Момент

      В глаза словно насыпали песка. Отвратное чувство, но не удивительно, если всю ночь плохо спишь на холодной твёрдой земле. Сидя. Пару раз я падала с рюкзака забывшись что не в постели засыпаю. А в тех кратких промежутках сна мечтала проснуться, потому что, конечно, как-же без кошмаров, в моей жизни же недостаточно проблем. Так что бедному Коджи опять пришлось терпеть моё угрюмое настроение с утра. Вчерашний неожиданный перекус пришлось все-таки съесть, от неуверенно предложенного сегодняшнего, я решительно отказалась. Быть у кого-то в долгу ещё больше, желания нет абсолютно. — Как далеко ближайшая деревня? Накагава жевал свой завтрак и не ожидал вопроса, так что чуть не выплюнул всю еду мне в лицо и закашлялся. Серьёзно, то как сильно он напряжен рядом со мной, начинает раздражать. Не убью же я его. — Кха! В... в сутках пути, правда тогда придётся немного отклонится от курса, а это— — Идём. Собирайся. — А... мой завтрак? Раздражённо запихнув катану обратно в рюкзак я надела его сверху на плащ. Честное слово, он выводит меня из себя все сильнее. — Доешь на ходу, не благородная барышня. Клоны оставленные следить за безопасностью, разеялись утром, так что я создала двоих снова. Избавиться от лишней чакры, плюс разведка. Простое хенге незаметных серых птиц которые водятся в этой местности, и вот они уже летят проверить путь. Мелькает мысль о моем приказном тоне, к тому же на "ты", но я игнорирую её. Подтверждаю все стереотипы о шиноби каждую минуту, так сказать. В этот раз мы шли быстрее, отчего шум сковородок-кастрюль был громче и весело сопровождал нас. Какой смысл в разведке если всем в округе уже ясно что мы рядом? С другой стороны, никто не подумает что это могут быть шиноби. Ну, пока не увидят мою катану. Куда её деть? Нужно скорее поднять контроль и создать новую пространственную печать, потому что очевидно Цукахаги просить пока не стоит. Он и так пришёл к мнению что я использую его. Не то чтобы это было прямо намеренно... Голова пульсирует болью от всех этих сложностей отношений, так что я просто игнорирую оркестр позади меня и иду вперёд. Ноги к концу дня болят, солнце садится, но деревушка прямо перед нами. Мы шли без перерывов, так что добраться удалось даже быстрее прогнозов Коджи. Я сумела сэкономить и выкурила всего две сигареты пару часов назад, когда голод стало совсем тяжело терпеть. У меня есть идея как заработать денег быстро и много. Хотя это пойдёт мне в убыток в некотором роде. Я достала катану из рюкзака и спрятала её под плащ, неся пока в руке. Может удастся купить крепление для неё. Не теряя времени мы пошли уверенным шагом по незнакомым улицам. Или не совсем уверенным. Людей почти не было, что примечательно. Не удивительно конечно, все боятся войны и не хотят наткнуться на шиноби который забрёл сюда непонятно зачем. Даже если это маловероятно. Но не невозможно, как можно заметить. Я не ожидала этого, даже не задумывалась о таком, но когда тебя боятся, это неприятно. Обычно в роли того кто испытывает страх была я, но если люди видят меня так-же, как я видела Цумуги, то это... больше, чем просто неприятно. Не то чтобы у них нет причин. Не все шиноби плохо относятся к людям не имеющим чакры. Зачастую их хорошее отношение заканчивается на дворянах, богатых владельцах земли, бизнеса, и конечно, Дайме с его семьёй. Всех этих людей объединяют деньги и статус. Ниндзя выполняют миссии для них, заключают контракты и ведут вместе дела. Назвать всех поголовно корыстными и пренебрежительными к простым гражданам, ну... было бы неправильно. Тот же Тадао не повёл бы себя неуважительно с человеком. По крайней мере без причины. Я так думаю. Однако положение дел меняет война. Сейчас, когда идут сражения за каждый клочок территории, любые законы и правила ставятся на паузу. Соответственно, нарваться на неприятности из-за шиноби бывшим без настроения, никому не хочется. Я предпочитаю не думать как они снимают стресс когда мясорубка на время приостанавливается. Есть