Принцесса осени

06.11.93 До цели оставалось всего ничего, какая-то жалкая сотня метров, но Коля все равно шел не очень-то и быстро. Он всем своим видом показывал, что ему не охота тратить свое свободное время на эту встречу. Сегодня у Анохина выдался выходной. Парень собирался провести его в спокойном отдыхе, но как назло, Кёске оставил ему письмо на кухне, с просьбой прийти в кафе к полудню. Поскольку это было то самое кафе, где он уже встречался с Эли Кобаяши, то Ник отлично знал его местоположение. «Блин, вот надо было ему дергать меня именно сегодня? Наверняка какой-то пустяк в голову взбрел, вот и хочет обсудить…» – хоть Ник и думал так, но на деле ему все казалось иначе. В своей записке Пухляш указал лишь на все детали встречи, но не сообщил никаких подробностей по поводу темы для этой самой встречи. Кёске лишь написал, что это важно, и ничего более, так что Ник понятия не имел, о чем друг хочет с ним поговорить, тем более в кафе. Впрочем, Анохина это не сильно волновало, он все равно был недовольным. И причина для его недовольства заключалась не только в незапланированной встрече с Кёске. Так же он был недоволен из-за Химицу, а если быть точнее – из-за ее отсутствия. В последние дни Коля был слишком занят на работе, ровно, как и его девушка, так что им пришлось временно прекратить свои встречи. Ребята не виделись уже около трех дней, и надо признать, что за это время Коля жутко соскучился по рыжеволосой. Он знал, что ничего с этим поделать нельзя, но все равно тосковал по ней. Почему-то ему хотелось проводить с ней еще больше времени теперь, когда они вместе. Когда Анохин зашел в кафе, то тут была примерно такая же атмосфера, как и в прошлый раз: самая обыденная. За какими-то столиками сидели влюбленные парочки, за другими собрались целые компании друзей, а кто-то и вовсе сидел в одиночестве, но всех их объединяло одно – они вели себя тихо и спокойно что-то обсуждали. Да уж, это не было похоже на бар, в котором он любил проводить время шесть лет назад. Кстати, Николай не без удивления отметил, что уже давно не посещал подобных бару мест. Кёске не заметил того, как Коля вошел в кафе, как и того, что тот подошел к нему. Пухляш был явно чем-то занят, а если говорить конкретнее – он что-то читал. Это не была книга, а скорее несколько больших страниц бумаги. Похоже, что даже в такие моменты Кёске любил всего себя отдавать работе. – Знаешь, скоро я не удивлюсь даже тому, что увижу тебя в обнимку с твоими рукописями, – только после этих слов Кёске заметил его, но отреагировал вполне спокойно. После взаимного рукопожатия, Анохин занял место напротив друга. – Ты ведь и сам любил читать книги, не забыл? – Я любил читать фантастику. – И что? Это разве не книга? Не обязательно читать что-то занудное или с глубокой мыслью, главное, чтобы тебе нравилось. В ответ на это Коля лишь пожал плечами, но в глубине души все равно обрадовался, что его друг мыслит в таком ключе. Однако это не отменяло самой темы, с которой Анохин начал их разговор. – В твоем случае что-то читать – это уже работа. Ты подрабатываешь в интернет-кафе, а в свободное время пишешь сюжеты для манги. Твоя помощница еще не говорила тебе, какой ты трудоголик? – Помощница? – недоуменно спросил Кёске, словно не совсем понимая, о чем говорит Ник. – Ну, эта… Михару, кажется? Молодая девушка, скромная такая, стесняется постоянно. – Ах, про нее… – Кёске вдруг замолк, будто не зная, как объяснить Коле ситуацию. – В общем, она уволилась. – Уволилась? Вот так резко? – Поверь, я и сам удивился! Она вдруг сказала, что у нее больше не получается укладывать в график свою вторую работу, так что из кафе ей придется уйти. – Хм, значит, ей было трудно там работать. «Или она просто устала видеть тебя и знать, что ты принадлежишь другой» – Коля понимал, что это лишь его фантазии, но ему действительно казалось, что та девушка неравнодушна к Кёске, потому и работала с ним. На самом деле это и впрямь было удивительным. Вроде бы еще не так давно Ник видел Михару в офисе Кобаяши, а как оказалось, она уже тогда готовилась к увольнению из клуба Кёске. Отсюда возникал вопрос, а может, она приходила в поиске работы? Но не Михару и не компьютерный клуб были главной темой для этой встречи, так что думать о таких вещах дальше было бессмысленно. Коле не хотелось затрачивать здесь очень много времени, потому что на сегодня у него было еще несколько планов. Поэтому нужно было поскорее переходить к делу. – Так все же… Зачем ты меня сюда позвал? – у Коли было дежавю, еще недавно, в этом же кафе, Эли задавала ему примерно такой же вопрос. – Ах, прости… – Кёске слегка растерялся, это было видно по его лицу, но затем, сложив свои бумаги воедино, посмотрел сначала на них, а потом обратно на Анохина. – Я хотел обсудить с тобой вот эту твою рукопись. – Мою? – Да. Прости, я забрал ее с собой, пока ты спал. – А, так вот куда она пропала… – обратив взгляд на потолок, Коля начал припоминать, что случилось неделю назад. На то утро, после того, как Анохин от ерунды написал несколько страниц рукописи, он проснулся и обнаружил, что его работа пропала. Тогда он решил, что Кёске по приходу, наверное, просто все смял и выбросил в урну, даже не прочитав. Обижаться на такое Ник не стал, как минимум потому, что это было рабочее место самого Кёске, да и на свою писанину Анохину было откровенно плевать. – Я хотел ее вернуть, но ты довольно редко стал появляться у меня, – а