Эффект Домино

*

Одержимость - это способ для травмированных людей еще больше навредить себе.

*

Моя клетка просторная и сырая, пропитанная моими бессонными ночами. Пол покрыт скользким, липким мхом. На стенах выцарапан каждый прожитый мной день. Высчитывая шаги, я хожу кругами, продолжая искать смысл в своём существовании. Иногда я засыпаю стоя, прислонившись к холодной, шершавой стене, не позволяя себе даже толики комфорта. Но чаще всего я сворачиваюсь калачиком в самом тёмном и дальнем углу так, чтобы свет от маленького окошка в серой, железной двери не касался меня. Потому что я не достойна. Потому что я обманщица. Потому что я притворяюсь тем, кем не являюсь. Перед глазами застыло острое, хищное лицо, пожирающее, гипнотизирующее, порабощающее мой разум. Ледяные, голубые глаза беспощадные в своём отчаянии, беспросветные в своей пустоте продолжают выжигать узоры на моей коже. Я подставляю своё лицо под эти чёрные лучи, позволяя снова и снова наносить мне увечья. Осознанно или нет я отказываюсь оттолкнуть, спрятаться, ударить, сбежать. И вот сидя на скамейке в паре метрах от отеля, я ощущаю пронизывающий до костей ужас. Я всё сделала сама. В моих силах было отвернуться, не обращая внимание на его присутствие. В моих силах было просто уйти из бара, взяв Майкла за руку. Но я осталась. Зачем?! Я смотрела на Пирса, следила за каждым его движением, как будто мне было это необходимо. Как будто я нуждалась в этом зрительном контакте. Почему?! Обхватив свою голову руками, я сложилась пополам, изо всех сил вдавливаясь в себя. Моё тело онемело от жуткого напряжения. Каждый мускул налился кровью, каждое сухожилие натянулось до предела. Но мой мозг продолжал переваривать произошедшее, анализировать, прокручивать, как киноленту. Я хотела найти ответы как можно скорее. Для себя. Для Майкла. — Пойдём, — низкий голос прозвучал словно из глубины моего сознания. Медленно расправив плечи, я подняла голову. Темноволосый, мускулистый мужчина возвышался надо мной, как судья над подсудимым. Его лицо было непроницаемо. В моём горле застыло бессмысленное, ненужное «прости». Карие глаза буравили меня, выдавливая из своего потрескавшегося панциря. Послушно поднявшись с лавочки, я виновато опустила взгляд на асфальт. Мужчина двинулся вперёд, и я последовала за ним, как смирившаяся со своей участью пленница. Оказавшись в номере, я поймала себя на мысли, что не хочу находиться рядом с Майклом. Я не хочу тонуть в его молчании, задыхаясь от презрения к самой себе. Я было недостойна его внимания и заботы. — Ложись, — спокойно произнёс темноволосый мужчина, медленно снимая свой плащ и вешая его на спинку стула. Его взгляд скользил мимо меня, задевая пол, стены, потолок, подоконник, будто он не хотел, чтобы я увидела отвращение в его янтарных глазах. Я подошла к своей стороне кровати и осторожно легла, не издавая ни единого звука, будто опасаясь разбудить дикого, голодного зверя, спящего поблизости. Отвернувшись к окну, я с замиранием сердца прислушивалась к каждому шороху. Вот Майкл расстегнул ремень своих брюк, а теперь с резким выдохом снял свитер. Звук, проминающейся под его тяжестью кровати, заставил меня подобрать колени к груди. — Спокойной ночи. Тихо, мягко, с едва уловимой жалостью, застрявшей между слов. Он прекрасно знал, что чтобы он не сказал, как бы громко и яростно не кричал, я уже сама всё поняла и осознала. Уже было слишком поздно. Майкл знал лучше меня, что я не смогу сомкнуть глаз, проигрывая снова и снова момент своего самоуничтожения. *** Громкий стук в дверь застал белокурую девушку врасплох. Она самозабвенно делала себе педикюр, поэтому недовольно запричитала, откладывая фиолетовый лак в сторону. — Сейчас! Просеменив босыми ногами по блестящему паркету, девушка посмотрела в