За пределами чудесной шкатулки

      Кажется, обиды этого мальчугана хватило совсем ненадолго. Он снова достал телефон, посмотрел на время и состроил страдальческое выражение лица, начав собирать с пола рассыпанные украшения.       — Нельзя ведь, чтобы тебя видели другие люди, да? — спросил он.       — Сам-то как думаешь? — иронично посмотрел я на него.       — Блин. Но тогда куда мне тебя спрятать? Не хочу, чтобы сестра тебя увидела… — взволнованно пробормотал он.       Я хотел было что-то ему ответить, но меня перебил громкий голос, раздавшийся снизу.       — Лин! Ты ещё на чердаке? Нашёл что-то?       Килиан поспешно вскочил, собирая последние выпавшие ценности.       — Особо ничего! Щас спущусь! — ответил он, пытаясь придумать, куда меня спрятать.       Я лишь вздохнул и подлетел к тени, которую отбрасывал диван. Оказавшись в пределах её границ, я устало поднял взгляд на Килиана, застывшего от восторга.       — Как круто! Ты умеешь такие штуки? А я так смогу прятаться? — тут же подскочил он ко мне, рассматривая ставшее полупрозрачным тело.       — Сомневаюсь, что у тебя хватит сил и ума на подобное, — бросил я, подлетая к его капюшону мальчишки и забираясь внутрь.       Тени тут предостаточно, поэтому меня точно не будет видно. Этот трюк я освоил довольно давно, я и сам не знал, что так умею. Не то, чтобы у меня было время на практику… Однако, это состояние напоминало то, которое получается, если я прохожу сквозь стену. Вот только на свету у меня и это не выходит.       — Вот и хватит! — нахмурился парень, — Тогда э-э-э-э… Пойдём вниз?       — Ты у меня это спрашиваешь? Иди куда хочешь, мне всё равно.       Килиан ничего не ответил, только чуть улыбнулся, прикрывая шкатулку и быстро засовывая серьгу в карман. Он приподнял чердачный люк и в пару прыжков оказался внизу.       — Мира, ты поела? — быстро спросил он, почти пробегая мимо кухни.       За обеденным столом сидела девочка примерно лет шести с жиденькими, но опрятными косичками, слегка завивающихся снизу. Сестра Килиана была очень похожа на него самого, за исключением цвета глаз: у девочки они были более тёмные. Она повернулась и кивнула, старательно что-то пережевывая.       — Да… Очень вкусно! — произнесла она, явно с трудом проглатывая.       У неё очень плохо получается врать.       — Здорово! Я старался! А, точно… Мира, сможешь напоить дедушку? — Килиан на мгновение остановился, дожидаясь серьёзного кивка, — Отлично! Я скоро вернусь, ладно? Побудешь одна?       Девочка опять кивнула и улыбнулась.       — Ты вернёшься до темноты?       — Постараюсь! Я нашёл, что можно продать, куплю тебе что-нибудь вкусненькое, хорошо?       — Обещаешь?       — Даю слово! — Килиан подошел к сестре и крепко её обнял.       Лицо девочки оказалось рядом с моим. Я заметил, как её глаза задрожали, видимо, от появившихся слёз. Пока что я совершенно ничего не могу понять.       Как только объятья разжались, Мира широко зевнула, как бы пряча слёзы. Такая маленькая, а уже пытается скрыть грусть? Обычно дети, наоборот, только рады начать очередную истерику. Странно.       — Я сама сделаю уроки сегодня. И ты тоже должен сделать, как вернёшься! — серьёзно сказала девочка, — И посуду сама помою. И белье соберу.       — Не стоит, я сам справлюсь…       — Нет, я сделаю.       Килиан вздохнул.       — Как скажешь. Я побежал! Не забудь дать лекарства деду перед сном, он сам может забыть! — он махнул девочке рукой, хватая что-то около двери и прикрывая её.       — Будь осторожен, Лин! — раздался крик девочки из-за двери.       