On two fronts

Я стояла возле стены, умело скрываясь в тени. Мне не хотелось обсудить то, что случилось на скифе, в отличие от остальных. Я лишь желала обдумать всё в тишине и спокойствие. Мне необходимо понять, как теперь всё будет идти и, как я буду действовать дальше. Без сомнений Кейен скоро узнает о том, что произошло, если не уже, а значит, скоро мне придёт приказ, что делать и что узнать. Но нужно подумать, не смогу ли я как-нибудь использовать это для себя. Возможно, с помощью этой девушки у меня получиться вырваться из лап шуханской королевы. Правда пока я не знаю как, но определённо стоит попытаться придумать. Хотя чем дольше я над этим думаю, тем глупее кажется эта затея. Всё-таки, как Заклинательница уберёт с головы мамы и моей мишень, которая слишком прочно закрепилась за эти годы. Это глупая надежда, но я никак не могу от неё отделаться. Но на что бы я там не рассчитывала, сейчас главное не потерять свои позиции перед Дарклингом и следить за ним намного внимательнее. Ведь теперь он получил то, что так долго искал. Остаётся лишь вопрос о том, что он планирует делать со всем этим и, какая роль отведена мне во всём этом. ‒ Ты какая-то грустная. Это выбивается из общей картины. ‒ размеренным голосом сказал тот о ком я сейчас думала. Не заметила, как он подошел. ‒ Я не грустная, а просто задумчивая. Пытаюсь понять, что будет теперь. И будут ли все дальнейшие события нам на пользу или во вред. ‒ решила честно ответить я не глядя на него. ‒ Не стоит волноваться. Теперь, когда нашлась Заклинательница Солнца, мы изменим мир. Всё будет по-другому. ‒ я всё же подняла свой взгляд прямо не него и еле удержалась от того, чтобы дёрнуться в сторону. Его лицо сияло о предвкушения, восторга и плохо скрываемого лёгкого возбуждения. И это только от мыслей о ней. Он никогда так не смотрел на меня. Он никогда не был таким. Это осознание болезненно кольнуло где-то в области сердца потому, что теперь он никогда и не посмотрит с теми же чувствами на меня. Теперь у него есть она. ‒ Не сомневаюсь, так и будет. ‒ я попыталась не выдавать голосом свои ревностные мысли. Теперь это сложнее, ведь конкурент сильнее. Зачем я только признала свои чувства к этому человеку? Если бы не эта глупость, то сейчас мне было бы легче. Видимо Дарклинг решил пощадить меня, и отошел от меня на достаточное расстояние, чтобы я могла привести свою голову в порядок. Пока я занималась этой задачей, я не замечала волны шепота, что пронеслась по палатке. Лишь когда я услышала звенящий смех Зои, то поняла, что она тут. ‒ Приведите их, – сказал полковник Раевский. Я повернулась вместе с девушкой, чтобы увидеть очередных солдат, ведущих побитых и озадаченных людей по проходу в палатку. Среди них я заметила старшего картографа – его ранее чистое пальто было рваным и грязным, а лицо – напуганным. Что ж, учитывая происходящие события, то это вполне нормально. Я видела, как девушка нашла в толпе своих близких знакомых или друзей и как её ноги едва не подкосились, а сама она прижала руку ко рту, чтобы подавить свой всхлип. А затем, спустя несколько мгновений напряжённых переглядок между ней и Дарклингом, он наконец-то заговорил: – Капитан, докладывайте. Тот встал и ответил безразличным тоном: – Примерно на тридцатой минуте переплава на нас напала большая стая волькр. Они окружили нас, и мы несли тяжелые потери. Я боролся на правом борту скифа. В этот момент я увидел… – мужчина замешкался, а затем продолжил уже менее уверенным голосом. – Не знаю, что именно я видел. Вспышку света. Ясную, как день, даже ярче. Будто я смотрел на солнце. Толпа зашепталась. Выжившие со скифа кивали. Солдат рявкнул, чтобы все замолчали, и продолжил: – Волькры скрылись, и свет исчез. Я немедленно приказал вернуться к докам. – А девчонка? – спросил Дарклинг. – Я не видел девчонку, мой суверенный. ‒ и зачем только спрашивается он тратил наше время? Дарклинг приподнял бровь, поворачиваясь к остальным выжившим. – Кто на самом деле видел, что произошло? – его голос был безразличным, далеким, почти незаинтересованным, но я знала, что это не так. Это всего лишь маска грозного генерала. Ведь он знает, что так ему расскажут всё намного быстрее. Пленные погрузились в тихую дискуссию друг с другом. Затем медленно и робко вперед вышел старший картограф. Его редкие темные волосы торчали во все стороны, пальцы нервно теребили край порванного пальто. – Расскажи нам, что ты видел, – приказал Раевский. Картограф облизал губы. – Нас… нас атаковали, – робко начал он. – Каждый отбивался, как мог. Много шума. Много крови… Один из парней, Алексей, был убит. Это ужасно, ужасно, – его руки дрожали, как две трепещущие пташки. Я нахмурилась. Старик прочистил горло: – Они были повсюду. Я видел, как одна тварь направилась к ней… – К кому? – спросил Раевский. – К Алине… Алине Старковой, одной из моих помощниц. ‒ вот я и узнала, как зовут эту девушку. Ожидала чего-то более звучного. Но наверное это говорит моя вредность. После этого Зоя усмехнулась и наклонилась к своей подружке, чтобы прошептать той что-то на ухо. Наверняка очередную гадость. Это её конёк. Я видела, как Алина сжала челюсть. – Продолжай, – настаивал Раевский. – Я видел, как одна тварь направилась к ней и следопыту, – сказал картограф, указывая на незнакомого мне парня. – А где были вы? – рассерженно поинтересовалась она. Вопрос слетел с её языка раньше, чем она смогла его обдумать. Все повернулись, чтобы посмотреть на неё. – Вы видели, что волькра напала на нас. Видели, как эта тварь схватила Алексея. Почему не помогли нам? ‒ что же видимо она не такая пугливая мышка, как выглядела до этого. – Я ничего не мог поделать, – взмолился он, широко разведя руки. – Они были повсюду. Настоящий хаос! – Алексей мог бы выжить, если бы вы подняли свою костлявую задницу и помогли нам! ‒ картограф покраснел от злости. – Довольно! – прогремел Раевский. – Расскажи, что ты видел, картограф. Все вновь притихли, и он вновь облизал губы. – Следопыт упал, она была рядом. К ним летела волькра. Я увидел, как эта тварь напала на девчонку, и она… она засветилась. Гриши разразились возгласами недоверия и насмешками. Некоторые открыто хохотали. Не понимаю почему. Это же правда. И Дарклинг в курсе. Но видимо он не счел нужным посвятить остальных в тот факт, что верит. Это подняло моё настроение. Ведь значит, я всё же что-то да значу, раз со мной он этим поделился. – Я видел! – прокричал он сквозь шум. – Свет шел из нее! Некоторые гриши открыто издевались над ним, но остальные кричали: «Дайте ему сказать!» Отчаявшийся картограф оглянулся за поддержкой на своих выживших приятелей, и, к моему изумлению, некоторые из них кивнули. Все сошли с ума? Они на самом деле считали, что я отпугнула волькр? – Это абсурд! – крикнула Зоя. Ну конечно она не хочет этого признавать. Понимает же, что тогда её тоже ждёт холод в отношениях с генералом. – На что ты намекаешь, старик? Что нашел нам Заклинательницу Солнца? – Я ни на что не намекаю, – запротестовал он. – Лишь говорю то, что видел! – Это не невозможно, – сказал грузный гриш. На нем был фиолетовый кафтан субстанциала, члена Ордена фабрикаторов. – Существуют легенды… – Не будь глупцом! – девушка рассмеялась, ее голос был полон