вот теперь Кёске позволил себе улыбнуться, причем довольно хитро и проницательно. – Эм… Ну, я решил иногда снимать номер, мало ли Сая придет… – Ты переживаешь из-за того, что будешь мешать моим отношениям с Саей, или от того, что общение со мной будет отвлекать тебя от отношений с Химицу-тян? – Не понимаю, о чем это ты? – Коля знал, что уже поздно строить из себя дурака, но решил предпринять последнюю попытку. Впрочем, она тут же провалилась, потому что лицо Анохина покраснело, что не ушло от внимания Кёске. – Не понимаешь? Ладно, спрошу по-другому. Номер, который ты «снимаешь» случаем не находится в квартире Химицу-тян? –… Смех, с которым Кёске начал смеяться, буквально раздавливал Колю в лепешку. А самым ужасным было то, что ему нечем было на это ответить. Он ведь действительно стал чаще ночевать у Химицу, чем у Кёске. – Боже, видел бы ты свое лицо… – пухлому другу понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя, а по их истечении он смог все-таки принять серьезное выражение на своем собственном лице. – Ладно, но теперь шутки в сторону. Эти несколько страниц ведь написал ты? – Ну, если Сая не увлекается твоей работой, то получается, что больше некому. – Значит, это был ты… – тот оценивающий взгляд, с которым Кёске посмотрел на друга, слегка напрягал самого Анохина. – И что с того? – Ну-у… – Кёске явно что-то недоговаривал, но по одной его ухмылке можно было понять, что он что-то задумал. Его глаза начали бегать по тексту, снова и снова перечитывая некоторые строки. У Коли возникло чувство, словно он сидит перед учителем, который проверяет его работу на ошибки. – Я прочитал твою рукопись. Оставим в стороне то, что ты взял за основу одну из моих идей, но в целом мне понравилось. – И? Что дальше? – Не осознаешь? Хотя, оно и не удивительно… У тебя есть талант к писательскому делу, если ты хочешь, чтобы я сказал прямо. У Коли в очередной раз возникло чувство, что его друг сейчас скажет что-то вроде того, что он его разыграл. Но Кёске опять сделал то, что делал во время их прошлого разговора на эту тему – смотрел на Анохина с серьезным выражением лица. По мнению самого Николая, это уже было чересчур, ему было легче представить себя главой Кобаяши-Корпорейшен, чем хорошим писателем. – Какое отношение это имеет к нашей встрече? – с надеждой спросил Коля. Ему уже хотелось поскорее уйти, лишь бы не обсуждать эту тему. – Мы кое-кого ждем. – Ждем? И как в подтверждение своих слов, Кёске начал мотать головой из стороны в сторону. Его взгляд остановился на выходе из кафе, где только что появился неизвестный для Коли человек. Тот и сам словно искал кого-то, а когда их взгляды встретились, то улыбка на лице Кёске стала шире. Незнакомец ответил ему тем же, а после короткого кивка начал делать уверенные шаги в сторону ребят. Итак, а теперь, наверное, стоит немного рассказать об этом самом незнакомце. Он был довольно высокого роста, а точнее – высокого по сравнению с тем, какого роста были все остальные в этом заведении. Особенно бросалась в глаза внешность его лица: он не был японцем, это было очевидно, его лицу скорее подходила внешность классического европейца, но о большем Коля пока судить не мог. По возрасту это был взрослый мужчина, лет тридцать или даже тридцать пять от роду, но это было заметно не только по его внешности, а так же и по поведению. Его походка была уверенной и крепкой, а одет он был в деловую кожаную куртку с такими же брюками. В общем, всем своим видом этот незнакомец давал понять, что он вполне себе успешный мужчина. – Прости, Кёске, я немного опоздал, – говоря это, он протянул ладонь пухлому Отаку, на что тот тут же ответил рукопожатием. – Не беда, нам тоже нужно было поговорить. После крепкого рукопожатия незнакомец, наконец, обратил на Колю свои глаза. Они были какими-то серыми, а вот волосы европейца наоборот светлыми. Сначала Коле показалось, что этот человек начнет стрелять в него молниями, но все вышло наоборот – он улыбнулся Нику. – Итак, это он? – Да. Знакомьтесь, это Николай… – не успел Кёске договорить, как незнакомец уже протянул свою руку и самому Коле. Тот не думая ни секунды протянул руку в ответ. – Рад знакомству, Николай. Меня звать Сергей. Хоть Коля и попытался скрыть свое удивление, но его брови все равно слегка приподнялись. Получалось, что этот человек вполне вероятно его соотечественник, или как минимум – имеет славянское происхождение. Встретить здесь кого-то из своей национальности – как минимум было неожиданно. – Оу… Эм, взаимно. А что, собственно, вы от меня хотели? – Так-с…. Приступим… Казалось, что Сергея вопрос Коли вообще не интересовал. Он присел рядом с Кёске, прямо напротив Коли, и тут же взял из рук пухляша рукописи, сделанные Николаем. Точно так же как и Кёске, читал он предельно внимательно. Анохин не знал точно, сколько минут прошло вот так, но через некоторое время Сергей задал ему тот же вопрос, что задавал и Кёске. – Как я понимаю, это написал ты, да? – Да, но я не совсем понимаю… – Сюжет неплох, и продумывание ситуации интересное, хотя слог, конечно, хромает, но это можно исправить с течением опыта. Так же не помешало бы подтянуть грамотность… – Простите, но может мне кто-нибудь объяснить, а что вообще здесь происходит?! – в конце концов, Коля не выдержал и слегка сорвался. Ему не нравилось, что его здесь обсуждают так, будто он экспонат какой-то. Сергей на его громкий вопрос отреагировал спокойно, более