Момент

      Шио устал. Волнение и нервозность за судьбу этих троих детей в предстоящей мясорубке копилось и искало выхода. На самом деле уже давно, но последней каплей стал бой между Харухи и Хьюга. Увидев несерьёзность Харухи он вышел из себя, но желание сорваться и наорать на неё сдержал. Это давит. Смерть этих детей будет на его совести, а он на самом деле не хочет хоронить кого либо из них. Особенно Тадао. Сейчас думая о поведении Андо, ему хотелось встряхнуть её положив руки на плечи, потому что она явно не понимает что их ждёт. Или ей все равно. Она намеренно не отнеслась к бою серьёзно и если бы он был настоящим, то смерть её была бы гарантированной. Если из-за неё с Тадао что-то случится... виноват будет Шио. Не научил, не объяснил. Если честно, он не ожидал что чем ближе будет война, тем сильнее сдавливать в груди. Шио надеется что сил деревни хватит чтобы не призывать только окончивших Академию детей. Особенно тех детей которые не безразличны ему. Даже если это звучит жестоко. С учётом того что двоих из них он знает дольше чем Дэйки, ситуация действительно вырисовывается не очень. Чистя свое оружие в комнате, просто чтобы делать хоть что-то, а не просто лежать, он почти не щурился в темноте ночи, луна светит достаточно ярко. На душе было паршиво. В голове всплыли слова которые он сказал Харухи прежде чем ушёл и губы сжались. Поступил ли Шио неправильно пригрозив ей бабушкой? Зная что у них плохие отношения. Просто он был зол и не смог сдержаться. По крайней мере такое оправдание парень себе придумал. Конечно он бы не стал так делать, нет. В тот момент ему показались все эти её проблемы с семьёй незначительными. По сравнению с возможностью смерти всей команды из-за ее халатности, да. В секунду когда Шио говорил ей все те слова не правым он себя не чувствовал. Сейчас мучали сомнения. Он даже не поддержал её после той ночи, после того через что Харухи прошла из-за Кадзуо. От воспоминания об этом его лицо скривилось. Просто в тот момент не до этого было, Хокаге приказал вернуться немедленно, да и информация которую он узнал... Ками, почему это звучит так жалко? Не смотря на обстоятельства и оправдания, Шио пришлось признаться самому себе что с Харухи он поступил... дерьмово. Начиная от момента когда сделал вид что не знает её в их встречу как наставника и ученицы, он до сих пор помнит выражение её глаз тогда, заканчивая сегодняшним разговором. Забавно что на каждый поступок у него есть оправдание. В голове всплыло воспоминание той ночи. Харухи что выглядела безвольной куклой опираясь на Дэйки и прячущая лицо. Шио все равно заметил её слезы. Но ничего не сказал. Ни тогда, ни позже. Он видел как она плакала в объятиях своего брата, хотя совсем не близка с ним. Шио молчал и тогда, не подумав даже о том что тоже может поддержать её, показав этим что Харухи не одна. А потом парень узнал что шиноби Суны и Амегакуре нарушили перемирие убив два отряда их ниндзя что были на миссии и пересекли границу Конохи расправившись с её патрульными, объявив этими действиями Конохе войну. И это выбило из головы все лишние мысли, оставив лишь одну. Они должны выжить. Все. Отведённое время в размере двух месяцев направлено на подготовку и стягивание сил. Многие сильные шиноби находятся на дальних миссиях и не могут прибыть быстро. Все стороны заняты подготовкой, но вслух никто так и не сказал к чему. Гражданские чувствуют тревогу витающую в воздухе и скорее всего уже догадались о том что грядёт война, но, конечно же, шиноби знают больше. Вышестоящие тем более. И Шио думает что разберётся со всем потом. Он всегда так делал, а сейчас особенно. Когда Тадао просил поиграть с ним в детстве, парень говорил что устал после миссии и завтра проведёт с ним время. " Завтра " его вызвали на срочное задание и ни о каких играх не было и речи. Та миссия затянулась почти на месяц. Тадао не разговаривал с ним больше недели. Потому что Шио делал так постоянно. С Харухи нужно поговорить, но у него сейчас так много дел и проблем. Парень думает что сделает это как нибудь позже. Харухи нужно поддержать, но Хокаге важнее, так что он сделает это немного позднее. Харухи похудела и выглядит уставшей, но она все ещё недостаточно сильна чтобы выжить. Шио поговорит с ней о том что её волнует потом, когда будет уверен в их безопасности. Сейчас эти проблемы в ее поведении кажутся ему мелкими и несущественными, по сравнению с войной. Он поговорит с ней позже, когда опасность отступит. Шио говорит себе это, оправдывает себя этими словами, но на душе мерзко. Ощущение того, что он совершает ошибку думая так, не оставляет, крепчая с каждым днем. Руки замирают прекращая бессмысленно тереть и так идеально гладкое острое лезвие. Наверное нужно извинится. Наверное его расстановка приоритетов не совсем верна. Но... между ними сейчас такая пропасть. Захочет ли она вообще выслушать? Не говоря уже о честном и откровенном разговоре. И Шио уже знает ответ. Нет. Он понял это ещё тогда когда увидел выражение её глаз при их знакомстве как ученицы и сенсея. Делать вид что видит Харухи впервые было ошибкой. Но и объяснять откуда они знают друг друга тоже. Он так подумал. Они не общались слишком долго и Шио решил что эта девочка забыла его. В конце концов что такого особенного между ними было? Они просто общались немного какое-то время, а потом парень ощущал некоторую ответственность и желание помочь заметив проблемы в ее жизни. Харухи отказалась. Так что спустя столько времени не имеет значения прошлое связывающее их. Воспоминания притупились, тревоги терзающие тогда забылись и заменились новыми. Они были считай детьми, если бы он зацикливался на каждом приятеле из детства, на что это было бы похоже? Менее виноватым от этого он себя не чувствует. Сейчас Шио уверен что ей плевать. Теперь да. Момент упущен. Харухи изменилась и парень даже не знает что послужило причиной. Не его ли поступки отчасти? Ответ который шепчет разум он предпочитает не слышать. Он не знает её сейчас. Что творится в голове этой вечно молчащей девушки? Игнорировать чувство вины и жить дальше убеждая себя что прав — не так просто как раньше. Но Шио справляется.