пара способов, вроде алкоголя, азартных игр, неразборчивых половых связей и, редко, наркотиков. Последнее не поощряется больше всех и такие отчаявшиеся обычно долго не живут. В Академии вскользь упоминали психотерапию, но популярностью она не пользуется, и я могу понять, почему. Внутри Конохи, как и в любой деревне, есть своя чёткая иерархия, которая не относится к званиям джоунина или чуунина. Точнее не только к ним. Клановые шиноби стоят на её вершине вместе со Старейшинами и Хокаге. Это, можно считать, элита. Далее идут самые сильные ниндзя деревни, её главное оружие вселяющее страх во всех врагов, по типу Цунаде с её командой, я слышала ещё до войны об их успехах. Расцветающая звезда Хатаке Какаши сделает себе имя на этой войне. Минато Намикадзе, выходец из гражданских, считается исключением из правил. Подобные ему это большая редкость и довольно неприятная кость в горле для некоторых не желающих делить нагретое место с новой силой, считаться с которой приходится. От детей из кланов ожидается успех. От сироты из местного нищенского приюта? Едва ли. Их негодование можно понять, ведь гражданские ниндзя, даже талантливые, всегда стоят на ступень ниже клановых. Вслух этого никто не скажет, но все и так знают эту истину. Потому Минато и мозолит глаза так сильно. Это словно плевок во все их убеждения о том, что только клановые могут быть одарёнными убийцами. Орочимару правда тоже ничуть не хуже, но он змея и этим все сказано. Особенность Минато была в том, что Хокаге выказывал ему явное одобрение выделяя его этим. Можно сказать взял под своё крыло юное дарование. И вот, если вдруг это юное дарование, Намикадзе, пойдёт на приём к доктору, где расскажет что его, допустим, мучают кошмары, бессонница, и преследуют лица всех кого он убил, чем это для него обернётся? Во-первых, все кому надо узнают об этих слабостях и восполюзуются ими. Могут выставить его невменяемым, неспособным выполнять миссии и вообще, вдруг он однажды увидит в своих союзниках врагов и нападёт? Конец ему как шиноби тогда, ещё и Хокаге обвинят в некомпетентности, раз поддерживал неадекватного ниндзя. Не все, но особо наглые думаю сказали бы так. То же самое касается клановых, да и вообще, любых шиноби. Если рассказать о своих проблемах в голове, это используют против тебя же, вместо того, чтобы помочь. Пока можешь поддерживать вид "все-в-порядке-я-непобедим" никого не волнует как ты спишь по ночам. Проблема ещё и в том, что шиноби сами по себе очень закрытые, и о своих чувствах говорят редко. Так что в итоге, все просто играют свою роль, особо умные продвигаются по карьерной лестнице и становятся не последними в списке под названием "Социальное положение". Одной личной силы недостаточно для этого, но без неё не обойтись. Предрассудки и изначально невыгодное положение безклановых играют не последнюю роль в сложности задачи занять хорошее место. Гражданский ребёнок может стать хорошим шиноби для деревни, но не ценнее, не выше кланового. Дно в пищевой цепи ниндзя — Божество среди простых людей. Преступления совершались, вот как я думаю. Просто пойти в полицию Конохи и заявить на "своего же" для них, звучало... ну, как минимум виноватой сделали бы жертву. Он, шиноби, отрицал бы свою вину. А ещё преступник мог бы потом найти наглую жертву, и кто знает что бы с ней стало. И осознание того, что меня боятся наравне с этими людьми, говорит об их разумности, и о плохой репутации шиноби в целом. Мне все равно не нравится как вздрагивает Коджи стоит обратить на него свое внимание. Правда я ничего не сделала для того чтобы он прекратил, лишь грубо приказывала и вообще... вздох вырвался сам по себе. Когда я успела стать такой противной? Разве можно так себя вести с кем-то, кто помогает мне буквально за просто так, из-за просьбы Чихару. Он идёт через пол мира с незнакомым человеком, шиноби, будучи неспособным защитить себя в случае опасности, ещё и во время войны. Безумие. Я просто полная дура, которая думает только о том как ей