Lee Know's demons

Минхо напоминает дикого кота. Никого особо к себе не подпускает, не то что физически, а скорее на эмоциональном уровне. Он может шутить, может прикоснуться и подарить улыбку, но за этим не ощущается особой искренности и делается больше на автомате или с целью не обидеть. Чан испытывает на себе это всё, когда формируется группа, и, если честно, лично ему это странно, хотя по факту – обычное дело. Они только начинают притираться друг к другу, узнавать друг друга ближе, но почему-то ему больше всего хочется расположить к себе именно Минхо и поскорее. Пробить его оболочку просто вежливости и добиться настоящих чувств и эмоций. И, в конце концов, его усилия не проходят даром, и он постепенно добивается желаемого. Минхо всё чаще с ним советуется, держится ближе при разговоре, а не строго на расстоянии вытянутой руки, а, если вдруг ещё и выпадает настроение хорошее – то может даже приобнять лидера группы. Чан искренне радуется каждой маленькой победе, даже не пытаясь найти этому объяснение. Года плавно перетекают из одного в другой, сменяются камбэки, имиджи. Группа переживает многое: шоу на выживание, уход одного из участников, скандалы, хейт. Парни держатся славно. На публике. Мало кто знает, что бессонница Чана усилилась, что у Джисона и Феликса появились проблемы с тревожностью, некоторые даже не замечают как сильно скидывает в весе Хёнджин после скандала и длительного перерыва, и почти вообще никто не замечает как сильно переживает каждый раз Минхо. Все привыкли, что старший из Ли вечно язвит и улыбается. Даже, когда остальные плачут - он всё равно смеётся. И для кого-то это кажется просто странным и безразличным, кто-то восхищается выдержкой, но Чан всегда замечает эти грустные искорки в глазах. Чем шире улыбка в такие моменты на лице Ли Минхо - тем сильнее на самом деле он сдерживает слёзы. Кто-то ведь всегда должен быть сильнее, чтоб сказать другому «эй, ну чего ты, всё хорошо». И мало кто знает, что обычно после такого Минхо идёт к Чану. Нет, он не выливает душу и не жалуется как ему сложно, он просто садится рядом и молчит. Чаще всего он приходит в студию, занимает диван и наблюдает за работой старшего, или просто листает новостную ленту в телефоне. Чан никогда не возражает. Вопреки тому, какие близкие отношения у Минхо с Джисоном для всех окружающих, вне камер они оказываются обычными согруппниками и да, неплохими друзьями, но не в доверительном плане. За доверием Минхо всё равно идёт к Чану. Чан не сразу понимает, но с каждым днём, неделей, месяцем он всё больше и больше проникается странными не совсем дружественными чувствами. Он всё больше радуется тому, что младший уделяет ему внимание, что вне камер и фансервиса обычно все прикосновения достаются ему. Он всё больше ждёт в студии появления Минхо и немного скучает, когда тот пропадает на индивидуальных съёмках. Чан не сразу понимает, что влюблён. Даже после их первого поцелуя всё в той же студии. Это получается спонтанно и как-то не вполне осознанно. Минхо приходит к нему после первых съёмок в выпуске Конкурса диктовки айдолов, он слегка выпивший и очень счастливый. Утягивает Чана с излюбленного кресла на диван и в красках рассказывает о прошедшем дне. Чан улыбается глядя на радостного младшего и совсем не замечает, что его руки всё это время находятся в горячих ладонях Ли, что в какой-то момент между их коленями не остаётся свободного пространства, и что глаза Минхо блестят какой-то надеждой и решительностью, когда Бан произносит «ты у меня такой молодец» поглаживая волосы младшего. На какую-то долю секунды рука застывает от осознания сказанного, но обдумать как следует не получается. Особо не разберёшь кто срывается первым, но больше ставка всё-таки на Минхо. Их губы сталкиваются резко и больно, на какой-то момент парни замирают и Чан уже готов дать заднюю, но Минхо начинает двигаться, обхватив его нижнюю губу своими, и слегка тянет на себя. Спустя пару мгновений Чан всё-таки отпускает ситуацию. Зарывается пальцами в мягкие волосы и отвечает. Это странно, необычно, но так будоражаще. Минхо шумно дышит, сильнее цепляясь за плечи старшего, пока тот чувственно исследует его рот, лаская языком, а его рука спускается к скуле, поглаживая большим пальцем нежную кожу. - Нам надо поговорить, да? – тихо спрашивает Ли, когда они наконец отрываются друг от друга, но всё еще прижимаются лбами. Чан только кивает, всё еще успокаивающе гладя его по щеке.

