Боги снимают маски (быв. Эллиада)

— Анубис, пойдем отсюда. Это шанс сбежать. И нужно забрать того мальчика. Сет одернул Анубиса за руку. Тот развернулся, задумавшись лишь на секунду. — Хорошо. Я помогу вам сбежать. — В смысле? — Я остаюсь здесь. — Почему?! — У меня здесь дела. В вашем присутствии нет необходимости. Вы можете вернуться. Рекомендую связаться с Гором. По крайней мере так будет меньше шанс попасться Осирису. — Я никуда не пойду без тебя! Анубис! Да что с тобой?! — Это мои дела. Вас это не касается. — Еще как касается. Ты мой сын, я тебя не оставлю здесь. Анубис резко одернул руку. Холодный взгляд заставил Сета сжаться. — И где же вы меня оставите? — Анубис! — Я знаю как меня зовут. Что дальше? Тело Сета, помня былые времена, кричало о надвигающейся опасности. Но… Анубис? Он же не может… Да? — Зачем тебе здесь оставаться? Что этот лохмач тебе уже наговорил? — Если здесь есть бог вроде Маат, то можно заключить божественный договор. У меня есть кое-какие мысли на этот счет. — Зачем тебе это? Это все не твои проблемы. — Совершенно верно. Вообще-то я решаю проблемы, что создали ВЫ, но в связи с отрицательным значением вашей компетентности в этом вопросе, а так же бездействием официальной власти, этим приходится заниматься мне. Анубис ткнул пальцем в грудь Сета и, развернувшись спиной, пошел дальше. — … Анубис, я в любом случае остаюсь с тобой. — Зачем? Анубис сложил брови в притворном удивлении, но вдруг одернул себя. Сет замолк. Теперь, когда он перестал дергать Анубиса и кричать на весь дворец, он выглядел так, словно смертельно болен. Кожа бледная, глаза безжизненные, опущенные плечи. Сет словно еле стоял на ногах. Спроси Анубиса, жалел ли он о своих словах — он скажет что нет. И все же стерпеть Сета в таком виде он не мог. — … — Я был слишком груб. Прошу прощения. — … Ты ненавидишь меня? — Я ничего к вам не чувствую. — Анубис… — Нужно узнать больше о рабах. —… Да, хорошая мысль. Я знаю того мальчишку. Он был со мной на невольничьем рынке. Анубис перескочил на другую тему и старался больше не смотреть Сету в глаза. Да почему это так больно?! — Прекрасно… Но, я, наверное, попрошу сходить туда вас в одиночку. Даже не выходя из тени, на солнце чувствую себя как в кипящем масле. Сможете сделать это без лишних проблем? — А… Да! — Повторю еще раз: «Без. Лишних. Проблем». Желательно без проблем вообще. Постарайтесь контролировать себя. Бог войны ведь может немного побыть хладнокровным? — Да понял я! Понял! В коридоре показался Гермес. В том же приподнятом настроении, что и всегда. И с этой фирменной улыбкой торгаша на пол лица. — Ах, вот вы где! Ха-ха! Я вам не помешал? Анубис вздохнул. Одна головная боль, сменяет другую… И так без конца… — Думаю, на этот раз это моя фраза. Что случилось? — Старый хрыч маленько поделал мне нервы. Прошу прощения за свое поведение. Все мы иногда можем вспылить, ведь так? — Я не стал спрашивать так как посчитал, что это не мое дело, но, судя по всему, ты проклят. — Кхм… Да, это проклятие. Оно работает только на эмоции. Я давно с ним живу и научился сдерживаться, но проветрить голову все равно порой надо. — … Хорошо. Я хочу заключить сделку. У вас есть бог, который бы мог составить договор? — М? Да. Афина может. — Если кратко: взамен я хочу наладить экономические связи между нашими странами и вывезти рабов родом из Египта на родину. Устроит? — М? Устроит. Не хочешь ничего для себя? — Нет. Проблемы? — Твой альтруизм поражает. Что ж, как хочешь. Я все устрою. — Тогда мы можем сходить в нижний мир раз уж сейчас день. — Парень, у меня от тебя мурашки. Ты за время моего отсутствия сколотил план? Ты когда-нибудь перестаешь думать? — Не могу себе позволить такую роскошь. Если я перестану думать, это за меня сделают другие и не факт, что качество производимых мыслей меня устроит. — Я пока слушал тебя уже устал. — Я отнюдь не против делать все дела молча. Это у тебя рот не закрывается. Гермес жалобно перевел глаза на Сета и повис на нем, изображая даму в беде. — Сет, твой сын — жуткая язва. Он меня обижает! — И что мне теперь тебя по головке погладить? Считай, что семейная традиция. Совершенствуем навыки из поколения в поколение. Сет скинул с себя Гермеса. Тот разлегся звездочкой и театрально надул губы. — Злые вы все! Уйду я от вас! — — Попутного ветра тебе в спину! Анубис и Сет переглянулись от неожиданности. Гермес встал и отряхнулся. — Нда… Хором меня еще не посылали. Что за люди! — А, лохмач! Я хочу сходить к нашим людям. — К привезенным рабам? Они живут при храме. Спроси у любого слуги, тебя проводят. Тут прямо по коридору на кого-нибудь точно наткнешься. Так они разделились. Сет не слишком довольный своей ролью поплелся дальше. Анубис все смотрел на Гермеса, который о чем-то глубоко задумался. — Все нормально? — Да, думаю как лучше сделать. Раз уж мы идем в нижний мир, мне