плохо, и плюёт на других. Тошнит от себя. Я остановилась и обернулась к замершему Коджи, посмотрела в глаза и открыла рот чтобы извинится, но... Смелость как-то резко исчезла, а слова сдавили горло. Тишина стала неловкой, я поджала губы. В глаза бросилась вывеска позади парня "Оружейный магазин". Отлично, чуть не пропустила то что искала, просто класс, высшая степень профессионализма, ничего не скажешь. Я сжала ножны крепче и прошла мимо Коджи чувствуя себя максимально некомфортно и глупо. Просто кошмар. Надвинув капюшон сильнее на лицо, вошла в тихое холодное помещение под звук колокольчиков. Пожилой мужчина поднял глаза от какой-то книги и встал со стула. — Добро пожаловать, шиноби-сан, чем могу помочь? Я сняла рюкзак и вытащила пять взрывных печатей. — Хочу продать это. Он взял их, и нацепив старые очки, начал рассматривать. — Они новые, но... не слишком мощные. Делал явно кто-то неопытный, откуда... нет, не важно. — мужчина положил бумагу на стол и нахмурился, — Я могу предложить вам пять тысяч рё. Насколько я помню это цена за миссию D ранга. Фуиндзюцу действительно стоит дорого, даже если не слишком мощное. Я рассчитывала на меньшее, но рада что оказалась приятно удивлена. Мы быстро обменялись вещами, и вот, мои честно заработанные деньги греют карман штанов. Остальные печати продавать не рискну, двадцать пять взрывных печатей проданых одним махом явно укажут на меня, как на их создателя. Слава неопытного мастера фуиндзюцу нужна в последнюю очередь. Тем более сейчас, когда любой перевес сил склонит победу на одну из сторон в этой войне. Нужно купить еды, крепление для катаны, какую-то дешёвую куртку и продолжать идти в страну Вечной Мерзлоты. Там явно будет холодно, так что буду выбирать потеплее. А ещё сигареты. Много.

***

Коджи поднял голову услышав звон от открытой двери магазина. Он поднялся с корточек и подхватил рюкзак, подавил болезненный стон и накинул вещи на измученную спину. Не прошло и недели с начала его путешествия вместе с шиноби, имени которого он до сих пор не знает, а парень уже чувствует что находится на грани нервного срыва. Накагава Коджи был обычным ребёнком, который много путешествовал со своей семьёй из-за работы отца. Он выучил множество путей к разным странам, умеет легко читать карту и знает страну Огня как свои двадцать пальцев, но он никогда не имел дел с шиноби. Пару раз, ещё до смерти его отца, на них нападали гражданские самоучки, которые сумели пробудить чакру (так он это называл) и Коджи видел как охрана нанятая отцом разбиралась с ними. Это были дети немногим старше него, но разницу между собой и даже такими юными ниндзя он понял быстро. Кошмары преследовали его несколько лет после первого нападения. Быть навигатором, как отец, очень опасная работа, он направлял торговый караван в другие страны, через горы, пустыню, снег и зелёный лес. Знал все тонкости путешествия от одной страны к другой, знал о всех проблемах которые настигнут десятки людей и лошади при перевозке товаров. Коджи думал, что отец знает все. До тех пор, пока не увидел как кунай вспорол горло его родителя у него на глазах. Шестнадцатилетний Коджи дрожал, его тошнило от вида крови что лилась пульсирующим источником из шеи ещё мгновение назад живого отца. Он хотел подбежать к нему, упасть на колени, закрыть руками рану, сделать хоть что-то, но тело не двигалось с места, а ноги внезапно подогнулись от слабости. Коджи осел на сырую землю после недавнего дождя и невидящим взглядом смотрел как умирает его отец, понимая что не в силах ничего сделать. Коджи думал что его отец знает все, но, как оказалось, он не знал своего места. Похороны обошлись дорого, но оставшихся денег хватило на маленький домик с подгнившей крышей в небольшой деревне, рядом с которой, если верить слухам, живёт бабушка что готовит отличные мази с отварами. Он умел обращаться с деревом и молотком, так что начал зарабатывать на жизнь новым делом, пусть сначала не совсем успешно, но из-за открытого характера и