***

С того вечера Минхо приходит в студию к Чану ещё чаще. Они к слову так и не поговорили, но это ни сколько не мешает им целоваться до саднящих губ, обниматься и исследовать руками тела друг друга. - Кто бы знал, что такой весь скупой на чувства Ли Минхо будет настолько чувствительным от поцелуев в шею, - усмехается Чан после очередного томного вздоха Минхо. - О, ты еще столького не знаешь… - загадочно мурлычет Ли, ласково проводя пальцами за ушком лидера. – Если ты рассчитывал на бревно в качестве любовника, то тут не по адресу. «Любовника» - прокручивает еще раз в голове Бан Чан. Это звучит… как-то не так. Не то, что он видит в Ли. Любовник в его понимании – человек, с которым ты хорошо проводишь время в основном в сексуальном плане и всё остальное не так уж важно, но с Минхо не так. С Минхо ему хорошо во всём: говорить, молчать, работать, дурачиться и подкалывать друг друга, не говоря уже о поцелуях и объятиях. В этом Минхо для него вообще лучше всех. - Я тебя чем-то озадачил? - Что? – Чан видимо, и правда, немного завис. - Дай угадаю… ты растерялся на слове «любовник»? – Минхо попадает сходу прямо в яблочко, что выбивает Чана из колеи еще больше. И Минхо это замечает. Он сталкивает старшего с себя, усаживая на диване, и сам садится сверху. Чан слегка растерянно следит за всеми этими действиями и почему-то вообще не имеет представления, что будет дальше. После того, как их отношения переросли во всё это (как это назвать вообще) Минхо в принципе трудно предугадать. Он изменился, хотя, наверно, точнее будет сказать – раскрылся, с таких сторон, о которых Бан и не догадывался. - Ты, наверно, думаешь, что мы не совсем подходим под эту категорию? – Минхо наклоняется к губам старшего, указательным пальцем очерчивает линию челюсти, и смотрит в глаза хитрым дьяволёнком. – Потому что – что? Ни разу не трахались? Чан непроизвольно сглатывает. Он молодой здоровый юноша, который вынужден в основном обходиться самоудовлетворением, так что вообще ни разу не странно, что от одного этого слова, произнесенного (на секундочку очень сексуальным!) Ли Минхо, сидящим у него на коленях - внизу живота тут же что-то съёживается. - Хотя «трахаться» это наверно не про тебя, да? – Ли язвительно морщит нос, дразнит. – Ты у нас больше за «занятие любовью» или стандартно – «секс», я прав? Чан не понимает почему не может никак ответить – ни словом, ни действием. Его будто заворожили. Он просто сидит, вцепившись в бёдра младшего, и ждёт что же будет дальше. А Минхо перемещает ладони на грудь, слегка сжимая крепкие мышцы, и опаляет горячим дыханием мочку уха старшего. - Но я бы предпочёл, чтобы ты меня именно трахнул. Разложил меня где-нибудь у себя в студии – на столе, на диване – не важно, и взял так сильно и властно, как только можешь. Чтобы я почувствовал, что я только твой, - он нащупывает соски Чана через футболку и слегка сжимает, довольный вырванным тихим стоном. Чан думал, что задыхаться от поцелуев с Ли Минхо – это верх удовольствия. Но нет. Он чувствует, как возбуждение горячей лавой стекает прямо к месту назначения. И Минхо это чувствует тоже. Он явно довольный собой, решает