Эффект Домино

***

Майкл говорил много и тихо. Тише обычного, будто пытаясь этим смягчить смысл своих слов. Я смотрела на него с полным ощущением нереальности происходящего. Его голос звучал по-новому. В нём проскакивали нотки страха, растерянности, смятения, злости и усталости. Как бы он не старался выглядеть собранным и уверенным, я замечала нервозность в каждом его резком выдохе, внезапной паузе, нарочито монотонной интонации, за которой он прятал собственную тревогу. — Если удаётся долго обманывать самого себя, то обдурить остальных — пустяковая задача, — пробормотала я себе под нос, перебирая волнистые, каштановые пряди, безвольно свисающие с моих плеч. — Что-что? — спросил Майкл, нехотя прерывая свой монолог. — Ничего, — бросила я, медленно заплетая себе косу. — Ты слышала, что я сказал только что? — с заметным раздражением поинтересовался темноволосый детектив, возвышаясь надо мной. — Конечно. Но было бы лучше, если бы ты говорил громче. Изжога распространилась по всем моим внутренним органам. — Джо, это очень важно, понимаешь? — голос Майкла как будто надломился пополам. Перекинув на спину что-то похожее на косичку, я с трудом встала на ноги. Меня повело в сторону. — Как ты? — крепкая рука удержала меня от падения. В карих глазах я увидела искреннее волнение. — Не выспалась, — объяснила я, нежно проведя ладонью по грубому, мужественному лицу. Майкл смотрел на меня со странной тоской, будто ему стало физически больно от моего почти невесомого прикосновения. — Джо, эта экспертиза просто формальность. Родригес хочет запугать, сбить нас с пути, лишив уверенности, — поспешил заверить мой детектив. — Нас, — прошептала я, чувствуя, как уголки моих сухих губ растягиваются в подобие ироничной ухмылки. Майкл сразу же понял, что его оговорка не прошла незамеченной. — Да, нас, — упрямо повторил мужчина, кивая головой. Я отдёрнула свою руку, освобождаясь от его поддержки. Сделав пару шагов назад, я сглотнула подступившую к горлу тошноту, заталкивая её обратно. — Этот Родригес хочет выставить меня сумасшедшей. Думаешь у него получится? — мой голос извивался, как уж на сковородке. Я внимательно смотрела на Майкла, подсознательно ожидая увидеть ответ в его потускневшем взгляде. — Нет. Психолога назначит сам прокурор. Подделать экспертизу будет невозможно, — темноволосый, мускулистый мужчина решительно вскинул подбородок, не давая мне усомниться в своей уверенности. — А если этот независимый специалист признает меня нестабильной, одержимой педофилкой, которая даже спустя пятнадцать лет не смогла перестать сохнуть по своему ученику?! — ожесточённо выдалбливая каждое слово, проговорила я. Ладони вспотели. Вибрация на кончиках пальцах стала невыносимой. Глаза Майкла всего на долю секунды потемнели, но мне и этого хватило. — Не пускай эти мысли в свою голову. Родригес именно этого и добивается, — мой детектив снова сократил между нами расстояние, беря меня за руку. В этом жесте было столько жалости. Мне стало невыносимо находится с ним в одном пространстве. Бросившись в ванную, я закрыла за собой дверь. — Джо, не отгораживайся от меня. Нужно всё обсудить, — голос Майкла прозвучал глухо. — Отрепетировать, — поправила я, обхватывая руками своё горло, будто сдерживая надрывный кашель. — Нет! Джо, не позволяй им победить! Слышишь?! Вот она. Паника. Такая явная. Такая редкая для Майкла. — Оставь меня…я хочу, чтобы ты замолчал. Просто не говори больше ничего, — я из последних сил сдерживала истерику, которая вот-вот должна была