Эффект Домино

*

Плюнула огнем и зашипела

Догорая черная свеча

У тебя лицо невинной жертвы

И немного есть от палача..

***

Звонок раздался ровно в десять утра. С тех пор прошло уже полтора часа. И всё это время я перебирала свою одежду в попытке подобрать самые нейтральные вещи. Мой гардероб состоял из парочки свитеров, нескольких рубашек, чёрных брюк и потёртых джинс. Поэтому я уже по десятому кругу мерила их, выбирая «правильную» комбинацию. — Джо, может хватит? — с лёгкой ухмылкой поинтересовался Майкл, терпеливо наблюдавший за моей бесполезной возьнёй. Я бросила на него усталый взгляд и уже в сотый раз подошла к зеркалу, примеряя очередной свитер. — Это неважно, — тихо и спокойно отозвался мой детектив. — Важно. Психолог будет оценивать и внешний вид тоже, — уверенно ответила я, с недовольством замечая катышки на бежевом свитере, который уже лет десять служил мне верой и правдой. — Ты пытаешься отвлечься от самого главного, — Майкл подошёл ко мне и положил свои руки на мои плечи. Даже через достаточно толстый свитер я почувствовала успокаивающее тепло, исходящее от этого прикосновения. Я смотрела в его янтарные глаза, переливающиеся в отражении, пытаясь заглушить панику, бурлящую внутри. — Сконцентрируйся. Подумай о том, чтобы вести себя сдержанно, но не скованно. Не дай психологу повода сомневаться в правдивости твоих ответов, — монотонно и вкрадчиво наставлял Майкл, гипнотизируя меня своим взглядом и голосом. Мы стояли перед зеркалом, словно позируя для семейной фотографии. Только страдальческое выражение моего бледного лица портило всю картину. — Я буду говорить правду. Мне не зачем лгать, — сказала я с решимостью человека, загнанного в угол. — Конечно, — подтвердил мой детектив, придвинувшись ко мне. — Только не попадайся на уловки. Держи оборону, Джо. Его руки слегка сжались на моих плечах, на секунду вдавив пальцы в кожу. По моему телу пробежала болезненная волна, словно Майкл затронул повреждённый нерв. Я сжалась, шумно выдыхая. — Прости, — он поспешил убрать руки. Быстро отойдя от зеркала, я скинула с себя свитер, кинув его на постель к остальным вещам. — Я ещё легко отделалась, — пробормотала я и сразу же почувствовала, как неприятно заныло в пояснице. — Синяков уже не видно и ушибы почти сошли, — услужливо заверил Майкл, рассматривая меня со спины. Стоя перед ним в одном лифчике и трусах, я ощущала себя пациенткой на приёме у врача. Развернувшись, я посмотрела в его карие глаза, подсознательно ища в них хотя бы намёк на желание, интерес ко мне, как к женщине. Но Майкл смотрел на меня c заботой. Почти родственной, дружеской. Когда мы успели перейти на этот уровень? Отвернувшись, я начала складывать вещи в аккуратную стопку. Мысли роились, как пчёлы, в моей голове. Сгусток какого-то невообразимого напряжения нарастал в груди. — Джо, не придавай этой экспертизе слишком большого значения. — Ты серьёзно?! — переспросила я, машинально оглянувшись. — Да, — с немыслимой уверенностью ответил Майкл. Я понимала, что он хочет меня успокоить, но его тактика действовала на меня, как дополнительный раздражитель. Тяжело вздохнув, я надела свои чёрные брюки и синий свитер, который был самым новым в моём скудном гардеробе. — Если ты будешь относится к экспертизе, как ключевому моменту в своей жизни, то не выдержишь, — низкий голос Майкла прозвучал мягче обычного. Схватив расчёску, я принялась ожесточённо распутывать свои волосы, то и дело приглаживая топорщившуюся чёлку, которая успела наэлектризоваться во время моих беспощадных примерок. — Повтори, как зовут психолога? — пробурчала я. — Хлоя Дэвенпорт. Она клинический психолог. — Ты что-нибудь слышал о ней? — чёлка не слушалась, сопротивляясь всем моим ухищрениями. — Нет, к сожалению, — выдохнул Майкл, наблюдая за моей борьбой. — А может и к счастью, — вскользь бросила я, промаршировав в ванную. Я намочила свою наэлектризованную чёлку, параллельно думая о том, как убрать тревогу и страх в своём взгляде. Наконец-то победив в неравной схватке со своими