Как только мы оказались на улице, Килиан бросил, как оказалось, деревянный и очень сильно потасканный скейтборд на землю, тут же вставая на него и сильно отталкиваясь. Благодаря тому, что улица шла вниз, довольно быстро мы развили очень неплохую скорость.       — И куда ты направляешься? — поинтересовался я.       — В ломбард, — произнёс он, на ходу запихивая шкатулку в такой же потасканный временем рюкзак и закидывая его на спину.       Хм. Вот, что меня смутило. Внешний вид Килиана был обычным, ему даже в какой-то мере шёл этот уличный стиль, который, по всплывшим воспоминаниям, был довольно популярен, но кое-что было точно не так. Килиан был неухоженным. Не в плане, что у него была грязь на лице или ещё что, нет. Его выдавали мелочи. Ни одна хорошая мать не отпустит ребёнка лохматым. Если подумать, около входа была только одна пара обуви, подходящая по размеру Килиану, три пары обуви Миры, которые выглядели намного более аккуратно, и всё. Ни туфель, ни ботинок, которые соответствовали бы взрослой женщине или мужчине.       Одежда мальчика тоже была немного непонятной. Джинсы с дырками на коленях, это ещё ладно, помню, что это даже часть моды. Но футболка под кофтой явно застиранная, а носки и вовсе разные, причём это не часть его образа. Это была будто вынужденная мера.       И потом, почему это подросток так спешит в ломбард?       Французская улочка проносилась мимо довольно быстро. Килиану везло, он спешно преодолевал все переходы, минуя красный. Парень несколько раз оттолкнулся, ускоряясь ещё сильнее, чуть присел и… Резко подпрыгнул. Скейт прокатился по ступенькам кондитерской, Килиан ловко встал на место, не теряя равновесия, развернулся почти на сто восемьдесят и продолжил путь. На повороте мы столкнулись со стайкой прикормленных кем-то не очень ответственным голубей, которые тут же разлетелись, оставляя лишь поднятое облако крошек и перьев. Возможно, я уже и не верил, что когда-то увижу современность. Пожалуй, именно это время было тем самым, в котором жил я-человек. Слишком много ассоциаций возникает со всем вокруг. С каждой секундой, проведённой на улице, приходило всё больше откликов, некоторые фрагменты воспоминаний восстанавливались, услужливо подсказывая, зачем нужна та или иная вещь. Я всё сильнее чувствовал непреодолимую тоску.       Килиан резко затормозил, на ходу спрыгивая и одним движением ноги подбрасывая скейт и тут же его хватая. Звякнул колокольчик. Мы оказались в довольно тесном, но опрятном местечке. Холодный воздух приятно остудил, создав резкий контраст с развеивающейся утренней прохладой улицы. Похоже, сейчас было лето.       — Опять ты? — буркнул бородатый мужчина за стеклом, оторвав взгляд от телефона всего на мгновение.       — На этот раз у меня правда есть, что продать! — улыбнулся Килиан, доставая шкатулку.       — Я же говорил, что мебель и предметы интерьера продаются только после полной экспертизы…       — Нет, не шкатулка. Вот! — он распахнул крышку, поворачивая украшения в сторону мужчины.       Тот поправил очки и быстро глянул на Килиана, со вздохом выуживая некоторые украшения. Я же переместился чуть в сторону, откуда обзор был явно получше. Мельком глянув вверх, я заметил едва уловимые тени, ползающие по потолку. В этом человеке определённо проснулось что-то не заслуживающее доверие.       Человек подвинул ближе какие-то инструменты, начав всматриваться в украшение с позолоченным кулоном.       — Максимум могу дать за это десять евро, — произнёс ювелир, откладывая украшение и рассматривая другое.       Килиан значительно так погрустнел. В общей сложности, в этой шкатулке было всего девять украшений. Три браслета, пара сережек, одно кольцо и всё остальное — подвески.       — За это пятнадцать… Это тоже десять…       В целом, цена не превышала пятнадцати. От Килиана тоже начал исходить лёгкий холод тьмы. Между этими двумя что-то произойдёт. И, я уже понимаю, что именно.       — Я думал, это какие-то уникальные украшения… — пробурчал Килиан.       — Все камни недорогие, а сама работа не оценивается, ты же знаешь. Если бы был известный мастер, дал бы больше. Я и так на уступки иду, покупая у тебя, хотя ты ещё несовершеннолетний, — ювелир взял последний кулон.       Он чуть нахмурился, всматриваясь в линзы специальных очков и лупы. Я тоже чуть прищурился.       — За это дам двадцать, — голос ювелира даже не дрогнул, но я сразу всё понял по теням, начавшим своё движение над его головой.       — Обман. Это стоит около сотни, — прошептал я, примерно прикидывая цену, — Это натуральная бирюза с огранкой из золота.       — Правда? — довольно громко спросил он у меня.       — Что? — не понял ювелир.       — Я говорю… Это мне дедушка дал, сказал, стоит не меньше ста пятидесяти! — чуть возмутился мальчик.       Ювелир занервничал. Я прищурился, внимательнее наблюдая за тенями, постепенно светлеющими. Получается, он пойдёт на попятную.       — Дам восемьдесят…       — Нет, хотя бы сто!       Юверил вздохнул, кивнув. Килиан обрадовался, пока забирал деньги. Тени пропали.       — Класс! Большое спасибо! Но почему ты мне помог?       — Я не помогал тебе. Меня раздражает ложь и обман, вот и всё, — ответил я чистую правду.       — Ну, хорошо-хорошо… Блин, мне ещё листовки забрать нужно! Надо торопиться, а то опоздаю… опять, — снова заторопился Килиан, забираясь на доску.       — Ты хоть на секунду успокоишься? Носишься как угорелый… — немного раздражённо проговорил я, снова чувствуя, как мы начали набирать скорость.       — Что поделать? Буду тормозить — ничего не успею! — радостно воскликнул он.       Ладно, нужно просто немного его потерпеть. Три дня. Не то, чтобы он меня раздражал так уж сильно, но никакого доверия пока не заслуживает, да и…       Какое к людям может быть доверие? Все одинаковые.       — Слушай, а как ты узнал, сколько стоит тот кулон? — спросил парень, пока мы ехали.       — Опыт, — сухо ответил я.       — А сколько тебе лет?       — Много.       — А ты сильнее, чем квами Леди Баг? Или Кота Нуара?       — Ещё тупые вопросы будут? Может, озвучишь всё сразу, чтобы я просто ответил: «не твоё дело»? Мы уйму времени так сэкономим.       — Чего такой несговорчивый? Мне казалось, что мы подружились… — расстроенно пробурчал Килиан.       Я ничего ему не ответил. Этот парень выматывает просто невероятно сильно. У меня после пары минут разговоров с ним уже голова болит, хоть и она у меня не может болеть в привычном понимании. Может, это частично из-за того, что я долгое время провел в изоляции? Мы с ним встретились полтора часа назад, а у меня уже сил нет.       Килиан вышел на резкий поворот, приседая на скейте практически полностью и чуть отклоняясь назад. Доска прокатилась по асфальту, позволяя повернуть без потери скорости. Впереди показалась женщина с собакой на поводке. Маленькая болонка зашлась в неистовом лае, причем смотрела она ровно на меня. Ох… У собак, да и у кошек, всегда такая реакция.       Я уж думал, что Килиан врежется в поводок и упадёт, однако, он неожиданно резко подпрыгнул, перелетая через препятствие и приземляясь аккурат на скейт, прокатившийся под ним. Уже оказавшись за углом сзади донеслась перемешанные с лаем собачонки ругань женщины. Хоть бы постеснялась в выражениях.       Килиан азартно улыбнулся.       — Обожаю такие моменты, — признался он, краем глаза глядя на меня.       — Автобус куда безопаснее, — сказал я, как раз глядя на этот транспорт.       Хотя, как мне кажется, я предпочитал метро. Или… Глядя на легковушку, остановившуюся на светофоре, воспоминания всё же что-то да кольнуло. Мне кажется, я умел водить. Причём воспоминаний с машинами было куда больше, я без труда узнал и модель, и даже навскидку вспомнил, какого года выпуска была эта конкретная машина. А ещё, по звуку, который легковушка издала, когда начала ехать, можно было предположить, что конкретно не так с её двигателем.       — Автобус медленный. А ещё не хочу каждый раз платить, — ответил Килиан.       Не хочет платить за автобус? Но билет же стоит копейки. Мне всё сильнее казалось это странным. Почему-то создавалось впечатление, что он ведёт себя немного не так, как должен бы подросток его возраста.       Килиан вновь затормозил, хватая доску и поправляя лямки рюкзака. Он зашёл в небольшой придомовой магазинчик, натягивая уже привычную яркую улыбку.       — Килиан! Ровно ко времени подъехал, молодец! — его с распростертыми объятиями встретила полноватая женщина с волосами вырвиглазно-фиолетового цвета.       — Ага! Готов работать!       Женщина улыбнулась и достала из-под витрины целую стопку ламинированных листовок.       — Вот.       Сверху, прямо на стопку, женщина положила семьдесят евро.       — Я всё сделаю! — воскликнул Килиан, забирая листовки.       — Знаю-знаю… После твоей раздачи действительно приходят клиенты.       Килиан кивнул, попрощался и вышел.       — Ты подрабатываешь?       — Угу. Два раза в неделю тут, и ещё в двух других местах. Но это потом. Сейчас нужно эти раздать!       Килиан поставил ногу на скейт, оглядывая улицу. Очевидно, что ему нужно место, где будет как можно больше людей.       — Ну, ладно… Поехали!       Килиан оттолкнулся от тротуара, проезжая дорогу. Судя по пику Эйфелевой башни, мы направлялись куда-то ближе к площади. В целом, его логика была ясна: там очень много туристов, которых можно завлечь в небольшую лавку сувениров. Место, конечно, не очень-то удачное, но, мне кажется, в Париже слишком дорогая недвижимость, чтобы привередничать. Особенно в центре.       Пока мы ехали, Килиан умудрялся, не снижая скорости, каким-то образом ловко огибать многочисленных прохожих, ещё и параллельно с этим совал им листовки прямо в руки. Да уж, ясно, почему от такой наглой рекламы приходит много клиентов. Возможно, часть из них хочет просто оставить жалобу?       Ровные ряды аккуратных деревьев показались из-за забора. Килиан вновь ускорился, подскакивая и перемахивая через небольшой заборчик. Кажется, этот пацан реально любит экономить время на различных переходах. Раздался неприятный свист, что заставило Килиана всё же притормозить. Издалека на него недобро глянул полицейский, но, видимо, решил не разбираться так уж серьёзно, просто предупредительно погрозив ему пальцем. Килиан кивнул и, стоило мужчине в форме отвернуться, он тут же снова стартанул, скрываясь за фонтаном.       Килиан, лавируя между туристами и прохожими, очень быстро распространил листовки все, до единой. И, когда работа была окончена, он слез со скейта, плюхаясь на ближайшую лавочку и буквально растекся по ней. Покрасневшие щеки и сбитое дыхание только доказывали то, насколько он устал. Парень перевернул кепку козырьком вперёд, скрывая лицо от яркого солнца. Однако, несмотря на очевидную усталость, на лице этого парня всё же сияла довольная улыбка.       Солнце садилось. Килиан просидел на лавочке минут пятнадцать, переводя дух и, на удивление, ничего не говоря. Я думал, он так не умеет. А, затем, он неожиданно вскочил, глядя в телефон.       — О, нет! Шоколад! Я забы-ы-ыл! У меня десять минут!       Парень снова превратился в неугомонный волчок, вскочив на доску и развив просто нечеловеческую скорость. Огни города медленно загорались, а мы вовсе не медленно неслись к ближайшему супермаркету. Килиан чуть ли не врезался в ступеньки, но успел спрыгнуть и найти равновесие, забегая внутрь.       — Молодой человек, пять минут до закрытия! — крайне недовольно процедил охранник.       — Конечно, месье, я быстро! — протараторил он, бегом направляясь к кассам.       Прокатившись по начищенному до блеска полу, Килиан свернул в раздел со сладким и только перед полками замешкался. Он быстро всё осмотрел, потянувшись к определённой плитке, выбранной вовсе не случайно, и понёсся к кассе. Последний кассир всё же пробил выбранную плитку молочного шоколада и, заплатив, Килиан вышел ровно за минуту до закрытия.       Он устало прислонился к стене магазина, задирая голову к небу.       — Блин, а обещал ведь вернуться до темноты, — грустно произнёс он.       — Первый день прошёл, — как бы невзначай сказал я.       — Что?! В смысле?! — воскликнул Килиан, крайне удивленно округлив глаза.       — Мы условились на три дня. Солнце село, первый день прошёл, — равнодушно ответил я.       — Но день — это двадцать четыре часа! — возразил парень       — В моём понимании день — это то, что заканчивается, когда садится солнце.       — Ты… ты обманщик, вот ты кто! Ну и пускай! Я всё равно своего добьюсь, просто сегодня не было времени! — он показал мне язык.       — Ну, конечно… Думаешь, я бы стал играть с тобой в этот «договор», если бы точно не был уверен в своей победе? — я иронично выгнул брови.       — Рано празднуешь свою победу! Если я разгадаю, как трансформироваться, то всё пройдёт как надо!       — Не сможешь. Без особой фразы не получится, а её установил первый…       Раздался взрыв. Улица, только что погружённая в темноту и едва освещаемая единственным фонарём из-за угла, буквально залилась светом. Землю тряхнуло, да так, что окна чуть потрескались, а машины почти одновременно взревели сигнализациями. Килиан испуганно посмотрел в сторону. По его взгляду было ясно, что это что-то совсем его не удивило, но от этого менее страшным оно не становилось.       Громогласные шаги становились ближе. Парень, растерявшись, не совсем успел сообразить и очнулся только тогда, когда яркий свет почти что ослепил и меня, и его. Мне стало немного нехорошо, но проблема была не во мне. Килиан пребывал в ступоре. Впрочем, и я не далеко ушёл. Всё-таки видеть какого-то то ли демона, то ли… что это вообще за чудовище? И откуда оно взялось?       — Что это… — пробубнил я, во все глаза уставившись на непонятное яркое пятно.       Гигантская антропоморфная фигура возвышалась рядом с магазином, около которого были и мы. Всё тело этого существа источало яркий электрический свет, исходящий от намотанных на него же многочисленных ламп и гирлянд. Килиан, всё же, сумел взять себя в руки после моего щипка и рванул в сторону сразу, стоило монстру замахнуться. Двери магазина открылись и парень проскользил по полу, тут же подскакивая и бросаясь вглубь супермаркета. Я уже мысленно расстроился. Он совершенно не обладает наблюдательностью. Монстр хотел ударить вовсе не его, скорее, он даже Килиана не заметил. Он бросился к единственному источнику света — ярко горящим окнам магазина.       Сзади раздался грохот. Лапа монстра пробила часть магазина и зацепилась за крышу, резко снимая её будто открывая консервную банку. Килиан находился в противоположной стороне от входа.       