Призрачная Академия| Тусовщики

       Просторный кабинет освещали теплые лучи солнца, отражаясь в зеркале над камином, они охватывали всё пространство. Свидетельство последнего летнего денька. Однако женщине больше соответствовал бы шторм, который она скрывала от окружающих в глубоком океане внутренних терзаний. Голубые глаза уперлись в фотографию на столе. Седой мужчина со схожими мягкими чертами лица смотрел в душу. Многие в первую очередь замечали его деликатную улыбку. Мэри же часто ощущала всем нутром мерзкую тревожность и тяжкий груз ответственности из-за требовательного взгляда. – Я справлюсь, – заявила Мария портерному снимку. – Ради тебя. Ради детей.       В преддверии первых учебных дней ректор всегда решала множество вопросов, как со всем персоналом, так и со студентами и их родителями. Джонсон, за годы проведенные во главе университета, успела привыкнуть к этому цикличному аду. Какому-нибудь мажорчику не понравилась комната, например "диван стоит не по фэншуй" – виновата ректор. Расписание не подходит любителю почитать комиксы по ночам или не состыковывается с курсом медитаций преподавателя ботаники – виновата ректор. Иногда доходило до абсурда, от чего голова шла кругом.       Помимо мандража, Мэри ощущала неладное, словно тянуло за лопатки в бездну тьмы. Она выросла здесь, знала каждый уголок, каждый сантиметр тут родной. Сегодня в противовес жаре на улице климат в Академии морозно нагнетал, точно разгневанный пчелиный рой под кожей. Привычно мирно сидящий на столе бронзовый английский бульдог насупился. Нельзя объяснить рационально, только незначительные детали и предчувствие сигнализировали о грядущей катастрофе. Происшествия подобного толка уже случались. К сожалению. Но в воздухе с примесью скорби было что-то ещё, более пугающее. Как в тот день.       От воспоминаний и тяжелых мыслей женщину отвлек знакомый слуху вежливый стук в массивную деревянную дверь. – Прошу, мистер Марон, – жестом главный администратор указала пройти. – Миссис Джонсон, – блондинка мелко кивнула. От формальностей Свит не отказывалась никогда. – Элизабет, спасибо, – мягко улыбнулась ректор, встав со стула. Она перевела взгляд на визитера, что зашёл столь уверенно, будто бывал здесь ни раз. Серые глаза не пробежались по интерьеру, как предполагала Джонсон. Смутила не только его неосмотрительность, но и важный нюанс – интернет не врал, слишком молод Доминик. Но усталое лицо, коренастость и повадки обманчиво придавали образу статности. – Доброе утро, мистер Марон. Присаживайтесь. – Детектив Марон. Так удобней, миссис Джонсон, – невзначай поправил Доминик, не без мимолётной ухмылки. – Я вас услышала, детектив Марон. Перейдём к делу, – отчеканила Мария, взяв паузу тихим выдохом.       Ректор узнала о нём всё, что могла, благодаря открытым источникам и собственным связям. Доминик славился уникальной способностью раскрывать самые сложные и запутанные дела в кратчайшие сроки. То, что было необходимо всему учебному заведению.       Если чутьё не подводит – беды не миновать. Сразу же слетятся стервятники в виде журналистов, будут стоять у забора, выпрыгивать из кустов с камерами. Следом родители параноики, которые заберут своих детишек от греха подальше. Весточка с кровавыми подробностями распространится быстрее всякой чумы. Редкий новостной портал откажется от публикации материала о вопиющем инциденте в престижном университете. А это может значительно сократить бюджет и просто уничтожить рейтинги. – Как могли заметить, вы прибыли первым. Мы крайне нуждаемся в вашем экспертном мнении. Без лишней огласки и паники. Кроме меня, миссис Свит, уборщицы, охранников, консьержки и вас об этом никто не узнает в ближайший час. Полиция в пути. Николас Фишер... Он был хорошим мальчиком, неплохим журналистом и студентом. Проблем с учебой не было, как и с администрацией, разве что на первом курсе, но это объяснимо. Многие не сразу привыкают к жизни по уставу, – её лицо помрачнело. – Предлагаю осмотреть комнату, чтобы детей не пугать. Остальные вопросы решим после.

______________________________

      Тишину коридора мужской башни нарушил Калеб Новель. Он шёл чуть ли не вприпрыжку, не смотря на тяжелую сумку в руке для его худощавой комплекции, присвистывая незамысловатый мотив себе под нос. Студент воодушевлено прокручивал на пальце левой руки ключ с биркой 305. Ему заведомо понравилось расположение комнаты: не слишком далеко, но и не так уж и близко к лестнице. Одним словом – идеально. "Если опять будет наркоман – я вскроюсь и перестану верить в собственную удачу. Пожалуйста, администрация, не положите хер на меня хоть в этот раз."       Брюнет остановился перед дверью и заметил табличку "уборка". Недолго думая, юноша принял решение зайти в комнату как можно скорее. Десять утра, большинство заезжало только в полдень, так что скорее всего: "Какой-то глупый пранк." – закончил мысль студент и уверенно опустил ручку двери. Первое, что бросилось в глаза – раскиданные бумаги по кровати и явно обжитая чужая половина, но это не слишком заботило юношу. Он весьма просто рассудил, – "Лишь бы на моей стороне срач не наводил, остальное на его совести."       Калеб продолжил присвистывать застрявшую в сознании мелодию, кинув сумку возле своей кровати, и уже собирался раскладывать вещи на новенькие места, как к нему влетел разъяренный охранник: – Эй, парень! Быстро проваливай! Как ты вообще сюда попал?! – мужчина в мгновение материализовался возле второкурсника, стальной хваткой сжав плечо. – Какого!? – Новель сдержался, ведь ругаться здесь нельзя – преступление против устава. Однако, подняв голову, заметил ужасную картину через полузакрытую дверь в ванную. Брюнет был настолько увлечен своими рассуждениями, что не обратил внимание на пробирающий до мурашек запах металла и вязкую красную жидкость впитавшуюся в дощечки паркета у стыка с плиткой. Кровь. В ванне его сосед. Бледный и мертвый. Из недр желудка накатывал рвотный рефлекс, а едва переваренный шоколадный батончик стремился стать новым скверным пятном в 305-ой. В голове крутились тысячи вариаций выражений, нарушающих местные законы, которые он несомненно хотел бы разделить с местным блюстителем порядка, но Новель лишь растерянно спросил. – Что... Что тут произошло?.. – Иди в свою комнату, пацан. Позже все расскажут, – варварски вытолкнул за порог. – Язык за зубами держи, – грубым тоном приказал сторож, каким, обычно, угрожают. – Но, это и есть моя комната! – Тогда иди вниз и жди, – звучным хлопком, разносясь эхом по коридору и отражаясь в сознании Калеба, злополучная дверь закрылась перед носом, отрезав от безумия. Стоя перед ней с ключом, что не отобрал сушеный как рыба, но невероятно сильный охранник, Новель завис. Сцена напоминала сон, будто её только что не было. "Твоя подруга была права... Может, наркоманы не такие уж и плохие люди.." – шокированный увиденным, студент тяжело выдохнул и направился к лестнице.