Некромантия, хвост и прочие неприятности

Кафе, в которое привел его Дэниел, было светлым, милым, обставленным с таким изящным минимализмом, что становилось ясно – заведение из разряда «простым смертным входа нет». Лейнар с интересом оглядывался, изучая и композиции цветов, расставленных на каждом столике, и сами эти столики из белого дерева – редкого материала, стоящего баснословных денег – и стеклянные столешницы… Посетителей было всего ничего – слишком рано для знати. Те поднимались ближе к обеду… - Господа, добро пожаловать в «Первоцвет», есть ли у Вас какие-нибудь пожелания? Напитки? Особые блюда? – перед ними материализовалась миловидная официантка, элв с пушистой пуховкой нежного персикового цвета на хвосте. Надо же, из дворян, а работает в кафе. Лейнар растерялся было, но Дэниел взял дело в свои руки - улыбнулся обезоруживающе, подмигнул и произнес: - Кофе мне, а моему спутнику… меню. Девушка с энтузиазмом кивнула, повернулась к Лейнару и… по памяти зачитала меню. Растерявшийся Эверетт запомнил ровным счетом два блюда, звучавшие более-менее знакомо: кофе с молоком и омлет. Их и заказал. Девушка улыбнулась еще шире и вновь заурчала, рассказывая, как готовят эти два «удивительных» блюда. - Кофе у нас варится со специями… Вы можете выбрать их на свой вкус. - А какие есть? - Какие угодно… Лейнар замешкался, девушка же, посверкав улыбкой еще немного, поняла, что с выбором клиент не торопится, и предложила: - Перечислить? Эверетт кивнул, и тут же пожалел об этом – практически все озвученные официанткой названия были ему незнакомы. Удалось опознать лишь ваниль, но ее Лейнар терпеть не мог… А на них, кажется, уже начали обращать внимание – сидевшие неподалеку три дамы, выглядящие пышно и богато, поглядывали в их сторону и обменивалась короткими фразами, после каждой жеманно хихикая; расположившийся через пару столиков от них парень, сидящий с какой-то эльфийкой, ехидно улыбался, у его спутницы явственно дрожали плечи. В итоге Лейнар смешался и назвал ваниль. Официантка вновь улыбнулась так, будто такой выбор был самым лучшим в ее жизни, и взялась за молоко… - А с молоком-то что может быть? – чувствуя себя идиотом пробормотал элв. - Есть несколько видов жирности, так же, молоко поставляется к нам из разных областей Империи и каждое обладает своим уникальным вкусом… И это они еще до яиц не добрались, пожри их железный демон! Женщины за соседним столиком уже не стесняясь хихикали, явно получая удовольствие от представления, да и официантка, похоже, тоже от души наслаждалась происходящим. Встать и уйти? Но Дэниел уже сделал заказ… Лейнар кинул на своего спутника растерянный взгляд и осекся: девушка, по правилам этикета глядевшая на делающего выбор посетителя, на парня не смотрела, от женщин железного воина отделяла спина Лейнара, и потому никто из них не видел ледяного бешенства в ртутно-серых глазах. - Хозяина сюда, - и от этого тона веяло таким могильным холодом, что замолкли даже не обращающие на происходящее никакого внимания пара мужчин в углу. Официантка осеклась, перевела взгляд на Каррейна и стремительно побледнела. Хихиканье за спиной Лейнара оборвалось, будто отрезали. Дэниел на элву даже не взглянул, только приподнял бровь, будто удивляясь, что она до сих пор стоит рядом со столиком. И та поняла – умчалась в сторону служебных помещений, а парень, чуть выпрямившись, будто в воздух кинул: - Неужели фамилия Дэйверр выродилась настолько, что позволяет своим потаскухам завтракать в приличном обществе? Ехидно улыбающийся парень побледнел, но встал и срывающимся голосом произнес: - Вы позволили себе оскорбить мою невесту?! - Если это невеста, и позволяет себе повадки портовой шлюхи, мне жаль вашего отца. Он так ходатайствовал, чтобы вы не попали на передовую и отсиделись в тылу, что мне удивительно, где вы раскопали себе столь… удивительную «невесту», чья профессия, хоть