глазок. Удивлённый выдох сорвался с её губ. Недовольство тут же испарилось. Быстро пригладив свои волосы, она провернув два раза ключ в замке и распахнула дверь. — Вот это сюрприз, — игриво пролепетала девушка, прищуривая свои тёмные глаза. Русоволосый, высокий, молодой мужчина зашёл в квартиру, не спрашивая у хозяйки разрешения. Девушка отошла назад, всматриваясь в лицо гостя. Его взгляд горел от возбуждения. — Где ты пропадал целый месяц? — с обидой спросила она. Закрыв за собой дверь, мужчина резко обнял девушку за талию, притягивая к себе. — Ну, подожди, — показное смущение в голосе не совпадало с выражением её лица. Не проронив ни слова, мужчина приподнял девушку, впиваясь поцелуем в её приоткрытые губы. От такого напора она растерялась, позволяя ему повалить себя на постель. — Пирс! — вздохнула девушка, удивляясь страсти, с которой на неё накинулся мужчина. Этот натиск польстил ей. Одна только мысль, что Пирс так сильно соскучился по ней, что прям с порога набросился на неё, как дикий зверь, возбуждала сильнее, чем его резкие поцелуи и лихорадочные прикосновения. Девушка поддавалась, потакая желаниям партнёра, даже когда он перевернул её на живот, хрипло дыша ей в затылок. Он вбивался в неё грубо и ожесточённо, совсем не заботясь о её ощущениях. — Полегче, — жалобно выдавила девушка в подушку. Но он не слышал. Его глаза были крепко зажмурены, словно он боролся с самим собой, не испытывая никакого удовольствия. — Пирс, — опять просипела девушка, чувствуя себя надувной куклой. Со сдавленным стоном Блэкбёрн обмяк, обессилено уткнувшись в спину любовницы. Через пару секунд он наконец-то отпустил её, перекатившись на правую сторону кровати. — Вот это ты завёлся, — пробормотала белокурая девушка, пытаясь отдышаться. Пирс лежал, не шевелясь. Его голубые глаза были устремлены в потолок. — Что случилось? — спросила девушка, рассматривая гордый, острый профиль мужчины. Судя по всему дело было не в том, что он соскучился по ней. Со лба Пирса медленно скатилась капля пота. — Ты так и будешь молчать? — девушка поднялась на локтях, начиная злиться. — Тебя не было на дне города…решил проведать, — совершенно бесцветным, безразличным тоном наконец-то ответил мужчина, даже не посмотрев на свою любовницу. — Ты же знаешь, я не люблю столпотворение, — пробормотала девушка, спешно поднимаясь с кровати. Натянув обратно свои домашние, серые шорты, она заправила за уши свои растрёпанные, светлые пряди. Встав в воинственную позу, девушка снова требовательно посмотрела на мужчину, бездвижно лежащего на её постели. — Пирс, я не полная дура, — процедила блондинка. — Я больше не позволю тебе вот так врываться и использовать меня, как чёртову куклу. — Хорошо, — тут же согласился Блэкбёрн, явно не собираясь оправдываться и извиняться. — Не приходи больше, — повторила девушка, пытаясь растормошить любовника. — Хорошо, — тихо и абсолютно безразлично. Он продолжал смотреть в потолок, находясь мысленно где-то далеко. Взгляд девушки заискрился от обиды. — Пошёл вон отсюда! — крикнула блондинка, указывая пальцем на дверь. Шумно выдохнув, Пирс послушно поднялся с постели, словно с нетерпением ждал, когда его выгонят. Неспеша прошаркав к выходу, русоволосый мужчина казался совершенно умиротворённым и расслабленным. — Ты просто больной на голову, — злобное шипение девушки скользнуло по спине Блэкбёрна, как ядовитая змея. Высокий мужчина обернулся, наконец-то посмотрев в глаза своей оскорблённой любовницы. — Я знаю, — едва слышно прохрипел низкий голос. Блондинка удивлённо выпучилась, рассматривая кривую, болезненную усмешку на остром, загорелом лице мужчины. Ей стало не по себе. Пара секунд молчания показались ей вечностью. Голубые глаза Блэкбёрна лихорадочно переливались, пугая и отталкивая. Он смотрел на