Эмпатия к злодею

      Тепло одеяла, завывание метели за окном — всё оказывало усыпляющее воздействие, и девушка вмиг отключилась, стоило голове коснуться мягкой поверхности подушки.       В отличии от засыпания, пробуждение было менее приятным. Звонкая трель будильника нарушила умиротворение раннего зимнего утра. Вета рывком отдёрнула голову от подушки, которая так и норовила притянуть её обратно, но девушка пересилила себя, встала с кровати и, пошатываясь, побрела умывать закисшие глаза.       На ходу накинув первую попавшуюся футболку поверх пижамной рубашки и брюки, она чуть растормошила не расчёсанные упругие волны волос и вышмыгнула за дверь в тёмный коридор. За окнами на фоне чернеющего леса, словно живые, качались косматые ели. Она поёжилась, застегнула манжеты на рубашке и накинула на плечи пиджак, на всякий пожарный прихваченный с собой. Немногочисленные лампы еле-еле освещали петляющие коридоры. Случалось, свет с треском, мигал, как в дурацких ужастиках, будто предвещая скорое появление монстра. Но всё было притворно спокойно, никаких чудищ. Напряжение, повисшее в прохладном воздухе, выдавало лишь настороженность жильцов. Сбежав вниз по поскрипывавшей лестнице, Вета сбавила ход, внимательно всматриваясь в силуэт, выросший на её пути. На лестничной площадке, ведущей на первый этаж, беспокойно озираясь, маялась Лолита. В плиссированной юбке до середины голени и простенькой блузе она напоминала учителя младших классов. Заслышав шаги, та судорожно обернулась.       — А, это вы. Доброе утро, Анастасия. — она постаралась улыбнуться, но её тон выдавал плохо скрываемое беспокойство.       Вету передёрнуло от последнего слова. Она спустилась со ступенек, подошла поближе.       — Я Вета, будем знакомы. —саркастически оскалилась она, но тут же вмиг посерьёзнела. — У тебя… что-то случилось? Выглядишь напуганной. — скорее формальный вопрос, чем беспокойство.       Образская скованно обхватила рукой живот, вторую прижала ладонью к подбородку, начала ногтями ковырять себе нижнюю губу и медленно устремила взгляд вглубь коридора. Вета проследила за её взглядом, чувствуя, как крупицы страха передаются и ей. Только сейчас она заметила, что третья дверь слева от номера Лолы была настежь распахнута.       — Он говорил, что не намерен оставаться здесь… Он очень переживал, что метель усилится… и… — гундела девушка себе под нос, продолжая отрывать кусочки сухих губ.       Вета зачарованно смотрела на дубовую дверь с золотым номером двести два.       А кто там жил? Кто больше всего волновался из-за снегопада?       Вета, напряженная от волнения, вздрогнула, когда из этого номера бесшумно вышел Юрий, видимо совсем недавно проснувшийся. Синяки у него под глазами стали будто ещё ярче. Заметив девушек, он всплеснул руками, а потом коротко и ясно он обосновал ситуацию.       — Пешков ушёл.       У Лолиты округлились глаза, она стала похожа на маленького, испуганного ребёнка. Судорожно сглотнув, она охнула.       — Как ушёл? В такую метель? Какой ужас, надеюсь он добрался до вокзала…       Вета уже не слушала её причитания. Она всецело погрузилась в свои мысли.       Вот почему он так странно себя вёл. Вот почему так смотрел в окно тем вечером. Он знал что-то, чего не знали остальные, или просто был параноиком? Не усложняй ситуацию, дурочка, он просто боялся застрять здесь из-за метели. Только и всего.       Юрий закрыл номер и, проскользнув мимо девушек, исчез за поворотом. Некоторое время до них ещё доносился его топот.       — Кажется, так начинался какой-то фильм… Не очень хороший, — Вета повернула голову в сторону Лолы. Та видимо действительно была не на шутку испугана, — Очень нехороший, — глаза девушки округлились ещё больше, и, казалось, она сейчас откусит себе губу, — Но я уверена, что это не тот случай.       — Ох, какое несчастье. Дай Бог, он не навредит себе, таким опрометчивым поступком, — тихо пролепетала та, нервно заправила волосы за уши, — Я, пожалуй, вернусь в номер, прохладно здесь. Передай, пожалуйста, чтобы завтрак на меня не рассчитывали.       — Да, да. Передам, — наконец отделавшись от возможной попутчицы, девушка поправила съехавший с плеч пиджак и скользнула по лестнице вслед за Юрием.       Тот чуть ли не бегом мчался по коридорам, встревоженно пошарив в карманах, достал телефон. На секунду свет экрана осветил его лицо в тёмном коридоре. Мужчина ускорил шаг. Вета, стараясь не шуметь, тайком следовала за ним. Что-то было притягательное в этой тревожной атмосфере. Что-то новое и волнующе-интересное.       Пробежав по вестибюлю, Юрий обогнул стойку регистрации и скрылся в одном из подсобных помещений. Вета на цыпочках бесшумно пролетела вдоль стены и подскочила к дверному проёму, пытаясь не дышать. Из комнаты доносился слабый запах старой гниющей бумаги, свечного воска и сигарет. Любопытство вязло верх и девушка отважилась заглянуть внутрь. В этой маленькой комнатушке, оказывается, было помещение по типу крытого балкона, только без двери. Уперевшись локтями в подоконник, Андрей вглядывался в снежную пелену за окном, будто пытался высмотреть давно заметённые следы Даниила. От тлеющей сигареты между его пальцев поднимался витый белый дым. В крайне расстроенных чувствах Юрий швырнул мобильник в кипу документов, валяющихся на столе, и, облокотившись спиной на шкаф с книгами, понуро спрятал лицо в ладони.       — Я не предполагал, что он действительно уйдёт.       — Это было очевидно, — отозвался Андрей, выдыхая дым в оконное стекло.       — Он наверняка не дошёл до вокзала в такую погоду. Но мы будем надеяться, что его не замело.       — Угу.       Голоса затихли. Вета оторопела, вдруг они услышат биение её сердца в такой гробовой тишине или увидят её лицо, подглядывающее из коридора. Но не могут же они спиной видеть, правильно?       Юрий повернул голову в сторону коллеги, брезгливо сморщил нос, почуяв запах жженого.       — Мне повторить? Это вредная привычка для твоего здоровья, — поправив воротник униформы, сообщил он, — Весь отель скоро провоняется ими, а проветрить никак. Ветер окна к чертям выбьет.       — Вредная привычка для здоровья — стоять тут и умничать. От этого бывает перелом носа. — Андрей в шуточной угрозе показал Юре крепко сжатый кулак, а через секунду усмехнулся и продолжил созерцать метель за окном.       — Что с настроением? Ах, ладно. Надо объявление сделать. Я пойду готовить столовую к завтраку. Как успокоишься — приходи.       Девушка бесшумно пробежала к лестнице, когда услышала приближающиеся шаги. Сделала самое невозмутимое лицо, какое только могла. Когда надо, она умела притворяться.       Мужчина вышел из подсобки с максимально постным лицом, но даже попытался улыбнуться, завидев Милославскую. Он отпёр ключом двери столовой, и Вета ушла выбирать столик, а Юрий скрылся в закутке кухни.       Вскоре в зал начали приходить остальные гости. Незнавшие о недавней трагедии широко улыбались, ожидая свою утреннюю чашку кофе. Пытались разговорить приунывшую Лолиту и искренне удивлялись, когда этого не получалось. Даже Германа насторожило отсутствие настроения у своей новоиспечённой подружки. Он задействовал весь небольшой объём своей способности сопереживания, примостился ближе к сидящей в кресле блондинке и начал расспрашивать бедняжку, ободряюще придерживая за плечи. Вета же предпочла наблюдать за происходящим издалека. Всё же иногда приятно быть немым наблюдателем, а не причиной действия.       Стрелка на часах приближалась к восьми, а завтрак всё не подавали. Барабаня пальцами по столику, Милославская успела рассмотреть всех находящихся в этой комнате и переключилась на картины, но чудо свершилось. Юрий, задрав подбородок, вышел из кухни и остановился у барной стойки, слегка на неё оперевшись и часто переводя глаза от одного предмета к другому. Видно страшно волновался. Следом за ним появился Андрей и встал рядом.       — Уважаемые постояльцы! В связи с недавними событиями нам пришлось прибегнуть к не самым приятным мерам, — гости вмиг отвлеклись от своих разговоров и переключили внимание на неожиданное объявление. Вета тоже подобралась и прислушалась. — Метель усиливается с каждым днём, но внутри здания вы в полной безопасности, не переживайте. А вот покидать здание отеля ближайшее время строго запрещается. Это опасно для вашей жизни. Из-за таких погодных условий возможны перебои электричества и связи. Поэтому я, как управляющий отеля, отправляюсь в город, чтобы в дальнейшем безопасно вывезти вас отсюда. Мои обязанности временно будет выполнять наш сотрудник — Андрей. По любым вопросам, жалобам и предложениям обращайтесь к нему.       В голове девушки пульсацией возникла тревожная мысль: Всё настолько серьёзно? По помещению прошёлся сдавленный шепот. Вдруг Лидия встрепенулась, нахохлилась и затараторила, путаясь в словах.       — Сколько это продлится? Никто не знает, даже вы, наверняка не знаете, насколько мы здесь застряли. И вы оставляете одного человека обслуживать всех людей? Это дикость какая-то!       — Это вынужденная мера, мадам. Уверяю вас, он справится с поставленной задачей. И да, пока все здесь. Хочу попросить Образскую задержаться после завтрака, — та вскинула на мужчину мокрые глаза и быстро закивала головой.       Когда на дне фарфоровых кружек остались лишь чаинки, а тарелки опустели, люди начали потихоньку расходиться. Лола отделилась от компании Лидии и Германа и вышла за дверь, к Юрию. Столовая почти опустела, только кареглазый брюнет сновал от столика к столику, собирая посуду.       Мы же с ним друзья. Он то мне и расскажет, что происходит на самом деле.       Решив не затягивать с этим вопросом, Вета поднялась с кресла, стряхнула крошки со штанов и лёгким бегом приблизилась к Андрею, что в это время уже перемывал тарелки за барной стойкой.       — Я очень надеюсь, ты сможешь объяснить мне, что происходит. Апокалипсис? Завтра судный день? — облокотившись на столешницу, девушка вцепилась в спину мужчины прожигающим взглядом.       Он будто подозревал, что девушка останется, и ничуть не удивился её любопытству. Воровато оглянувшись, мужчина всё же оставил посуду и повернулся к ней.       — По-моему Юра всё сказал. Хочешь узнать правда ли это, или мы специально хотим закрыть здесь людей? Нет, за окном и правда чёрт ногу сломит. Выехать отсюда ближайшую неделю не получится, — Андрей поднял на Вету взгляд, спрашивая «на этом всё?»       — Не только, — Вета стушевалась. Что-то случилось с ним. Неужели так переживает за всю эту ситуацию? — Подвергать себя такой опасности просто так Юрий бы не стал… это не логично, пока есть связь, он мог бы позвонить спасателям… но не стал. — Жёстко поставив точку, она вперила в него взгляд.       — Этот Даниил — человек влиятельный, — начал Андрей неохотно, — если вдруг всплывёт информация о его пропаже, или того хуже смерти, репутация отеля упадёт ниже плинтуса. Могут решить, что преступление умышленное, тогда под раздачу попадут все, а Юрке это ну совсем не на руку. Он не к официальным службам поехал. Договорится как-нибудь.       Невысказанных мыслей в голове было море, но девушка не успела ничего ответить. Дверь медленно приоткрылась, в комнату прошла Лола.       — Андрей, снова здравствуйте. Мне… эм… Юрий принял меня на подработку горничной и… сказал, чтобы я помогала вам с уборкой номеров. — Неуверенно сказала она. Так сразу и не поймёшь, Лола до сих пор напугана или просто стесняется.       — А, ну хорошо. Сейчас я здесь закончу и пойдём прочёсывать этажи.       Получив утвердительный ответ, Образская быстренько скрылась за дверью.       