и благородна, но все-таки не аристократична. - Я… я… Дэниел лениво обернулся и вскинул бровь, ожидая. Эльфийка смотрела укоризненно, но все-таки не выдержала: - Хам. С чем встала и отбыла. А ее «жених», красный, как вареный рак, поспешил следом. Взгляд ледяных ртутно-серых глаз переключился на трех дам: - Леди Воллент, я знал, что вы способны на многое, что подтверждают ваши… обширные связи, но, чтобы опуститься до комментирования чужого заказа, нужен особый талант. - Лорд Каррейн, мы всего лишь обсуждали, как на той неделе моя подруга Милли пришла в смешной шляпке с совершенно не подходящей к ней по цвету эгреткой. Неужели ваш великолепный слух вас подводит? - Ваша обеспокоенность моим здоровьем напрасна. Не далее, как неделю назад я определенно слышал о некоем клубе, «Новая Звезда», в которое вы с почетом вошли. Не изволите ли рассказать нам, чем он так удивителен? Лейнар не выдержал и все-таки обернулся. Леди Воллент была даже не бледна – она была зеленой от злости. Резко скрипнули отодвигаемые стулья, и дамы удалились, раздраженно цокая каблуками. Лейнар закрыл лицо руками: - Дэниел, зачем… - Надо, - отрезал Каррейн, и повернулся к подоспевшему хозяину заведения. Это был эльф, который сейчас возвышался над столиком чуть сгорбившись, всем видом выражая вопрос и почтение. Дэниел уставился на него укоризненно. Эльф вздохнул и начал: - Лорд Каррейн, приношу Вам свои извинения за поведение моей официантки… - Разве она у вас работает? – оскалился Каррейн. - За мою бывшую работницу, - мгновенно сориентировался эльф, - она не совсем… разобралась в происходящем. Позвольте принять у Вас заказ. Лейнару больше всего хотелось оказаться как можно дальше отсюда, ровно до слов одного из посетителей – тех самых мужчин, которые не обращали внимания на процесс заказа, но волею случая оказались вовлечены в дальнейшее представление… - … вот и получили, а то совсем поверили в собственную безнаказанность, как Железный Демон был сослан на Север… Хозяин кафе тоже услышал, вздрогнул. А Дэниел на слова никак не отреагировал, продолжал сверлить эльфа взглядом. - Так… что Вы предпочитаете? - Кофе, - повторил Дэниел, - Лейн, что ты любишь? - Но я не… - Они приготовят все, что ты захочешь. - Пряный кофе с перцем и молоком… любой жирности? И… омлет с поджаренным хлебом? - Слышал? И быстро. И сока. Апельсинового. Нам обоим. Свежего, а не ту бурду, что вы в холодильных шкафах храните. Эльф поклонился и поспешил куда-то вглубь заведения. Видимо, передавать заказ и сообщать официантке весть об увольнении. Дэниел сверлил столешницу взглядом, Лейнар тоже. - Я раньше не был в заведениях такого… класса, - извиняющимся тоном пробормотал в итоге элв. - Это вовсе не должно влиять на их отношение. Так что, все в порядке. А кофе у них действительно вкусный, - растерянно ответил Каррейн, а потом вовсе протянул руку и, взяв ладонь Эверетта, тихонько сжал: - Я… не хотел, чтобы вышла сцена. - Но проигнорировать не смог, - усмехнулся элв. - Не мог, - качнул головой Дэниел, - я пригласил тебя сюда, привел, как своего спутника, они не имели права даже смотреть в твою сторону… А они попытались тебя высмеять. - И тебя заодно? - Я давно вращаюсь в этом клоповнике, который называется Высшим Светом. Меня они задеть не осмелятся. - Не помню фамилию Каррейн в числе приближенных ко дворцу. - Ну, я про Эвереттов тоже ничего не слышал… Можно было продолжить этот разговор, узнать его настоящую фамилию, понять, кто все-таки снизошел до обычного преподавателя академии… Можно было, но Лейнар не стал. Во-первых, это было не принято. Во-вторых, он допускал, что и правда есть – или появилась после войны – такая фамилия. В-третьих, сложно было признаться даже себе самому, но Лейнар боялся. Боялся узнать, какая пропасть разделяет их на самом деле… Вхож во дворец и довольно известен там, если ни один представитель из названных здесь