Ты чувствуешь этот холодок?

По коже проходил мороз, было настолько холодно что пальцы коченели. На ресницах образовался иней, который не давал открыть глаза шире. Щеки не щадя колол мороз, от чего они сильно покраснели. Уши тоже щипал холод, но было такое чувство, что они просто отмерли. По рёбрам нежно проходил сквознячок. Тучи лениво двигались над головой. Погодка была явно не для того, чтобы валяться на снегу вокруг старых квартир. Лёва развалился посередине двора. Он лежал так, что можно было перепутать его с давно замерзшим бомжом. Макс сразу узнал знакомый силуэт в снегу, когда выбежал на улицу. Он нервно оглядел территорию вокруг, и упал, немного проскользив до замерзшего друга. — Ты живой? Как ты тут вообще оказался? Ты что, освоил приём телепортации? — Макс умудрялся даже в таких ситуациях подшучивать над Бортником. В этот раз неразборчивого мычания не последовало, появился лишь грустный кошачий взгляд, который был направлен в самую душу. У Макса от этого взгляда откуда-то взялось чувство вины, он тут же начал пытаться поднять Лёву. На улице -41°, а Бортник вышел без куртки и разлёгся посреди двора. Максу было известно, каким примерно образом Егор выбежал на свежий морозный воздух, но не было понятно зачем. Дверь забыл закрыть Боря ещё при входе, и пока те пили чай, Лёва умудрился встать с постели, и в каком-то странном состоянии поплестись на улицу. Двое уже красовались у входа в тёплую квартиру. Они сильно замёрзли и даже не заметили, как быстро добежали до двери. Двери даже не потребовалось открывать, ведь в нервотрёпке Макс её так же, как и Боря – забыл закрыть. — Боря, а ты за компанию с ним сбегать не удумал? — С ехидной улыбкой, Макс посмотрел на друга, который куда-то начал собираться. — Я вас искать уже пошёл, — Хмыкнув, Боря тут же начал снимать с себя куртку, иногда поглядывая на измученного Лёву. — Как он? — Замёрз он. Ты кстати, дверь не закрыл нормально, она и стояла на распашку, вот по этому сквозняком и тянуло, — Отчитал Макс Борю и повёл Лёву греться. — А давай, я ему кофе сделаю? Может быстрее отойдёт? — С щекотливой улыбкой на лице, которое скрывала густая борода, он интересовался у Макса. — Ты в курсе, что кофе вредное для людей с бессонницей? Сделай лучше чай для него, — Макс ласково взглянул на Бортника, который сидел почти впритык к нему. — А разница в чём? Оба напитка горячие, и абсолютно так же возбуждают нервную систему. — Ну, не знаю, статья звучала убедительно. Всё-таки, сделай чай с лимоном, — Категорично выдал приказ Макс, и принялся укрывать Лёвчика уже пятым пледом. — Лёв, а чего ты нам так долго двери не открывал? Мы с Борей не на шутку испугались, ты не хотел нас видеть? — Из-за этих слов, появлялось навязчивое чувство вины. Лёва долго игнорировал этот вопрос, ведь отвечать изначально на него не собирался. Немного трясло и покалывало где-то в гортани. Но через минуты две, он наконец смог что-то сформулировать. — Как ты думаешь, человек у которого погиб лучший друг, хотел бы кого-то видеть? — Удивительно чётко и ровно задал вопрос Лёва. — Неправильно друзей волноваться заставлять. Нам было страшно за тебя, а ты не открывал. Мог бы и признаки жизни подать, — Макс несчастливо ухмыльнулся и отвёл взгляд от Лёвы. Бортнику уже не хотелось отвечать. Ему вообще ничего не хотелось. Всё больше появлялось желание выгнать всех из своей "норы" и впасть в спячку, но он старался держать себя в руках. День уже окончательно подошёл к концу. Теперь приближалась холодная зимняя ночь. Всем хотелось спать, всё больше и больше с каждой минутой. Веки тяжелели, на ресницах лежали "камни", которые заставляли веки падать вниз. В небольшой компании у каждого пробиралась дрожь по всему телу, что же это было? Ребятам отключили отопление. Изначально, этого никто не заметил, но когда Боря пошёл на кухню за бутером, холод заметно просачивался по телу. — Кажется, вырубили отопление, что делать будем? — Боря растерянно стоял перед парнями, поставив руки на бока. — Всмысле? — Макса это начало напрягать. Он действительно волновался за Лёву, и не хотел, чтобы тот замёрз. Неожиданно в диалог ворвался Лёва, который был весь в пледах. Выглядело это довольно забавно. — Не бейте, я за газ уже как второй месяц не плачу. Видимо, отключили, — Какой-то печальной