***

      В своём номере Вета схватила с тумбы блокнот, ручку и вышла обратно в коридор.       Если я планирую продолжить учёбу, стоит поработать. Заняться доработкой проекта, как бы ни хотелось отдохнуть.       Подыскав укромное местечко в кресле одного из закутков третьего этажа, она начала делать записи. Сведя брови к переносице, девушка скользила внимательным взглядом по написанным строкам, что-то зачёркивала, исправляла, но в конце концов сдалась, откинулась на мягкую спинку кресла, раздражённо мотая ногой. Банально. Слишком банально. Не пройду. Выгонят к чёртовой матери.       Тут до уха донёсся тихий скрип. Где-то совсем недалеко открылась дверь. Вета прислушалась. Тихие шаги раздались прямо за поворотом, оповещая о чьём-то незримом присутствии, тут заговорил знакомый визгливый голос.       — Ах, Герман, здравствуй!       — И вам доброе утро.       — Ты куда-то шёл? Я тебя отвлекаю?       — Немного. Я хотел Вету найти…       Разговор вмиг стал интереснее для незаметной его свидетельницы. Она бесшумно отложила блокнот на стеклянный журнальный столик, стоявший рядом, привстала, усаживаясь поудобнее. Хоть людей и не было видно, девушка будто улавливала очертания их фигур сквозь стену.       — Ой, мой вам совет: не водитесь вы с этой хамкой. Вы человек обаятельный, приятный, она вас не стоит.       Вот сучка!       — Я всё же её найду. — Голос Германа стал настойчивее, Лида явно его раздражала.       — Я пожалуй присоединюсь к вам, неуютно мне ходить по такими страшным коридорам одной. Тем более, что я слышала какие-то ужасно странные звуки этой ночью. То ли скрежет, то ли шаги.       — Возможно это был персонал или кто-то из гостей.       — Нет, нет, нет! Это исключено! Не могут люди в здравом уме ходить по крыше! Послушайте меня, Герман. Я так перепугалась, когда на грани сна и бодрствования услышала звук, похожий на скрежет когтей. Мне кажется, что кроме нас в этом отеле есть кто-то ещё! — голос женщины приобрёл истерические нотки. Она явно не врала, а говорила искренне.       — Лидия, вы видимо перечитали фантастики на ночь глядя. Никого кроме нас здесь не может быть, тем более, что на улице метель метёт уже второй день. Я дам вам пустырника, выпьете перед сном. — шаги стали удаляться.       — Вы меня совсем не слушаете! Я же говорю…       Вскоре слов их диалога было уже не разобрать и Вета решила покинуть место подслушивания.       Что это было? Кажется у Лиды начинается паранойя. Какой скрежет? Может из-за того, что я спала, как убитая, я не слышала никаких шумов?       Совсем позабыв о планах на утро, она вернулась в свою комнату. И что-то заставило её выглянуть в окно. Густая белая пелена. Даже силуэтов деревьев, окружающих гостиницу, было не разглядеть. Резкие порывы ветра давили на окна, иногда казалось, что стекло не выдержит и треснет. И как Юрий собрался искать дорогу по такой погоде? А вот кажется и он. Последняя оставшаяся машина, точнее тёмное размытое пятно, медленно уезжает со стоянки.       Ему можно только пожелать удачи.