вырваться наружу. — Хорошо, — устало согласился мужчина. Его тяжёлые шаги подействовали на меня, как слабое успокоительное. Ухватившись за края раковины, я медленно выдохнула. Изжога сдавила горло. Включив кран, я наклонилась к плотной струе и начала жадно поглощать холодную воду. С каждым судорожным глотком мне становилось лучше. Жжение внутри уменьшалось. Что теперь делать? Ещё один глоток. Что теперь делать? Я резко плеснула водой себе в лицо, словно давая себе отрезвляющую пощёчину. Что теперь делать? Яростно сплюнув в раковину последний глоток воды, я закрыла кран. Подняв голову, я посмотрела в зеркало. — Бороться, — решительно проговорила я по слогам, отвечая своему отражению. Выйдя из ванны, я застала Майкла сидящим на кровати. Тревожное выражение на его лице заставило меня с грустью улыбнуться. — С чего начнём? *** Молоденькая девушка лет восемнадцати с короткими, зелёными волосами и отпугивающей татуировкой воющего волка на шее шла по дороге, непринуждённо размахивая пакетом с продуктами. Старый, жёлтый пикап резко остановился, практически преграждая ей путь. Девушка замерла, не издав ни звука. — Садись, — приказным тоном проговорил русоволосый мужчина, сидящий за рулём. Даже не попытавшись отказаться, девушка с готовностью села в пикап, громко захлопнув дверь. На её милом, круглом лице не было ни тени страха. Маленькие, тёмные глаза с любопытством всматривались в острое, загорелое лицо водителя. — Я приходила к тебе, Пирс. Хотела поговорить. Где ты был? Я вся извелась. Тебя снова хотят посадить, — взахлёб запричитала пассажирка, словно не в силах больше сдерживаться. — Вопросы буду задавать я, Тара, — строго осадил Блэкбёрн, не отрывая взгляда от дороги. Нахмурив свои тонкие, зелёные брови, девушка положила пакет с продуктами себе под ноги. — Если ты опять будешь меня уговаривать перестать писать посты про Уокер, то можешь высадить меня у ближайшего поворота, — упрямо протараторила хозяйка главного телеграмм канала Теллурида. Пирс повернулся, одарив Зальцман убийственным взглядом. Девушка машинально сжалась, продолжая по-детски морщиться, чтобы придать себе грозный вид. — У меня к тебе только один вопрос — ты кому-нибудь говорила о письмах? — низкий, хрипловатый голос Блэкбёрна звучал обманчиво мягко. Маленькие, как бусинки глаза Тары расширились, будто она услышала что-то невероятное. Пирс снова посмотрел на неё, требуя ответа. — Ты имеешь ввиду тюремные письма? — уточнила девушка, нервно шмыгнув носом. — Да, — нетерпеливо бросил Пирс, резко останавливаясь на светофоре. Пожилая, седовласая женщина медленно засеменила по пешеходному переходу. Тара молчала, заторможено всматриваясь в темнеющее небо. — О существовании этих писем знала только ты. Я по глупости с тобой поделился, — процедил сквозь зубы русоволосый мужчина, ожесточённо сдавливая руль. — Пирс, я хранила твой секрет. Честно, — наконец-то пробормотала девушка, потеряв былой напор. — Кто-то изъял одно из них из архива и послал Уокер. Кому ты успела сболтнуть? — кипящая внутри ярость была почти осязаема. Взгляд Тары виновато забегал по солнечным бликам на лобовом стекле. Пирс покосился вниз, замечая, как девушка лихорадочно теребит ручки своего белого пакета. Загорелся зелёный свет. Блэкбёрн вдавил на полную педаль газа. Машина взревела, резко трогаясь с места. — Тара? — Я никому не говорила. Я не помню, чтобы я кому-то говорила, — раздосадованно пробурчала девушка, будто размышляя вслух. — Ты уверенна в этом? — напряжённо переспросил