***

На самом деле было глупо ожидать что это была первая и последняя встреча с командой номер один. Я не ожидала ничего, поэтому не удивилась увидев вчерашних гостей снова. Похоже мы теперь будем тренироваться вместе. Наверняка Шио скажет что это для того чтобы мы столкнулись с разными противниками, а значит стилями боя. Или придумает ещё какую-то несомненно важную причину. Находится с ними рядом было неприятно, в основном из-за Тэкэры и её отношения ко мне. Хотя я в принципе была не в восторге от всего происходящего, но это все было привычное и знакомое. С добавлением новых людей больше нет. Не скажу что нервничаю, нет, это не так. Просто... устала. Хочу чтобы этот день поскорее закончился и я наконец встретилась с Асумой. Покурить. Ступив на полигон и спокойно подойдя к своей команде я кивнула на приветствие Тадао. Оглядев другую команду поняла что пришла последней. Не считая наставников. Никого из джоунинов не было, что не удивительно, они всегда опаздывают. Я бросила свой рюкзак с обедом в привычном месте и проигнорировав вспышку боли в руке стала делать разминку. Рана оставленная вчера Тэкэрой болела, но оказалась не слишком глубокой. Шрам, впрочем, я уверена что останется. Это не беспокоило меня. Что интересно, мне казалось Хьюга будет снова пытаться вывести из себя и задеть, но вместо этого она делала вид будто меня не существует. Так даже лучше. Похоже их сенсей провел воспитательную беседу. Парень чьего имени я до сих пор не знаю старательно притворялся камнем, а Аика судя по лицу хотела, но не находила смелости чтобы поздороваться или начать разговор. Угрожающие взгляды Тэкэры были причиной её неуверенности, предполагаю. Похоже она побаивается её. На самом деле все кроме меня выглядели нормально, никаких порезов на лице и перебинтованных рук, а ещё отсутствие синих-фиолетовых-зеленых-желтых синяков. Большинство скрыто одеждой, но все равно некоторые виднеются. Выгляжу побитой собакой. Похоже действительно лишь я не обращаюсь к ирьенинам. Это заметно. Вчерашние бои, которые были после того как я вернулась покурив, не запомнились. До конца дня настроение было отвратительно плохим и ни единого слова я больше так и не сказала. Пока все продолжали просто ждать наставников, я садилась на шпагат чтобы растянуть мышцы. Краем глаза заметила как Дэйки и Тадао тоже принялись разминаться. Раньше мы так не делали, а просто стояли дожидаясь Шио, но мне хотелось занять чем-то часть внимания, чтобы осталось не так много времени для размышлений о собственных чувствах и жизни. Это утомляет. Хочется отвлечься, поэтому мне срочно нужно покурить. Что равно встретиться с Асумой. — Как рука? Тихий голос Тадао что подошёл немного ближе заставил посмотреть на него. Я глянула на белый бинт что обвил запястье и часть руки повыше. Порез был некрасивым и тянулся почти до локтя. Интересно заставит ли Цумуги удалить этот шрам перед свадьбой? Если доживу, её все равно не будет. У меня есть план. Я уже все придумала. Люстра в моей комнате достаточно прочная, так что нужно просто завязать верёвку и петлю. Благо на занятиях в Академии нас учили разным узлам, пусть и не для подобных целей, но все же. Это было нужно для того чтобы связать преступников которых необходимо доставить живыми. Просто представляю как Цумуги заходит в комнату чтобы собрать меня к свадьбе, а вместо невесты в комнате болтается уже холодное тело. Я буквально уже слышу её визг. Жаль что не удастся посмотреть лично, но мне нравится думать что ей будет очень плохо. Невероятно приятно. Может она даже не выдержит и тоже убьёт себя. — Харухи? Как рука, в порядке? Я вздрагиваю и поворачиваюсь к Тадао. Слишком сильно задумалась. Он кивает на мою раненную руку. — Эта улыбка была немного жутковатой, ха-ха... Неловкий момент в который понимаю что ещё и ухмылялась как ненормальная. Что поделать, если фантазия об этом доставляет такое наслаждение. Наверное это не правильно. Черт, не наверное, это точно ненормально. Я думаю о том что моё самоубийство уничтожит Цумуги и от этого становится хорошо. Звучит очень по больному, если задуматься. И я все ещё не ответила Тадао, просто забыв об этом. Натянув неловкую улыбку отворачиваюсь и поднимаюсь на ноги. Любой словесный ответ кажется неуместным и странным, так что я выбираю промолчать. Как всегда. Не уверена что молчание не будет считаться не менее плохим ответом, но так привычнее. Странный взгляд брошенный Тадао я проигнорировала. Больше он ничего не спрашивал. Спустя несколько минут, когда другая команда глядя на нас тоже начала утреннюю разминку, что заставило усмехнуться, появились Шио и другой сенсей. Его имя я не запомнила. Увидев чем мы заняты он удовлетворённо усмехнулся, Шио не отреагировал никак. Могу поспорить, он считает что так и должно быть. Настроение у него сегодня похоже скверное. Я задержала на нем взгляд не дольше нескольких секунд. Мне нет никакого дела до его настроения и проблем. Сознание кольнуло воспоминанием вчерашних событий. Внутри расползлась неприятная паутина эмоций. От нахождения рядом с ним стало плохо. Теперь мы действительно чужие друг другу, и от этого странная горечь оседает на языке. Так даже лучше. От всего этого начинает тошнить. Тот Шио по которому я скучала когда-то давно, исчез. Да и если спросить себя сейчас, что же такого между нами было... точно вспомнить не могу. Пару каких-то приятных мгновений, всего-то. Я придавала этому слишком большое значение. От этого осознания все эмоции скрутившие внутренности исчезли. Стало спокойно. Все равно. Действительно безразлично.