Я посмотрел вверх. Чёрные тени начинали клубиться совсем рядом. И их становилось пугающе много, будто мотыльки слетелись на свет. Раздался чей-то крик. Монстр дёрнул лапой и крыша начала отрываться от стен здания. Работающие лампы загудели, сверху посыпались искры и раздался громкий металлический скрежет.       — Скоро начнется пожар, — произнёс я, — Нужно выбираться.       — Что… так хочешь меня спасти? — прокряхтел парень, чуть выглядывая из-за витрины.       — Серьга опять потеряется и попадёт не в те руки, если ты погибнешь. Я покажу безопасную дорогу…       — Там кто-то есть! — воскликнул Килиан, замечая что-то с противоположной стороны, куда его хотел отвести я.       Именно с той стороны тени клубились слишком уж явно.       — Не иди туда, — посоветовал я.       — Там человек!       Вопреки моим предостережениям, Килиан упрямо попёр в другую сторону.       — Стой! Ты слепой? — воскликнул я, уже не выдерживая и выбираясь из капюшона, — На пол посмотри!       Вода из поломанных аквариумов со свежей рыбой растеклась по полу. Многочисленные провода то и дело нетерпеливо подскакивали, сочась электричеством. Рыба, лежавшая на полу не шевелилась — верный признак смерти.       — Там кто-то есть! Нужно помочь! — упрямо произнёс парень, аккуратно забираясь на стойку с мясом.       Он ловко перепрыгнул через опасный участок, оттолкнувшись от стенда. Обогнув отдел с замороженным мясом, Килиан всё же отыскал парня, который сейчас был без сознания.       — Что мне делать? — прошептал он, разглядывая полусидевшего на стуле сотрудника магазина.       — Он ещё жив. Но, кажется, это ненадолго, — произнёс я, зависая рядом с Килианом, — Ты не сможешь его вытащить, а если попытаешься пострадаешь сам.       — Я не могу его бросить! — возмутился он.       — Тогда сам думай, что делать. Кажется, ему по голове прилетело…       Повезло, что парень был почти лысым. На затылке чётко был виден след от удара.       — Если бы герои были здесь… — Килиан посмотрел на меня, — Неужели ты не можешь помочь?       — Нет. У нас договор, я не нарушаю его условия и не могу нарушить. Он скреплён не только словом, но и магией, поэтому я тебе подсказывать ничего не смогу.       — Он же погибнет?       — Значит, такова его участь, — я пожал плечами.       И не то, чтобы мне хотелось, чтобы он погиб, просто… Не знаю, странное у меня состояние сейчас. Честно говоря, мне совершенно безразлично происходящее, но в то же время я понимаю, что хочу помочь. Но от меня никогда ничего не зависит. Я слишком хорошо выучил этот урок.       — Аргх! Я всё сделаю сам! — выкрикнул Килиан.       Парень кинул скейт на пол. Аккуратно встав на него, он сумел доехать до сотрудника и подняв его за ноги, оттолкнулся от стойки с хлебом. Кресло, на котором сидел человек, было на колесиках, поэтому не составило труда вывезти его в безопасную зону.       Как только мокрый пол закончился, Килиан начал ехать быстрее и направился к запасному входу. Я украдкой взглянул вверх. Тени, что сгущались над головой парня, в тот же момент начали светлеть, пропадая. Злая судьба миновала бедолагу.       Килиан подёргал дверную ручку. Запасной вход оказался заперт.       — Ну ты и болван, — фыркнул я, глядя на единственную уцелевшую лампу над головой Килиана.       Он тоже, кажется, запоздало сообразил.       — Н-нет, я же… — занервничал парень, начав с удвоенной силой ломиться в дверь.       Тщетно. Сбоку стена, с другой стороны электрическое море. А прямо перед Килианом появилась морда светлячка.       — Что делать? — парень умоляюще посмотрел на меня.       Я лишь пожал плечами, быстро глянув вверх и успокоившись.       Секунды пошли быстрее. Вот, чудовище занесло лапу для удара. Оно становилось всё ближе, а Килиан только и сумел, что зажмуриться.       — Супер-Шанс! Катаклизм! — раздались вопли из-за спины чудовища.       Я скрылся в тени капюшона, исподлобья глядя на развернувшуюся сцену. В руках девчонки в костюме арбуза появилась лампа, которую она тут же включила. Светлячок развернулся, находя более мощный источник света привлекательнее грязной лампы с надписью «выход».       Дальше я не совсем сумел разобрать, но чёрная энергия из руки котопарня пошла по кабелю, волочившемуся за светлячком. Его тело в один момент рассыпалось сотней золотых искр.       — Вау! — восторженно замер Килиан.       Я лишь закатил глаза.       — Вы целы? — к нам подбежала арбузная девочка.       — Д-да… Этот человек ранен! — воскликнул Килиан, указывая на парня, которого он всё это время держал рядом.       Тот всё ещё был без сознания, поэтому, девчонка его подхватила на руки и, выкрикнув что-то, почти сразу ушла в неизвестном направлении.       — Её сила ведь должна восстанавливать повреждения? — произнёс я, вспоминая что-то такое из книги, которую когда-то мне довелось прочесть.       — Ну да, но она не может исцелять раны. Ты не знал?       Я выпал. В смысле, не может? Это же и есть созидание напрямую. Прошлые, такие как она, которых я знал, могли и не такое проворачивать. А уж то, что про них Лузидж рассказывал и упоминать не нужно.       — Ты в порядке? — теперь с этим вопросом подвалил котопарень.       — Да, большое спасибо! Ещё бы немного…       — Ты молодец, что вытащил этого парня! Мы довольно быстро обезвредили злодея, ха-ха! — котопридурок почесал затылок, — Ну, ладно, я пойду…       — Погоди! А ты… А у тебя ведь тоже есть квами, так?       — Тоже? — не понял он.       — Ну да… В смысле, как у Хлои Буржуа, да?       Герой явно занервничал. Очевидно, что ему не хотелось говорить на эти темы.       — Мне просто интересно… У твоего квами такая же фраза превращения, как у Хлои? Я просто читал в ЛедиБлоге…       — О, эм… Не совсем, хах… Ну, я говорю что-то вроде «выпусти когти» и думаю о трансформации, вот.       — А Леди Баг?       — Ну… Мгм… Кажется, она говорит «пятна». Ладно, мне правда пора, пока!       И почему он так просто ответил? Бред же. Хотя, может, просто подумать не успел? Или это не такая уж скрытая информация?       — У тебя тоже всего одно слово? Или два? — начал допытываться Килиан.       — Ты же понимаешь, что я не отвечу? Зачем спрашиваешь?       Он ничего не ответил. Просто чуть погрустнел и направился к выходу из магазина.       Улицы были довольно красивые и, самое приятное, пустые. Днём тут толпы туристов, а вот вечером достаточно пустовато. Ну, по крайней мере именно в жилом квартале. Около достопримечательностей-то точно не разгуляешься.       Ближе к дому, я заметил, что Килиан довольно часто смотрит на пик Эйфелевой башни. Отсюда её видно совсем плохо, но всё же что-то да проглядывает. Ох, а мне ещё целых два дня нужно прожить.       — Я дома… — вздохнул Килиан, тихо ставя доску рядом с дверью.       Её он тоже прикрыл каким-то привычным движением совсем без шума. Внутри было темно. Только маленький светильник на кухне и горел. Пройдя дальше, Килиан грустно посмотрел на плиту и быстро поставил кастрюлю в холодильник. Обстановка была довольно простой, без излишков.       — Блин, сказал же, что сам помою… — буркнул парень, глядя на чистые тарелки.       Перед тем, как щёлкнуть переключателем, он пробежался взглядом по бумажкам, лежавшим на столе. Лишь мельком, прежде, чем кухня погрузилась в темноту, я успел заметить, что это были многочисленные счета.       