того, даже улыбнулся ему в качестве извинений. Подняв свою большую ладонь, он тем самым призвал Анохина успокоиться и оставаться на месте. И Ник так и поступил, хотя бы ради того, чтобы получить ответы на свои вопросы. – Прости, я иногда увлекаюсь и не ввожу в подробности. Если говорить коротко и просто, то я – редактор. Вдобавок к этому, я ищу молодых и неопытных писателей и помогаю им наладить связь с различными издательствами. Проще говоря, я проталкиваю молодые таланты в мир написания книг. – Вы… проталкиваете? – Верно. В особенности я работаю с людьми из стран СНГ, помогая им в дебюте. Наверное, ты уже отметил мою принадлежность к славянской национальности, впрочем, это сейчас неважно. Так как я налаживаю связи и в других странах, дабы перенять их опыт и передать его молодым писателям, то я был знаком и с Кёске. Около недели назад он позвонил мне и попросил приехать, чтобы оценить некоторый талант. – Некоторый… талант? Подождите-ка… – логическая мозаика начала складываться в голове Николая. Теперь он начинал понимать, куда пропали его рукописи и на что ему так намекал Кёске. – Вы сейчас что, про меня говорите?! – А про кого же еще? – Но это же абсурд! Какой из меня писатель?! – Ась? А почему никакой? Колю удивляло то, что Сергей говорил это с абсолютной непринужденностью. Они будто обсуждали не карьеру известной личности, а обычный выбор чая для утренней зарядки. Ладно, Сергея еще можно было понять, он не был знаком с Колей так уж сильно, но вот почему и Кёске сидел с подобной миной на лице? – Ну, это же тебе на пробежку выйти. Мы говорим о серьезной карьере на будущее… – Никто не говорит тебе сию минуту написать шедевр, и уж тем более никто не говорит тебе стать настоящим писателем. Я лишь хочу отметить, что у тебя есть потенциал. Потенциал и талант это разные вещи, но при правильном наставлении любой потенциал можно превратить в самый настоящий талант. – Что-то я плохо представляю себя в таком образе… – Слушай, ты слишком заботишься о том, что недостаточно хорош для чего-то. Это не будет легко, и уж тем более это не придет сразу. Настоящий шедевр взращивается со временем, иногда он приходит к писателю лишь спустя годы. Но разве результат того не стоит? Начни с малого, тренируйся когда будет нечего делать, а если тебе понравится, то начинай пробовать раз за разом, пока не напишешь что-то стоящее. После слов Сергея наступила тишина. Коля просто сидел и ждал, когда ему скажут, что это шутка, а Кёске лишь оценивающе смотрел на него. Казалось, что Сергей чего-то ждет от Анохина, но тот попросту не знал, как на такое можно ответить. Он не привык как-то отвечать на такие предложения, хотя, пока что, никаких конкретных предложений и не было. – Тогда, чего же вы от меня хотите? – Для начала – просто подумать. Думай не над тем, как тебе стать профи или хочешь ли ты им стать, а задумайся: хочешь ли ты, чтобы у тебя появилось такое хобби? Если решишь, что просто хочешь этим заняться… – на пару секунд редактор замолк, чтобы достать из кармана какую-то визитку, которую он тут же протянул Коле. – То просто позвони мне, даже если вернешься в Россию. Я буду читать, и направлять твои идеи. Можешь даже работать на пару с Кёске, я не буду против. Затем, если тебе понравится, и если я увижу твой рост, то мы начнем проталкивать то, что из тебя получится. Коля до сих пор ощущал, что оказался здесь по какой-то ошибке, но Сергей так и продолжал протягивать ему визитку, явно не собираясь убирать ее в ближайшее время. Как минимум из вежливости, Анохин решил, что ее следует принять. Это ведь был лишь клочок бумаги, рука Ника не сгорит от того, что он прикоснется к ней. – Как-то у вас все слишком просто… – Нет, это люди любят все усложнять. И очень часто причиной этих усложнений является неуверенность в собственных силах. Но я поделюсь с тобой одной мудростью, Николай, поэтому запомни: не бывает бесполезных людей, бесполезными бывают пути их реализации. После этих слов Сергей тактично пожал руки обоим парням, а затем направился к выходу. Еще какое-то время Коля сидел в полнейшем ступоре, но так как Кёске тоже продолжал сидеть в абсолютном молчании, то Анохину предстояло начать разговор первым. Похоже, что Кёске именно этого и хотел. – И давно ты все это придумал? – на этот легкий вопрос Отаку только пожал плечами. – Я лишь решил попробовать. Дальнейшее развитие событий зависит лишь от тебя. – Почему ты так уверен, что это будет по мне? – Хм… Предчувствие? Ответ был слишком банален, и уж тем более не удовлетворял Анохина. Он даже на мгновение подумал, что Кёске так шутит, но его друг лишь продолжал оценивать Колю. В конце концов, и Кёске начал собирать вещи. Наверное, он не рассчитывал задерживаться здесь надолго. – Ладно, я свое дело сделал, теперь мне надо идти по делам. На самом деле, мне и по личному вопросу надо поговорить с Сергеем. – Личному? – Конечно! Манга сама себя в СНГ не продаст! «Он же это не серьезно?!» – но Кёске был абсолютно серьезен. Он уже собирался уходить, когда Коля вдруг вспомнил, что хотел попросить своего пухлого друга об одолжении. – А, точно! Подожди, Кёске! – М? Судя по его физиономии, Кёске не ожидал дальнейшего разговора. Оно и неудивительно, ведь Ник его ни о чем не предупреждал. Так или иначе, у Анохина была просьба, вот только озвучить ее он не решался. Наверное, потому что просьба эта была по-своему наглой, а вести себя нагло по отношению к Кёске у Коли не хватило