добить лидера окончательно и делает поступательное движение бедрами, задевая слишком явный бугорок в штанах Чана, чем выталкивает из него ещё один стон. - Я рад, что ты разделяешь мои фантазии, - ухмыляется Ли. – Надеюсь, я разбудил твоего внутреннего демона. Минхо целует быстро и рвано, кусаясь и зализывая саднящие места после. Чану жарко и очень хочется воплотить в жизнь всё то, что наговорил Минхо. Но где-то на задворках сознания, он понимает, что точно не сегодня, они не готовы как минимум – технически. Так что он только сжимает самые сочные и желанные ягодицы в мире, вжимаясь в возбуждение младшего своим, и двигается-двигается-двигается. - Боже, Чан... Ах-х… Минхо запрокидывает голову назад, прикрывая глаза, и Чан, не теряя времени, припадает к открывшейся шее губами. Оставлять засосы нельзя ни в коем случае, но зато можно облизывать, мазать губами и совсем легонько провести зубами. У обоих стоит почти до боли, но в купе с трением – создается какое-то дикое наслаждение. Хочется ближе, сильнее, быстрее. И желательно без мешающейся одежды, но в этом тоже есть какая-то изюминка. - Не знаю какого демона ты там будил, но один точно сейчас у меня на коленях. Голос Бана хриплый. Он зарывается пальцами в мягкие волосы младшего и притягивает к себе, утыкаясь лбом в его. Оба тяжело дышат, вперемешку с тихими стонами. Минхо одной рукой сжимает чановскую футболку, другой - упирается в спинку дивана. Движения бёдер ускоряются, усиливаются. - Блять, как же я хочу тебя в себе, м-м-м… Даже вот так чувствую, что твой член идеальный. Бан Чан рычит от такого заявления, в очередной раз подаётся бёдрами вверх и кончает. Кончает ярко и долго, не прекращая движений, чем доводит до оргазма и Минхо. - Твою мать, - Ли старается отдышаться. Его всё ещё слегка потряхивает. - Это пиздец, - соглашается Чан. – Ты реально демон. В одежде липко и мокро, но они так счастливо хихикают, что это отходит на самый задний план.

***

С того раза они практически не имеют возможности остаться наедине. Переезд, камбэк, выступления на шоу, разнообразные съёмки в передачах. Им остаётся довольствоваться мизерными моментами, срывать с губ друг друга поцелуи где-нибудь в пустых коридорах, да по углам. Словно школьники. Чан безумно скучает, ему мало. Ему хочется с Минхо таких вот… обычных отношений. Чтобы держаться за руки, обниматься когда захочется. Какая-то часть им, конечно, доступна благодаря фансервису, но это такой минимум, что реветь охота. Чан очень завидует Джисону. Минхо ещё настолько хороший актёр, что временами Бан даже начинает ревновать не на шутку. Нет, вы видели как Ли смотрит на Хана, если где-то поблизости камеры? Чан мысленно аплодирует каждый раз. И они ведут себя осторожно. По крайней мере им так кажется. На съёмках очередного выпуска SKZ Code они сидят на кухне, где Минхо разделывает рыбу, а Чан играет на укулеле. И ему так хорошо в этот момент… Если закрыть глаза, то можно представить, что вот они вдвоём, у себя на кухне, где их никто не слышит, не видит и не узнает о них. Но сбоку слышится голос Феликса и возвращает лидера на землю. Чан не выдерживает. Уводит Минхо как только