You should see me in a crown

Телефон продолжал монотонно вибрировать в руке, напоминая, что звонок длится уже почти тридцать секунд и на решение у него оставалось всего ничего. – Даже если это он, то что он сможет сделать? Диппер не был уверен, кому принадлежал голос, Биллу или ему самому. Возможно, разговор действительно происходил лишь в его голове. Но сейчас это было не важно. В данный момент все его внимание устремилось к зеленому и красному кружочкам. «Что выбрать?» – повторял он, метаясь от одного решения к другому. Ему хотелось, чтобы это был Тим. Безумно хотелось. И он отказывался верить, что тот ничего не сделает для него. Тим всегда помогал ему и приходил на помощь, а значит точно не бросит в столь хреновом положении. Их последняя встреча лишь подтвердила это. – У тебя есть я, – теперь это точно сказал рядом сидящий Билл. – Мы справимся одни. Без посторонних. Взгляд на Сайфера, телефон, и палец Диппера скользнул по дисплею. Выбор был сделан в последний момент. Поднеся трубку к уху, он выговорил глухое «Алло». – Диппер, черт, что случилось? Это был Тим. Голос звучал уставшим, более низким, но определенно точно принадлежал ему. – Я… Я не знал, что это ты, – с трудом сдерживая радость, проговорил Диппер. – Звонок отобразился как «неопределенный». – А, да, я звоню от знакомого. Сам по нулям, плюс проблемы с картой. Но я так испугался, получив от тебя сообщения, что не смог ждать. Ты сейчас в безопасности? – Да, в Бостоне. – Черт, я в Нью-Йорке. Билеты на послезавтра. Сможешь продержаться? – Думаю, да. Смогу. – А как ты… – хотел спросить он, но внезапно замолчал. – Черт, мне бы не хотелось обсуждать лишнее по телефону, чтобы в случае чего не было больше проблем. Короче, сиди там, где ты сидишь, никуда не выходи. Не привлекай к себе внимания. Все понял? – Да, понял. Я уже и так. – Молодец, – с интонацией строгого преподавателя завершил он. – У меня пока проблемы со связью, но, если что-то срочное, пиши. Попробую найти способ связаться. И, пожалуйста, береги себя. – И ты, – после чего звонок прервался. Казалось, что после разговора с плеч рухнула тонна проблем и беспокойств, которые душили его все это время. Только сейчас он осознал, насколько ему было плохо от своей уязвимости и беспомощности. Переполненный счастьем и каким-то ненормальным спокойствием, Диппер обернулся и увидел позади пустую кровать. Билл исчез, будто его никогда здесь и не было. Радость вмиг улетучилась, и в груди что-то неприятно заболело, словно его лишили чего-то чересчур важного. «Он всегда исчезает, когда ты этого не ждешь. Успокойся» – холодно констатировал он сам себе, забираясь с ногами на кровать. Диппер помнил слова Сайфера «я никуда не исчезну», а теперь в комнате снова не было никого, кроме него самого. Возможно, как он предполагал, что, взяв трубку, он нарушил какой-то незримый возникший между ними договор. Билл не хотел, чтобы он приплетал Тима, а Диппер все равно обратился к нему за помощью, за что снова получил одиночество. Он последовал совету Тима и весь день провел в номере, выходя разве что к ресепшену, чтобы отменить уборку номера. К счастью, рядом находилось несколько азиатских ресторанчиков, откуда Диппер заказал себе доставку на несколько приемов пищи. Подобное затворничество напоминало его обычные писательские будни, правда теперь изоляция была вынужденной, а не добровольной. Но если об этом не думать, то становилось легче, а не думать лучше всего помогала работа над текстом. Точнее думать совсем в другом направлении. Порой Дипперу казалось, что только так он мог заглушать тревожность, чувство апатии или страха. Он погружался в текст целиком и полностью, проживал жизнь со своими героями даже в моменты, когда кидал их от одной опасности к другой. Книга про Билла Сайфера не имела четкой сюжетной линии. Все происходило хаотично, рвано, выпрыгивало на зрителя подобно ядовитой змее, пугая и болезненно жаля. Да, вначале все начиналось как роман-приключение, точнее воспоминания о былых приключениях и рефлексии над нынешними травмами, но постепенно все закручивалось, менялось, становилось абсурдным и сложно понимаемым. Билл Сайфер по сюжету тоже был писателем-журналистом, и в своем новом тексте он рассказывал о лабиринте, но делал акцент скорее на его страшности. Ему хотелось