Файтер, клирик, маг и вор.

Вечер наступает достаточно быстро: Феликс и Хёнджин решают остаться в своей комнате, после всех предупреждений, и коротают время за разговорами, стараясь отвлечься. Клирика заинтересовал короткий диалог между Хваном и наемником о магии, и он решает расспросить старшего, чтобы восполнить для себя картину мира. Он осторожно и тщательно выбирает слова, стараясь не показаться совсем уж подозрительным, ведь о магии тут в курсе все, но сам Хёнджин словно не обращает внимания на количество и суть вопросов, охотно отвечая. Так Ликс узнает, что выяснить свои способности можно с помощью теста на воде. На удивленно распахнутые глаза, Хёнджин вновь не обращает внимания и поясняет, что испытуемым дается сосуд с водой и листик, что плавает по центру, а те, кто проходит тест, должны сконцентрироваться и представить, как их энергия воздействует на него. Если листочек сдвинулся — это значит, что человек обладает способностью к контролю энергий, если вода в сосуде увеличилась в объёме — то, скорее всего, у человека талант к созданию артефактов, а вот если изменился вкус, то лучше обратить внимание на создание настоев и зелий. Если ничего не произошло, то у человека нет предрасположенности. Но иногда (крайне редко) тест может закончится совершенно иначе и тогда людям приходится самостоятельно искать свою специализацию при помощи мудрецов школы. Те кулоны, что раздал им маг, наполнены его энергией и являются для него просто маячками, но не имеют никаких дополнительных возможностей, как это бывает у тех, кто создает артефакты. Хенджин может почувствовать их на любом расстоянии, что облегчает поиски, а если сконцентрируется чуть больше, то сможет и узнать состояние носителя. Идея с кулонами сидела в его голове давно, и задание, которое им выпало, лишь позволило убедиться в правильности его мыслей. Тем более, что им придется разделиться. На последних словах маг хмурится и заметно мрачнеет, замолкая. Феликс разделяет его тревогу ведь и сам вновь пытался уговорить Чана пойти всем вместе, но наемник твёрдо стоял на своём. Минхо тоже не уступит. Нагнетать и без того нерадостную обстановку не хочется, и Ликс, пытаясь снизить напряжение, предлагает спуститься, чтобы поужинать и дождаться парней. На слова о еде маг согласно кивает. Они успевают расположиться за столиком и сделать заказ, когда входная дверь распахивается и на пороге в обнимку появляются оба старших. Лица Феликса и Хвана удивлённо вытягиваются, а вот вор и наемник, обведя помещение взглядом и найдя ребят, покачивающейся походкой направляются в их сторону. Когда они неловко плюхаются на лавку напротив, носы младших улавливают стойкий запах алкоголя, а взгляды цепляются за пьяненькие улыбочки. Удивление Феликса сменяется непониманием, а потом и гневом за такую выходку (у них же задание, алё), однако в затылке настойчиво скребется мысль, что такое поведение не просто халатное отношение. Что-то не так. — А чего вы такие серьёзные? — Чан подпирает щеку ладонью, только раза с третьего примостив локоть на стол, и, словно решая добить, тыкает младшему в кончик носа, хихикая. Феликс сбрасывает оцепенение, промаргивается и отодвигается, морщась. — Зато вы слишком весёлые, — звучит довольно язвительно, но это самое дипломатичное, что смог подобрать клирик в своей голове. — Ты же в гильдию ходил, где только успели… — Встретил Минхо на обратном пути, и мы решили пропустить по стаканчику, — пожимает плечами Крис. — Немного увлеклись, — Чан разводит руками, едва не сшибая поднос официантки, что принесла заказанный ребятами ужин. Неловко кланяется. — Извините. Феликс продолжает буравить взглядом наемника, хмурясь. Старшие не могли так просто взять и напиться, зная о задании. Не с их серьёзным настроем утром. — О, вкусненькое, — подает голос Минхо и Ли смещает свой взгляд на вора, что пальцами забрался в тарелку Хвана, подцепляя кусочек ароматного мяса. По лицу мага заметно, что он тоже охреневает от представшей картины. Однако это быстро проходит, когда старший лезет в тарелку повторно. Хёнджин хлопает его ладошкой по руке и притягивает еду ближе к себе, заставляя Минхо скривить недовольное лицо. — Ты злюка и меня совсем не любишь. — Скажи что-нибудь новенькое, — фыркает Хёнджин, — Уйду от тебя к Джисонни, — Ли вытягивает руки на стол и укладывает на них голову, прикрывая глаза, не замечая, как каменеет Хенджин. — Мне будет легче, — огрызается маг, поджимая губы. — Злюка, — бормочет Минхо, прикрывая глаза. — Но такой красивый… От Феликса не утаивается, что от последних слов Хёнджин еле вздрагивает, а после и вовсе упирается пустым взглядом в стол, склоняя голову. Клирик поджимает губы и осторожно дотрагиваясь до чужой руки, произносит: — Давай отведем