неё, как хладнокровный хищник, готовый в любую секунду кинуться на свою добычу. Когда Пирс наконец-то открыл дверь и вышел из квартиры, девушка приложила руку к груди, словно проверяя, бьётся ли её сердце. *** — Ну, сказать, что я в шоке — это ничего не сказать, — причитала пожилая, толстая женщина, недовольно качая головой. — Ко мне уже все соседки приходили. Мне опять приходиться краснеть за неё. — Мама, успокойся, а то давление снова поднимется, — гулко отозвался мужчина лет сорока с плешивой макушкой и усталым, грустным лицом. — Берти, ну, за что мне это всё?! Зачем она вернулась?! — продолжала жаловаться тётя Мэг, стирая маленьким платочком несуществующие слёзы. — Да, понятно теперь зачем, — буркнул сын, убирая в шкаф плохо вымытую тарелку. Женщина громко всхлипнула, хлопая редкими ресницами. Её маленькие, оливковые глаза потемнели. — Её мать была такой же. Вот просто один в один. Безрассудная, озабоченная…ненормальная, — чётко проговорила тётя Мэг, отчеканивая каждый слог с откровенным отвращением. Резко выключив воду, Бертрам начал так тщательно вытирать засаленным полотенцем свои руки, будто на них были не капли чистой воды, а липкий, вязкий мазут. — Сынок, ты бы поговорил с ней. Уговори её уехать поскорее, — интонация поменялась на мягкую, просящую, ласковую. — Не впутывай меня в это, — устало отмахнулся мужчина, выходя из кухни. — Берти, она ещё что-нибудь натворит. Я чувствую. Пожалуйста, — с трудом передвигая ногами, попросила женщина, следуя за своим единственным сыном. — Не хочу я с ней пересекаться, а тем более говорить. Да, и почему ты вдруг решила, что Джоанна меня послушает? — бормотал себе под нос Бертрам, пытаясь уйти от своей назойливой мамаши. — Послушает. Вы в детстве так хорошо ладили, — проворковала грузная женщина с седыми кудряшками на голове. — Мама, — сдержано рявкнул сын, оборачиваясь. Круглое, морщинистое лицо тёти Мэг тут же приобрело грозное, злое выражение. — Не разговаривай так со мной, Бертрам, — отчеканила пожилая женщина, подбоченясь. — Она позорит и тебя тоже. Тем более ты был там и видел всё своими глазами. — И мне этого хватило…я не буду разговаривать с этой умалишенной, — поджав губы, пробурчал мужчина, напоминая в этот момент упрямого ребёнка. — Будешь, — утвердительно и безапелляционно приказала мать, раздавливая своего сына свинцовым взглядом из-под нахмуренных седых бровей. *** Лучи полуденного солнца светили мне прямо в лицо. У меня не было сил даже отвернуться. Майкл встал час назад. Принял душ, выпил кофе и оделся, не сказав ни слова. Перед тем, как уйти, он присел на кровать. Я чувствовала его желание произнести что-то важное. Наверное, успокаивающее, а может быть наоборот обвиняющее. Но быстро передумав, мой детектив поднялся и покинул номер, осторожно закрыв за собой дверь. Оставшись в одиночестве, я наконец-то разрешила себе пошевелиться. Тело затекло от бессонной ночи, проведённой в позе эмбриона. Я с трудом распрямила ноги, выдыхая с облегчением. Все суставы благодарно заныли, распространяя тепло по конечностям. В голове был сплошной бедлам. Мысли сплелись между собой, образуя серый, вязкий комок. На негнущихся ногах я доковыляла до ванной, сняла платье и встала под ледяной душ. Ничего. Соберись. Теперь надо сконцентрироваться на Томасе Лесли и том, что случилось с мамой. Пирса не существует. Всё. Его нет. Зажмурив глаза, я проговаривала про себя жизнеутверждающую мантру. Мне было необходимо вывести себя из состояния полного уныния. Мне было нужно найти в себе силы, чтобы когда-нибудь выйти за этого гостиничного номера. *** Мускулистый, темноволосый мужчина стремительно вышел из машины, направляясь в полицейский участок. К счастью кроме дежурного никого на посту не было. По-видимому все отсыпались после дня города. Зайдя