напугать читателей и показать, сколько всего ужасного и необъяснимого существует в нашем мире, а по сути неосознанно пытался поделиться самым болезненным и интимным для себя самого. Ведь его жизнь буквально вращалась вокруг опасных поездок на другой конец света, он жил от одной до другой, забываясь и прячась в них, но когда все закончилось, он столкнулся с экзистенциональным кошмаром во плоти. Все его существование потеряло смысл. Здесь Диппер начинал работать над формой. Ему не хотелось написать просто, он хотел сделать все так, чтобы читателям пришлось «читать между строк» и возвращаться, перечитывать главу. Порой он ловил себя на том, что специально издевается, особенно, когда ему было самому не очень хорошо. Диппера давно злило, что никто не хочет напрягаться, что литература теряет свою изначальную наполненность и постепенно превращается в абсолютно пустое развлечение, джанкфуд, дающий минутное удовольствие и не оставляющий после себя ничего. В его тексте все будет по-другому, и тут уж изнеженным соевым мальчикам-девочкам придется поднапрячь мозг. Сначала Билл думал, что просто играет, желая под видом массовой литературы показать нечто некомфортное, но постепенно он сам теряется в своих чувствах, переживаниях, и в конечном счете его собственный текст стал вызывать у него тревожность. Каждая строчка триггерила, и он сильнее начал погружаться в свою боль и ПТСР. Текст становился ломаным, с трудом читаемым, он обрывался на середине и продолжался с рандомного момента. В конечном счете Билл Сайфер уничтожал свою недописанную книгу, полностью погружаясь в себя и свои ментальные проблемы. Творение взяло верх над творцом (абсолютно франкенштейновский сюжет, почти) и в итоге свело его с ума. Диппер писал весь день, отвлекаясь только на горячий чай и еду. Все получалось так быстро, что даже становилось страшно. Большая часть текста была дописана, оставались лишь клаймакс и финал. Здесь ощущалась наибольшая ответственность. Если сделать все неправильно, то читатели разочаруются и начнут откладывать книгу, потом чаще и чаще, пока окончательно о ней не забудут, а потом вернутся спустя месяцы, только чтобы оставить недовольные отзывы в соцсетях. За окном темнело, и совсем скоро Диппер перестал видеть в комнате что-либо помимо освещаемого настольной лампой пространства. Тем временем стопка исписанных листов увеличивалась. Периодически он возвращался к ним, чтобы перечитать, поправить, переписать тот или иной кусок текста. Да, при переносе на компьютер его ждала еще более долгая редактура, но какие-то наиболее броские шероховатости хотелось исправить прямо сейчас. Неожиданно раздался стук в дверь. На мгновение Диппер замер, думая, что ему послышалось. Но вот звук повторился – несколько глухих ударов по деревянной поверхности разнеслись по номеру. Чувство паники нахлынуло подобно холодной волне. Первая реакция – по-детски спрятаться под одеялом и надеяться, что стоящий по ту сторону двери чужак уйдет, оставив его в покое. Но стук повторился вновь, уже более звучно и угрожающе. Поднявшись с кровати, Диппер осторожно пересек комнату, прислушиваясь, будто надеясь по звукам, шорохам, дыханию узнать, кто там, но все вокруг заглушал стук собственного сердца. Оказавшись рядом с дверью, он прижался к ней ухом и тихо спросил: – Да? Ответом ему была тишина. – Кто там? И снова тишина. Диппер нервно сжал край футболки, оттягивал, перекручивая пальцами. Его раздражала собственная трусость. Скорее всего это была горничная, которая, видимо, не увидела его заявку на отказ от уборки номера. Или еще какие-то организационные вопросы. Не выдержав, он провернул ключ и отворил дверь. В коридоре никого не было. Совсем никого. Оглянувшись по сторонам, Диппер ничего не увидел, кроме множества молчаливых дверей соседних номеров. «Что это было», – пронеслось в голове. – «Не могло же мне показаться». Внезапно зазвонил телефон, и это был уже второй звук, который заставил Диппера дрогнуть от испуга за последние несколько минут. Взглянув на дисплей, он снова увидел не определяющийся номер и в этот раз без промедления скользнул пальцем по зеленой трубке. – Диппер, это снова я, Тим, – услышал он на другом конце провода. – Ты как? – Все нормально. – Никуда не выходишь? – Нет, я дома, то есть в номере. А что? – спросил