волосами, я собрала их в скромный хвост. Немного подкрасив губы, я замазала тёмные круги под глазами и едва заметные следы от ушибов на щеке и подбородке. Приподняв горло своего свитера, я вышла из ванной. Посередине спальни стоял невысокий, мускулистый мужчина с густой гривой тёмных волос и глубокими, янтарными глазами. Именно он являлся моей единственной опорой. Я справлюсь. — Поехали, — решительно сказала я. *** Когда блестящий харлей-дэвидсон с рёвом подъехал к воротам автосервиса, из гаража друг за другом выходили люди. Их лица были все как на подбор угрюмыми и серыми. Мотоциклист с длинной, седой бородой и увесистым, пивным пузом поприветствовал каждого, широко улыбаясь. Уверенной, размашистой походкой мужчина вошёл внутрь. — А я думал, ты на время приостановил собрания? — громко спросил-поздоровался байкер. — Риччи, — с нескрываемой радостью ухмыльнулся молодой, загорелый мужчина с яркими, голубыми глазами и русыми волосами. — Нет, ты прям не даёшь себе продыху, парень, — по-отечески пробурчал байкер, наблюдая, как Пирс усердно складывает стулья. — Ты же знаешь, как на меня действует скука, — отозвался Блэкбёрн, подходя к маленькому холодильнику. — Будешь? Русоволосый мужчина жестом предложил старому другу выбрать из многообразия минералок, сока и лимонада. Риччи подошёл, взяв бутылку с газировкой и благодарно кивнул. — У тебя прибавилось людей, как я заметил. — Да. Трое новеньких. У них пока очень шаткое состояние. Но они хотя бы решили сдвинуться с мёртвой точки. Седовласый байкер сделал большой глоток, задумчиво посмотрев в по-прежнему загорелое, но осунувшееся лицо Пирса, на котором уже были заметны следы бессонных ночей. — А что на счёт тебя самого? Блэкбёрн на долю секунды сморщился, явно не желая начинать разговор по душам. — Скоро дело закроют, — нехотя протянул мужчина, буравя потемневшим взглядом ворота. — Я не об этом, — Риччи снова глотнул газировки, продолжая смотреть в лицо Пирса. — А о чём? — раздражение отобразилось в голубых глазах. — Ты весь на нервах. Выглядишь плохо, сынок, — с искренней заботой обратился байкер. — По-моему, это логично. Меня хотят запихнуть обратно в тюрьму, — отойдя от назойливого знакомого, парировал Пирс. — Она хочет, — поправил Риччи, подкидывая крышку. — И её любовник, — Пирс многозначительно вскинул свои русые брови, обернувшись. — Вот в этом и опасность. Он же детектив со связями, — пробурчал седовласый байкер, снова сокращая расстояние. — Мой адвокат сказал, что расследование уже в тупике. Доказательств против меня нет. А её ждёт экспертиза. — Экспертиза? — переспросил Риччи, закручивая крышку бутылки. — Психолого-психиатрическая, — по слогам протянул Пирс, понизив голос. Удивление отобразилось на круглом, румяном лице байкера. — Родригес настаивает на том, что никакого нападения не было. Она сбросилась с лестницы сама, — пояснил Блэкбёрн, уткнувшись взглядом в пол. — Но…это же сумасшествие, — выдохнул Риччи, явно поражённый услышанным. — Да, — едва слышно буркнул русоволосый мужчина, не смотря на своего друга. Седовласый байкер подошёл к Пирсу. — Ты сам как думаешь, она способна на такое? Блэкбёрн вздрогнул, словно сам вопрос покоробил его. Воцарившееся молчание давило со всех сторон. Риччи терпеливо ждал, стоя рядом с мужчиной, которого впервые увидел лежащим на обочине семь лет назад. Он не смог проехать мимо. «Конченный наркоман» сказал бы любой, даже не подумав подобрать ходячего мертвеца и отвезти его в больницу, ведь это бессмысленно. Но Риччи по кличке «Дикий Бык» никогда не поступал, как большинство. — Может она действительно вернулась спустя столько лет, чтобы отомстить, — пробормотал байкер, рассуждая вслух. Пирс продолжал молчать. Его искрящийся от напряжения взгляд пронзал насквозь железные ворота. Русоволосый мужчина стоял, не шевелясь, будто весь его организм сдерживал болезненный поток слов. Ветер начал шуметь, словно пытаясь заполнить тягостную тишину. Риччи поджал плечи, почувствовав морозный воздух. — Я знаю только то, что в тюрьму