бы духу. – Слушай, эм… Я хотел тебя кое о чем попросить… – Попросить? В последний раз, когда ты так говорил, ты попросил у меня денег на первое время. Неужто снова прижало? – Не в этом дело! Просто… – язык сам собой оставался за зубами, а глаза бегали туда-сюда, стараясь не встречаться с Кёске. Но продолжаться так вечно не могло, так что нужно было начать говорить. – Ты не мог бы одолжить мне свою машину? Всего на один вечер. – Чего? Бровь Кёске стремительно поползла вверх, явно не веря в этот вопрос. Ну, обвинить его было сложно, потому что такие просьбы от Анохина еще не поступали. Да и подобное было рискованно как минимум потому, что Ник не имел прав, хоть и умел водить. Сам того не подозревая, Коля уже воображал то, как Кёске ему отказывает, но его удивлению не было предела, когда на лице друга он увидел самодовольную ухмылку. – А ты я смотрю, не знаешь меры, Николай Анохин, – с этими словами он достал из кармана ключи, а после кинул их в руки Анохина через несколько метров. Если честно, последнему понадобилось немало усилий, чтобы успеть среагировать на такое. – Только давай без лишних приключений, хорошо? – Как-то ты слишком легко согласился… – Просто я тебе доверяю. Не забудь передать привет Химицу-тян, когда будете кататься. – Н-ну да… Не забуду… В этот момент Коле стало как никогда стыдно. Кёске этого не заметил, а потому просто направился к выходу, но вот Нику пришлось бороться с желанием тут же вернуть ключи обратно. Все дело в том, что он сам того не желая, солгал Кёске. Это была правда, что ему требовалась машина, чтобы встретиться с девушкой, но это не была Химицу. Впрочем, говорить об этом было уже поздно. Теперь Коля не знал, за что конкретно он должен отругать Кагоме: за то, что она заставила его пойти на эту ложь, или за то, что она назначила место встречи так далеко от центра города? Но их встреча должна будет произойти лишь через несколько дней, а до того времени ему требовалось встретиться еще кое с кем. Причем эти встречи приносили ему куда больше удовольствия, чем тайные переговоры с Ивамурой. – Ладно, поздно уже о чем-то сожалеть. Эли, наверное, уже заждалась…

***

Несколько часов спустя Надо признать, что Ник добрался до места довольно быстро, но ему все равно пришлось ждать. И это притом, что он думал, будто бы он сам опоздал. Похоже, что при всех своих хороших качествах Элизабет не отличалась пунктуальностью. Они не стали выбирать для встречи какое-то особое место, Эли настояла на том, чтобы они встретились на набережной у одной реки. Что же, жаловаться на такое было глупо, потому что этот вид действительно завораживал взор Николая. В водной глади всегда было что-то притягательное, и тут было даже не важно, на что именно вы смотрите: на обычную реку или на целый океан. С другой стороны, у воды всегда было несколько холоднее, а потому воздух на берегу заставлял периодически поежиться. Стоя лицом к реке и опершись на перила, Коля наблюдал за спокойным течением и размышлял обо всем том, что с ним произошло в последнее время. Задумывался он и том, что его будет ждать дальше, а так же насколько сильно он доволен своей нынешней жизнью. Так продолжалось до тех пор, пока слева от него не послышался дружелюбный женский голос. – Прости, надеюсь, ты не слишком долго ждал? – Коля спокойно повернулся на источник звука, чтобы обнаружить, как около него стоит красивая девушка с белокурыми волосами. – Не извиняйся, ничего страшного не произошло. – Рада слышать. Ну что, тогда пойдем? – Ага… И далее они оба просто двинулись вдоль набережной. Кто-то мог бы сказать, что это напоминает прогулку влюбленной парочки, но они не шли рука об руку и уж точно не соприкасались руками, так что все это было не более чем дружеской прогулкой. Прошло уже две недели с тех пор, как они с Эли разговаривали на встрече выпускников. Через пару дней после того инцидента, Ник набрался смелости вызвать Эли на встречу, чтобы извиниться за то, что там произошло. Он был уверен, что она будет его ругать, но та лишь поинтересовалась, как для него закончился тот вечер. Когда он в общих чертах рассказал о своей встрече с Химицу, то Эли лишь улыбнулась и сказала, что рада за них, а заодно облегчила Нику душу. Поскольку этот конфликт закончился, даже не начавшись, то Анохин решил, что будет неплохо периодически встречаться с Эли для таких вот небольших прогулок. В этих моментах Ник и сам не успел заметить, как его дружба с Эли Кобаяши укрепилась. Это не было похоже на его отношения с Кетрин, с Эли ему было намного проще, как минимум потому, что она вела себя более раскрыто, и даже не пыталась вывести их отношения за какую-то черту. Проще говоря, с этой девушкой Анохину не нужно было быть в режиме постоянной обороны и ждать какой-нибудь попытки соблазнения. Может показаться необычным, но Химицу об этих встречах отлично знала, потому как Анохин сам о них и рассказывал. Как и было обещано, он не стал скрывать от нее ничего, чтобы потом между ними не возникло недопонимания. К его удивлению, Химицу не стала ревновать, даже напротив, Коле показалось, что Химицу была рада, что он общается именно с Эли Кобаяши. Это в очередной раз доказало Коле правильность его недавней теории: что-то произошло между Химицу и Эли, из-за чего они сдружились так же крепко, как и сам Ник с девушкой. Как и тогда на выпускном, они не болтали на какую-то конкретную тему, а затрагивали самые разнообразные разговоры. Шли не