этих пьянчуг в их комнату? Хван соглашается, ведь аппетит пропал, да и если вор еще что-то ляпнет, то маг не гарантирует, что не перевернет тарелку с ужином на его голову. Так что видеть перед собой это пьяное тело совершенно не хочется. Тащить тоже, но приходится: шустрый Феликс уже поднырнул под руку Чана и, придерживая за талию, выдвинулся в сторону лестницы. Маг оглядывается, отмечая, что в зале нет никому до них дела: официантки снуют с подносами, завсегдатаи ведут свои разговоры, а бармен исправно наполняет кружки выпивкой. Хёнджин со вздохом поднимается со скамьи и замирает рядом с похоже уже вырубившимся вором. Минхо по-прежнему лежит головой на вытянутых руках и смешно причмокивает губами. Хван хочет разобраться с задачей поскорее, но все равно позволяет себе немного поразглядывать чужое лицо. Пока никто не видит и не комментирует. У Минхо, оказывается, длинные ресницы, густые брови и чистая кожа. Прямой аккуратный нос и красивые губы. У него и глаза красивые — глубокие, с завораживающей хитринкой в кошачьем взгляде. Да он сам, как большой кот — та же грация в движениях и нахальство в поведении. И играет с Хваном так же, как кошка с мышкой… Раздражает. Вор что-то бормочет, потираясь щекой о свои руки и маг выныривает из мыслей. Подходит ближе, морща нос от запаха алкоголя, а затем толкает Минхо в плечо: — Поднимайся, отведу тебя в комнату, — старший в ответ только хмурится и отворачивает голову, вызывая у Хвана новый приступ раздражения. Хёнджин скрипит зубами и тормошит вора еще раз, однако тот в ответ лишь отмахивается. Хван вновь настойчиво дергает чужое плечо, на этот раз перехватывая руку, что вновь попыталась отогнать нарушителя спокойствия. Он практически выдергивает Минхо из-за стола, но пугается, что сделал это слишком резко, и замирает, прислушиваясь к чужому бормотанию. Но старший лишь приоткрывает один глаз, силясь осознать себя в пространстве. — О, Хёнджинни, — пьяненько тянет Минхо, делая попытки твёрдо встать на ноги. — Хёнджинни хочет со мной обниматься? — Не неси чепухи, — фыркает маг. — Ты напился в колы, я хочу отвести тебя в спальню, чтобы ты нас окончательно не опозорил. — Я не хочу в кровать, — канючит вор. — Я хочу обниматься с Хёнджинни. — А мне казалось, что ты собираешься обниматься с Джисоном, — маг выдвигается в сторону лестницы, максимально осторожно обходя столики с посетителями. — Ты всё еще очаровательно ревнуешь, Хёнджинни, — умиленно бормочет Минхо. — Если ты меня обнимешь, то мне не надо будет обниматься с Джисоном. — Не собираюсь я тебя обнимать, — ворчит Хван, поднимаясь по лестнице. Старший хоть и переставляет ноги самостоятельно, но практически полностью висит на маге. Хёнджин недовольно пыхтит, пока тащит вора, удивляясь, откуда в таком стройном крепком теле такая масса. Под ладонями младшего рубаха, и он беззастенчиво пользуется возможностью ощупать чужой бок, оставаясь в приятном удивлении: под тканью угадывается хороший каркас мышц. Даже немного жаль, что нельзя осмотреть Минхо без, хотя скорее всего тот и не был бы против, попроси маг его напрямую. Хёнджин трясет головой, отгоняя непрошенные мысли. Это всё влияние вора. Однозначно. У входа в комнату он сталкивается с Феликсом, который распахивает дверь пошире, пропуская парней внутрь, и спешит ретироваться, бросая: — Я заберу наш ужин! Хван кивает, не обращая внимания, видел ли клирик его ответ или нет, и оглядывается. На одной кровати уже спит Чан (заботливо укрытый одеялом), следовательно, для Минхо пустует вторая. Он доводит старшего до неё, борясь с желанием просто бросить вора с высоты его роста, чтобы тот отпружинил от матраса и свалился на пол, за всё то, что он сегодня наговорил, но человечность и сострадание, так невовремя проснувшиеся внутри Хёнджина, не дают ему этого сделать. А потому маг вздыхает и осторожно укладывает старшего, нависая над ним. Но едва он собирается выпрямится, как Хвана внезапно хватают за руку и дергают, вынуждая завалиться поверх Минхо. Маг успевает только испуганно пискнуть и замереть, чувствуя, как чужие ладони проходятся по его плечам, опускаются на талию и останавливаются на заднице, а в плечо шумно выдыхают. Холодный кончик носа скользит по шее младшего, заставляя затаить дыхание, пока пальцы продолжают исследовать его бёдра. Однако оцепенение полностью спадает, когда Минхо решает пожамкать задницу Хёнджина: младший дергается и пытается подняться, пока проворные руки перебегают щекоткой на бока, а после вовсе исчезают с тела мага, словно их и не было. Хван подлетает, как ошпаренный, в один прыжок оказываясь у выхода из комнаты. — Спокойной ночи, Хёнджинни, — мурлычет вор, сразу же замолкая после, а Хван вылетает за дверь, шипя раздраженно: — Совсем охренел.