он, еще раз оглядываясь в коридоре, а потом возвращаясь обратно и запирая дверь на ключ. – У меня получится приехать раньше. Уже завтра буду в Бостоне. В груди радостно ёкнуло. Дипперу казалось, что его подняли невидимые руки и он воспарил над всеми проблемами, отчего они вмиг показались незначительно маленькими. – Правда? Я даже не знаю, как… – А вот это обсудим позже, – усмехнулся Тим. – Давай записывай адрес. Они договорились встретиться в одном из отдаленных районов, в сквере, где точно не будет лишних глаз. Диппер понимал, что все это перестраховка и вряд ли его уже принялись выслеживать, но лишняя осторожность не повредит. К тому же, чем меньше полицейских встретится, тем будет лучше. Сейчас действительно казалось, что все будет хорошо. Дипперу даже больше не страшно находиться в темноте номера. Пара легких шагов, и вот он снова на кровати, укутанный одеялом. Внезапно теперь даже захотелось спать. Вообще, тело ощущалось тяжелым, неповоротливым, и, кажется, единственное на что хватит сил – это уткнуться носом в подушку и поскорее заснуть. Он так и сделал. Отложив рукопись на прикроватную тумбочку, Диппер накрыл себя с головой одеялом и блаженно закрыл глаза. Только сейчас он понял, как на самом деле устал после бессонной ночи и долгой поездки. Последние дни вообще, казалось, слились в один, вечный и страшный, которому вот теперь наступал долгожданный конец. Диппер чувствовал, как начинает падать вниз. Мышцы расслабились, дыхание выровнялось, и вот он уже между сном и явью. Это то самое состояние, когда ты еще ясно осознаешь свое засыпание, но при этом уже ничего не можешь делать. Тело тебе больше не подвластно. Оно перешло невидимую границу, откуда нельзя вернуться лишь по собственному желанию. Тут что-то тяжелое легло на него сверху, прижимая к кровати и забираясь руками под футболку. – Ты такой теплый, – услышал он над ухом бархатистый голос Билла. Ему сложно объяснить, что он чувствовал в данный момент – ему страшно, спокойно, беспокойно, отчаянно и одиноко. Дипперу хотелось оттолкнуть от себя Сайфера и в тот же момент прижаться как можно ближе. Противоречивость ощущений убивала – донельзя абсурдно любить и тянуться к тому, что лишь сильнее сводит тебя с ума. Рука Сайфера спустилась ниже, касаясь резинки штанов, а потом и паха. Его тело среагировало молниеносно, и вот он сам уже потянулся к нему, прижимаясь спиной к чужой груди. Ничего больше не имеет значения. Даже сквозь дымку сна он ощущал всепоглощающее желание, что заставляло мелко дрожать. – Я думал, ты ушел, – тяжело произнес Диппер, все так же не решаясь открыть глаза. – Брось, ты знал, что я никуда не уйду, – и в следующее мгновение Билл перевернул его на спину, устраиваясь между ног и касаясь губами шеи. – Ты ждал меня, а я ждал тебя. Они целовались, как ненормальные, и вот уже Билл оказывается под ним, вжатый в кровать, абсолютно открытый и готовый. Мягко проведя пальцами по лицу, Диппер любовался его острыми чертами и гладкой, неестественно холодной кожей. Билл Сайфер напоминал статую, такую же красивую и изящную. Прежде чем снова коснуться его губами, Диппер обессиленно упал ему на грудь и уткнулся лицом в рубашку. – Я ничего не понимаю… Совсем. Билл тихо рассмеялся и лишь сильнее прижал его к себе. – Даже если меня нет рядом, это не значит, что я ушел, – проговорил он, целуя уже сам, сначала в губы, а потом в шею. – Доверься мне, стань моим, и ты увидишь, как все изменится для тебя. Разумнее всего было прекратить все прямо сейчас. Поставить точку, перечеркнуть раз и навсегда. Но Диппер сдался без боя, полностью отдав себя без остатка этому больному безумию. Его – нет – их общему. Общему безумию. «Кто такой Билл Сайфер?» – то и дело проносилось у него в голове, но он всеми силами игнорировал любую разумность. Казалось, что если он начнет думать об этом чуть больше, то окончательно убедится в своих страшных догадках. Прямо сейчас ему просто хотелось быть с ним. Быть рядом, верить в его реальность и касаться так, как никого и никогда. В следующей главе мы снова отправимся в прошлое Диппера. Вы можете повлиять на то, как именно оно будет рассказано. Поэтому выберите ассоциативный ряд, на основе которого будет строиться флешбек. - Ссора, лес, охота - Книга, кафетерий, опасность - Чердак, секреты, травма