съёмочная группа объявляет перерыв, и они скрываются в комнате без камер. - Что ты… - пытается спросить Минхо, прежде чем его рот закрывают поцелуем. Чан целует жадно, но всё же пытается хоть немного контролировать себя, чтобы не испортить макияж и не истерзать губы. С силой сжимает бока, прижимая всем телом к двери. Ли немного в шоке, но с полной готовностью отвечает, обвивая руками крепкую шею. Чан осторожный, но иногда очень непредсказуемый. Они целуются недолго, времени не так много. Чан отстраняется, тяжело дыша, и Минхо тут же поднимает на него взгляд. - Что с тобой произошло? У Минхо смешинки в глазах. - Я не знаю, - улыбаясь, признаётся Чан, утыкаясь на секунду лбом в его плечо, но тут же поднимает голову, заглядывая в глаза. – Просто представил на секунду, что мы сидим у себя на кухне. Вот так, только вдвоём. И внутри стало очень тепло. Ли проводит пальцами Чану за ухом, как будто убирая мешающую прядку, а Чан не может оторвать взгляд от лица напротив. - Чёрт… ты такой красивый, - бормочет он заворожено. – Какой же ты красивый… - Как и ты, - улыбается Минхо и чмокает старшего в нос. – Нам надо идти. Им не хочется, но выбора нет. Они выходят из комнаты друг за другом, воровато оглядываясь по сторонам, и возвращаются к остальным. На площадке вроде никто и не заметил их отсутствия. Кроме Хёнджина, который видел и как они уходят, и как прокрадываются обратно. Чан ловит на себе взгляд Хвана и становится не по себе. Хёнджин всё знает, Чан уверен, и вряд ли это очень хорошо. *** - Я против, - заявляет Хван, когда они собираются в их новой квартире дабы обсудить всё. Вот, вот именно этого и боялся Чан. – Нет, я не против в общем таких отношений, не подумайте, я конкретно об этой ситуации. К слову остальные участники группы тоже здесь, Минхо решил не дожидаться пока их рассекретят все по очереди и как только выдался свободный вечер от съёмок и репетиций – объявил общий сбор. - Вы представляете, что случится, если это всё раскроется? – продолжает Хёнджин. – Мы буквально не так давно встали опять на ноги. Слова режут по живому, но его можно понять. Скандал про школьный буллинг очень сильно отразился на Хване. - Естественно понятно на счёт публики, но почему им нельзя быть вместе например дома? Где только мы, - первым на защиту встаёт Феликс. – Если конечно никто в принципе не возражает против таких отношений… это уже другой вопрос. - Я не возражаю, - отзывается Хан. - Это странно для меня, - начинает Сынмин, - но… это их дело. - Да. - Согласен, - кивают Чанбин и Чонин. - Просто… рано или поздно это всплывёт, - Хёнджин вздыхает, потирая переносицу. – Такое всегда всплывает. Вы не сможете быть осторожными абсолютно всегда. Посмотрите сколько подобных случаев. Я вам не враг, я люблю вас как свою семью… просто очень переживаю. Чану и радостно и беспокойно одновременно. Он, конечно, и не ждал, что их как-то пристыдят или унизят свои же одногруппники, но чем чёрт не шутит, знаете. Тем более это Корея. Но парни не выглядят так, будто им противно или что-то в этом роде… слегка озадаченно – да, но не более того. - Джинни, я понимаю всё, что ты хочешь донести и о чём