***

Хёнджин залетает в свою комнату с такой скоростью, словно за ним гонятся черти. Хлопает дверью и прижимается к ней спиной, переводя дух. Места, где его касался вор, горят фантомным пламенем, а сам маг испытывает раздражение вперемешку с возмущением. Но этот адский коктейль приправлен еще и отголосками одной хорошо знакомой эмоции, которую он всячески старается игнорировать. Этот Минхо его облапал! Снова! Он должен быть возмущен и только! Но никак не… Хёнджин жмурится и качает головой, стискивая зубы. Реакция организма объяснима: у него просто никого давно не было. Все закономерно. Никакой личной симпатии. Маг отлипает от двери и проходит в комнату, плюхаясь на место рядом с Феликсом. Раздраженно выдыхает. — Хочешь, я поговорю с ним? Чтобы он перестал доставать тебя? Голос Ликса тихий, а вид самый виноватый, что Хёнджину неловко становится за своё поведение. Младший ведь просил потерпеть, и маг обещал ему это, а по факту ввязывается в любой скандал. Он-то и не с такими настырными сталкивался и от ворот поворот давал, а вот с Минхо совладать не сможет. Если рассуждать логически: его провоцируют — он провоцируется. Вроде совесть должна быть чиста, но отчего-то он все равно чувствует себя провинившимся. Может потому что Минхо и не обидные вещи ему говорит в целом. Просто дразнит. Однако после сегодняшнего разговора у магической лавки, маг вообще не знает, что и думать. Вопрос старшего прозвучал слишком внезапно и без намека на шутку, а подействовал хуже ведра холодной воды. Хочет ли сам маг, чтобы Минхо оставил его в покое? — Не надо, — качает головой Хван, принимаясь ковыряться в тарелке с ужином. — Я разберусь с этим сам. — Но… — Всё нормально, Феликс. — Он настолько тебе неприятен? Опять. Опять этот вопрос. Хван задумчиво покусывает губу. Если бегать от проблемы, то она не решится. Собственные страхи тоже не исчезнут. Может, пора взглянуть им в лицо? — Нет, — вздыхает Хенджин, откладывая в сторону ложку. — Не неприятен. Но именно поэтому я стараюсь его оттолкнуть, — Феликс непонимающе хмурится, а маг продолжает. — Я не думаю, что он серьёзен в своих словах. И сбежит сразу же, как только получит желаемое. А быть брошенным в мои планы не входило. Брови Феликса ползут вверх, клирик ошарашен чужим откровением, однако спешит возразить: — Ты не можешь знать наверняка, что сделает Минхо… — Да как-то и проверять не хочется, — маг откидывается на спинку стула. — Его образ жизни, подкаты, знакомые… Этого достаточно, чтоб держаться от него подальше. Тем более вспомни, что было полчаса назад. Мало того, что он приперся пьяный, хотя днем мы обговаривали план, так еще и вновь руки распустил, когда я довел его до кровати. А минутами ранее припоминал Джисона, с которым собрался обниматься, если я откажусь. Как-то невесело быть запасным вариантом, знаешь ли. Да и знать про другие запасные варианты тоже. Хёнджин раздраженно передергивает плечами, опуская руки на свои бедра и внезапно хмурится, слыша незнакомое шуршание из своего кармана. Лезет в него и извлекает на свет клочок бумаги, исписанный аккуратным почерком: «Мы узнали расположение лагеря, выдвинемся сегодня ночью. Джисон сказал, что в городе есть их информаторы, так что пришлось разыграть спектакль. Ведите себя как обычно и ложитесь спать. А если не вернемся к утру, идите в гильдию наемников и уезжайте из города.» Хван скользит взглядом по строчкам послания, хмурится и поджимает губы, протягивая бумагу Феликсу. Клирик быстро прочитывает и выдыхает облегченно. Значит, ему не показалось, что такая беспечность в чужом поведении лишь видимость. Он и Чана когда укладывал, заметил что алкоголем больше пахнет от его одежды, нежели чем от самого наемника. Но решил подыграть старшему, который продолжил разыгрывать спектакль. Было даже немного забавно… Получается парни всё-таки помнили про план и не отказались от него. Однако само послание все равно заставляет напрячься. И слова про слежку, и про что делать, если не вернутся… Ликс трясет головой. Главное себя не накручивать. Клирик поднимает взгляд на Хвана, который явно призадумался о чем-то своём, после прочтения, и улыбается натянуто. — Ну… Предлагаю тогда ложиться спать Маг в ответ лишь кивает.