надо перевести туда все души. — Какие души? — Ну, мертвые. Пока меня не было, их никто не провожал. Если задержу их здесь больше чем на 40 дней, мне влетит. Сроки уже поджимают. — Делай как хочешь. — Тогда пойдем куда-нибудь на открытую местность. — Ты ничего не забыл? — А? А! Солнце! Прости! Эм… Тогда в главый зал храма. Совсем скоро боги оказались в просторном зале, едва закрытом тканями от солнечного света. Гермес встал в середину, Анубис остался чуть позади. — Я — бессмертный проводник заблудших душ. Внемлите мне и явитесь на мой зов. В воздухе закружили множество полупрозрачных силуэтов. Призраки Греции выглядели немного иначе чем египетские. — Так! Все на землю! Не толпитесь! Мы никуда не пойдем, пока я всех не пересчитаю! Гермес развернул огромный список, который волочился по полу и начал перекличку. Странно. Анубису эта картина показалась знакомой. — 347… Все на месте. Мрут как кони, честное слово. Куда вас столько на умирало, мне никто не скажет, а? Ой, ладно. Рассоситесь от меня немного! Дышать тесно! Анубис тихонько рассмеялся. Пришлось признать, что Гермес порой все же может иногда поднять настроение. — Пффф! А ты та еще язва, Гермес. Недавно на меня жаловался, а теперь сам народ терроризируешь. — Да, ну, тебя! — Пхахах! Души обернулись на Анубиса. Он единственный явно был живым еще и так спокойно переговаривался с хтоническим божеством. — Не щёлкаем клювом! Все смотрим на меня! Сейчас отчалим! Гермес протянул руку вперед и к ней с небес протянулся столб света, из которого сформировался золотой крылатый жезл обвитый двумя змеями. Только Гермес стукнул о землю посохом как всех, кто находился в зале перенесло на большую лодку посреди неспешной реки. — Анубис, можно тебя? Тут много людей, поможешь? — Что нужно? Анубис протиснулся сквозь толпу и спокойно стал ждать указаний. — Мы на реке Лете. Это река забвения. Пока мы тут надо напоить всех. Тут кубки. Я буду вести, а ты займись людьми, будь добр. Плыть минут пятнадцать. Должны успеть. — Понял. Лодка сильно качнулась и одна из душ чуть не упала в реку. Гермес вовремя подхватил ее. — Девушка, осторожней. Я слежу за всеми, но постарайтесь быть аккуратнее. — Ах, спасибо! Немолодая женщина в богатых одеждах… Должно быть какая-то царица. Она смотрела на Гермеса с плохо скрываемой тревогой, то и дело перебирала платье и поправляла волосы. Она словно не решалась заговорить с Гермесом и просто мялась рядом. — Вы что-то хотели сказать? Женщина опустила глаза вниз и прикусила губу. — Н-нет. Анубис протянул женщине кубок и та приняла его трясущимися руками. Карие глаза наполнились слезами, женщина сделала свой глоток и растворилась в блаженном забвении. Гермес только сейчас заметил, что на украшениях женщины было изображение орла, символа Зевса. — Очередная папашкина любовница? Что ж, надеюсь это было больно, старый ублюдок. Гермес окинул женщину насмешливо-ядовитым взглядом. Она этого совсем не заметила и улыбалась кроткой мягкой улыбкой. Неужели она будучи женщиной Зевса постеснялась говорить с Гермесом? Это даже немного мило. Гермес отогнал мысли о незнакомке и сосредоточился на своей работе. Наконец, на горизонте показалась лодка Харона. — О! Мы подплываем к реке Ахеронт. Анубис, как ты там? — Как раз закончил. — Замечательно! Идем на сближение! Как только Харон достаточно приблизился, Гермес кинул ему веревку. Несколько слаженных движений и две лодки уже плыли вместе. Харон перекинул деревянный мостик. — Ну, здравствуй, лентяй. А я уже начал чесать кулаки по твою головешку. — Все вовремя! Не надо мне тут! — Ага, давай, сгружай. Души начали переходить по мосточку. Гермес придерживал их за руки, чтобы никто не упал. Каждая душа передавала Харону по две монеты за переправу. — Так! Это что еще за заяц! — А! Харон преградил проход на свою ладью той самой женщине, с которой Гермес успел «познакомиться». Она ужасно испугалась грозного лодочника и вцепилась в Гермеса. Гермес опустил взгляд. — Девушка, нужно дать монеты. Поищите у себя где-нибудь. Женщина нервно ощупала платье, но ничего не нашла. Влажные карие глаза поднялись к Гермесу. — Гермес, эту возвращаем. Отметь ее. Женщина смотрела то на одного бога, то на другого и не могла понять что вокруг происходит. Гермес сжал руки в кулаки. — Я заплачу за нее. — Ты прекрасно знаешь, что это так не работает. — Блядь да пропусти ты ее! Какая тебе разница сейчас я за нее заплачу или кто-то сверху. — Поблажек не будет. Царство Аида — не твоя личная песочница. Здесь ничего не будет решаться просто потому что ты так захотел. — Да что б тебя! — А, ну, тихо! Харон стукнул веслом о лодку, женщина испугалась и, потеряв равновесие, полетела вниз. Гермес потянулся за ней и сам чуть не свалился. Харон успел его перехватить, но женщина навсегда осталась в водах Ахеронта. В руках Гермеса остался лишь кулон с выгравированным орлом.