Пирс, переключая передачу. — Да. Я никогда никому об этом не говорила, — повторила Зальцман, громко шмыгая, испещрённым пирсингом, носом. В голосе девушки провибрировало сомнение. — Эти письма не должны были попасть никому на глаза…особенно ей, — низко протянул Пирс, припарковываясь у многоэтажного дома. — Конечно. Я понимаю, — пробормотала девушка, крепко перевязав ручками пакета свои уже побледневшие пальцы. — Я доверился тебе, Тара, — горькая обида в хрипловатом голосе мужчины заставила Зальцман вжаться в сиденье. Она, как провинившийся ребёнок, опустила голову, пряча подбородок в своём чёрном худи. — Я не говорила никому. Кто-то мог просто навести справки о тебе в тюрьме и узнать о письмах, — на одном выдохе протараторила Зальцман, не поднимая головы. Глубокие, голубые глаза медленно скользнули по хрупкой девушке, сжавшейся на пассажирском сиденье, с пронзительным осознанием тщетности последующих расспросов. — Выходи, Тара, — резко отвернувшись к окну, сказал Пирс. На его загорелом лице отобразилось гнетущее разочарование. Зальцман, словно в замедленной съёмке, потянула за ручку. Дверь открылась с жалобным скрипом. Девушка кинула опасливый, виноватый взгляд на водителя. Её тонкие, обветренные губы шевельнулись, будто в попытке попрощаться, но слова застряли где-то в горле. Тара вышла из машины, шелестя пакетом. Её голова была всё так же опущена, когда она поплелась к своему подъезду, вслушиваясь в оглушительный звук уезжающего автомобиля. *** — Значит экспертиза состоит из двух этапов — тесты на когнитивную дисфункцию. Если по-простому, есть ли у меня проблемы с мышлением и вообще с восприятием. А второй этап — беседа, — подъитожила я подробный, часовой рассказ Майкла. Устало массируя себе виски, я сидела на краю постели, рассматривая маленькие пятнышки на ботинках темноволосого мужчины, сидящего сбоку от меня. — Именно так. Экспертиза может занять не один день. Возможно потребуется несколько встреч, если специалист сочтёт это необходимым, — голос Майкла служил мне единственным утешением. — В каком случае это может затянуться? — Дело в том, что такая экпертиза требует налаживания доверительного контакта с человеком. А для этого нужно время. Я подняла голову, утыкаясь взглядом в приоткрытое окно. Прохладный порыв ветра потревожил покой тяжёлых, бежевых штор. — Самое сложное и самое важное — это беседа, а не тесты. Ты должна быть на чеку, взвешивать каждое своё слово и не расслабляться ни на одну секунду. — Но тогда психолог это поймёт и сможет обвинить меня во лжи, — я озвучила вслух свои мысли. — Нет, не сможет, если ты будешь создавать ощущение расслабленности и готовности раскрыться, — убедительно ответил Майкл. — То есть я должна устроить театральное представление? — я попыталась скрыть возмущение, но у меня не получилось. Мой темноволосый детектив уверенно кивнул головой, даже не стараясь смягчить свой ответ, преподнося его в приятной, обнадёживающей обёртке. — Я — плохая актриса, Майкл, — парировала я, ожесточённо приглаживая свои распущенные волосы. — Ты себя недооцениваешь, — иронично отозвался мужчина. Это короткое замечание очень сильно задело меня. Я встала с кровати, вопросительно посмотрев на Майкла в ожидании пояснения. — Джо, тебе удавалось создавать вид открытости в течении трёх лет. Я искренне считал, что ты полностью откровенна со мной, — понизив голос, мой детектив выразительно вскинул свои густые, тёмные брови. От такого пояснения я ощутила острый укол стыда. — Я была так убедительна? — Очень, — тихо