***

Хёнджину удается забыться беспокойным сном, только когда уже начинает светать, а внутренний голос, решивший перебрать всевозможные поводы для мыслей, смолкает, сдавшись под весом накатившей усталости. Маг много думал: о Минхо, о его целях, о собственных ощущениях. Беспокоился об их плане и уговаривал себя, что все пройдет нормально. Что надо доверять чужому опыту. Что надо верить в других… Он чувствует осторожно касание к своей щеке и тянется навстречу пальцам, что заправляют выбившуюся прядь волос за ухо. Прикосновения легкие и нежные, и сквозь сон маг думает, что Феликс уже проснулся, пока не слышит над собой мурлыкающее: — Доброе утро, Хёнджинни, — Хван распахивает глаза, встречаясь с теплыми глазами вора, в которых заметны искорки веселья. Минхо лежит на боку рядом, поверх одеяла, и тянет губы в улыбке, прищуриваясь. — Как спалось? Соскучился? — Глупости какие, — фыркает Хван, отвечая лишь на последний вопрос, а после спихивает Минхо с кровати. Тот успевает только неловко взмахнуть руками и вцепиться в мага, прежде чем встречается спиной с полом комнаты, утягивая за собой младшего. Столкновение с поверхностью получается для старшего достаточно неприятным, ведь сверху еще приземляется Хван. Хенджин не ожидавший, что у него вообще получится вора спихнуть, выпрямляется, усаживаясь на чужие бедра, и встревоженно вглядывается в чужое лицо: Минхо болезненно жмурится, прикусывая губу. — Ты в порядке? — Почти, — Ли приоткрывает глаза, встречаясь взглядами с обеспокоенным младшим. — Ммм… А мне нравится, когда ты смотришь на меня так. — Как? — Сверху. Хван заливается краской, только сейчас осознавая, в каком они положении, и порывается встать, но чужие руки впиваются в его бёдра, удерживая на месте. — Пусти, — маг огрызается, однако в голосе нет уверенности, и это интригует старшего. — Неа, — пальцы Минхо скользят по ногам вверх, а сам вор любуется алыми щеками Хёнджина. — Мы вернули украденное, разве я не заслуживаю награду? — За это нет награды, ты и сам знаешь. — Я и не прошу денежной компенсации. Всего лишь один поцелуй, — Минхо чмокает воздух, а потом расплывается в лукавой улыбке. — Конечно, если ты сам потом не попросишь большего… Слова и ласковые поглаживания большого пальца в опасной близости от паха (как только Хван пропустил эти манипуляции?), приводят Хёнджина в чувство, и он быстро вскакивает, делая шаг к столу. — С Феликса спрашивай, — маг видит, как Минхо выгибает бровь, и вспоминает свой вчерашний разговор с младшим. Он обещал разобраться с их взаимоотношениями и вроде продумал разговор, но… — Или с Джисона. Вор хмурится, усаживаясь на полу. — Причем тут Джисон? — А причем тут я? Минхо смотрит на мага долгим тяжелым взглядом, от которого Хвану становится неуютно и хочется спрятаться. Но он лишь вздергивает подбородок, поджимая губы, и глядит в ответ с вызовом. Что-то во всем состоянии Хёнджина заставляет вора отступить и старший вздыхает, поднимаясь с пола. — Пойдём завтракать. Феликс хотел обсудить дальнейшие действия.