переживаешь. Но… - Бан Чан, о боже, слегка теряется. - Но всё будет в порядке, - приходит на помощь Минхо. До этого он сидел молча, расслабленно, в отличии от Чана, и просто наблюдал. - Господи блять, Хван Хёнджин, ты как истинная королева драмы нагнал на всех тут тоску и отчаяние, - Минхо фыркает и все понемногу воодушевляются. – Мы с Чаном осторожны, на камеру лишнего не позволяем, фанаты как видели в нас с Джисоном парочку – так видят и до сих пор. Почитай комментарии, если сомневаешься. - Но… - Хёнджин явно растерян. - Что «но»? – не отступает Ли. – Ты заметил, кто-то ещё из группы возможно заметил.. - Я заметил, - влазит Сынмин, поднимая руку. - Вот, - кивает Минхо, - Сынмин заметил. Спасибо большое, Ким Сынмин, что хоть какая-то часть моей жизни тебя заинтересовала. А знаешь почему вы заметили? - обращается он к Хвану. – Потому что мы вместе буквально 24/7, мы знаем друг друга уже, наверно, лучше чем наши родители, и было бы тупо не заметить изменений в наших отношениях с Чаном. Но для других это не странно, для фанатов – в чем-то увеличившийся фансервис, а для персонала – обычная дружба двух айдолов. Никакой стафф уже давно не удивишь лапаньем задниц или обнимашками. В остальном мы вообще не палимся, так что даже не думай заикнуться о том, что нам стоит всё прекратить, учти, я где-то тут недалеко видел салфетки, - вместо точки после своей речи Минхо тычет в Хёнджина пальцем, стараясь выглядеть как можно более угрожающе. На Хёнджина, кстати, действует. Он несколько секунд стоит с широко раскрытыми глазами и слегка приоткрытым ртом, и в итоге только неопределённо машет руками мол «давайте, делайте что хотите, вперёд». - Вау, - первым подаёт голос Чанбин и как-то восхищённо улыбается. Ёнбок хихикает, а Хан выглядит так будто очень хочет захлопать в ладоши, но сдерживается. - «Чан»… без «хён»… даже так, - бубнит Сынмин скорее только чтобы повеселить Чонина, но до уха Минхо тоже долетает. - Я смотрю ты всё внимательнее и внимательнее по отношению ко мне, Сынминни, - улыбается Ли чересчур приторно. – Мне очень льстит. В Чане смешались шок, гордость и счастье. Он понимает, что как лидер речь задвинуть должен был именно он, но Минхо справился на «отлично», в своём стиле, и Бан абсолютно ни о чём не жалеет. Единственное разве что – что не может наброситься на Ли прямо сейчас, потому что от этой речи, уверенности и дерзости - у Чана кажется привстал. Он прочищает горло и наконец вставляет своё слово: - Ну… надеюсь, между нами не будет непоняток? – он обводит взглядом парней, которые все как один поджимают губы и отрицательно качают головой. – Хорошо. Я очень ценю это, спасибо. - Только не облизывайтесь при нас, хорошо? – неожиданно влазит Чонин и все прыскают со смеху. – К такому меня жизнь ещё не подготовила. - Без проблем, - тут же соглашается Минхо, и мало кто может уловить дьявольские нотки в его голосе, а уже в следующую секунду он перемещается со своего места на диване – на колени к Чану, обвивая его шею руками. Феликс выдаёт радостное «вуху», пряча улыбку в кулаке, Чанбин со звуком «агрх» роняет лицо в ладони, а Хёнджин показательно кривится с коронным «иу».

