Цикл "Огненный лабиринт". Часть первая "Босиком по раскаленным углям"

присутствуют сцены из канона Гарри избрал окольный путь по коридору восьмого этажа, на ходу посматривая на Карту Мародеров. В первые мгновения найти Малфоя ему не удалось, и он решил, что тот опять засел в Выручай-комнате, но в следующий миг крошечная точка с нужной фамилией обнаружилась в мужском туалете на седьмом этаже, причем не в компании Крэбба или Гойла, а с Плаксой Миртл. Поттер на миг остановился, вглядываясь в эту немыслимую парочку, и, двинувшись дальше, тут же врезался в стоящие у стены рыцарские доспехи. Громкий лязг немного привел его в чувство, и он поспешил убраться подальше, пока не явился Филч, а потом торопливо спустился по мраморной лестнице на один этаж и понесся по коридору. Это был отличный шанс поговорить с новым «Драко». Правда, зачем ему это, Гарри не мог объяснить даже себе. Добежав до туалета, он прижался ухом к двери. Не слышно... и он решился: тихо-тихо открыл, накинул мантию-невидимку и вошел. Спиной к нему стоял, вцепившись руками в раковину и склонив над ней светловолосую голову, Драко Малфой, он же Абраксис Мал-фуа. - Ну, не надо… - раздался из кабинки проникновенный голосок Миртл. - Не надо… Расскажи мне, что тебя мучает… Я тебе помогу… - Никто мне не поможет, - ответил, содрогаясь всем телом, Малфой. - Я не могу этого сделать… не могу… не получается… Но если не справлюсь, то просто сойду с ума без него! Как представлю, что Люци там один, в темноте, в холоде и сырости... А эта змееподобная тварь не дает мне его вытащить! Поттер замер на месте от потрясения - он понял, что Малфой плачет, плачет по-настоящему, что по щекам его льются, стекая в грязную раковину, слезы. Хорек задыхался, давился, но затем, после нового содрогания, поднял взгляд к растрескавшемуся зеркалу и посмотрел прямо туда, где стоял Гарри. Не успел тот моргнуть, как с него сорвали мантию и со всего маха впечатали в стену. Спину обожгло болью, что-то подозрительно хрустнуло. - Опять ты? И что ты вечно все вынюхиваешь? – зашипел ему на ухо блондин, голос которого срывался, не говоря уж о том, что его острые зубы прикусили мочку уха, заставив пленника вздрогнуть. Поттеру стало страшно. Он не боялся в Министерстве, на кладбище, в Тайной комнате. Нет, не так. Там не было времени на страх, надо было каждую секунду принимать единственно правильное решение. А сейчас… «Он псих!» - пронеслось в голове. - Может, ты запал на меня, а? – ехидно, задал вопрос Малфой, и сделал поступательное движение тазом. Гарри, обмирая от страха, почувствовал, что слизеринец возбужден. «Мерлин, Мерлин, Мерлин!» - он, что было сил, рванул в сторону. Абраксис, не ожидавший такой активности со стороны жертвы, позволил ему выкрутиться, по инерции качнувшись вслед. Волшебная палочка мгновенно легла в пальцы, и Поттер подобрался, ощущая привычное тепло магии. Он готов был атаковать, но «Драко» его опередил: заклятие пролетело в нескольких дюймах, разбив лампу на стене. Гарри метнулся в сторону, используя невербальный Левикорпус, взмахнул палочкой, но его противник поставил блок и собрался, было, отвечать... - Нет! Нет! Погодите! - закричала всеми позабытая Миртл, и по туалету разнеслось громкое эхо. - Стойте! СТОЙТЕ! За спиной Поттера с громким «ба-бах!» взорвалась мусорная урна; он выкрикнул заклятие Обездвиживания, которое ударилось в стену прямо за ухом Драко-Абраксиса, отлетело и разбило туалетный бачок, на котором сидела Плакса. Та громко взвизгнула, все вокруг мгновенно залила вода, Гарри поскользнулся и упал, а Малфой, с искаженным до неузнаваемости лицом, закричал: - Круци… - СЕКТУМСЕМПРА! Кровь выплеснулась из лица и груди Драко, словно их рассекли удары невидимого меча. Малфоя качнуло назад, и он с громким плеском рухнул на покрытый водой пол, выронив палочку из обмякшей правой руки. - Нет… - задохнулся Гарри. Оскальзываясь и