фамилий не решился дать отпор… А вот история фамилии Лейнара, урожденного Лоррэвэйт, была довольно прозаична – предок участвовал в заговоре против Императора, который был раскрыт, и за который у них отобрали все земли, оставив прозябать в единственном не тронутом Короной особняке на севере Империи… Предыдущий Император не лишил их титула, но, учитывая условия, это скорее было насмешкой, нежели милостью. Спроси кто Лейнара, и он бы сказал, что категорически не поддерживал идею своего деда пойти против Короны. Но какая теперь разница? Зато, это бесправное, фактически, положение лишало фамилию Лоррэвэйт императорской защиты, а, значит, он мало чем отличался от простолюдина… точнее, был гораздо ниже в иерархии – случись что, Император мог выслать людей на защиту простого люда, но помочь опальной фамилии? Вряд ли… - О чем задумался? – чуть склонил голову Дэниел. - О том, что во дворце ты, наверное, считаешься непревзойденным хамом. - Брось, Императора мне не переплюнуть, - хохотнул Дэниел. - А Железного Демона? - А с кем бы он мог вести беседы? Стоит ему слово сказать, и оппонент падает в обморок, - рассмеялся Каррейн. - Ты преувеличиваешь. - Ну… да, но случай был. Правда там речь шла о раскрытом заговоре против Императора, главный заговорщик и упал. То-то шуму было… - А если дело не касается заговоров, он молчит? - Ага. Послы других государств вообще периодически путают его со статуей. И тоже пугаются, стоит ему… почесаться там, или с ноги на ногу переступить… Лейнар засмеялся, представив такую картину… И постепенно, за малозначащими разговорами и байками из дворца, коих Дэниел, оказалось, знал множество, предшествующие события померкли, растворяясь в тумане памяти. Когда хозяин заведения лично принес им заказанный кофе и еду, Лейнар смотрел на мир уже вовсе счастливо. Омлет оказался изумительным, как и кофе с тонкими нотками острого перца и незнакомых элву доселе пряностей. Дэниел смотрел на Лейнара каким-то застывшим, странным взглядом, но тот не придал этому значения, больше погруженный в смакование напитка. Лишь в самом конце, когда жидкости осталось на донышке, он обратил внимание, что с его спутником творится неладное: - Что-то не так? – удивленно спросил Эверетт. Каррейн моргнул, и этот странный холод исчез из глаз, будто и не было. Парень прищурился и довольно протянул: - Думаю, где будут проходить наши занятия после того, как я сдам экзамен… Лейнар хотел было ответить, но вдруг вспомнил, что в храм, «заверить обещание» они так и не съездили, и удобно ли об этом напоминать? Однако, осторожность победила чувство неловкости. - Кстати, об этом, - протянул Лейнар, - не ты ли говорил, что перед занятиями мы скрепим наш договор? Кажется, Дэниелу это напоминание не понравилось – на миг черты его лица будто заледенели, но Эверетт не стал заострять на этом внимание. Он ждал ответа, и тот был таким, на который элв надеялся, впрочем, особо не рассчитывая. - Конечно, после завтрака и зайдем. Храм недалеко, можно прогуляться. Лейнар удовлетворенно кивнул, а душу неприятным коготком царапнула мысль – он ведь был готов продолжить их… обучение со всеми прочими договоренностями, даже если бы Каррейн отказался. Это открытие в самом себе было настолько неприятно, что хвост раздраженно ударил по ножкам стола, заставив стоящую на нем посуду недовольно звякнуть. Дэниел чуть вскинул бровь, но элв только мотнул головой. - Идем? – спросил в итоге Каррейн. Пришлось кивнуть и встать из-за стола вслед за железным воином. До храма они шли в молчании, Лейнар мысленно пытался убедить себя в том, что он был в своем праве напомнить о данном Каррейном слове. И все же… - Дэниел, магическое обещание - не клятва, можно изменить усло… - Если что-то решил, иди до конца, Лейнар. Ты решил, что она нужна, значит, идем в храм. Жесткий тон, но ни капли осуждения, что помогло отрешиться от упаднических мыслей.

