась, с неким любопытством даже осознавая, что это то место, куда в прошлый раз привëл еë отчаянный проводник: вот кровь на стальных стенах, и пустая койка на скрипящих колëсиках. Кибоу оглядывается, боясь илюзионного предательства со стороны, но и его не ожидалось, от чего стало спокойнее. Глубоко вздохнув, Хароун подходит к двери, и выходит в коридор, что был почти темен, словно бы мгла. Девушка осторожно делает ещë шаги, прислушиваясь: нечего. Неожиданно, впереди оказываются две двери: какой соблазн просто развернуться, закрыться, и ждать, пока тебя освободят... Но так, пускай поступают и не слабые люди, но не Кибоу: она продолжит путь. Тем более те слова: «-Ждëм тебя в подсобке» развивали банальное, но опасное детское любопытство. Запуская руку в свою авоську, Кибоу достаëт флягу: один глоток, и мир ощущается по другому, больше, чувствительнее. Подойдя к одной двери, Кибоу развивает чувство осязания: она чувствует, что прохода длинного столь нет ни вниз, ни вверх. Таланты при ней, и благо химия обеспечила создания невероятных формул: от простого шаловливого алкоголя, до полного искажения человеческого тела. Но девушка всë равно решает посмотреть, что же там. Дверь скрепит, и тут же записка падает пред Кибоу: « Поворачивай,,в другой, а затем, в дверку слева, химик~) Подпись: 𝙿𝚞𝚙𝚞𝚙𝚞𝚙𝚞𝚙𝚞 🐻 » Чуть посмеиваясь, и прекрасно зная от кого, и кому это было, Хароун прячет записочку в карман пиджака. Она осторожно выходит, и после, прошла в дверь по соседству: действительно, есть двери. Но какая дверь слева - первая? Вторая? Не зная, девушка глотнула ещë из фляги, и стала пытаться уловить эховые гео локации каждой. И вот только на 5-й, Кибоу смогла что то поймать, после чего, не долго думая, она кинулась туда, и застыла. - Комаэда-кун? - спросила девушка, и спящий, румяный, закованный в цепи Нагито дрогнул, после, улыбнулся. Хароун тут же подбежала к нему, начав расспрашивать: - Господи, кто тебя так? С тобой всë хорошо, тебя не пытали?... -и говоря это, девушка начала слезиться, дрожать, как осиновый листик. Она достала из своей авоськи ещë одну важную формулу, что брала ещë в начале поступления: железные цепи просто растворились в жидкости, и обмякли. Кибоу вновь обжигаясь, ахнула, но разорвала цепь. Она представляла, как больно Нагито: раскалëнное железо скручивает тело, и одно движение оставляет невероятную боль. Комаэда застыл, тревожно смотря на Кибоу, но вопрос так и не мог сливаться с его губ. Прикрыв лицо руками, Кибоу тяжело дышала, ведь смогла разорвать все цепи полностью, и теперь еë возлюбленный был освобождён от столь адского плена. Слëзы лились по натëршей и вздувшийся от ожогов коже, и девушка вздрогнула, почувствовав как еë обняли. Прижали к себе так бережно, так аккуратно, что невольно распласталась в этих прикосновениях юное сердце. - Почему же ты пришла к такому мусору, как я? - спросил спокойно везунчик, а Кибоу нечего не ответила, утыкаясь смущëнно Нагито в плечо. Но отвлëк от этой радости знакомый смех Монокумы, что заставил вздрогнуть: - Надо же, наши детки соизволили дать волю чувствам! Жаль, что придëтся снова вас разлучить... - и с этими словами, медведь нажал на неожиданно появившийся из неоткуда пульт, после чего, Нагито удивлëнно моргнул, впадая в без сознание. Кибоу тут же было бросилась к нему, но Монокума сказал: - Не пугайся, с ним всë окей, видит сейчас сны с надеждой или мультиками про пони, ну или чем там щас молодëжь извращается... - девушку передëрнуло - Ну а нам, химик, надо бы поговорить! - робот пританцовывая подошëл к книжной полке в подсобке, и достав оттуда какую то книгу, выдвинулась дверь. Книгу он любезно передал Хароун, а сам, прошëл во тьму. Бедняжка удивлëнно взглянула на обложку, не зная куда ещë себя деть: это был план и история создания Академии Пика Надежды. Где то в далеке раздался голосок Монокумы: - Советую изучить, ведь скоро я лишу тебя сия поблажки - девушка угукнула. Монокума же спустя секунду буркнул - Пу-пу-пу... Ну, ты скоро там, химик? - Да, Монокума-сан - сказала Хароун, на секунду оборачиваясь: Освобождëнный, Нагито спал, и белоснежные пряди его, завихрились по лицу. Бледная кожа, но на щеках был пленительный румянец, и так и хотелось подарить туда вишнëвый поцелуй, что бы щëчки везунчика стали ещë алее, и след дорогой, маминой помады, отпечатался по лицу. Подойдя ближе, Кибоу сняла свой пиджак, и подложив его юноше под голову, накрыла всю эту милую конструкцию пледом. Всë таки Кибоу не сдержалась: поцеловала Нагито в макушку, после, вся порозовевшая побежала за Монокумой, придерживаю авоську. А ведь шприц, что был в форме каждого ученика, и который Монокума активировал, плохо подействовал на парня. Везение помогло - он смог увидеть, и почувствовать тот поцелуй. - Я тоже люблю тебя, Кибоу-чан - прошептал Нагито, блаженно улыбаясь, и устраиваясь поудобнее, уснул. Сердца бьются, и бывает, что они бьются у двух людей в одном, невероятно удивительном темпе - это любовь. И у Кибоу, слышались отстуки под рубашкой сердечка, от чего приятная дрожь проносились. Ведь между отчаянием и надеждой - девушка выбирает счастье.