я больше не вернусь. И я сделаю, всё для этого, — хрипло и низко протянул Пирс, наконец-то давая ответ. — Я готов потратить все деньги на чёртового адвоката, если он сделает так, чтобы от меня отстали раз и навсегда. Седовласый байкер одобрительно пригладил свою длинную бороду. — Если будет нужно, я тебе помогу с деньгами, — пообещал Риччи, уже не замечая беспросветную тоску в голубых глазах. *** — Высади меня на остановке, — сказала я, всматриваясь в одинаковые многоэтажные дома. — Зачем? — спросил Майкл, сбавляя скорость. — Сейчас лучше, чтобы нас не видели вместе. Судя по всему, адвокат хочет снять тебя с дела, — объяснила я, стараясь говорить как можно непринуждённее, подсознательно тренируясь перед экспертизой. — Я не являюсь твоим законным мужем, поэтому… — Не важно. Сейчас надо быть осторожнее. Я не хочу давать этому Родригесу ни одного повода на ещё одно прошение, — перебив Майкла, решительно проговорила я. Я почувствовала на себе его внимательный взгляд, не услышав при этом никаких возражений. Остановившись у ближайшей остановки, мой темноволосый детектив взял меня за руку. — Я с тобой. Помни об этом. На миг прикрыв глаза, я растворилась в его тёплом голосе. — Я позвоню, — сказала я, крепко сжав широкую, мужскую ладонь. — Буду ждать, — заверил Майкл, слегка улыбнувшись. Я быстро вышла из машины, направившись к подъехавшему автобусу, с облегчением заметив, что он почти пустой. Пожилой мужчина спал, громко посапывая, и три школьницы приглушённо обсуждали какой-то молодёжный сериал. Никто из них даже не заметил моего появления. Дорога заняла буквально десять минут, за которые я успела мысленно отрепетировать приветствие. Выйдя на остановке, я осмотрелась вокруг, обнаруживая себя на самой окраине города. Я двинулась вперёд, ориентируясь на путь, выстроенный для меня навигатором в телефоне. Увидев высокое здание с глянцевой вывеской «Бизнес-центр», я вошла внутрь. Охранник остановил меня, попросив предъявить ему паспорт. Записав мою фамилию в свой толстый журнал, мужчина галантно проводил меня до лифта. Я благодарно улыбнулась ему, ощущая, как учащается сердцебиение. Поднявшись на пятый этаж, я лихорадочно скользнула по номерам кабинетов, ища тот самый тридцать пятый. Мои ботинки гулко застучали по тёмно-коричневой, керамической плитке, отдаваясь в моих висках. Через несколько секунд я ухватилась за заветные цифры. Остановившись у обычной, ничем непримечательной двери, я посмотрела на часы. В запасе у меня было ещё целых пять минут. Целая вечность. Я погрузилась в мучительные размышления. Кто ждёт меня за этой дверью? Как выглядит психолог? Как она будет на меня смотреть? С осуждением, с отвращением, с безразличием? Смогу ли я выдержать её натиск? Из соседнего кабинета вышел импозантный блондин в строгом костюме. Проходя мимо, он скользнул по мне оценивающим, немного высокомерным взглядом. Я отвернулась от него, рефлекторно пряча своё лицо, будто боясь, что он узнает меня. Когда его шаги затихли, я громко выдохнула, собираясь с духом. Моя рука зависла на пару секунд, прежде чем постучать. — Да-да, входите, — до меня донёсся приятный, женский голос. Надев отрепетированную, вежливую улыбку, я открыла дверь и осторожно вошла. Меня тут же окутал тонкий, сандаловый аромат. Интерьер оказался достаточно уютным — небольшой, круглый стол у окна, маленький, пыльно-розовый диван и мини-шкаф, на полках которого красовались милые, фарфоровые статуэтки. Мой взгляд блуждал по вещам, будто специально игнорируя стоящую передо мной женщину. Она была ниже меня на голову, а может и больше. На вид ей было лет сорок пять. Пышные, кудрявые, светло-каштановые волосы спускались до плеч, глубоко посаженные, серые глаза казались слишком большими на её треугольном лице, а аккуратные губы слишком маленькими, почти кукольными. На ней было облегающее, жёлто-зелёное платье с плиссированной юбкой. Она напоминала волшебницу из современной сказки. В ней было что-то воздушное и лёгкое. — Приятно познакомиться, мисс Уокер, — поприветствовала