интонацией сказал Лёвчик, ещё больше укутываясь в пледах. — Нормальный такой срок. Ну что ж поделать? Будем спать втроём, как котята на холоде скрутимся? Или пледы поделим? — Первое предложение Максим больше сформулировал шуточным, ежели подтолкнул на реальную мысль. — Нет, не вариант. Если пледы поделим, то кто-то замёрзнет. Их всего лишь пять — Ну, смотри, я укроюсь одним пледом, а вы с Лёвчиком двумя. Я то переживу, а у вас двойное утепление будет, это ведь лучше, чем ничего? — Немного раздражённо говорил Макс. — Так тоже нельзя. Ты ведь с одним не уснёшь, в холодрыге такой, простынешь ещё. Давайте реально, все втроем на одной кровати спать будем? — Бортник про себя сразу же подумал: "Всё равно, что предложить ебучий тройничёк, почему я такой идиот?" — Вау, ты шутку в реальность превратил. Ну, пусть будет по твоему. Идея бредовая и извращённая, но куда деваться? На улице уже -42°, — Макс знал, что это гораздо лучше, чем тихо замерзать по углам квартиры. — Привыкай к гениальности Лёвы, — Боря шуточно пихнул Макса в плечо и пошёл искать ещё тёплые вещи. Ночь проходила незаметно, как шпион в чёрном костюме в детских мультфильмах. Все спали хорошо, за исключением Лёвы. Он ворочался из-за боли в пояснице, спать втроём и впрямь было бредовой идеей. Бортника угораздило лежать посредине двух здоровых лбов. Это была самая неудобная позиция. Два здоровенных мужика сопели так, что уснуть было нереально. Бортник ощущал себя порноактрисой. Он пытался найти удобное положение, в котором всегда любил засыпать. Но в этом случае не получилось. Пришлось ловить сновидения на спине, Лёве было совсем некомфортно. Тут глаза начали потихоньку смыкаться. — Лёв, не спи! Я тут! Лёв, очнись! Прошу тебя! — Эти слова словно эхо, пронизывали каждую часть тела, шли мурашки по тёплой коже. Голос как мед, был знаком и сладок. Он подзывал к себе, манил. Так хорошо стало на душе, складывалось ощущение, что на грудь пролили стакан тёплого кофе. Это длилось секунд 20-30, но вполне хватило, чтобы насладиться вдоволь. Когда всё утихло, стало не по себе. Словно кто-то тянул назад, не давал полететь наверх, к этому манящему голосу. Глаза с трудом открылись. Было такое чувство, словно тебя уронили, высосали последнюю энергию из тела. Рядом уже никого не было, но шум был слышен на кухне. Видимо, кто-то уже начал готовить завтрак. — Лёва-а-а, птички уже запели, с гнезда яйца упали, а ты никак не проснёшься, — Макс в своём репертуаре. Вставать с постели было трудно. Болело всё тело из-за неудобного положения. Сердце стучало также медленно, в ушах сильно гудело. — "Может, гемоглобин низкий?" —Мысленно спросил у себя Лёва и пошаркал в ванную комнату. Этот день прошёл не так ужасно, ведь рядом с Лёвой находился Макс. Вдвоём было гораздо лучше, чем одному. Конечно, угнетённость никуда не уходила, но казалось, что потихоньку собирается это сделать. Боря ушёл рано утром, поэтому Лёва не успел застать его. Они часами говорили по душам, смотрели кино и ели пиццу. Как всё странно складывается в жизни. Пару недель назад Лёва не мог даже изобразить улыбку, а сейчас он может даже посмеяться с шуток Макса. Он ненавидел себя за это. Ему казалось, что теперь он должен был страдать до конца жизни после смерти Шуры. И всё же, находясь с Максом, он чувствовал такую теплоту, когда находился с Шурой в компании друзей. Как только он вспомнил про погибшего друга, сразу стало тоскливо. — Чего приуныл? — Макс внимательно смотрел на Бортника, и кажется, хотел спросить что-то ещё, но его это остановило. Лёва смотрел в никуда, это сильно пугало. — Лёв, ну ты это, завязывай, — Макс занервничал. Его глаза следили за взглядом Бортника. В этот момент у Лёвы перекрыло дыхание, словно кто-то душил его сзади. Глаза покраснели и лицо перекрасилось в синеватый. Из носа потекла кровь. Руки вцепились в шею, словно хотели порвать глотку, чтоб поймать грамм воздуха. Это выглядело очень жутко со стороны. Макс не понял, почему Лёва так сильно начал дёргаться и весь посинел. В глазах Лёвы, Макс почему-то улыбался, сидел со зловещей улыбкой и наблюдал как тому плохо. Но это лишь казалось, ведь из-за слёз, которые текли непроизвольно, всё было размытым. Перед глазами уже появлялся густой туман, как внезапно послышался тот самый знакомый голос.