***

Храм в этом районе города, к удивлению Лейнара, оказался довольно скромным: белый каменный фасад, с вкраплениями розового кварцита, шпиль единственной башни покрыт тонким слоем черненого серебра. Жизнь в основании, но венчается символом смерти. Элва храм всегда завораживал, вот только ходил он в него крайне редко… - Даже не помню, когда последний раз бывал здесь, - пробормотал Дэниел. Эверетт удивленно посмотрел на него: не выглядел этот парень так, словно вообще заходил в храм. Но «давно не был» - не значит «не бывал вообще». - Почему? А они уже поднимались по ступеням к простым дверям, с вырезанными на них фигурами. Одна - в белом платье, с протянутыми к небу руками – Жизнь, вторая - закованная в железо, бронированная перчатка которой неожиданно осторожно держала ветку плакучей ивы – Смерть. - Знаешь, мое обучение началось слишком рано. Мне, кажется, исполнился год. Моя сила, она… велика. И требовала полной отдачи. И поэтому отец нанял лучших учителей. Лучших железных воинов. Только никого, похожего на няньку, там не было. Они зашли в просторное помещение – единственное, доступное в храме для обывателей. Но и оно было разделено на сектора колоннами и полупрозрачными перегородками, создавая причудливый узор с укромными уголками. В один такой они зашли, а Дэниел будто и не заметил, продолжил говорить, отрешенно глядя перед собой. Без злости, без сожаления, даже безэмоционально, только слишком тихо для него, обычно такого яркого, ироничного… - Матери не стало при родах. Так что, едва я научился ходить и собирать хоть какие-то головоломки, меня отдали им… Когда мне исполнилось девять, я пришел в храм. Из его окон я видел, как мой брат играет со сверстниками в рыцарей… Они казались такими счастливыми. Я учился трансформации, учился сражаться по-настоящему, убивать, знал этикет и прочее, но… хотел я… - Ты хотел быть с ними, - Лейнар говорил почти утвердительно, а Дэниел кивнул. Эверетт помолчал, не зная, что сказать на это откровение. Несмотря на силу и способности, он не мог сказать, что его лишили детства. Отнюдь: он был волен бегать со сверстниками, лишь бы не раскрывал свою силу. Что, в общем, его устраивало. - Мы всего лишь заключим сделку, и только… - сказал Лейнар в итоге. Дэниел кивнул, и, будто невпопад, спросил: - Сколько тебе лет? - Двадцать семь, - Лейнар не видел смысла скрывать эти сведения от Каррейна сейчас. Тот покивал, будто соглашаясь или принимая к сведению… - Настоятель! – Крикнул Дэниел, приметив кого-то. Этим «кем-то» оказался никто иной, как Главный Жрец Храма. Тот отозвался сразу: обернулся, склонился, произнеся стандартную, в общем-то фразу: «Жизнь и Смерть принимают Вас, дети мои…» Дэни, будто завсегдатай, поклонился в ответ: - Посредник Жизни и Смерти, просим тебя о снисхождении в принятии нашей просьбы, заключить соглашение между двумя живущими ныне… - Слушаю тебя, сын мой, - кивнул настоятель. Лейнар молчал, удивленно глядя на Дэниела. Тот не выглядел