***

Хёнджин спускается со второго этажа, взглядом отыскивая столик ребят, и мрачнеет, замечая за столом еще и Джисона. В голове всплывает «знакомство» с информатором и слова самого Минхо про обнимашки, а следом факт того, что ребята не были пьяны вчера. Получается, вор сказал это нарочно? Чтобы позлить? Что ж… Удалось. Неприятно признавать, но Хёнджин действительно злится. Хотя и не скажет, на кого конкретно, ведь кандидатов хоть отбавляй: Минхо, Джисон и, конечно же, он сам. Хван раздраженно дергает плечом и, даже не пытаясь выглядеть безразличным, усаживается сбоку от Феликса. Клирик подвигает тарелку с заказанным завтраком, а во внимательном взгляде младшего скользит беспокойство, но Хёнджин отрицательно качает головой. Не сейчас. Не уверен, что расскажет и потом, но вот сейчас точно нет. Джисон, до этого негромко переговаривающийся с Минхо, поворачивается к Ликсу. — Значит, вас можно поздравить с успешным завершением дела? — клирик кивает, а Хан потирает руки. — И их база оказалась там, куда я вам указал? — Почти, — отвечает Чан. — Если быть точным, то она находится восточнее указанного ориентира. — Учту, — кивает Джисон. — Какие-то еще особенности? — Их не больше двадцати человек, и, похоже, у них есть маг, — потирает подбородок Минхо. — Я видел расставленные ловушки с печатями. В руинах, где они расположились, наверняка найдутся тайники с оружием и награбленным, которые незаметны с первого обхода. Ты можешь рассказать это тем, кому продашь информацию, или же заглянуть после облавы на них сам. Я заметил два скрытых прохода, у большого дуба за лагерем, когда мы возвращались. — У тебя на такое нюх, — улыбаясь тянет Хан, явно довольный чужой информацией. — И куда вы дальше? Феликс мнется, всё еще неуверенный, нужно ли вести Джисона в башню тоже (а значит ему требуется сказать правду), но Крис, видя чужое замешательство, приходит на помощь. — Нам нужно вернуть вещь, а дальше будет видно. Сухо, по делу и почти правду. — Может, тогда останешься со мной, Минхо? — Хан поворачивается к вору. — У меня как раз появился заказчик на информацию, сможем потом обследовать руины, — подвигается ближе, делая интонацию более томной. — Мое предложение о союзе всё еще в силе. Что может быть романтичнее? Ты и я, ночь, тайники… Хёнджин резко поднимается из-за стола и взгляды сидящих за столом, сразу же обращаются на него. Маг же наоборот, не глядя на остальных, бросает сухо: — Пойду прогуляюсь. Феликс переводит растерянный взгляд на Чана, и тот, видя тревогу, лишь слабо кивает, но этого достаточно чтобы младший выбежал из-за стола вслед за скрывшимся за дверью Хёнджином. — Ну и зачем ты это сделал, Джисон? — вздыхает Минхо, устало глядя на Хана. — Я же ещё вчера тебе всё объяснил. — Так ты же первый меня вчера и приплёл, — Хан невинно хлопает ресницами. — Или думал, я не узнаю, что ты мной своего мага пугаешь? Он из-за твоих выходок на меня, как на жабу мерзкую смотрит. А я, может, подружиться с ним хочу. — Ты не заводишь друзей, ты заводишь связи, — хмыкает Минхо. — Которые могут быть тебе полезны. — Какая разница, — пожимает плечами Хан. — Иметь мага в своем окружении очень полезно. А такого симпатичного — вдвойне. Это же какие двери и горизонты мы сможем с ним открыть если объединимся… — Джисон, — угрожающе начинает вор, а Хан хмыкает. — Да, ладно-ладно, пошутил. Не буду склонять твоего красавчика на тёмную сторону, — добавляет тише. — Ты и сам справишься. — Я всё слышу. — Неужели, — хихикает Джисон. А потом становится серьёзным. — Ничего с ним не случится. Погуляет, проветрится и успокоится. А вот когда вернется — собери свои яйца в кулак и скажи ему всё, что мне вчера говорил, а не эти свои топорные подкаты используй. Глядишь и жить проще станет, — Хан поднимается из-за стола, хмыкая. — А теперь позвольте распрощаться, меня уже ждут в другом месте. Удачи в чем бы то ни было. Джисон покидает таверну, а Чан поворачивает голову к Минхо, который буравит взглядом стол: — Нам нужно немного отдохнуть. Ничего с ними за пару часов не случится.