женщина, изучавшая меня так же внимательно, как и я её. — Взаимно, мисс Дэвенпорт, — уважительно кивнула я, замечая обаятельные ямочки на щеках психолога. — Прошу садитесь, — максимально дружелюбно пролепетала женщина, показывая рукой на диван. Я послушно села, подмечая почти полное отсутствие макияжа на лице психолога. Никакой помады, румян, туши или теней. Только консилер для синяков под глазами. При этом её лицо не казалось бледным или бесцветным. Огромные, серые глаза блестели так ярко, что полностью компенсировали отсутствие косметики. Никакого осуждения, высокомерия, отвращения или безразличия. Хлоя Дэвенпорт смотрела на меня, как на долгожданного гостя. — Это мой новый офис, — поделилась женщина. — Только начала обживаться. Её взгляд с гордостью пробежался по фигуркам, стоящим на полках. Я одобрительно хмыкнула, качая головой, не зная, как реагировать на доверительный тон её приятного голоса. — Какая Вам больше нравится? — спросила психолог. Это часть теста?! Проверка уже началась? — Можно подойти поближе? — я вступила в игру. — Конечно-конечно, — энергично ответила женщина, явно обрадовавшись тому, что я готова общаться. На трёх полках стояли разнообразные статуэтки девушек в красивых платьях, влюблённых парочек, кружащих в танце, парней в доспехах или костюмах, животных с милыми мордашками, среди них было даже пара достаточно грозных динозавров. Мой взгляд привлекла хрупкая балерина в чёрной пачке, с бардовой диадемой на голове. Её подбородок был вздёрнут вверх, а глаза вдохновенно прикрыты. Она растворилась в музыке, исполняя балетное па на пуантах. Её длинные, тонкие руки были раскинуты в стороны, словно крылья. — Потрясающая, — с искренним восхищением произнесла я. — Да. Я её приобрела в антикварной лавке лет двадцать назад, — прокомментировала женщина, бережно сняв статуэтку с полки и отдав её мне. Я опасливо взяла фарфоровую балерину, заметив золотое, обручальное кольцо на руке Дэвенпорт. Фигурка оказалась достаточно тяжёлой, не смотря на небольшой размер. Я аккуратно поставила её обратно на место, цепляясь взглядом за сгорбленного, босого старика в обносках, несущего на себе огромный мешок, который был в два раза больше его самого. При этом лицо мужчины казалось умиротворённым. — А эту статуэтку я выкупила на аукционе в Лондоне. Её создал гончар буддийского храма, — объяснила Дэвенпорт, замечая мой заинтересованный взгляд. Я слегка улыбнулась в ответ, ощущая, как моё сердцебиение нормализуется. Продолжив изучать коллекцию маленькой, кудрявой женщины, стоящей рядом со мной, я позволила себе немного расслабиться. Статуэтки переливались в слабых лучах зимнего солнца, как драгоценные камни. На самой нижней полке стояла серебряная фигура худой женщины в мантии с повязкой на глазах. Она держала в левой руке весы, а в правой меч. Статуэтка возвышалась над всеми остальными. — Фемида, — осторожно произнесла я, чувствуя, как тревога возвращается. — Богиня правосудия, — мягко добавила психолог, посмотрев мне прямо в глаза. Судорожно сглотнув, я утвердительно кивнула, используя всю свою волю, чтобы не отвернуться. Я должна была выдержать её взгляд. — Как думаете, почему Фемиду изображают с повязкой на глазах? — спросила Дэвенпорт, беря с полки статуэтку молодого солдата. Я задумчиво вздохнула. — Правосудие должно быть беспристрастным. Огромные, серые глаза женщины одобрительно блеснули. — Садитесь, пожалуйста, — Дэвенпорт вежливо указала на диван. Опустившись обратно на мягкий, удобный диван, я ощутила неприятное покалывание в затылке. — Я теперь очень редко сотрудничаю с органами. Было время, когда в моём графике числилось по три экспертизы в месяц, — поделилась женщина, садясь за свой кремовый, круглый стол, на котором не было ничего кроме часов, блокнота, шариковой ручки и небольшой стопки бумаг. — Получается, Вы решили сделать исключение в этот раз, — отозвалась я, изображая непринуждённость. — Именно так. Меня заинтересовали Вы, мисс Уокер, — совершенно будничным тоном ответила