очень быстро, но и не очень медленно, наверное, темп подбирался сам собой. Но, через некоторое время Николай заметил, что Кобаяши по большей части молчит и все чаще с улыбкой посматривает на него. Ее взгляд определенно был наполнен интересом, а Коля не понимал, чем этот самый интерес вызвал. – Ну что? – Да так, ничего. Просто заметила, что ты уж больно много улыбаешься. – Это так заметно? – Хех, еще бы… Проходя мимо ларька с напитками, Ник не думая взял себе вкусный чай, а вот Эли решила пойти дальше и заказала капучино. Влажный воздух обдувал лицо, а Коля все ждал, когда Эли продолжит разговор, но та занялась этим лишь через какие-то сто метров. – И как в итоге продвигаются дела с Химицу? – Ну, мы… Анохин определенно замялся говорить дальше. Хоть они с Эли и стали друзьями, но говорить на эту тему ему было неудобно даже с ней. Впрочем, чем больше он пытался что-то скрыть от Кобаяши, тем больше перед ней раскрывался. У нее почему-то был талант видеть его насквозь, и она не стеснялась пускать его в ход. – Похоже, что вы становитесь все ближе и ближе. А иначе ты бы не вгонялся в такую краску. – Тебя это так интересует? Необычно для девушки. – Вовсе нет, просто я рада за тебя. – Вот я и говорю, необычно это… – Что именно? – Ну… я не привык, что другая девушка рада за мои отношения с Химицу. Говорить об этом не стоило, но слова вырвались сами собой. Темные красивые волосы и красные глаза снова вспышкой блеснули в памяти Ника, от чего на него накатила моментальная грусть. Не осталось и следа того веселого Николая, который задорно подшучивал над Кобаяши несколько минут назад. Эли тут же заметила эту перемену, но сказать тут было нечего, кроме того, что и так было очевидным. – Ты сейчас про Кетрин, да? – Да… – Она так и не извинилась? – Не то чтобы она должна… В конце концов, я тоже причастен к тому, что она довела себя до такого состояния. – Слушай, а ты так и не узнал, от кого Кетрин получила приглашение на встречу выпускников? – Эли спросила это с некой надеждой, но Ник лишь покачал головой. – Без малейшего понятия. А ты? Тоже не смогла выяснить? – Опросила всех, кто мог прийти в голову, но ничего не выяснила. Никто из ребят не связывался с Кетрин Винтерс. Было невыносимо от досады. Коля знал, что чем-то подобным и закончится, но в глубине души, он все равно надеялся, что хотя бы Эли сможет что-то выяснить. Но и эта ниточка ни к чему не привела, что только ставило Колю в еще больший тупик. Он даже не заметил, как начал кусать большой палец на руке, смотря куда-то в воду. В этой водной глади он мысленно пытался разглядеть лицо таинственного врага, но тот или та постоянно стояло к нему спиной. «Вопросы все прибавляются…» – сложно было это объяснить, но Ник почему-то был уверен в своем плохом предчувствии. – Ладно, не забивай этим голову. Самое главное – что вы с Химицу счастливы. Пока это так, то игра стоила свеч. – Ты так думаешь? – А ты нет? Судя по тому, с какой глупой улыбкой ты разгуливаешь по городу, то мне показалось, что ты счастлив. – Что-то я не понял, ты меня сейчас похвалила или подшутила? Эли резко прыснула, от чего ее смех разошелся по водной поверхности. Похоже, что ответом на этот вопрос было и то и другое сразу. – Ну, ты уж прости. Просто забавно наблюдать за тем, как ты от смущения не можешь и двух слов связать. – Неужели у нас нет других тем для разговора?! – Других? А у тебя что-то еще в жизни случилось? – Ну-у… Вопрос был с явным подвохом. Коля начал перебирать все происходящее за последние две недели, но только сейчас понял, что кроме его отношений с Химицу ничего толком не происходило за это время. Конечно, если не считать последних трех дней, которые он провел без своей рыжеволосой девушки. Хотя, чуть ли не в самый последний момент, голову Коли посетило воспоминание из сегодняшнего утра. Это подействовало на его голову как включенная лампочка, которая говорила ему «Вот оно!». – Ах, точно! Мне ведь Кёске наводку дал. – Наводку? Какую еще наводку? Объяснять что-то отдельно, было бы пустой тратой времени, так что Анохин решил рассказать обо всем с самого начала. О том, как он неделю назад написал краткий сюжет для книги, о том, как Кёске узнал о его рукописи, а закончил тем, что сегодня Кёске устроил ему встречу с каким-то влиятельным редактором. – Представляешь? Теперь они на полном серьезе намекают мне, чтобы я попробовал себя в роли писателя. – А что в этом такого? Реакция Эли, как и ее лицо, было ровно таким же, как и у Кёске: она не понимала, чего такого смешного или глупого в этом нашел сам Ник. А вот он в свою очередь, не понимал, как они могут так спокойно реагировать на такую мысль. Николай Анохин? Известный писатель? Звучало это еще глупее, чем представлялось, и Ник не мог представить это ни в каких других условиях, кроме как в рамках шутки или несерьезного сна. – Ну это даже звучит несерьезно! Сама подумай, ну вот какой из меня писатель? – А какая из меня рок-певица, когда я половину жизни провела как принцесса в замке? – Ну… Это ведь совершенно разные вещи! Эли молча смотрела прямо в его глаза, показывая всю свою решительность, с которой она произнесла это предложение. Затем, ничего не говоря, она отошла в сторону ларька с хлебом, который был неподалеку, и купила там небольшую булку. Разломив булку напополам, девушка отдала половину Анохину, а вот вторую начала крошить на мелкие кусочки и бросать их в сторону стаи голубей, что была сейчас около