растерянным или насмешливым, он и правда будто обратился к настоятелю с серьезной просьбой, и был намерен получить ответ. - Я хочу, пред смертью и жизнью дать магическое обещание моему спутнику… Ощущение торжественности момента рассеялось, стоило Дэни пальцем указать, кому именно. - Что ж, пройдите за мной… - к чести жреца, на его лице не дрогнул ни единый мускул. Они проследовали к алтарю, где произнесли слова обещания… точнее, Дэниел произнес, слово в слово повторив то, о чем они договаривались с Лейнаром, и не обратив ни малейшего внимания на удивленно вытянувшееся лицо Настоятеля, при озвучивании «расплаты за нарушение своего слова». От элва требовалось лишь покорно стоять и вовремя протянуть руку, чтобы искривленный полумесяцем кинжал кольнул запястье. Тягучая капля крови упала в подставленную Дэниелом ладонь, уже рассеченную. Кровь смешалась, образуя нерушимую сетку заклинания. Эверетт мог бы разложить ее досконально по линиям и точкам приложения силы, но зачем? Все завершилось так же быстро, как и началось: жрец поклонился им, они ответили тем же… Дэниел точно знал, что делать, и Лейнар доверился ему, все так же спокойно пройдя до дверей храма, спустившись по ступенькам… только хвост-предатель судорожно сжимался вокруг железного воина. Но Каррейн ничуть не возражал, будто так и должно быть. Лишь прижимал за талию к себе, глядя вперед, спокойный и уверенный. Лейнар позволил себе поверить. Хотя бы ненадолго: он уткнулся носом в шею Каррейна и шел, не заботясь о дороге, о будущем и прошлом… Глупое обещание, но оно оказалось для элва решающим в вопросе доверия. Никто и никогда еще не соглашался на такой шаг в отношении его. Нет, на словах, все были хороши, но стоило дойти до настоящего дела, и вдруг оказывалось, что обещания – это простое сотрясение воздуха, ничего на самом деле не значащее… - Возвращаемся к учебе? – вопрос прозвучал неожиданно, и Эверетт вздрогнул, отстранился, заметив, что они уже почти дошли до дома. А он, погруженный в собственные мысли, даже не заметил, позволив железному войну вести себя, куда тому вздумается. - Так хочешь освоить теорию построения магических формул? – заставил себя скрыть откуда-то взявшуюся досаду за иронией элв. И сам удивился – он что же, рассчитывал на другое продолжение этого утра? - Разумеется, и не только… - с едва заметной хрипотцой ответил Дэниел, заставив щеки покрыться легким румянцем. Лейнар ткнул парня в бок, отстранился и уже сам бодро направился в сторону квартиры. Каррейн нагнал его через несколько шагов, вновь обхватил за талию, не позволив отстраниться. - Это неприлично… а если кто-то увидит? – пропыхтел элв. - Кто? Студентов тут точно нет, преподаватели в этом районе не живут, а до остальных тебе не должно быть никакого дела. И мне приятно так идти, - безапелляционно заявил Дэниел, сильнее сжимая пальцы. Лейнар перестал вырываться, но остаток пути проделал с видом весьма независимым, чем, похоже, повеселил Каррейна невероятно.