в кабинет, Майкл сел за стол. Его грубое, мужественное лицо казалось как никогда бледным. Он прерывисто дышал, уставившись в едва заметную трещину на стене. С каждой секундой она разрасталась в его глазах, приобретая устрашающие размеры. *** — Как жаль, что меня там не было! Я так бы хотела увидеть всё своими глазами! — воскликнула стройная блондинка, еле поспевая за своей подругой. — Ну, посмотри ещё раз видео, — бросила пышнотелая брюнетка с раскосыми, фиолетовыми глазами. — Грейс, там всего десять секунд, да и лица плохо видны, — запричитала блондинка. — Главное, что она сделала и как быстро потом сбежала, — прокомментировала бывшая мисс Теллурид, звонко стуча своими слишком высокими каблуками по асфальту. — Просто невозможно себе представить! Ей хватило смелости вот так при всех, — со странным восхищением сказала блондинка, беря свою подругу под руку. — Не смелости, а наглости, Пэтти, — поправила Грейс, замедляя шаг. — И того, и другого, — кивнула блондинка, прищуриваясь. — Я такое только в кино видела. Просто безумие какое-то. — Она похоже уже сошла с ума, — приглушённо процедила бывшая королева красоты. — Ой, весь город теперь гудит только об этом. Может она специально этого и добивалась, — протараторила Пэтти, возбуждённо скользя взглядом по прохожим, словно ожидая что и они присоединятся к обсуждению. — Это всё плохо закончится, — с остервенением отчеканила Грейс, поворачивая за угол. *** — Пирс, открывай! Я знаю ты здесь! — кричала худая девушка лет восемнадцати с зелёными волосами, стучась в закрытые, железные ворота автосервиса. Сделав передышку буквально на несколько секунд, она снова начала со всей силы барабанить кулаком, словно пытаясь пробить ворота своим неистовым натиском. Когда наконец-то послышался звук, прокручивающегося ключа, девушка остановилась, опуская свою покрасневшую руку. Ворота медленно приоткрылись. Острые, голубые глаза уцепились за напористую гостью. — Тара, — с откровенным укором выдохнул высокий, русоволосый мужчина. — Я бы тут целый день барабанила, если бы ты не открыл. И на ночь бы осталась, — упрямо вскинув подбородок, пригрозила Зальцман. Усталая ухмылка едва коснулась губ мужчины. Зелёноволосая девушка быстро прошмыгнула внутрь, сразу же очутившись в густом смоге сигаретного дыма. Тара прикрыла рот ладонью, машинально закашлявшись. — Господи… — пробормотала девушка, внимательно рассматривая своего давнего друга. Пирс выглядел непривычно отрешённым. Клетчатая рубашка была помята и полурастёгнута, русые волосы всклокочены, колючая, золотистая щетина обрамляла его лицо, предавая ему неопрятный, замученный вид. — Зачем ты это сделал? — тихо спросила Зальцман, беспокойно переминаясь. — Что именно? — непринуждённо переспросил Блэкбёрн, доставая из кармана потёртых джинс новую пачку сигарет. — Ты собирался выкинуть на помойку пять лет трезвости, — с искренним возмущением проговорила девушка. Пирс нарочито медленно зажёг сигарету, крепко зажав её между своих губ. — Кто-то снял вас в этом проклятом баре! И теперь это видео гуляет по сети! Зачем ты туда вообще пошёл?! — голос Тары, как звонкий колокольчик отскакивал от стен, раздражая слух мужчины. Блэкбёрн прищурился, выдыхая сигаретный дым. — Тебе что всё равно?! Ты же разрушаешь свою жизнь, которую выстраивал по крупицам все эти годы, — почти детское, круглое личико девушки исказилось от непонимания и беспокойства. — С чего ты взяла, что я собирался пить? — низкий, хриплый голос Пирса казался слишком далёким. Тара растерянно заморгала своими маленькими, как бусинки, глазами. — На видео ты подносишь стопку к своему рту, — пробормотала девушка с устрашающей татуировкой воющего волка на шее. — Всё не то, чем кажется, — пространно пропел мужчина, снова делая затяжку. — Да, хватит уже