презрения. – Волькра лишила старика остатков разума! – Тишина, – Дарклинг едва повысил голос, но команда полоснула по толпе, и наступило молчание. – Следопыт, – тихо сказал Дарклинг, – что видел ты? Все как один повернулись к нему, глядевшему на Алину с тревогой. Затем он перевел взгляд на Дарклинга. – Ничего. Я ничего не видел. ‒ лжёт. – Девчонка была прямо рядом с тобой. Ты должен был что-то видеть. ‒ он понимал, что следопыт скрывает то, что видел. – Просто скажи, что ты помнишь, следопыт, – приказал Раевский. Он слегка пожал плечами и скривился от боли. – Я лежал на палубе. Алина была рядом. Я видел, как волькра спикировала вниз, и понял, что она летит к нам. Я что-то сказал и… – Что ты сказал? – холодный голос Дарклинга прозвучал, как гром в комнате. – Не помню, – ответил он. Упрямый абрис его челюсти доказывал то, что он лжёт. Он все помнил. – Я учуял волькру, когда та кинулась на нас. Алина закричала, и больше я ничего не видел. Весь мир просто… засиял. – Так ты не видел, откуда исходил свет? – спросил Раевский. – Алина не… Она не могла… – следопыт покачал головой. – Мы из одной… деревни. – Я заметила эту крошечную паузу, присущую всем сиротам. – Если бы она могла вытворять нечто подобное, я бы знал. Дарклинг долгое время смотрел на него, а затем перевел взгляд на меня. – У всех нас есть секреты, – сказал он. Следопыт открыл рот, будто хотел что-то добавить, но Дарклинг поднял руку, чтобы тот умолк. На его лице вспыхнула злость, но он промолчал, сжав губы в угрюмую линию. Дарклинг поднялся со стула. По взмаху его руки солдаты отступили, оставляя Алину с ним один на один. В шатре стало пугающе тихо. Он медленно спустился по ступенькам и стал к ней лицом к лицу. Не ревнуй Изабель! Это всё неважно. Не ревнуй… не ревнуй. Подумаешь, он стоит к ней впритык. Ерунда! – Итак, что ты скажешь, Алина Старкова? – приветливо спросил он. – Это какая-то ошибка, – хрипло ответила она. – Я ничего не делала. И не знаю, как мы выжили. Дарклинг, похоже, стал обдумывать её слова. Затем сложил руки на груди и склонил голову вбок. – Итак, – продолжил он, погруженный в свои мысли. – Мне нравится думать, что я знаю обо всем, что происходит в Равке, и если бы в моей стране жила заклинательница Солнца, я был бы об этом осведомлен, – толпа согласно забормотала, но он проигнорировал их, и дальше внимательно наблюдая за ней. – Но что-то могущественное остановило волькр и спасло королевский скиф. – он замолчал, будто ждал, что она решит эту головоломку за него, хоть уже и знал ответ. – Я ничего не делала. Абсолютно ничего. ‒ уголки губ Дарклинга дернулись, будто он пытался подавить улыбку, ощупывая её взглядом с головы до ног. – Твоя память столь же ненадежна, как и у твоего друга? – Я не... – Вытяни свою руку, – приказал Дарклинг. – Что? – Мы потратили уже достаточно времени. Вытяни руку. ‒холодный укол страха пронзил её. Это было заметно по тому, как она в панике оглянулась вокруг, но помощи ей искать было неоткуда. Солдаты с каменными лицами смотрели перед собой. Выжившие со скифа выглядели напуганными и усталыми. Гриши поглядывали на неё с любопытством. – Закатай рукав. – Я ничего не делала. ‒ и дальше лепетала она, словно это её спасёт от Дарклинга. Она ещё не понимает с кем судьба связала её. Затем она всё же закатала рукав. Он вытянул руки, и тени начали клубиться в воздухе, как чернила в воде. – Теперь, – сказал он все тем же тихим, успокаивающим голосом, будто они сидели за чаепитием. – Давай посмотрим, на что ты способна. Он соединил ладони, и послышался звук, похожий на раскат грома. Волны тьмы, исходящие от его сложенных ладоней, накатили на меня и толпу черной волной. Я ослепла. Комната исчезла. Все исчезло. Я услышала, как Алина закричала от ужаса. После их тихой короткой перепалки мир вспыхнул ослепляющим белым светом. Тьма раскалывалась вокруг нас, как стекло. Я посмотрела на лица в толпе: они открывали рты от удивления, когда палатка наполнилась сиянием, а воздух замерцал от жары. Все кроме меня. Я это уже видела и знала чего ожидать. Затем Дарклинг отпустил девушку, и белоснежные лучи исчезли, оставляя вместо себя свет от обычных свечек. Ноги Заклинательницы подкосились, и Дарклинг поймал её, прижимая к своему телу одной удивительно сильной рукой. Слишком близко. Слишком… не знаю, какое слово подобрать, по-собственнически что ли. Затем он что-то прошептал ей на ухо, а после подозвал к себе Ивана. – Уведи ее, – приказал он. – Иван! – прокричал он. Сердцебит поспешил с помоста к своему господину. – Отведи ее к моему экипажу. Я хочу, чтобы ее постоянно охранял вооруженный страж. Отвези ее в Малый дворец, и ни в коем случае не останавливайтесь. – Иван кивнул. – И пусть целитель осмотрит ее раны. Алина пыталась сопротивляться и постоянно говорила, что она не гриш и не та кем её считает Дарклинг. Вот только кем он её считает? – Иди! ‒ сказал он, несмотря на все попытки Старковой. Дарклинг вновь повернулся ко мне спиной и быстро пошел на возвышение, где был немедленно окружен советниками и министрами, которые начали наперебой что-то громко и быстро ему говорить. Я не подходила к ним так, как меня не звали. Да и не особо хотелось. И так понятно, какая сейчас у них главная тема для обсуждений. Иван грубо схватил Алину за руку и потянул в сторону выхода. – Пошли! ‒ недовольно прикрикнул Иван. Я ему не сочувствую. Пусть мучается с этой буйной. Его страдания мне только в радость. Слишком уж он высокомерный и противный и постоянно пытается задеть меня. – Иван, – позвал Дарклинг, – следи за своим тоном. Она теперь гриш. ‒ тот слегка покраснел и поклонился, но хватку на её руке не ослабил. Я тоже ушла. На сегодня представлений больше не планируется поэтому, не обращая внимания на разговоры других, о том, что произошло, я пошла к себе, чтобы спокойно сесть и всё переварить. Проходя мимо экипажа я не стала останавливаться несмотря на то, что новоиспечённая гриша явно не хотела отсюда уезжать. Меня резко накрыла какая-то апатия. Хочу домой. К Жене. Что-то я устала от всех этих стервятников и от того, что совершенно не с кем искренне поговорить. Я бы могла поехать с Алиной, но раз Дарклинг ничего об этом не говорил, то здесь моё присутствие важнее. Правда, не думаю, что и он тут надолго задержится, он не захочет оставлять Заклинательницу одну. Главное, чтобы я тоже могла уехать. Не хочу, чтобы он решил оставить меня здесь. ‒ Похоже твоё место любимицы генерала только что заняли. ‒ ехидный голос Зои вывел меня из задумчивости. ‒ Как и твоё. ‒ я не была настроена на перепалку поэтому, шла дальше даже не оборачиваясь на Назяленскую. Да и зачем? Это же Зоя. Она только и ждёт этого. Мой отдых от окружающего мира длился недолго. Уже через часа три, ко мне пришёл опричник Дарклинга и сказал, что меня вызывают. ‒ Советую тебе поесть, через полчаса мы выезжаем. ‒ сказал он, даже не поворачиваясь ко мне. Он копался в каких-то бумагах, явно что-то ища. ‒ Ты всё-таки решил сопровождать Заклинательницу лично. ‒ Мы слишком долго её ждали, чтобы, когда нашли пренебрегать её безопасностью. Да и наша миссия и так подходила к концу. ‒ А как же важная поставка? Больше не нужно, чтобы я её проконтролировала. ‒ не знаю зачем я спорю с ним насчёт моего