***

- … и таким образом, замыкая данный контур с помощью построенной по формуле Шеаррва синусоиде, мы, тем самым, получаем дополнительное преимущество… Дэниел механически писал, взгляд его был стеклянным, а Лейнар понял, что пора закругляться, оттого и подытожил: - Короче, если добавить именно эту кривую, сможешь расширить область воздействия на несколько метров, в зависимости от подставленной единицы силы вместо вот этой переменной. - А сразу так сказать?! – взвыл Каррейн, запуская руку в белоснежные волосы и приводя их в совершенный беспорядок. Делал он так довольно часто, а потому, от аккуратного еще с утра каре осталось лишь воронье гнездо. Лейнара так и подмывало подойти и поправить эти пряди, и, в конце концов, он не выдержал – скользнул парню за спину, запустил пятерню тому в жесткие волосы, пропуская их сквозь пальцы. Почувствовал, как рвано вздохнул, явно не ожидавший подобного, Дэниел. Увидел, как на миг напряглись плечи железного воина, чтобы затем расслабленно опуститься. Парень откинулся на спинку стула, затылком прислоняясь к Лейнару. А тот, внезапно втянувшись, с волос перешел на шею, осторожно провел подушечками пальцев по мышцам, спустился на плечи, чуть царапнув ключицы, и скользнул руками под и так распахнутый за гранью приличий ворот рубашки на вздымавшуюся от глубокого дыхания грудь. Сжал на мгновение в пальцах соски, и был вознагражден тихим звериным рыком. Лейнар усмехнулся и дернул парня за ворот, а потом резко отстранился: - Переходим к черчению того, что ты сейчас записывал, подсматривать нельзя, - как ни в чем ни бывало заявил он. Дэниел открыл было рот, чтобы что-то сказать, но лишь шумно выдохнул в итоге. Чертеж вышел резким и… угловатым. Скорее штрихи, нежели цельные линии, но нужную формулу он повторил в точности, как и подписи к ней. - Очень хорошо, - удовлетворенно заявил Лейнар, - когда ты не включаешь голову, у тебя, как это ни парадоксально, все получается. На сегодня все. И он ушел в спальню. Знал, что Каррейн вряд ли надолго задержится на кухне, избранной местом их занятий как обладательница самого удобного для письма стола. Лейнар парня, тем не менее, дожидаться не стал, быстро скрывшись в ванной, и не забыв запереть за собой дверь. Маленькая шалость, но было даже интересно – как отреагирует на такой демарш Дэни? По коже пробежал холодок - а если разозлится? Лейнар мотнул головой, напомнив себе, точнее, попытавшись себя убедить в том, что сейчас они на равных. И у элва есть свои права, их ничуть не меньше… Он почти справился с самовнушением, но, по окончании водных процедур, все еще чувствовал, как предательски подрагивает хвост и приходится прилагать усилия, чтобы сделать шаг… Дэниел стоял в комнате и курил в открытое окно. Все в той же рубашке, тех же свободных домашних штанах. Лейнар на миг сжал кулаки и шагнул ближе. Хоть бы повернулся, право слово! Элв почти разозлился – то ли на себя, за лишние страхи, то ли на железного воина, не спешащего их развеивать. И тем не менее, Эверетт сократил разделявшее их расстояние, и, практически прижавшись к спине парня телом, коснулся губами выступающего на чуть согнутой шее позвонка. Дэниел отрывисто вздохнул, но поворачиваться не спешил – докуривал, размеренно вдыхая ядовитый дым. Лейнар обхватил его руками и принялся медленно расстегивать пуговицы на рубашке Дэни, прерываясь на то, чтобы провести пальцами по коже, прижаться ладонями к груди, чувствуя, как дыхание Каррейна становится глубже. Тот уже выбросил окурок в бездымную пепельницу, не позволявшую запаху табака наполнить комнату, и теперь стоял, опираясь руками на подоконник и, похоже, предоставляя Лейнару действовать полностью на свое усмотрение. Это элва устраивало. И он, расстегнув рубашку Дэниела до конца, чуть стянул ее с плеч, касаясь губами литых мышц, чуть проводя по ним языком и чувствуя, как те подрагивают от напряжения… Потянуть рубашку на себя – Дэниел легко расстается с ней, и вновь упирается ладонями в подоконник. Не