издеваться, Пирс, — обиженно пробурчала Зальцман, по-детски насупившись. — Тара-Тара, — игриво протянул Блэкбёрн, медленно выдыхая дым. Его яркие, голубые глаза скользнули по худой, хрупкой девушке со странной, болезненной тоской. — Я не потерял контроль над собой. — Я в этом сомневаюсь, — скрестив руки на груди, проговорила Зальцман. — Мне было нужно проверить кое-что, — процедил русоволосый мужчина, проведя ладонью по своей золотистой щетиной. — Что? — Тара изнемогала от нетерпения, любопытства и тревоги. — Её реакцию, — неспеша прожевал Пирс. Его взгляд потемнел за долю секунды, словно он мысленно вернулся в тот ключевой момент. — Её реакцию, — тихо повторила Зальцман, переваривая полученный ответ. Девушка застыла, всматриваясь в знакомое лицо, будто ища в нём разгадку. Тара чувствовала, как её ладони начинают зудеть и чесаться. А это всегда происходило от перенапряжения и стресса. — Пирс, ты выследил её, пошёл за ней в бар и спровоцировал эту сцену, чтобы проверить, не всё равно ли ей, — с придыханием произнесла девушка. Осознание накрыло её, как лавина. — Когда ты это так подаёшь, звучит плохо. Согласен, — с хитрой ухмылкой подтвердил Блэкбёрн, явно не сожаления о своём поступке. Тара судорожно сглотнула, замечая злорадный блеск в голубых глазах. — Пирс, ты должен остановится. Это путь в никуда. Тебе должно быть плевать… — с особой осторожностью начала девушка. — Так же как и ей, — выдохнул мужчина, перебивая свою давнюю знакомую. Зальцман принялась нервно приглаживать свои зелёные волосы, не отрывая взгляда от Пирса. Он казался ей совершенно потерянным. Таре уже доводилось видеть его таким, и это было в самом начале его пути к трезвости. Резко сократив дистанцию, девушка схватила Блэкбёрна за воротник рубашки, вставая на цыпочки, чтобы заглянуть прямо в его лицо. — Пообещай мне, что не сорвёшься. Поклянись своей дочкой, — с необыкновенной решительностью потребовала Тара, притянув к себе мужчину. Взгляд Пирса сфокусировался и просветлел. — Поклянись, — отчеканила Зальцман, снова дёрнув его на себя. Выдохнув с умилением, Блэкбёрн медленно и бережно провёл ладонью по зелёной макушке девушки, гладя её, как ребёнка. — Пирс, — процедила Тара, упрямо нахмурившись. — Хорошо. Клянусь. Я не вернусь к наркотикам, — мягко протянул мужчина. — Я имею ввиду не наркотики, — пробормотала Зальцман, крепко сжимая его воротник. Голубые глаза Пирса блеснули пониманием. — Не ищи с ней встреч…пожалуйста…я знаю, как легко вернуться…туда. Не надо. Прошу тебя, — Тара говорила сдавленно, будто задыхаясь от переполнявших её эмоций. — Не волнуйся. Всё хорошо, — заверил Пирс, заметив, как задрожали руки девушки. Маленькие, чёрные, как бусинки глаза Зальцман безуспешно искали успокоения, но во взгляде мужчины продолжал гореть тот самый губительный костёр. С тяжёлым вздохом она наконец-то выпустила из своих рук его воротник, отступая назад. Громко шмыгнув носом, Тара удручённо сгорбилась, направившись к выходу. *** Коренастый мужчина с армейской стрижкой сидел за столиком, с наслаждением вдыхая аромат свежесваренного кофе. Его желтоватое лицо светилось от какого-то внутреннего удовлетворения. Он был явно чем-то очень доволен. Когда мужчина увидел приближающуюся фигурку молоденькой девушки с вычурными, зелёными волосами, он помахал ей, вызывая у неё недовольную гримасу. — Брайан Лесли, — по слогам произнесла Тара, садясь напротив детектива. — Он самый, — самодовольно пропел мужчина. — Будешь что-нибудь? — Нет, — рявкнула Зальцман, распахивая свою чёрную косуху. Её взгляд с негодованием скользнул по его довольному лицу. — Чего ты такая злая? Что случилось? — изображая дружеский интерес, спросил младший Лесли. — Ой, перестань, — отмахнувшись, девушка резко отклонилась на спинку стула. — Ты добился