Дэвенпорт, выбивая почву из-под моих ног. Я держала на лице нейтральную маску, испытывая жгучее желание сбежать. — Только не пугайтесь. Мой интерес сугубо профессиональный, — иронично улыбнулась женщина, изящно проведя ладонью по гладкой поверхности стола. Мне осталось только ухмыльнуться в ответ, чувствуя себя редким экспонатом на выставке. Взяв со своего стола несколько листов, Дэвенпорт протянула их мне. — Придётся начать со стандартного теста. К сожалению, без него никак, — пролепетала психолог, давая мне ручку. — У Вас есть ровно час. — Хорошо, — с готовностью ответила я, цепляясь тревожным взглядом за список вопросов. Дэвенпорт засекла время. Боковым зрением я видела, что она демонстративно отвернулась к окну, снимая с меня лишнее давления. Я мысленно поблагодарила её за это. Сколько Вам лет? 40 На сколько лет Вы себя ощущаете? Хотелось ответить на «90», но я сбавила до «35». Наблюдались ли Вы у психолога/психиатра? Нет. Есть ли близкие родственники с нервно-психическими расстройствами? Тут я остановилась, почувствовав холодок, пробежавший по спине. Врать не было никакого смысла. Прости, мама. Да. Во рту стало горько. Дальше несколько вопросов были о моём образовании, вредных привычках, которых у меня к счастью не было. Насколько вы обидчивы? Злопамятны, мстительны ли вы? Часто ли вы агрессивны? Есть ли у вас навязчивые страхи, тревоги, переживания? Я не могла не думать о том, насколько надо быть глупым и действительно неадекватным человеком, чтобы самого себя выставить в невыгодном свете, отвечая на эти вопросы. Конечно, я не обидчива, не злопамятна и не агрессивна. А вот тревог, страхов и переживаний хватает с лихвой. Дальше пошли вопросы с картинками на ассоциации. На первой была изображена какая-то чёрная масса, в которой я разглядела смутные очертания угрюмого, мужского лица. На второй — серая клякса, в которой я с большим трудом нашла что-то похожее на ворону. На третьей был большой букет цветов, в глубине которого я увидела лицо плачущего младенца. Последние два вопроса оказались достаточно философскими. Как вы относитесь к людям, «скатившимся» по социальной лестнице (бомжи, проститутки, попрошайки, пьяницы, и т.д.)? С жалостью. Нравится ли вам мир, в котором вы живете? Скорее да, чем нет. Я выбрала самый нейтральный ответ вместо того, чтобы написать громогласное НЕТ. Шумно выдохнув, я подняла голову с чувством выполненного долга. Психолог сидела вполоборота, ритмично поглаживая одной рукой стол. — Я закончила, миссис Дэвенпорт, — сообщила я, машинально скользнув взглядом по блеснувшему на её безымянном пальце обручальному кольцу. Повернувшись, женщина наклонила голову на бок, дружелюбно улыбнувшись. — Вы справились меньше, чем за полчаса, — остановив таймер, отозвалась психолог, забирая у меня тест. — Надеюсь, это хороший знак, — нервный смешок слетел с моих губ. Дэвенпорт промолчала, многозначительно вскинув свои тонкие брови. — Этот опросник слишком поверхностный для данной экспертизы, мисс Уокер, — пояснила психолог, вскользь пробегая взглядом по моим ответам. Теперь настала моя очередь промолчать. Светло-каштановые кудри женщины переливались так же ярко, как и её серые глаза. Она смотрела на меня выжидательно, будто я вот-вот должна была ей на что-то пожаловаться. Но я продолжала держать с ней зрительный контакт, не говоря ни слова. В тот момент, так хотелось прочесть её мысли, и узнать, какое впечатление она успела составить обо мне. — Многие, кто проходит психолого-психиатрическую экспертизу готовится к ней, как к экзамену, ища в интернете шаблоны теста. Они считают, что таким образом застрахуют себя от невыгодного им результата. Но это ошибочное мнение, — наконец-то заговорила Дэвенпорт, по-прежнему пользуясь дружеским, доверительным тоном. — Я готовилась только морально, — честно ответила я. Психолог многозначительно отложила в сторону мой тест. — Ваша адекватность не вызывает у меня сомнений, мисс Уокер, — мягко пролепетала Дэвенпорт, изучающе скользя взглядом по-моему лицу. — Я рада это