моя сладость...моя слабость...

Вики

      Марта разбудила меня в половине восьмого утра. Я с трудом поднимаю свою голову и наощупь нахожу стакан с аспирином.             — Ты мой спаситель, Марта! — она убирала чистое белье в мой шкаф и складывала вещи после стирки. — Папа уже уехал?             — Еще нет, Джорди привез молодого парня…ну…для вас, и мистер Кларк сейчас с ним беседует.             Я допиваю свою живую воду и встаю с кровати. Открываю входную дверь и проскользнув в коридор, на цыпочках подхожу к двери моего отца.             — У тебя отличная подготовка, Тимоти.             — Спасибо, сэр, военно-морская пехота.             — Даже так!             Я не могла разглядеть этого паренька через крошечную щель, я видела его спину, и то только половину.              — Колледж и Йельский университет с отличием, армия?             — Два года, сэр, затем два года на военной точке в Ираке.             Мой папа ахал и охал, слушая этого Тимоти и изучая его дело. Я закатывала свои глаза и придумывала новый план, как бы отделаться от него, так же, как и с предыдущим.             — Здесь написано, что ты можешь с закрытыми глазами обезвредить вражескую мину, это так?             — Да, это правда.             Причем тут это?             — Это тебе пригодится, твоей вражеской миной будет моя дочь. Я хочу, чтобы ты приглядывал за ней, был всегда рядом и не давал ей совершать не то, чтобы постыдные, но опасные вещи. Месяц назад у нее случилась передозировка, и я не хочу, чтобы это снова случилось. понимаешь? — тот кивает. — Кроме меня у нее никого больше нет.              — Я вас понял, сэр.             — Вот и славно, а теперь пойдем, я вас познакомлю.             Оторвавшись от пола я бегу обратно в свою комнату. Марта ушла. Я легла на кровать и прихватила книжку, сделала умное и задумчивое выражение лица и открыла первые десять страниц.             — Вики!             Закрываю книгу и поворачиваю голову. В комнату входит мой отец и…             Тимоти, судя по всему.             На нем черный костюм и лакированные туфли. В руках он держал солнцезащитные очки, я подошла к ним ближе.              Тимоти стал озираться по сторонам, изучая мою комнату изнутри. А затем, его глаза встретились с моими, и не только с глазами…я посмотрела вниз…на мне, кроме футболки и трусиков ничего больше не было.             — Это Тимоти, а это Вики.             Я протягиваю руку для пожатия. Тимоти колебался, но все же пожал мою руку, слегка сжав ее. в чертах его лица было что-то странное, не понимаю, почему я так решила, но…я слышала, что он военный, и осанка и его стойкость и походка доказывали это, но вот лицо выражало что-то другое.             — Мистер Кларк, вас к телефону.             — Ах, да, это должно быть министр. Ну что ж, — папа обратился ко мне. — Мне нужно оставить вас, не подеритесь, пока меня тут не будет.             Он хлопает Тимоти по спине и выходит. Мы продолжали стоять посреди комнаты, глядя друг на друга. Я скрестила руки на груди и стала его разглядывать, обходя и почти дотрагиваясь до него.             — Откуда ты взялся?             — Простите?             — Откуда ты?             — Я из Огайо.             — Огайо? Надо же. Хмм…             — Что-то не так?             — Нет, все так, я просто…             Я встала напротив него и замахнулась рукой. Он хватил мою правую руку, не давая ударить себя, и поставил мне подножку, но не дал мне упасть, а лишь удержал меня за талию. Я схватилась за его плечи, я почти находилась навесу.             Холодным взглядом он смотрел на меня, ни единой улыбки на лице.              — У тебя слабая стойка, и ты рано выставила руку, — констатирует он. — Ты хотела ударить меня? — он помогает мне встать. — Зачем? Я в курсе, что случилось с тем парнем на кухне. Со мной такие фокусы не пройдут, Вики.             То, как он назвал меня…вызвало мгновенную реакцию…но я отвела это чувство на задний план.             — Ладно, я поняла, папочка подослал тяжелую артиллерию. Хорошо, раз у меня нет выбора, то…готовь машину, мы едем в город.             Он ушел, а я побежала в ванную комнату, открыла окошко и свистнула два раза.             — Фрэнк! — шепчу я. — Фрэнк?             — Я тут!             Я стала перелезать через маленькое окошко и тут же падаю в руки своего парня.             — Привет, мышонок, — он целует меня и берет за руку. — Поехали.             — Да.      