того, чего хотел. Поздравляю тебя, Брайан. Маленькие, серые глаза зажглись. — Ну, не без твоей помощи, дорогая, — скрипучий голос мужчины был пропитан откровенный злорадством. — Ты обещал, что Пирс не пострадает, — процедила сквозь зубы Тара, испытывая жгучее чувство вины. — А он разве пострадал? Дело против него закрыли. Ещё и за моральный ущерб получил большую сумму. Уокер в проигрыше, — ответил Брайан, непонимающе разведя руками. Зальцман поджала губы, раздражённо выдыхая. — Пирс был прав. Ты с самого начала планировал навредить и ему тоже, — тихо прошипела девушка, испытывая желание ударить мужчину, сидящего напротив неё. — И чем же я так сильно навредил ему? — непринуждённо поинтересовался младший Лесли, делая глоток уже остывающего кофе. — Ты же прекрасно знаешь, что вчера произошло. Хватит притворяться, — изнывая от ярости, ответила Тара. Она то распахивала, то запахивала свою косуху, не находя себе места. — Так это маленькая, театральная сценка. День города стал таким скучным, что Уокер и Пирс решили повеселить народ. У них это получилось, — совершенно спокойно и невозмутимо парировал Брайан. — Для тебя это веселье?! — возмутилась девушка, подаваясь вперёд. — Конечно, милая. Драма в нескольких актах на потребу публике, прозябающей в уныние. Такой накал страстей, такое напряжение, что просто не отвести глаз от этих двух голубков, — с наслаждение пропел младший Лесли, наблюдая за краснеющим от злости личиком девушки. — Ты просто мразь, — выплюнула Тара, отчётливо осознавая свою вину в том, что произошло. — Да, не надо переживать за Пирса. Он живучий, как таракан, — с омерзительным безразличием ответил Брайан, допивая свой кофе. — Отдай ему письма, — потребовала Зальцман, угрожающе сжав кулаки. Маленькие, колючие глаза младшего Лесли удивлённо расширились. — С чего бы мне это делать? — С того, что ты не имеешь права держать их у себя, — процедила сквозь зубы девушка. — Имею. Они мне ещё пригодятся, дорогуша, — с язвительной ухмылкой возразил Брайан, одаривая Тару откровенным пренебрежением. Зальцман резко встала, роняя стул. — Будь аккуратней, — посоветовал детектив, многозначительно нахмурившись. Зелёноволосая девушка упрямо вскинула подбородок и быстро зашагала прочь под недовольные взгляды официантов. *** Когда на экране телефона высветился незнакомый номер, Майкл увлечённо копался в базе данных, изучая старые дела старшего Лесли. — Алло. — Детектив Слейд? — раздался девичий голосок. — Да. — Это Тара Зальцман. Первым импульсом Майкла было сразу же положить трубку, но он сдержался. — Что вам нужно? — грубо поинтересовался мужчина, предполагая, что сейчас на него свалиться целая куча провокационных вопросов. — Я бы хотела с вами встретиться. Поговорить. Это очень важно, — с непривычной мягкостью предложила главная сплетница Теллурида. — Мне не о чем с вами говорить, — сухо ответил детектив, испытывая неприязнь к этой вездесущей журналистке. — У меня есть информация, которая будет вам очень интересна, — загадочно произнесла Тара. — Какая именно? — Только при встрече. Это действительно важно, — в голосе девушки были заметны страх и тревога. Майкл громко вздохнул, быстро взвешивая все «за» и «против». — Хорошо. — Прекрасно, — с облегчением пробормотала Зальцман. — Тогда буду вас ждать на перекрёстке Каслтон через два часа. *** Мне хотелось выйти. Мне было нужно переступить порог этого номера. Но я не могла. Я так и не решилась притронулась к своему телефону, потому что предполагала увидеть мириады постов, посвящённых вчерашнему происшествию. Я, как могла, отодвигала реальность за пределы стен гостиничного номера, прячась от мира. Но я понимала, что рано или поздно мне прийдётся столкнуться с последствиями. И эта мысль не давала мне покоя. Когда в дверь постучали, я испугано