Зарево

      — Как ты себя чувствуешь? — который раз за сегодня он задаёт этот вопрос?       — Бывало и лучше — не видел смысла юлить Кадзуха. Тяжесть в груди по-прежнему давила. Мысли уже не путались настолько сильно, а понимание всего произошедшего некоторое время назад делало его не особо счастливым. Чувство вины поселилось где-то в глубине его души и вынуждала избегать взгляда на сидевшего рядом парня, который раз стремившегося заглянуть ему в лицо.       — Ты мне не доверяешь, да?       — Разве это удивительно?       — Нет, но, — Куникудзуши пробежался взглядом от меча на стене и до небольшой модели корабля где-то в углу помещения, снова возвращая взгляд к вампиру, — мне интересно, что происходит с тобой.       — Меньше знаешь — крепче спишь, слышал о таком?       — Да я же вообще не усну, если не узнаю, — он даже слегка подался вперёд.       — Вот почему я не связываюсь с людьми.       — А?       — Вы слишком любопытные. Слишком надоедливые и приставучие.       — Ты сейчас просто злишься, — спокойно пожал плечами Дзуши, даже и не думавший воспринимать чужие слова слишком близко.       — Да неужели? — Кадзуха попробовал выжать из себя саркастичный смешок, но прекрасно осознавал всю правдивость чужих слов.       — Да, злишься. На себя в первую очередь. Поправь, если я не прав, но сейчас ты винишь себя в слабости. В жалости к самому себе и все равно считаешь себя недостойным её. Ты злишься, что такой незначительный момент позволил тебе сорваться. Злишься на свои заблуждения по поводу меня или же наоборот: как охотник я слишком втёрся в твоё доверие и накачал тебя какой-то дрянью, позволившей потерять контроль на некоторое время. Ты злишься, что поддался искушению, винишь себя за эту жажду поддаться ему и…       Кадзуха не позволил ему продолжить, сжав горло не сильно, но весьма ощутимо, чтобы пацан почувствовал страх. Глядя в его глаза, он прошипел:       — Говённый из тебя психолог.       — Чувствовать беспомощность — нормально, — не унимался Куникудзуши, совершенно не отдавая себе отчёта в чужой ответной реакции. Он словно бы чувствовал где-то в глубине своего сознания — Кадзуха ему ничего не сделает, не посмеет. Эта мысль начала медленно переходить в панику, стоило пальцам на его горле сжаться чуть сильней. И хотя продлилось это не долго, испугаться который раз за день брюнет успел.       Вздохнув, вампир отпустил соседа, устало прикрывая глаза. Присев рядом, он взял бледную руку в свои ладони, растирая кожу между пальцев. Райдэн был сбит с толку этой постоянной сменой настроения, но не стал отказываться от столь своеобразного массажа.       — Я знаю, насколько неловко бывает поддаваться эмоциям в присутствии других. От этого иногда начинаешь чувствовать себя очень уязвленным, словно они видят твою обнажённую душу и обязательно этим воспользуются. Из твоих слов получается, что ты всегда в состоянии боевой готовности; всегда готов бороться до конца, даже во вред себе. Ты бы сорвался рано или поздно. Я вот тоже ревел сегодня, — Куникудзуши решил рассказать и о своей слабости, надеясь, что блондин расценит это как некий шаг доверия, коим его считал сам парень. — Прямо перед отцом, представляешь? Это было настолько отвратительно, что я хотел ударить себя.       — Да ты и так пришибленный, куда ещё больше, — слегка усмехнулся Кадзуха, не поднимая головы.       Куникудзуши улыбнулся.       — Тебе стало легче?       — Было бы, не ударь ты меня кружкой, — он с осуждением посмотрел на человека рядом — тот отвел взгляд.       — Боль физическая иногда полезней душевной. Я рад, что ты быстро пришел в себя.       — Ну спасибо.       В тишине было слышно лишь тиканье часов, встроенных в тот самый корабль на столике. Куникудзуши скользил взглядом по мачте с красными парусами, веслам и символу креста, пытался вспомнить, где он его видел.       — Это точная миниатюра главного корабля флота Южного креста — Алькора, — заметив его любопытный взгляд пояснил Кадзуха.       — Южного креста? Того самого?!       — О чём ты?       — Ну, в истории Тейвата от семьсот четвёртого упоминалось восстание в Инадзуме за освобождение территорий острова Ватацуми. Флот Красного креста сыграл немалую роль в отражении вражеской атаки, а также при переговорах при заключении пакта о перемирии капитан флота была ранена и госпитализирована, но именно благодаря этому вражеская сторона приняла невыгодные для них условия и оставила акватории Ватацуми в покое.       Кадзуха аккуратно обхватил голову Куникудзуши, поворачивая её в разные стороны.       — Я понять не могу, у тебя акаша прям внутрь головы установлена, что ли? — отпустил он парня, не увидев никакого прибора на нем. — Ночью, сейчас. Зачем ты вообще всё это помнишь? Это какая-то твоя научная работа?       — …нет, — немного смутился тот. — Я изучаю историю. Это…интересно.       — Сейчас звучишь не очень уверено.       — Это правда интересно!       — Верю, верю, — взмахнул хозяин дома, усмехаясь. — Если я правильно помню, Бэй Доу и правда была ранена, только там была лишь небольшая царапина, которую раздули до такой степени, что прям смешно. Что?       Синие глаза глядели не моргая, пока их обладатель медленно разворачивался: — Ты сейчас серьёзно? — он положил ладони на плечи вампира, сжимая. — Не зря я думал, что её невозможно взять чем-то настолько простым? Ты с ней знаком?       — Капитан, конечно, очень сильная женщина, но не думаешь же ты, что всегда она выходила сухой из воды? Она правила флотом твёрдой рукой и, поверь, не потерпела бы жалости по отношению к себе. Ох, она так злилась, когда её закрыли в лазарете на несколько дней. Только госпожа Сангономия и могла её успокоить.       — Да. Это да, но…поверить не могу. Ты был с ней знаком…       — Хех, я даже путешествовал с ней на одном корабле долгое время, — Кадзуха чувствовал себя сейчас поистине счастливым, наблюдая за сменой эмоций в лице напротив.       — У меня…у меня сейчас столько вопросов. Мне так много нужно уточнить. Так, с чего мне начать? Ммм…       Брюнет начал ходить по гостиной, выискивая листок с ручкой или, на худой конец, свой телефон.       — А с чего ты взял, что я тебе что-то ещё расскажу? — Закинул вампир ногу на ногу.       — Ты мне и не нужен, — махнул тот рукой. — Ты сможешь мне организовать встречу с капитаном? Я в долгу не останусь, честно. Я хочу с ней просто поговорить.       Глядя на это сияющее лицо, Кадзухе стало немного не по себе.       — Не хочу тебя сейчас расстраивать, садовод, но капитан Бэй Доу была простым человеком.       — И? Ты же здесь, какая разниц…- и тут до него дошло. Посмотрев на джонку и снова на вампира, брюнет поджал губы, прищурившись.       — Не осуждай меня, — развёл вампир руки в стороны, — Ты сам завёлся.       Райдэн разочаровано вернулся на диван, запрокидывая голову на спинку. Он ощущал на себе жалостливый взгляд, только даже и не думал поворачиваться. Буквально минуту секунду назад ему мерещилось, как он сможет приоткрыть завесы некоторых тайн истории, не дававших ему покоя долгое время. Когда ещё выпадет такая возможность расспросить непосредственного участника событий? И тут такое.       Куникудзуши восхищался многими историческими личностями, но глядя на своего соседа совершенно не мог представить его частью всех тех историй, которые ему довелось услышать. От того расспрашивать Кадзуху о чём-то таком не было никакого желания.       — Расскажи мне об охотниках.       Не услышав ответной реакции, брюнет лениво повернул голову.       — Ты обещал.       — Ничего я тебе не обещал.       — Я должен знать, за что чуть не погиб от твоих рук.       — Гадёныш, — признал поражение Каэдэхара, раздраженно вставая. — Я тебе не доверяю. Если ты ко всему этому действительно не причастен, то и нечего лезть куда не просят.       — Но я хочу залезть. Я должен!       — Зачем?       — Я хочу помочь тебе.       Кадзуха давно так не смеялся, чуть ли не до хрипов в горле. Впервые за долгое время воздуха ему категорически не хватало и это было настолько приятное жжение, что его ноги подкосились, а в уголках глаз начали образовываться капельки влаги. Какой же этот пацан самонадеянный!       Уставший от всего происходящего Куникудзуши и сам не сдержал смеха, скорее уже отчаянного, нежели поддерживающего.       — Конечно, смейся над моими бредовыми словами. Разумеется. Это же так смешно — глупый мальчишка желает помочь вампиру. Со смеху помереть можно! Только вот ты забываешь, что у этого мальчишки есть доступ к архивам академии. Не ко всем, но я могу попросить отца о помощи, с его карточкой будет ещё проще достать засекреченную информацию. Предлагаю обмен: я помогаю найти тебе твою эту колыбель, а ты!..       — Что — я?       — Удовлетворишь моё любопытство, — скрестил тот руки на груди. Раскрасневшееся лицо вампира, рассевшегося на полу, вызывало раздражение.       — А вдруг ты только прикидываешься учёным? Найдёшь колыбель и используешь для уничтожения всего нашего рода. Или что ещё похуже.       — Это аморально, — закатил глаза Дзуши. — Я не занимаюсь геноцидом. Мне нужна лишь истина.       — Все мы в поисках её, мой милый садовод. И никто из нас с ней ещё не свидался, — во всю забавлялся блондин. То, как Куникудзуши пытался уломать его на сотрудничество не могло не веселить.       — Пошли.       Открыв входную дверь, Райдэн остановился, не заметив со стороны соседа никаких телодвижений. Он подхватил его под руку и потащил к выходу — на удивление Кадзуха и не думал сопротивляться.       — Куда мы идём?       — Ко мне домой.       — Я как-то не готов. Мы ведь даже ещё не целовались, а тут такой ответственный шаг.       Куникудзуши на секунду даже хотел выругаться, но потом решил просто не обращать на его дурачества внимания.       — Так зачем нам туда?       — Чтобы ты увидел всю серьёзность моих намерений.       — В спальню потащишь? Могли бы и моей воспользоваться.       Не увидев никакой реакции, вампир предпочёл прислушаться к своим ощущениям. Обычно его интуиция никогда его не подводила и предупреждала об опасности заранее. Сейчас было довольно легко где-то в глубине души и Кадзуха не видел особого повода для беспокойства, даже если сосед решит попробовать его прикончить. У того действительно была хорошая возможность сделать это в период его бессознательности, но он не воспользовался этим. Только это вовсе не значит, что Кадзуха стал ему больше доверять — лишь немного сбавил обороты своей подозрительности, не более.       Все дома на их улице были небольшими, по большему счёту, с аккуратными душистыми кустами цветов на лужайке. Дом Куникудзуши не был исключением, хотя кусты и поредели за эти месяцы. Да и его махинации с ними не прошли напрасно, оставив после себя лишь пустые участки земли, на коих некогда росла облачная трава. Только сейчас Дзуши подумал, как пуста была лужайка вампира.       Не давая Кадзухе времени всё осмотреть, он потащил его наверх, прямиком к кабинету матери. Даже если отец вернётся сегодня, он не зайдёт в это место, а у них будет возможность улизнуть из дома незамеченными. Побег казался более логичным, нежели объяснять, что он здесь делает и кого он с собой привёл.       Осматриваясь вокруг, Кадзуха с удивлением отметил количество папок в стеллажах, расставленных очень аккуратно друг рядом с другом. Он даже рассмотрел небольшую нумерацию на некоторых папках, но это совершенно не было похоже на алфавитный порядок, который он привык видеть в библиотеке. Кроме папок примечательным он мог назвать лишь ветви сакуры, массивными бутонами склонившиеся над креслом прямо возле окна. Цветы выглядели изысканно, только в голове никак не могло уложиться их реальное существование в столь небольшой комнате.       По большему счёту в этом помещении не было ничего, кроме излишне пустого стола с единственным стоящим на нём монитором компьютера и, перевернутой изображением вниз, фоторамки.       — Так и…- Кадзуха прочистил горло, сбитый с толку, — зачем мы здесь?       — Моя мать довольно часто пропадала в этих стенах после очередной поездки. Уверен, что-нибудь близкое к необходимому тебе мы можем начать искать здесь. В отличии от многих хербадов она всегда стремилась докопаться до истины и дотошно собирала информацию обо всё, что, как ей казалось, могло пригодиться при дальнейших исследованиях.       — Типа как ты — ходячая энциклопедия?       Неудачная шутка была проигнорирована.       — Видишь символы на папках? Я не особо понимаю этот способ нумерации, но в документах она всегда указывала дополнительную информацию при помощи этих рун. У меня есть друг, который в этом разбирается; попробую с ним проконсультироваться.       — Предлагаешь разобрать каждую из них? Если там действительно есть что-то нужное я не против, но просто так я тоже копаться не собираюсь, — Кадзуха был настроен крайне скептически. — У меня, знаешь ли, тоже есть доступ к некоторым базам, но за всё это время я не смог найти ни одного упоминания колыбели. Даже завуалированно.       — Неужели у вас нет какого-нибудь…не знаю, вампирского летописца?       — Без понятия, — фыркнул мужчина, отворачиваясь обратно к стеллажам, не желая продолжать этот разговор. Наблюдая за замявшимся брюнетом, вновь уткнувшемся в монитор, вампир снова пробежался взглядом по папкам, наугад беря одну. Множество фотографий со странными растениями и постройками, подписанных аккуратным мелким почерком были вклеены в альбом и представляли из себя скорее дневник, нежели рабочие записи по материалам исследования. Кадзуха не был уверен, но будто некоторые места со снимков были для него смутно знакомыми, но вспомнить их он никак не мог.       — По ключевым словам искать бесполезно, — устало вздохнул Дзуши. — Я скопировал данные, придётся просматривать всё вручную. Давай разделим пополам?       — А не проще ли было спросить твою мать напрямую?       — Конечно, это было бы проще, — непроизвольно закатил глаза брюнет, подпирая щёку. Взгляд его сделался стеклянным.       — Так в чём проблема?       Кадзуха вернул папку на место, присаживаясь на край стола.       — Действительно… Забудь. Пошли обратно к тебе. Не хочу, чтобы нас здесь застали. Окинув взглядом кабинет ещё раз, Куникудзуши аккуратно закрыл дверь, задерживая руку на ручке на несколько лишних секунд.       — Ооо…       — Что? Там кто-то пришёл?       — Я впервые в доме потомственного учёного, — вампир обводил взглядом различные картины в коридоре, пока спускались на первый этаж. — Никогда бы не подумал, что их дом не будет отличаться от моего собственного. Как бы, я ожидал большего.       — Например?       — Всякие комнаты для экспериментов и исследований, а не…кабинет, цветочки, картины.       — Организовать такое вполне можно. Но мои родители, не смотря на постоянную занятость в Академии, немного пытались разграничивать свою жизнь. Думаю, не будь меня, они бы и здесь появлялись лишь пару раз в год. Если не реже.       — Как ты справляешься со всем этим один?       — Я что, по-твоему, ребенок? Ты же как-то справляешься. А, ну да, ты же ста…опытный, — не мог не поддеть его студент. У него никогда не возникало мыслей, что родители оставляют на него слишком многое. Он, сколько себя помнил, всегда знал, как и что нужно делать. Даже если и не от родителей, то из книг или своей первой акаше, которую Мико подарила ему на один из дней рождений, так как была не в состоянии отвечать постоянно и на все его вопросы. Если юного Райдэна что-то беспокоило он всегда знал, где узнать ответы. Может со стороны это и могло показаться странным, но это была его жизнь. И, по большему счёту, он был ею доволен. Если не брать в расчёт некоторые моменты.       — Это обычный дом, мама была против чего-то особо «умного», хотя отец и настаивал на автоматизации. Даже порывался сам всё переделать и подключить, — он с теплотой улыбнулся, вспоминая вечер той грандиозной ссоры и летевших из окон запчастей, вида которых его мать уже не могла выносить. — Мама, конечно, отвоевала свою позицию, но потом ещё долго обижалась на отца, когда тот приносил свои железяки для доработки домой. Даже предлагала ему переехать на время в кабинет в Академии. Вот уж не знаю, как он её подкупил, но потом она оставила его в покое. Правда, — Куникудзуши рассмеялся, — один раз она попыталась что-то приготовить в одной из отцовских моделей. Это было весело. А вот убирать улики — уже нет. Но мы не мы, если бы попались.       — У тебя забавная семья, — Кадзухе было сложно представить всё это, но он был рад видеть соседа в приподнятом настроении. На фоне его улыбки даже собственные недомогания отошли на второй план и практически уже не ощущались.       — А твоя? Ты…у тебя же есть семья?       — Мы…не поддерживаем с ними связь.       Сдержав рвущееся наружу дерзкое «почему?», Дзуши лишь выдал:       — Скучаешь по ним?       