них. Кобаяши не сводила взгляда с этой стаи, а ее руки сами тем временем перемалывали хлебные крошки. – Ник, ты слишком сильно волнуешься о том, каким ты был и каким станешь. Я ведь уже говорила – твое прошлое не определяет твое будущее. Ты ведь ничем не рискуешь, если просто попробуешь? – Нет, разумеется… Но если у меня ничего не выйдет, то я ведь просто потрачу зря свое время и силы? Где гарантия того, что у меня все получится, как это было у других? Эли не повернулась к нему, словно стая голубей была для нее интересней, чем беседа с Ником. От булки в ее руке остался лишь крупный кусок, который мог уместиться в человеческой руке. Девушка стала с усердием мять его в своих ладонях, пытаясь разбить на мелкие крошки. Она так сильно засмотрелась на клюющих хлеб птиц, что Коля подумал, будто она про него забыла, но это было не так. – Если что-то смог один – то это смогут сделать и другие. А если этого не смог никто… – в ту же секунду Эли вскинула руку, выбрасывая кучу крошек из руки. Но она сделала это не под ноги, как до этого, а прямо в воздух. Лишь мгновение, и вся стая голубей воспарила в небо, расхватывая хлебные кусочки прямо в воздухе и улетая вверх. – … то тогда просто стань первым. – Не слишком ли ты во мне уверена, чтобы говорить такие громкие слова? – Я всего лишь сказала правду, верить в нее или нет – решать тебе. Отвечать на это как-либо Коля не стал. Наверное, потому что тут нечего было ответить. Эли на все смотрела по принципу: не хочешь – не делай, хочешь – иди до самого конца. Возможно, это было правильно, но за свою жизнь Ник слишком много раз разочаровывался в самом себе, чтобы вот так просто дать себе сил на что-то решительное. Ему нужно было время. Улыбка Кёске, слова Сергея, напутствие Эли – все это проносилось в голове молодого парня. Но сосредоточиться на этих мыслях ему не дала сама Кобаяши. Она резко вырвала его из раздумий, как рыбак вытягивает рыбу из воды. – Послушай, Ник, я давно хотела тебя спросить кое о чем. – И о чем же? – Что случилось между вами с Химицу? Нет…. Что случилось между всеми вами? Между тобой, Химицу и Кетрин. Как ты влюбился в нее, если был в отношениях с Кетрин? До этого момента Коля смотрел на землю, где еще недавно расхаживали туда-сюда голуби, но теперь он обратил свои глаза на горизонт. Солнце мало-помалу приближалось к границе дня и ночи, уже начинало вечереть. Скоро они не успеют и глазом моргнуть, как начнется закат, а за ним и ночь. Но сейчас время суток имело мало значения для Анохина, он больше раздумывал над тем, как ответить на вопрос Элизабет. Он мог бы уклониться или сказать, что не хочет обсуждать это с ней, в конце концов, это было личным делом, но Кобаяши стала довольно близким человеком для подобного рода историй, так что он не мог так легко отказать. В конце концов, не найдя в себе какой-то конкретной причины для отказа, Ник решил рассказать Эли их с Химицу и Кетрин историю. Но это был довольно длинный рассказ, так что для начала следовало выбрать точку для отправки, с которой они и начнут свое путешествие по памяти Анохина. – Хорошо. Итак… – половина булки, что была у Коли в руке, начала с силой сжиматься, под давлением человеческих пальцев. Через несколько секунд уже и сам Анохин начал раскидывать крошки хлеба, вновь приманивая ближайших птиц. Хоть это и прозвучит глупо, но Николай начал свой рассказ даже слишком далеко. Его история взяла свое начало с того момента, как он вообще познакомился с Химицу, а затем и с Кетрин. Затем они перешли к той части, где Ник начал встречаться с Катей, и о том, как Химицу продолжала за этим наблюдать. Далее они прошлись по смерти родителей Анохина, его расставанию с Кетрин, и его пребыванию в одиночестве. – Значит, на тебя это свалилось разом? Не повезло тебе. – Да, но на этом история только начиналась… Коля не стал рассказывать Эли о поступке Химицу относительно Кетрин, лишь упомянул, что она причастна к ее уезду. Так же он не стал рассказывать и о своем знакомстве с разными делишками своих родителей и о компании Кобаяши. Об этом Эли знать было ни к чему, так что они почти сразу же перешли к фазе, когда Кетрин возвращалась. В следующей части на лице Коли мало-помалу прослеживалась улыбка, потому что он вспоминал о том, как у него начали зарождаться чувства к Химицу, хоть он и сам тогда их еще не осознавал. Но вот остатки чувств к Кетрин так же не пропали, и он сам никак не мог ее отпустить, а Химицу не могла больше смотреть, как он просто использует ее. Это породило раскол в их отношениях, которые тогда нельзя было назвать просто дружескими. И вот, меньше чем за десять минут, Коля дошел до момента, когда он осознал, что и в самом деле давно влюблен в свою рыжеволосую подругу, но к тому моменту Химицу уже разочаровалась в нем из-за его «качелей». Постоянные оглядывания Анохина в сторону Винтерс, а так же неспособность Кати и самой просто отпустить произошедшее, привели к тому, что Химицу не выдержала и уехала. – Вот просто взяла и уехала? Похоже, что ты ее очень обидел. – Это мягко сказано. – Жалко, что все закончилось вот так. – Не совсем… – А? – Химицу уехала, но вот моя история на этом не закончилась… Кулаки сжались сами по себе. Коля начал свою заключительную часть рассказа, о том, как он и сам уехал. Он сбежал от того, что с ним произошло, начал новую жизнь, но вот Химицу забыть не смог. Время от времени Анохин вспоминал ее, как бы сильно не закапывал в себе