***

      День пролетел почти незаметно и ближе к семи часам за окном начало стремительно темнеть. В коридорах зажгли тусклый жёлтый свет, но атмосфера осталась напряженная. Странно то, что за весь день, кроме похода в столовую, девушка ни разу не увидела остальных гостей. Михаила Оленина к примеру, Ожегова. Они будто прятались у себя в номерах, боясь высунуть нос. Даже когда её всё же настиг Миллеров со своим предлогом прогуляться, им встретилась только Лолита и никого больше.       Этим вечером снова планировалось небольшое застолье. И как бы не хотелось лицезреть все эти напыщенные лица, Вета не отказалась присоединиться к празднеству.       В прошлый раз ничего не случилось и в этот не случится.       Подбадривала себя Вета, надевая чёрное вечернее платье. Образ остался таким же. Платье одно, а единственные приличные брюки были уже не в самом презентабельном виде. И тут её посетила внезапно странная мысль.       Может накраситься? Я взяла с собой помаду… Пф, с чего бы такие мысли? Ох в такой ситуации, когда все на взводе… Нет, однозначно не стоит.       В самом громадном помещении зала было на удивление пусто и прохладно. Холодок пробирался по ногам и девушка решила немного пройтись, чтобы не замёрзнуть. За окнами так же бушевала метель, картины были уже знакомы и скучными ей и единственное, что привлекло её внимание — какой-то предмет на отдалённом столике в углу.       Ещё вчера карнавальные маски гостей отнесли в кладовку. И единственная личина оставшаяся здесь, сейчас глядела на Милославскую своими чёрными глазами-дырами. Заяц. Вдруг стало не по себе. Какое-то пугающее осознание того, что ещё вчера эта маска принадлежала Даниилу Пешкову, толстенькому мужчине, владельцу сети ресторанов, который, возможно, уже не вернётся. Который, возможно, уже мёртв. Его тело замело, оно покоится под толщей снега где-то в лесной чаще, а помутневшие глаза смотрят не моргая…       — Вета, я…       От неожиданности девушка резко отшатнулась в сторону, вытаращив глаза на взявшегося из ниоткуда Андрея.       — Ты мне, извини, сердце поправить решил? — наигранно трагично схватившись за грудь, Вета увела глаза вверх, — Как раз в чистом. Сразу бы и закопали.       — Тогда отменяю катафалк? — слабо усмехнулся он, — Я не за этим пришёл. Ты ничего не теряла? — Он как-то странно взглянул на девушку, отчего та немного смутилась, но решила отшутиться, дабы не создавать неловкую паузу.       — Достоинство возможно…       Андрей вынул из пиджака маленькую потрепанную книжечку. Блокнот. И только сейчас девушка вспомнила о своей записной книжке, которая так и не вернулась обратно в комнату.       — О, я совсем забыла о ней, спасибо. — Она благодарно кивнула ему и забрала блокнот.       Портье почти сразу ушёл под предлогом того, что одному справляться довольно трудно и ему прийдётся уйти раньше, чтобы ужин подали вовремя. А на предложение помочь отказался, оставив Вету наедине со своими мыслями. Но уже вскоре в зал пришли остальные гости. На Лолите по прежнему не было лица. Ожегов старался поддерживать бодрость духа и воодушевлённо рассказывал что-то Лидии, которая с притворным вниманием слушала его россказни. Позже подошёл Герман и Михаил Оленин, что старались держаться в стороне от всех.       Похоже, что никого кроме Лолы не волнует ситуация с Даниилом. Думаю, оно и к лучшему.       — Вета, привет, — Миллеров, криво улыбнувшись, подошёл к девушке, — свежо выглядишь. Хорошо спала?       Внутренне поморщившись от слащавости его слов, девушка кинула дежурную фразу, попыталась улыбнуться и, пока Герман был занят, отошла подальше.       — Почему ты постоянно одна? Присоединяйся к нашей компании. Будем проводить больше времени вместе. — Странно развеселившийся, скорее всего от нервов, Ожегов, тряся своей кудрявой шевелюрой, попытался поймать её за руку, но она ловким движением освободилась.       — Нет. Я не очень переношу компании, — и почти шепотом добавила, — Такие.       