Килиан, минуя ванную, быстро поднялся на второй этаж проходя через какое-то непонятное помещение, больше похожее на выставочный зал, и осторожно вошёл в комнату, всё так же бесшумно закрывая двери. Как я успел заметить, тут было всего четыре жилых помещения.       Комната Килиана была очень маленькой. Тут, конечно, было где развернуться, но никакого свободного пространства совсем не осталось. На полках стояли, кажется, совсем нетронутые тетради и книги, игрушек почти не было. Корзина с одеждой, стоявшая в углу, стала, скорее, столом, потому что вещи комом лежали на крышке, а не внутри, местами свисая и даже скапливаясь на полу рядом. На стенах, правда, были вывешаны многочисленные постеры музыкальных групп, а в коробке под столом была гора банок с краской и баллончиков с ней же. В книжном шкафу были книги вперемешку с комиксами и малым количеством каких-то фигурок. Тут же я заметил в чуть приоткрытом шкафчике выглядывающие листы и альбомы. Он рисует?       Килиан плюхнулся на кровать, уставившись на меня.       — А ты… спишь? — спросил он.       — Мне не нужен сон, — ответил я, садясь на стол.       Всё ещё никак толком не могу привыкнуть к этой левитации. Чувствую себя неправильно, мне слишком некомфортно так перемещаться, но выбора нет, потому что ноги этого тела для ходьбы не приспособлены.       — Понятно… Слушай… Ты же знал, что там, в магазине, мне ничего не будет? — неожиданно спросил он.       — С чего ты так решил? — поинтересовался я.       Может, голова у него все-таки немного работает?       — С того, что ты показывал мне безопасный путь, откуда-то будто его зная. Ты можешь возвращаться в прошлое? — с какой-то надеждой спросил он.       — Нет, абсурд, — покачал я головой.       — Тогда у тебя есть паучье чутьё?       — Что это?       — Ну, это когда ты можешь предвидеть опасность!       — Нет, это… Не так работает.       — А как?       — По-другому. Пропустим это, — я сложил лапы вместе.       — Ну, ладно, а ты видишь в темноте?       — С чего ты так решил?       — Ну, а разве вороны не видят в темноте? — искренне заинтересовался он.       — Вороны — дневные птицы, болван. Где ты видел воронов, охотящихся ночью? Это же не совы.       — Тогда, если я превращусь, смогу летать?       — Нет, не сможешь.       — Ну, хотя бы быстро бегать?       — Я что, заяц?       — Но вороны разве не очень быстро летают?       — Вороны далеко не самые быстрые птицы.       Килиан явно разочаровался.       — Тогда в чём вороны хороши? Если не самые быстрые, не видят в темноте…       — Вороны — самые умные птицы, но ума тебе явно не прибавится, — вздохнул я, — Ложись уже спать. У меня рот устал тебе отвечать.       Килиан вздохнул и, сняв кофту, выключил светильник. Я решил сегодня не спрашивать у него про того монстра, и откуда он конкретно вылез. Было видно, что Килиан не особо удивился подобному, значит, происходит это далеко не в первый раз. Может, я всё же в какой-то альтернативной реальности, где они вылезают из каждой дыры? Но что-то на улице я не заметил каких-то мер безопасности или хотя бы предупредительных постеров с инструкцией, что делать.       — И всё-таки я обязательно выиграю, бука.       Я вздрогнул. Когда я посмотрел на Килиана, тот уже беззаботно посапывал, видимо, отключившись сразу, стоило голове коснуться подушки. Внутри проснулось что-то очень давно позабытое. На мгновение меня захлестнула печаль.       — И чего вы так меня все называете… — пробормотал я, усаживаясь на подоконник.       И звёзд совсем не видно. Тёмное небо заволокло лёгкой дымкой облаков. Только крошечная точка на верхушке главной достопримечательности Парижа слегка мигала. Наверное, оттуда открывается просто удивительный вид.