выдохнул Майкл, смотря мне прямо в глаза без тени какой-либо обиды. Я выдохнула с облегчением. — Значит у меня есть шанс пройти эту чёртову экспертизу, — подытожила я, деловито подтянув штаны и состроив самую серьёзную, полную решимости мордашку. Майкл не смог сдержать улыбку, глядя на меня. *** Пышнотелая блондинка лет тридцати пяти возилась на кухне, с усердием натирая морковку. Она то и дело оглядывалась назад, словно проверяя, не подкрадывается ли кто-нибудь к ней. Через несколько секунд раздался резкий хлопок. Женщина вздрогнула, откладывая в сторону огрызок морковки. — Иззи! — громко позвал мужчина, выходя из ванны в одном полотенце, служившим набедренной повязкой. Его непропорциональное, одутловатое лицо сияло от радости. Небольшое, пивное пузо переливалось от капель воды, стекающих вниз к полотенцу. — Что ты сегодня такой довольный? — подозрительно сощурившись, спросила блондинка. — Просто так, Иззи, — вкрадчиво пропел мужчина, притягивая к себе женщину и пытаясь поцеловать её в губы. — Брайан, перестань. Мне надо приготовить суп, — запричитала Изабелла, пытаясь выбраться из требовательных объятий. — Да, ладно. Потом продолжишь, — возбуждённо пробормотал мужчина с короткой, армейской стрижкой, торопливо задирая ей юбку. — Брайан, — смущённо выдохнула блондинка, явно поражённая таким небывалым напором от своего мужа. В тот момент, когда Изабелла поддалась на убедительные уговоры супруга, целуя его в ответ, раздался звонок в дверь. Парочка замерла на пару секунд, нехотя отодвинувшись друг от друга. — Чёрт…вечно не во время, — тихо выругался младший Лесли, подтягивая полотенце, спустившееся к коленям. — Я открою, — бросила Изабелла, приглаживая волосы и опуская юбку. Женщина быстро подошла к двери и приоткрыла её. — Брайан дома? — выпалила молоденькая девушка с всклокоченными, зелёными волосами. Её маленькие, как бусинки глаза были красными от перенапряжения. — Да, — опасливо ответила Изабелла. — Мне нужно с ним поговорить. Срочно, — протараторила гостья, тревожно переминаясь на пороге. — Подождите здесь, — блондинка быстро закрыла дверь, вопросительно уставившись на мужа, стоявшего в коридоре. — Это журналистка. Наверное, комментарий хочет получить, — непринуждённо пожав плечами, ответил младший Лесли. Под внимательным взглядом жены он быстро оделся, накинув на себя брюки и пуховик. Подмигнув блондинке, Брайан открыл дверь и вышел на крыльцо. — Что случилось? — непринуждённая маска тут же спала с его лица. — Я вспомнила. Вспомнила, — пробубнила девушка, проведя дрожащими пальцами по пирсингу на своём носу, будто проверяя на месте ли он. — Тара, — недовольно выдохнул Лесли, накидывая на голову капюшон. — Это было год назад или чуть больше. Я тогда сорвалась и пошла в бар. Помню, как сидела за стойкой, заказывая себе текилу. Мне было так паршиво на душе. Я просто была не в себе, — пыхтела девушка, проглатывая половину слов. Её взгляд лихорадочно прыгал по мужчине, ни на секунду не задерживаясь на его лице. — Ты припёрлась сюда в такое время, чтобы молоть какую-то бессвязную чушь?! — раздражённо сморщился Брайан, ощущая, как морозный воздух проникает под его одежду. Зальцман замотала головой, как непослушный ребёнок. — Я слишком много выпила! Слишком много! — воскликнула девушка, вынуждая Лесли схватить её за локоть и слегка встряхнуть. — Не ори на весь город, Тара. Ты же главная журналистка Теллурида, — с сарказмом сказал Лесли, напоминая девушке о её «высоком» статусе. Зальцман ощетинилась, отдёргивая