слышать, миссис Дэвенпорт, — я попыталась почувствовать облегчение, но не смогла, предполагая скрытый подвох в словах психолога. — Вас оскорбляет то, что Вы вынуждены проходить проверку, будучи жертвой нападения? — вкрадчиво спросила женщина, переплетя пальцы. — Да, — выждав несколько секунд, ответила я. — Вы бы хотели, чтобы вместо Вас экспертизу проходил ваш обидчик? — голос психолога искрил мелодичными переливами. Этот вопрос заставил меня задуматься. Хотела бы я, чтобы Пирс…нет, может быть это не он напал на меня. Если это кто-то другой, то… — Не спешите с ответами, мисс Уокер. Я никуда не спешу, — тихо и мягко заверила Дэвенпорт, наблюдая за моими размышлениями. Я кивнула, опустив взгляд на кремовый паркет. — Мне бы хотелось, чтобы тот, кто меня столкнул с лестницы, понёс заслуженное наказание, — медленно произнесла я, осторожно подбирая слова. — Но я Вас спросила не об этом, мисс Уокер. Я могу повторить. Хотели бы Вы, чтобы на вашем месте сейчас сидел ваш обидчик? — в мягком напоре Дэвенпорт было что-то беспощадное и неумолимое. — Нет, — выбросила я, посмотрев в дружелюбное лицо женщины. — Почему? — Я не вижу в этом смысла, — искренние ответы давались мне легко. Дэвенпорт сощурилась, немного наклонившись вперёд. — Как Вы считаете, какой мотив толкнул этого человека на преступление против Вас? — Это сложный вопрос. У меня много «поклонников» в Теллуриде, и все они считают, что мне здесь не место, — мой голос прозвучал сдавленно, как бы я не пыталась изображать невозмутимость. — Но всё-таки главным подозреваемым на данный момент является человек, который Вам хорошо знаком, — этот комментарий был брошен словно невзначай. Дэвенпорт сидела с наивным личиком, внимательно следя за каждым моим вздохом. — Да, — во рту пересохло. — Но я не уверенна, что хорошо знаю его. Огромные, серые глаза психолога блеснули с неподдельным интересом. Она тут же ухватилась за ниточку, которая выбилась из клубка. — Что Вы имеете ввиду? Я вытянулась, ровно держа спину. От напряжения у меня свело все мышцы. — Я не думаю, что мы кого-либо можем знать по-настоящему хорошо, — вдумчиво ответила я, зажав руки между коленями. Дэвенпорт отклонилась на спинку своего стула. — Вы считаете себя целостной личностью, мисс Уокер? Вопрос прозвучал, как обвинение. Я продолжала сидеть прямо, словно проглотила штырь. — Не мне об этом судить. — А кому? — Вам, например, — мои губы нервно дрогнули. Дэвенпорт одарила меня формальной улыбкой, только вот её серые глаза остались задумчивыми. — А можно ли доверять чужому суждению? — спросила женщина. Я поёжилась, словно от холода. — Доверие — это непозволительная роскошь, миссис Дэвенпорт, — пронзительная грусть отчётливо прозвенела в моём голосе. — Вы никому не доверяете? Я инстинктивно отвела взгляд в сторону, хватаясь за фарфоровую балерину в чёрной пачке. Как же тяжело! — На данный момент я доверяю только одному человеку, — мужественное лицо Майкла встало перед моими глазами. — А себе? Я резко посмотрела на сидящую напротив меня маленькую, кудрявую женщину. Изнутри поднялось возмущение, словно она толкала меня на те размышления, от которых я бежала всю свою жизнь. — Я не знаю, как ответить на этот вопрос, — понизив голос, по слогам протянула я. — Хорошо. Я спрошу по-другому. Вы доверяете своим импульсам? Отдаёте отчёт своим действиям? — Конечно, — я поспешила дать ответ, подкрепив его уверенным кивком. В голове почему-то поднялся гул, словно моё подсознание запротестовало против моего положительного ответа. Память услужливо подкинула мне парочку воспоминаний, связанных с моим вечерним визитом к Пирсу, во время которого я накинулась на него, как бешенный зверь, выпущенный из клетки. Дэвенпорт взяла шариковую ручку и глухо стукнула ей по столу, как будто в попытке сконцентрировать моё внимание. — Мисс Уокер, что сподвигло Вас вернуться в Теллурид? — спросила психолог с осторожностью сапёра на минном поле. В горле начал формироваться нервный ком. Мой взгляд снова пропутешествовал к фарфоровым