возвращения, если и сама хочу обратно. Видимо я просто дура. ‒ Нет. Я дал все наставления этим глупцам. Ты нужна мне во дворце. Начинается великая игра и мои верные люди должны быть рядом. ‒ словно маленькому ребёнку объяснил он при этом продолжая копаться в своих бумагах. ‒ Хорошо. Тогда я пойду собираться. Всё время пути мы гнали лошадей галопом и при этом нигде не останавливались, разве только для того, чтобы поменять животных на новых. Дорога через Ви не отличалась ничем особенным, да и не хотелось мне смотреть по сторонам. Я думала лишь о том, как же у меня болит всё тело от постоянной езды верхом. Но сегодня я посмотрела на то, что происходит впереди нас и увиденное не пришлось мне по душе. Посреди дороги стояла наша карета, и я видела мелькающие яркие пятна, которые с кем-то сражались. Мы все ускорились ещё сильнее, чтобы успеть помочь нашим. И вот, приблизившись к ним, я увидела дрюскеле. Какого хрена они здесь? До границы очень далеко. Видимо они наглеют с каждым днём всё сильнее и сильнее. Я собиралась вмешаться в битву, но Дарклинг сделал это раньше, ослепив их всех сгустками тьмы. Гриши не мешкали и сразу же воспользовались преимуществом и убили их. Тут я и увидела, как один фьерданец наставил нож в сторону Алины. Жаль беднягу, умрёт не гуманной смертью. Собственно уже. Дарклинг только что располовинил его разрезом. Алина правда от такого в ужасе отползала назад, подальше от тела, а вернее остатков тела. Привыкнет, если хочет жить. Было принято решение использовать приманку поэтому, мы разделились на две группы. Алина отправилась с Дарклингом и двадцатью опричниками, а я со всеми остальными. Если за нами уже следят, то могут подумать, что Заклинательница со мной так, как я доверенное лицо генерала. Но больше ничего не произошло, по крайней мере, с нашей группой, надеюсь, что с ними тоже. Мы ехали быстро, но не настолько, как раньше. Теперь мы останавливались на несколько часов отдыха и для того, чтобы найти еду. Всё-таки мы очень спешили поэтому, толком ничего и не взяли. Пришлось перебиваться тем, что удавалось поймать, но никто не жаловался, поскольку к такому уже давно привыкли, несмотря на распространённое мнение о том, что гриши всегда з жиру бесятся. Вернулись во дворец мы на насколько часов позже генерала. Как раз когда я направлялась к себе, чтобы отдохнуть мне встретилась спешащая Женя со сворой служанок. ‒ Эй! ‒ она остановилась и обернулась. ‒ Прости, я сейчас очень спешу. Мне надо подготовить Заклинательницу для встречи с королём. ‒ виновато сказала она. ‒ Да без проблем. В принципе я могу пойти с тобой. ‒ с этими словами я догнала их и мы все вместе отправились в покои Алины. Как я и предполагала, Дарклинг выделил ей самую лучшую комнату: просторную и роскошную. Но не успела я толком осмотреться, как услышала вскрик Жени полный ужаса. ‒ Ради всех святых, ты хоть помылась? И что случилось с твоим лицом? – Я… ‒ но Женя не дала ей договорить, начал выкрикивать приказы служанкам. – Принесите воду. Горячую. Мне понадобится мой набор, и вытащите ее из этой одежды. ‒ служанки начали напирать на девушку, расстегивая пуговицы её рубахи. – Эй! – закричала она, отталкивая их руки. – Если придется, свяжите ее. ‒ сказала Женя закатив глаза, а после служанки удвоили усилия. ‒ Какая же ты тиранша, Женя. ‒ с усмешкой прокомментировала я. – Перестаньте! – выкрикнула Алина, пятясь от них. Они замешкали, переводя взгляд с неё на Женю. – Что происходит? Кто ты? – У меня нет вре… – Так найди его! – отрезала она. – Я проехала почти две сотни миль верхом, не спала нормально неделю, а еще меня дважды чуть не убили. Так что, прежде чем я что-либо сделаю, ты расскажешь мне, кто ты такая и почему тебе так важно снять с меня одежду. – Меня зовут Женя. Меньше чем через час ты будешь представлена королю, и в мои обязанности входит придать тебе презентабельный вид. ‒ её лицо сейчас было очень удивлённым. Я видела, как вся её злость испарилась. – О, – кротко ответила она. – Да, «о». Так что, приступим? ‒ после этого Алину отмыли со всей тщательностью. – Садись, – скомандовала Женя, уже разложив свой набор для красоты. Это был небольшой сундучок: маленькие скляночки, наполненные чем-то похожим на ягоды, листья и цветную пудру. Эти вещи не раз выручали и меня. – Спасибо, – Алина положила зеркальце и начала было вставать, но Женя вновь усадила её на место. – И куда это ты собралась? Мы не закончили. – Но… – Если бы Дарклинг просто хотел тебя исцелить, то послал бы целителя. – А ты не целительница? – Я, по-твоему, в красном? – резко ответила Женя, в ее голосе слышалась горечь. Она указала на себя. – Я – портниха. – Ты создашь для меня платье? - Женя раздраженно фыркнула на это глупое заявление с её стороны. – Я не создаю платья! Я создаю это, – ответила она, махая длинными грациозными пальцами перед своим лицом. – Ты же не думаешь, что я родилась с такой внешностью, правда? – Ты хочешь изменить мое лицо? – Не изменить. Просто… немного освежить. – Забудь об этом, – сказала Старкова, вскакивая на ноги. – Если Дарклингу не нравится мой внешний вид, это его проблема. – Тебе нравится твоя внешность? – спросила Женя с искренним любопытством. – Не особо, но моя жизнь и так стала слишком запутанной, чтобы еще и видеть незнакомое лицо в зеркале. – Ты все не так поняла, – сказала Женя. – Я не могу вносить больших изменений, лишь несущественные. Разгладить твою кожу. Сделать что-то с твоими тусклыми волосами. Я сделала себя идеальной, но потратила на это всю жизнь. – Уходи. – Почему ты принимаешь это так близко к сердцу? – А ты как думаешь? – Не знаю. Я всегда была красивой. – И скромной тоже? ‒она пожала плечами. – Ну и что, что я красивая? Среди гришей это не имеет особого значения. Дарклингу плевать, как ты выглядишь, в отличие от того, на что ты способна. – Тогда зачем он прислал тебя? – Потому что король любит красоту, и Дарклинг это знает. При дворе короля внешность – это все. Если ты станешь спасением всей Равки, то должна иметь хороший товарный вид. Без этого никак. ‒ спустя долгого молчания наконец-то отозвалась я. – Ладно. Сделай это. ‒ наконец-то согласилась Алина. – Спасибо! – облегчённо вскрикнула Женя, хлопая в ладоши. – Только не увлекайся. ‒ предостерегающе добавила Заклинательница. – Не волнуйся, – ответила рыжеволосая. – Ты все еще будешь похожа на себя, только будет казаться, что у тебя было больше времени на здоровый сон. Я очень хороша в своем деле. – Вижу. . – Все нормально. Можешь смотреть. – она передала ей золотое зеркальце. ‒ Кстати, я помню тебя. ‒ Алина обратилась ко мне. ‒ Ты была на том скифе и в палатке Дарклинга. ‒ Многие там были. Почему ты запомнила меня? ‒ искренне удивилась я. ‒ Когда меня привели туда, ты была единственной, кроме Дарклинга, кто не удивился тому, что я Заклинательница Солнца. Когда моя сила вырвалась наружу, все были в шоке, но на твоём лице ничего не изменилось. ‒ Я уже знала кто ты. И видела твою силу. Поэтому я была готова. ‒ Но другие не знали. Почему? ‒ Потому, что большинства не было на скифе и ещё потому, что я вхожу в список доверенных людей генерала. ‒ Понятно. ‒ затем она вновь посмотрела в зеркала и воскликнула. – Ох! – Не слишком радуйся, – сказала Женя. – Это временно. ‒ затем она потянулась к одной из роз на столе и оторвала бледно-розовый лепесток. Женя добавила её лицу румянца и слегка подкрасила губы. – Это всего лишь на пару дней. Теперь волосы. – Это настоящее золото? – Конечно, – ответила Женя, поднимая локон её тусклых коричневых волос. Она струсила немного золотой пыли ей на макушку и провела гребнем по волосам. Вещество растворилось, превращая тусклые пряди в блестящие локоны. Обработав каждую прядь, Женя намотала их на пальцы, заставляя волосы завиться. Наконец, она отстранилась, блеснув самодовольной ухмылкой. – Лучше, не правда ли? – Лучше, – неохотно признала она. – Это лучшее, что я могу сейчас сделать. – Спасибо, – едко ответила я, но девушка подмигнула и улыбнулась. – Кроме того, поверь, ты не захочешь привлекать к себе слишком много внимания короля, – ее голос был веселым, но я заметила, как по ее лицу пробежала тень, когда она пересекла комнату и открыла дверь, чтобы впустить служанок. Я знала причину, по которой произошла эта перемена. Затем Алину отвели за ширму, чтобы одеться, а спустя пару минут она вышла облачённая в тунику, штаны, кожаные ботинки и серое пальто. Обычная форма Первой армии. Старкова выглядела разочарованной. – Не то, чего ты ожидала? – развеселилась Женя. – Я просто думала… – Король ожидает увидеть скромную девушку, забранную из рядов его армии, – скрытое сокровище. Если ты появишься в кафтане, он подумает, что Дарклинг тебя прятал. ‒ объяснила выбор такого наряда Женя. – Зачем Дарклингу меня прятать? ‒Женя пожала плечами. – Для преимущества. Для выгоды. Кто знает? Но король… ну, ты вскоре увидишь, какой наш король. ‒ Приготовься к тому, что Ланцовы весьма специфичны и недалёки. ‒ решила дать совет я. – Если кто-то спросит, я просто помогала тебе одеться. Я не должна работать над гришами. – Почему? – Потому что глупая королева и ее еще более глупые придворные считают, что это нечестно. ‒ девочка была в шоке. За минуту два человека посмели оскорбить королевскую семью. Это явно для неё в новинку. ‒ Ну меня же ты прихорашиваешь. ‒ решила снова влезть я. ‒ Тебя я, как ты выразилась, прихорашиваю, потому, что обычно царица сама просит. Она не может допустить чтобы ты плохо выглядела так, как благоволит к тебе и хочет подложить под своего сыночка. ‒ я скривилась на это. ‒ К сожалению, так оно и есть. ‒ на этом наш разговор был окончен. Решив проводить девушек до выхода, а после уже приводить в порядок себя, я застала весьма комичное зрелище. Деление Алины. Корпориалы и заклинатели так самоотверженно спорили, что я не выдержала и засмеялась. Ко мне обратилось куча недоуменных взглядов, и я решила прокомментировать: ‒ Вы как дети малые! Какая разница с кем она войдёт в тронный зал. Всё равно на того человека не обратят внимания, все будут смотреть только не неё. ‒ Алина слегка смутилась моим последним фразам. Видимо она совершенно не привыкла быть в центре внимания. Сергей хотел сказать мне в ответ что-то едкое, но резко заткнулся. ‒ Она пойдёт со мной. ‒ сказал Дарклинг своим низким голосом и в комнате наступила полная тишина, до того момента, пока я не решила пожелать Алине удачи, а затем развернулась и пошла в купальню. Утро следующего дня началось с письма, которое я заметила у себя на столе. Видимо сейчас я и перестану быть просто дружелюбной с Алиной и стану набиваться ей в друзья, чтобы узнать всё, что нужно Кейен. Так и вышло. Идя в столовую на завтрак я морально настраивалась на дружелюбный лад. И судя по увиденному, Надя с Марией тоже решили взять Алину в оборот. Ну конечно, а как без этого. Сейчас я подойду и они сделают вид, что мы друзья, хотя это не так. Приятели ‒ да, друзья ‒ нет. Всему виной моя дружба с Женей. ‒ О, нет! Он даже почти не ужинает с нами. ‒ это было первое, что я услышала подойдя к девочкам. ‒ Но это не мешает почти всем ругаться за место поближе к нему. Кстати, всем привет. ‒ чуть ли не пропела я на ухо Алине, заставив их всех вздрогнуть. ‒ Святые! Как ты так тихо ходишь. Я аж испугалась. ‒ хватаясь за сердце сказала Надя. ‒ Вы просто увлеклись рассказами о Дарклинге. ‒ его имя я выделила особой интонацией, словно речь идёт едва ли не о божестве. ‒ Кстати, прости что не спросила раньше, но как тебя зовут. ‒ неловко озвучила Алина. ‒ Изабель. Друзьям можно звать Иззи. ‒ А мы друзья? ‒ удивлённо спросила девушка. ‒ Пока что нет. Но возможно ими станем. Кто знает. ‒ я безразлично пожала плечами, смотря слегка наверх так словно дружбу со мной ей ещё нужно заслужить, а затем мило улыбнулась. И пошла завтракать. ‒ Сахар! ‒ удивлённо воскликнула девушка, когда нам подали чай. Надя и Мария странно на неё посмотрели и она покраснела от смущения. Мне даже стало её слегка жаль. Я понимала, что такое скромная жизнь, хоть уже очень давно ею не жила. Уверена, что она хочет к ней вернуться. Поскольку тогда она была просто Алиной, а не Заклинательницой Солнца с огромной ответственностью за страну на своих плечах. Это видно по её глазам потому, что такие же я вижу в каждом зеркале. Я бы хотела вернуться к скромной, но абсолютно свободной жизни. Оказывается мы с Алиной даже немного похожи. Хотя учитываю состояние Равки тут многие похожи своими трагичными судьбами. За своими мыслями я не сразу поняла, что Алине буквально устроили допрос с пристрастием. Я уже хотела было вмешаться, но Женя сделала это раньше и забрала нас обоих. – А теперь смотри – эти двери ведут в библиотеку и кабинеты, – Женя указала на массивные распашные двери перед нами. – Этот коридор ведет обратно к твоей комнате, – она указала направо. – А этот, – указала на двери слева, – в Большой дворец. Женя повернулась, направившись к библиотеке. – А там что? – спросила Алина, кивая на закрытые двери прямо за столом Дарклинга. – Если эти двери открыты, будь внимательна. Они ведут в зал совета Дарклинга и в его покои. – Здесь будут проходить твои занятия по истории и теории, – пояснила Женя, проведя меня вокруг стола и далее через все помещение. – Я их закончила много лет назад. Такие нудные, – и тут она рассмеялась. – Закрой рот. Ты похожа на форель. – Пошли, – прошептала Женя, хватая меня за руки и таща в противоположную сторону. – Куда ведут те двери? – В анатомические кабинеты. После этого мы отправились в мастерские фабрикаторов. За одним из столов сидел фабрикатор с марлей, закрывавшей его нос и рот, отмерял черную густую жидкость, которая воняла дегтем. – Привет, Давид, – сказала Женя. Он поднял голову, моргнул, коротко кивнул и вернулся к работе. Женя вздохнула. – Давид, это Алина. ‒ он хмыкнул. – Заклинательница Солнца, – добавила она. – Это для тебя, – сказал он, не поднимая головы. – О, э-э… спасибо. ‒ Алина явно не знала, что ещё сказать, но когда посмотрела на Женю, та просто пожала плечами и закатила глаза. – До свидания, Давид, – нарочно неторопливо произнесла она. Тот хмыкнул. Женя взяла меня и Алину за руку и повела наружу на деревянную арочную галерею на аккуратном зеленом газоне. – Не принимай близко к сердцу, – сказала она. – Давид отличный кузнец. Он может сделать клинок таким острым, что тот будет проходить сквозь плоть, как сквозь воду. Но если ты не сделана из металла или стекла, ты ему неинтересна, – голос Жени был веселым, но в нем слышались