поворачивается, но рваное дыхание и напряженные мышцы говорят сами за себя. А Лейнар продолжает губами исследовать спину любовника. Стоит коснуться местечка между лопаткой и позвоночником, и тело явственно сотрясается, а Дэниел делает шумный вдох. И с другой стороны… выдох. Ладони же продолжают путешествие по животу, плавно скользя по коже. У Дэниела не было выдающихся банками гипертрофированных мышц, кои многие железные воины набирали в специальных залах. Каррейн наоборот, был поджарым, и тем не менее, внутри чувствовалась мощь, способная, подобно бронированному локомотиву, снести все на своем пути... И сейчас вся эта сила была в его - Лейнара – руках. Элв уже сам застонал куда-то между лопаток парня, скользнул руками в штаны, добираясь до паха и чувствуя, как возбужден его любовник. Погладил стоявший колом член, осторожно накрыл ладонью мошонку. Дэниел то ли зарычал, то ли застонал… слишком хрипло, но так и не предпринял никакой попытки перехватить инициативу. Лейнар вновь обхватил его за талию и все-таки заставил оторваться от окна, повернуться. И едва не задохнулся от восторга и предвкушения: стоящий перед ним мужчина больше походил на дикого зверя, получившего свои навыки отнюдь не в зале, а в настоящих сражениях не на жизнь, а на смерть, с покрытыми хитиновой броней восьминогими ядовитыми тварями, чьи укусы несли смерть… Ртутно-серые глаза парня горели бешенным, голодным огнем. Лейнар приник было губами к шее, но Дэниел слегка приподнял его за подбородок, вовлекая в долгий, неистовый поцелуй. Элв качнулся назад, и Каррейн, будто потеряв опору, шагнул следом. Грациозно и плавно, и это на миг испугало – с железными воинами нельзя играть в такие игры! Если они теряют контроль… Но парень не дал панической мысли оформиться, обхватил ладонями талию, прижал к себе, целуя и заставляя отвечать. Лейнар понял, что упускает инициативу… Железный демон! Так не пойдет! Он вывернулся так, чтобы оказаться за спиной Дэниела. Тот не мешал, только развернулся, продолжая смотреть все с тем же голодом. Элв толкнул его в грудь, и парень послушно отошел к кровати. Вновь толчок, и Каррейн откинулся на покрывала, даже приподнялся, чтобы Эверетт смог стянуть с него штаны, а потом полностью забрался на кровать. Лейнар же, скинув халат, уселся сверху, касаясь паха собственным стоящим членом, склонился, покрывая поцелуями грудь, плечи Каррейна, ощущая железную хватку длинных и сильных пальцев на своей талии. Слишком сильно и, наверное, останутся следы… плевать. Долгий поцелуй. Лейнар дотягивается до тумбочки, на которой стоит склянка со смазкой. Выдавливает и водит по члену Дэниела, отчего тот ругается, кажется, матом, и рычит уже вовсе по-звериному. Каррейн не выдерживает первым – чуть приподнимает Лейнара направляя. Элв тихо стонет, когда отнюдь не маленький член входит в него полностью. - Двигайся, чтоб тебя! – приказывает железный воин. И элв подчиняется, правда, делает это в том ритме, которого хочет сам, намеренно останавливаясь, стоит Дэниелу попытаться навязать собственный. Каррейн ругается, но позволяет Лейнару творить все, что тому вздумается. И это пьянит лучше всякого вина. Эверетт стонет, склоняется, подставляя губы для поцелуя, кусая, двигаясь все быстрее… Вскрикивая, когда Дэниел вскидывается навстречу, заставляя принять его глубже… А потом парень все-таки перехватывает инициативу, буквально насаживая мало что осознающего уже элва на свой член. Лейнар тянется к собственному… и кончает первым, сжимаясь, и сразу после этого чувствуя, как достигает своего предела железный воин…