Тот, будто не понимая, поднял одну бровь. Милославская, воспользовавшись моментом, решила быстренько делать ноги. На горизонте замаячил мужчина в униформе отеля.       Как вовремя.       — Да и меня ждут. Я обещала помочь с посудой. — Девушка помахала ему рукой и пошла навстречу Андрею, благо он был уже близко.       — Снова сбегаешь ото всех? — Андрей развернулся и они с Ветой ушли в другой конец зала.       — Сегодня я социофоб. Знаешь что? Я тогда не договорила…       — Стой-ка. — Портье вдруг остановился.       Милославская перестала шагать и застыла в ступоре. Вдруг почувствовала, как он слегка, случайно, задел рукой её бедро. Она опустила глаза и немного успокоилась. Андрей лишь заботливо поправил задравшийся край платья. Он выпрямился, глянул в сторону скучковавшихся постояльцев и усмехнулся.       — А то Герману совсем голову снесёт. Не доставляй ему такого удовольствия.       Вета удивлённо глянула на светловолосого паренька, потом на Андрея.       — Только то и ему. — Ни с того ни с сего выдала она и на всякий случай ещё раз отдёрнула платье. Вопрос, который Вета только минуту назад хотела задать портье, внезапно забылся.       — О, ну конечно. И мне тоже не надо доставлять такого удовольствия, — через чур наигранно заулыбался он, тут же сбросив улыбку, — Есть предложение разыграть партейку в карты, — потирая руки, сменил тему он. — После ужина. Надо спросить у гостей, никто не будет против.       Вскоре еда была готова. Все уселись трапезничать за большим круглым столом, параллельно обсуждая прошедший день. Вот тема добралась и до ушедшего Пешкова. Кто-то принялся жалеть его, причитать, а откуда-то донёсся слабый голос: «Так ему и надо». Понять, кто сказал эту мимолётную фразу уже не представлялось возможным. Тема разговора перескочила на обсуждение планов на завтрашний вечер.       — Дорогие друзья! — Адам, мужчина с чёрными кучерявыми волосами, лучезарно улыбаясь, встал и поднял бокал. — Хочу с радостью сообщить вам, что завтра вечером я проведу своё магическое шоу! Совершенно бесплатно! Буду рад видеть вас всех!       Он перевёл взгляд на Андрея и благодарно качнул головой, подняв спиртное чуть выше.       Точно. Он же иллюзионист. Ну естественно бесплатно, но только для гостей. Какой неприятный тип.       А предложение сыграть в карты было как раз кстати. Все оказались согласны. Как ни странно, даже Лида была не против. Чудо, не меньше.       — Отлично, тогда предлагаю собраться здесь примерно через пять минут, — объявил Коваль и, встав из-за стола, вышел в служебное помещение.       Вета же решила не уходить.       Лола улетела за дверь одной из первых, бормоча себе под нос: «Как раз успею убраться». Михаил тоже покинул зал. Остальные же остались просиживать штаны, пересев за соседний столик, чтобы не мешать уборке. Герман, отсев подальше и подперев рукой подбородок, продолжал бросать странные взгляды на Вету. То опуская глаза вниз, то поднимая, то резко отводя в сторону, когда Вета сталкивалась с ним взглядом. От такого, откровенно говоря, разглядывания девушке стало некомфортно. Постоянно чувствовать на себе изучающий взгляд — последнее, чего она хотела бы сейчас. Поэтому, схватив несколько тарелок со стола, она забежала в маленькое помещение кухни вслед за Андреем.       — Я не договорила. — Нарочито серьёзно сказала она, поставив посуду в мойку.       Коротко посмеявшись, Андрей перевёл глаза на девушку. Та уловила тонкий, едва заметный запах жжёного.       — Ну давай, валяй, — перекатывая во рту жвачку, посмеялся он.       — Ты слышал какие-нибудь звуки этой ночью? Ну там шаги, шорохи?       Мужчина перестал улыбаться. Задумался, вспоминая.       — Не уверен, что это были шаги, — он на секунду остановился и перестал мылить кружку, — но какой-то шум был. Я тогда ещё вышел в коридор проверить, может, кто заблудился, но никого не нашёл.       