Каэдэхара ненадолго задумался, признаваясь:       — Такое бывает редко. Я всегда любил свою семью и был готов на многое ради неё, но…в какой-то момент те оковы, что сдерживали меня долгое время, ослабли и я смог понять, чего же я действительно хочу. Как ты и сказал, я довольно стар по человеческим меркам, хотя среди своих я считаюсь практически юнцом, не способным к самостоятельной жизни и не умеющим нести ответственность. Так что…я скучаю. Но я не вернусь, пока не добьюсь своей цели.       — Пока не найдешь колыбель?       — И это тоже.       Немного потоптавшись возле вампира, брюнет осторожно дёрнул его за рукав в сторону кухни. Решив разрядить атмосферу, он подключил акашу во встроенный в стену экран, неуверенно окинув взглядом список предложенных подкастов. Он практически всегда слушал лекции или же включал на фон «очередной шедевр» фонтенийской киноиндустрии, только сейчас он не был уверен, нужен ли его гостю хоть какой-то фон, пока он сам готовит небольшой перекус.       — Ты это, включи там что-нибудь. Я умираю с голоду, — в итоге решил он спихнуть всё на Кадзуху. Так было проще, чем опять расспрашивать что и как ему нравится. У Куникудзуши и у самого уже закрадывалась мысль, что он устроил ему допрос.       Чего студент не ожидал, так это спокойной инструментальной музыки Инадзумы, полившейся из колонок, заставившей его на секунду замереть. Эту подборку составила его мать ещё несколько лет назад, периодически заменяя и добавляя новые мелодии. Последние месяцы у него не было моральных сил соприкасаться с чем-либо связанным с ней; сегодня же… Сегодняшний день просто бил все возможные рекорды. Знал бы только Кадзуха, каких сил ему стоило войти в её кабинет, стараясь не обращать внимания на их совместную фотографию на экране монитора. Даже сейчас его руки немного дрожали, пока он варил кофе, наблюдая за поднимающейся в турке пенкой. Ветчина скворчала на плите, а аромат свежей лепёшки будоражил вкусовые рецепторы, и Куникудзуши всеми силами старался отвлечься на это.       Добавив в свою чашку немного джина, он поставил вторую перед всё еще задумчивым вампиром, стачавшим пальцами по столу.       — Что ты туда добавил?       — Ничего, — Куникудзуши подвинул ближе к гостю вазочку с тулумбой и сахар, понятия не имея, нужны ли они ему вообще.       — Я про твою, — он в наглую протянул руку, забирая себе кружку брюнета. Не то, чтобы его это задело, но, бездна его побери, это была его ЛЮБИМАЯ кружка! Поджав губы, он был вынужден наблюдать за все также задумчивым лицом Кадзухи, даже и не думающим возвращать ему его напиток.       — У меня к тебе предложение, — он заглянул в недовольные глаза, продолжив:       — Мы выливаем эту дребедень, а вечером я угощу тебя чем-нибудь нормальным.       — Да неужели? Это был первоклассный джин, между прочим.       — Ты ведь хотел удовлетворить своё любопытство, верно?       — Допустим, — уже понял к чему тот клонит. — Но это как-то неравноценно, тебе не кажется?       — Кажется. Но если ты действительно поможешь мне найти колыбель, то я готов пойти на риск.       — Неужели мой дом тебя так убедил?       — От части. Но я не буду говорить здесь. Приходи сегодня в девять к заднему входу, я проведу тебя.       Не дожидаясь ответа, вампир допил чужой кофе и, прихватив питу, оставил Куникудзуши одного со счастливой и глупой улыбкой на кухне.       В прошлый раз Куникудзуши думал, что просто так удачно вернулся, и музыка была лишь по случайности спокойной, но, как объяснил Кадзуха, таковой она всегда была на этой стороне. Вампир не соврал, действительно встретив того возле черного входа, откуда несколько дней назад его не совсем трезвого выводили под руки. Найти этот самый вход, правда, оказалось той ещё задачкой — изрисованная граффити дверь слишком хорошо сливалась с общей изрисованностью стены и догадаться о её наличии было весьма проблематично, если не знать, во что всматриваться. Зачем такие хитрые решения было не совсем понятно, но брюнет предположил, что всё дело в скрытности второй половины клуба и охотниках, о которых ему до сих пор ничего толком так и не рассказали.       