доброго нрава, как когда-то сказала Чихару-сан, дело и пошло на лад. Коджи впервые встретил её будучи в бреду из-за высокой температуры, женщина практически вытянула его с того света. Долгом за спасение жизни она таковым не считала, так что на его слова о желании отплатить, отмахнулась, а от пары вырезанных деревянных фигурок лисы и зайца, все-таки не отказалась. Правда на его счастливую улыбку ответила что ей просто нечем топить печь. Милейшая старушка, он тогда подумал. И вот, спустя два года, она просит его сопроводить одного шиноби в страну Вечной Мерзлоты, а это путь совсем не близкий. Бросить свою спокойную жизнь и отправиться на край света с одним из них... Долг есть долг, а Коджи считал себя человеком слова, так что раз обязался помогать Чихару-сан в чем бы то ни было в благодарность за спасение, то нечего носом воротить. Так он сказал себе тогда и побежал собирать вещи, но... Коджи не надеялся что будет легко, но шиноби-сан превзошёл его ожидания. Этот парень вёл себя просто как свинья. Пихнул ему письмо, смотрел из-под бровей своим хмурым я-тебя-сейчас-ударю взглядом и вообще. Ещё и приказы отдаёт. От мысли, что так ему жить ещё если не пол года, то больше, стало совсем тяжко. Почему стоило жизни наконец пойти на лад, он проболтался Чихару-сан о своём прошлом? Дурак, тупица, стоило заклеить свой разговорчивый рот! Тогда он бы не терпел сейчас присутствие этого несносного говнюка. Который, опять не говоря ни слова, пошёл в какой-то магазин. Коджи усмехнулся когда убедился что говнюк не увидит и упер руки в бока. Вчера он поделился с ним едой, совсем немного, потому что видел что парень вообще ничего не ел весь день и ему стало жаль его. Он даже отдал свой запасной плащ, видя как тот дрожит от холода! Серьёзно, это было очень великодушно с его стороны, не смотря на грубость шиноби ранее, а что в ответ? — Доешь на ходу-у, не благородная ба-арышня. Тьфу! Передразнил он в смешной манере макушку парня, что выбирал себе сейчас какую-то маску в магазине, стоя к нему спиной. — Индюк! Коджи позволил себе маленькую вольность пока ниндзя не видит, чтобы снять нервное напряжение, хотя кривляния и обзывательства не очень-то помогали. Он осознавал что этот парень может убить его, и даже понимание, что в таком случае шиноби потеряет своего единственного проводника к нужному месту, не очень успокаивает. Совсем не успокаивает, если честно. Это же шиноби, от них можно ожидать чего угодно, а отсутствия милосердия в первую очередь. Коджи знал это не по наслышке. Он спрятал все свое возмущение, вперемешку со страхом, опустив глаза, когда шиноби вышел из магазина. Молча, как и до этого, парень пошёл следом за ниндзя. Коджи просто любопытно когда этот тип проглотит свою гордость и позволит ему вести их, а не просто спросит в какую сторону идти. Не факт что этот знаменательный момент вообще когда-то наступит. Зная натуру кровожадных-убийц-еще-с-пеленок, вполне вероятно, что такого не будет. Может оно и к лучшему. Они шли в тишине, сопровождаемой лишь шумом его посуды, Коджи видел что это раздражает ниндзя, но не знал куда деть вещи. Серьёзно, он прицепил их по бокам рюкзака не для того чтобы побесить одного опасного типа, просто места не осталось, так что пришлось выкручиваться. А ещё так часто делал папа, и это всегда казалось ему очень... в атмосфере похода. Короче говоря, ничего с этим шумом он пока делать не собирается. Особенно раз шиноби-сан ничего не говорит по этому поводу. Холод стал сильнее когда солнце начало садится, и Коджи с нетерпением ждал остановки на ночь. Можно будет залезть в свой тёплый спальный мешок и сладко заснуть дав телу возможность отдохнуть. Так что Накагава с радостью замер когда увидел как остановился впереди него шиноби. Между прочим все ещё в чужом плаще. — Стой здесь, я скоро вернусь. И стоило моргнуть, как его уже не было нигде видно. Коджи поежился. — ...