***

Женщина хмурит брови во сне, пот выступил на ее лице, а дыхание прерывистое и тяжёлое. — Не думаешь что сейчас с твоими детьми? Я действовал не в одиночку. Сердце пропускает удар, а рука с кунаем дрогнула. Нет. Только не это. Шио, Тадао. — Замолчи! Мужчина усмехается и нападает. Женщина с яростью бросается на встречу. Блеск куная и кровь. Так много крови. Она резко открывает глаза. Все тело мокрое от пота, а дышать тяжело, усилием встав с кровати чтобы попить воды женщина выходит в коридор из спальни. Её муж остаётся крепко спящим не замечая кошмара который мучал его жену всю ночь. Стакан холодной воды приятно охлаждает, но тревога сковавшая сердце не отпускает. Тихо поднявшись на второй этаж, она делает то же, что сделала когда сумела перерезать глотку тому уроду что угрожал ей её детьми. Вся в ранах и с неработающей рукой поспешила домой чтобы убедиться. Открыв дверь в комнату Шио, женщина умела сдержать вздох. Он в порядке. Парень тихо сопел видя сны. Тадао вторил ему. Возможность успокоить свое сердце лишила её руки. Но оно того стоило. Если бы они и в правду были ранены или убиты, а она вместо того чтобы отправиться к ним спокойно пошла в больницу... Ешико не простила бы себя. Её команду уничтожили и это была последняя для неё миссия. Убедившись что с ними все в порядке, она снова тихо легла в постель. Дурное предчувствие грызло изнутри не давая вновь уснуть. Война нависла угрозой над её семьёй и Ешико разрывалась от нервов. Страх похорон собственных сыновей железными тисками сдавил сердце и разум делая каждую секунду невыносимой. Каждый вдох — осколок стекла в лёгкие. Каждое мгновение — жгучая магма в голове. Каждая ночь — кошмар потери что разрывает сердце. Она хотела бы пойти вместо них. Ей было бы спокойнее будь муж рядом с ними. Но они будут одни. И этим все сказано.