напряженные нотки, и когда я посмотрела на нее, то увидела, что на ее идеальных щеках появились яркие пятна. ‒ Женя знает, что говорит. Ведь она без ума от нашего милого Давида, который ещё не пал под её чарами. ‒ Закрой рот! ‒ грозно сказала она, но на долго её не хватило поэтому спустя секунду она шутливо ударила меня по плечу. ‒ Почему я вообще с тобой дружу. ‒ Потому что я невероятно потрясающий человек. Другого такого тебе просто не найти. ‒ Да такую заразу, я не собираюсь искать. И одной хватает по горло. Ты кстати собираешься рассказывать мне про свой усилитель или мне из тебя историю силой выбивать. ‒ Расскажу. Если поделишься со мной, той невероятной выпечкой, что лежит в твоей комнате. ‒ Вымогатель. Женя продолжала проводить экскурсию и обо всём рассказывать. Я время от времени вклинивалась в разговор, но не так интенсивно, как планировала в начале. В конечном итоге мы пришли к хижине Багры. ‒ Туда? ‒ насторожено спросила Алина. ‒ Багра не так уж плоха, когда к ней привыкнешь. Но, поверь, ты не захочешь опаздывать. ‒ Женя одарила её сочувствующим взглядом. ‒ Не слушай её. Багра это испытание на прочность. Готовься к худшему, она суровая женщина. Испытано на себе. Она смешает тебя с дерьмом и глазом не моргнёт. Но дам тебе совет: не принимай её слова близко к сердцу. Она со всеми такая. ‒ Какая? ‒ Ты поймёшь. ‒ на этом моменте мы и разошлись каждый по своим делам. Последующие недели были полны тренировок, слежки и попыток подружиться с Алиной. Это было сложнее, чем я думала, поскольку она крайне необщительна и зажата, плюс тренировки у Багри и Боткина очень сильно выматывали её. Я регулярно приглашала её к озеру, но всё без толку. Иногда мне кажется, что с Дарклингом было легче. Но где наша не пропадала. Сегодняшний завтрак проходил в весьма спокойных тонах до тех пор пока главные двери не распахнулись и внутрь не вошла группа гришей во главе с Зоей. ‒ О, нет! ‒ простонала Мария. ‒ Кто она? ‒ прошептала Алина, пристально наблюдая за ней. Я бы даже сказала, что её взгляд какой-то ревностный что ли? ‒ Зоя, ‒ пробормотала Мария. ‒ Она была на год старше нас в школе и она отвратительна. ‒ Считает себя лучше остальных, ‒ добавила Надя. Алина же в ответ приподняла брови. Наверняка мысленно думала, что не этим двоим её судить. Тут я с ней полностью согласна. ‒ И никто не может поставить на место эту выскочку. ‒ Кх, кх. ‒ я выразительно посмотрела на девочек. ‒ Никто, кроме нашей Изабель. Она с самого начала уделывала её. Правда, теперь они почти не общаются после той драки в столовой. ‒ Никакой драки не было. Так, просто небольшая потасовка. ‒ Как же! Столовая тогда была похожа на свинарник из-за того, что вы силой мерялись. Но было круто, когда ты её водой облила. ‒ Это да. Славное было время. Но теперь мне совершенно не выгодно ссориться с ней. Не хочу потерять расположение генерала из-за этой обиженной девочки. ‒ я посмотрела в её сторону и она будто почувствовав это оторвалась от разговоров с корпориалами и направилась к нашему столу. ‒ Мария! Надя! Как поживаете? ‒ моё присутствие она предпочла проигнорировать, что даже к лучшему. Настроение сегодня так себе. Возможно из-за предстоящей встречи с Василием. Поспешила я с мыслями, что он неплох. Ведь теперь он с каждой встречей становиться всё невыносимее и невыносимее. Девочки встали, чтобы обнять Зою при этом натянув на свои лица фальшивые улыбки. ‒ Прекрасно выглядишь, Зоя! Ты как? ‒ выпалила Мария так словно только что не поливала её дерьмом. Алина выглядела удивлённой. Да-да. Привыкай. Они те еще лицемерки. Хотя Надя не так плоха. Думаю если бы она сменила компанию, то вполне стала бы классной. ‒ Я тоже скучала, ‒ сказала Зоя. ‒ До чего же хорошо вернуться в Малый дворец. Вы представить не можете, как нагружал меня Дарклинг!        ‒ Надеюсь колени у тебя не болят от этих нагрузок. ‒ язвительно сказала я для того, чтобы она наконец-то перестала вести себя со мной, словно я мебель или пыль. Бесит. ‒ По себе не суди. ‒ парировала она. ‒ Я сужу лишь по тому как усердно ты к нему липнешь. Не более. ‒ Зоя оставила это без ответа. Затем отвернулась от меня в сторону девочек и снова заговорила с ними. ‒ Я рискую показаться невежливой. Не думаю, что знакома с вашей подругой. – О! – воскликнула Мария. – Прости, пожалуйста. Это Алина Старкова. Заклинательница Солнца, – сказала она с гордостью в голосе. Алина неловко встала, а Зоя заключила её в объятия. – Такая честь наконец познакомиться с заклинательницей Солнца! – громко заявила она. Но стоило ей обнять меня, как я услышала шепот. Правда не разобрала, что именно та сказала. – Увидимся позже, – помахала она. – Я безумно хочу принять ванную. Под аккомпанемент этого лицемерно любезного обменивания фразами я закончила завтрак и предложила Алине отправиться со мной к Боткину. Она согласилась. Шли мы в тишине. Алина явно была чем-то задумана и я не спешила прерывать её уединение с собой. ‒ Не обращай внимания. Чтобы она не сказала, это было сделано не потому, что ты плохая. Просто у неё характер такой. ‒ я всё-таки не удержалась. Мне действительно не хотелось, чтобы она заморачивалась над словами шквальной. Увидев на площадке Зою, которую нахваливал Боткин я совсем не удивилась, но Старкова явно помрачнела от этой картины, поэтому я решила, что сейчас отличный момент ещё раз проявить дружеские качества. ‒ Не обращай на неё внимания. Это лишь фарс. Она выглядит так словно имеет всё, но это не так. Она определённо завидует тебе. ‒ сказала я Алине на ушко. ‒ Завидует?! Мне?! ‒ Ты можешь не верить, но твой титул Заклинательницы Солнца многих заставляет завидовать. ‒ Даже тебя? ‒ Нет. Я лишь испытывала лёгкую злость вначале из-за Дарклинга, но не сейчас. ‒ поспешила заверить её я. Я не лгала. С генералом они вообще не общаются. В общем он уделяет ей внимания, как и всем остальным, а значит моей ревности просто неоткуда появиться. ‒ Ах, ну да. Как я могла забыть. Дарклинг замешан везде. ‒ Здесь даже не поспоришь. Нелёгкая у него судьба. Популярность утомляет. ‒ я слегка усмехнулась при этом двинув плечом. Алина на эти слова лишь хмыкнула и приступила к разминке. Удача сегодня была явно не на её стороне. Ведь Боткин поставил Зою в пару с Алиной. Я чувствовала волны негатива, исходящие от неё. Даже посочувствовала, ведь Старкову все будут оценивать жёстче чем кого-либо. И вот это началось. Алина смогла блокировать первый удар, но второй пришелся ей прямо в челюсть. И судя по её откинутой взад голове, он был неслабым. Зоя, словно тигрица прискакивала вокруг неё уже метя свой очередной удар, но на этот раз в рёбра. К моему удивлению, Алина всё-таки смогла кое-как уклониться и её почти не задело. Видимо она и вправду старается научиться чему-либо. Но шквальная быстро исправила свой промах и зарядила ей прямо в живот. Затем наверняка решила её добить и со всей силы бросилась вперёд, но Старкова заметила мой жест и отошла на шаг в сторону, а после поддела её лодыжку заставив Зою с размаху грохнуться на землю. Толпа одобрительно улюлюкала, но спустя секунды две она отправила Алину в полёт. Я подбежала к Алине, отдалённо слыша, как Боткин ругает Назяленскую и выгоняет прочь. Спустя несколько минут её отправили в лазарет.