свою руку. Маленькие, чёрные глаза сфокусировались, зацепившись за невыразительное, грубое лицо детектива. — Я уже хотела уходить из бара, когда ты подсел ко мне, — процедила девушка, придвигаясь ближе к мужчине. Серые глаза Брайана сверкнули в тусклом свете уличного фонаря. — Ты опять под наркотой, Тара? — Нет-нет. Я помню. Это был ты. — Ты просто бредишь. — Ты расспрашивал меня о Пирсе, — девушка встала на носочки, заглядывая в хмурое лицо детектива. Его тонкие, поджатые губы зашевелились в беззвучном ругательстве. — Да, что тебе надо от меня?! — злобно прошипел Лесли. — Это ты послал его письмо Уокер, — сощурившись, Зальцман тыкнула указательным пальцем в его грудь. — Что?! — переспросил детектив. Возмущение и удивление в его голосе никак не отразились в его взгляде. — Я сболтнула по пьяни, и вот спустя столько времени ты нашёл способ применить эту информацию, вытащив письмо из тюремного архива, — Тара шептала сбивчиво, разъярённо, едва сдерживаясь. Мужчина в пуховике стоял напротив неё с каменным лицом. Только его раздувающиеся ноздри выдавали, кипящую в нём, злость. — Зачем? Хочешь его подставить, Брайан? Хочешь посадить Пирса? — Зальцман не унималась, продолжая тыкать пальцем в мужчину, требуя от него ответа. Резко схватив девушку за руку, Лесли дёрнул её на себя, как тряпичную куклу. Тара издала сдавленный писк. — Ты всегда лезешь туда, куда не надо, — по слогам говорил Брайан, крепко сжимая тонкую руку девушки. — Я тебя ни о чём не спрашивал. Ты сама всё вывалила, болтая без умолку. Я вообще не спрашивал о Пирсе. Тара застыла, открыв рот. В её маленьких глазах появилась растерянность. — Да-да, милая. Я тебя за язык не тянул. Ты хотела выговориться, а я просто оказался рядом, — продолжил Лесли, с удовольствием наблюдая за тем, как краснеет лицо девушки. — Ты разболтала его секрет, потому что хотела. Тебе нравилось обсуждать своего любимого Пирса. — Врёшь, — сипло простонала Тара, чувствуя, как боль от стальной хватки детектива подбирается к её барабанящему сердцу. Брайан многозначительно хмыкнул, отталкивая от себя девушку. Едва устояв на ногах, Зальцман шмыгнула носом, растирая то место, где только что была рука мужчины в пуховике. Точно будет синяк — пронеслось в распухшей голове Тары. — Зачем ты послал его письмо Уокер? — девушка с зелёными волосами не собиралась уходить. — Зачем-зачем-зачем, — нараспев протянул Лесли, закатывая глаза. Тара неодобрительно нахмурила свои тонкие, зелёные брови. Её круглое, детское личико сморщилось от напряжения. — Это нарушение закона, — с укором процедила девушка. — Ну, да, — без капли стыда подтвердил детектив. — Они же поймут, что это сделал ты, — снова пробормотала Тара, пытаясь увидеть в маленьких, серых глазах мужчины хотя бы тень беспокойства. — Нет. Я об этом позаботился, — почти беззвучно ответил Лесли. Зальцман нервно шмыгнула носом, вставая в воинственную позу. — Я пойду и расскажу, — порывисто выпалила девушка. Тихий, ехидный смешок и снисходительная ухмылка. — Ну, давай, милая. Хочешь я тебя подвезу к полицейскому участку. Тара стояла не шевелясь, рассматривая грубое, непропорциональное лицо детектива, которого знала много лет. — Ты так сильно ненавидишь Пирса? — вопрос легко слетел с её обветренных губ. Лесли презрительно фыркнул, посмотрев на девушку, как на глупого ребёнка. — Зри в корень, Тара, — мужчина поучительно поднял вверх указательный палец. — Уокер, — опасливо произнесла девушка, будто только один звук этого имени мог принести ей