Ее зовут Эми. Тоже Эми.

Сначала она даже не верит своим глазам. Кажется, что все это снится во сне. Потому что она не видела его уже двадцать три месяца, почти два года. И сделала для себя вывод, что он решил не прощаться, а просто уйти. Она даже думала иногда, что да, именно так все и случится. Но вот он, в ее комнате, все в том же немодном пиджаке и синей, именно синей бабочке. – Ты вернулся? – ее голос даже немного дрожит. Мэтисон все еще думает, что сейчас проснется. Он пожимает плечами и встает, опираясь сзади на ее комод. Молчит, от чего она начинает сердиться. – Мог бы и позвонить, – наконец-то она начинает смотреть на него осуждающе, а не широко распахнутыми от неверия глазами. – Ты тоже могла бы, – у него получается не реагировать на ее взгляд, он весь из себя такой спокойный. Слишком спокойный, как будто что-то случилось. И в ее голове появляется мысль, которой до этого там раньше не было вообще. По не понятным ей причинам. – Да, могла бы... – ее голос звучит удивленно, она уже смотрит в пол, пытаясь понять, что не так. Ведь она чувствует, что что-то не так. – Почему я тебе не позвонила? – она резко вскидывает голову, задавая вполне своевременный и важный вопрос. "Потому что так было нужно", – вот, что должен сказать на самом деле Доктор, но он снова молча пожимает плечами. Тишина в комнате царит несколько минут, прежде чем он сам ее нарушает, устав смотреть на борющиеся эмоции внутри Эми, которые моментально отражались на ее лице. Он понимал отчасти, что с ней происходило, но это все было лишь последствие необходимости. Потому что он не мог позволить ей умереть. И это не было зафиксированной точкой во времени, которое можно переписать. Может, у этой девочки и не было смысла в жизни, но он не хотел, чтобы она казалась вселенной не важной. Потому что, как он говорил уже не раз за всю свою жизнь, нет ни одного человека, который не был бы важен. – Хочешь посмотреть на автора твоей любимой книги? Он боится ошибиться, если вдруг ее любимой книгой за это время стала какая-то другая, поэтому не называет имени. А Мэтисон отрицательно качает головой. – Я не люблю другие его книги, зачем мне знакомиться с автором? Он мне ничего нового не расскажет, знаешь. Лучше давай поедим мороженого. Как тогда, когда ты промахнулся... ну, ночью. Ты же и сейчас промахнулся, да? Он пытается придать своему лицу смущенный вид, говорящий "да, я снова опоздал, уж извини", но ей это и не нужно, она привыкла. В конце концов, она ждала столько времени не ради того, чтобы выслушивать его объяснения. Время слишком драгоценно сейчас, чтобы тратить его на ничего не значащие слова. – Не бери в голову, я все понимаю, – она подходит к нему и кладет руку на его плечо, хотя обычно она так не делала. – Я думаю, то карамельное мороженое стоит того, чтобы подождать немного времени. Эми улыбается, и Доктор улыбается ей в ответ, протягивая руку, чтобы увести за собой в Тардис. На самом деле он знает, что для нее прошло слишком много времени, хотя это и не двенадцать лет, конечно. Но ему страшно подумать, что было бы, если бы ее он тоже встретил еще маленькой девочкой. А она уже просто не хочет думать о чем-либо. Ей все еще неуютно, ощущение, что в памяти появился какой-то пробел, но об этом проще забыть. Потому что сейчас она с Доктором, а рядом с ним лучше всего забывать обо всем на свете. Какие ж могут получиться приключения, если постоянно забивать голову чем-то серьезным? Да никаких приключений, ведь тогда вместо действий будешь все время думать и тормозить.