жуть какая. Парень устало сбросил рюкзак и сел на него чтобы передохнуть, ноги гудели от усталости, хотелось пить. Пока шиноби-сан отсутствовал, он успел перекусить, выпить пол бутылки воды и даже сползти задницей на холодную землю, уперевшись спиной в битком забитый рюкзак. Хотелось отдохнуть, но без своего любимого спального мешка он мало что мог сделать. Никто не говорил что они остановятся здесь на ночь, так что распаковывать вещи рано. Коджи провел усталыми глазами последние лучи заходящего солнца и остался наедине со своими мыслями, в тёмном лесу, не зная как быть дальше. Он посмотрел на свои ладони покрытые шрамами, маленькими и большими, твёрдыми мозолями, некоторые ногти были сломаны, а один, на указательном пальце левой руки, сиял фиолетовым, почти чёрным пятном под ногтевой пластиной. Несколько дней назад малявка Макото, соседский мальчик, подкрался и напугал его, из-за чего тяжёлый молоток опустился не на шляпку гвоздя, а на его несчастный палец. Эти руки кормят его, так что Коджи не жаловался, ему повезло что в деревне где он поселился не было кому чинить протекающие крышы и сломанные кровати, стулья, столы, шкафчики... Заработанных денег хватало на еду и одежду, он вполне справлялся с тем, чтобы обеспечить себя самым необходимым и иногда подкармливать соседского кота, Коджи нравилось жить свою спокойную жизнь. Нравилось конечно, но иногда... иногда он скучал по тем временам, давно прошедшим и невозвратным, временам наполненных пылью дорог, запахом специй, тяжёлой руке своего отца на его непослушных волосах после какой-то детской шалости, изучению карт, новых стран, необычно одетых людей и странной еде чужих краёв. Он скучал по своему беззаботному детству, в котором не было забот и печалей. Иногда Коджи думал снова начать путешествовать, даже понимая что никогда не решится на это, в самые одинокие ночи хотелось вернуться. И вот он здесь, ведёт шиноби с письмом через леса, горы, снега, но это совсем не похоже на прошлое которое преследовало во снах. Напоминает больше испытание его терпения. — Где этот придурок вообще шляется так долго? Коджи встал на ноги и прищурившись осмотрелся по сторонам пытаясь высмотреть исчезнувшего шиноби. Того нигде не было видно, так что не долго думая, парень надел рюкзак и сделал пару шагов. Оглушительный звон посуды в этой тишине заставил замереть и сглотнуть в страхе. Как-то жутко. Один и ночью в лесу. Не долго думая он отцепил сковородку и кастрюлю, покрепче перехватив их, чтобы в случае необходимости ударить посильнее. Не то чтобы это поможет против кого-то вроде шиноби умеющего клонировать себя, как Накагава недавно видел. Или против шиноби что может исчезнуть за мгновение, правда этого он уже не видел. Моргал. Зато успокаивает немного нервы, даря зыбкое чувство уверенности. Может... может он вообще бросил его здесь? Нет, Коджи конечно сумеет вернуться домой, но не хотелось бы наткнуться на какого-то убийцу по пути. Сейчас же война, мало ли кто может бродить поблизости. Зачем он вообще согласился на всю эту опасную идею? Ах да, он ведь человек слова, все такое... вот только как это поможет ему сейчас? Ветки под ногами хрустели громко, даже слишком, как казалось напряжённому Коджи, но он все равно не видел куда ступать чтобы издавать меньше шума. Слишком темно. Слишком жуткий лес ночью. Порыв ледяного ветра прямо в лицо заставил зажмурится и замереть на месте. Это тревожило его ещё вчера, когда шиноби ушёл куда-то ничего не говоря и вернулся глубоко за полночь, Коджи думал что этот тип просто бросил его, даже если понимал что это маловероятно и вообще не логично, ведь тот даже вещи свои оставил. Он заснул только услышав как парень вернулся обратно и сел на свое место. Эфемерное чувство безопасности. Даже если понимал что этот человек ему не друг и потенциально может убить его, находится в тёмном лесу Коджи бы предпочёл с ним, чем сам. Сейчас ситуация повторяется, только лишь с тем отличием, что он сам идёт на поиск шиноби, в надежде что тот не ушёл далеко, а не остаётся ждать его прихода. Почему-то мысль о том, что это опасно для него и