статуэткам, переливающимся всеми оттенками надежды. — Командировка моего мужчины, — процедила я, до боли сдавливая коленями свои руки. — Вы могли остаться дома, но всё-таки поехали вместе с ним, так? — наводящий вопрос был пущен прямо в цель. — Да. Совершенно верно. Я поехала, чтобы поддержать его, — говорить становилось всё труднее. Что-то внутри бушевало от негодования. Пожалуйста, хватит. — Теперь Вы жалеете, что вернулись сюда, мисс Уокер? — вкрадчивый, мелодичный голос Дэвенпорт начал меня раздражать. Я качнулась вперёд, продолжая сидеть, ожесточённо вытянув спину и зажав руки между коленями, боясь того, что стоит мне их выпустить, они сразу же начнут дрожать. — Я понимаю, что это сложный вопрос. Не спешите с ответом, — шаблонная фраза легко слетела с маленьких губ женщины с копной светло-каштановых кудряшек. — Скорее да, чем нет. Такой ответ подойдёт? — раздражение проскочило в моём внезапно осипшем голосе. Дэвенпорт перестала моргать, застыв, как каменная статуя. — За время пребывания в Теллуриде, какие эмоции Вы испытывали чаще — положительные или отрицательные? — психолог упорно продолжала тянуть за ниточку, разматывая клубок. — Отрицательные, — по слогам процедила я, сдерживая себя от более развёрнутого ответа — исключительно отрицательные. — Если бы у Вас была возможность повернуть время вспять, Вы бы снова приняли решение вернуться сюда? — Дэвенпорт гипнотизировала меня своим искрящимся, сфокусированным взглядом. — Да. Ответ вылетел из меня, как сбежавшая из клетки птица, как отчаянный крик, потерявшегося в джунглях путника. Мой голос прозвучал безапелляционно с почти яростным убеждением. Я сама удивилась своей реакции, ведь подумать, прежде чем ответить, я в этот раз не успела. За меня ответило моё подсознание? Мой внутренний инстинкт? Моё нежелание показать слабость и трусость? Дэвенпорт быстро заморгала, подавшись вперёд. Мне показалось, что её маленькое, треугольное лицо потемнело. — С кем Вы хотели увидеться в Теллуриде, мисс Уокер? Этот свиду простой вопрос оглушил меня. Дэвенпорт расставила капкан, и она всё это время медленно и вежливо вела меня к нему. — Ни с кем, — пробормотала я, только чтобы заполнить удушающую паузу. Мой взгляд метнулся к окну в попытке найти выход. Мне стало душно. — Мисс Уокер, Вы поддерживали контакт со своими родственниками во время вашего отсутствия в городе? — Нет, — резко и сухо. — Вы хотели поддерживать с ними связь? — Нет. Жарко. Невыносимо жарко. Дэвенпорт испытывающе наблюдала за мной, похоже замечая все метания, отображающиеся в моём взгляде. — Вы поддерживали контакт со своим бывшим учеником Пирсом Блэкбёрном? Произнося его имя и фамилию, психолог понизила голос, придав ему дополнительную бархатную мягкость. Но я уже была взвинчена до предела. — Нет, — тихо процедила я, из последних сил сглатывая возмущение и злость. — Вы хотели поддерживать с ним связь, мисс Уокер? — Дэвенпорт наклонилась вперёд, энергично ощупывая своими короткими пальцами шариковую ручку. Я опустила взгляд вниз, переключив своё внимание на её манипуляции, пока в голове крутился целый калейдоскоп разрозненных противоречивых мыслей. Почему ответ застрял у меня в горле? Почему я сразу не могу сказать «Нет»?! Я не хотела поддерживать с ним связь! Не хотела! Никогда! Но где-то в глубине звучал совсем другой ответ, который привёл меня в ужас. Я с опозданием поняла, что уже сижу сгорбившись, ожесточённо растирая ладони. — Нет, не хотела, — проговорила я, насильно выдавливая из себя слова. Слишком много времени мне понадобилось для этого вымученного ответа. Пауза затянулась. Непозволительно долго я молчала. Паника начала подниматься от кончиков пальцев ног. Я не могла сглотнуть. Во рту стояла такая едкая горечь, словно я выпила яд. Дэвенпорт медленно и почему-то очень осторожно положила ручку на стол, словно боясь спугнуть меня каким либо звуком. Пытаясь успокоиться, я снова выпрямилась, но тут же почувствовала острую боль, скользнувшую по моему позвоночнику. Я подавила болезненный стон, прикусив