***

Лейнар лежал на груди Дэниела, не чувствуя в себе сил, чтобы подняться и добрести до ванной. Чуть шершавые ладони осторожно гладили его по влажной от пота коже, то и дело зарывались в растрепанные черные волосы, оттягивая их и вновь распуская. Слишком расслабленно, слишком хорошо… Лейнар все-таки приподнялся, заглядывая в лицо железному воину. Каррейн щурился довольно, на губах играла легкая улыбка… - А тебе доводилось драться с ришшаррцем один на один? – брякнул элв. Губы парня дрогнули в кривой ухмылке: - Дерутся мальчишки на улице, Лейн, а мы с ними бились на смерть… да… К чему такой кровавый интерес, ласковый мой? Лейнар от такого обращения смутился и, чтобы не показывать столь ненужного сейчас чувства, спрятал лицо во впадинке между шеей и плечом Дэниела. Только хвост, который элв под контроль взять не успел, подрагивая, попытался обвиться вокруг бедра Каррейна. Тот хмыкнул и согнул ногу в колене, позволяя своевольной конечности завершить начатый маневр. - Просто интересно, - признавая свое поражение пробормотал Лейнар, и, набрав в грудь побольше воздуха, задал следующий вопрос: - А других… существ тебе приходилось убивать? Скользящие до этого по спине тонкие пальцы на мгновение остановились. Дэниел отвечать не спешил… вновь принялся поглаживать элва, но уже как-то задумчиво… - Зачем тебе это знать? - Значит, доводилось, - заключил Лейнар, - а это трудно – убить живое существо? - Нет. Если оно не сопротивляется. Если же пытается бороться за жизнь – приходится тоже прилагать усилия, - голос насмешливый, но в его глубине таится напряжение. Лейнар раздраженно дернул кончиком хвоста – он вовсе не об этом спрашивал. Дэниел, кажется, понял, но отвечать все равно не спешил. Пришлось уточнить: - Не жалко было? Дэниел вновь промолчал, вздохнул глубоко, и ответил вовсе не то, что рассчитывал услышать Эверетт: - Еще немного, и я подумаю, что ты пытаешься меня «нанять». - Мне просто интересно, - попытался откреститься Лейнар. - Врешь. Элв фыркнул и даже стукнул кулаком по груди парня, так, легонько, просто, чтобы выразить свое возмущение. В ответ получил смех, приятной дрожью отозвавшийся в теле, и поцелуй в «пойманное» запястье. Легкие поглаживания сменились вполне откровенной лаской. Лейнар выгнулся, подставляясь, стремясь получить как можно больше… растворяясь в тихом шепоте… - Ласковый мой, ты уже достаточно отдохнул… раз появилось время на вопросы, да? Тогда у меня есть более интересное занятие… - Тебе кто-нибудь говорил, что твоя наглость безгранична? – Лейнар хотел выбрать расстроенный тон, но на последнем слове сорвался на стон, впиваясь пальцами парню в плечи. - Разумеется…

***

Оставшиеся до учебы дни прошли до того мирно, что Лейнару порой начинало казаться, что это всего лишь сон. Теплый и яркий, как и сами летние дни, что они проводили вместе. Утро начиналось лениво и, обычно, венчалось походом в кафе, потом были занятия, порою – с вынужденными перерывами на внезапно «взбрыкивающего» студента, чьи мысли, похоже, все меньше занимала теория построения магических формул и предстоящий экзамен, а все больше – совместное времяпрепровождение их с Лейнаром в одной постели. Элв чаще – и нельзя сказать, что без удовольствия – поддавался, впрочем, иногда он все-таки осаживал Дэниела, и тот, видя бесплодность своих попыток – не больше двух, Лейнар выяснил – капитулировал и продолжал учебу, чтобы вечером, плавно переходящим в ночь, отыграться как следует. Все это действительно можно было назвать чудесным сном, если бы не кошмары. Порою, после их бесед и провокаций со стороны Каррейна, Эверетту являлись отрывки прошлого. Но железный воин этого вовсе не замечал, а элв не был готов признаться, потому их «противостояние» продолжалось, пока один из них не шел на «уступки». Это более чем устраивало обоих. Еще пару раз Лейнар просыпался с криком и в холодном поту, пытаясь вскочить с кровати и бежать – неважно куда, главное, подальше от… Дэниел перехватывал его мягко, но непреклонно, прижимал к себе, бормотал что-то недовольное, но успокаивающее, гладил по спине и волосам осторожно, нежно… И кошмар отступал, оставалась только эта спокойная уверенность сидящего рядом существа. Он не спрашивал, Эверетт не рассказывал – оба твердо держались заключенного без слов договора, что читался между строк принесенного в храме «обещания» А затем короткие каникулы подошли к концу…