воспоминания о произошедшем. Дошло до того, что он просто не мог встречаться с другими девушками, потому что постоянно в такие моменты думал об Ито. В финале, когда Анохину приснилась рыжая девушка из прошлого, в жизни Коли прошло уже шесть лет, и он по воле судьбы снова оказался в Японии. Так закончилась история Николая Анохина. Ник уже собрался подкинуть еще хлеба клюющим птицам, но с удивлением заметил, что в его руках не осталось ни единой крошки. – Вот значит как… Да уж, воистину запутанная история. – Но ты мне веришь? – Мы ведь просто болтаем, так что у меня нет выбора – я должна тебе верить. Но, Ник, тебя ведь что-то до сих пор гложет? При упоминании «Кати» в твоем рассказе ты постоянно хмурился. До сих пор что-то испытываешь к ней? – Нет, не испытываю. Просто… – каждый раз с момента двухнедельной давности, когда Коля видел Кетрин, то он словно кожей ощущал ее печаль, а так же вспоминал слова Майкла. Он не жалел о своем выборе в пользу Химицу, но смотреть на Катю до сих пор было тяжело, учитывая ее состояние. – Правильно ли я поступил? Не значит ли мой поступок то, что любовь – эгоистична? Пожертвовать одним человеком ради того, кого любишь… Эли на его размышления ничего не ответила, поначалу во всяком случае. Девушка прошла вперед, распугивая своими шагами вновь собравшихся птиц. Когда она дошла до перил берега, то ее взгляд, полный решимости, устремился к горизонту. – Время покажет последствия, но если хочешь знать ответ на свой вопрос – то да, ты поступил правильно. Кому-то из вас троих нужно было взять это бремя на себя, чтобы двое других не жили с этим до конца своих дней. Рано или поздно этим бы все и закончилось. Ник последовал примеру белокурой девушки и так же подошел к перилам, встав рядом с Эли. Теперь двое молодых людей просто смотрели на горизонт, к которому уже приближалось солнце. Их руки так и продолжали покоиться в карманах, что говорило о расслабленной обстановке. – Что будешь делать? – Эли так и не оторвала взгляда от солнца, но чтобы получить ответ на свой вопрос, ей пришлось подождать несколько секунд. – Я должен вернуться в Россию. – А Химицу? – Она… Я пока не знаю, но мне надо как-то ее уговорить поехать со мной. – Ясно. Эли лишь спокойно прикрыла глаза, а затем развернулась и зашагала в противоположную сторону. Даже тогда Анохин не оторвал взгляда от горизонта и не развернулся за ней следом. Казалось, что на этом их встреча и закончена, но Эли все равно решила сказать что-то на прощание. – Удачи тебе, Ник.

***

С того момента прошло еще несколько часов. Солнце уже окончательно ушло, давая всему городу погрузиться в темное время суток. Ник некоторое время ждал Химицу у ее дома, но девушки все не было, и дело опять шло к тому, что он ее сегодня не увидит. Это начинало раздражать, и Коля решил взять все в свои руки: он сам поехал к ней на работу, чтобы увидеть ее прямо там. Надо признать, что в этом случае машина Кёске пригодилась, хотя Коля и брал ее совсем для других целей. Так он быстро добрался до школы, в которой работала Ито. Благо, в этот раз ему не надо было что-то очень долго искать или над чем-то думать, парень просто пошел к Инаири, который должен был знать, где сейчас Химицу. Было очевидно, что тот немало удивился, вновь увидев Анохина. Что же, это останется на совести Ника, потому что на работе никто, по всей видимости, не знал о деталях личной жизни Химицу, а он своим поступком явно заставит Инаири о чем-то задуматься. Впрочем, сейчас все это было неважно, потому что школьный дядька без каких-то препятствий сообщил, что Ито-сэнсэй все еще на работе, просто задерживается. Это было скорее хорошей новостью, теперь Нику не придется гадать, где сейчас его девушка. До кабинета Коля добрался в умеренном темпе, незачем было шуметь своим бегом на всю школу. И, может быть, он правильно сделал, потому что когда он зашел в кабинет, то Химицу этого даже не заметила. Девушка так сильно была поглощена работой, что просто не замечала происходящего вокруг. Ее насупившийся взгляд заставил Колю слегка улыбнуться, потому что такой девушка напоминала ему ту Химицу, что надувалась в детстве как хомяк. Но, похоже, что сейчас ей было нелегко: она сидела перед горой тетрадок и что-то в них проверяла, а отдыхать явно не собиралась. Когда Ник тихонько зашел, то он несколько придержал дверь, но теперь позволил ей со звуком закрыться. Рыжеволосая моментально отреагировала и повернулась в сторону Коли. От ее сосредоточенного на работе взгляда не осталось и следа, вместо этого там появилось небольшое удивление, которое еще недавно Коля видел у Инаири. – Нико-кун?! Ты что здесь делаешь? – Да вот, решил проведать тебя на работе. – Но ведь поздно уже! Как тебя только пропустили… – Вот именно, что поздно, а ты даже не думаешь заканчивать. – Сначала надо разобраться с работой. Ох уж эти японцы с их пристрастием к работе, примерно так подумал тогда Коля. Девушка вернулась к своим тетрадям и вновь надела маску сосредоточенности, но Анохин все равно смог уловить на ее лице нескрываемую истину – она устала. Наверное, все эти дни она проводила за подобным делом, что довело ее до перегрузки. Коля со спокойным шагом начал пересекать класс, приближаясь к столу преподавателя, но Химицу даже не моргнула. Когда он оказался прямо за ее спиной, то его нос защекотал приятный пряный запах, исходящий от ее волос. Сопротивляться такому было просто невозможно, так что Николай решил