***

После того как мне исцелили моё сломанное ребро я лежала на кровати и отдыхала. Правда, моя кровать в комнате намного удобнее. Но туда меня не пустили. Решив оставить здесь для наблюдения. Надя с Марией сказали мне, что Зоя получила выговор от генерала и это заставило меня подумать что так ей и надо. Изабель была права. Зоя действительно завидует. Сейчас вспоминая наши немногочисленные разговоры я это ясно осознаю. Её интонация всегда была переполнена этим чувством, просто до сегодняшней тренировки никто не представлял насколько оно глубоко. Но после лицемерного поведения Марии и Нади я задумываюсь не испытывают ли они того же, и не презирают ли меня втайне. Потому, что уж лучше в открытую, как Зоя, чем за спиной. Пожалуй Женя и Изабель пока, что единственные кто нравится мне в этом дворце. Они определённо кажутся более искренними чем остальные. С этими мыслями я вытащила себя из постели и налила воды в стакан из кувшина на тумбе. Затем распахнула окно и глубоко вдохнула свежий ночной воздух. ‒ Алина Старкова. ‒ я подпрыгнула и повернулась. – Кто здесь? – выдохнула я. Из длинных теней у двери вышел Апрат. – Я напугал тебя? – Немного, – призналась я. Как давно он там стоял? Неужели наблюдал за мной, пока я спала? Мужчина бесшумно пересек комнату, его потрепанная мантия волочилась по полу палаты. Я невольно отступила. – Меня очень расстроила новость о твоей травме. Дарклингу стоит лучше следить за своими подопечными. – Я в порядке. – Так ли это? – он осмотрел меня в лунном свете. – Выглядишь неважно, Алина Старкова. Нам необходимо, чтобы ты была в добром здравии. – Просто немного устала. Он подступил ближе. Повеяло его специфическим запахом, странным сочетанием ладана и плесени, а также сырой земли. Мне вспомнилось кладбище в Керамзине, кривоватые надгробия, крестьянские женщины, сгорбившиеся над свежими могилами. Внезапно я остро осознала пустынность лазарета. Был ли целитель-корпориал все еще поблизости? Или он пошел искать кружку кваса и теплый кров? – Ты знала, что в некоторых приграничных деревушках тебе выстраивают алтари? – пробормотал Апрат. – Что?! – О да. Люди изнемогают без надежды, но благодаря тебе у иконописцев процветает бизнес. – Я не святая! – Это дар, Алина Старкова. Благословение, – он сделал еще один шаг в мою сторону. Я могла разглядеть темные спутанные волоски его бороды, желтые и кривые зубы. – С каждым днем ты становишься все опаснее. – Я? Для кого?! – Есть кое-что посильнее любой армии. Достаточно сильное, чтобы свергнуть короля и даже Дарклинга. Знаешь, что это? – я покачала головой, пятясь от него. – Вера. Тебе стоит осторожно выбирать людей, которых впускаешь в своё окружение. Порочная гриш без ордена и гриш полна загадок и тайн, явно не подходят для роли друзей святой. ‒ Друзей я могу выбрать и сама. Спасибо. ‒ недовольно двинула плечом я, желая поскорее отгородиться от этого человека. ‒ Ооо. Я ни в коем случае не хотел оскорбить тебя. Просто Изабель очень непростая девушка. Она, как ящик Пандоры. И лучше нам его не открывать, а просто избегать. ‒ У всех есть свои тайны. Даже у вас. ‒ Это так. Но она определённо не та кем кажеться. По правде говоря, я не понимаю почему она всем нравится. Даже ты не смогла устоять. ‒ заинтересовано спросил священник. Не знаю действительно ли ему интересно, но ответить я всё же решила. ‒ Может потому, что она искренняя. Рядом с ней я чувствую себя Алиной Старковой, а не Заклинательницой Солнца и незаслуженной святой. Она не лебезит ни перед кем. Учитывая место где я оказалась эта черта характера очень дорогого стоит. ‒ Не удивлён, что она не считает тебя святой. Учитывая её полное безразличие к вере и любым её проявлениям. Ещё одна причина почему тебе не стоит равняться на эту девушку. ‒ Скорее ещё одна причина, чтобы она мне нравилась. ‒ он потянулся за мной. Я нащупала тумбочку и сбила стакан воды на пол. Тот разбился. По коридору послышался топот приближающихся шагов. Апрат отступил, растворяясь в тени. Дверь отворилась, и вбежал целитель, его красный кафтан развевался позади. – Ты в порядке? ‒ Я открыла рот, не зная, что сказать. Но Апрат уже бесшумно выскользнул за дверь. – Я… простите. Я разбила стакан. Целитель позвал слугу, чтобы тот прибрался. Затем уложил меня в кровать и предложил отдохнуть. Но стоило ему уйти, как я села и зажгла лампу у кровати. Мои руки тряслись. Я хотела отмахнуться от бредовой болтовни Апрата, но не могла. Неужели люди и вправду молились заклинательнице Солнца, ожидая, что я спасу их? Вспомнились слова Дарклинга под дырявой крышей сарая. «Эпоха гришей подходит к концу». Я подумала о волькрах, жизнях, утерянных в Тенистом Каньоне. «Разделенная Равка не переживет новую эпоху». Я подводила не только Дарклинга, Багру или себя. Я подводила всю страну.

***

Сейчас я направлялась к озеру. Мне ужасно хотелось посидеть на берегу и отдохнуть хотя бы немного. Я так устала. В последнее время я чувствую себя выжатым лимоном. Энергия от встречи с мамой уже испарилась и сейчас у меня имеется лишь усталость и некая апатия. Я словно впала в сон. Вокруг столько всего происходит, но я будто в каком-то пузыре. Даже к Алине во время травмы я заходила лишь на несколько минут и больше не появлялась. Надоело. Надоело притворяться и пытаться быть со всеми любезной. Надоело слушать глупые речи королевы и её придворных. Надоело пытаться влюбить в себя принца Василия. Надоело быть лгуньей и держать все тревоги в себе. Надоело испытывать неопределённые чувства к Дарклингу. Зачем я только подслушала его разговор с Алиной? Только расстроилась. Ведь как оказалось он не настолько мне доверяет, чтобы говорить об олене. Но хуже всего по мне ударило то, что он говорил маленькой святой. «Мы с тобой изменим мир». Это моя фраза! Он не должен говорить подобные вещи кому то ещё. Но он сказал. И тогда я поняла, что я наивная дура, а он отличный манипулятор. Ведь одной фразой он задел струны моей души. Судя по услышанному он этот трюк проделывает постоянно с маленькими глупыми девочками, коей я и являюсь. Вот с того дня я и начала чувствовать эту апатию. Я всё никак не могла унять своё глупое сердце. Хотя теперь мне кажется, что я лучше справляюсь. С этими тяжёлыми думами я агрессивно раззулась и опустила ноги в воду, а затем подскочила от холода. Всё-таки