***

      Мы приехали в его старый домик, чтобы искупаться в озере и провести время, ребята уже собрались, я переодела свой купальник и бросилась в воду. Она была прохладной и приятной.             — Ловите мяч, — нам бросают волейбольный мяч и мы начинаем игру.             — Вики осторожней.             В мою голову прилетает мокрый мяч и отскочив от меня он попадает на сумку Фрэнка.             — Я принесу.             Подбегаю к его сумке и хватаю мяч, но мои глаза падают на маленькую коробочку внутри, я бросила мяч и присела на корточки. Сердце стало стучать…бешено. Я беру коробочку и открываю ее.             Кольцо…внутри лежало чертово обручальное кольцо.             Хотелось кричать от радости, визжать.             — Вики! — рядом со мной стоял Фрэнк.             — Фрэнк…это…это…боже, спасибо, я…я…знаю, знаю, ты должен был сделать это как-то официально и романтично но…я согласна, — я подпрыгнула на месте.             — Вики это…             Он не рад…он был вовсе не рад, я закрыла коробочку…             — Мышонок, — к нам подбежала Хоуп.             Она обвила свои руки вокруг Фрэнка и поцеловала его в щеку. Обвила руки вокруг моего парня…моего… Фрэнка.             Я пошатнулась, это мне все мерещится, ибо я не…я отказываюсь в такое верить.             — Мышонок? — спрашиваю я.             Но это я мышонок, это я…посмотрев на коробочку я все поняла.       — Какой же ты… — я посмотрела на Фрэнка, потом на Хоуп…. — Какая же ты сука.             Я бросаю в него коробочку и хватаю свои вещи: то есть трусики и футболку. Мое сердце на миг оборвалось, я шла не оборачиваясь, не хотела, чтобы ребята видели мои слезы. Мы с Фрэнком всегда были вместе, как я могла упустить Хоуп? Как я могла допустить такой оплошности, ошибки, такого промаха? Я шла вдоль дороги в одном купальнике, проезжающие сигналили мне и останавливались, чтобы спросить «Сколько я стою». Я поймала машину, за рулем которой сидела женщина и назвала ей адрес клуба.             — Спасибо!             На душе паршиво, на душе гадко, будто коты нагадили.              — Эй, мисс, вам сюда нельзя, — я убираю волосы с лица. — Вики?             — Пропусти меня, Хэнк, мне очень нужно.             Хэнк-охранник клуба. Он пропустил меня, хотя не стоило этого делать. Я подошла к барной стойке.             — Майкл, налей мне своей настойки.             Он разглядывал меня примерно пять минут, я знала, что я навалилась в клуб в купальнике, но это меня волновало в последнюю очередь.             — Что случилось?             — Меня бросили, — залпом допиваю настойку и приступаю к другой.             Двумя пальцами касаюсь края своих трусиков и вынимаю прозрачный пакетик.             — Эй, здесь нельзя, Вики.             — Я только на мизинчик, успокойся.             Этих 13 грамм мне не хватит, чтобы залечить раненое сердце, и даже эта настойка. В клубе я проторчала до вечера, пока администратор не прогнала меня и не велела выходить через задний вход.             — Чтобы я тебя в таком виде здесь не видела, понятно? — меня толкают в лужу.             — Пошла ты…драная овца, — я плюю на нее и поднимаю свои вещи с мокрого асфальта.             Больше они мне не пригодятся и я отправляю их в мусорный бак. Спиной прижимаюсь к холодной, кирпичной стене, колени не держали меня и я опустилась на землю.              — Эй, крошка… — топот быстрых ног заставил меня выпрямиться. — Отличный прикид.             Два парня шли ко мне, смеясь надо мной и хлопая. Мне стало холодно и страшно, я обхватила себя за плечи, как будто это меня спасет.             Они подошли ко мне и стали трогать мои руки, мой живот.             — Отвалите от меня, — я попыталась отойти.             — Неа, ты никуда не пойдешь.             Второй схватил меня за волосы и стал тянуть назад. Я завизжала. Мой инстинкт самосохранения сработал сам и я плюнула в лицо первому, зарядила второму по яйцам и пустилась бежать.             — Сучка, тебе не жить.             Пьяна и кривая я не успела добежать до поворота и меня толкают к стене. Я падаю.             — Только попробуй пискнуть.             С меня стали снимать лифчик, но тут раздается выстрел. Мы троя переводим взгляд в сторону, в тень, где стоял человек, с поднятой рукой.             — Вторая пуля полетит прямо в лоб!             Я вспомнила этот голос. Тимоти выходит из тени, держа в руке пистолет, который еще не успел остыть от выстрела.              — Эй, эй, у нас все четко, мы просто нашли ее тут.             Тимоти направил на парней пистолет и те разбежались. Я облегченно выдохнула. Тимоти подошел ко мне и взял меня на руки. Мы шли недолго, оказавшись в салоне машины, меня укрывают пледом.             — Выпей воды.             Делаю глоток и голова падает на кожаный диван.             — Как ты меня нашел?             — Руперт подсказал. Что ты тут делала? Ты ради этого сбежала?              — Нет, — я укрылась поплотней. — Меня парень бросил.             От осознания этих слов, от увиденного кольца я заплакала, прижав ладонь ко рту. Тимоти завел машину и мы тронулись, он не оборачивался в мою сторону, не видел моих заплаканных глаз, чему я была ему благодарна.             — Я нашла кольцо, думала он…хочет на мне жениться, а он…он не хочет жениться…не на мне…а на этой…суке.             Тело дрожало от алкоголя, от наркоты, от боли внутри.             — Что со мной не так? Почему со мной так поступают? — Тимоти молчал. — Скажи что-нибудь, не молчи. Ненавижу, когда молчат.             — Ты хочешь знать мое мнение?             — Да, хочу. Другие подручные отца молчат в тряпку, и это выбешивает меня.              — Ты патологическая обманщица, алкоголичка и наркоманка, — я вытерла слезы. — Ты сбежала в одних трусиках.             — И что?             — Когда ты в последний раз смотрелась в зеркало? Темные круги под глазами, выступившие вены, сухая кожа на лице. У тебя нездоровый вид…сколько тебе лет?             — 25.             — А выглядишь ты на десять лет старше.             Я села. Вытащила пакетик из трусиков и открыла его.             И замерла.             Я снова иду ко дну, раз за разом. Я наркоманка-это факт. Я посмотрела на свое отражение в зеркале, все симптомы на лицо. Фрэнк бросил меня…такую «старую», такую «немощную» и некрасивую ради барби, у которой нет таких проблем как у меня.             — Возьми, — я протягиваю Тимоти наркотик. — Только не говори моему отцу, но и не потеряй.             — Хорошо.             Я легла обратно на диван и всю дорогу смотрела на профиль Тимоти. Он крепко сжимал руль своими пальцами и строго глядел на дорогу. От ветра, что проникал в салон, его кудри резвились на голове, привлекая мое внимание. И это подействовало на меня сонным образом.             Я уснула, но я чувствовала теплые руки на себе, Тимоти нес меня на руках в комнату.              — Отец дома? — шепотом спрашиваю я.             — Еще нет.             — Хорошо. Не говори ему ничего.             — Я подумаю! — я коротко улыбнулась.             Ощутив мягкую подушку под головой, я укрылась одеялом и заставила себя уснуть и видеть сны, более живые и более настоящие, не под действием наркотика.      

Тимоти

      Снимаю свой костюм, кобуру и пистолет. Включаю душ, глядя на зеркало, на свое отражение я видел темные глаза. Я был так близок к Артуру, я мог убить его, я мог искалечить его, но у меня есть план, четкий и ясный. Я должен выдержать, я должен это вытерпеть.             В руке я сжимал наркотик, который дала мне Вики, пакетик порвался и содержимое высыпалось на пол. Я злился, я бился в агонии, я столько дней и ночей мечтал о мести. Сжал пальцы в кулак и пустил их в ход, разбил зеркало и тысячи осколков полетели вниз. Кровь стала капать в раковину.             Вражеская мина, это не Вики, это Артур Кларк. И я не обезврежу его, я сам его подтолкну к самоуничтожению.