шатаясь, он поднялся на ноги и бросился к Драко, лицо которого уже покраснело, а белые ладони скребли залитую алым грудь. - Нет… я же не… Он и сам не знал, что говорит, упав на колени рядом с Малфоем, неудержимо сотрясавшимся в луже собственной крови. Как такое произошло?! Ведь он просто хотел сказать, что знает правду, быть может, предложить сотрудничество… Плакса Миртл истошно завопила: - УБИЙСТВО! УБИЙСТВО В ТУАЛЕТЕ! УБИЙСТВО! Сзади хлопнула дверь, Гарри в ужасе оглянулся: в помещение ворвался смертельно бледный Снейп. Грубо отпихнув юношу, он опустился на колени, вытащил волшебную палочку и прошелся ею по глубоким ранам, нанесенным заклятием, бормоча при этом похожие на какие-то песнопения магические формулы. Кровь начала униматься, мужчина стер ее остатки с лица Малфоя и повторил заклинание. Повреждения стали затягиваться прямо на глазах. Поттер, пораженный ужасом от того, что он натворил, наблюдал, едва сознавая, что и сам мокрый и грязный с ног до головы. Прокушенная губа кровоточила и болела, но он не замечал этого, поглощенный действом, развивавшимся на полу. Где-то сверху с подвываниями рыдала Плакса Миртл. Снейп, произнеся заклятие в третий раз, поднял Малфоя. - Вам необходимо в больницу. Кое-какие шрамы останутся, но если немедленно воспользоваться бадьяном, возможно, удастся избежать даже этого. Пойдемте. Он довел Драко до двери, но, подойдя к ней, остановился и сказал через плечо полным холодной ярости голосом: - А вы, Поттер… вы ждите меня здесь. *** Гарри ни на миг не пришло в голову, что можно бы и ослушаться. Он медленно, подрагивая, поднялся, окинул взглядом пол, по залитой водой поверхности которого точно багровые цветы плавали пятна крови. Резко замутило от въедливого сладковатого запаха, ноги и руки задрожали от накатившей слабости. Не было сил даже на то, чтобы угомонить Плаксу Миртл, которая продолжала завывать, причем с удовольствием, становившимся все более очевидным. В голове ворохом проносились недавние события, и он никак не мог поверить, что это действительно произошло. Он чуть не убил Драко Малфоя. Ну, или того, кто скрывался под этим именем. Снейп вернулся через десять минут. Вошел в туалет, прикрыл за собой дверь. - Уйди, - велел он Миртл, и она мгновенно скрылась в унитазе, оставив после себя звенящую тишину. - Я не нарочно, - поспешил оправдаться Гарри. Голос отозвался эхом в полупустом помещении. - Я не знал, как действует это заклинание. Но его слова остались без внимания. - Похоже, я вас недооценивал, Поттер. Кто бы мог подумать, что вам известна столь Темная магия? Кто научил вас этому заклинанию? - Я… прочитал о нем. Где-то. - Где? - Это была… библиотечная книга, - наобум выпалил Гарри. - Не помню, как она называлась. - Лжец! - отрезал Снейп. У Поттера тут же пересохло в горле. Он понимал, что сейчас будет, и помнил, что ему никогда не удавалось этому помешать, но просто не мог позволить зельевару узнать о своем присутствии при его разговоре после Рождественской встречи. Едва он почувствовал вторжение в сознание, заметил мерцание вокруг, как постарался выбросить из головы все мысли, сосредоточившись на воспоминании о возбуждении Драко и своем шоке от этого открытия. Решив, что этого маловато, добавил картинку с учебником Принца-полукровки в своих руках, рассудив, что лучше расстаться с полезной книгой, чем с собственной головой. Теперь оставалось лишь ждать. Он смотрел на Снейпа, надеясь, вопреки всему, что тот не проник в его страхи, не увидел разговор, однако… Зельевар лишь одарил его очень странным взглядом, резко развернулся и вышел из разгромленного туалета, так ничего и не сказав. Да уж, жизнь становилась все насыщеннее. День закончился. Прошла следующая неделя. А Гарри так и не решился рассказать друзьям о странных событиях. Библиотека Хогвартса также не дала ответов на его вопросы. А вскоре стало не до секретов рода Малфой.