погода сегодня не особо радует. Хорошо, что я проливная. Я быстро нагрела воду до оптимальной для меня температуры такой, что можно даже купаться. Правда, делать я этого не стану так, как не умею. Проливная, которая не умеет плавать. Жизнь умеет быть ироничной. Но именно этот страх я не могу преодолеть. Вроде бы я встречалась в вещами похуже, но детское воспоминание о том, где я тону, а никто не может мне помочь всё также сдавливает все внутренности в тугой комок. Это раздражает. Я очень много раз пыталась научиться, но всё без толку, только я в воде по пояс и сердце пускается в дикий пляс от ужаса. Хотя я не понимаю, почему так. Ну да в детстве, как и многие, полезла в речку не умея плавать и начала тонуть, но ведь я сама кое-как выбралась из воды. Так почему это меня не отпускает? Видимо на этот вопрос ответа мне никогда не получить. Поэтому решила сосредоточиться на окружающей меня обстановке. Тихой и умиротворённой. Я со своими тараканами явно сюда не вписываюсь. Эта мысль заставила меня хмыкнуть под нос самой себе. Но в одиночестве я сидела не долго. Я услышала. как кто-то направляется ко мне. Оборачиваться не хотелось от слова совсем, поэтому я просто ждала. ‒ Привет, красотка! Давно не виделись. ‒ задорно ответил Хэршоу, присоединяясь ко мне на берегу. ‒ По сути мы толком и не общались уже давно. ‒ с лёгким осуждением сказал он и посмотрел на меня нахмуренно. ‒ Привет. Да как-то не было времени и… ‒ я не знала, что ответить. Ведь по сути причин игнорировать его и вправду не было. ‒ Забей. Я не обижаюсь. ‒ я в удивление подняла бровь. ‒ Да, да. Не смотри на меня так. Я чего пришёл. Хотел сказать, что сегодня инферны планируют небольшую тусовку. Вот я и решил тебя пригласить. ‒ Не факт что у меня выйдет. ‒ Не гони. Это твой шанс извиниться. Давай, приходи. Можешь взять с собой Женю. Вы же ладите с ней? ‒ А если я приглашу ещё и Алину, то что на это скажут остальные? ‒ Приглашай кого хочешь. Главное сама приходи. ‒ Ладно, приду. Ты прав, что-то я стала отшельником. Так, что пора это исправить. ‒ Ну вот и отлично. Жду. Начало после ужина. А теперь прошу меня простить, но мне пора. До встречи! ‒ он довольно энергично воспринял моё согласие, что навевает мысль о том, что он действительно рад этому. Я даже захотела с ним пообщаться, но вечером. Сейчас у меня минута уединения. Он видимо понимал это, потому и поспешил уйти за что я ему благодарна. Полюбовавшись еще немного вечерним видом, я встала и пошла к хижине. С момента полёта Алины прошло несколько месяцев и теперь с ней намного легче общаться. Она словно сделала глубокий вдох впервые за всё время здесь. Еда стала для неё совершенно изумительной на вкус, усталости почти не ощущает и больше не прячется в комнате. Все искренне удивляются этому, но Алина сказала мне, что это из-за того, что она наконец-то смогла научиться призывать свою силу. Я понимала её. Ещё будучи в Шухане я тоже огорчалась когда у меня ничего не получалось, но когда я смогла, то казалось, что весь мир стал лучше. Я шла довольно бодро, пока не услышала голоса. Снова Алина и Дарклинг. И снова я чувствую, что лучше уйти, но не могу. ‒ Какая тебе разница, что я думаю? ‒ сказала Алина. Парень же в это время выглядел искренне озадаченным. ‒ Не знаю. Но мне не всё равно. ‒ а затем он поцеловал её. Это было так неожиданно, что я замерла на месте и пыталась осознать происходящее. Меня словно ударили под дых и я не могла справиться с этим ударом. Я бы и продолжила так стоять, если бы не увидела приближающегося Ивана, который тоже направлялся к ним. Резко развернувшись, я отправилась обратно в Малый дворец, пока меня никто не увидел. Мне нужно к себе, чтобы всё переварить и прийти в себя. Но меряя размашистыми шагами комнату, я не стала чувствовать себя лучше. В моей голове всё ещё эта картина. Дарклинг целует Алину. Сам. Он выглядел так, словно действительно этого хотел. Но даже если играл, то получается, что вполне мог делать это и моими чувствами. Я и раньше думала об этом, но теперь это не даёт мне покоя. С чего я вообще взяла, что мы с Дарклингом близки? Да, я вхожу в его доверенный круг, и он регулярно отправляет меня на задания от своего имени. Мы близки в работе. Но почему я обманываю себя тем, что мы близки вне этого. Он ведь не давал повода. Или давал? Я уже ничего не помню. Всё смешалось в комок чувств, домыслов и реальности. Спокойно, Из. Тебе нужно мыслить трезво и принять, что ты ему никто. Во-первых, он легко отправил тебя в Каньон на возможную гибель. Во-вторых, тот разговор у хижины. В-третьих, сегодняшний вечер. Вывод, я ему не интересна, как девушка лишь, как инструмент для достижения нужных целей. А значит, я не должна по нему страдать. Решено. Отныне я не буду поддаваться своим чувствам. Вполне возможно, что это просто моя навязчивая идея, ведь он меня не хочет. Но больше я этой идее не поддамся. Отныне я стану снова воспринимать его как инструмент для достижения своих целей. Отвечу ему тем же. Больше никаких сантиментов. Только работа. В конце-концов, единственное его положительное качество это красота, других он мне не показывал, как Алине. Так, стоп. Снова повернула не туда. Я справлюсь. Это просто глупости. Я одолевала вещи и похуже поэтому, сейчас я освежусь и пойду на ужин, а затем присоединюсь к ребятам в бане. Я продолжу быть непоколебимой, хотя бы внешне. Отлично! Находясь с ребятами в бане, я понимала, что пока у меня неплохо, получается следовать собственному плану. Я чувствую себя прекрасно, почти не думаю о генерале и не испытываю злости к Алине. Это определённо успех. Если продолжу в том же ритме, то за месяц от симпатии к генералу ничего не останется, лишь воспоминания. Пока я мысленно себя хвалила, ко мне подбежал Хэршоу и закинул к себе на плечо. ‒ Ты что делаешь? ‒ взвизгнула я. ‒ Поставь меня, чудовище. ‒ Тебе пора освежиться! ‒ с этими словами он кинул меня в сугроб и слегка присыпал снегом сверху. ‒ Ты сдурел?! Я же сейчас умру от переохлаждения. ‒ на это он и остальные лишь рассмеялись. Я кое-как вылезла оттуда и с грозным лицом крикнула ему. ‒ Еще раз так сделаешь и я заморожу твой член. ‒ он испуганно опустил руки к паху, а я не выдержала и тоже засмеялась. Уж больно комично он выглядел. В таком ритме прошла почти вся ночь. Нас окружало веселье и беззаботность.