подскочила с кровати. Подойдя поближе, я прислушалась. — Джо, это я, — сиплый, мужской голос пробрал меня до костей. — Бертрам, — прошептала я себе под нос. — Открой, пожалуйста. Я застыла, прокручивая в голове причины, по которым мой двоюродный брат мог появиться на моём пороге. Его шаркающие шаги эхом отдавались в моих ушах, пока я раздумывала, пускать его или нет. Через несколько секунд я всё-таки потянулась к ручке, открывая дверь. Бертрам быстро вошёл, даже не посмотрев на меня. Его взгляд был прикован к полу. — Сразу говорю, что я здесь из-за мамы. Она просто достала меня, — пробурчал мой брат, даже не пытаясь скрыть отсутствие какого либо желания видеть и разговаривать со мной. — Тётя Мэг могла и сама прийти. Я бы ей обязательно открыла, — с откровенным сарказмом прокомментировала я, наблюдая за его нервными движениями. Плешивый, обрюзгший мужчина явно находился в замешательстве, напоминая недовольного ребёнка. — Чего она хочет? — на прямую спросила я, пытаясь как можно быстрее избавиться от его компании. Наконец-то подняв голову, Бертрам посмотрел на меня своими маленькими, мутными глазами. — А как ты сама думаешь, Джо? После всего этого…бардака, она хочет что бы ты уехала, — ответил одинокий мужчина, который давно покорился воли своей матери. — Понятно, — вздохнула я, испытывая до боли знакомую, застарелую обиду. Бертрам покачал головой, обхватив ремень своих широких брюк, словно боясь, что они спадут. — Ты же знала. Я не понимаю, зачем ты ведёшь себя так, — сбивчиво пробурчал мужчина. — Что я знала? — спросила я, проглатывая ярость. — Ты вернулась сюда, чтобы снова… — Что «снова», Берти? Давай же! Говори, как взрослый мужчина, а не как маменькин сынок, просравший свою жизнь, — злость выплеснулась из меня, как сгусток желчи, скопившейся внутри. Взгляд Бертрама заискрился от гнева. — Кто бы говорил, Джо! Не тебе обвинять меня в том, что я просрал свою жизнь. На свою посмотри! — прокричал плешивый мужчина, проводящий каждый вечер в обнимку с банкой пива. — Я хотя бы не спилась к чертям, — парировала я, чувствуя странное облегчение от этой перепалки, будто мне нужно было избавиться от агрессии. — Как по мне лучше быть алкоголиком, чем сумасшедшей, — прорычал мой двоюродный брат. Я судорожно кивнула головой. Моё тело затряслось, словно в меня ударила молния. Заметив, что его слова возымели эффект, Бертрам выпрямился, почувствовав, что берёт верх. — Я помню тот выпускной, Джо. Ты убежала, а он кинулся за тобой, как собачонка. А теперь всё наоборот. Вчера ты бросилась к нему, но на этот раз он не побежал вслед за тобой. Странно, да? — ехидно прошипел мужчина, напоминая змею. Я молчала, испытывая ужасную боль. Отвернувшись, я сделала шаг в сторону. — Ты выглядела, как одержимая…мне даже жалко тебя, Джо. В каком-то смысле ты не виновата. Это все гены твоей матери, — с притворным сочувствием добавил мой брат. — Замолчи, — процедила я, ощущая гнетущую тоску. Прикрыв ладонями лицо, я замотала головой, отказываясь слушать. — Дарси так была помешана на Томасе Лесли, что, придя ночью в одном пеньюаре, танцевала под дождём у полицейского участка. Ей было плевать на мнение окружающих. Для неё существовал только он, — сиплый, безжалостный голос Бертрама бил меня наотмашь, заставляя отходить всё дальше. Упёршись лбом в стенку, я сдавленно простонала. — Тебе лучше поскорее уехать отсюда. Зачем унижаться? Он тебя больше не любит, — тихо и почти ласково. — Пошёл вон, — процедила я, резко обернувшись. — Пакуй чемодан, Джо, — с победоносной ухмылкой протянул мой брат, рассмотрев все оттенки боли и обиды на моём лице. Бертрам выходил медленно, смакуя момент. Я из последних сил сдерживала желание вытолкнуть его в коридор. Когда дверь за ним закрылась, я пошатнулась, рухнув на кровать.