Вета больше всего боялась услышать такой ответ. Пусть лучше у Лиды будут галлюцинации, чем кто-то или что-то на самом деле бродило по отелю в полной темноте. Вета оказалась в замешательстве, она даже не сразу услышала оклик, который постепенно приближался.       — Андрей! Чёрт вас… где вы? — распахнув дверь, на кухню ворвался мужчина в странном старомодном костюме, Ожегов. — Все уже собрались. Мы не можем дозваться Образскую.       А вот и второе странное событие за сегодня. Неужели у Лолы снесло крышу и она решила повторить подвиг Даниила? — первая мысль, пришедшая Вете в голову.       — В смысле не нашли? — Андрей явно начал нервничать, — пойдёмте ещё раз посмотрим.       Мужчины пулей вылетели в коридор. Вета немного погодя последовала за ними. Она изо всех сил старалась сохранять хладнокровие и не поддаваться панике, нараставшей в груди. Когда она проходила через зал, её встретили три ничего не понимающие пары глаз. Герман, Лидия и Михаил проследовали за ними.       Её комната закрыта, коридоры пусты. Что за магия? Поисковая группа прошла все этажи и нигде не обнаружила Лолу. Милославская хоть и ходила вместе с ними, а точнее позади всей группы, но не рисковала делиться догадками. Она была словно в трансе.       — Она не стала бы выходить на улицу! — протестовал Герман. — С её то боязнью пропасть без вести! Это просто смешно!       — Возможно мы просто разминулись с ней. Я помню, она говорила, что пошла убираться у себя в номере. — Михаил подал голос.       — Зачем ей тогда закрываться изнутри и молчать?       Вета, обхватив себя за плечи, шла в стороне. Ей резко стало холодно, обычно такое с ней происходило в преддверие чего-то плохого. Внутренний голос пытался подсказать девушке, но она не слушала его. Андрей в это время безуспешно пытался утихомирить гостей, а вместе с тем на ходу найти ключ от номера Лолы из десятка похожих.       — Ну тише, тише!       Эта суматоха начинала сводить с ума. И, что свойственно Милославской в такой ситуации, она решила поострить.       — Просто признайся, ты белобрысую кокнул? — она слегка ткнула Миллерова в бок и злорадно заулыбалась.       — Что? Нет! Нет, что ты говоришь! — но как и всегда её шутка была совершенно не вовремя.       Герман округлил глаза и на серьёзном принялся отнекиваться, отчаянно мотая головой. Видимо, он подумал, что Вета и вправду подозревает его в пропаже Лолиты.       Пронзительный истошный крик оборвал истеричные попытки оправдаться. Все на мгновение замерли, будто оцепенели, но уже через секунду рванули вперёд по коридору. Милославская, оббежав напуганную Лиду, старалась не отставать от умчавшихся вперёд мужчин. Считая удары сердца и стуча каблучками, взлетела по лестнице на второй этаж. И почти врезалась в Михаила, что маленькими шажками пятился назад.       Первое, что она увидела из-за его спины — это еле заметная на красном ковре тёмная лужа. Она медленно растекалась, поглощая ковровые узоры. Светлые волосы, утопшие в ней, завились и слиплись от непрекращающегося поступления крови. Переведя взгляд на лицо бедной девушки, Вету пробил жуткий озноб, по всему телу пробежали мурашки. Большой металлический крест длинной с ладонь наполовину вошёл в её глазницу. Бездыханное тело растянулось по диагонали из дверного проёма.       Добежавшая до места Лида обезумевши заорала, увидев Лолиту. Схватилась за сердце правой рукой, второй оперлась на стену.       — Боже… — Герман закрыл рот ладонью.       Вета продолжала неподвижно стоять, как вкопанная, молча уставившись на окровавленный труп восемнадцатилетней девушки. Она бы ещё долго простояла так в шоковом состоянии, если бы Андрей, который стоял первее всех, вовремя не спохватился.       — Так! Расходимся быстро! Идите, идите!       Голос Коваля звучал так твёрдо и спокойно, что Милославская выпрямилась и кинула подозрительный взгляд в его сторону, но увидев напуганные глаза, подчинилась, делая пару шагов назад. Мужчина руками отгородил гостей от трупа, и им ничего не оставалось, как поскорее убраться отсюда. Они и сами были не против уйти, а ещё бы стереть из памяти эту жуткую картину. Тут Герман подал голос.       — Ей возможно ещё можно помочь! Я врач, дайте пройти! — с фальшивой непоколебимостью Миллеров протиснулся через толпу, присаживаясь на корточки возле девушки.       — Остальных прошу разойтись по своим номерам! — бросив беглый взгляд на Вету, Андрей вытолкал людей за дверь.       Вета еле увернулась от отступавшего назад Оленина, что чуть было не задавил её. Оглянулась по сторонам. Нет. Окружение всё то же. Это не сон. Пустыми глазами смотря под ноги, она, шаркая носами туфель, направилась на третий этаж, ближе к своему номеру.       Так странно. Она знала, что такое смерть, видела её, но ни разу так близко и так… отрезвляюще? Перед глазами до сих пор маячил крест, наполовину исчезнувший в глазу юной христианки, когда подумалось, что происходит действительно что-то такое значимое, что перевернёт Вету, ввязавшуюся в это непростительно внезапно, с ног на голову. Как инородное тело, попавшее в сложный механизм, который безжалостно сомнёт его.       Вету который раз бросило в дрожь, а ведь когда-то она пообещала себе больше не бояться. Собрав силу в кулак, она глубоко вдохнула, тяжело выдохнула, накинула на плечи пиджак и выглянула в тёмный коридор.       Её встретила гробовая тишина. Все закрылись в своих номерах, в попытках прогнать увиденное из головы, и только Вета, будто на виду у чего-то шла по пустым коридорам. И вот перед ней закрытые прозрачные двери меж этажами, за которыми горел единственный яркий свет. Она заглянула внутрь, прежде чем открыть их.       Там, взъерошивая волосы, Коваль сидел на коленях с тряпкой в руках у размазанной лужи крови. Чёрный костюм совсем измялся, он откинул пиджак и закатил рукава. Потом бросил безуспешные попытки убрать следы смерти с ковра, бросил тряпку и, залезая в карман брюк, ушёл к окну. Тогда девушка толкнула двери и медленно вошла. Андрей отвлекся на неё, бросил взгляд в её сторону и вернулся к пачке, выхватывая губами сигарету. Вета остановилась, словно спрашивая себя, стоит ли остаться.       — Привет, — она подошла ближе и облокотилась на подоконник рядом с ним.       — Давно не виделись, — сигаретный дым врезался в стекло, разлетаясь в разные стороны. Ненароком вдохнув, Вета поморщилась и немного отстранилась.       — Зачем тебе это? — презрительно оглядывая лицо собеседника в отражении, спросила она.       — Успокаиваюсь, — теперь он нарочно выдохнул в сторону Веты, с улыбкой наблюдая, как та отмахивает от себя табачное облако.       — От этого умирают. Не слышал?       — Да? — Андрей удивлённо вскинул брови, делая следующую затяжку.       — Ага. И вот так же любил делать, кстати… смеяться надо мной. У меня отец курил, сколько себя помню. Ну а итог у этого всего всегда один, сам знаешь, — голос её дрогнул.       — Раз тебя это так задевает, то за меня тебе волноваться точно не стоит. Нервы похуже, чем сигареты влияют, — он покрутил сигарету между пальцев, — Я балуюсь. Брошу, когда эта вся канитель закончится, если тебе станет от этого легче.       Вета недоверчиво глянула на него в отражение.       — Станет. Бросай.       — Ну конечно. Только ради тебя, — шутливо уверил он, — ты чего не спишь? Поздно.       — Не могу, — помолчав, она решила всё же спросить, — куда вы её убрали?       Слова растворились во внезапном молчании. Девушка не понимала, зачем спросила. Наверное, этим мыслям просто нужно было найти выход.       — В один из пустых номеров, — немного погодя ответил мужчина.       — Она была жива или уже нет?       — Тебе действительно интересно? — мужчина недовольно фыркнул и затянулся, — она умерла сразу. Крест прошёл через глаз прямиком в мозг. По крайней мере, так сказал Герман, — отлепившись от подоконника, он пальцем стряхнул с сигареты пепел и бросил её в урну, — иди спать, а я займусь ковром.       — Не уверена, что вообще смогу сегодня уснуть.