позволить себе слегка «отвлечь» девушку от работы. Рука Химицу держала карандаш и упорно тарабанила им по поверхности стола, только тупой стороной. Так продолжалось до того момента, пока Ник не положил на ее руку свою собственную. Хоть Химицу и не подала виду, а Нику не было видно ее лица, но он знал – сейчас оно покраснело. Он ощущал ее пульс на руке, так что было очевидно, что тот участился. – А ты знала, что сейчас начинают пускаться в ход программы, способные исправлять грамматические ошибки человека? Так она помогает учительнице быстрее делать свою работу. – Нельзя же полностью полагаться на машины? Нужно и самим хоть иногда упорно работать, а иначе мы тут все деградируем с компьютерами. – Ответ явно в твоем духе… Коля опустился ниже, зарываясь носом в макушку девушки, это позволило ему сильнее насладиться ароматом ее волос. Хоть Химицу и сидела на стуле, но он все равно обнял ее со спины. Похоже, что для нее это оказалось забавным, потому что тот час же она улыбнулась. – Хи-хи, ты что делаешь? – Выражаю свой протест… – Протест? – Протест против твоего излишнего трудолюбия. К тому же я успел соскучиться. – Странный вид протеста. Да и мы же всего три дня не виделись… Похоже, что Колю все эти доводы мало волновали. Он слегка подался вперед, примкнув губами к незащищенной шее девушки. Для себя Коля подметил, что Ито сидит тут в весьма легкой блузке, а вот сама Химицу неожиданно осознала, что работать в таких условиях просто невозможно. – Нико-кун! Мне ведь надо закончить! Реакция последовала ровно обратной, на какую Химицу рассчитывала: Коля наклонился вперед еще сильнее, а уже через секунду девушка почувствовала, как он рукой слегка направил ее лицо в свою сторону. Ей пришлось слегка вытянуть шею, чтобы ответить на его поцелуй, но оно того стоило. Правда теперь ее рука слегка задрожала, от чего карандаш окончательно выпал. – Я же не шучу. – Я тоже. Химицу не могла понять, что это значит, но в тот же момент Коля стал еще напористее. Одна из его рук забралась под ткань блузки, забираясь все выше, прямо к груди. Возмущало ли это девушку непонятно, но как минимум физически она не сопротивлялась, чего не скажешь по ее голосу. – Ну, нельзя же так… Снова никакой реакции. Коля вернулся к шее девушки, одаривая ее поцелуями, а рука уже добралась до самой груди, начиная ее массировать. Рот рыжеволосой девицы слегка приоткрылся, выдавая предательский выдох. Свободной рукой Ник тихонько расстегнул верхнюю пуговицу на блузке, чтобы оттянуть ткань воротника и оголить левое плечо девушки. В этот момент дыхание Ито участилось, а руки сжались в кулаки. Теперь она даже не смотрела в тетради, ее затуманенный взгляд обратился вперед, ничего толком не видя. В тот момент, когда губы Николая уже оставляли поцелуи по всей ключице девушки, рядом с ними раздался характерный громкий звук, напоминающий чем-то протяженное «Би-бип». Это зазвонил служебный телефон, что стоял на учительском столе. Вроде бы ничего не стоило просто нажать на кнопку и ответить на звонок, но для Химицу сейчас это превратилось в самое настоящее испытание. Пока Ник так и продолжал крепко целовать плечо девушки, а его рука хозяйничала у ее груди, сама она дрожащей рукой потянулась к красной кнопке, чтобы ответить на звонок. – Ито-сэнсэй, вас беспокоит Инаири. Простите, если отвлекаю от работы. – Н-нет-нет… Нисколько… – прикрыв глаза, Ито вновь глубоко вдохнула против воли. – Ко мне заходил Николай, ваш давний друг, он вас искал. Вы его видели? – Д-да… Все хорошо, он уже ушел. – Знаете, он сильно беспокоится о вас. Одна рука Коли не переставала массировать грудь девушки, но вот вторая и свободная опустилась ниже, забираясь под ткань штанов и погружаясь все глубже и глубже. Химицу слегка дернулась, ей даже пришлось зажать рот рукой, чтобы из нее не вырвался протяженный стон. Вот только ее «молчание», тоже выглядело странно со стороны собеседника. – Вы там в порядке? У вас странный голос. – В-все нормально… Я просто… Немного устала… – Я ведь говорил вам, что вы переусердствуете. Возьмите на завтра отгул, я обо всем договорюсь. Химицу хотела как-то возразить, но из-за активных действий Коли не смогла сказать и слова, чтобы не выдать изо рта громкий выдох. Теперь момент был упущен, так как Инаири ее молчание принял за согласие и просто положил трубку. К этому времени один из пальцев Ника подобрался к запретной зоне, вынуждая Химицу слегка дернуться вперед. От ее возмущения или серьезного тона уже не осталось и следа. – К-Коля… «Коля? Это что-то новенькое» – хотел бы парень улыбнуться, но был слишком занят в этот момент, а вот Химицу нашла в себе немного сил, чтобы выдать хоть какой-то протест. Вот только ее подбородок приподнялся, словно она сама была готова отдаться происходящему в объятия. – Так нельзя… Ах… В любой м-момент… Могут зайти… – Так поехали к тебе домой, или можем снять номер. Ну, или останемся здесь… Одна из его ладоней, что до этого была на груди рыжеволосой, вырвалась из-под одежды и тихонько расстегнула уже вторую пуговицу на блузке. Тревожный звоночек для Химицу, которая, в глубине подсознания не хотела заниматься подобным на работе. – Н-нечестно… Поделать с этим ничего было нельзя, если только сам Коля вдруг не одумается. Но надежды на это было мало, да и Химицу не была даже уверена, что хочет, чтобы он прекращал. Похоже, что завтра, а точнее послезавтра, ее на столе будет ждать целая гора незаконченной работы.