нижнюю губу. Господи, она же всё видит! Я рассыпаюсь у неё на глазах! — Мисс Уокер, какие эмоции у Вас вызывает Пирс Блэкбёрн? — психолог неумолимо загоняла меня в угол. Именно этих вопросов я боялась больше всего. Я не успела сдержать нервную ухмылку. — Прошло слишком много лет, чтобы у меня остались какие либо эмоции. Слишком уязвлённо, слишком напряжённо. Зачем я лгу? Дэвенпорт вздохнула, подпирая рукой свой подбородок. — А как же сожаление, обида, гнев, разочарование, досада, тоска, стыд? Я почувствовала до боли знакомое липкое ощущение, услышав слово «стыд». — Мне нечего стыдится, — поспешила ответить я, упрямо вскидывая подбородок. — Я просто перечислила несколько эмоций, которые вы могли испытывать по отношению к нему, — невинно захлопав ресницами, пролепетала женщина. Наступила пауза. Та самая, от которой хочется лезть на стенку. — Ваш бывший ученик искал с вами встречи, мисс Уокер? — через несколько долгих, мучительных секунд спросила Дэвенпорт. — Нет. — А вы с ним? — Нет, — резко бросила я, чувствую распространяющийся жар. Похоже я краснею. Как же это всё отвратительно! Психолог медленно встала из-за стола, сделав пару шагов ко мне. — А вот нам с вами понадобиться ещё одна встреча, мисс Уокер. У меня есть ваш телефон, — вкрадчиво произнесла Дэвенпорт, стоя надо мной, как ласковый палач. Я подскочила с дивана, думая только о том, чтобы поскорее сбежать из этого уютного, светлого кабинета и скрыться от этих, искрящихся дружелюбием, огромных, серых глаз. — Спасибо. Я буду ждать, миссис Дэвенпорт, — протараторила я и тут же поспешила к двери. — До свидания, — попрощалась психолог. Кивнув, я потянула за ручку и вышла в коридор, осторожно закрыв за собой дверь. Маленькая женщина со светло-каштановыми кудряшками шумно выдохнула, проведя ладонями по своей плиссированной юбке. Развернувшись, Хлоя Дэвенпорт подошла к полкам с фарфоровыми статуэтками. Взяв в руки сначала хрупкую балерину, а затем старика с непосильной ношей, она вернулась к своему столу, поставив фигурки прямо перед собой. Сев на место, психолог медленно сняла обручальное кольцо со своего безымянного пальца. Отложив его на самых край стола, женщина брезгливо сморщилась. *** — Вы доверяете своим импульсам? Отдаёте отчёт своим действиям? Я бежала по дороге, до боли сжимая в своей правой руке телефон. Ладонь вспотела. — Вы хотели поддерживать с ним связь, мисс Уокер? Споткнувшись, я замедлила шаг. — Мисс Уокер, что сподвигло Вас вернуться в Теллурид? Увидев заветную остановку, я снова ускорила шаг. — С кем Вы хотели увидеться в Теллуриде, мисс Уокер? На остановке стояла молодая парочка. Девушка показывала парню что-то в своём телефоне, а он бережно придерживал её за талию, улыбаясь. — Мисс Уокер, какие эмоции у Вас вызывает Пирс Блэкбёрн? Тошнота подступила к горлу. Отвернувшись от голубков, я устремила взгляд на подъезжающий к остановке автобус. Стоило водителю открыть двери, я влетела внутрь, садясь в самый конец. — Вы хотели поддерживать с ним связь, мисс Уокер? Меня затрясло. Я с трудом написала «Майкл, я еду обратно. Всё хорошо.» Автобус остановился, высаживая пассажиров. Через пару секунд пришёл ответ: «Молодец, Джо. Я пока в участке. Буду примерно через час.» В груди нестерпимо горело. Жутко хотелось пить. — Ваш бывший ученик искал с вами встречи, мисс Уокер? А вы с ним? Я сжалась, пытаясь выгнать из своей головы этот удушающе вкрадчивый голос. Но вопросы Дэвенпорт продолжали сменять друг друга. Выпрыгнув из автобуса, я стремительно двинулась в отель, изнемогая от желания спрятаться в своей берлоге. Сердцебиение разрывало мои барабанные перепонки. Дыхание прерывалось. Я ввалилась в номер, едва держась на ногах. Подойдя к тумбочке, я схватилась за графин с водой, утоляя мучительную жажду. С каждым глотком мне становилось всё лучше. Паника нехотя выпускала меня из своих клешней. Опустошив весь графин, я шумно выдохнула. Мой взгляд сфокусировался, и в этот момент я наконец-то заметила белоснежный конверт, спокойно лежащий на постели.