неприятности. Одобрительно кивнув головой, Лесли шагнул в сторону. — Ей назначили психолого-психиатрическую экспертизу. Я это предвидел и решил подготовить почву. Так сказать, расшатать ей нервишки, — скрипучий голос мужчины извивался от удовлетворения. — Но если ты хочешь помочь ей, то можешь сейчас же ехать в участок. Тара шумно вдохнула ртом морозный воздух и тут же закашлялась, отвернувшись от Лесли. — Давно пора вывести эту извращенку на чистую воду. И это лучший способ, — тихо добавил Брайан под гулкий, сдавленный кашель девушки. Зальцман судорожно сглотнула, обхватив руками свою шею. Её тёмные глаза метались, как загнанные птицы, в поиске чего-то. — А Пирсу это не навредит? — опасливо поинтересовалась девушка. — Нет. Он не имел доступа к этим письмам и на конверте нет его отпечатков. Если мой план сработает, то Уокер признают неуравновешенной, отклонив её заявление, и тогда дело закроют, — вкрадчиво ответил Лесли, наблюдая за бурной, мыслительной деятельностью, отобразившейся на детском личике Зальцман. Тишина. Только гулкий звук проезжающих в отдалении машин. Тара нервно шмыгнула носом, снова посмотрев в грубое лицо детектива. — Ну, что отвезти тебя в участок? — предложил Брайан, вытаскивая ключи из кармана. Взгляд девушки скользнул вниз, впиваясь в руку мужчины. Не говоря ни слова, Тара развернулась и побежала прочь от дома младшего Лесли, словно боясь, что он за ней погонится. — Полицейский участок в противоположной стороне, — ехидно пробормотал себе под нос Брайан, провожая взглядом убегающую девушку. Когда Тара скрылась из виду, детектив, победоносно вскинув брови, зашёл к себе домой. — На чём мы там остановились, Иззи? - громко позвал мужчина, снимая с себя пуховик. *** Девушка с зелёными волосами мчалась по улице, как испуганный зверёк. В какой-то момент она завернула за угол. Тусклый, уличный фонарь освещал железную дверь, раскрашенную граффити. Открыв её, Тара вбежала в маленькое помещение. Молодой, лысый парень, покрытый татуировками от самого подбородка, удивлённо уставился на позднюю посетительницу. — Ого! Давно тебя не было, — приветливо сказал парень, крутясь на своём стуле. Порывисто подскочив к креслу-кушетке, Зальцман сняла своё чёрное худи, оставшись в одной серой футболке с короткими рукавами. Маленькие, но многочисленные татуировки в виде иероглифов и странных фигур покрывали её бледную кожу. Самой большой и устрашающей было изображение воющего волка на шее. Чёрные, как бусинки, глаза девушки скользнули по эскизам, развешанным на стене. Решительно выдохнув, Тара легла на кушетку и задрала футболку, оголяя свой живот. — Набей мне «мразь» вот здесь, — процедила сквозь зубы Зальцман, показывая на свои выпирающие рёбра с правой стороны. Мастер нахмурился, заметив насколько напряжённой и раздражённой выглядела его давняя клиентка. — Тара, давай отоспись и завтра приходи. — Нет. Сейчас. Мне это нужно, — ожесточённо проговорила девушка, громко шмыгая носом. Парень покачал головой, беря со стола машинку. — Давай хотя бы не на рёбрах. Да, лучше бы на лбу — подумала про себя девушка. — Просто сделай это, — нетерпеливо заёрзав в кресле, вслух процедила Тара. Мастер нарочито медленно поменял иглу, открыл чёрную краску и надел перчатки, будто давая клиентке время передумать. Но девушка продолжала лежать на кушетке в полной готовности. Её воспалённый взгляд был устремлён в потолок. — Будет очень больно, — предупредил парень, наклоняясь к Зальцман. — Я знаю, — едва слышно прошептала Тара, прикрывая глаза.