Две крайности

      Ближе к вечеру я начала чувствовать себя гораздо хуже. Мне хотелось сорваться на кого-то, проблеваться на полу или и вовсе лечь в кровать и никуда не выходить. Я тут же поняла, в чём дело ‒ у меня начинались месячные, которые никогда у меня не проходили гладко. То у меня необходимых препаратов и тампонов не было, то никто даже не думал помогать мне, то ещё что-то в духе адовой депрессии накатывало на меня, словно цунами, в результате чего я ещё сильнее закрывалась от окружающих, будто бы надевая на себя броню изо льда.       И как только я потопала в сторону кухни, это заметил Армин. Он подошёл было ко мне, и готовился было обнять, как я тут же отпрянула.              ‒ Не подходи ко мне! ‒ рявкнула я, выставив вперёд руки так, словно доставала когти из своих пальцев, готовясь расцарапать противника.       ‒ Энни… ‒ всё, что сумел было произнести парень, пребывая в смятении. Его лицо чуть побледнело, а улыбку словно рукой сняло.       ‒ Не подходи! ‒ вновь крикнула я, в гневе набросившись на него и повалив на пол. Я прекрасно знала, что это гормоны бушевали внутри меня, но контролировать их было невероятно тяжело. И мои немногочисленные друзья и подруги, и даже мои мучители в далёкой Юте прекрасно знали о том, что всякий раз, когда у меня начинались месячные, мне было невероятно плохо, а потому в первом случае старались если не отгородиться от меня, то по крайней мере завалить всем необходимым, а во втором случае и вовсе сажали на цепь, словно собаку.       ‒ Энни, что с тобой? ‒ обеспокоенно спросил он, приобняв меня, пока я заносила над ним руку, чтобы расцарапать его.       Я тут же осознала, что делаю. Я снова пыталась навредить Армину, заставить его бояться и делать, что я захочу, против его воли. Я снова хотела заглушить свою боль за чужой счёт, чтобы плохо было не мне, а Армину.       ‒ Энни, ‒ снова обратился ко мне Армин, обнимая уже крепче. Я в ответ лишь опустила руку, словно марионетка, которой обрезали нити, и начала тихо плакать, надеясь, что парень не услышит. ‒ Я тут, Энни, ‒ спокойно заверил меня парень, начав поглаживать меня по волосам. Я поняла, что скрыть слёзы от него уже не получится, а потому и не подумала сопротивляться. Вцепившись в него и уткнувшись в его правое плечо, я попыталась было что-то пролепетать, но у меня не вышло даже пары слов найти в своё оправдание.       ‒ Давай подышим вместе, ‒ предложил парень. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать его же совету. ‒ Вдох, ‒ парень вдохнул, как я учила его, ‒ выдох, ‒ показал мне милый, следя за тем, чтобы я делала как он говорит.       И я послушалась его, поочерёдно делая вдохи и выдохи, пока он гладил меня по спине, по волосам, показывая свою заботу.       ‒ Ты у меня такая молодчина, ‒ прошептал мне на ухо Армин после очередного выдоха, после чего нежно поцеловал в щёку. ‒ Моя хорошая, ‒ гладя меня по голове, сказал он, чем сбил мой ритм.       ‒ Армин… ‒ вновь попыталась обратиться я, подняв свой взгляд на парня. ‒ Прости меня, я.., ‒ произнесла я и впала в ступор, пытаясь найти хоть что-то в свою защиту. Боль пусть и незначительно, но отступила от меня. Я не знаю, действительно ли Армин был тому причиной, но всякий раз, когда он был рядом, у меня словно смягчалось сердце.       ‒ Давай я помогу тебе, ‒ предложил мне парень, в ответ на что я сумела только кивнуть. Впрочем, этого ему было более чем достаточно.       ‒ Я возьму тебе новую одежду. После ванны тебе нужно в чём ходить, ‒ сказал он, не оставив пути к отступлению. Армин тут же подошёл к шкафу, и, порывшись в нём, достал свой кардиган и какую-то футболку. ‒ Я же могу залезть к тебе в шкаф за трусами и шортами? ‒ понимающим тоном спросил он, глядя мне в глаза. ‒ Я понял, что с тобой происходит. Моей маме тоже не всегда было…легко. Во всём, ‒ многозначительно проговорил парень, пока я кивала, давая тем понять, что он может залезть в мой шкаф и шариться там столько, сколько потребуется. Он достал оттуда ещё одни боксёры и шорты, после чего, повернувшись ко мне лицом, закрыл шкаф.       ‒ Пойдём, я помогу тебе, ‒ прошептал Армин так, чтобы я услышала, после чего подхватил меня, не забыв, впрочем, о подобранной одежде.       ‒ С-спасибо, Армин, ‒ еле ответила я, потупив взор. Мне было стыдно за то, что я сделала, за то, что заставляю парня заботиться обо мне, а ещё за то, что ему пришлось всё это видеть. Кое-как перебирая ногами, я сумела дойти до ванной.       ‒ Я хочу с тобой, ‒ заявила я, пока Армин открывал дверь. Он удивился моей просьбе, а потому чуть прокашлялся перед своим ответом.       ‒ Хочешь что? Искупаться? ‒ уточнил парень, после чего положил свежую одежду на стиральную машину.       ‒ Да, я хотела бы… ‒ произнесла я в ответ, пока боль вновь не пронзила меня так, словно меня нанизали на раскалённый кол. Я согнулась и упала бы на пол, если бы Армин не удержал меня, не обнял меня и не помог бы мне опереться на себя.       ‒ В чём дело? ‒ обеспокоенным тоном спросил дедушка, поднявшись к нам. Впрочем, какие бы то ни было вопросы у него тут же прекратились: стоило ему лишь взглянуть на меня, как он понял, что стряслось. ‒ Энни, что бы сейчас ни случилось…       Дальше я уже просто не расслышала, ведь я просто потеряла сознание, опираясь на Армина, который, завидев эту картину, перепугался чуть ли не до полусмерти. Картинка перед глазами словно расплылась, пока не превратилась в чёрный.       Очнулась я уже в кровати, одетая в одежду, которую подобрал мне Армин. Я была чуть прикрыта одеялом, а потому смогла разглядеть то, что на меня было надето; более того, я сумела понять, что меня ещё и отмыли. Рядом со мной сидел Армин, с чьего лица наконец отступил страх.       ‒ Энни, ‒ тихо шепнул парень, легко улыбнувшись мне, ‒ наконец-то ты очнулась, ‒ с облегчением сказал он, гладя меня по лбу.       ‒ С-сколько времени прошло? ‒ спросила я Армина, взявшись за его руку. ‒ П-просто я, ‒ через силу пыталась я договорить, ‒ б-боюсь, что…       ‒ Где-то полчаса, не больше, милая, ‒ ласково ответил он, положив свою руку мне на лоб, пока из моих глаз не начали выступать слёзы. ‒ Прошу тебя, не… ‒ проговорил было он, пока я вновь не кинулась на него, на этот раз обняв его и уткнувшись ему в плечо.       ‒ Прости меня, ‒ перебила я парня, вцепившись пальцами в его спину. ‒ Прости меня за то, что я стала причиной твоих слёз, за то, что травила тебя, за то, что вела отношения с другими, за то, что крала твои вещи у тебя на глазах, ‒ начала я каяться перед ним за всё то дурное, что сделала, не прекращая плакать, пока Армин прижимал меня к себе, давая мне волю высказать всё это. ‒ За то, что я била тебя, ‒ уже тише продолжала я, ‒ за все унижения, за всю злость, за все те ругательства в твой адрес, за все плевки в тебя, ‒ всё больше перечисляла я, пока слова не были побеждены слезами. Я лишь сильнее уткнулась в его плечо, а пальцами, судя по всему, уже начала приносить боль парню, уже по привычке пытаясь как-то побороть свою боль чужой.       ‒ Не вини себя, Энни, ‒ внезапно ответил Армин, после чего поцеловал меня в щёку. ‒ Не вини себя, ‒ более уверенно повторил мой ангел, обняв меня ещё крепче. ‒ То, что было тогда, было тогда и уже. Не. Вернётся, ‒ заверил он, после чего вновь поцеловал меня в щёку. ‒ Повтори за мной: это уже не вернётся.       ‒ Это уже н-не вернёт-тся, ‒ кое-как проговорила я, послушавшись своего героя.       ‒ Ты у меня такая хорошая, ‒ похвалил меня Армин, погладив меня по волосам. ‒ Ты такая молодчина, ‒ вновь сделал он комплимент, ‒ и теперь твоя задача ‒ отпустить прошлое и всё то, что у тебя там было. Я готов к тому, что ты не захочешь рассказывать мне про Юту или «прошлые отношения», а потому я попрошу тебя…       ‒ Спасибо, мой ангел, ‒ сорвалось у меня с языка, пока я медленно поднимала взгляд на лицо парня. ‒ Я обязательно тебе всё-всё-всё расскажу, но не сейчас, хорошо? ‒ попросила я его.       ‒ Разумеется, разумеется, ‒ ласково ответил мой герой, после чего поцеловал меня в лоб. ‒ Давай тогда поступим так: ты выпьешь обезболивающие, затем сядешь рядом со мной и отвлечёшься, хорошо?       ‒ Как пожелаешь, ‒ ответила я, после чего послушно села рядом с ним и выпила обезболивающие, после чего, положив стакан на тумбочку, сложила голову на его плечо, пока тот включал свою консоль и выбирал игру.       И только сейчас я осознала, что кольцо-то моё пропало, словно и не было его на моём пальце. То самое кольцо с шипом, которым можно было отбиваться от чересчур заносчивых или агрессивных людей, теперь где-то в другом месте, что ввело меня в замешательство. Я чуть было не подорвалась с места, решив найти его во что бы то ни стало, но Армин тут же отреагировал.       ‒ В чём дело? ‒ ласково спросил он, взглянув на меня, после чего отложил контроллер в сторону.       ‒ К-кольцо, ‒ попыталась объяснить я, но парню уже не требовалось больше.       Он тут же залез в карман своего кардигана, который зачем-то одел на меня, и достал оттуда то самое кольцо, о котором я думала. Он тут же одел его на мой правый указательный палец и тут же поцеловал руку, словно я была знатной особой. Я невероятно смутилась, и, видимо, покраснела, отчего тот улыбнулся во все тридцать два прекрасных зуба.       ‒ Люблю тебя, ‒ прошептал парень, ‒ что тело, что дух, что душу… Да что угодно в тебе, ‒ договорил он.       Я осмотрела себя: мало того, что я теперь выглядела более-менее опрятно, так ещё и одежда была действительно свежей. Да, мои волосы были растрёпаны, но это было одной из последних вещей, что беспокоили меня. Разве что принт на чёрной футболке, которую подобрал мне Армин, не был знаком мне; с неё смотрел какой-то крупный рогатый демон в доспехах на фоне ледяного пейзажа.       ‒ И что это у меня на футболке? ‒ удивляясь, спросила я, пока мой герой не сводил улыбки со своего лица.       ‒ Это натрезим, ‒ проговорил он в ответ, на что я лишь развела руками. ‒ Ну, это сильный, способный к магии демон из вселенной Варкрафта, ‒ кое-как объяснил он, в ответ на что я лишь обняла его покрепче.       ‒ Ты что, хочешь сказать, что я… ‒ чуть было не начала я, пока не была перебита новым поцелуем в макушку.       ‒ Даже если вдруг окажется, что ты ‒ демон, то ты точно не прекратишь быть менее любимой, ‒ ответил мой ангел, позволив мне вновь устроиться рядом с ним, вновь положить голову ему на плечо и обнять его так, чтобы ему было легко держать контроллер. ‒ Могу ли я тогда начать игру, чтобы отвлечь тебя от боли, о повелитель ужаса? ‒ наигранно спросил он, взяв контроллер в руки.       ‒ Д-да, хорошо, начни, пожалуйста, ‒ попросила я в ответ, прикрыв глаза. ‒ Как-никак, одно твоё присутствие отвлекает меня от боли.       ‒ Хорошо, Энни, ‒ тихо сказал он, загрузив какое-то своё сохранение в Скайриме.              С этой игрой у меня хоть и не особо сложились отношения, но по крайней мере кое-как играть в него я научилась. С другой стороны, сейчас играл Армин, о чьём игровом опыте я толком вне мультиплеера пятой GTA я и не догадывалась вовсе. И как только он начал клацать на кнопки и двигать джойстиками, мои мысли куда-то улетели, внимание рассеялось, и единственным, что для меня осталось в мире, оказался Армин и то чувство нежности, которое я испытывала рядом с ним. Разумеется, он заметил эту мою перемену, а потому накрыл меня пледиком, вновь отложив контроллер в сторону.       ‒ Спать хочется? ‒ с нескрываемым интересом спросил он, в ответ на что получил лишь слабый кивок. ‒ Хорошо, Энни, я дам тебе отоспаться.       ‒ Арми-ин, ‒ прошептала я, ‒ не лишай себя удовольствия. Прошу, играй дальше, а я посплю.       ‒ Как пожелаешь, Энни, ‒ сказал парень, после чего, поцеловав меня в лоб, уложил к себе на колени, которые мне тут же понравились. Я растянулась, головой приземлилась прямо на подушку, руками обхватила парня, после чего довольно быстро заснула под его чутким присмотром, чтобы сбежать от боли, которая пусть и незначительно, но отступила.