***

весна 1997 года Хоркруксы! Мерлин! Этот монструозный ящер создал хоркруксы! Гарри вцепился дрожащими руками в свои лохмы, пытаясь немного унять панику. Он чувствовал, что старик в своей излюбленной манере скрывает что-то очень важное! Как долго Дамблдор знал о разделении души Волдеморта на части для обретения бессмертия? Получается, как минимум, с его второго курса. И ничего не сказал! Ни-че-го! Оставил на сладкое?! Поттер горько улыбнулся: директор разрешил поделиться этим с друзьями. Но зачем торопиться. Зачем лишать их надежды на победу?! Нет, он не мог так поступить с Роном и Гермионой. Они узнают только в крайнем случае. Внутренности свело судорогой - он сознательно утаивал важнейшую информацию. Впервые в жизни! А не поступает ли он так же, как директор, скрывая правду?! Ведь зол он на Дамблдора именно за то, что тот вечно что-то недоговаривает! "Чувствуешь себя преданным и предателем одновременно. Черт! Черт! Черт!" Гарри изо всех сил ударил кулаком по перилам, почувствовав, как взорвались болью костяшки пальцев, а по холодной коже потекла кровь. Предатель… Но… Расскажи он все друзьям, и те захотят вмешаться и помочь ему найти хоркруксы! Слишком опасно… «Нет, пока буду молчать!» *** июнь 1997 года Гарри стоял и не мог пошевелиться, чары директора не давали ему даже моргнуть. А как бы хотелось закрыть глаза и заткнуть уши, чтобы никогда не видеть и не слышать происходящего. Пожиратели в школе - да такое и в кошмарном сне не приснится! «Как же директор смог допустить?! Где хваленая защита Хогвартса?! Почему старик ничего не предпринимает?! Малфой! Хорек! Трус! Снейп. Ублюдок, предатель!» Поттер расширенными от шока глазами смотрел за тем, как Драко, дрожа, держит палочку, и почти поверил в искренность демонстрируемого ужаса, но в самый последний момент смог распознать за маской трусости гнев и досаду! Да! Малфой был раздражен, и Снейпу пришлось практически вырывать у него палочку из плотно сжатых пальцев, что-то гневно шипя. Почему никто не видит?! Но додумать Гарри не успел. Короткое и стремительное «Авада Кедавра», произнесенное ненавистным с детства голосом, и директор летит за парапет. *** Башня уже давно опустела, стихли даже крики и шум шагов, а юноша, с которого сразу же после смерти Дамблдора слетели чары, так и не пошевелился. Он словно впал в транс, но мысли в голове были на удивление четкими, и пока Гарри пытался вспомнить, как дышать и двигаться, его мозг перерабатывал информацию: Он умирал от темного проклятия, и Снейп был прекрасно осведомлен об этом. Драко играл весь год и мог бы спокойно убить старика, но не сделал этого, оставив «почетную» обязанность декану. Подыгрывая обоим? Последние слова директора, кажутся полным бредом. «Пожалуйста» - что? Не убивайте? Нет, он бы так не сказал - не той породы человек был, чтобы униженно просить пощады. Тогда о чем просил? Осознание случившегося настолько неожиданно навалилось на Поттера, что он даже не заметил, как из глаз потекли слезы. Сейчас он прощался не только с Альбусом Дамблдором, странной личностью, даже перед смертью не сказавшей всей правды, но и со своим несбывшимся детством… Теперь все будет по-другому, впереди его ждут сложные решения и поступки. Больше нет взрослого, который может протянуть руку и удержать на краю пропасти. Улыбкой ли, добрым словом, подставленным плечом. Нужно самому разобраться в хитросплетениях лжи окружающих. Ведь не все так просто, и Малфои точно играют здесь не последнюю роль.