***

Чан набрасывается на Минхо как только закрывается дверь его комнаты. Прижимает младшего всем своим телом и впивается в губы. Они целуются жадно, пылко, шарят руками по телу друг друга и задыхаются. - Это было так горячо, - признаётся Чан, отрываясь на секунду от лучших губ в мире. – Так дерзко, - чмок в губы. - Нагло, - в нос. – Убедительно, - в скулу. – Обожаю, - в подбородок. – Тебя, - снова губы. Минхо тихо посмеивается, наслаждаясь каждым касанием. - Я не мог не, - говорит он. – Джинни умничка и говорил правильные вещи, но он чересчур всех обеспокоил, так что надо было разрядить обстановку. - Да, - соглашается Бан, - ты всё правильно сделал. Я просто схожу с ума, когда ты такой. Ли довольно ухмыляется и меняет их местами, прижимая старшего к двери. - Неужто кто-то завёлся... – тянет он, проводя рукой от скулы вниз, по плечу, груди, по напрягшемуся под его пальцами прессу. – И что нам теперь с этим делать? – Минхо хватается за резинку спортивных штанов и слегка оттягивает на себя, отпуская. В его глазах опять скачут дьяволята, как тогда в студии, и Чан соврёт, если скажет, что ему это не нравится. - Как хорошо, что у нас такие понятливые одногруппники, которые ушли проветриться на часик-другой, но как же плохо, что завтра съёмки и криво танцевать на камеру из-за того, что чей-то большой член побывал в моей заднице – не вариант. Минхо смещает руку на выпирающий бугорок и сжимает. Чан рычит, хватает младшего за шею и грубо дёргает на себя, впиваясь в губы. Он кусает, с силой сжимает пальцы на шее и как-то совсем жалобно хнычет, когда Ли начинает двигать рукой, гладит, трёт. - По-любому есть ещё варианты, - говорит Чан и переходит поцелуями на шею. - По-любому, - соглашается Минхо, откидывая голову. – Есть у меня на уме один. Он отодвигает Чана от себя, оставляет на его губах короткий поцелуй, и, мать его, встаёт на колени. Стягивает штаны и смотрит при этом в глаза, от чего у Бана крышу рвёт со страшной силой, потому что в глазах у Минхо – желание и голод. - Только чур потом без критики, я это делаю буквально второй раз в жизни, - ставит условие младший и стягивает нижнее бельё. - Ты серь… - начинает Чан, но его перебивает «вау, я так и знал» и тепло чужого рта, - …ёнзнаа-хх.. Минхо не особо церемонится и заглатывает сразу настолько, насколько позволяет рвотный рефлекс. У Чана ноги подкашиваются в момент. Внутри у Ли так горячо и влажно, это сводит с ума. Мягкий мокрый язык обводит головку, а тёплые нежные пальцы массируют основание, переходя на яички. - F-fuck, - с чувством вырывается из Бан Чана, когда Минхо начинает двигать головой быстрее. – Не останавливайся, умоляю ах-х-х… И Минхо был бы не Минхо, если б не остановился. Он заглатывает еще несколько раз и с громким хлюпом выпускает член изо рта, игриво прищуриваясь: - Say "рlease"? У Минхо губы красные, распухшие, растрёпанная укладка и горящие глаза. Чан готов кончить уже от этой картины. - Oh, God… - шипит Чан, когда Ли проводит рукой по всей длине. – Fuck… Please. По виду старшего можно с уверенностью сказать, что он на грани. И Минхо, полностью довольный собой, снова берёт член в рот и возобновляет движения. Быстрее, глубже, пока не начинает давиться. Болят губы и скулы, но ради сбитого дыхания и стонов, которые издаёт Бан Чан, Ли готов так провести пол жизни. Своё возбуждение уже невыносимо давит и просит внимания, и он просовывает руку к своему члену и дрочит прямо так – в одежде. Чан стонет всё чаще, мышцы на животе сокращаются, а член во рту Ли пульсирует. Чан уже очень близко. Минхо напоследок смачно засасывает головку и припадает губами к выбритому лобку, рукой доводя старшего до разрядки. Не проходит и полминуты, как Чан кончает, изливаясь куда-то за спину младшего. Его потряхивает от движений Минхо на чувствительном члене, он тормозит руку Ли и становится на колени напротив, утягивая в глубокий благодарный поцелуй. - Ты потрясающий, - на выдохе произносит он и нежно гладит самое красивое лицо в мире. Минхо улыбается своими блядски красными губами, весь такой растрёпанный и прекрасный, и достаёт руку из штанов, демонстрируя белёсую жидкость на пальцах: - Ты тоже. Когда Чан в самом начале так старался добиться расположения, достучаться до такого закрытого Ли Минхо – он даже не представлял, что «дверь» ему откроет такой очаровательный дерзкий демонёнок . И он, естественно, абсолютно не жалуется.