вообще стоит просто сидеть на месте ради своей безопасности, в голову не приходит. Может это из-за совы что неожиданно пролетела где-то высоко, при этом громко ухая. Коджи вздрогнул и втянул голову в плечи. Да, перспектива сидеть на месте казалась все более неправильной и жуткой, поэтому он пошёл увереннее. Неясно куда и в нужную ли сторону, но пошёл. Главное не оставаться на одном месте, это пугает больше. Коджи удобнее перехватил сковородку и вытянул руку с ней вперёд, если что, он просто ударит наотмашь, а сверху приложит кастрюлей. Да, так и сделает, это почти план. Может сработать даже на шиноби, их череп также неустойчив к тяжёлой кухонной утвари, как и у обычного человека. — Что ты делаешь? Коджи как-то не воинственно пискнул и почти подпрыгнул от внезапности чужого голоса. Резко развернулся к спокойно стоявшему позади него шиноби и облегчённо выдохнул. — Боже... вы меня напугали. Сердце стучало где-то в ушах от адреналина, так что Накагава глубоко вдохнул пытаясь успокоиться. — ...мы остановимся здесь. Как всегда полные дружелюбия и доброты ответы шиноби-сан вселили в его сердце покой напополам с уверенностью, так что Коджи легко последовал словам своего напарника... начальника... неизвестного кого-то. Черта с два так оно было конечно, но вещи он все-таки начал разбирать. Пусть и без уверенности и покоя. Они сидели напротив друг друга, Коджи поздно ужинал, а ниндзя угрюмо пялился в землю поглаживая ножны катаны. Выглядело это призывом не задавать никаких вопросов и вообще дышать не громко. Парень бросал на шиноби редкие взгляды, в воздухе почему-то ощущалось непонятное напряжение. — ...мы возвращаемся. Он резко поднял голову и в удивлении уставился в чужие чёрные глаза. — Как... то есть, почему? — Планы поменялись. Мне нужно в страну Воды. Потом уже в Мерзлоту. Коджи нахмурился и отложил еду. — Мы так не договаривались. Я должен был сопроводить вас только в страну Вечной Мерзлоты, а страной Воды, это... это вообще другая сторона. Придётся пройти всю Страну Огня, плыть через море. Раньше это было не просто, а сейчас вообще война идёт! Накагава смотрел как шиноби сильнее хмурится и поджимает губы, как спустя несколько секунд тихо выдыхает и не глядя на него ковыряет кончиком ножен катаны землю укрытую гнилыми листьями. На какое-то время повисает тишина, но не напряжённая, не предвещающая опасность. — Знаю. Я не прошу тебя идти со мной. Если хочешь, можешь подождать меня в своей деревне, когда вернусь, мы продолжим путь. Коджи вздохнул и запустил пальцы в волосы, с раздражением сжав их у корней. — Это будет даже дольше, чем идти в страну Мерзлоты, и вообще, что я скажу Чихару-сан? Она... она бы отправила меня с вами, если бы узнала. Серьёзно, что за... Шиноби недовольно смотрел на него, но ничего не говорил, и это почему-то выводило из себя только сильнее. Он сжал кулаки. — Ладно. — Что? — Я пойду с вами. Но при условиях. Парень приподнял брови в лёгком интересе и кивнул, ожидая продолжения. Коджи прочистил горло. — Во-первых, я хочу гарантию своей безопасности. Если моей жизни будет грозить опасность, вы не бросите меня. — ...ладно. Договорились. Он сглотнул и на мгновение замявшись всё-же решился сказать. — И во-вторых... оплата. Это будет опасно и не по плану, так что я хочу оплаты за риск на который иду. Ниндзя уставился на него и явно не слишком довольно нахмурился. — Сколько? — Ну... пятьдесят тысяч рё. За все путешествие в страну Воды, туда и обратно. — За путь к стране Мерзлоты ты денег не берёшь? — Нет, это обещание Чихару-сан, так что бесплатно. Думал он не долго, но за эти минуты Коджи успел пожалеть что назвал такую большую сумму, и убедить себя что можно было и больше, раз пять, прежде чем шиноби согласился. — У меня сейчас нет этих денег. — Все в порядке, заплатите позже, мы с вами расстанемся ещё не скоро... очень. Не скоро. И ему показалось, или эти слова вывели парня из себя сильнее, чем часть об оплате? Накагава так и знал, что нужно было требовать сто тысяч.