***

‒ Я опоздала. Извините. ‒ я ворвалась в комнату к Алине стремительным выхрем. Через час начало Зимнего бала, а я еще не собрана до конца. ‒ Женя, мне срочно нужна твоя помощь. Я выгляжу так себе без твоего чудесного макияжа и причёски. ‒ Ненавижу вас обеих. ‒ совершенно беззлобно сказала Алина и улыбнулась. ‒ Становись в очередь. Сначала я займусь нашей главной звездой. ‒ наконец-то отозвалась Женя. ‒Кстати, Изабель, я думала ты будешь, как и все, в кафтане. ‒ Она идёт на это торжество с принцем. Кафтан был бы недопустим. ‒ ответила вместо меня Женя. ‒ Да, у Татьяны бы сердце остановилось, явись я недостаточно прекрасной для её сына. Поэтому мне нужны умения Жени. Только она делает меня богиней. ‒ Это так. Без меня ты бы и вполовину не была бы такой прекрасной. ‒ самодовольно произнесла Сафина. ‒ Охотно верю. Кстати Алина, а ты почему ещё не в своём наряде? ‒ Мне его еще не принесли. ‒ с недопонимаем ответила Заклинательница. ‒ О, ну, фабрикаторы были немного заняты заданием королевы. Уверена, его принесут с минуты на минуту. А пока садись перед зеркалом, я сделаю тебе прическу. ‒ утешающе сказала портная. – Я думала, ты должна помогать королеве, – сказала Алина, когда Женя заработала своими умелыми руками. Она закатила свои янтарные глаза. – Мои способности ограниченны. Ее Величество решила не идти на сегодняшний бал. У нее мигрень. Ха! Ведь это я целый час убирала ее морщины! – Так она не появится? – Конечно, появится! Она просто хочет, чтобы ее леди подольше суетились над ней, от этого она чувствует себя еще более важной персоной. Это главное событие зимы. Она ни за что его не пропустит.- ответила я с полной уверенностью в своих словах. – Нервничаешь? – спросила Женя. – Немного. Сама не знаю, почему. – Может, потому, что около сотни придворных ждут своего часа, чтобы впервые поглазеть на тебя? – Спасибо. Ты очень помогла. – Всегда пожалуйста! – она потянула её за волосы. – Могла бы уже привыкнуть, что на тебя постоянно пялятся. – Как видишь, не привыкла. – Ну, если будет совсем худо, подай мне знак. Я заберусь на банкетный стол, задеру юбку на голову и пущусь в пляс. Вряд ли после этого на тебя хоть кто-то обратит внимание. ‒ Ну, а я могу побить принца или соблазнить прямо там и тогда и о Жене никто не вспомнит. ‒ задористо добавила я. В ответ на наши предложения Алина заливисто рассмеялась. – Дарклинг уже вернулся? ‒ вдруг спросила она. – О да, еще вчера. Видела его экипаж. Он наверняка очень занят, – пояснила Женя после погрустневшего взгляда Алины. – Конечно. – Знаешь, мы все это чувствуем. – Ты о чем? – О притяжении к Дарклингу. Но он не такой, как мы, Алина. – Что ты имеешь в виду? – её голос казался неестественно высоким. – Он обладает мощной притягательной силой. Нужно быть слепым или сумасшедшим, чтобы не заметить этого. – Он когда-нибудь…? В смысле, вы с ним…? – Нет! Никогда! – на ее губах заиграла озорная улыбка. – Но я бы не отказалась. – Правда? – А кто бы удержался? – она встретилась со мной взглядом в зеркале. – Но я бы никогда не позволила себе проникнуться к нему чувствами. ‒ Думаю, что теперь я бы удержалась от него. Ведь связь с ним только доставит мне проблем. Да и он не единственный красивый мужчина на свете. ‒ искренне прокомментировала я. – Ай! – вскрикнула Старкова, а затем перевела тему разговора в другое русло. – А Давид сегодня будет? ‒ Женя вздохнула. – Нет, он не любит вечеринки. Но, так сложилось, что я оказалась рядом с мастерской, дабы дать ему взглянуть на то, что он упускает. И что ты думаешь? Он едва посмотрел на меня. – Не могу в это поверить! – попыталась я ее успокоить. Женя закрутила последний локон и закрепила его золотой шпилькой. – Вот! – воскликнула она с триумфом. Затем вручила ей зеркальце и развернула, чтобы мы могли оценить её работу. Подруга собрала половину её волос в замысловатый пучок. Вторая половина каскадом опускалась на плечи сверкающими волнами. – Спасибо! Ты великолепна. – А что толку, – проворчала она. Как так получилось, что Женя влюбилась в кого-то столь серьезного, тихого и явно не замечающего ее красоту? Или это и есть причина, по которой ей приглянулся Давид? ‒ Не хочу прерывать вас, но мне очень нужна помощь. У меня минут двадцать, чтобы не опоздать, а я ещё не собрана. ‒ Садись. Сейчас твоя фея-крёстная всё исправит. ‒ я послала Жене воздушный поцелуй, а она принялась доделывать мою причёску и макияж. В итоге взглянув в зеркало, я поняла, что выгляжу великолепно. Моё красное платье прекрасно сидело на мне. Оно приоткрывало мои плечи и имело достаточно глубокий вырез, но при этом не казалось пошлым за счёт длинных полуприталенных и полупрозрачных рукавов. Его подол струился плавными волнами к моим ногам. Довершающими деталями этого образа был макияж с акцентом на губы, с помощью красной помады и довольно простая но красивая причёска. Она составляла собой крупные локоны, которые украшала небольшая заколка. Минут пять я разглядывала своё изображение и не могла налюбоваться собой. Сегодня я точно буду, как принцесса и плевать, что принц так себе. От этих мыслей меня отвлек стук в дверь. Алина практически побежала открывать ее. Я оглянулась и обнаружила на пороге двух служанок с коробками в руках. Женя взвизгнула, а Алина просто застыла, при виде содержимого. В итоге я потянулась к коробке и достала струящийся черный шелк. Рукава и ворот были обшиты тончайшим золотом и блестели от крошечных угольных бисеринок. – Черный, – прошептала Женя. – Смотри! – ахнула она. Вырез мантии был пронизан черной бархатной лентой, с которой свисал маленький золотой кулон: солнце в затмении, символ Дарклинга. Я почувствовала легкую обиду, но она быстро прошла. В конце концов, это было очевидно. Я бы больше удивилась, если бы он не выделил Алину. Она зашла за ширму и надела новый кафтан. – Ох, так и знала, что тебе пойдет черный. ‒ восторженно говорила Женя. ‒ Согласна. Но теперь я вынуждена, вас оставить. Нельзя заставлять принца ждать свою даму. ‒ Надо же, какие мы заботливые и благочестивые. ‒ хмыкнула моя подруга. ‒ А ты что думала. В общем, встретимся уже на балу. После этого я поспешила к Василию. Он уже ждал меня возле выхода из дворца. Затем он заметил меня и оглядел с ног до головы. Судя по выражению его лица, он был доволен увиденным. ‒ Вы потрясающе выглядите, миледи. Словно, богиня, что снизошла к нам прямо с небес. ‒ он аккуратно взял мою ладонь в свою, а затем прислонился в поцелуе, дольшем, чем того требовал этикет. Но я не возражала. Миссия соблазнить принца всё ещё была невыполненной. Хотя думаю сегодня всё измениться. Думаю мне придётся перейти к более смелым действиям для того, чтобы получить доступ к важным вещам. ‒ Вы тоже выглядите великолепно. Уверена мы будем самой красивой парой на балу. ‒ я кокетливо поправила свои волосы и взяла под локоть своего спутника. Наше появление было эффектным. Многие смотрели на нас. Кто-то с девушек с завистью кто-то с презрением, но главное то, что никто не остался равнодушным. Даже Дарклинг спустя несколько минут подошел и сказал мне, как чудесно я выгляжу. Королева тоже тепло меня поприветствовала. Возможно, она и была немного недовольна моим замечательным внешним видом, но когда вспомнила, что это для её сына, то сразу потеплела и подозвала к своему кругу, чтобы побеседовать и представить новым лицам. Я всем мило улыбалась и играла роль очаровательной девицы, не забывая при этом о своей «любви» к Василию, время от времени отвечая на его флирт. Бал действительно был масштабным, а посещение его не для выступления гришей, только добавило ему шарма, хотя возможно это было влияние игристого вина, которое мне очень понравилось. Но вот после очередного танца, я увидела Женю и хотела подойти к ней. Я уже двинулась с места, как она повела Алину через весь зал и тут я поняла время демонстрации пришло. Мы с Василием стояли не возле тронов, что было только к лучшему. Спустя несколько минут весь мир погрузился в темноту, а затем Алина и фабрикаторы рассеяли её с помощью света и зеркал. Я зажмурилась от этого ослепительного сияния, а когда оно исчезло, все гости уже хлопали в ладоши и яростно стучали ногами. Оркестр снова заиграл, я была утянута в очередной танец, а Алина утянута Дарклингом из зала. Я ожидала, что ревность и злость затуманят мой разум, но всё что я почувствовала лишь лёгкое беспокойство на счёт Алины. Всё-таки за эти месяцы мы стали что-то вроде подруг и мне бы не хотелось, чтобы её просто использовали. Осознание этого ударило в голову покруче шампанского. Я действительно ничего не чувствую к генералу. Теперь и мой разум, и моё сердце заодно, и это чувство единства именно то, чего мне не хватало для новых свершений. Осознав это, я ощутила прилив сил, и следующий час провела, сполна наслаждаясь этим. Я танцевала вместе с Женей и остальными, вела непринуждённые беседы и смеялась над шутками, даже самыми глупыми. В итоге я решила вернуться к принцу, но не обнаружила его в зале. Поспрашивав окружающих, я поняла, что вероятнее всего он удалился к себе. Что ж так даже лучше. Сегодня я окончательно подцеплю его на свой крючок. Погружённая в эту идею я уверенно шагала по безлюдному коридору до тех пор, пока меня резко не прижали к стене и не укололи что-то в шею. Я даже не успела испугаться, всё произошло так быстро. Но перед тем, как погрузиться в темноту, я услышала фьерданскую речь. Вот это полный пиздец.