Дионы не было сегодня на смене, заместо неё за стойкой стоял довольно высокий мужчина с длинными белыми волосами, сосредоточенно выполнявший заказы. Невольно засмотревшись на его ловкие движения ещё издалека, брюнет упустил момент, когда Кадзуха склонился почти к самому его уху, дунув. Табун мурашек пробежался по его спине, вынуждая передёрнуть плечами и развернуться, едва не врезаясь головой в чужое лицо.        — Не делай так больше!       — Понравился Рэйзор? Прости, но у тебя нет и шанса.       — Это ещё почему? — чисто из вредности спросил он.       — Ну, во-первых, он не разговаривает, а ты слишком любопытный и будешь его напрягать. Во-вторых, его не интересуют парни.       — Бармен, не умеет говорить? А как же бармен-психолог, всегда готовый выслушать бред посетителей и дать дельный совет?       — Я сказал, что он не разговаривает. Я не говорил, что он не может этого делать.       — Это практически одно и тоже!       Не слушая дальнейших возмущений, Кадзуха повёл парня прямиком к обсуждаемому мужчине. Заполнив несколько листов бумаги под внимательным взглядом синих глаз, вампир получил в руки небольшой ключ, вновь потянув парня в непонятном направлении. Мужчина по имени Рэйзор даже не обратил на них никакого внимания. Пройдя немного шумный зал, они поднялись на второй этаж и, спустя несколько дверей, Кадзуха запустил Дзуши в арендованное помещение.       — Почему мы не остались внизу? — осматривая довольно просторную комнату в багровых тонах, брюнет сразу приметил для себя подвесное кресло, запрыгивая в него. Для чего бы его сюда не привели — подождёт. Куникудзуши бы никогда прежде не подумал, что качаться в кресле может быть настолько круто. Он словно парил в воздухе, заключённый в едва ощутимую сквозь подушки сферу каркаса. Плохим решением стала попытка прокрутиться, но это определённо добавило ему радости и небольшой карусели перед глазами, от восприятия которой брюнета начало слегка подташнивать.       — Здесь тебе явно будет комфортней, — и, хотя вид веселящегося парня всё ещё вызывал в вампире смутные сомнения, он принял решение ещё днём и не думал пока что останавливаться. Перебрав несколько вариантов, Кадзуха отобрал только те, которые могут полностью устроить его соседа, при том, что сам Каэдэхара не будет рисковать больше обычного.       Брюнет слез с кресла, слегка пошатываясь, и Кадзухе показалось, что весь он в своих светлых одеждах, такой воздушный и жизнерадостный, открытый для этого мира, совершенно не вписывается во всю эту мрачную картину багровых оттенков, которыми разукрашена его собственная жизнь.       — У меня для тебя несколько вариантов. Всё зависит от твоих собственных интересов. Первый: я даю тебе пропуск, и ты продолжаешь собирать необходимую тебе информацию под моим контролем, не прибегая к помощи сторонних лиц, даже встреченных в стенах клуба. Без письменной или видео-, аудиозаписи, лишь удовлетворение интереса при курировании. Я стану твоим мастером и всё расскажу, покажу, раз тебе мало было прошлого раза, — «И чтобы потом не пришлось отмывать остатки того свихнувшегося безумца, попробовавшего тебя укусить». — И второй вариант. Он мне нравится меньше, учти, но, если ты решишь следовать ему — отказываться я не намерен. Если ты действительно заинтересован в поисках колыбели, хотя я и не вижу особого прока в этом для тебя и даже как «научный интерес», — он сделал воздушные скобки, — это рассмотреть не могу, ибо риск больше, чем предполагаемый результат. Да и не факт, что это место действительно существует. Нет ни зацепок, ничего, кроме нескольких дурацких детских песенок и парочки легенд. Плюсом ко всему — кучка помешанных, считающих себя посланниками самой Селестии, пришедших в этот мир во имя очищения его от скверны в виде нечистых, куда они причисляют всех, кроме людей. Так что это лишь на твой страх и риск.       — Разве такие люди обычно идут дальше своих слов и угроз?       — Да, если у них есть должная поддержка и финансирование. С одной стороны, я понимаю, насколько рискованно втягивать тебя во всё это, но если некоторые мои подозрения окажутся верны, то свой человек в стенах академии не будет лишним.       — Ты хочешь сказать…       — Сначала подумай о наилучшем для тебя варианте. Вопросы потом, — сразу перебил его вампир, пятернёй перекидывая волосы на другую сторону и слегка массируя голову.       — Всё ещё гудит?       — Ты слишком внимательный, когда это не нужно. Думай, я пока отойду.       — Эй! Ты же меня здесь не бросаешь?       Куникудзуши подскочил, хватая блондина за рукав свободно сидящей на плечах кофты с золотистыми полосами. Его от части напугала мысль остаться одному в незнакомом помещении, когда единственное знакомое существо так легко оставляет его. Он даже подумать не успел, как руки сами потянулись к собеседнику, останавливая, а слова сорвались с языка.       Слегка погладив чужие пальцы, Кадзуха снял свою кофту, отдавая её парню.       — Я за ней приду, посторожишь для меня?       — Я тебе собака что ли? — недовольно пробурчал тот, скрывая столь же резко возникшее облегчение.       — Приму это за согласие.       Снова забравшись в кресло с ногами и раскрутившись, Дзуши прикинул для себя каждый из предложенных сценариев развития событий, пытаясь найти наиболее подходящий. Изначально ему действительно было интересно лишь со стороны посмотреть на представителей других видов, информацию о существовании которых он до сегодняшнего дня совершенно не думал воспринимать всерьёз. Детские страшилки остались в сознании лишь отголосками и затаённой дрожью в теле, но когда пришло осознание вполне реального шанса встретить всё то, что когда-то боялся… Был ли он воодушевлён? Не то слово! Хотя и присутствовали опасения из-за этих самых охотников. Если Кадзуха прав и их финансирование идёт напрямую из академии, а он будет первым, кто сможет подобраться к их «скрытому» миру настолько близко и изучить, ему непременно выйдет возможность найти след своей родительницы. А, возможно, и превзойти её!       Похихикав, брюнет стал серьёзней. Что, если в чём-то подобном действительно была замешана его мать? Подобравшись слишком близко, она была вынуждена скрываться, пряча полученную информацию. Или же её вовсе могли отправить под арест до выяснения обстоятельств. Такое случалось редко, единственный раз Куникудзуши видел заключение под стражу одного из учёных, переступившего черту одного из грехов и понёсшего за это наказание. Понёс наказание не только он, но и члены его семьи, пытавшиеся добиться для него амнистии и обжалования приговора. Если бы она совершила нечто подобное — им не дали бы и нескольких дней, даже при бывшем авторитете отца. Благодаря родительским документам Райдэн младший вполне может попробовать найти не только нужное для Кадзухи место, но и помочь себе, как бы эгоистично это ни было. Он должен найти правду, даже если цена окажется слишком велика.       — Меня устраивает второй вариант, — выпалил он сразу, как только дверь открылась. И сразу же смутился, глядя в озадаченное лицо смуглого мужчины, один глаз которого был перекрыт повязкой. Его синие волосы, собранные в небольшой ленивый хвостик, были перекинуты через плечо, а в руках он сжимал папку с торчащими из неё листами бумаги, что совершенно не вписывалось в его образ человека, одетого в черный латексный костюм.       Они бы так и продолжили молча смотреть друг на друга, если бы Кадзуха решил остаться в коридоре.       — Я так и думал. Это наш администратор — Кэйа, он выпишет пропуск.       — Мне нужны твои личные данные и подпись, — мужчина разложил бумаги на столе, вальяжно усевшись на диван, словно ничего и не произошло. Он расставил ноги в стороны, прекрасно ощущая себя. Сейчас Куникудзуши чувствовал себя единственным не к месту пришедшим.       — Эм… Ладно, — брюнет принялся читать анкету, искренне стараясь не обращать внимания на чужую выпирающую промежность, находившуюся почти напротив него.       Вопросы в анкете были какими-то слишком дурацкими, начиная от любимого времени года, датой рождения и…       — А если я не знаю свою группу крови?       — Четвертая отрицательная, — немного помедлив ответил Кадзуха.       — А я смотрю ты времени зря не терял, — слегка изменив позу, Кэйа весело окинул взглядом Куникудзуши, пока тот снова вчитывался в бумажки. — Не ты ли говорил, что не особо хочешь ввязываться во всё это?       Блондин вздохнул, потирая глаза:       — И не хочу. Я всё ещё считаю это сомнительным.       — И всё же?       — И всё же не могу отказаться. Он обещал мне помочь, — он не сводил взгляда с парня в кресле, будто и сам до конца не верил в реальность происходящего. — Он из семьи учёных, у него есть доступ туда, куда нам путь закрыт.       — Будет ли тень прямой, если ствол кривой?       — Это я и хочу узнать, — отрезал он на корню чужие сомнения, видя заинтересованный взгляд синих глаз.       — Ты уже закончил? — Кэйа забрал листы, просматривая ответы. Его лицо вытянулось, и он с возмущением вскрикнул:       — Какого плесенника ты притащил к нам несовершеннолетнего?!       — В каком смысле?       — Ну мне будет скоро, через пару месяцев.       Обречённо продолжив просматривать данные и не найдя к чему ещё придраться, Кэйа уколол палец, капая кровью на штамп и оставляя печать на листе бумаги. Кадзуха повторил вслед за ним, получая последующий выговор от администратора:       — Если с ним что-то случится — мы простым взысканием не отделаемся. Чтобы до января следил за ним как за зеницей ока.       — Дважды не повесят.       — Я тебя предупредил, — мужчина стукнул Кадзуху по голове свёрнутыми в трубочку документами, подмигнул — или просто моргнул — Куникудзуши и, наконец-то оставил их наедине.       — Как так вышло, что ты собственную группу не знаешь? — возмутился вампир. — Ещё и этот твой возраст... Хорошо ещё, что сегодня пират, а не его брат — одним возмущением бы не отделались.       — …он не очень похож на пирата, — «скорее на какого-то секс-инструктора».       — Главное, не слоняйся здесь без меня. Пропуск будет готов в ближайшее время, с ним будет проще, но всё равно мне бы не хотелось, чтобы ты ненароком зашёл куда не следует.       — Типа прошлого раза?       — Это будет казаться невинной шуткой на фоне некоторых происходящих здесь вещей. — он улыбнулся, наблюдая за смесью эмоций на чужом лице. — Тебе здесь может понравиться, но не во всех комнатах, разумеется. Что именно тебя интересует?       Эта была та часть, которую брюнет не успел продумать. Вернее, он и не собирался об этом думать. Ему было интересно само место, то ощущение свободы и раскрепощённости, которое он успел испытать, находясь здесь в прошлый раз. Он не думал становиться частью этого сумбурного течения и, тем более, становиться одним из его потоков. Так что и ответить сейчас что-то конкретное он был не в состоянии. Видимо эти сомнения читались на его лице, так как Кадзуха лишь цокнул, подпирая голову и закрывая глаза.       — Нет смысла говорить, в каком я сейчас шоке, конечно.       — А давай ты мне просто ответишь на некоторые вопросы? Не думаю, что хорошей идеей будет выкладывать всё и сразу, — предложил брюнет, наблюдая за расслабленным мужчиной. В приглушенном свете ламп он казался ему действительно далёким от человека. Пока рядом с ним сидел Кэйа, Куникудзуши невольно отметил бледность вампира, которая до этого казалась вполне естественной.       — Ты — альбинос?       — А можно ближе к делу? Я не планировал задерживаться здесь дольше необходимого.       — Куда-то спешишь?       — Куникудзуши…       — Ну так что? Среди вампиров бывают альбиносы? Это как-то сказывается на состоянии твоего тела? Ты чем-то отличаешься от своих сородичей?       — Нет, и нет. Я прыгаю довольно высоко. Ещё вопросы?       — …насколько высоко?       Кадзуха сложил руки на груди, прикусив губу. Встал с диванчика, подходя ближе и раскручивая вцепившегося в кресло парня.       — Особо не обращал внимания. Может, метра два-три.       — Покажешь?       — Как-нибудь в другой раз.       Куникудзуши пискнул, вжавшись в спинку, когда кресло начало с приличной скоростью вращаться. Кадзуха с небольшим злорадством наблюдал за и без того бледным лицом, красноватые пятна на щеках которого стали более заметны.       — Если ты закончил маяться дурью, я отвезу тебя домой. Сегодня у меня нет настроения быть твоей нянькой. Подумай как следует, иначе я загружу тебя всей информацией сразу и барахтайся в этом как тебе заблагорассудится.       — У тебя тоже есть такой облегающий костюм, как у Кэйи?       Кадзуха не выдержал, ещё раз прокручивая парня вокруг своей оси, раскачивая и отправляя в полёт.